УДК 304.5

ЭМПИРИЧЕСКАЯ ПРОВЕРКА МОДЕЛИ «РОССИЙСКАЯ ПСЕВДОМОДЕРНИЗАЦИЯ»

Цыганков В.В.

Целью настоящей статьи является проверка предложенной ранее модели псевдомодернизации, которая объясняет циклическую динамику преобразования стран "второго эшелона" модернизации. Способом проверки является опе-рационализация понятий в переменные с последующим их сопоставлением по методам теоретической истории. Данный способ позволяет выявить большее или меньшее соответствие модели цикла этатистской мобилизации элит выделенным эпизодам истории России.

В статье впервые уточнены понятия: псевдомодернизация, "служилая коалиция". Для этих понятий выделены параметры с высоким, средним и низким значением. Преобразование абстрактных понятий в конкретные параметры позволило построить шкалу большей или меньшей применимости этих понятий к эмпирическому материалу. Значения применимости понятия «псевдомодернизации» названы в работе «индексом псевдомодернизации». Этот индекс сопоставляется со значением факторов-переменных "служилой коалиции". Цель сопоставления - проверка выполнения закономерностей, описываемых в предложенной модели циклической динамики России.

Как результат выявлены сильные и слабые стороны предложенной ранее модели псевдомодернизации. Высокие значения параметров «служилой коалиции» для случая России во всех рассмотренных эпизодах совпадают с высокими значениями индекса «псевдомодернизации». Это означает, что цикл «от условного к автономному держанию ресурсов элитами» адекватно описывает эффект «псевдомодернизации». В то же время значение геоэкономической окра-

инности России не во всех случаях совпадает со значением индекса псевдомодернизации. Это означает, что фактор геоэкономической окраинности страны не может быть единственным переключателем от условного держания ресурсов к автономному.

Ключевые слова: модернизация, псевдомодернизация, социальная мобильность, элита, этатизм, автократия, геоэкономика, статус, депривация, фрустрация.

EMPIRICAL VERIFICATION OF MODEL “THE RUSSIAN PSEUDO-MODERNIZATION”

Tsygankov V.V.

The purpose of this article is verification of model of pseudo-modernization which has been offered earlier and which explains cyclic dynamics of transformation of the countries of " the second echelon " to modernization. Way of verification is operationalisation concepts, their transformation into variables with their subsequent comparison on methods of theoretical history. This way allows to reveal greater or smaller conformity of model of a cycle of etatist mobilization of elites to the chosen episodes of history of Russia.

In article concepts for the first time are specified: pseudo-modernization, " servitude coalition ". These concepts are presented as parameters with high, average and low numerical value. Transformation of abstract concepts to concrete parameters has allowed to construct a scale of greater or smaller applicability of these concepts to an empirical material. The measure of applicability of concept of "pseudomodernization" is named in article by " an index of pseudo-modernization". This index is compared to value of variables for a " servitude coalition ". The purpose of comparison - verification of performance of the laws described in offered model of cyclic dynamics of Russia.

As result are revealed strong and weaknesses of model of pseudomodernization which has been offered earlier. High values of parameters « servitude coalition » for a case of Russia in all significant episodes coincide with high values of an index of "pseudo-modernization". It means, that the cycle " from conditional to independent possession of resources of elites " correctly describes effect of "pseudomodernization". At the same time numerical value of geoeconomic remoteness of Russia not in all cases coincides with value of an index of pseudo-modernization. It means, that the factor of geoeconomic remoteness of the country is not the unique switch from conditional possession of resources to independent.

Keywords: modernization, pseudo-modernization, social mobility, elite,

etatism, autocracy, geoeconomy, the status, deprivation, frustration.

Введение

Общим местом теоретико-социологических работ остается сетование на то, что модернизация в России испытывает регулярные срывы, что реформируемые институты не отличаются требуемой устойчивостью и т.п. Теория модернизации - давняя объяснительная традиция, трактующая социальные и политические трансформации как процесс, универсальный для любого общества, с опорой на сравнительные исследования и описание эндогенных механизмов трансформации. Для российского варианта модернизации особую важность имеет представление о «неорганичной модернизации» (или «псевдомодернизации»), разрабатываемое в рамках данного направления. Под эффектом «псевдомодернизации» понимается выборочное заимствование организационных образцов реформирования (этатистский характер этого заимствования), а также сравнительная неустойчивость процесса модернизации, его периодические срывы с последующим возобновлением («рецидивирующий» характер). Проблема настоящего исследования состоит, прежде всего, в нехватке работ по проверке закономерностей, которые признаются значимыми для возникновения эффекта псевдомодернизации.

В одной из работ автора данного текста была предложена модель объяснения динамики российских институциональных трансформаций как цикла консолидации/распада «служилой коалиции» (т.е., формирующего социальнополитический порядок соглашения между правящей группой и претендентами в элиту) [11]. Чтобы эта модель не стала очередным «толчением воды в ступе» по поводу России, которую не понять умом, должна быть проведена проверка её объяснительных возможностей на отечественном конкретно-историческом материале. Такая проверка - и есть цель настоящей работы. Для достижения такой цели нужно решить следующие задачи: 1) Экспликация признаков эффекта «псевдомодернизации» и преобразование их в переменные величины. В результате должна появиться шкала для измерения «псевдомодернизационности» того или иного периода истории России.; 2) Поиск в каждом историческом периоде тех факторов, которые признаны значимыми для создания эффекта «псевдомодернизации» (на основании модели «служилой коалиции»), и сопоставление полученного результата с соответствующими индексами «псевдомодернизации». Это позволит судить о степени соответствия предлагаемой модели эмпирическим данным отечественной истории. На данном этапе (т.е., этапе проверки теоретической гипотезы) основными методами будут экспликация (уточнение смыслов) понятий, их операционализация и выстраивание рядов значений переменных для сопоставления. Для чего потребуется обратиться к инструментарию направления теоретической истории [10].

Операционализация ключевого понятия

Для того, чтобы найти корреляцию явлений, нужно, чтобы явления обладали параметрами, которые можно сравнить между собой. Отвлекаясь от оценочных суждений, попробуем выявить признаки эффекта «псевдомодернизации». Поскольку модернизация «рецидивирующая», «догоняющая», то она должна быть представлена как цикл с началом и окончанием. Явление, репрезентирующее её - этатистское заимствование образцов (представленное

обычно как насильственные «реформы сверху»). Его и следует принять как явное начало цикла «псевдомодернизации». Явным окончанием, которое венчает цикл, примем радикальный политический переворот, соответствующий представлению о «революции прогрессистского типа» в концепции В.В.Лапкина и В.И.Пантина [4]. Внутри этих рамок должны лежать результаты заимствования. Что нужно от реформ такому субъекту взаимодействия как государство? Укрепление властной монополии в пределах своих границ и за их пределами. Т.е., заимствования должны совпадать по времени с усилением автократии и вести к более или менее выраженному геополитическому успеху. Первая означает, что облегчается наступление на права групп и слоёв, происходит ослабление институтов политического представительства, если они есть, и т.п. А «геополитический успех» значит, что имеют место явные военные успехи в борьбе с серьезными противниками данного периода, и вместе с этим - территориальное расширение государства. Кроме этого, фрагментарная модернизация с её волюнтаризмом приводит к экономическому проигрышу, расстройству хозяйства, фискальному напряжению и т.п. Вот те явные и распространенные в литературе признаки-условия и признаки-результаты, которые вместе должны указывать на наличие «псевдомодернизации». Для того, чтобы получить её индекс для каждого рассматриваемого случая, примем, что значение каждого из параметров может быть высоким (явление явно присутствует -2), низким (явление явно отсутствует - 0), и средним (есть аргументы «за» и «против» наличия явления - 1).

