АРКТИКА И КОРЕННЫЕ МАЛОЧИСЛЕННЫЕ НАРОДЫ СЕВЕРА: ИННОВАЦИОННЫЕ ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ ТРАДИЦИОННЫХ ПОСЕЛЕНИЙ

П.В. Сосин,

научный сотрудник Института гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера

Сибирского отделения Российской Академии наук (г Якутск)

secretar@igi.ysn.ru

В статье предлагаются новые подходы решения проблемы развития социальной инфраструктуры различных типов поселений — мест традиционного проживания коренных малочисленных народов Севера.

Ключевые слова: коренные малочисленные народы Севера, социальная инфраструктура, образ жизни, адаптация

УДК 39(=1.98-81)(1-22) ББК 66.3(2Рос.)11

Процесс формирования северных сельских поселений отражает исторический опыт освоения Севера коренными этносами, очаговую промышленную добычу полезных ископаемых и т.д. В условиях рыночных отношений необходимо ускорить использование новых технологий по развитию материально-технической базы производственной и социальной инфраструктуры стационарных и кочевых (мобильных) поселений коренных малочисленных народов Севера (КМНС).

Необходимо отметить, что коренное население Севера постепенно адаптировалось к оседлому образу жизни. О дисперсном расселении населения говорилось в исследованиях многих этнографов, изучавших особенности поселений, жилищ и уклада жизни коренных северных этносов. Эвенкийское стойбище таежных охотников и оленеводов состояло из 1-3 чумов на 2-3 семьи. Поселение оседлых и полуоседлых таежных групп насчитывали по 1-5 домов, имеющих 6 типов жилищ. Стойбище эвенов состояло из нескольких жилищ, где насчитывали до трех типов жилищ. Долганы использовали переносное жилище на нартах, строили якутские юрты. Юкагиры имели два типа поселений: постоянное — в зимнее время и сезонное — летом. Стойбище чукчей-оленеводов состояло от 2 до 10 яранг. В зимних и летних поселениях оседлых и полуоседлых чукчей число жилищ достигало до 20 единиц. Стационарные поселения были у якутов и зверобоев морских побережий, имевших зимник (кыстык), летник (сайылык) и отор, где проживали в начале осени. Якуты, при освоении новых земель узнавали о качестве питьевой воды, растительности, о болезнях людей и скота. При строительстве жилья тщательно избирали место строительства жилья, безошибочно определяя близость подземных льдов, аласов, лугов или поляны.

Уклад и образ жизни, традиции и обычаи КМНС неразрывно связаны с окружающей природной средой и традиционными отраслями северного хозяйства. Кочевой образ жизни возник на рубеже XVIII-XIX вв., когда на смену использования оленя, как гужевого транспорта для освоения труднодоступных местностей Крайнего Севера, пришло оленеводческое хозяйство с наиболее эффективным использованием естественных пастбищ тундры и лесотундры. С ростом поголовья оленей увеличилась численность коренных народов; не нарушая равновесия в природе, северные этносы рационально использовали биологические ресурсы тайги и тундры. Экологическая оптимальность традиционных отраслей хозяйства, основанная на опыте многих поколений, должна учитываться в управлении социально-экономическим и культурным развитием КМНС.

По теории этногенеза (Л.Н. Гумилев), этнодемографическое равновесие северных популяций народов сочетается с системно-образующей связью растительность-животные-человек в процессе адаптации вида Homo sapiens к экстремальным природно-климатическим условиям высоких широт Земли. Данная связь образует устойчивую этноэкологическую целостность (этногенез). Связь между северным этносом и окружающей средой осуществляется путем воспитания подрастающего поколения и освоения опыта старших, сохранения уклада и образа жизни, национальных обычаев и традиций. Так как адаптивные стереотипы поведения человека вырабатываются в детстве, смена образа жизни, вывоз детей в школы-интернаты, перевод кочевой семьи на оседлость являются причинами, составляющими де-

популяцию КМНС. В нынешних условиях перехода на рыночные отношения требуются всестороннее изучение процессов развития общества и разработка гибких механизмов сохранения наиболее жизнеспособных, демографически продуктивных кочевых популяций.

