УДК 10 (09) 4

из истории социологической мысли БЕнгАльского возрождения: оккхойкумар дотТО

Т. г. СКОРОХОДОВА Пензенский государственный педагогический университет им. В. Г. Белинского кафедра социологии и социальной работы

В статье представлены социологические воззрения и социальная критика одного из либеральных мыслителей эпохи Бенгальского Возрождения Оккхойкумара Дотто, стоявшего у истоков развития социальных наук в колониальной Индии XIX в.

Просветителю, публицисту и социальному мыслителю Оккхойкумару Дотто (хиндияз. Акшайкумар Датта 1820-1886) в отечественной литературе уделялось незаслуженно мало внимания; исключением были работы Е. В. Паевской и И. А. Товстых по истории бенгальской литературы [1: 202-204; 4: 98-100]. Индолог-бенгалист Е. К. Бросалина сравнила О. Дот-то по остроте социальной критики с российским мыслителем А. Н. Радищевым (в беседе с автором статьи, 17 мая 2006).

Оккхойкумар Дотто родился 15 июля 1820 г. в деревне Чупи Бурдванского округа Бенгалии в семье, принадлежавшей к касте каястха (писцов). Получив начальное образование на бенгали в деревенской школе патхшала, в возрасте 10 лет он вместе с отцом переехал в Калькутту, где поступил в бесплатную миссионерскую школу. С раннего детства Оккхой интересовался естественными науками, и в школе проявил склонность к научным исследованиям. От учителей-миссионеров он унаследовал отвращение к идолопоклонству в индуизме. С 16 лет Оккхойкумар учился в Восточной семинарии, однако курса не окончил, так как после смерти отца ему пришлось зарабатывать на жизнь, чтобы содержать овдовевшую мать и свою жену (его женили в 13 лет. При поддержке друзей О. Дотто активно занимался самообразованием, изучая математику, физику, астрономию, зоологию, ботанику, химию, а также немецкий язык. Познакомившись с поэтом и публицистом Ишшорчондро Гупто, О. Дотто начинает писать статьи на бенгали для его газеты «Шомбад пробхакор» («Блестящие беседы»). В 1839 г. И. Гупто познакомил его с лидером религиозно-просветительского общества «Тоттободхини Шобха» («Собрание ищущих истину») Дебендрона-тхом Тагором [2: 46-49; 56]. Вступив в «Тоттободхини Шобха», О. Дотто обрёл наилучшие возможности для применения своих способностей. В основанной Д. Тагором школе «Тоттободхини Патхшала» О. Дотто стал преподавать географию и физику, написал на бенгали учебник географии (1840). В журнале «Тоттободхини Потрика» он работал с 1843 по 1855 гг. главным редактором и, по сути, сделал его самым лучшим прогрессивным бенгальским изданием своего времени. Вклад О. Дотто в Его вклад в развитие бенгальской прозы и журналистики тем более замечателен, что образованные элиты Бенгалии открыто игнорировали всё, что было написано не на английском. В журналистике и литературе О. Дотто создал блестящий стиль: «В те дни немногие люди обладали красотой стиля, которая

была присуща Оккхою-бабу, - вспоминал Д. Тагор. Газет тогда выходило мало, и в них не было ни единой статьи или заметки, способствующей народному благу. «Тоттободхини Потрика» первой послужила этой задаче в Бенгалии» [10: 24].

В 1843 г. О. Дотто вступил в основанное в 1828 г. общественным деятелем и философом, родоначальником Бенгальского Возрождения Раммоханом Раем и возглавленное Д. Тагором общество «Брахмо Са-мадж». Здесь О. Дотто познакомился с молодыми брахмоистами, унаследовавшими от Раммохана Рая дух социального реформаторства и веры в прогресс и необходимость нравственного и социального возрождения общества. Оккхойкумар поддержал борьбу просветителя и реформатора Ишшорчондро Биддешагора за отмену запрета на вторичное замужество индусских вдов (1855-1856), за женское образование, кампанию против полигамии индусов высоких каст. В 1854 г. О. Дотто стал секретарём «Ассоциации друзей, стремящихся к усовершенствованию общества» («Шо-маджоннати бидхойини шухрид шомити»), основанного брахмоистами для содействия прогрессивным реформам. С 1855 по 1858 по просьбе И. Биддешагора О. Дотто был главным учителем в нормальной школе (т. е. обучающей на бенгали). Однако его здоровье, и без того слабое, сокрушила болезнь мозга, и вплоть до кончины в июне 1886 г. он был прикован к постели. «Тоттободхини Сабха» назначила ему пенсию. но тяжёлая болезнь не остановила работы просветителя. Результатом его работы стал двухтомник «Религиозные секты в Индии» (1870, 1883), который он диктовал своему секретарю. В его доме была собрана обширная библиотека практически по всем отраслям естественных и социальных наук [9: 168-169], а его усадьбу современники называли малым ботаническим садом - с теплицей, домашним геологическим музеем и химической лабораторией [6: 40-41].