При выделении исторических эпизодов для сопоставления должно соблюдаться важное условие: они должны быть похожи на концепцию «цикл псевдомодернизации»: вначале ясно прослеживаемый всплеск деятельности государства по заимствованию образцов, а в конце - более или менее радикальный политический переворот. Обычно такой эпизод растянут на полвека (плюс-минус 20-30 лет). Внутри него должен содержаться военно-политический ус-

пех, который обеспечили заимствования, а также экономический кризис как оборотная сторона выборочного заимствования образцов.

Результаты

1. Реформы Избранной Рады/Опричнина/Смута (1550 -1610-е гг.)

А) Этатистское заимствование образцов: правящая группа стремилась заимствовать турецкую систему военной службы: тимарная система земельных пожалований с наследуемостью функций, а также ненаследуемая оплачиваемая служба «яя ве мюсселем»; «опричнина» - полный аналог турецкого института «хассе»[7]. <Высокое (2)> . Б) Усиление автократии: период Опричнины привел к ликвидации Избранной Рады, зачатков сословного представительства и автономии боярских родов. <Высокое (2)>. В) Геополитический успех: завоевание Казани, Астрахани, продвижение в «Дикое поле» и за Урал, однако -поражение в ходе Ливонской войны (с потерей территорий), сохранение уязвимости в отношении Крымского ханства. <Среднее (1)>. Г) Экономический проигрыш: резкое ухудшение экономического состояния (войны, опричнина, фискальные тяготы, запустение центральных областей из-за неподконтрольной для правящей группы колонизации Юга); обременение посредниками балтийского направления внешней торговли. <Высокое (2)>. Д) Радикальный политический переворот: в период Смуты дворянство и «служилые по прибору» приняли активное участие в сломе абсолютистской системы и конструировании сословно-представительской. <Высокое (2)>

2. Принятие Соборного Уложения 1649 г., реформа Никона, фискальная реформа/Бунты и восстания (1640-1680-е гг.)

А) Этатистское заимствование образцов: заимствование восточноевропейской модели закрепощения населения; заимствование греческого канона православия; налоговая реформа по голландскому/шведскому образцу; введение института военного наемничества («полки нового строя»). <Высокое (2)>. Б) Усиление автократии: большую часть периода царь делит власть с

патриархом, Боярской думой или с Земским собором [1, т.1, гл.3]. <Среднее (1)>. В) Геополитический успех: С одной стороны - на данный период падает максимальное расширение русской державы на север и восток. С другой стороны - войны с европейскими противниками (Польша, Швеция) оказываются по большей части неудачными. <Среднее (1)>. Г) Экономический проигрыш: Налоговый пресс разорил Поморье и Вятку [6, с. 131-133], чеканка медных денег запустила инфляцию, однако дело спасали протекционизм, монополия транскаспийской торговли. В Московии строятся первые предприятия по голландскому образцу (предшественники концессий) [1, т.2, гл. 7]. <Среднее (1)>. Д) Радикальный политический переворот: Наблюдаются бунты и восстания, однако слома политического режима не произошло, следует говорить о «сползании» к абсолютизму. <Среднее (1)>.

3. Петровские реформы/ Дворцовые перевороты/реформа Петра III (ок. 1700 -1760-е гг.)

А) Этатистское заимствование образцов: Петровская реформа является образцов мероприятий данного характера. <Высокое (2)>. Б) Усиление автократии: «Регулярное государство» Петра окончательно поглотило церковь, а последующая череда дворцовых переворотов указывают на слабость институтов политического представительства и сужения круга лиц, «принимающих решения». <Высокое (2)>. В) Геополитический успех: Завоевание Прибалтики, военное ослабление Швеции - одной из могущественных держав периода -говорят за себя. <Высокое (2)>. Г) Экономический проигрыш: Упадок казенных предприятий, падение в экспорте продукции высокой степени передела; утрата монополии транскаспийской торговли [12, с. 86]. <Высокое (2)>. Д) Радикальный политический переворот: переворот произошел в режиме распределения общественных благ (государство было подчинено аристократии). Од-

нако ни форма правления, ни политический режим изменений не претерпели. 1 [6, с. 165] <Среднее (1)>.

4. Уложенная комиссия» Екатерины / «реформы Сперанского»/ «ни-колаевщина» (1760-1850-е гг.)

А) Этатистское заимствование образцов: нереализованные проекты заимствований (конституционные проекты Сперанского, нереализованное освобождение крепостных). Фактически подготовка исчерпывается дарованием конституции западным окраинам империи. <Низкое (0)>. Б) Усиление автократии: хотя тренд периода - к некоторому усилению, однако оно явно не в логике «псевдомодернизации» (т.е., усиление заимствования образцов не синхронизировано с усилением автократии). <Низкое (0)>. В) Геополитический успех: общий тренд - к понижению (от участия в Семилетней войне, завоевания Крыма и разгрома Наполеона - к поражению в Крымской войне), хотя суммарные успехи этого большого периода скорее велики. <Среднее (1)>. Г) Экономический проигрыш: К концу века совпали две тенденции: наращивая эмиссию ассигнаций, правительство вызвало инфляцию; бесконтрольное повышение ренты помещиками привело к голоду и падению производительности поместий [6, с. 207-209].<Высокое (2)>. Д) Радикальный политический переворот: Пугачевский бунт, «фальстарт» Павла I, и восстание декабристов, как и все более мелкие радикальные выступления не привели к слому политической системы. <Низкое (0)>.

5. Великие реформы/ индустриализация «сверху»/ период революций (1860-е - 1910-е гг.)

А) Этатистское заимствование образцов: Великие реформы, как новый виток принудительной вестернизации, говорят за себя. То же касается реформ Бунге/Вышнеградского/Витте, Манифеста 17 октября 1905 г. <Высокое (2)>. Б) Усиление автократии: С одной стороны - контрреформы, с другой - уездные дворянские собрания, земства, Манифест 17 октября. <Среднее (1)>. В) Геопо-

1 В соответствии с концепцией С.А.Нефедова момент «революции Петра III» ознаменовал отступление государства, своего рода «дворянскую революцию».

литический успех: присоединение Кавказа и Средней Азии - но потеря Аляски; выиграли войну с турками - но проиграли японцам; к 1917 г. окончательная потеря Галиции и части Прибалтики в ходе Первой мировой войны. <Среднее (1)> . Г) Экономический проигрыш: аграрное перенаселение, зерновая специализация и «секторный разрыв» экономики; империя увязла в борьбе на высококонкурентном аграрно-сырьевом рынке во внешней торговле.

<Высокое (2)>. Д) Радикальный политический переворот: Конец периода -время двух революций и гражданской войны. < Высокое (2)>.

6. Период второй индустриализации «сверху»/ «Оттепель»; «Косы-гинские реформы»/ «Застой»/ Перестройка (1930-е - нач. 1990-х гг.).

