УДК: 316.42 (471)

формирование стратегической концепции социально-экономического развития россии

г. Б. НОВОСЕЛЬЦЕВА Кафедра экономической теории

В статье анализируются проблемы формирования стратегии экономического развития в процессе реформирования социально-экономической системы России. Рассматривается взаимосвязь процессов экономического развития на каждом этапе трансформации с постановкой целей и задач в среднесрочных правительственных программах, выявляются приоритеты долгосрочного социально-экономического развития страны.

С 2003 г. активизировались исследования, направленные на выработку стратегии социально-экономического развития России [15, 25]. Однако правительство до сих пор не имеет утвержденной научно-обоснованной долгосрочной стратегии преодоления последствий кризиса и возрождения национальной экономики. Это означает, что на государственном уровне не сформулирован ответ на исторический вызов, вставший еще в конце ХХ века перед СССР, когда страна не сумела осуществить трансформационный скачок и «была разрушена как социально-экономическая система, геополитическая реальность и вторая сверхдержава» [6]. Устранение подобной угрозы для современной России основывается на пересмотре исчерпавших себя взглядов на модернизацию страны, на разработке теоретических предпосылок для преодоления стагнации реформационного процесса. Такие предпосылки создаются в ходе формирования новой системы научных представлений (парадигмы), концепций и стратегий развития, опирающихся на результаты первого рефор-мационного пятнадцатилетия (1990-2005 гг.).

В России (как, впрочем, и в других постсоциалис-тических странах) сложилась уникальная ситуация. Она заключается в хронологически сжатой трансформации одной социально-экономической системы в другую: командной в рыночную. В основу сценария развития российских реформ были заложены принципы саморазвития и саморегуляции рыночной системы, в соответствии с которыми роль государства сводится к первоначальному «толчку» по запуску механизма рынка. Поэтому основной задачей стало не построение нового механизма государственного регулирования экономики, а искоренение всякого вмешательства государства в хозяйственную деятельность.

Лозунг периода первоначального накопления капитала в Европе «laissez-faire» фактически был реализован в ходе российских реформ, в чуждой для рыночной эволюции экономической среде на основе программы «шоковой терапии». Эта программа, одобренная ООН, МВФ, Всемирным банком была принята и реализована российским правительством и входившими в него экономистами - Е. Гайдаром, А. Чубайсом, Б. Федоровым. Выбор программы не мог быть случайным. Ее положения обеспечивали моментальное осуществление экспроприации народной и государственной собственности, за счет которой и образовались колоссальные состояния узкого круга лиц. Стратегия «шоковой терапии» (практически молниеносные и одновременные приватизация, либерализация, разгосударствление)

активно финансировалась Западом: МВФ предложил пакет помощи в размере 24 млрд долл., Конгресс США принял закон о создании специального правительственного фонда по поддержке приватизации в России [12]. Специалисты Всемирного банка также активно участвовали в подготовке каждого этапа приватизации [28].

Первый этап реформ (с 1991 по 1996 г.) показал, что таким путем не только «цивилизованный», а вообще никакой рынок сложиться не может. Даже западные экономисты отмечают несовершенное функционирование российских рынков, как товарных, так и ресурсных, недоразвитость фондового рынка, слабость институтов корпоративного управления, что доказывает отсутствие важнейших дисциплинирующих механизмов, характерных для рыночной экономики [27, 29]. Ведущие российские экономисты-аналитики вскрыли ошибочность применявшейся концепции. В частности академик Г. Арбатов указал на опасность резкого освобождения цен в переходной экономике. Цена - фундаментальный рыночный механизм, через который осуществляется закон стоимости, оказывающий определяющее влияние на экономику. При недостаточной подготовленности рыночных институтов реализации закона освобождение цен может привести к разрушительным последствиям действия столь мощного механизма экономики [21]. В России шоковое освобождение цен вызвало появление массовой бедности, дестабилизировало производство, привело к полной деградации общественной жизни и фактическому развалу экономики. Все это стало проявлением фундаментальных нарушений равновесия в экономической системе [2]. В экономике преобладал монополизм, теневая координация и даже прямой контроль мафиозных структур [11].

