Эффекты социальной политики в разрезе отдельных групп населения

А.Ю. Шевяков

Социально-экономическое неравенство и бедность обусловлены не отсутствием ресурсов и недостаточностью темпов экономического роста, а глубоко деформированными механизмами государственного регулирования и распределения, в том числе распределения эффектов от использования и эксплуатации общественной собственности.

Рассмотрим, как работает сегодня государственное регулирование, на примере распределения эффектов экономического роста и формирования доходов населения.

В общем виде можно выделить два основных, но разных по сути источника формирования фонда потребления и доходов населения. Во-первых, это добавочная стоимость, возникающая в процессе производственной деятельности по производству товаров и услуг (традиционная экономика), во-вторых, добавочная стоимость или доходы от продажи природных ресурсов (экономика трубы), дарованных нам «создателем», а не созданных трудом отдельных лиц.

Если говорить о распределении эффектов традиционной экономики в большей степени в пользу их создателей, то, наверное, было бы правильно считать это вполне обоснованным и справедливым. Вместе с тем распределение доходов от продажи природных ресурсов и эффектов от использования общественной собственности должно происходить в интересах всего населения, а не только доставаться в основном тем, кому поручено управление ею или кто по тем или иным причинам получил доступ к ее эксплуатации и использованию.

Посмотрим, как работают распределительные механизмы в действительности.

Несмотря на позитивную динамику роста средних показателей денежных доходов и сокращение масштабов бедности в период 1999-2003 гг., в сфере распределительных отношений наблюдались сложные и неоднозначные тенденции: социальная поляризация и концентрация доходов не уменьшались, а продолжали нарастать (рис. 1).

Эта поляризация в первую очередь отразилась на структурных пропорциях роста оплаты труда: хотя в 2000-2007 гг. этот рост значительно опережал рост ВВП, это был рост в пользу богатых, а не в пользу бедных. Действительно, примерно 45% совокупного прироста оплаты труда были обусловлены ростом оплаты труда 10% наиболее высокооплачиваемых работников и более 60% — ростом оплаты труда 20% работников с самыми высокими зарплатами. Вклад прироста оплаты труда 20% работников с самыми низкими зарплатами в общий прирост оплаты труда составил менее 3%.

9

в

5

Ч

н

X

Ф

в-

п

о

а

§

ч

-кд

Годы

Рис. 1. Коэффициенты дифференциации (КД) и индексы Джини (О) в 1993-2006 гг.

Еще более сильно поляризация проявилась в росте доходов от собственности, поскольку наиболее высокие доходы на душу поступают не за счет заработной платы, а именно за счет собственности.

Если мы проанализируем, какие приросты доходов получают бедные и богатые на 100 руб. прироста валового регионального продукта (ВРП) в расчете на душу населения, то увидим совершенно удручающую картину (рис. 2).

О 2000 4000 6000 8000 10000

ВРП на душу населения

Рис. 2. Прирост денежных доходов и ВРП на душу населения

Бедные получают прирост на 5 руб., а богатые — на 200 руб., т. е. разница между богатыми и бедными составляет 40 раз1.

Неудивительно, что при таком характере распределительных механизмов в результате реформ в России выиграли только 20% наиболее обеспеченного населения (9-я и 10-я децильные группы)2. Группы населения со средними (близкими к медиане) доходами не только не разбогатели, но и не восстановили уровень благосостояния, который они имели в 1990 г. А группы населения с самыми низкими доходами остались за чертой абсолютной бедности.

Годы

Рис. 3. Динамика соотношений доходов в децильных группах (1-10) населения России с прожиточным минимумом (ПМ)

Высокие доходы наиболее обеспеченных групп вовсе не означают, что продуктивность экономики высока или будет расти вместе с дальнейшим ростом этих доходов. Рост высоких доходов происходил неравномерно, но тем не менее среднегодовой темп роста реальных доходов 10% самых обеспеченных в 2000-е гг. на 24% превысил темп роста ВВП. А это означает, что отдельные группы населения имеют институциональные преимущества, что позволяет наиболее обеспеченным перетягивать эффекты экономического роста на себя. Таким образом, речь идет не о недостатке ресурсов, а об институциональных дефектах системы.