А) Этатистское заимствование образцов: весь период поддерживается тонус этатистского заимствования со смещением внимания из технологической в социальную и политическую сферу. Индустриализация как заимствование технологий и фордистских методов организации поточного производства. При коллективизации произошло заимствование формы сельской производственной кооперации («кибуц»). В военном строительстве - кадровая армия, «заводы-дублёры» и стратегия «маневренной войны». Затем происходило заимствование целых технологических систем и методик («ядерная триада», системный анализ), элементов хозяйственных практик («хозрасчет»), политических технологий (альтернативные выборы и пост президента). < Высокое (2)>. Б) Усиление автократии: динамика этого усиления распределяется так, что её апогей приходится на максимум этатистского заимствования образцов (1930-е - 1950-е гг.). <Высокое (2)>. В) Геополитический успех: до конца периода происходит разрастания как сферы влияния (Восточная Европа, Азия, Африка, Латинская Америка), так и сектора прямого административного контроля (Монголия, Восточная Европа, Афганистан). Потеря влияния в КНР и Югославии была компенсирована Кубой, Вьетнамом, а Египта - приобретением влияния в Анголе и Мозамбике, Ливии, Сирии и Никарагуа [8]. < Высокое (2)>. Г) Экономический проигрыш: Общий тренд к понижению: от падения темпов роста и рас-

ширения «сырьевой альтернативы» - до кризиса снабжения конца 1980-х гг. Падение становится выраженным к концу периода, т.е., выполняется логика «псевдомодернизации». <Высокое (2)>. Д) Радикальный политический переворот: Перестройка привела к потере управляемости и слому политической и административно-территориальной системы СССР. < Высокое (2)>.

Принимая, что все основные признаки являются равнозначными, получим следующее значение «псевдомодернизации» для каждого из рассматриваемых эпизодов: 1-й эпизод - «9», 2-й эпизод - «6», 3-й эпизод - «9», 4-й эпизод - «3», 5-й эпизод - «8», 6-й эпизод - «10».

Теперь этот результат сопоставим с признаками «служилой коалиции», предложенными в авторской модели [11, с. 41]. Наблюдаемое совпадение высокого индекса «псевдомодернизации» и явно выраженных условий «служилой коалиции» будет подтверждением предложенной модели, любая другая корреляция позволит скорректировать модель или отвергнуть.

Главными признаками-условиями «служилой коалиции» следует считать 1) Рост условности держания ресурсов элитами (т.е., распоряжения ресурсами на условиях несения службы); 2) Рост удельной численности претендентов в элиту (т.е., численности слоёв, получивших какой-то из атрибутов принадлежности к элите, но не имеющие всех остальных атрибутов); 3) Сокращение удельной численности аристократов (т.е., тех частей элит, которые имеют относительно автономный доступ к значимым ресурсам, этот доступ явно превосходит то, что могут себе позволить остальные слои элиты, и он, как правило, наследуется); 4) Рост удельной численности элит (предполагается, что «служилая коалиция» не является «игрой с нулевой суммой»). Для измерения примем два значения (1 - есть признак, 0 - нет признака). При этом важно учитывать динамику выбранного эпизода: за десятки лет рост параметра может успеть смениться его отсутствием, потом вновь возобновиться и т.д. Для подтверждения модели важна динамика в рамках каждого эпизода. Поэтому (упрощая задачу), нужно фиксировать значение параметра в начале, в середине и в

конце рассматриваемого эпизода. Для каждого из них получится три значения каждого из параметров.

1. Реформы Избранной Рады/Опричнина/Смута (1550 -1610-е гг.)

А) Рост условности держания ресурсов элитами: Накануне реформ (1540 г.) - значение условности держания низкое: бояре и церковь владели более 70% земель. Распространена практика наследственного закрепления должностей; у князей и бояр есть «право отъезда» от государя вместе с вотчиной. В 1538 г. установлено боярское правление. Но с 1556г. отменены наместничества, организован сбор «кормов» сразу в казну, церкви и монастыри лишены налоговых льгот, а покупка земель возможна только с разрешения царя. В 1562 г. запрещена продажа родовых владений, и далее происходит «Вывод» - массовый перевод бояр с вотчин на поместья [9, с. 79]. До начала 1580-х гг. - тенденция к увеличению условности держания. Однако вместе с тем к 1584 г. государство перестало устанавливать ренту помещиков; помимо этого среди них распространялась практика наследования поместий. <010>. Б) Рост численности элит: Элиты росли в основном за счет расширения круга дворянства (т.е., условных держателей); даже в период Смуты - масса представителей неблагородных сословий была пожалована в «достоинство». <111>. В) Сокращение численности аристократии: Аристократия первоначально прирастала (с начала до середины века число «старомосковских» боярских родов удвоилось и составляло 46) [2, с. 78], затем существенно сократилась как экспроприациями («Выводом») периода Опричнины, так и «разорениями от холопов» периода Смуты. В период правления В.Шуйского 2 тыс. дворян получили вотчины (т.е., наследуемые владения) - это единственный пример расширения нижних этажей аристократии за период. Фиксируется момент (правление Б.Годунова), когда боярство получило преференции и не сокращалось - до начала фактического закрепощения крестьян (в условиях кризиса крестьяне уходили в богатые и многолюдные вотчины из захудалых поместий). <010>. Г) Рост численности претендентов в элиту: Общий тренд эпизода: пополнение слоя претендентов в

элиту сначала от «возвышения» неблагородных слоев «снизу» 2, а затем от «сползания» части дворян «сверху» (особенно накануне реформ и в 1580-1610 гг.). Во время Смуты претенденты из негосударственных - локальных иерархий (различные атаманы, головы и т.п.) лидируют в общем росте числа претендентов. Более 60% войска Лжедмитриев - «показачившиеся холопы». <111>.

2. Принятие Соборного Уложения 1649 г., реформа Никона, фискальная реформа/Бунты и восстания (1640-1680-е гг.)

А) Рост условности держания ресурсов элитами: После реформы 1649 г. по условию держания поместье начинает смещаться к вотчине. Уложение 1649 г. наделяло помещичье владение определенной административной автономией (т.е., динамика отрицательная). Возросшая было автономия церкви была уменьшена при царе Алексее. В 1682 г. отменено местничество, однако в 1684 г. вышел указ, наделяющий помещичьи роды правами наследования поместий; 1688 г. - разрешена продажа крепостных без земли. В 1690 г. предоставлено право обмена вотчин и поместий. Т.е., общая динамика - на понижение параметра в пользу «нижнего этажа» элиты. <000>. Б) Рост численности элит: До начала реформ общее количество элит сокращалось (1580 г. - 80 тыс. дворян, 1630 г. - 27 тыс.) - за счет сокращения дворян. Однако в 1651 г. стало 39 тыс. служилых дворян. К 1663 г. численность дворянской конницы составляла 15 тыс., в 1680 г. - 16 тыс. (с введением полков нового строя). <010>. В) Сокращение численности аристократии: Аристократия сокращена количественно и утратила ряд качественных признаков (теперь она влиятельна не автономностью владений, а, наоборот, положением на государевой службе). <111>. Г) Рост численности претендентов в элиту: Перед началом реформ фиксируется общее снижение земельной ренты. На черноземном Юге продолжается рост числа «однодворцев». К 1700 г. помещиков 22 тыс. (из них половина имеет от 1 до 5 дворов). В 1658-1661 гг. набрано 60 тыс. солдат. 1678 г. - новая мобилизация (90 тыс. солдат и драгун). С 1656 по 1698 гг. количество «приказных

2 В период реформ это «дьяки-верники», многочисленные «служилые по прибору», а также «казаки-бродники».

людей» возросло вчетверо. Всё это означает возникновение массового слоя претендентов с последующей относительной депривацией тех, кто поднимался «снизу», а также - с фрустрацией дворян, сползающих в «однодворцы». <111>

3. Петровские реформы/ Дворцовые перевороты/реформа Петра III (ок. 1700 -1760-е гг.).

