УДК 316.344.42:1

СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИЙ АНАЛИЗ КОНЦЕПТА «ЭЛИТА»

В КЛАССИЧЕСКИХ И ПОСТКЛАССИЧЕСКИХ ТЕОРИЯХ

ЭЛИТООБРАЗОВАНИЯ

Бирюкова Н.С.

Предметом проведенного исследования является интерпретация концепта «элита» как категориального конструкта в сформировавшихся теориях элито-образования. Цель работы - провести анализ трансформации понимания элиты, характерного для классических и постклассических теорий элитообразования. Анализ идей П. Штоммпки, М. Арчера, Э. Гидденса, В. Мюлмана, П. Бурдье, М. Рокича, Т. Карлейля, Л. Фронды, Г. Эндрувайта, Т. Драйтцеля, О. Штамме-ра, Д. Рисмена, С. Келлер, Т. Дая показал, что происходит активный и динамичный процесс социологизации, рационализации (десакрализации) и субъек-тивации критериев элитности. На рубеже ХХ-ХХІ веков возникла необходимость изменения понимания элиты, характерного для классических теорий элитообразования. Анализируются ноократическая концепция элиты, авторами которой являются Дж. Бернхэм, Дж. Гэлбрэйт, Д. Бэлл; теоретические положения

А. Тоффлера, А. Турена, Ю. Хабермаса, М. Платнера, 3. Бжезинского, В.К. Петросяна и др. В заключении интеллектуальная элита рассматривается как люди знания, как новое поколение с улучшенными эволюционными характеристиками, совокупный эволюционный (или инновационный) разум человеческого сообщества. В этой связи основополагающую роль в социальной реорганизации постиндустриального информационного общества играют центры образования, в частности университеты. Подготовка интеллектуальной элиты стала необходимостью. Приоритетное значение в университетском образовании при подготовке интеллектуальной элиты занимает гуманистический смысл образо-

вания в системе ценностей и норм, интегрирующих элиту как социальную общность. Результаты исследования имеют теоретическую и практическую значимость, и могут использоваться при дальнейшей разработке философских вопросов, в частности, касаемых трансформации элитного и массового в образовании.

Ключевые слова: элита; высшие социальные слои; интеллектуальная элита; олигархия; «группы вето»; власть; правящий класс; «массы» людей; общество знания; постиндустриальное общество.

SOCIALLY-PHILOSOPHICAL ANALYSIS OF THE CONCEPT “ELITE” IN CLASSICAL AND POSTCLASSICAL THEORIES OF ELITE EDUCATION

Biryukova N.S.

Subject of the research is interpretation of the concept "elite" as categorial construction in the created theories of an elite education. The purpose of the work is to carry out the analysis of transformation of elite’s understanding, characteristic for classical and post-classical theories of elite education. The analysis of ideas of P. Shtommpka, M. Archer, E. Giddens, V. Myulman, P. Bourdieu, M. Roceach, T. Carlyle, L. Frond, G. Endruweit, T. Dreitzel, O. Shtammer, D. Risman, S. Keller, T. Dai showed that there is an active and dynamic process of a sociologization, rationalization (desacralization) and a subjectification of criteria of elitism. At a turn of the XX-XXI centuries there was a need of change of understanding of elite, a characteristic for classical theories of elite education. Noocratic concept of elite which authors are J. Bernkhem, J. Gabraith, D. Bell are analyzed as well as theoretical statements of A. Toffler, A. Turen, Y. Habermas, M. Platner, Z. Bzhezinsky, V. K. Petrosyan etc. In conclusion the intellectual elite is considered as people of knowledge, as new generation with the improved evolutionary

characteristics, as combined evolutionary (or innovative) mind of human community. In this regard the fundamental role in social reorganization of post-industrial information society is played by the education centers, in particular universities. Preparation of intellectual elite became need. Priority value in university education at preparation of intellectual elite is given to humanistic sense of education in system of values and norms, integrating elite as a social community. The results of the research have theoretical and practical importance, and can be used at further working out of philosophical questions, in particular, concerning transformation of elite and mass in education.

Keywords: elite; the higher social stratum; intellectual elite; oligarchy; “veto groups”; the power; ruling class; “heaps” of people; a knowledge society; a postindustrial society.