Чтобы разобраться, что же это за дефекты, рассмотрим структуру денежных доходов населения для различных доходных групп. На рис. 4 эта структура показана в разрезе основных источников заработной платы, пенсий, социальных трансфертов и других доходов, основную часть которых составляют доходы от разных видов собственности.

1 Шевяков А.Ю. Некоторые характеристики социально-экономического расслоения населения России. М., ЦЭМИ, 2005.

2 Причем в 2006 г. соотношение дохода 9-й децильной группы с прожиточным минимумом увеличилось по сравнению с 1990 г. только на 16%. А соотношение с прожиточным минимумом дохода верхней (10-й группы) выросло за тот же период двукратно! Заметим, что в период с 2000 по 2006 г. ВВП России вырос на 58%, тогда как соотношение доходов верхней группы с прожиточным минимумом выросло на 72%.

■ доли социальных трансфертов ЕИ доли других денежных доходов Е1 дали пенсий □ доли зарплаты

децили

Рис. 4. Структура душевых денежных доходов населения РФ в 2007 г.

Из приведенной выше структуры доходов населения по их источникам видно, что доходы богатых более чем на 65% состоят из доходов от собственности. Еще более разительная картина наблюдается в Москве, где доля «других» душевых денежных доходов в 2006 г. в 9-м и 10-м децилях превысила 90% душевых денежных доходов (рис. 5).

100

90

80

70

60

50

40

30

20

10

0

5 7

децили

□ доли других денежных поступлений

і—і доли заработной платы в денежном доходе

і—і доли социальных

трансфертов в денежном доходе

Рис. 5. Доли социальных трансфертов, заработной платы и других денежных доходов в душевых денежных доходах населения г. Москвы, 2006 г.

Но наиболее впечатляет отношение значений «других» душевых денежных доходов 10-го и 1-го децилей: в 2006 г. оно составляло 828, что почти в 2 раза превысило это отношение в 2003 г. и более чем в 15 раз превысило это отношение по РФ (55).

Все это говорит о том, что, во-первых, основой благосостояния двух самых богатых групп населения является не заработная плата, а другие, «рентные» доходы; а во-вторых, концентрация этих доходов — основной фактор неравенства в РФ и в том числе катастрофического неравенства населения в Москве.

Таким образом, детальный анализ на уровне доходных групп населения показывает преимущественный рост доходов у богатых слоев населения. Это говорит о том, что механизмы распределительных отношений работают в основном в пользу 10-20% богатого населения, дискриминируя остальные 80%, причем в большей степени первые три «бедных» дециля.

Это подтверждается также анализом реальной налоговой нагрузки для различных доходных групп. Все дело в том, что считается: раз у нас плоская шкала налогов, то налогообложение для всех равномерное. Но это не совсем так. Зарплату трудящихся дважды облагают налогом. Сначала снимают единый социальный налог (ЕСН) с фонда оплаты труда (26,2%), а потом еще с зарплаты — подоходный налог (13%). Получается, что трудящийся отдает со своих доходов практически 40%. А человек, который живет на дивиденды, банковский процент или с аренды собственности, — отдает лишь 6-13%. Если он хранит свой вклад в Центробанке, то вообще не платит с них налогов, а если занимается предпринимательством — то платит только 6%. При этом, как показывает наш дифференцированный анализ, в среднем по РФ основные доходы у 10% богатых почти на 65-70% — это как раз такие доходы, а не зарплата. А в Москве в доходах 9-го и 10-го децилей эта доля выше 90% (т. е. доля заработной платы составляет менее 10%), и налоговая нагрузка для этих децилей до трех раз меньше по сравнению с остальными.