А) Рост условности держания ресурсов элитами: Для данного эпизода характерна принудительная секуляризация: монастырские и церковные вотчины взяты под управление государства (доходы - тоже). У «нетчиков» (служилых, не явившихся на сборы, смотры и пр.) конфисковывали имения и вотчины (с 1703 г. до конца войны - 3 тыс. поместий). В 1714 г. вышел указ о единонаследии и запрещении продажи имений и вотчин. Но в 1720 г. появились первые купчие на крестьян. В 1732 г. были отменены единонаследие и запрет на продажу поместий/вотчин. В 1731 г. создан Шляхетский кадетский корпус (выпускники сразу были офицерами), часть сыновей дворян могла не служить. В 1741 г. при восшествии на престол Елизавета отказалась принимать присягу у крепостных, подчеркивая фискальную и административную автономность дворянских имений. В 1750-1760-х гг. создавались банки для предоставления ссуд высшей аристократии (капитал их был расхищен дворянскими магнатами). Крестьянская рента перестала фиксироваться государством и начала повышаться. Наконец, в 1762 г. вышел Манифест о вольности дворянства, он узаконил переворот в пользу аристократии. <100>. Б) Рост численности элит: За годы петровских реформ дворянство выросло десятикратно. В 1700г. поместьями владело 22 тыс., в 1737 г. - 46 тыс. (а число владений выросло с 29 до 63 тыс.), размер владения сократился в 1,5 раза. В 1744 г. удельная численность дворянства - 0,5%, в 1762 г. - 0,59%. В 1737 г. дворяне и чиновники составляли 2,6%.

<111>. В) Сокращение численности аристократии: О росте численности аристократии в период петровских реформ говорить не стоит - это время пополнения скорее нижнего этажа элит. 1830-1832 гг. - период, когда старая московская аристократия попробовала вернуть свое положение у власти. Аристокра-

тия начинает расти в 1730-е гг., когда имения приобретают правовые свойства вотчин. В 1737 г. владельцев более 25 дворов - 5,2 тыс. (в 1700 г. - 2,8 тыс.), однако число душ на одно владение уменьшилось с 320 до 270-ти. Т.е., число богатых дворян выросло почти вдвое, а уровень богатства упал только примерно на 1/6. Поместья к 1720-м гг. уравнены с вотчинами, поэтому дворян-помещиков 1720-х - 1730-х гг. можно относить к аристократии. <100>. Г) Рост численности претендентов в элиту: К 1700 г. в войско набрано 27 тыс. даточных. В 1705-1709 гг. набрано 118 тыс. рекрутов (армия составила 113 тыс., превратившись в мощный «социальный лифт»). К 1720 г. 60% офицеров - из дворян, 13% - из иноземцев, остальные - из служилых людей и городских сословий. В 1714 г. происходит ужесточение требований к дворянской службе (служить надо было всю жизнь, имея только короткий отпуск, детей отдавать в цифирные школы, а затем в солдаты). В 1717-1719 гг. проводится административная реформа, она вызвала резкое разрастание штатов управленцев, расходы на них возросли в три раза [6, с.148]. В 1722 г. принимается Табель о рангах, что вело к возвышению чиновников - недворян. В 1727-1734 гг. начинается демонтаж «регулярного государства», расходы были сокращены вдвое, штаты -втрое. Это - явная фрустрация для претендентов-недворян, зато дворяне вернулись в свои права. В 1730 г. начался раскол элит (аристократия против мелкопоместного дворянства) - т.е., новые дворяне и чиновники постарались вернуть себе перспективы, которые перед ними маячили в период реформ. Речь шла о возможности пробиться в ряды аристократии. В 1731 г. создан Шляхетский кадетский корпус. В то же время в 1737 г. (к 1700 г.) число поместий до 25 дворов выросло с 25 тыс. до 57 тыс., а количество душ в них сократилось на треть (с 31 до 21 души). Т.е., престиж мелкопоместного дворянства падал в материальной сфере, но правящая группа пыталась его сохранить через предоставление правовых льгот. В 1730-е гг. чиновники составляли 4/5 от всей численности городских жителей (последних - 2% от населения). Дворяне - соответственно 1/5 всех чиновников и 0,6% -от населения. <111>.

4. Секуляризация, Генеральное межевание и Уложенная комиссия» Екатерины II/ «реформы Сперанского»/ «николаевщина» (1760-1850-е гг.)

А) Рост условности держания ресурсов элитами: 1764 г. - следующий этап секуляризации (у Синода и монастырей изъяты почти все земли с 1 млн. крестьян). На первый взгляд речь идет о возрастании условности держания, но большая часть земель тут же была передана вельможам-магнатам. В 1766 г. было начато Г енеральное межевание, которое было фактически, легальной экспроприацией земель однодворцев, государственных крестьян, ясачных народов. За время правления Екатерины дворянам было роздано 850 тыс. крестьян. В 1785 г. Жалованная грамота узаконила приватизацию дворянских имений - это означало фактическое свертывание условного держания. Подушная подать была сокращена в два раза. Павел I покушался на дворянское самоуправление и нарушал Жалованную грамоту - в результате дворцового переворота он был убит. Победила практика автономного держания ресурсов. Александре I пришлось создать Совет из представителей высшей аристократии. Сперанский начал наступление на автономию элиты и её ресурсы: ввел питейный сбор и налог на поместья. Попытка введения подоходного налога привела к падению Сперанского. После войны с Наполеоном попытка ввести монополию казенных питейных магазинов провалилась. За 1820-е гг. сумма оброков выросла втрое. В 1840-1850-е гг. распространяется практика урезания надела либо сгона крепостных с надела (крестьяне работали на барщине за «месячину», т.е., наблюдался дрейф к полному латифундизму). Закон об обязательной инвентаризации поместий 1841 г. (который предполагал хоть какую-то фиксацию повинностей) не выполнялся вплоть до Галицийского восстания в Австрии (1846 г.), после чего в западных губерниях удалось провести инвентаризацию. Указ 1853 г. (подтверждающий павловский) о трехдневной барщине был секретным (т.е., фактически его выполнение оставалось на усмотрении самих помещиков). <000>. Б) Рост численности элит: в 1802-1811 гг. население России составляло 28,8 млн.; в 1841-1850 гг. - 38,9 млн.; в 1850-1860 гг. - 42,7 млн. В рассматривае-

мый период удельная численность дворянства продолжает расти. В 1762 г. дворянство составляет 0,59% от населения, а в 1795 г. - уже 0,67%. Динамика численности потомственных дворян (элиты в полном смысле слова) выглядит так: 1782 г. (0,64% - 84 тыс.), 1816 г. (0,92% - 156 тыс.), 1834 г. (0,8% - 166 тыс.), 1858 г. (0,84 %- 218 тыс.). Т.е., в абсолютных цифрах численность элит всё время росла, хотя удельная численность стагнирует вторую половину периода.