Практически единогласно основным результатом этого этапа реформ экономисты называли незащищенность населения перед последствиями товарного производства: неуверенность в завтрашнем дне, рост цен, отсутствие социальных гарантий [18]. Многократно объявлявшиеся руководством страны в тот период стабилизация и начало экономического роста не осуществлялись [9]. Реально достижениями рефор-мационного десятилетия можно считать установление экономических и политических свобод. Что касается насыщения потребительского рынка и устранения дефицита, то, с нашей точки зрения, произошло лишь перемещение дефицита из сферы обмена в сферу потребления. Реформы в России привели к обнищанию

основной массы - 83 % [7] - населения, что абсолютно обесценило рыночные преобразования. Помимо социальных последствий, это разрушило потенциальную возможность широкого развития мелкого и среднего бизнеса в ближайшей перспективе. Резко усилилась дифференциация населения по доходам. Если в 1991г. децильный коэффициент в РФ составлял 4,5, то в

2004 г. 2 % населения страны получали свыше трети

динамика ввп стран цвЕ

всех денежных доходов россиян, а 10 % самых бедных только 2 % [22].

Особенно наглядно неудача российского варианта реформ выглядит на фоне экономического роста в странах ЦВЕ (табл. 1), начавшегося после 2-3- летнего трансформационного спада. Со второй половины 1990-х годов тем роста ВВП в странах ЦВЕ практически вдвое превышал этот показатель в Западной Европе [13].

таблица 1.

(% к предыдущему году)*

^"\^Год страна~^^ 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004

Белоруссия - 10,4 2,8 11,4 8,4 3,4 5,8 4,7 5,0 7,0 11,4

Болгария 1,8 2,9 -9,4 -5,6 4,0 2,3 5,4 4,1 4,9 4,5 5,6

Венгрия 2,9 1,5 1,3 4,6 4,9 4,2 5,2 3,8 3,5 2,9 4,2

Польша 5,2 7,0 6,0 6,8 4,8 4,1 4,0 1,0 1,4 3,8 5,3

Словакия 6,2 5,8 6,1 4,6 4,2 1,5 2,0 3,8 4,6 4,5 5,5

Украина -22,9 -12,2 -10,0 -3,0 -1,9 -0,2 5,9 9,2 5,2 9,6 12,1

Чехия 2,2 5,9 4,2 -0,7 -1,1 1,2 3,9 2,6 1,5 3,2 4,4

Россия -12,7 -4,1 -3,6 1,4 -5,3 6,4 10,0 5,1 4,7 7,3 7,2

* Источники: Economic Survey of Europe, 2005. № 2, P.59, 66, 70-72; National Accounts of OECD countries, OECD, Paris, 2005; Динамика ВВП в странах СНГ презентация http://www.economy.gov.ru; http://www.cisstat.com

Второй этап реформирования в России (19961998 гг.) - представлял собой попытку при помощи монетаристских инструментов добиться положительных результатов реформ, как-то смягчить социальную напряженность. Финансовый кризис 1998 г. продемонстрировал несоответствие примитивно-монетаристских методов макрорегулирования ситуации в российской экономике. Как неоднократно отмечали российские экономисты, все драматические события августа 1998 г. произошли не из-за отхода от либерально-монетаристской стратегии, а именно из-за упорного стремления правительства любыми средствами продолжить этот курс [4].

По мере выхода экономики России из кризиса 1998 г. наметились определенные тенденции к экономическому росту. Можно согласиться с мнением отечественных экономистов, весьма осторожно оценивающих послекризисный экономический рост [16, 20]. Причины, проявления и следствия кризиса остались реальностью всего постдефолтного периода.

Таким образом, анализ причин фактического провала стратегии шока приводит к выводу, что для России реальной альтернативой являлась стратегия постепенного эволюционного развития, такая, как программа «500 дней», в разработке которой принимали участие Г. Явлинский, М. Задорнов, С. Зверев, Дж. Сакс, С. Фишер, Э. Шервуд. При всей неоднозначности оценки этой программы, общепризнано, что ее стратегия была нацелена на сохранение функционирования на основе рыночной системы единого экономического пространства СССР. Именно развал экономического пространства огромной страны на отдельные части означал кардинальное изменение задачи - нужна была уже не трансформация системы, а создание абсолютно новой экономической реальности, начиная с формирования нового экономического пространства.