Данные, приводимые в табл. 1, на примере Москвы иллюстрируют сложившуюся ситуацию и показывают реальную налоговую нагрузку для всех групп населения.

В частности, из приведенной выше структуры доходов населения по их источникам следует, что доходы богатых подвергаются меньшей налоговой нагрузке, т. к. большую часть их доходов составляет не заработная плата, а другие доходы (доходы от собственности, дивиденды и т. п.), которые, как мы уже говорили, облагаются налогами по значительно более низкой ставке, чем фонд заработной платы. Таким образом, в проигрыше оказываются доходы от экономически активной деятельности в противовес рентным другим доходам.

Все это в полной мере подтверждается тем, что численность относительно бедного населения России (с доходом на душу менее 60% среднедушевого дохода) росла с небольшими колебаниями во все годы реформ: сначала очень быстро, а в 2000-е гг. — медленно, но все же неуклонно росла (рис. 6).

С точки зрения нормальной экономической логики (тем более логики социального государства) это представляется просто абсурдным и показывает, что деформация распределительных механизмов, связанная прежде всего с концентрацией доходов богатых, достигла такого уровня, когда нарушается даже естественная логика снижения бедности по мере экономического роста.

Таблица 1

Налоговая нагрузка населения (Москва)

Децили Трансферт на душу, руб- Трансферт на душу, % Налоги на душу, руб- Налоги на душу в % от душевого денежного дохода с налогами Доход с налогами

1 746 32,0% 819,6 26,0% 3151,2

2 1759,8 31,5% 1880,9 25,2% 7474,7

3 2152,9 25,8% 3230,4 27,9% 11563,9

4 1681,9 15,4% 4822,6 30,6% 15779,1

5 1837,0 12,6% 6594,7 31,1% 21176,1

6 1524,9 7,7% 8224,6 29,4% 28001,9

7 2040,6 7,3% 13324,7 32,1% 41455,6

8 462,6 1,3% 9501,0 20,5% 46402,8

9 311,9 0,5% 7958,9 12,2% 65047,1

10 1139,9 1,0% 16856,5 12,9% 130984,9

Средние 1365,8 4,6% 7321,4 19,7% 37103,7

Рис. 6. Сравнительная динамика процентов относительно бедных в общей численности населения при границе бедности в 60% от среднедушевого дохода (левая шкала) и в 60% от медианного дохода (правая шкала)

Говоря о динамике показателей бедности и возможных путях снижения ее масштабов, необходимо ясно представлять разницу понятий абсолютной и относительной бедности. Динамика показателей абсолютной бедности, расчет которой базируется на понятии прожиточного минимума, помимо динамики показателей доходов совершенно естественно зависит от значения и динамики изменений этого минимума. Выбор значения прожиточного минимума, так

или иначе, достаточно субъективен, и поэтому снижение показателя бедности может говорить не о его реальном уменьшении, а о неоправданном занижении правительством величины прожиточного минимума, об отставании ее корректировки из-за роста цен и т. п.

Показатели относительной бедности, где в качестве ее границы выступает, как правило, 60% от медианного (среднего) уровня доходов, используются в странах ЕС. В российских условиях, когда за счет высокого неравенства средний уровень дохода значительно ниже среднедушевого дохода, мы берем в качестве границы относительной бедности 60% от среднедушевого дохода. Такой подход является, на наш взгляд, более информативным с точки зрения характеристики имманентных свойств механизмов распределения доходов.

Если говорить о реальной социальной политике, то ориентирами для оценки динамики социальных показателей и выработки мероприятий по решению социальных проблем служат в основном среднестатистические показатели, которые не только не дают реального представления о существе и глубине этих проблем, но даже и дезориентируют. Это касается прежде всего учета реального распределения доходов населения в рамках балансовых ограничений, обусловленных уровнем продуктивности российской экономики3, и недооценки в связи с этим проблемы деформации распределительных отношений и продолжающегося углубляться социально-экономического неравенства.