В XXI век - век коммуникаций термин «элита» превратился в самую активно употребляемую категорию социальной практики, но в связи с трансформацией общества возникла необходимость изменения понимания элиты, характерного для классических теорий элитообразования. Общепринято под «элитой» понимать некое превосходство - это может быть и социальное, и интеллектуальное, и моральное и т.п. В зависимости от контекста проявляются различные интерпретации этого категориального конструкта. В этимологическом словаре термин «элита» означает: «elite» - лучшее, отборное (франц.), eligo -выбираю (лат) [19, с. 670]. С XII века во Франции термин «elite» употребляется в значении лучший, избранный, интеллектуальный, элегантный, утонченный, изысканный, манерный, т.е. некий образец, на который должны ориентироваться члены общества. Представления об элите не были связаны с социальными изменениями в обществе, в частности, с ускорением или замедлением происходящих социальных процессов. В классических концепциях социальные процессы рассматривались независимо от человеческой деятельности и трактовались

как результат божественного предопределения, а в более поздних концепциях развития - как закономерное действие социальных механизмов.

В социологическом словаре элита рассматривается как класс, высшие социальные слои в системе социальной иерархии [18, с. 423]. Элитаристские теории основываются на доминирующем критерии расслоения общества, которым является власть. Соответственно, стратификационный подход характеризуется как властный и меритократический. Опираясь на меритократический подход, класс элиты составляют те, кто обладает определенными способностями, личностными качествами, кто умеет оперативно решать возникающие в социуме проблемы. Однако учитывая сферы социальной практики можно выделить различные виды элиты, в частности, исследуемый нами вид, - элиту интеллектуальную.

В конце XX - начале XXI вв. в связи с трансформацией социальной реальности, произошло изменение представлений об элитах. Концепт «элита» рассматривается исходя из тех форм, которые принимают социальные группы (интеллектуальная элита, олигархия, «группы вето»). Данный процесс характеризуется как процесс социологизации, рационализации (десакрализации) и субъективации критериев элитности. Согласно концепции М. Вебера, рационализация есть всемирно-исторический процесс, в ходе которого происходит «заточение» индивида в «железную клетку», внутри которой, он лишён религиозного смысла и нравственных ценностей, и всё в большей степени подчиняется надзору со стороны правительства и бюрократической регуляции [6, с. 455491]. В такой ситуации метафизическую трактовку элиты сменяет ее секуляризованная интерпретация. М. Рокич отмечает, что с метафизической точки зрения «элита» сопоставляется с «феноменами Традиции, Времени и Пространства», и является воплощением высшей сакральной ответственности за Целое [26, с. 181-182]. «Подлинная элита» - это носитель ценностей, которые обосновываются высшим сакральным происхождением и служением «высшему». По этим критериям элита выделяется из массы. Исходя из представленных сужде-

ний, качества, присущие элите трансформируются, на смену этическим критериям элитности приходят функциональные: образованность и компетентность социальных групп (интеллектуалов, технократов, управленцев).

Шотландским историком и философом Т. Карлейлем (1795-1881 гг.) в контексте теории элиты сформулировано представление об избранности тех, кто обладает качествами, которые позволяют осуществлять общественные изменения, понимать реальность и адекватным образом оценивать действительность, проникать в суть всеобщих процессов. По его утверждению, в каждой эпохе мировой истории можно обнаружить «Великого Человека», который является «спасителем и той искрой, из которой разгорается пламя» [10]. Данную позицию поддерживает Л. Фройнд, определяя элиту как «боговдохновленных» личностей, которые откликаются на «зов» времени, чувствуя в себе способность к лидерству [14, с. 138-140]. М. Вебер, рассматривая способности личности, выделяет критерий избранности, называя его харизмой. По его мнению, харизма присуща одаренным людям и не только «великим» (героям, пророкам, спасителям), но и «отверженным». Харизма - это «призвание», «миссия», внутренняя «задача», великая «сила» и «добродетель» человека. Харизматический тип господства, по М. Веберу, - это внеповседневный, внеобыденный тип, резко противопоставленный традиционному и рациональному, базирующийся на аффективном типе социального действия, на эмоционально окрашенной вере в харизму лидера. Харизма - это основание легитимной власти и влияния. Приверженцы теории М. Вебера воспринимают феномен харизмы как божественный дар, позволяющий лидеру проводить в свет новые, единые для всего общества ценности [7, с. 55-68].