Гносеология О. Дотто - это сочетание рационализма и сенсуализма, поскольку он как учёный-естественник считает природу источником и научного, и духовного знания. Человеческое знание, согласно О. Дотто, является прямым результатом чувственного восприятия [6: 45], а не даром Бога, как считал Дебенд-ронатх Тагор. «Весь мир - наше Священное писание, -писал О. Дотто. - Чистое знание как таковое - это наш Наставник. Изобретения и открытия Бхаскары и Арьябхатты, Ньютона и Лапласа составляют наше религиозное писание. Вечные истины, которые обсуждали Гаутама и Канада, Бэкон и Конт, составляют нашу

Библию» [6: 44]. Он отождествляет Природу (объект научного познания) с Богом (объект религиозного почитания), и идёт ещё дальше, отождествляя Бога с атомом - под влиянием атомизма Демокрита. Рамаканто Чокроборти считает, что на это отождествление повлиял индуистский миф об Универсальном яйце [6: 45]. Между наукой и религией, по мнению Оккхойкумара, не существует границы, поэтому он даже предлагал сделать духовной целью Брахмо Самаджа развитие науки [6: 44]. Сенсуализм Оккхойкумара Дотто оказался серьёзным поворотом индийской философской мысли к исследованию проблем природного мира и - шире -к развитию естественных и социальных наук.

Труды Оккхойкумара Дотто занимают особое место в развитии социальной мысли эпохи Бенгальского Возрождения, в которую интеллектуальные элиты стремились осуществить в теории и на практике синтез индийского наследия с достижениями Запада для преодоления кризиса, вызванного процессами поверхностной модернизации традиционного общества в колониальной Индии, и для социального и культурного возрождения страны. На протяжении жизни О. Дотто занимался естественными науками, но также был социальным мыслителем. Дебендронатх Тагор так писал о своём соратнике: «...Мы были на разных полюсах. Я стремился выяснить отношения человека с Богом, он же стремился узнать об отношениях человека с внешним миром. Различие между нами было подобно различию между небом и землёй» [10: 24].

Социальная мысль в Индии до Нового времени, в отличие от других незападных стран, практически отсутствовала, так как в индуизме «вся социальная доктрина была дана в Откровении и не могла быть никоим образом пересмотрена», а буддисты и джайны, критиковавшие сакрализацию сословно-варнового строя, не отвергали традиционного порядка и не предлагали никаких проектов переустройства общества [5: 227]. Возникновение индийской социальной мысли детерминировано проникновением западной философии Просвещения, затем утилитаризма и позитивизма, и эмпирией индийской социальной действительности в колониальную эпоху, когда ценности, нормы и образ жизни традиционного общества стали приходить в противоречие с ценностями и институтами, которые были принесены британскими властями. Процессы социальной модернизации - хотя и поверхностные -привели к революционному прорыву: осознанию бенгальскими интеллектуальными элитами на уровне эмпирии наличия в обществе социальных проблем и -шире - к осознанию проблемности самой социальной жизни. Проблемность как противоречие между сущим и должным в обществе в индуистской социальной доктрине не существовала, поскольку сущее отождествлялось с должным. Представители индийских элит, получившие европейское образование и воспринявшие западные ценности, приобретают иное представление о должном и сущем в социальной жизни, и на этом фундаменте развивается социальная мысль в Индии. Первым социальным мыслителем стал реформатор и философ, родоначальник Бенгальского Воз-

рождения Раммохан Рай [3], и Оккхойкумар Дотто достойно продолжил формирование основ социологического изучения индийского общества и социального знания как такового. С. л. Дьюб подчёркивает тесную связь трудов О. Дотто и его современников (младо-бенгальцев, П. Митро, И. Биддешагора) с социальной реальностью своего времени и глубокое знание преобладающих тенденций общественной жизни, которое демонстрируют их труды [8: 118].

Изучая труды античных и европейских философов, О. Дотто усвоил их рационализм и стремился выработать конкретную методологию научного исследования, ведущую к достоверному знанию. Критическому методу изучения общества, религий, обычаев и законов его научили работы Раммохана Рая. Главным гносеологическим принципом, диалектически связанным с рационализмом, у О. Дотто оказывается неприемлемость любых устоявшихся догм - религиозных, философских, научных. Под влиянием позитивизма О. Конта в рассмотрении социальных вопросов мыслитель склонен к многофакторному подходу в объяснении эмпирии индийской действительности; не чужд ему и подход утилитаризма. Ещё один принцип, имплицитно присутствующий в работах О. Дотто - попытка реализовать беспристрастный подход к исследованию [6: 55].