<110>. В) Сокращение численности аристократии: При Петре I армия составляла 1,56% населения, при Екатерине II - 0,83% населения. Армия сократилась вдвое, при этом элита растет и расширяет автономию держания ресурсов -т.е., всё большую её часть следует считать аристократией. В 1775 г. проведена административная реформа (у дворян появляются свои суды; на уездном уровне власть в руках дворян). 1785 г. - Жалованная грамота узаконила губернские дворянские корпорации-собрания, где избирали губернских и уездных предводителей, капитан-исправников и судебных заседателей. Эта же грамота узаконила приватизацию дворянских имений - что означает резкое расширение аристократии. Объем импорта вырос в 5 раз - в основном, за счет роскоши. Косвенное свидетельство роста аристократии: увеличение удельного числа дворянских мануфактур. В 1720-е гг. из 40 частных мануфактур только 2 дворянские, в 1773 г. насчитывается 328 мануфактур (у дворян 66 и там производится 1/3 всех товаров); в 1814 г. - 1018 мануфактур (у дворян 520). В 1853 г. все члены Госсовета - землевладельцы (69% - крупные латифундисты, имеющие более 1 тыс. душ, более 5 тыс. десятин). <000>. Г) Рост численности претендентов в элиту: За время Екатерины были расширены штаты чиновников, и всех их снабдили окладами (1763 г.). Это означает открытый канал для элитаризации претендентов-чиновников. В то же время количество крепостных на одно поместье уменьшалось. Однако приватизация имений и административная автономия сглаживали остроту: имения можно продавать, норму ренты можно повышать - и таким образом поддерживать статус. Подушная подать сокращена в два раза (т.е., фискальная нагрузка государства уменьшается в пользу помещи-

ков). В 1725 г. насчитывалось 14 тыс. работников мануфактур (из них 2 тыс. в деревне), в 1804 г. - 75 тыс. (34 тыс. в деревне), то есть, все время расширялось число рассеянных мануфактур и участие в производстве латифундистов. В первой и второй трети эпизода вертикальная мобильность путем урбанизации была неразвита (городское население росло со скоростью естественного прироста). Однако в последней трети (30-60 гг.) урбанизация ускорилась (0,91% против

0,65% естественного прироста). Рост численности армии в связи с наполеоно-скими войнами означал увеличение масштаба этого канала «вертикальной мобильности». В 1810-1812 гг. было взято в рекруты 631 тыс. крестьян. После войны ополченцы не желали возвращаться в крепостные - пришлось оставить в армии или закреплять для них промежуточное состояние - «военные поселения». В 1835-1850 гг. было взято в рекруты 546 тыс. крепостных, 306 тыс. из них получили свободу (т.е., не умерли в армии, а вышли в отставку). За год через армию в сословие государственных крестьян переходило по 0,16% крепостных. Это был важный канал выхода из крепостного состояния.

В 1820-х гг. в среде дворянства появляются тайные общества по примеру южной Европы, что говорит о том, что наряду с торжеством аристократии происходит фрустрация части элит. Динамика личных дворян такова: в 1816 г. - 66 тыс., в 1858 г. - уже 94 тыс. Однако число беспоместных дворян сократилось: 1838 г. (14%), 1858 г. (3%). Зато динамика крепостных на одного дворянина такова: в 1782 - 76 чел., в 1795 - 64 чел., в 1816 - 48 чел., в 1834 - 52 чел., в 1850 - 45 чел., в 1858 - 39 чел. Налицо постепенная утрата доступа к элитарному потреблению. В 1838 - 1858 гг. «чистка» Николаем I дворянского корпуса привела к тому, что число беспоместных дворян сократилось с 18 до 3,6 тыс. (сокращенные переведены в однодворцы и государственные крестьяне). Чиновничество за николаевский период выросло почти в 5 раз - 1796-1847 гг. - с 15 до 64 тыс. ранговых чиновников. Госаппарат рос в 3 раза быстрее, чем население. Граница между дворянами и чиновниками становится всё более четкая. С 1845 г. чиновники стали получать личное дворянство не с 14, а с 9 класса, а потомст-

венное дворянство - не с 8, а с 5 класса (с 1858 г. - с 4 класса). Это вело к резкому сокращению социальной мобильности и выраженной относительной депривации большинства чиновников. Рос слой потомственных чиновников, т.е., детей чиновников, пошедших по стопам родителей (до 40% чиновников предэ-литарных классов). К привилегиям дворянства эти недо-дворяне относились без сочувствия. Потомственное дворянство составляло всего 1/5-1/6 чиновников. В 1858 г. среди высших чиновников 1-4 класса (потомственных) - помещиков было только 34%.

Т.е., вначале доступ к элитарным атрибутам перекрывается возможностью наследования для аристократов; затем эта возможность прямо начинает увеличивать фрустрацию части элит (не выдерживают «гонку роскоши» или «прислуживаться тошно»); к концу периода «чистка» Николая I увеличивает дистанцию от обретения элитарных атрибутов до достижения элитарного состояния (дворянства). С этого момента уже вновь идет рост относительной депривации претендентов в элиту. <011>.

5. Великие реформы/ индустриализация «сверху»/ период революций (1860-е - 1910-е гг.)

А) Рост условности держания ресурсов элитами: С 1861 г., с освобождения крестьян можно говорить об усилении условности держания для элиты (у которой отобрали крепостных). В 1863 г. отменены винные откупа и монополия дворян на винокурение. В 1861-67 гг. подушная подать возросла вдвое, а также введен налог с недвижимости в городах. В 1872 г. с помещичьих земель начал взиматься земский сбор. Словом, общее русло событий - перераспределение ресурсов в пользу государства. Сам «выкуп» крестьяне платили (и переплачивали) государству. Период контрреформ традиционно считается временем «дворянского реванша» (введение земских начальников, льготный кредит в Дворянском банке). Однако в то же время создавался сильный госсектор в экономике (водочная монополия, национализация железных дорог, рабочее законодательство, акцизный пресс, который давит на все сословия одинаково). На

привилегии дворян понемногу наступало государство. Главный тренд революции 1905-1907 гг.- попытка дворянства добиться политического представительства (и тем самым поставить предел распространению условного держания), а общинная верхушка - напротив, стремилась отменить частную собственность на землю (усилить условное держание). В ходе революции 1905 г. землевладельцы добились и представительства, и введения частной собственности на общинный сектор. Последняя вновь была отменена революцией 1917 г., надолго закрепившей ярко выраженное условное держание (и далее колебания в этой сфере можно рассмотреть только под сильным микроскопом). <111>. Б) Рост численности элит: В 1858 г. насчитывалось 234 тыс. потомственных дворян, в 1897 г. - 478 тыс. (без польского дворянства). Что касается имений, то тут динамика была следующая (число владений/общая площадь): 1877 г. (112 тыс./68700 тыс.), 1895 г. (115 тыс./53900 тыс.), 1905 г. (101 тыс./47900 тыс.). Т.е., число дворян росло, а число владений сокращалось (при этом площадь еще сильнее сокращалась). В 1890 гг. стала расти численность буржуазии (статус которых зависит от торговых успехов). До последнего момента (до второй революции) рост элит продолжался. В момент революции произошел радикальный слом всей системы рекрутирования элит (радикальнее, чем в период петровских реформ: часть дворян и «спецов» не была на этот раз инкорпорирована в новую иерархию, а эмигрировала). Если включать в рассмотрение саму революцию 1917-1922 гг., то в целом все равно происходит расширение состава лиц и групп, имеющих приоритетный доступ к ресурсам общества (имеются в виду «красные командиры», «красные директора», «красная профессура» и т.п.).