Одним из ярких представителей меритократического подхода является испанский философ-идеалист, публицист и общественный деятель Х. Ортега-и-Гассет (1883-1915 гг.). В работе «Восстание масс» (1929) ученый противопоставил «элиту», творящую культуру, и «массы» людей, довольствующихся бессознательно усвоенными стандартными понятиями и представлениями. По его

мнению, «элита» - это люди с огромным чувством ответственности; люди, обладающие высоким благородством; люди, создающие и обновляющие культуру, преобразуя вместе с ней и существующие социальные отношения; элита вырабатывает и вносит в массы идеи, а массы лишь воспринимают их. Ортега-и-Г ассет вкладывает в концепт «элита» значение «знаменитый, всем известный, возвышающийся над неизвестными, безымянными массами», подразумевая личные усилия, заслуживающие уважение и признание. Жизнь благородного человека, по мнению социолога, всегда находится в напряжении, он готов к новым трудностям и достижениям. Элита - это избранники, «одиноко стоящие исключения», которые способны на «спонтанное», проявление собственной воли. Жизнь их находится в «вечном напряжении» и «непрерывной тренировке». Подлинный человек элиты - это человек «энергии». Социолог обращает наше внимание и на то, что из элиты уходит духовное (сакральное) содержание, последнее сопровождается прогрессирующим «омассовлением» критериев элитарности. Девальвация сакрального смысла (рационализация) понятия элиты обнаруживается в изменении представлений о критериях элитарности. Распространяется представление о том, что «подлинная» элита в массовом обществе не может себя утвердить, элита «утрачивает свой авторитет» [15, с. 18]. Данное положение нашло отражение в работах Г.К. Ашина, В. Милановски, Ж.Т. То-щенко. К элите относят лиц, которые «обладают высокой интенсивностью социальных и психологических качеств». Названный критерий не всегда определяется происхождением, чаще приобретен в процессе обучения и проявляется у большинства представителей общества лишь с разной интенсивностью [11]. В этом случае доминирующим акцентом в анализе феномена «элита» становится функциональная необходимость (полезность) представителей этого класса, что связано с ресурсами влияния в обществе нового типа. Элита в таком понимании превращается в выразителя типичных качеств человека массы. Например, А. Зиновьев отмечал, что основой успеха Иосифа Виссарионовича Сталина явилось «дьявольское честолюбие, исключительная воля и общая посредствен-

ность умственных качеств» [9, с. 121]. Феномен элиты становится универсальным понятием и относится даже к преступному миру, например, «воровская элита» всегда превозносит себя, бравирует своими «подвигами», соблюдает правила и традиции преступного мира, является «честнягой» и самой «справедливой» [17, с. 1]. Десакрализация (обесценивание) интерпретации концепта «элита» приводит к тому, что общественным признанием и уважением пользуются те, кто не обладает элементарными ценностно-нравственными ориентирами.

Ранее известный итальянский экономист и социолог В. Парето (18481923), определил «элиту» как «сумму» тех, кто превосходит других, независимо от морального статуса, будь то пиратство, просвещение, экономика, политика или любая другая профессиональная деятельность. Главным критерием, по которому индивида можно отнести к элите является творческая активность, талантливость и энергичность - те психологические импульсы, которые объединяют людей в замкнутые группы на основе успеха в своих сферах деятельности. Элита, по мнению социолога, - это наиболее ценная и продуктивная часть общества [27].

В 1960-е годы немецкий социолог Г. Драйтцель предлагает свою модель в теории элиты, в которой пытается интегрировать два подхода - ценностный и властный. Проблема элиты, по его мнению, - центральная проблема индустриального общества. К представителям элиты можно отнести только тех индивидов, которые признаны различными социальными слоями независимо от способов достижения признания. Элита - это высший класс, обладатели высших позиций (в группе, в организации, в институте), сосредоточивший в себе руководящие функции, умения «управлять людьми». Достижение власти основано на глубоких знаниях, целеустремленности, высоких нравственных качествах, этических и культурных ценностях. Представители элиты являются носителями норм общественного поведения и служат образцом для подражания [22].

Традиционные критерии элиты, которым относятся устойчивая социальная позиция в структуре общества, организованность и сплоченность - в постклассических теориях подвержены переосмыслению. Функциональные теории элит представляют новую интерпретацию концепта «элита». В классических теориях Г. Моска, Р. Михельса, Р. Миллса элита рассматривается как социальная группа, которая выполняет основные властные и административные функции (на определенной территории) и обладает определенными личностными субъективными качествами. Субъективация критериев элиты предполагает рассмотрение ее в контексте проблемы социального развития, исследование вероятностного характера субъективного выбора альтернативных решений и ресурсных возможностей субъекта. В концептуальной интерпретации итальянского социолога Г. Моска элита рассматривается как политический правящий класс, к которому относится меньшинство, возлагающее на себя функции управления. Теория Г. Моска позволяет рассматривать элиту как правящий класс, занимающий властные позиции в руководстве, содействующий развитию прогресса общества. Критериями выделения правящего класса является способность воздействовать на умы людей, умение убеждать людей действовать в соответствии с нормами общественной жизни и приносить жертвы во имя благих целей

[13].