Концепцию жизнедеятельности и развития общества О. Дотто выстраивает, опираясь на западную мысль. Несмотря на отсутствие у него принципиально новых идей, его взгляд на общество интересен не только сочетанием западных идей, но и определённым видением должного и собственным анализом сущих проблем.

Человеческое общество, по мысли О. Дотто, -естественный продукт инстинктов и способностей, заложенных в человеке Богом. Человек как творение Бога призван во вселенной к исполнению Его воли и установлений, и это ведёт его к счастью в этом мире: «Чем больше будут последовательно развиваться наши способности интеллекта и благочестие, тем большего успеха мы добьёмся, тем большими будут горизонты нашего счастья» [7: 164]. Способность человека к любви, преданности и состраданию развивается благодаря его отношениям с другими людьми, и это, в свою очередь, побуждает их жить в обществе. Кроме того, О. Дотто, отчасти повторяя мысль Аристотеля, считает общество результатом действия инстинкта самосохранения: «Жить совместно в организованных сельских и городских общинах, должно быть, идеально для людей; они никогда не отмежёвываются ни от сообщества других людей, ни от общества» [9: 154].

Источник возникновения общества, согласно О. Дотто, - склонность человека развивать свои способности, общительность и склонность к взаимодействию [7: 167; 6: 46, 47]. Жизнь в обществе позволяет обрести счастье и избежать страданий, коллективными усилиями обеспечить безопасность и благополучие. «Кооперативная взаимозависимость людей -источник безмерного счастья, - убеждён мыслитель. -Все реальные средства счастья - такие, как строи-

тельство домов, выращивание урожая, строительство лодок, прядение одежды и т. д. происходят из коллективных усилий людей. Эти действия никогда не исполняются одним индивидом. .Тот, кто наделил нас этим инстинктом счастья, также желает, чтобы мы жили в организованных общинах» [9: 154]. Дихотомия счастья - страдания является одной из сквозных тем социальной философии Бенгальского Возрождения, и в трактовке О. Дотто первичным и социально обусловленным состоянием в мире оказывается счастье.

Существование общества - это сосуществование контрастов - свободы и несвободы, индивидуальности и коллективности, единичности и множественности, -которое было бы невозможно без человеческого разума. С одной стороны, О. Дотто, как и его современники, следует утилитаризму, когда говорит о личном интересе, о зарабатывании денег и стремлении к максимальному материальному благополучию, которые лежат в основе общественных усилий людей, а также -о поиске счастья и избегании страдания как цели жизни [9: 154]. Однако западный индивидуализм как социальный идеал утилитаризма чужд О. Дотто: он убеждён, что следование интересам человека должно быть уравновешено общественным сотрудничеством [6: 47], так как существуют и индивидуальные, и социальные цели, которые требуется скоординировать.

Индивидуализм, согласно О. Дотто, является одним из инстинктов человека, поэтому его развитие и счастье в первую очередь связаны с удовлетворением собственных интересов и потребностей. Мыслитель понимает, что эти интересы многообразны, и удовлетворение одних только чувственных потребностей ещё не даёт человеку истинного счастья. Поэтому по мере развития цивилизации и знания человек, не забывая о чувственных потребностях, достигает более высокой меры счастья, развивая стремление к знанию и добродетель [7: 167]. Иными словами, со временем человек становится развитым социальным существом, осознающим, что альтруизм и социальное взаимодействие предпочтительнее эгоизма и преходящих удовольствий. С. К. Бхаттачарджи подчёркивает, что в этом О. Дотто следует традиции, выраженной в максиме древнеиндийских Упанишад: тот, кто внимателен к благу других, как к своему, делает благо самому себе [7: 168].

Коллективность выражена в том, что общество -это единое целое, в котором женщины, мужчины и дети находятся в органических взаимоотношениях друг с другом, поэтому страдания и бедствия какой-либо группы индивидов негативно сказываются на жизни общества [9: 155-156]. Несомненно, в построениях О. Дотто прослеживается воздействие органической теории общества. Идеальное общество для него -это общество, в котором соблюдается внутренняя гармония (органическое состояние). Для этого необходимо гармоническое сочетание индивидуализма и коллективности в общественной жизни. Путь к этому О. Дотто видит в определении соотношения прав и обязанностей, причём сам определяет последние как более важные, чем права. В этом очевидно воздействие

индийской традиции, в частности, идей Бхагавадги-ты, акцентирующей внимание на следовании долгу как первейшей социальной обязанности личности (Бхг. XVI, 22-24). Для нормальной жизнедеятельности общества требуется правильно скоординировать обязанности людей с их функциональной значимостью в обществе. Р. Чокроборти видит в этой идее не только влияние западного позитивизма, но и древней идеи касты как функциональной организации общества [6: 47].