Понятие «население, ведущее кочевой и полукочевой образ жизни» пришло из глубины веков в результате длительных исторических процессов развития этносов, проживающих в экстремальных и суровых природно-климатических условиях. Традиционная система кочевания учитывала эффективное сезонное использование пастбищ, охотничьих и рыболовных угодий, что обеспечивало постоянное сохранение биологических ресурсов слабопродуктивной природной среды тундровых и лесотундровых ландшафтов.

Одомашнивание дикого оленя человеком обеспечивало условия существования пищей (мясо), одеждой и жилищем. Оленья шкура использовалась на шитье легкой и теплой одежды и для покрытия переносных национальных жилищ легко транспортабельных в труднопроходимых таежных и не менее тяжелых путях по лесотундре и тундре. Оленеводство народов Севера, Сибири, Аляски и Северной Канады, подтвержденное археологическими исследованиями, имеет тысячелетнюю историю.

Возвращение к кочевым родовым общинам было осуществлено в целях обеспечения социальной защиты нетрудоспособных сородичей, подъема традиционных отраслей экономики, национального возрождения и развития языка, обычаев и культуры. Благодаря общине используется прошлый исторический опыт и создается связь поколений. Однако по форме хозяйственной деятельности община не является разновидностью крестьянского (фермерского) хозяйства.

Многолетний опыт реализации концепции преодоления культурно-экономической отсталости коренных малочисленных народов Севера показал несостоятельность положения о том, что лишь проживание в стационарных «перспективных» селах обеспечит возможность гармонического развития личности. Кочевой образ жизни аборигенов Севера — неотделимая часть циркумполярной культуры, с точки зрения европейцев и их последователей он считался архаичным и подлежащим «революционному преобразованию», т.е. должен ориентироваться на оседлость в «перспективных» селах, указанных директивными органами страны и республики. Именно в таких селах воспитали молодежь, не желающую заниматься традиционными отраслями хозяйства.

Иногда благое намерение по привлечению малых этносов к цивилизации не совсем удачно. Например, в 1970-е годы в Африке (Заир), решили 40-45 тыс. жителей тропических джунглей — пигмеев «спасти» от вековой отсталости в новых деревнях. В этих поселениях, оторванные от привычного образа и уклада жизни, они тяжело заболели, не смогли им помочь ни цивилизованная система гигиены, ни методы европейского лечения. Трудности адаптации пигмеев к оседлому образу жизни, вынудили не продолжать этот эксперимент. Экспериментаторы не учли два важных обстоятельства, один из которых психологический — пигмеи прирожденные коллективисты, которым чужды чувство эгоизма, аморальные поступки и прочие «ценности» европейской цивилизации, и физический — их организм адаптировался к условиям жизни вечных тропических джунглей [1].

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ РЕГИОНОВ И ОТРАСЛЕВЫХ КОМПЛЕКСОВ

Проблема поиска путей возрождения кочевой семьи состоит в использовании экологического опыта, адаптивных способностей северных этносов и повышении социальной активности кочующих популяций.

Этнокультурной и социальной ячейкой северного сообщества является кочевая семья, которая способна оказать реальное воздействие на все стороны жизнедеятельности КМНС, находящихся в настоящее время в критической социально-экономической ситуации во многих северных территориях Российской Федерации.

Цивилизационные трансформации образа жизни этих народов в условиях модернизации общества обеспечивают устранение отставания развития социальной инфраструктуры стационарных и кочевых (мобильных) поселений мест компактного проживания КМНС.

Что касается формирования духовных потребностей общества, то оно тесно связано с традициями и культурным наследием каждого этноса. В современных не устойчивых социально-экономических условиях, подверженных кризису и постоянной инфляции, идет трудный поиск роли учреждений образования, культуры и т.д. В условиях глобализации и ускорения научно-технического прогресса стоит задача сохранения традиционной культуры и опыта адаптации КМНС. В новых рыночных условиях требуются определенные решения по организации целостной системы передачи социокультурного наследия освоения территории Арктики и высоких северных широт Земли.

Общечеловеческие социальные требования отражают уровень развития производительных сил общества. Основные социально-демографические требования определяются жизненным циклом населения, национальным, количественным и качественным составом населения и семьи. Принимаются меры по созданию комфортности жилища, исходя из санитарно-гигиенических нормативов. Хозяйственно-бытовые условия улучшаются достижением рационального ведения домашнего хозяйства со снижением тяжелого физического труда и экономии затрат времени. Культурно-рекреационные требования направлены на воспитание детей и организацию активного отдыха семьи, сохранение культурных ценностей и национальных традиций народов. Социально-психологические требования ориентированы на формирование благоприятного эмоционального настроя человека и семьи. Эргономические достижения создают комфортные условия человеку для постоянного удовлетворения ежедневных физиологических и социальных потребностей каждого человека.