Последователь Г. Моска американский социолог Р. Миллс, анализируя концепт «элита» предложил позиционный подход. В работе «Властвующая элита» (1959) Р. Миллс утверждает, что представители государства, крупных экономических корпораций, образовательных институтов и армии правомочны принимать решения, которые имеют существенное значение для общества. При этом элите присуща групповая сплоченность, общность интересов, личная солидарность, уровень образования, социальное происхождение, некое психологическое «родство», характер межличностных отношений, образ жизни и т.п. Между социальными институтами складываются взаимовыгодные отношения, основанные на стабильности и прогрессирующем развитии общества. В этой

связи во властных структурах могут происходить переходы, например, из политической в экономическую сферу и наоборот. Но при этом большим признанием и, соответственно, наиболее влиятельными становятся не профессионалы-политики, прошедшие большую школу партийной работы, а «назначенцы» президента. Р. Миллс пришел к выводу, что элита - это замкнутая группа, обладающая групповой сплоченностью, основанная на неформальных связях между членами правящего класса, не допускающая соперничество, и обладающая большими возможностями влияния на все стороны общественной жизни [12]. Идеи Г. Моска и Р. Миллса явились методологической основой теории элит, в рамках которой сформировался функциональный подход. Это дало основание американскому социологу Сьюзанн Келлер назвать элиту «меньшинством», которое предназначено эффективно и ответственно «служить коллективу общественно полезным путем» [24]. По мнению В. Мюлмана, к элите можно отнести «социальную общность», которая выделяется по объективному положению в обществе и способностью к «самоизбранию», к «самопрезентации», самооценке собственных возможностей. Этой же точки зрения придерживается Ф. Тонес, по его утверждению, члены элиты воспринимают себя как класс элиты, чувствуя свое превосходство, и считая себя избранными. Чувство сопричастности к элите, самоидентификация с элитой влияет на стратегию поведения субъекта, осуществление социальной миссии [25].

Современным и наиболее востребованным толкованием концепта «элита» является определение элиты как субъекта социальных отношений, представленного в трудах А. Сванна, Дж. Мэнора, Э. Куинна, Э. Райса, Г. Эндрувайта. Немецким социологом Г. Эндрувайтом изложена «единая» теория элиты. В работе «Элита и развитие: теория и практика влияния элиты на процесс развития» (1986) Г. Эн-друвайт утверждает, что элита, являясь социальным субъектом, активно влияет на принятие стратегических решений и развитие социальных процессов в обществе. Однако при этом функциональная элита не занимает высоких должно-

стей и не является слоем, находящимся «между неэлитой внизу и другой неэли-той наверху» [20].

Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод, что с одной стороны, функциональная трактовка концепта «элита» не раскрывает внутреннюю структуру элиты; с другой - посредством анализа поведенческой мотивации субъекта позволяет определить недостающие характеристики элиты. Отталкиваясь от функциональной трактовки, элита - это лица, оказывающие стратегическое влияние на социальные процессы; элита формируется адекватно изменяющимся социальным условиям; критерии элитарности подвижны во времени и пространстве. В названной теории элита уточняется как действующая, потенциальная и резервная. Действующая элита - это живая душа своего общества, носитель высшей свободы своего народа. Потенциальная элита или контрэлита - это группа готовая сменить действующую элиту; более того, она организованно борется за право вхождения в элиту, предлагая социуму либо новые схемы управления, либо новые модели (стереотипы) поведения. Резервная элита способна занять позиции действующей элиты вместо борющейся за эти позиции контрэлиты [2].