В государстве О. Дотто видит общественную организацию, которая представляет общество, его существенные интересы, и осуществляет реализацию целей его благосостояния. Государство возникает благодаря естественному развитию общества в ответ на социальные потребности. Идею общественного договора он отвергает как мистическую и не соответствующую рационализму [7: 177-178]. По мысли О. Дотто, государство обязано защищать права и свободы граждан, их имущество, поддерживать закон и порядок; и у него есть право (и даже обязанность) вмешиваться в социальную жизнь и жизнь индивида (в т. ч. семейную), если это необходимо для поддержания общественного благосостояния. Этот подход объясняет настойчивые призывы О. Дотто к британской власти в Индии провести социальные реформы, поддержать образование и бороться с бедностью. Но он не осознал, что во вмешательстве государства в жизнь личности таится опасность его превращения в тоталитарный институт, подавляющий общество «ради его благосостояния», или в аналог восточной деспотии. Тем не менее, идея либерального реформаторства близка ему как средство если не устранения, то смягчения существующих проблем.

Общественной гармонии и сложившемуся социальному равновесию не способствуют всевозможные формы несвободы, однако социальные революции как способ решения проблем О. Дотто не признаёт, являясь стойким сторонником реформ. Он анализирует социальные проблемы современной ему Индии, ориентируясь на необходимость их практического реформаторского решения, и касается, по сути, всех основных социальных институтов. В поисках идеальной социально-экономической структуры для Индии [6: 46] О. Дотто особое внимание уделяет проблеме бедности.

Под воздействием идей О. Конта О. Дотто уделяет внимание факторам, дестабилизирующим порядок и прогресс - тирании и бедности. Тирания рассматривается им как политическое явление, которое можно предупредить конституционными средствами. В отличие от Раммохана Рая, он не считает духовно-нравственную деградацию социума, вызванную забвением истинного духа религии, главной проблемой, препятствующей развитию; для О. Дотто такой проблемой является бедность народа Индии, а духовная деградация -её следствие. Бедность учёный анализирует на примере Индии как многоаспектное социальное явление. В «Тоттободхини Потрика» в статьях рубрики «Описание бедственного состояния подданных, живущих в деревнях» (1850), он рисует картину бедности и жес-

токого обращения с крестьянами. «Земля - наше главное богатство, а земледельцы - это те, кто обеспечивает нам пропитание. Но какая досада! Те, кто так великодушны, что производят продовольствие для нашего блага, страдают от бедственного состояния, заставляющего нас жестоко печалиться! - писал О. Дотто. - Хотя они обеспечивают пропитание всем, сами они лишены пищи и ни дня не проводят без забот. Причины этого очень серьёзны, и исследование этих причин - тягостная задача. Человеческое сердце исполнено ненасытной жадности, и это единственная причина страданий райотов (крестьян. - Т. С.)» [7: 164].

Социально-философский контекст размышлений О. дотто составляют впервые появившиеся у Раммохана Рая идеи преодоления страдания человека, вызванного социальными условиями, и необходимости социального сострадания. Мыслитель обращает внимание бенгальской общественности на страдания основной массы населения, а не только на социальные проблемы отдельных групп, как правило, средних и высших (гендерное неравенство, традиционные установления, распространение образования и др.).

В работах О. Дотто развёрнута картина многоаспектного отчуждения, которое порождает страдания основной массы населения в индийском обществе. В сущности, крестьянин счастлив только тогда, когда растит «своё зерно» на «своём поле»; но как только урожай сжат, он больше ему не принадлежит: замин-дар (землевладелец), его сборщики податей и ростовщики отбирают практически всё, и «крестьяне лишаются всего и оказываются в безнадёжно отчаянном состоянии на весь грядущий год» [7: 171-172]. Поэтому первое измерение отчуждения - отчуждение от результата деятельности. Заминдары, по словам О. Дотто, «твёрдо намерены лишить крестьян всего, что им принадлежит - не мытьём, так катаньем» [7: 169]. Помимо установленного налога с них под разными предлогами взимаются дополнительные сборы -по случаю свадьбы или богослужений в доме замин-дара, за любые церемонии и ритуалы в крестьянских домах, штрафы за любые проступки и преступления. «Землевладельца побуждают к подобным действиям не желание сохранять общественный порядок в поместье, но единственно потребность удовлетворения своей алчности к деньгам» [7: 170]. Последнее выколачивают из крестьян сборщики налогов, а полицейские притесняют крестьян по поводу и без повода. «Немыслимо, каким же образом душа райотов не расстаётся с телом после того, как они встретились с жадностью стольких господ - одного за другим», - подчёркивает О. Дотто [7: 170-171].