Политика правительства по снижению масштабов бедности может служить хорошей иллюстрацией недооценки и даже непонимания этой проблемы. Определяя уровень бедности на основе прожиточного минимума, правительство связывает снижение масштабов бедности только с повышением МРОТ, зарплаты бюджетникам, пенсий и других пособий, выделяя для этого дополнительные средства и наивно полагая, что эти средства в основном попадают к бедным. Но как показывает детальный анализ на уровне различных доходных групп населения, даже достаточно радикальные предложения по повышению МРОТ и пенсий, которые в последнее время афишируются многими экономистами и политиками, не могут привести к заметным сдвигам по снижению бедности и избыточного неравенства.

Измерение уровня бедности на основе прожиточного уровня не является достаточно объективным, т. к. этот уровень определяется на основе субъективных оценок и в современных условиях уже не отражает реальной ситуации с

3 В 2006 г. ВВП России в расчете на душу населения в среднем за один месяц составил 15 680 руб., а в 2007 г. он не превысил 21 000 руб. Если сопоставить это с многомиллиардными состояниями сотни самых богатых и с доходами российских топ-менеджеров, исчисляемыми многими миллионами долларов, станет понятно, что остальной части населения в рамках баланса доходов остается немногое. По нашим расчетам, российский «золотой миллион» (примерно 0,7% населения) получал в 2006 г. среднедушевой доход более 120 000 руб. в месяц (в 7,7 раза больше, чем ВВП на душу; это не заработки отдельных людей, а доход в расчете на одного члена семьи). А 0,1% наиболее обеспеченного населения (142 380 человек) получали среднедушевой доход более 400 000 руб. в месяц (в 25,5 раза больше ВВП на душу). Эти оценки сделаны без учета дохода от роста стоимости капитальных активов и других доходов, не отражаемых в российской статистике. Поскольку распределение доходов — это результат «дележа» ВВП, немудрено, что 53% населения России имели в 2006 г. доход на душу менее 6000 рублей в месяц в среднем, а в 2007 г. те же 53% — менее 7700 руб. в месяц (в среднем в течение года).

бедностью4. И можно было бы оставаться на таком подходе к оценке бедности и вытекающих из него «очевидных» мероприятий по ее снижению — увеличением МРОТ, пенсий, пособий, зарплат бюджетникам и т. п., если бы не низкая эффективность этих мероприятий: только 12-15% выделяемых на эти цели ресурсов попадают к действительно бедным5.

Конечно, все это необходимо делать, но как? И какой уровень повышения можно считать необходимым и достаточным? Достаточно ли для решения проблемы бедности только этих мероприятий? Сегодня правительство уровень такого повышения связывает с наличием свободных средств на социальные нужды, а с другой стороны, оно зависит от «вкусовых» предпочтений законодательной и исполнительной власти. Интересно отметить, что во всех планах правительства по снижению бедности — случайно это или нет — фигурируют не собственно показатели бедности, а показатели увеличения МРОТ, пенсий, пособий, зарплат бюджетникам и т. п. Заметные проценты подтягивания этих показателей к прожиточному минимуму демонстрируют «серьезные» усилия правительства по решению проблемы бедности, в то время как эффект этих мероприятий по снижению показателей бедности, как мы уже отметили, относительно мал. Сам же показатель бедности и нормативы его снижения в планах правительства впрямую нигде не обозначены.

Заметное снижение бедности — если его проводить подобным образом — требует значительных ресурсов, что, в свою очередь, несет в себе опасность инфляции, и поэтому правительственная доктрина исходит из постепенного подтягивания показателей МРОТ и др. до уровня прожиточного минимума. Радикального снижения бедности при таком подходе ожидать не приходится. Тем более что инфляция и существующие распределительные механизмы, как будет показано ниже, фактически сводят эффект этих мероприятий во времени к нулю6.