Опираясь на идеи М. Вебера, в советский период социологический анализ трансформации элиты провели Ф.М. Бурлацкий и А.А. Галкин. Авторы поднимают вопросы относительно отбора, состава, мобильности элиты, рассматривают природу ее субкультуры. В частности отмечают, что с развитием общества меняются ценностные ориентации, жесткий принцип вертикальных перемещений «подменяется» рациональным, основанным на общественных достижениях. Появляется большое количество элитных групп, внутренний состав которых также меняется. Результатом явилась некая неустойчивость социального статуса и критериев отбора причисления к элите [5, с. 130]. Дифференцирован-ность современного общества позволяет создавать организации и выражать свои интересы. Современным процессам свойственен динамизм, изменчивость, открытость, субъекты становятся более свободными и активными. В современных теориях исчезает идея единства элиты, и появляются концепции множест-

венности (плюрализма) элит, в основе которых лежит постоянная смена большого числа групп (политических, культурных, профессиональных, региональных, этнических, религиозных, профсоюзов, партий т.п.), интересы этих групп выражает ее элита. Характерной чертой элитного плюрализма является состязание и сотрудничество элит, выражающих интересы различных слоев населения (рабочего, среднего, высшего класса) или различных групп (политических, экономических, культурных), играющих ведущую роль в основных сферах социальной жизни [1, с. 269-280]. При данном подходе концепт «элита» измельчен настолько, что можно утверждать, что общество состоит из противоборствующих и взаимодействующих сил, «заинтересованных» групп (термин Д. Трумэна) и «вето-групп» (термин Д. Рисмена). Классическими работами по проблемам множественности (плюрализма) элит являются труды О. Штаммера, Д. Рисмена, С. Келлер, Т. Дая и других социологов. В частности, С. Келлер делит элиты по предметно-функциональному и иерархическому признакам. Элиту, по ее мнению, составляют магнаты бизнеса, верхушки политиков, выдающиеся деятели культуры и т.п., их объединяет влияние на общество (в разных сферах), но отличает ответственность, источники власти, способы избрания и т.д. С. Келлер подчеркивает, что «не все элиты одинаково влиятельны» и предлагает разделить элиты на «стратегические» и «сегментарные», но границы при этом не четко выражены. Однако, элиты «стратегические» характеризуются действиями, совершаемыми в интересах правящего класса; это элиты, которые добиваются влияния на общество в целом. Социолог настаивает на том, что лидерство находится в руках высокоспециализированной, функционально независимой элиты [23].

Субъективация критериев элитности характеризуется отношением к элите как к коллективному субъекту деятельности. Российский социолог В.А. Ядов, считает, что на современном этапе развития России доминирующее положение занимает деятельностный подход, или активистский (субъективный) подход, рассмотренный ранее в работах П. Штомпки, М. Арчера, Э. Гидденса, П. Бур-

дье [21]. Данный подход присущ такому обществу, который находится в процессе постоянных изменений. Концепт «субъект» является центральным понятием и рассматривается в качестве некой системы или комплекса определенных ресурсов, которые позволяют воздействовать на формирование социальных институтов. В качестве субъектов могут выступать индивидуальные, коллективные или групповые деятели, отстаивающие свои интересы. Зрелая субъективация проявляется, во-первых, в способности субъекта изменять сложившиеся социальные структуры, во-вторых, в умении воспроизводить существующие социокультурные отношения, в-третьих, в способности инициировать инновационные процессы в обществе. Дополнительно В.А. Ядов вводит такое понятие как «объект», т.е. потенциал, или совокупность качеств, позволяющий «выживать», регулировать поведение и влиять на других субъектов. По его мнению, субъекты, получившие в современном обществе свободу и возможность действовать независимо от социальных структур, в большей степени включены в процесс социального развития, направляя и регулируя его.

Современный подход к интерпретации концепта «элита» характеризуется отклонением от прямого значения и признанием микро-элит в различных сферах общественной жизни. Сложилась ноократическая концепция элиты, авторами которой являются Дж. Бернхэм, Дж. Гэлбрэйт, Д. Бэлл. Американский экономист Дж. Г элбрейт отмечал, что элита - это «технократы», профессионально превратившие свои специальные знания в господство в области культуры, в различных отраслях и на уровне отдельных организаций, обладающие отменными организаторскими способностями [8]. Американский социолог Д. Белл - основатель теории постиндустриального (информационного) общества также относит к элите социальную группу профессионалов-технократов и «больших ученых». Данной социальной группе присуща высокая техническая квалификация, уровень образования, профессионализм, обучаемость и креативность. Образование является способом доступа к власти. Д. Белл утверждает, что к власти приходят интеллектуалы, обладающие наибольшим культурным капиталом и культурой

критического дискурса [3]. В своих работах «Становление постиндустриального общества» (1973), «Культурные противоречия капитализма» он подчеркивает особую роль научного знания и роль ученых в современном мире. Д. Белл предложил наукоцентричный вариант построения постиндустриализма, основанный на идее перехода от господства в обществе корпораций к доминированию науки и власти. По его мнению, лишь «общество знания» (информационное общество) как принцип меритократии приведет к исчезновению бюрократии и технократии, где теоретическое знание играет роль источника нововведений. Эти теоретические положения отражены и в работах А. Тоффлера, А. Турена, Ю. Хабермаса, М. Платнера, 3. Бжезинского. В 70-е годы - годы структурной перестройки экономики на лидирующие позиции вышли наукоемкие отрасли, компьютерные технологии и информационные системы привели к децентрализации экономики, интенсивно эволюционировала индустрия знаний.