Для кардинального решения пути развития социальной инфраструктуры стационарных, сезонных и кочевых (мобильных) поселений мест традиционного проживания КМНС необходимо: определить современный уровень развития социальной инфраструктуры; провести научные исследования по изучению закономерностей развития отраслей социальной инфраструктуры; обосновать целевые ориентиры и прогноз развития социальной инфраструктуры подвижных (мобильных) поселений. Требуется с учетом времени обновить генеральные планы и генеральные схемы населенных пунктов компактного проживания малочисленных народов Севера с учетом современного состояния социально-экономического развития Республики Саха (Якутия) и Российской Федерации, новых законодательных актов и нормативов.

В целях улучшения жилищно-бытовых условий работников традиционных отраслей северного хозяйства Республики Саха (Якутия) были разработаны и утверждены:

— стандарты кочевого жилья для работников традиционных отраслей Севера республики, принятые Постановлением Правительства Республики Саха (Якутия) от 16.03.2003 г. № 124;

— Закон РС (Я) «О кочевом жилье для работников традиционных отраслей Севера Республики Саха (Якутия)», принят постановлением Государственного собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия) от 20 февраля 2004 г. З № 246-111;

— »Методика расчета потребности в финансовых средствах на обеспечение кочевым жильем работников традиционных отраслей Севера Республики Саха (Якутия)» принята Постановлением Правительства РС (Я) от 24 июня 2004 г. № 300.

В 2002-2006 гг. на обустройство, при плане 50000 тыс. руб., было выделено 28000 руб. или 56,0%, на кочевое жилище в 2007-2009 гг. было выделено всего 40061 тыс. руб.

Переносные жилища наиболее соответствуют кочевому образу жизни, обусловленному постоянным поиском оленьих пастбищ и полукочевому образу жизни охотников. Жилище кочевых и полукочевых народов отличалось легкостью, прочностью и надежностью конструкции, простотой строительства и высокой транспортабельностью. Например, степные кочевники Монголии и Средней Азии испокон веков имеют круглые хижины-юрты, покрытые войлоком, которые защищают человека от палящего летнего зноя, зимних холодов и пронизывающих высокогорных ветров джайлау на альпийских лугах. Попытка чабанов использовать на пастбищах передвижные щитовые деревянные домики не удалась, они не выдерживают воздействия степных буранов.

В ХХ в. жилища народов Севера претерпели существенные изменения. В стационарных поселениях объекты социальной инфраструктуры строили по унифицированным проектам в основном из дерева. В мобильных (передвижных) поселениях вместо оленьих шкур стали использовать брезент. Легче было купить готовые фабричные палатки, брезентовое полотно или палаточный материал.

До перестройки, в Якутии разрабатывались различные типы переносных жилищ для оленеводов. В 1958 г. студентами инженерно-технического факультета Якутского государственного университета были начаты разработки современных мобильных жилищ (чумов) под индексом «МПФ-2» (Попов-Файко). Опытный образец проходил испытания на Саккырыре в оленстаде № 5 (Газета «Кыым» от 11.01 и 01.06.1958 г.), но дальнейшего распространения не получил, так как началась широкомасштабная компания концентрации населения в «перспективных» селах.

В начале 1980-х годов в ЯНИИСХ СО ВАСХНИЛ было создано ОКПТБ (Опытно-конструкторское и проектно-технологическое бюро), которое разработало серию мобильных домов «Север-3», мобильную базу агиткультбригады, яранги «Халарча» и дежурное укрытие оленеводов «Северянка». Мобильное жилище «Север-3» выпускалось серийно предприятием ИТК (Исправительно-трудовой колонии) МВД Магаданской области. Общая площадь блока составляла 175 м2, габариты 2,2*4,5*2,4 м, вес 3500 кг, вместимость 6 чел., рассчитанного на 2-3 переезда. Строился со многими отступлениями от проекта: применяли подручный материал. Широкого распространения не получил из-за высокой стоимости и транспортных расходов. Дежурное укрытие «Северянка» имело общую площадь 5,3 м2 на 2 чел. и походную мебель. Общий вес равнялся 160 кг. Серийное производство не было налажено по причине отсутствия предприятия, готового принять заказ. Мобильная база агиткультбригады (АКБ), площадью 12 м2, вместимостью 6 чел. была изготовлена в единственном экземпляре, габариты составляли 7,0*3,5*2,5 м. Яранга «Халарча» вместимостью 8 чел., общей площадью 129 м2, устанавливалась на транспортных санях, ее габариты 50*6,0*2,5 м, вес 3,5 т.