Не меньше страдают крестьяне Бенгалии на английских плантациях индиго. О. Дотто говорит о варварской жестокости и угнетении со стороны европейских плантаторов, которых защищает закон и которые не подлежат местному суду в соответствующих районах. О. Дотто пишет, что плантаторы играют роль маленьких тамерланов, по своей воле терроризирующих, избивающих, сжигающих, грабящих и убивающих крестьян, которые не подчиняются заведённому

порядку. За десять лет до потрясшего всю Бенгалию «Восстания индиго» (1859-1860) О. Дотто предупреждает: «Власти в Англии, чтобы защитить тщеславие немногих представителей своей расы, не сделали ни шагу, чтобы поддержать миллионы своих подданных» [9: 166].

«Беспрецедентная и неописуемая» картина угнетения крестьян осложняется его скоординированным характером - произвол заминдаров, плантаторов, их слуг сочетается с произволом чиновников и -на самом высшем уровне - с дурным управлением и несправедливостью правительства [9: 166]. Иными словами, экономическое отчуждение дополняется постоянной ситуацией социального и политического отчуждения - от элит, представителей закона и - шире -от соотечественников и тем более - от британской власти. О. Дотто считает, что следствием «комбинированных усилий» всех высших слоёв стала бедность -комплексное явление и главная социальная проблема: «Они бедны материально, бедны знаниями, бедны в религиозном отношении, бедны даже силой и энергией» [9: 166-167]. На мой взгляд, «бедность» здесь у О. Дотто выступает синонимом отчуждения - не только в экономическом (отчуждение от собственности), но и в культурном (от знания) и духовном (от религиозной жизни) планах.

Критика поведения собственников и власть имущих у О. Дотто носит главным образом моралистический характер; отсутствие у них гуманности и жадность выступают как ведущие мотивы такого поведения. «Их (крестьян. - Т. С.) бедность, истощённый внешний вид, подавленный взгляд, засаленная и рваная одежда -ничто не может смягчить каменное сердце, ничто не может вызвать слёзы в его (заминдара. - Т. С.) жестоких глазах. Он продолжает угнетать своих подданных.» [7: 169]. О. Дотто ставит проблему преодоления «этой безнадёжной и страшной ситуации» и задаётся вопросом об условиях и средствах. «Среди народа нет никакого единства; нет и никакого чувства согласия между высшими и низшими слоями нашего общества. Те, кто желает прекратить страдания, не имеет силы и власти, те, кто имеет власть, не имеет воли. ...Несомненно, что Правительство могло бы весьма улучшить их настоящее состояние, если бы пожелало. Они безнадёжно забыли о своих обязательствах, за что они, разумеется, виновны в глазах Бога» [9: 167]. О. Дотто, таким образом, считает, что социальная солидарность, а также милосердие, и социальная ответственность высших слоёв могли бы исправить ситуацию, равно как и усилия британских властей. К сожалению, О. Дотто не указывает средств достижения социальной солидарности в индийских условиях, уповая на добрую волю элит и правительства.

Однако мыслитель уже не говорит о благотворной роли иностранной власти для Индии, как это делали его предшественники Раммохан Рай, Дароканатх Тагор и Рамгопал Гхош [2: 31-32]. О. Дотто выступает против колониальной зависимости индийцев (которые сами во многом виноваты в том, что ими правят британцы [7: 181]) от Британии. Он никогда не видел

в англичанах врагов, ценил их достижения в сфере науки технологий, однако деятельность колониальных властей, чиновников и предпринимателей, наносившая ущерб народу и ввергавшая его в бесчисленные страдания вызывала у мыслителя протест. «Ни один порядочный и добросердечный англичанин не станет плантатором индиго. Только бессердечный.» - это характерное высказывание мыслителя-гуманиста [7: 179]. О. Дотто, тем не менее, убеждён, что со временем британцы пожнут плоды своего неправедного завоевания и управления Индией: «.Они. своим несправедливым обращением с подданными также столкнутся со множеством пагубных последствий в своей собственной стране.» [7: 181].