Рассмотрим теперь, как влияют на снижение масштабов бедности и неравенства мероприятия по повышению МРОТ и пенсий.

Снижение неравенства в связи с мероприятиями по повышению МРОТ и повышению минимальной пенсии до прожиточного минимума и сравнение получаемого нового распределения доходов с мировыми стандартами приведены в сводной табл. 2.

4 Вообще говоря, сама идеология построения этого уровня имеет свои корни в советской действительности, когда многие необходимые потребности население удовлетворяло через общественные фонды потребления, и семья даже с низкими доходами имела реально бесплатный доступ к услугам здравоохранения, образования и отдыха. Мы сколь угодно можем говорить о бесплатном образовании и здравоохранении, но реально сегодня даже за скорую помощь приходится платить. Эти и многие другие аспекты жизнедеятельности человека в прожиточном минимуме практически не представлены, и он является скорее уровнем выживания. Хотя о каком выживании можно говорить, когда в нем отсутствуют затраты на приобретение или аренду жилья.

5 Дело в том, что повышают зарплаты и пенсии конкретной личности, а уровень бедности измеряется по отношению к домохозяйствам. А пенсионеры, бюджетники и пр. присутствуют и в богатых, и в бедных домохозяйствах, что приводит к «размыванию» эффекта мероприятий по повышению МРОТ, пенсий и др. по всем доходным группам.

6 Если не считать того, что, задавая тот или иной уровень прожиточного минимума, мы можем и бедность свести к любой цифре.

Выпуск 1 2009

Таблица 2

Снижение неравенства в связи с мероприятиями по повышению МРОТ

и сравнение получаемого нового распределения доходов с мировыми стандартами

Средний по децилям душевой денежный доход Прирост доходов за счет повышения пенсии до 3275 р. (в руб./на душу) Прирост доходов за счет повышения зарплаты до 3000 р. (в руб./на душу) Прирост доходов за счет повышения пенсии до 3275 р. и зар. платы до 3000 р. одновременно (в руб./на душу) Изменение душевых денежных доходов в % за счет одновременного повышения пенсии и зарплаты Изменение душевых денежных доходов по отношению к существующим в настоящее время душевым денежным доходам, необходимое для достижения американских стандартов неравенства Изменение душевых денежных доходов по отношению к существующим в настоящее время душевым денежным доходам, необходимое для достижения европейских стандартов неравенства

119 370 (17,5%) 78 (3,7%) 448 121,1% 134,5% 292,4%

3338 397 (11,9%) 98 (2,9) 495 114,8% 124,9% 217,7%

4336 409 (9,4%) 96 (2,3%) 505 111,6% 119,6% 184,0%

5480 388 (7,1%) 102 (1,9%) 490 108,9% 115,4% 160,6%

6841 356 (5,2%) 75 (1,1%) 431 106,3% 111,8% 142,1%

8491 371 (4,4%) 70 (0,8%) 441 105,2% 108,5% 126,5%

10 638 330 (3,1%) 81 (0,8%) 412 103,9% 105,1% 111,9%

13 737 330 (2,4%) 58 (0,4%) 389 102,8% 101,5% 102,4%

18 884 357 (1,9%) 74 (0,4%) 431 102,3% 97,0% 82,1%

37 719 447(1,2%) 90 (0,2%) 537 101,4% 87,3% 55,7%

Изменения показателей неравенства и бедности

Средний душевой доход 11 159 Средний душевой доход 11 543 Средний душевой доход 11 387 Средний душевой доход 11 616 Средний душевой доход 11 159 Средний душевой доход 11 159

И = 17,8 И = 15,3 КҐ = 17,2 КҐ = 14,9 М = 13,8 И = 4,0

Уровень бедности — 17,27% Уровень бедности — 15,4% Уровень бедности — 16,7% Уровень бедности — 14,8% Уровень бедности — 10,0% Уровень бедности — 0,2%