<111>. В) Сокращение численности аристократии: Удельная численность крупных земельных владений снижалась. Владений по 500-1000 десятин в 1877г. было 9,4%, в 1905 г. стало 7,9%; владений по 1000-5000 десятин в 1877 г. было 9,2%, в 1905 г. стало 6,8%; владений свыше 5000 десятин в 1877 г. было 1,6%, в 1905 г. стало 1,1%. К кон. XIX века в верхушке правительства преобладали наследственные магнаты, но государственный и земский аппарат все бо-

лее наводнялся личными дворянами-чиновниками и не-дворянами. В 1902 г. доля латифундистов в Государственном совете снизилась до 22% (в 1858 г. -69%). <111>. Г) Рост численности претендентов в элиту: За 1877 - 1905 гг. численность мелкого дворянства возросла с 50% до 59% (в среднем ок. 30 десятин на помещика). Численность средних поместий (от 100 до 1000 дес.) в 1877 -1905 гг. уменьшилась с 44 тыс. до 34 тыс. Постоянными были жалобы царю на оскудение среднего дворянства. Личных дворян и классных чиновников в 1858 г. - 277 тыс., в 1897 г. - 487 тыс. (примерно столько же, сколько потомственных дворян). Кроме того, в 1880 г. в земской системе было 140 тыс. чиновников. В 1895 г. половина офицерства - потомственные дворяне, но подавляющая их часть не имела никакой земельной собственности. По переписи 1897 г. в империи насчитывалось 105 тыс. лиц с высшим образованием (68% - дворяне), со средним - 1 млн. (30% - дворяне и чиновники). Среди крестьян однолошадники и безлошадники составляли 45%. Комиссия 1901 г. установила, что до 50% крестьян - «лишние» при существующих наделах и технике обработки земли. В то же время грамотность на селе распространяется среди всех слоев равным образом. «Безлошадники» и «отходники» превращаются в чрезвычайно активный элемент. Среди промышленных рабочих 59% - одинокие холостяки. С началом промышленного спада (1902 г.) на улице оказывается 200 тыс. рабочих (примерно треть всей их численности). Грамотность охватывает около половины всех рабочих. Т.е., наряду с чиновниками и разночинцами в 1907-1911 гг. существенная часть рабочих и крестьян требует повышения своего статуса, получив какие-то элитарные атрибуты (грамотность, статус «городского» человека, управленческие функции в рамках оппозиционных иерархий). <111>.

6. Период второй индустриализации «сверху»/ «Оттепель»; «Косы-гинские реформы»/ «Застой»/ Перестройка (1930-е - нач. 1990-х гг.).

А) Рост условности держания ресурсов элитами: Для советского периода условное держание ресурсов элитами представляется константой. Однако и здесь можно разглядеть некоторые вариации, если учесть специфику периода.

На момент утверждения списка номенклатуры должностей ЦК ВКП(б) (1946 г.) их численность составила 42 тыс. чел. (на 9 тыс. меньше, чем в предыдущий период). В 1956 г. - 26 тыс., в начале 1991 г. - 19 тыс. При этом, если в 1946 г. региональные должности составляли 70% номенклатуры, контролируемой ЦК, то в 1953 г. местное руководство составило только 14% номенклатуры ЦК (остальной подбор проводился на местном уровне). Если в начале 1950-х гг. до половины всей номенклатуры назначало Политбюро, то с 1953 г. - оно контролирует только 1/6 часть и без того сократившейся номенклатуры ЦК [5]. Т.е., к сер. 1950-х гг. происходит децентрализация практик назначения на высшие должности, явная передача этой функции на места. Ослабевает контроль правящей группы (Политбюро) за распределением на руководящие посты. К началу 1980-х гг. подбор городских и районных кадров, а также большей части директората был передан областному звену. Этот период (1960-1980 гг.) и следует считать этапом не роста, а падения условности держания ресурсов. Уже к концу 1980-х гг. эта тенденция полностью возобладала. <100>. Б) Рост численности элит: В соответствии со спецификой советского периода требуется учитывать динамику численности правящей партии, а также - численность занятых в аппарате управления. Партбилет можно считать в некотором роде аналогом принадлежности к дворянству в предыдущий период (обозначая, прежде всего, доступ к властным полномочиях, принадлежность к «активу» правящей группы). В 1941-1946 гг. численность членов и кандидатов в члены ВКП(б) выросла с 3800 тыс. до 5500 тыс. В 1951 г. их стало 6460 тыс., а в 1961 г. - 9275 тыс. Т.е., за 20 лет численность ВКП(б)/КПСС увеличилась почти втрое. В 1966 г. она выросла до 12.357 тыс., в 1971 г. - до 14.372 тыс., в 1979 г. - 16.721 тыс., а в начале 1980-х гг. достигла примерно 19 млн. [3, с.26]. Т.е., за следующее двадцатилетие по сравнению с предыдущим скорость прироста членов партии удвоилась. К концу 1920-х гг. в СССР насчитывалось около 300 тыс. занятых в аппарате управления (государственном и партийном). К началу 1950-х - 1837 тыс., к началу 1960-х - 1460 тыс., к началу 1980-х - 1755 тыс. К концу 1980-е

гг. численность занятых в аппарате управления выросла до 2390 тыс. Т.е., с начала до середины периода численность реальных и потенциальных управленцев быстро росла. Во второй половине периода численность реальных управленцев стагнировала, зато численность потенциальных - продолжала расти. Только в самом конце наблюдается всплеск расширения управленческих должностей, по масштабам совершенно неадекватный наплыву потенциального «актива».

<111>. В) Сокращение численности аристократии: В СССР все проявления автономного держания ресурсов элитами можно увидеть только в сильный микроскоп. Система наследования статуса была «теневой», неформальной, с неявной регламентацией. В первой половине периода говорить о существовании аристократии со всеми её атрибутами не приходится из-за «чисток» и принудительной ротации кадров. Лишь в позднесоветской элите возникают более или менее различимые признаки наследуемости статуса (1970-1980-е гг.). В 1960-е гг. появилась номенклатурная сплоченность, не позволяющая «добивать своих» в случае провалов работы. Стабилизация и неотчуждаемость статуса номенклатурных (и околономенклатурных позиций) привели к возникновению «частных интересов» номенклатуры. В 1970-х гг. прослеживается начинающаяся наследуемость статуса (например, сыновья Громыко, Брежнева попадают прямиком на номенклатурные посты). <110>. Г) Рост численности претендентов в элиту: Для данного параметра важно учитывать динамику роста численности партии и динамику мест в аппарате управления (приведена выше), а также - темп роста образованных (что увеличивает основания для статусных притязаний). За 1939-77 гг. число специалистов с высшим и средним образованием выросло в 6 раз. При этом среди служащих этот показатель вырос почти в два раза, среди рабочих - в 8,7 раза, а среди колхозников в 33 раза. Элитарный атрибут образованности рос гораздо быстрее (особенно среди рабочих и колхозников), чем количество управленческих мест (которое с 1960-х гг. стагнировало), и быстрее, чем росли реальные доходы (в 1940 г. примерно в 2 раза в сравнении с 1913 г., в 1965 г. примерно в 6 раз, и в 1978 г. - примерно в 10 раз).

Здесь надо учесть и то, что за данный период численность «партийных» выросла более чем в 40 раз (причем, скорость прироста всё время увеличивалась). И это - при дефиците альтернативных иерархий (те, что были, развивались в «серой зоне»). <111>.

Таблица соотношения значений «псевдомодернизации» и

«служилой коалиции»

Эпизод Индекс «псевдомо- дернизации» Рост условности держания ресурсов элитами Рост численности элит Сокращение численности аристократии Рост численности претендентов в элиту

1. 9 010 111 010 111

2. 6 000 010 111 111

3 9 100 111 100 111

4. 3 000 110 000 011

5. 8 111 111 111 111

6. 10 100 111 110 111

При всей приблизительности значения переменных наблюдается корреляция индекса псевдомодернизации и динамики параметров «служилой коалиции». Чем полнее цикл «от служилой коалиции - к автономному держанию», тем с более высоким значением индекса «псевдомодернизации» он совпадает.

Отдельно в таблицу сравнений надо ввести значение «геоэкономической окраинности». Как и предыдущие параметры, он должен меняться в течение периода, а потому следует также делить период на три части: в начале, середине и конце эпизода геоэкономическая окраинность принимает три динамических значения: «Повышение» (2), «Снижение» (0) и «Постоянное значение» (1). Существенным при этом является не только наличие торговых посредников на тех или иных направлениях (абсолютный параметр), но и степень включенности общества во внешнеэкономические практики (относительный параметр). Например, для России крайне важно наличие коммуникаций вглубь регионов, прилегающих к соответствующим торговым направлениям.