Под воздействием позитивизма О. Конта О. Дот-то видел детерминированность бедности целым комплексом факторов - духовной (mental) слабостью, ранними браками, подверженностью предрассудкам, склонностью к употреблению опьяняющих веществ, тиранией заминдаров, высокими ценами, эгоизмом узкой прослойки населения и природными бедствиями. Следствием бедности оказываются невежество, грубость и низкая продолжительность жизни народа [6: 49]. Преодоление бедности во имя социального развития возможно, по убеждению О. Дотто, во-первых, через распространение образования, во-вторых, исправление законов и более благоприятного для беднейших слоёв социального порядка и, в-третьих, через введение «машин, сберегающих труд», чтобы не только обеспечивать людей всем необходимым, но и дать достаточно досуга всем слоям населения для «удовлетворения их интеллектуальных склонностей и религиозных инстинктов» [9: 156-157]. Таким образом, осознавая важность сельского хозяйства для индии, О. Дотто оказался одним из первых индийцев, выступивших за развитие промышленности, следуя, по всей видимости, идеям конта. О. Дотто увидел возможности машинных технологий в сокращении затрат труда и первым выступил за индустриализацию страны. Однако, в отличие от Раммохана Рая, он связывал развитие промышленности не с европейской колонизацией, но с улучшением благосостояния населения [6: 50]. Ауробиндо Поддар упрекнул О. Дотто в буржуазном идеализме, заимствованном с Запада, поскольку мыслитель не установил взаимосвязи с ростом бедности и феодально-капиталистической экономикой [9: 157] Ему возражает Рамакан-то Чокроборти. указывающий, что только Марксу и Энгельсу удалось избежать «буржуазного идеализма», а среди англизированных интеллектуалов своего времени Оккхойкумар был особым исключением, так как видел главную причину отставания индии видел не в индуизме, а в бедности [6: 48].

Одной из проблем индии О. Дотто считал рост населения, и под влиянием теории Т. Мальтуса предлагал, чтобы бедняки, не способные содержать семью, не заключали браков [9: 157]. Видимо, он надеялся, что снижение темпов роста населения приведёт к общему росту благосостояния и установлению равной социальной и экономической справедливости - так же

как и индустриализация; и в этом сказалась известная некритичность подхода О. Дотто к западным теориям. Но А. Поддар обращает внимание на ценность самой его попытки обратить внимание элит и властей на реальной национальной ситуации, а правительства - к обязательствам перед подданными [9: 157].

Когда же речь шла о проблемах семьи, О. Дотто забывал о теории Мальтуса и выступал как сторонник социальных реформ, поддержал кампанию И. Бидде-шагора за вторичное замужество индусских вдов, против детских браков и полигамии. В статьях он аргументирует вторичный брак гендерным равенством прав, экономической необходимостью (зависимостью жены от мужа), несправедливостью состояния вдовства (отсутствием независимости и подчинённое положение вдовы в семье), неестественностью неравных браков и детского вдовства, вовлечением вдов в инцест и проституцию, обоснованностью вторичного замужества у законодателей (Порашор, Рагхунандан). О. Дотто подчёркивает, что нельзя ожидать от вдов нравственного поведения в обществе, разрешающем полигамию [9: 158-159].

О. Дотто выступил практически против всех ортодоксальных индуистских обычаев, касающихся брака. Он считает вполне приемлемыми не только отказ от детских и неравных браков и полигамии, но браки между представителями разных каст, самостоятельный выбор супруга и законное право на развод в случае несходства характеров или жестокого обращения [7: 176]. Картина идеального брака представлена в «Этике» («Дхормонити»): моногамный брак заключается в расцвете сил (согласно классической традиции!). Брачный возраст может корректироваться в зависимости от климата (в жарком он будет ниже, чем в холодном) и закреплён законодательно. У вступающих в брак должна быть возможность познакомиться и понять друг друга до свадьбы. Желательно и логично равенство супругов по уровню образования [6: 52, 53]. Практика браков между детьми, родственниками и лицами, страдающими психическими или неизлечимыми физическими заболеваниями, согласно О. Дотто, противоречит не только классической традиции и модели идеального брака, но и идеям ликурга, Платона, Аристотеля, советам врачей и психологов. Неизлечимо больные не должны вступать в брак [6: 53; 9: 159-160]. Здесь возникает обозначенная прежде только Раммо-ханом Раем тема здоровья населения и устранения факторов, отрицательно влияющих на генофонд.

Подобно многим своим современникам, О. Дот-то видел в образовании решающий метод в борьбе с социальными проблемами, но считал, что оно действенно не только для нравственного и интеллектуального развития, но и для улучшения материального положения людей и здорового развития общества [9: 161; 6: 53]. В период, когда даже на Западе в развитых странах не было государственной политики поддержки образования и активно использовался детский труд на фабриках, О. Дотто в Индии предложил свою концепцию всеобщего образования, обратившись в 1855 г. к британскому правительству с призывом переключить

расходы с военных целей на социальную работу и образование - бесплатное и обязательное по всей Индии. Онтакже призвал элиты Бенгалии меньше тратить средств на роскошь и потребление и больше - на образование для народа [9: 161].