Уровень относительной бедности — 27,8% Уровень относительной бедности — 26,1% Уровень относительной бедности — 27,2% Уровень относительной бедности — 25,6% Уровень относительной бедности — 23,4% Уровень относительной бедности — 10,0%

Тема номера «Социальное государство*

Во-первых, приведенный анализ развенчивает миф о том, что повышение МРОТ и пенсий идет в основном и прежде всего малоимущим. Как это ни парадоксально, но эффект этих мероприятий, несмотря на снижение коэффициента дифференциации доходов домашних хозяйств с 20 до 14, а уровня абсолютной бедности — до приемлемых 10%, значительно смазывается, т. к. и пенсионеры, и работающие с зарплатой, близкой к МРОТ, присутствуют во всех группах домашних хозяйств, и увеличение доходов происходит во всех децилях, причем в абсолютном выражении прирост доходов самых богатых значительно (на 66%) больше, чем у самых бедных.

Во-вторых, показатели относительной бедности и неравенства остаются — даже в среднем — на достаточно высоком уровне и не отвечают стандартам передовых развитых стран. Это связано с тем, что в этом случае распределительные механизмы не затрагиваются и продолжают работать в пользу богатых, в динамике увеличивая эти диспропорции.

В-третьих, средний доход при этом увеличивается более чем на 10%, и этот рост напрямую никак не связан с экономическим ростом и может явиться причиной некоторого всплеска инфляции.

Наконец, в-четвертых, наблюдаемый положительный эффект будет носить кратковременный характер и уже через короткое время будет практически сведен на нет действующими механизмами формирования и распределения доходов.

Итак, такие нормативные меры по преодолению бедности, как повышение МРОТ и пенсий, являются необходимыми, но не такими однозначными, как это кажется на первый взгляд, и недостаточны на пути снижения масштабов бедности.

Таким образом, на сегодняшний день мы имеем не только избыточное социально-экономическое расслоение нашего общества, но и распределительные механизмы, которые его создали, систематически поддерживают и препятствуют преодолению социальных диспропорций. Без переналаживания этих механизмов в сторону разумного ограничения роста самых высоких доходов мы никуда в лучшую сторону не двинемся. Даже если сегодня мы все разделим поровну, неравенство очень быстро вернется на круги своя.

Основной путь корректировки распределительных механизмов — это механизмы перераспределения доходов в системе «налогообложение — социальные льготы». В странах с рыночной экономикой уже в течение длительного времени осуществляется государственное регулирование, направленное на выравнивание материального положения различных доходных групп населения, и такая система признается наиболее важной частью механизма перераспределения доходов.

Эффективность такого государственного регулирования можно увидеть на примере США (рис. 7).

Выравнивание распределения доходов в США при переходе в результате перераспределения от первоначальных рыночных к располагаемым доходам приводит к снижению децильного коэффициента дифференциации в 4,5 раза (с 67,6 до 14,7) и к повышению доходов нижней бедной группы почти в 5 раз!

Для того чтобы понять, как и в какую сторону должна быть направлена реформа распределительных отношений, мы пошли по пути сравнения пара-

250

I 150 ^

4

х

5 юо -

3

а.

О

г-ты____,г-Гк___,ГП_

т ІЇ1

□ Рыночный доход

□ Располагаемый доход ■ Трансферты

□ Налоги

-100 -1

123456789 10

10-процентные (децильные) группы домашних хозяйств

Рис. 7. Распределение доходов по децильным группам домашних хозяйств в США

в 2005 году

метров кривой распределения доходов населения РФ и двух других, близких к американскому и европейскому стандартам. Заметим сразу: несмотря на иллюстративный характер, приведенный анализ достаточно точно характеризует направления и порядок необходимых изменений.

Нехватка или избыток денежных среднедушевых доходов в децилях в РФ (в процентах к исходным значениям денежных среднедушевых доходов) относительно, если можно так сказать, европейского и американского стандартов приведены в табл. 3.