Программой «500 дней» предусматривалось в период 1991-1993 гг. начать преобразования с построения юридических и экономических институтов системы через осуществление государством соответствующих функций. В 1992 году предполагалось проведение малой приватизации, осуществление программы привлечения иностранных инвестиций, развитие рыночной инфраструктуры при сохранении государственного макроконтроля за экономикой. Такой подход обеспечивал развитие малого и впоследствии среднего бизнеса, укоренение института частной собственности. Приватизацию крупной госсобственности предполагалось проводить в 1994-1997 гг. [26]. Последний момент представляется особенно спорным, поскольку для изменений экономических отношений собственности необходим длительный период. Механизм возникновения новых форм собственности экономической наукой раскрыт как сложный процесс приведения форм собственности в соответствие с изменяющимися способами производства и хозяйствования в целом.

Стратегии, альтернативные «шоковой терапии», предлагали и западные экономисты: Д. Котц, Т. Клейн, К. Эрроу, Л. Тейлор и др. Все они основывались на концепции постепенности преобразований при центральной роли правительства в процессе трансформации, что предполагало и его соответствующую ответственность за результаты реформ. «Создание в России сильной диверсифицированной экономики требует государственного руководства этим процессом» [12], утверждал Д. Котц, на основе анализа китайского опыта преобразований.

В России «реформы не только не привели к модер-низационному рывку, но и отбросили страну далеко назад в технологическом, структурном и экономическом отношении» [6]. Отставание российской эконо-

мики от ведущих стран Запада, от новых индустриальных стран в 90-е годы стало принимать угрожающий характер. Однако нельзя согласиться с определением ситуации, как «необратимого экономического отставания». Как показывает опыт новых индустриальных стран, экономический рывок вполне возможен и в современных условиях движения к постиндустриальному обществу. А при достаточных объективных факторах в России центральное значение имеет именно субъективный фактор - наличие адекватного задачам руководящего, координирующего ядра.

Давление политических факторов вынудило правительство к совмещению практически противоположных по своим целям и методам программ, ознаменовавшему второй этап реформирования, который протекал с конца 90-х до 2002 года. Суть его заключалась в создании и укреплении институтов новой системы применительно к российской специфике, что нашло свое выражение в принятии Гражданского, Налогового, Бюджетного, Трудового и Земельного кодексов, пенсионного законодательства, снижении административных барьеров в предпринимательстве и т. д.

Начало третьего этапа обозначено расстановкой новых приоритетов в государственных программных документах. Содержанием третьего этапа реформаци-онного периода должно стать осуществление социально-экономического прорыва к уровню высокоразвитых стран. Успех или неудача этого этапа зависят от государственной экономической политики. Поэтому отечественные экономисты ставят вопрос о скорейшей выработке соответствующей стратегии. Отсутствие четко сформулированной цели и концепции развития в течение 90-х годов затрудняет ее разработку на современном этапе.

В Конституции РФ было зафиксировано положение, согласно которому разработка стратегии является функцией президента, а не правительства. Это значительно усложняло определение юридического статуса документов, разрабатываемых образованным только в конце 1999 - начале 2000 гг. Центром стратегического развития. Удалось создать Программу социально-экономического развития РФ лишь на среднесрочную перспективу (2001-2004 гг.) [19]. Она была утверждена 10 июля 2001 г. Важнейшими долгосрочными целями программа определяла достижение устойчивого повышения уровня жизни населения, сокращения разрыва по уровню благосостояния с промышленно развитыми странами. Соответственно долгосрочными задачами, решение которых обеспечивает продвижение к достижению целей, были названы построение динамичной рыночной системы на основе модернизации экономики, создание стабильного и четкого законодательства, обеспечение снижения степени зависимости от мировой конъюнктуры, оптимизация хозяйственной и социальной роли государства.

В 2002 г. Правительством РФ была принята «Программа социально-экономического развития РФ на среднесрочную перспективу (2003-2005 гг.)» [23]. В ней впервые за реформационный период в качестве стратегического направления было заявлено решение

задачи повышения конкурентоспособности научного сектора России как основы для диверсификации экономики, расширения технологичного экспорта.