Во-первых, О. Дотто предложил образование на родном языке на всех ступенях обучения, что было очень актуально, так как элиты были убеждены в превосходстве английского языка и образования. Он привёл следующие причины: 1) знание, получаемое благодаря английскому языку, недоступно народу; 2) английское образование чревато ненавистью к родной культуре, стране и народу, утратой национального своеобразия; 3) обучаться на английском в четыре раза труднее, нежели на родном языке; 4) все работы европейских мыслителей модно перевести на родной язык и создать хорошие учебники для всех уровней, а также готовить учительские кадры [9: 162-163]. Во-вторых,

О. Дотто предложил проект непрерывного образования с раннего детства. I ступень - начальные школы для детей с 2-х лет, где обучение сочетается с развивающими играми, физическим и нравственным развитием [9: 163]. II ступень - школы для детей от 6-7 до 15 лет, где изучаются языки и литература, естественные и социальные науки, уделяется внимание физическому воспитанию, так как, по словам О. Дотто, «в прошлом многие славные цивилизации исчезли с лица земли из-за недостатка физической выносливости их создателей» [9: 164]. III ступень - специальные школы для талантливого юношества (до 20-22 лет) в соответствии с их склонностями и школы для большинства, дающие «техническое и профессиональное образование вместо теоретического университетского образования. Правительство должно основывать и поддерживать школы и технические и сельскохозяйственные», - заключает О. Дотто [9: 164]. Для этой системы и в городах, и в сёлах должны быть созданы общественные библиотеки и читальные залы, что позволит, помимо прочего, развивать склонность к самообразованию и удовлетворять стремление населения к знанию.

В своём проекте О. Дотто интегрировал идеи своих современников и предшественников (Р. Рая, К. Банерджи, У Аддхьо, Д. Тагора и И. Биддешагора), и сказал новое слово: никто не предлагал всеобщего образования на родном языке на всех ступенях, сочетающего общедоступность и - на высшей ступени - селективность в соответствии со склонностями студентов. На фоне элитарного традиционного и элитарного английского образования схема О. Дотто была новым, поистине революционным идеалом должного положения дел в сфере просвещения в период модернизации традиционного общества.

Социологические идеи Оккхойкумара Дотто -это одна из успешных попыток социально-философского синтеза западных идей с отдельными элементами национальной традиции. Просветительская вера в решающую роль разума и просвещения в социальном развитии, видение противоречий в социальной жизни и либеральное убеждение в превосходстве реформ над

революциями сочетаются с позитивистскими идеями социальной солидарности и функциональности, социальной гармонии и индустриализации как движения к «позитивному состоянию», в котором развиваются все человеческие способности. При этом идея долга (обязанности) людей друг перед другом и обществом и функциональности элементов общества у «западника»

0. Дотто восходят к индийской традиции. Он сознательно заимствует западную мысль, чтобы рельефнее выявить социальные проблемы колониальной Индии. Патриотическое стремление сохранить отечественную культуру, уникальное для своего времени сострадание к бедным и угнетённым побудили О. Дотто предложить сбалансированный социальный порядок и социальное развитие как проект для Индии, как должное состояние, в то время как иностранное господство и уродливый капитализм в стране этому не способствовали. Главный смысл его построений - идея о том, что социальные преобразования должны касаться не отдельных слоёв и категорий (европейски образованных элит, среднего класса, женщин, страдающих от несправедливых установлений и т. д.), но всех слоёв, в первую очередь основной массы населения - индийского крестьянства. По сути, он предвосхищает идеи М. К. Ганди о невозможности прогресса без достижения благополучия индийских деревень. Другой смысловой вектор размышлений О. Дотто - необходимость коррекции всех форм жизнедеятельности, вызывающих отчуждение человека. В проекте мыслителя социальная гармония предстаёт как идеал, к которому следует стремиться. Она основана на социальной справедливости и солидарности, подразумевающей социальную ответственность сильных групп, и на оптимальном сочетании индивидуального и коллективного. Условиями, обеспечивающими социальную гармонию, О. Дотто полагает всеобщее образование и просвещение, позволяющее сохранять и развивать национальную культуру, а также индустриализацию, способствующую экономическому и социальному развитию. либеральный призыв к рациональному освоению западных достижений у О. Дотто, как и у его предшественников, не исключает пристального внимания к сохранению национального своеобразия в условиях модернизации.

список литературы

1. Паевская Е. В. Развитие бенгальской литературы в ХП-ХТХ вв. М.: Изд-во МГУ, 1979. 263 с.