1. Реформы Избранной Рады/Опричнина/Смута (1550 -1610-е гг.) В 1540х гг. рухнули надежды на московский протекторат над Казанью. Коалиция казанцев и крымцев превратилась в главных противников и главных торговых посредников для Москвы (торговля с Востоком была преобладающей). На западе посредниками были Литва, Швеция и Ливония. В 1551/53 гг. пали Казань и Астрахань, был обретен волжско-каспийский путь без посредников. С 1557 г. английская Московская компания начинает операции через Белое море (однако Поморье изолировано от основных хозяйственных районов, а Белое море в экономическом плане - периферийная акватория ). В 1558 г. под контроль Москвы взята Нарва - собственный - без посредников - порт на Балтике; однако, как и на севере - посредники остались на торговых путях (англичане, голландцы, шведы). В 1580 г. Нарва и Ивангород потеряны (доступ к беспосреднической перевалке вновь утрачен). <Повышение - Снижение - Повышение>

2. Принятие Соборного Уложения 1649 г., реформа Никона, фискальная реформа/Бунты и восстания (1640-1680-е гг.). Торговые посредники на всех акваториях, кроме периферийного Белого моря. С 1667 г. в составе России черноземная зона левобережной Украины - и от этого роль посредников (Рига, Дерпт, Мариенбург, Азов) - существенно возрастает. Косвенно на это указывает внезапная война со Швецией в 1656-1658 гг. и более поздние Крымские походы. <Постоянное значение - повышение - повышение>

3. Петровские реформы/ Дворцовые перевороты/реформа Петра III (ок. 1700 -1760-е гг.). Колебания значения переменной велики: от «Нарвской кон-фузии» и блокирования архангельской торговли - до основания Кронштадта и завоевания Прибалтики (под контролем прибалтийские рынки и пункты перевалки). По итогам Белградского мирного договора (1739 г.) к России переходил Азов. <Повышение - Снижение - Снижение>

4. Секуляризация, Генеральное межевание и Уложенная комиссия» Екатерины II/ «реформы Сперанского»/ «николаевщина» (1760-1850-е гг.) Под

3 Периферийность объясняется коротким сезоном навигации и риском плавания в ледовитой акватории, и, как следствие - малым годовым тоннажем, на порядок уступающим атлантическому или балтийскому.

контролем прибалтийские рынки и пункты перевалки4. <Снижение - Снижение - Повышение>

5. Великие реформы/ индустриализация «сверху»/ период революций (1860-е - 1910-е гг.). По-прежнему под контролем прибалтийские рынки и пункты перевалки5. <Постоянное значение - Повышение - Повышение>

6. Период второй индустриализации «сверху»/ «Оттепель»; «Косыгинские реформы»/ «Застой»/ Перестройка (1930-е - нач. 1990-х гг.). В начале периода Прибалтика остается утерянной6. Затем под контроль переходят прибалтийские рынки и пункты перевалки. <Повышение - Снижение - Постоянное значение>

4 С 1772/1795 гг. туда добавляется прибалтийское побережье Речи Посполитой, с 1809 г. - Финляндия. Надо уточнить, что примерно с 1760-х гг. у Российской империи появляется проблема вывоза товарного зерна с черноземного юга Украины через акваторию Черного и Средиземного моря (и возникает «Восточный вопрос», вопрос беспосреднического доступа к устью Дуная и черноморским проливам). Однако в данном случае надо учитывать, что, во-первых, транспортные издержки даже в пределах юга Украины были чрезмерными, так что этот регион был изолирован внутри себя (как и почти вся остальная территория РИ), а во-вторых, наличие всё расширяющейся прибалтийской альтернативы все равно не дает квалифицировать ситуацию как высокую гео-экономическую окраинность. Затем в 1833 г. подписан Ункяр-Искелесийский договор (почти монополия в доступе к черноморским проливам). Однако Крымская война в этом смысле вернула ситуацию в ХУШ век.

5 С 1895 г. начинается тенденция к повышению геоэкономической окраинности: была достроена Курско-Харьково-Севастопольская железная дорога, связавшая регулярным сообщением черноземные районы и черноморскую акваторию. В связи с чем существенно актуализировалась посредническая роль Турецкой империи и стран южной Европы. Хотя дорога «Санкт-Петербург - Гельсингфорс» была открыта еще в 1870 г., а дорога «Лиепая - Ромны» в 1876 г., и здесь балтийская альтернатива хорошо представлена - однако теперь посредником российского экспорта стала Германская империя. Также к началу века выполнена основная часть Транссиба (исключая Кругобайкальский участок), а с 1897 г. - началось строительство КВЖД, в связи с чем активизировалась посредническая роль Китая, а затем Японии. Т.е., с Транссибом резко повысилась геоэкономическая окраинность для востока страны.

6 Оставшийся в Финском заливе замерзающий порт Петрограда/Ленинграда был самым неудобным центром перевалки. Теперь он должен был конкурировать с гораздо более доступными портами Выборга, Хельсинки, Риги, Таллинна, Либавы, отныне не находящимися под юрисдикцией России. Однако эта проблема актуализировалась только в конце 1920-х гг., когда советское правительство форсировало экспорт. Отчасти для расширения возможностей экспорта в 1930-1933 гг. ударными темпами строится Беломорско-Балтийский канал.

7 Отчасти под контроль поставлены посредники Восточной Европы при помощи СЭВ. Республики Прибалтики уходят из СССР, а Польша - из сферы советского влияния уже в 1990 г., однако эффект скажется позднее, он находится за рамками рассматриваемого периода.

Таблица соотношения значений «псевдомодернизации», «служилой коалиции» и «геоэкономической окраинности»

Эпизод Динамика переменной «Г ео-экономическая окраинность» Динамика переменной «служилая коалиция» Значение «псевдо-модернизационно-сти» периода

1. 202 232 9

2. 122 232 6

3. 200 422 9

4. 002 121 3

5. 112 444 8

6. 201 432 10

Обсуждение результатов

Зависимость между высокой геоэкономической окраинностью и высоким значением «служилой коалиции» четко видна в трех случаях 1) в эпизоде от петровских реформ до «революции» Петра III; 2) в эпизоде от Великих реформ до русских революций; 3) «советском» эпизоде. Первый эпизод - «классика жанра»: высокая геоэкономическая окраинность представляет собой вызов, который мобилизует правящую группу на призыв претендентов в «служилую коалицию». Такая коалиция оказывается успешной (т.е., успешно урезается наследственное держание аристократов). Затем - классическая динамика, подтверждающая модель: постоянное снижение геоэкономической окраинности сопровождается снижением значения «служилой коалиции». Во втором эпизоде (1860-е - 1910 -е гг.) рост геоэкономической окраинности всё время сопровождается повышением значения «служилой коалиции». При этом срываются все попытки пресечь рост условного держания (первоначальный замысел освобо-

ждения крестьян, «грюндерская лихорадка» дорожного строительства, земская реформа, введение парламента и конституции, приватизация общинных земель). В конце концов, слишком долгий рост числа претендентов вместе с долгим наступлением на права аристократии приводят к кризису легитимности правящей группы (ведущими оказываются интересы претендентов). В третьем эпизоде (1930-е - нач. 1990-х гг.) повышение геоэкономической окраинности сопровождается повышением значения «служилой коалиции», однако последнее продолжается и в условиях, когда расширение подконтрольной территории сняло «вызов». По логике развития ситуации эпизод ближе к предложенной модели (однако, в последовавшем кризисе легитимности ведущими оказываются «аристократы»).