Обозначенные приоритеты стали основой для разработки последующей Программы социально-экономического развития Российской Федерации на среднесрочную перспективу (2006-2008 гг.) [24], которая была принята правительством РФ 19 января 2006 г. В качестве стратегических целей социально-экономического развития России «Программа...» заявляет «повышение благосостояния населения, уменьшение бедности на основе динамичного и устойчивого экономического роста; неуклонный рост конкурентоспособности человека, бизнеса и государственных институтов».

Вместе с тем российские экономисты высказывают серьезные опасения по поводу неизбежности провала намеченных задач при наличии тенденции к консервации имеющейся структуры экономики. Кроме того, среднесрочное планирование вне четко разработанной стратегической концепции, без определения инструментов ее реализации не обеспечит устойчивого поступательного движения к общественно необходимым рубежам роста экономики [5]. Проводимые в рамках среднесрочных программ реформы приходятся на фазу посткризисного развития. Они не решают задач структурной перестройки экономики. Как следствие диспропорции, связанные с ее однобоким развитием за счет энергосырьевого сектора, сохраняются и усиливаются. В результате благоприятной конъюнктурной ситуации на мировом рынке в этот сектор направляются огромные финансово-денежные потоки, но в бюджет России не поступает и сотой доли того, что могла бы приносить природная рента. В структуре доходной части бюджета страны, налоговая составляющая состоит на 70 % из прямых и косвенных вычетов из зарплаты россиян, тогда как сама зарплата составляет менее одной трети доходов общества. А две трети их связано как раз с реализацией природных ресурсов [17].

Выживание и прогресс социально-экономической системы в условиях глобализации взаимосвязаны. Они возможны только на основе стратегии опережающего (прорывного) развития. Эта идея все в большей степени овладевает научным сообществом [8, 10, 15]. Наряду с тем, что конкретная технология прорыва специфична для каждой страны, можно выделить наличие общей схемы ее обязательных элементов: максимальный учет реалий прошлого национального социально-экономического развития, знание перспективных тенденций продвинутых систем, тщательный подбор «вживляемых» элементов будущих структур на основе совместимости с отставшей экономикой.

институт экономики Российской академии наук в 2004 г. разработал стратегию макроэкономического развития России до 2025 года - «Россия-2025». Научный проект представляет собой продолжение предыдущего - «Россия-2015», опубликованного в 1999 г. Стратегия направлена на предотвращение грозящего России тотального кризиса воспроизводства, который неизбежно отбросит ее в разряд третьесортных госу-

дарств, сырьевого придатка «золотого миллиарда». Основная задача государства в проекте обозначена как создание условий для устойчивого позитивного развития экономики, социальной сферы, науки, культуры и т.д.

Стратегия «Россия-2025» включает в себя три этапа: I - 2004-2010 гг. заключается в преодолении кризиса воспроизводства на основе поддержки государством путем инвестиционной политики развития наукоемких отраслей экономики: авиастроения, судостроения, радиопромышленности, атомной энергетики и т.п. Развитие социальной сферы предполагается осуществлять на основе резкого повышения уровня заработной платы основной массы наемных работников. Основное содержание этапа - последовательная координация структурных изменений, при которой невозможны высокие темпы роста. Предполагается выдерживать 4-6 % роста ВВП. II этап - 2011-2015 гг. нацелен на решение задач по широкомасштабному им-портозамещению в сфере капитального имущества и инвестиционную экспансию России на мировом рынке. По завершению второго этапа рост ВВП достигнет 5-7 %. III этап - 2016-2025 гг., - переход к действительной либерализации экономики и ослабление государственной поддержки, предполагающие сокращение государственных расходов в реальном секторе, поскольку человеческие и производственные ресурсы будут способны функционировать в соответствии с мировыми требованиями.

Российские экономисты практически едины в своем мнении о необходимости учитывать в стратегии и тактике трансформационного периода прошлый опыт экономического развития России. Разница в экономическом состоянии Запада и России, огромные территориальные, природно-климатические и ресурсные отличия не позволяют механически использовать современные рыночные инструменты и механизмы высокоразвитых стран [1,3].