2. Скороходова Т. Г. Семья Тагоров: живая история Бенгальского Возрождения // Тагор Дебендронатх. Автобиография. М.: Институт Востоковедения РАН, 2007. С. 5-96.

3. Скороходова Т. Г. У истоков индийской социологии: Раммохон Рой // VII Социологические чтения студентов, аспирантов и преподавателей, посвящённые 60-летию Победы в Великой Отечественной войне. Межвуз. сб. науч. тр. Пенза: ПГПУ, 2005. С. 53-70.

4. Товстых И. А. Бенгальская литература. М.: Наука, 1965. 290 с.

КУЛЬТУРОЛОГИЯ ►►►►►

5. Торчинов Е. А. Пути философии Востока и Запада: познание запредельного. СПб.: Азбука, Петербургское востоковедение, 2005. 480 с.

6. The Bengali Intellectual Tradition: From Rammohun Roy to Dhirendranath Sen / Ed. by A. K. Mukhopadhyay. Calcutta: Bagchi, 1979. 288 p.

7. Bhattacharjee K. S. The Bengal Renaissance: Social and Political Thought. New Delhi: Classical Publishing Company, 1986. IV, 264 p.

8. Indian Sociology: Reflections and Introspections / Eds. T. K. Oommen, Partha N. Mukerji. Bombay: Popular Prakashan, 1986. XVI, 248 p.

9. Poddar A. Renaissance in Bengal. Quests and Confrontations. 1800-1860. Simla: Indian Institute of Advanced Studies, 1970. VII, 252 p.

10. Tagore D. The Autobiography. Calcutta: S. Lahiri & Co., 1909. 195 p.

культурология

УДК 026/027

научная библиотека в рамках педагогического вуза на современном этапе

Г. Ю. ВЛАСОВА, Е. П. ШИНЬЕВ Пензенский государственный педагогический университет им. В. Г. Белинского

библиотека

Библиотека привлекает к себе внимание фактически с того времени, как она была осознана как специфический элемент жизни культурного человека. Авторы исследования формулируют положения о библиотеке как культурноинформационном центре вуза. Исторически составной частью каждого университета была библиотека, а важнейшим элементом - книга.

В современном обществе крепнет убеждение, что повышение качества жизни всего общества достижимо лишь на основе использования науки и образования для фундаментальных инновационных сдвигов в технологиях и социальной жизни в целом. Знания становятся товаром, а наука призвана стать двигателем инновационных процессов, высокотехнологичного развития страны. В этих условиях роль высшего образования и науки чрезвычайно вырастает. Осмысление инноваций в образовании требует выработки представлений о социальном значении образования и о тех условиях и средствах, когда образование и образовательные инновации обретают социальную значимость. Фундаментализация образования должна происходить на основе обращения к фундаментальной науке и усиления в самой науке фундаментальной составляющей. Университетское образование облегчает человеку ориентировку в информационно насыщенной среде.

Такое переплетение научных и образовательных задач формирует особую ментальность университетского образовательного пространства. При этом исследовательская деятельность остается базовой наряду с профессиональным обучением. Изменение философско-методологических подходов к пониманию мира, его познанию существенно повлияло на изменение исследовательской деятельности и профессионального образования.

Сложность социальных систем, именуемых обществами, обуславливает как многообразие их конкретных проявлений, так и отсутствие единого уни-

версального критерия, на основе которого их можно было бы классифицировать. Идее прогресса в рамках единой новации приходит на смену идея постоянной изменяемости новации. Изменение технологического базиса сказывается на организации всей системы социальных связей и отношений. Процесс модернизации обуславливает замену иерархии структур новым типом сетевой организации, ориентированной на быстрое изменение в зависимости от ситуации.

В последнее время много говорится о том, что современная педагогика высшей школы должна опираться на гуманистическую парадигму, в центре которой - идея саморазвития личности. Именно гуманитарная парадигма с ее субъектным подходом наиболее адекватна педагогической деятельности.

Когда мы представляем сегодняшнее состояние культуры в виде наглядного образца, то оно рисуется как мост. Таким же мостом предстает сегодня библиотека как транслятор знания. Роль библиотеки возрастает не только в связи с обеспечением учебного процесса, но и с усилением контроля по отношению к качеству предоставляемой информации. Библиотека как социокультурный институт в постинформацион-ном обществе призвана способствовать овладению парадигмой научного мышления, выработке профессиональных компетенций, овладению культурой.

Библиотека как самостоятельный социокультурный институт и как подразделение высшего учебного заведения должна быть ориентирована на реализацию задач в области коммуникации: 1) развитие навыков абстрактно-концептуального мышления с упором на