Три эпизода менее соответствуют модели «служилой коалиции»: 15501610 гг., 1640-16S0 гг., и 1760-1S50 гг. Первый эпизод адекватно показывает соответствие окраинности и роста значения «служилой коалиции». И в то же время за короткий срок (в рамках одного эпизода) значение окраинности вновь возрастает, а значение «служилой коалиции» - падает. При этом значение псевдомодернизации соответствует самому высокому уровню. Второй случай демонстрирует примерно такой же потенциал «служилой коалиции», как и грозненский этап, и вызов есть (геоэкономическая окраинность все время растет) -а результат (значение «псевдомодернизации») довольно средний. Если «екатерининский» эпизод вместе с «петровским» составляет законченный цикл создания/распада «служилой коалиции», то XVII век с «грозненским» эпизодом такого единства не составляет. Наконец, в четвертом эпизоде динамика переменной «служилая коалиция» отлично коррелирует со значением «псевдомодернизации», но не вполне совпадает с динамикой «окраинности» (запаздывает по сравнению с нею).

Если рассматривать не отдельные эпизоды, а их последовательность, то возникает вопрос: какие факторы влияют на изменение логики последовательности? Почему при последовательности (1700 -1760-е гг.) - (1760-^50-е гг.)

цикл «служилой коалиции» представлен полностью, а в случае перехода (1550 -1610-е гг.) - (1640-1680-е гг.) - ни первый, ни второй эпизод не демонстрируют

g

соответствия модели ? Наконец, без ответа остается вопрос: почему в эпизоде № 3 правящей группе удалось провести необходимые заимствования образцов и перейти к существенному сокращению геоэкономической окраинности, в эпизоде № 1 - только частично, а в эпизодах №№ 2 и 5 - вообще не удалось?

Всё это заставляет говорить о том, что недостаточно выделенных факторов для таких важных переменных как «Возможность служилой коалиции» и «Геоэкономическая окраинность»9. В каких случаях правящая группа оказывается перед лицом сильной внешней коалиции, а в каких случаях сама оказывается в составе преобладающей коалиции? Когда удается заимствовать наиболее передовые новинки, а когда заимствование «пробуксовывает»? Наконец, в каких случаях геоэкономическая окранинность действительно оказывается чувствительной, а в каких ею явно пренебрегают? Вопросы этого рода, предположительно, может прояснить рассмотрение факторов, внешних по отношению к российскому обществу.

Список литературы

1. Вернадский Г. В. Московское царство. М.: Аграф, 2000. 512 с.

2. Зимин А.А. Реформы Ивана Грозного. М., 1960. 511 с.

3. История Коммунистической партии Советского Союза. М.: 1980.

4. Лапкин В.В., Пантин В.И. Волны политической модернизации в логике «противоцентра» // Мегатренды мирового развития. М.: Экономика, 2001. С. 207-234.

S Сильная «служилая коалиция» Ивана IV существовала сравнительно недолго, а снижение геоэкономической

окраинности быстро перешло в её повышение. Весьма скоро наступил кризис легитимности правящей группы -

во всяком случае, новые слои элиты в массе своей не успели конвертировать условное держание в наследуемое

и расширить слой аристократов.

9 Кроме того, расширение контролируемой территории не всегда означает сокращение геоэкономической окра-инности: российский XVII век это хорошо иллюстрирует.

5. Мохов В.П. Советская номенклатура как политический институт. http://www.pseudology.org/people/Nomenklatura.htm

6. Нефедов С. А. Демографически-структурный анализ социальноэкономической истории России. Конец XV - начало XX века. Екатеринбург: Издательство УГГУ, 2005. 543 с.

7. Нефедов С. А. Реформы Ивана III и Ивана IV: османское влияние // Вопросы истории. 2002. № 11. С. 30-53.

8. Окороков А.В. СССР в борьбе за мировое господство. М., Яуза. 2009.

446 с.

9. Платонов С. Ф. Иван Грозный. Виппер Р. Ю. Иван Грозный. М.: УРАО, 1998. 221 с.

10. Разработка и апробация метода теоретической истории / Под ред. Н.С.Розова. Новосибирск, 2001. 503 с.

11. Цыганков В.В. Модель российской псевдомодернизации // Вестник НГУ. Серия: Философия. 2012. Т. 10, вып. 1. С. 37-43.

12. Юхт А.И. Торговля с восточными странами и внутренний рынок России (20-60-е годы XVIII в.). М., 1994. 261 с.

References

1. Vernadsky G.W. Moskovskoe tsarstvo [The Moscow empire]. Moscow, 2007. 512 p.

2. Zimin A.A. Reformy Ivana Groznogo [Ivan The Terrible's reforms]. Moscow, 1960. 511 p.

3. Istorya Kommunisticheskoi partii Sovetscogo Soiuza [History of Communist party of Soviet Union] Moscow, 1980. 48 p.

4. Lapkin V.V., Pantin V.I. Volni modernizacii v logike «protivocentra»//Megatrendy mirovogo razvitiya [Waves of political modernization in logic «Against-center»// Megatrends of world development]. Moscow, 2001. pp. 207-234.

5. Mohov V.P. Sovetskaiya nomenklatura kakpoliticheskiy institut [The Soviet nomenclature as political institute].

http://www.pseudology.org/people/Nomenklatura.htm

6. Nefedov S.A. Demograficheski-strukturnyi analiz socialno-economichescoi istoriy Rossiy. Konec XV- nachalo XX veka [The demographic -structural analysis of social and economic history of Russia]. Ekaterinburg, 2005. 543 p.

7. Nefedov S.A. Reformy Ivana III y Ivana IV: osmanscoe vlianie [Ivan III's and Ivan IV's reforms: osmanli influence]. Questions of history, no. 11 (2002). pp. 30-53.

8. Okorokov A.V. SSSR v bor’be za mirovoe gospodstvo [The USSR in struggle for world supremacy]. Moscow, 2008. 446 p.

9. Platonov S.F., Vipper R.U. Ivan Groznyiy [Ivan The Terrible]. Moscow, 1998. 221 p.

10. Razrabotka i aprobaciya metoda teoreticheskoy istorii [Development and approbation of a method of theoretical history]. Novosibirsk, 2001. 503 p.

11. Tsygankov V. V. Model rossiyskoiy psevdomodernizacii [Model of the russian pseudo-modernisation] Vestnik Novosibirsk state university, ser: Philosophy (2012) Vol. 10, issue 1. pp. 37-43.

12. Uht A.I. Torgovliya s vostochnymy stranamy i vnutrenniy rynok Rossii (20-60-e gody XVIII v.) [Trade with east countries and a home market of Russia (20-60-е years of XVIII century)]. Moscow, 1994. 261 p.

ДАННЫЕ ОБ АВТОРЕ

Цыганков Владислав Васильевич, старший преподаватель кафедры гуманитарных наук

Специализированный учебно-научный центр Новосибирского государственного университета

ул. Пирогова, 11/1, г. Новосибирск, 630090, Россия oktava- 77 @yandex. ru

DATA ABOUT THE AUTHOR

Tsygankov Vladislav Vasilievitch, senior teacher of faculty of the humanities

Specialized Educational Scientific Center of Novosibirsk State University 11/1, Pirogov street, Novosibirsk, 630090, Russia oktava- 77 @yandex. ru

Рецензент:

Розов Н.С., ведущий научный сотрудник Института философии и права СО РАН, д. филос. н., профессор