В.К. Петросян во введении в концепцию ноократического (гармонического) общества рассматривает теоретическую модель и эскизный проект социального макроустройства, а интеллектуальная элита - люди знания, оверстрат интеллектуалов рассматривается как новое поколение с улучшенными эволюционными характеристиками, совокупный эволюционный (или инновационный) разум человеческого сообщества. Социолог утверждает, что проблему максимизации совокупной «экзистенциальной силы» человеческого сообщества можно решить за счет повышения качества управления социальной эволюцией, что может осуществить лишь интеллектуальная элита. Рассматривая ноократи-ческое общество как возможную высшую фазу социальной эволюции, где интеллектуальной элите отведена приоритетная статусная роль, В.К. Петросян выделяет параметрические характеристики этого общества, отличающие его от уже известных социальных макроустройств: 1) общество способно непрерывно изменять (возобновлять и оптимизировать) себя и окружающую среду по своему усмотрению; 2) интеллектуальная элита дает возможность реализации интегрированной стратегической цели ноократического общества; 3) общество

способно осознать, что вложения в эволюционно эффективные стратегические инновационные технологии - наиболее экзистенциально рентабельное помещение общечеловеческого капитала. Инновационную деятельность осуществляет оверстрат - класс людей знания; 4) разрешение крупномасштабных социальных конфликтов и экзистенциально значимых проблем происходит путем многоуровневой интеллектуальной дискуссии между носителями идей и проектов, в ходе которой устанавливается интерсубъективная (всесторонне доказанная и общепринятая) истина, необходимая для принятия адекватного решения; 5) каждый гражданин имеет право стать членом ноократического сообщества, но получает право лишь наиболее творческие, дееспособные и максимально эволюционно полезные люди, заслужившие этот статус в жесткой конкурентной интеллектуальной борьбе с другими претендентами (ноокомбатантами) и непрерывно работающие над его закреплением; 6) разделение человеческой деятельности основывается на сфере творчества: интеллектуальной и духовной активности субъекта; 7) интеллектуальная собственность оценивается на основе творческой теории стоимости и адекватные их значимости механизмы защиты, воспроизводства и развития; 8) в гармонично развитом обществе не существует никаких ограничений на познание аспектов бытия и использование полученных знаний в целях оптимизации социальной эволюции [16]..

Исследование интерпретации концепта «элита» как категориального конструкта в сформировавшихся теориях элитообразования показало, что в связи с трансформацией социальной практики на рубеже XX-XXI веков возникла необходимость изменения понимания элиты, характерного для классических теорий элитообразования. Анализируя теории М. Рокича, Т. Карлейля, Л. Фройнды, Т. Драйтцеля, В. Мюлмана, Г. Эндрувайта, О. Штаммера, Д. Рисмена, С. Келлер, Т. Дая, П. Штомпки, М. Арчера, П. Бурдье и других социологов мы увидели, что происходит активный и динамичный процесс социологизации, рационализации (десакрализации) и субъективации критериев элитности. Концепт «элита» рассматривается исходя из тех форм, которые принимают социальные группы (ин-

теллектуальная элита, олигархия, «группы вето»). Представленная ноократическая концепция элиты, авторами которой являются Дж. Бернхэм, Дж. Г элбрэйт, Д. Бэлл основывается на том, что элита - это «технократы», обладающие отменными организаторскими способностями, профессионально превратившие свои специальные знания в господство в области культуры, в различных отраслях и на уровне отдельных организаций. По мнению социологов, научные знания и роль ученых обеспечивают прогресс постиндустриального общества, и именно эта группа является интеллектуальной элитой. В этой связи анализируется понятие «мерито-кратия» как принцип «общества знания». Д. Белл предложил наукоцентричный вариант построения постиндустриализма, основанный на идее перехода от господства в обществе корпораций к доминированию науки и власти группы профес-сионалов-технократов и «больших ученых», где теоретическое знание играет роль источника нововведений. Эти теоретические положения отражены и в работах А. Тоффлера, А. Турена, Ю. Хабермаса, М. Платнера, 3. Бжезинского.