В 1982 г. для бригадных стоянок приобрели переносную юрту «Тундра» Батайского опытно-экспериментального завода металлоконструкций ВПК. Общая площадь помещения составляла 20,4 м2, вес 230 кг. Каркас сборной конструкции из алюминия обтягивался брезентом. Оленеводы Оленекского района дополнительно из досок изготовляли настил для пола.

В 1984 г. по заявке совхоза «Нижнеколымский» госкомитет «Якутсельхозтехника» изготовил несколько единиц жилья, имевших недостатки: большой вес, менее удобный для переездов по пересеченной местности.

По заказу руководства совхоза «Томпонский» Институт «Якутгражданпроект» разработал проект мобильного жилища с походной мебелью «Томпо-1». Общая площадь 19,2 м2. В 1984 г. комбинат «Якутуглестрой» изготовил несколько экземпляров.

В совхозе «Булунский» рационализаторы Д.Н. Горохов и

В.Г. Корякин усовершенствовали юрту «Тундра». Она имела брезентовое покрытие и стены, укрепленные войлоком. Общая площадь жилья 13,2 м2, вес 130 кг. Изготовили также мобильное жилище «Булун-3», однако его промышленное освоение не состоялось. У опытных образцов, изготовленных Якутским кожевенно-обувным комбинатом, на холоде верхняя часть тордоха промерзала и обледенела. Жилище оказалось холодным.

В тундровой зоне Анабарского улуса распространен балок собственного производства. Здесь сохранились традиционные методы хозяйствования и ведутся целенаправленные работы по созданию жилищно-бытовых комплексов (ЖБК), малокомплек-

тных школ, медпунктов, оснащению техническими средствами связи и транспортом. Некоторые предложения об организации опытного производства передвижных домов «Анабар-2» на базе Нерюнгринского механического завода напоминают путь внедрения опытных образцов «Север», построенных в ИТК Магаданской области.

Правительство Республики Саха (Якутия) приняло Постановление от 16 марта 2003 г. № 124 «Об утверждении стандарта кочевого жилья для работников традиционных отраслей Севера РС (Я)», где дано определение, указаны виды и разновидности кочевого жилья — чумы, яранги, палатки и балки, технические условия и нормы кочевого жилья.

По типу конструкции выделяют: легкие — летние и зимние палатки; средние — чумы, яранги, сборно-разборные домики; стационарные и опорные базы с элементами социальной и производственной инфраструктур. Основное техническое условие для мобильного (передвижного) жилища — многократное перемещение по бездорожью, ограниченный вес до 1000 кг с высокой транспортабельностью; комплектное электро- и теплоснабжение. Срок их эксплуатации не менее 24 месяцев. Требуются новые материалы, имеющие лучшие качественные показатели, чем брезент и палаточный материал.

Разработаны в Санкт-Петербурге учеными М.В. Задвиным,

Н.Ф. Пликусовой, В.П. Чернолесом из Военной академии связи им. С.М. Буденного модели юрты и складских помещений с каркасом из дюралюминиевых труб и закрепляемого тентового покрытия (патент № 68026 и № 68044. Зарегистрировано в Государственном реестре полезных моделей Российской Федерации 10 ноября 2007 г. Срок действия патента истекает 31 июля 2012 г.).

По замыслу авторов изделие многофункциональное (жилище, склад, столовая, полевой госпиталь и др.). Время сборки 2-3 минуты. Транспортируется в сложенном виде. Вес юрты от 3 до 40 кг. Данное изделие прошло испытание в суровых условиях Арктики и Антарктиды (СП-33, о. Шпицберген, на Таймыре и у геологов Антарктиды). Стоимость складной юрты d = 5 м, весом 40 кг оценивают примерно 18,0 тыс. руб. в зависимости от размеров и используемых материалов

Палатка «Сфера», изготовленная ВПК «Вымпел» из материала мембрана, имеет двойное покрытие, как опытный образец проходит испытание в традиционных отраслях хозяйства Усть-Янского улуса. Одна палатка стоит 60,0 тыс. руб., хорошо сохраняет тепло и не промокает от снега и дождя. Но, оконное стекло имеет свойство быстро разбиваться, что требует постоянной замены.