Специфика процессов рыночной трансформации российской экономики связана, во-первых, с особенностями функционирования постсоциалистической экономики. С одной стороны, она не знала рыночных отношений, и их формирование с начала 90-х годов ХХ века происходило в чуждой среде, а с другой - она обладала уникальным, единственным в мире, опытом создания неэксплуататорской формации. Эксплуатация исключалась не только внутри системы, но и извне, вследствие отсутствия неэквивалентного обмена с высокоразвитыми странами. Эти принципиально новые качества социально-экономического развития не достигнуты на сегодняшний день ни одной другой самой высокоразвитой страной. Западные теоретики еще только поднимают вопрос о разработке механизмов государственного управления процессами обобществления, интеграции производительных сил и производственных отношений.

В связи с анализом перспектив перехода российской экономики к постиндустриальной стадии как стратегического направления ее развития Ю. Яковец предложил учитывать семь негативных тенденций экономической трансформации в нашей стране. Во-первых,

незрелость капиталистического состояния постсоциа-листической экономики. Во-вторых, криминализацию российской экономики, непомерное расширение ее теневого сектора. В-третьих, деформацию воспроизводственной структуры. В-четвертых, усиление технологической деградации хозяйства страны. В-пятых, процессы экономической дезинтеграции в самой России и в ее отношениях со странами СНГ. В-шестых, диспропорцию внешнеторгового баланса страны. В-седьмых, зависимость эффективности трансформации российской экономики от совпадения схожих фаз национального и мирового воспроизводственных циклов [3]. С нашей точки зрения, необходимо дополнить перечень еще одним негативным фактором - отсутствием долгосрочной стратегической концепции социальноэкономического развития как важнейшей предпосылки развития институциональной базы информационного общества.

Одна из основных причин пробуксовки реформ - отсутствие институциональной базы, необходимой для нормального функционирования смешанной экономики, для создания которой необходима соответствующая законодательная основа. Нерешенность этой задачи на первом этапе преобразований предопределила восполнение формальных институтов неформальными. А поскольку в условиях социалистического хозяйства единственный опыт рыночных отношений, причем очень далекий от цивилизованного ведения бизнеса, имелся только в теневой экономике, то создаваемые неформальные институты имели преимущественно криминальный характер.

Выход из кризиса и возрождение экономики России невозможны без сильного государства, действующего в национальных интересах, так как именно механизмы государственного регулирования обеспечивают реализацию преимуществ современного хозяйствования. Как раз в вопросе об экономической роли государства в экономике в России с большой силой проявляется столкновение интересов субъектов новой российской рыночной системы и интересов национальной экономики в целом. Это столкновение нашло свое отражение в теоретических исследованиях отечественных экономистов, которые, по-разному представляя сущность необходимых изменений, сходятся в том, что концепция государственного регулирования экономики России должна быть изменена.

список литературы

1. Абалкин Л. По западным рецептам нашу экономику не вылечить// Парламентская газета. 2001.10 января.

2. Абалкин Л. Роль государства в становлении и регулировании рыночной экономики // Вопросы экономики. 1997. № 6. С. 10.

3. Андрюшин С. Проблемы эволюционной экономики (по материалам международного симпозиума) // Вопросы экономики. 1997. №3. С.154.

4. Вековой поиск модели хозяйственного развития России: Материалы II научно-практической конференции, г. Волжский / Сост. О.В. Иншаков, Н.Н. Гузев. Волгоград, 2000.

5. Глазьев С. Ю. Очередной «Клон» правительственных рыночных фундаменталистов // РЭЖ. 2005. № 3. С.5.

6. Городецкий А. Об основах институциональной трансформации // Вопросы экономики. 2000. №10. С.22

7. Грязнова А. Г. Роль экономической науки и образования в создании институциональных предпосылок долговременного подъема в России// Вестник Финансовой Академии. 2001. №1. С.7.

8. Закономерности и перспективы трансформации общества. Материалы к V Международной Кондратьевской конференции. Т.2. СПб. ГУЭиФ. 2004

9. Илларионов А. Бремя государства // Вопросы экономики. 1996. №9. С.4.

10. Итоги реформирования России и перспективы ее развития. X Российский экономический форум. 20-21 мая

2005 г. // РЭЖ.. 2005. № 6

11. Кац И. Роль и задачи государственного регулирования экономики // Экономист. 1996. №9. С.75.