В.К. Петросян во введении в концепцию ноократического (гармонического) общества рассматривает теоретическую модель и эскизный проект социального макроустройства, а интеллектуальная элита - люди знания, оверстрат интеллектуалов рассматривается как новое поколение с улучшенными эволюционными характеристиками, совокупный эволюционный (или инновационный) разум человеческого сообщества. Социолог утверждает, что проблему максимизации совокупной «экзистенциальной силы» человеческого сообщества можно решить за счет повышения качества управления социальной эволюцией, что может осуществить лишь интеллектуальная элита. В этой связи основополагающую роль в социальной реорганизации постиндустриального информационного общества, по нашему мнению, играют центры образования, в частности университеты. Подготовка интеллектуальной элиты стала необходимостью. Приоритетное значение в университетском образовании при подготовке интеллектуальной элиты занимает гуманистический смысл образования в системе ценностей и норм, интегрирующих элиту как социальную общность, что нами рас-

смотрено в работе «Университет как социальный институт сохранения и распространения духовных и моральных ценностей» [4].

Список литературы

1. Ашин Г.К. Курс истории элитологии. М.: МГИМО, 2003. 302 с.

2. Ашин Г.К. Правящая элита и общество // Свободная мысль. 1993. № 7.

С. 23.

3. Белл Б. Грядущее постиндустриальное общество. [Пер. с англ.]. М.: Академия, 2004. 578 с.

4. Бирюкова Н.С. Университет как социальный институт сохранения и распространения духовных и моральных ценностей // Проблемы духовных ценностей в философии и культуре. [Под ред. С.С. Чернова]. Новосибирск: СИБПРИНТ, 2011. С.74-100.

5. Бурлацкий Ф.М., Галкин А.А. Современный Левиафан. Очерки политической социологии капитализма. М.: Мысль, 1985. 384 с.

6. Вебер М. Основные социологические понятия // Западно-европейская социология Х1Х - начала ХХ веков. [Пер. с нем.]. М.: Прогресс, 1996. 808 с.

7. Вебер М. Харизматическое господство // Психология и психоанализ власти: В 2 т. Самара: Издательский дом «Бахрах», 2000. Т. 2. 576 с.

8. Гэлбрейт Дж. Новое индустриальное общество. [Пер. с англ.]. М.: АСТ, 2004. 602 с.

9. Зиновьев А. Сталин - нашей юности полет. М.: Эсмо, 256 с.

10. Карлейль Т. Герои, почитание героев и героическое в истории. [Пер. с англ.]. М.: Издание Ф. Павленкова, 2001. 200 с.

11. Милановски В. Политические элиты - элиты в политике // Политология вчера и сегодня. М.: АОН при ЦК КПСС, 1991. Вып. 3. С. 38.

12. Миллс Р. Властвующая элита. М.: Директ-Медиа, 2007. 844 с.

13. Моска Г. Правящий класс. [Пер. с англ.] // Социологические исследования. 1994. № 12. С. 97-117.

14. Ольшанский Д. Основы политической психологии. М.: Деловая книга, 2001. 498 с.

15. Ортега-и-Гассет X. Восстание масс. [Пер. с исп.]. М.: ACT, 2008. 347

с.

16. Петросян В.К. Понятие и сущность ноократического общества // Вопросы философии. 2002. № 10. С. 45-74.

17. Разинкин В., Тарабрин А. Цветная масть: элита преступного мира. М.,

2008. 47 с.

18. Социологический энциклопедический словарь. На русском, английском, немецком, французском и чешском языках. [Под ред. В. Осипова]. М.: НОРМА, 2000. - 488 с.

19. Фасмер М. Этимологический словарь русского языка: В 4 т. М.: АСТ,

2009. Т. 4. 672 с.

20. Эндрувайт Г. Элиты и развитие: теория и исследования влияния элит на процессы социально-политического развития. [Пер. с нем.] // Политическая наука. Элиты в сравнительно-исторической перспективе. Проблмно-тематический сборник. М., 1998. С. 10-11.

21. Ядов В.А. Стратегия социологического исследования. Описание, объяснение, понимание социальной реальности. - 3-е изд., испр. М.: Омега-Л, 2007. 567 с.