Таблица 3

Необходимые изменения денежных душевых доходов в децилях в % по отношению к существующему в настоящее время душевому денежному

доходу

Децили Американский Европейский

1 134.5% 292,4

2 124,9 217,7

3 119,6 184,0

4 115,4 160,6

5 111,8 142,1

6 108,5 126,5

7 105,1 111,9

8 101,5 102,4

9 97,0 82,1

10 87,3 55,7

Таким образом, анализ показывает, что для приведения кривой распределения доходов богатых домохозяйств как к американскому, так и европейскому стандартам распределения необходимо ограничение роста доходов только в двух последних децилях. При этом даже для более «жесткого» европейского варианта эти ограничения падают в основном на последний дециль, да и то в размерах, не превышающих существующую в этих странах ставку регрессионной шкалы налогов. Иначе говоря, приведение распределительных механизмов к «мировым» стандартам (на которые так любят равняться наши реформаторы) резко улучшит положение 80% населения, снизит неравенство и бедность до приемлемых уровней и уменьшит темпы роста доходов практически только у 10% населения. И самое главное — устранит механизм воспроизводства чрезмерного неравенства и относительной бедности. Важно заметить, что при таком подходе корректировки распределительных механизмов общая денежная масса доходов остается неизменной, т. к. мы меняем только пропорции ее распределения по различным доходным группам, и инфляционной составляющей в таком подходе нет7.

Какими механизмами и как реально мы можем нормализовать ситуацию с чрезмерным неравенством и бедностью и приблизиться к стандартам развитых стран, дает представление табл. 4, в которой показано, как влияли различные мероприятий по повышению доходов населения на показатели неравенства и бедности на примере Москвы.

Таблица 4

Влияние мероприятий по повышению доходов населения на показатели неравенства и бедности на примере Москвы

Исхо- дные МРОТ 6800 МРП 4000 ПМнП 6000 З/п бюдж. Ч2 З/п 5-60% Др. дох. 5-60% МПМ 1000; МП 6000; з/п Б-2,8 р.

Коэффициент фондов 48,4 46,4 44,2 44,1 39,4 46,7 30,67 12,25

Коэффициент Джини 0,478 0,4779 0,4725 0/1726 0,4336 0,4813 0,405 0,297

Уровень бедности, % 13,30 12,50 11,40 11,90 8,60 13,20 13,25 2,95

Процент прироста денежных доходов, % 0,00 0,60 1,00 0,60 20,90 -3,70 -23,70 0,00

Доля детей за чертой бедности (от численности детей) 25,10 24,00 24,10 24,60 16,10 25,00 24,98 6,05

7 Такой подход к корректировке распределительных механизмов не имеет ничего общего с соображением «все отобрать и разделить», которое очень часто используется в возражениях апологетов сложившейся ситуации. Нормативное повышение МРОТ и пенсий, против которого они в принципе не возражают, имеет больше оснований быть отнесенными к такому пути реформирования политики доходов.

Продолжение таблицы 4

Исхо- дные МРОТ 6800 МРП 4000 ПМнП 6000 З/п бюдж. Ч2 З/п 5-60% Др. дох. 5-60% МПМ 1000; МП 6000; з/п Б-2,8 р.

Относительная бедность (д.д.д.< 60% медианного д.д.д.), % 31,70 31,50 30,70 31,20 20,40 32,70 31,75 10,33

Доля детей за чертой относительной бедности (от численности детей),% 43,40 43,30 41,90 43,00 32,00 44,50 43,41 22,86

Средний душевой денежный доход, руб. 29790,5 29978,3 30095,1 29961,4 36006,8 28701,9 22 731,30 29 790,50

Доля ресурсов, попадающих в два первых дециля, % 19,36 23,65 34,73 4,33 -0,34 0,00 15,50

Доля ресурсов, попадающих в два последних дециля, % 27,13 31,45 9,97 22,85 -23,62 -92,80 -21,70