12. Котц Д. Альтернатива «шоковой терапии»: постепенный регулируемый переход к рыночной экономике // Вопросы экономики. 1992. №4-6. С.43, 136.

13. Кудров В. Страны Центральной и Восточной Европы: опыт системной трансформации // Вопросы экономики. 2006. №5. С. 109.

14. Кузык Б.Н., Ю.В. Яковец. Россия 2050. Стратегия инновационного прорыва. М. «Экономика», 2004

15. Кушлин В.. Стратегия развития и ее цели // Экономист. 2006. №1.

16. Лисин В., Серегина С. Еще раз о характере и уроках постдефолтной макроэкономической динамики // РЭЖ. 2004. №1.

17. Львов Д.А. Мы - рабы государства // Аргументы и факты. 2004. №47. С.6.

18. Мессенгиссер М. Проблемы организационных структур управления российским рынком // Вопросы экономики. №6. C.48.

19. Официальный сайт правительства РФ. www.govern-ment.ru

20. Резников Л., Мелентьев А. Нынешняя реформа и НЭП: итоги и уроки аналитического сопоставления // РЭЖ. 2003. №3

21. Реформы глазами американских и российских ученых / Под ред. О.Т. Богомолова. М., 1996. C.38.

22. Российский статистический ежегодник. Госкомстат России. 2004.

23. Собрание законодательства Российской Федерации. 2003. №34. C.8334-8371.

24. Собрание законодательства Российской Федерации. 2006. №5. C. 2047-2157.

25. Стратегический ответ России на вызовы нового века. М. ИЭ РАН.2004

26. Явлинский Г. Согласие на шанс. М. Центр экономикополитических исследований. 1991. C.5-21.

27. Earle J., Estrin S. After Voucher Privatization: The Structure of Corporate Ownership in Russian Manufacturing Industry. CEPR Discussion Paper Series, № 1736, December 1997.

28. Nellis J. The World Bank, Privatization and Enterprise Reform in Transition Economics: A Retrospective Analysis. Center for Global Development, Washington, DC, 2002.

29. Nestor S. Corporate Reform in Russia and the Former Soviet Union: The First Ten Years. In: Tumpel-Gugerell

G., Wolfe L., Mooslechner P. (eds.). Completing Transition: The Main Challengers, Heidelberg, Springer, 2002.

УДК 330.190.2(471)

эволюция малого предпринимательства в россии

Н. В. РАССКАЗОВА Кафедра экономической теории

В статье рассматриваются основные этапы становления и развития малого предпринимательства в России со средних веков до 1991 года. Выявлены основные исторические формы малого бизнеса: ремесленничество, кустарное производство, единоличное предприятие, кооперативы, частное предприятие и др. Показаны основные характерные черты эпохи и ее влияние на функционирование предпринимательства.

Малое предпринимательство как неотъемлемый янно. Во многих регионах страны издавна была раз-элемент современной рыночной экономики находится сейчас в центре внимания политиков, экономистов, ученых. Возродившееся российское предпринимательство столкнулось с трудностями, причины которых необходимо понять и проанализировать, чтобы решить стоящие перед ним задачи. Для этого следует разобраться с тем, что представляло собой малое предпринимательство до 1991 г.

История российского предпринимательства начинается со средних веков. Уже в то время купцы, торговцы, ремесленники представляли собой начинающих предпринимателей. Торговать и заниматься ремеслом было неотъемлемым правом каждого человека, независимо от его сословной принадлежности, т. е. мелкое предпринимательство существовало в России посто-

вита кустарная промышленность - преимущественно там, где почва была малопригодна для земледелия, и населению приходилось прибегать к подсобным заработкам. Причем кустарь был тесным образом связан с торговым капиталом. Российскому кустарю приходилось работать на отдаленный рынок, вследствие чего появилась необходимость торгового посредника, который зачастую подчинял себе мелкого производителя. Таким образом, в условиях российской действительности мелкий производитель закономерно попадал в зависимость от торгового капитала в силу экономического превосходства крупного массового сбыта над разрозненным мелким сбытом.

С появлением капитализма действия предпринимателей принимают специализированный характер,