References

1. Ashin G.K. Course of history of an elitology. M.: MGIMO, 2003. 302 p.

2. Ashin G.K. Ruling elite and society [Free Thought]. 1993. № 7. P. 23.

3. Bell B. Future post-industrial society [Translated]. M.: Academy, 2004.

578 p.

4. Biryukova N.S. University as social institute of preservation and distribution of cultural and moral wealth [Problems of cultural wealth in philosophy and cul-

ture. Under the editorship of S. S. Chernov]. Novosibirsk: SIBPRINT, 2011. pp. 74100.

5. Burlatsky F.M., Galkin A.A. Modern Leviathan [Sketches of political sociology of capitalism]. M.: Thought, 1985. 384 p.

6. Weber M. The main sociological concepts [The West European sociology of XIX - XX centuries. Translated]. M.: Progress, 1996. 808 p.

7. Weber M. Charismatic domination [Psychology and psychoanalysis of power: In 2 Volumes]. Samara: “Bakhrak” publishing house. 2000. Vol. 2. 576 p.

8. Galbreit J. New industrial society [Translated]. M.: AST, 2004. 602 p.

9. Zinovyev A. Stalin - flight of our youth. M.: Esmo, 256 p.

10. Carlyle T. Heroes, honoring of heroes and heroic in the history [Translated]. M.: F. Pavlenkov's edition, 2001. 200 p.

11. Milanovsky V. Political elite - elite in policy [Political science yesterday and today]. M.: AON of CPSU Central Committee, 1991. 3rd publ. P. 38.

12. Mills R. Dominating elite. M.: Direct-media, 2007. 844 p.

13. Moska G. Ruling clas. [Sociological researches. Translated]. 1994. № 12. pp. 97-117.

14. Olshansky D. Bases of political psychology. M.: Business book, 2001. 498

p.

15. Ortega-and-Gasset H. Revolt of masses [Translated]. M.: AST, 2008. 347 p.

16. Petrosyan V.K. Concept and essence of noocratic society [Philosophy questions]. 2002. № 10. pp. 45-74.

17. Razinkin V., Tarabrin A. Color suit: criminal world elite. M., 2008. 47 p.

18. Sociological encyclopedic dictionary [In Russian, English, German, French and Czech languages. Under the editorship of V. Osipov]. M.: NORMA, 2000. 488 p.

19. Fasmer M. Etymological dictionary of Russian: In 4 Volumes. M.: AST,

2009. Vol. 4. 672 p.

20. Endruwhite G. Elite and development: theory and researches of influence of elite on processes of sociopolitical development. [Political science. Elite in com-

parative-historical prospect. Problem-thematic collection. Translated]. M., 1998. pp. 10-11.

21. Yadov V.A. Strategy of sociological research. Description, explanation, understanding of social reality. - 3rd publ., corr. M.: Omega-L, 2007. 567 p.

22. Dreitzel H. Elitebegriff und Sozialstruktur. Stuttgart, 1962, P. 8.

23. Keller S. Beyond the Ruling Class. Strategic Elites in Modern Society. N. Y.: Random House, 1969. P. 4.

24. Keller S. Elites [International Encyclopedia of the Social Science]. N.Y., 1968. Vol. 5. P. 6.

25. Marvick D. Elite politics: values and institutions [American Behavioral Scientist]. 1977. Vol. 21. pp. 117-118.

26. Roceach M. The Nature of Human Values. N.Y., 1973. P. 438.

27. Рareto V. The Rise and Fall of the Elites: An Application of Theoretical Sociology. N.Y., 1968. 220 p.

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ

Бирюкова Наталья Сергеевна, доцент кафедры теории и методики профессионального образования, кандидат филологических наук, доцент Сургутский государственный университет Ханты-Мансийского автономного округа - Югры

Проспект Ленина, д. 1, г. Сургут, Тюменская область, Ханты-Мансийский автономный округ - Югры, 628412, Россия E-mail: birikova.natalia@mail.ru

DATA ABOUT THE AUTHOR

Biryukova Natalya Sergeevna, docent of theory and methods of vocational education, Candidate Philological Science, Docent

Surgut State University of the Khanty-Mansi Autonomous Okrug - Yugry

Lenina ave.,1, Surgut, Tyumen region, Khanty-Mansi Autonomous Area-Yugra,

628412, Russia

E-mail: birikova.natalia@mail.ru Рецензент:

Степанова Светлана Николаевна, заведующий кафедрой менеджмента и маркетинга филиала Российского государственного социального университета в г. Сургуте, кандидат философских наук