В перспективе производственная и социальная инфраструктура традиционных отраслей северного хозяйства должна обеспечить социально-экономическое и культурное развитие коренных малочисленных народов Севера в соответствии с целью и задачей обеспечения аборигенам достойного уровня и качества жизни, возрождения культуры, сохранения национальных обычаев, традиций и языка [2].

На начало 2010 г. численность работников северного хозяйства Республики Саха (Якутия) составила всего 5270 чел., в т.ч. в оленеводстве — 2219 чел. (42,1%), рыболовстве — 1029 чел. (19,5), охотпромысле — 1911 чел. (36,3) и звероводстве — 150 чел. (2,1%).

Всего 1382 семей, в т.ч. 394 кочевых семей, что составляет 28,5%. С родителями находятся 1611 детей, в т.ч. 1248 детей оленеводов (77,5%), 182 детей рыболовов (11,3%) и 181 детей охотников (11,2%).

В зоне тундры в традиционных отраслях заняты 399 семей, в т.ч. кочевых семей 147; лесотундре — 69 семей, в т.ч. 16 кочевых семей, горно-таежной зоне — 672 из них 103 кочевые и таежной зоне — 242 семьи, в т.ч. 128 кочевые семьи [3].

По распоряжению Правительства Российской Федерации от 8 мая 2009 г. № 631-р в перечень мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности КМНС РС (Я) выделено 21 муниципальных образований, в том числе 70 сельских населенных пунктов. По данным Всероссийской переписи населения 2010 г. по Республике Саха (Якутия) в этих 70 национальных поселениях проживало всего 44273 чел. [4]. Благоустройство жилищного фонда составляет (в %): водопроводом — 24,3, канализацией — 25,2, отоплением — 65,8, ваннами (душем) — 24,0, газом — 1,3, горячим водоснабжением — 12,9 и напольными электроплитами — 5,9. Среднее расстояние между населенными пунктами составляет около 100 км. Например, с. Иенгра находится от районного центра на расстоянии 65 км, от 100 до 200 км — поселения Мирнинского, Аллаиховского, Олекмин-ского улусов; от 201 до 300 км — населенные пункты Нижнеколымского, Среднеколымского, Алданского, Абыйского и Том-понского улусов; от 301 до 350 км — поселения Усть-Янского и Кобяйского, а самый отдаленный населенный пункт с. Ючюгэй находится от райцентра п. Усть-Нера Оймяконского улуса на расстоянии 630 км.

Основные направления развития социальной инфраструктуры населенных пунктов традиционного проживания КМНС должны включать следующие первоочередные задачи:

— разработку юридического статуса национального населенного пункта (для сохранения традиционной культуры и языка этноса);

— поиск оптимального развития социальной инфраструктуры, не зависящего от административного статуса и численности населения отдельного населенного пункта;

— учет при планировании и застройке населенных мест специфических особенностей хозяйственной деятельности, традиционного уклада и образа жизни КМНС;

— развитие транспорта и связи между населенными пунктами не только муниципального образования, но и соседними улусами (районами);

— разработать четкий механизм формирования капитальных вложений на основе законов и нормативных актов на развитие социальной инфраструктуры стационарных и кочевых (мобильных) поселений.

Для устойчивого функционирования социальной инфраструктуры стационарных и кочевых (мобильных) поселений районов традиционного проживания КМНС, Сибири и Дальнего Востока требуется:

• комплексный подход к решению проблем улучшения уровня и качества жизни населения;

• решение вопросов тепло- энергоснабжения, т.е. внедрение новых технологий;

• обеспечение развития транспорта (малой авиации и маломерных речных судов);

• своевременное принятие законов и нормативных актов;

• совершенствование государственной помощи по внедрению новых разработок для ускорения развития производственной и социальной инфраструктуры мест традиционного проживания коренных малочисленных народов Севера;

• создание инновационной интеграции опыта экологических знаний коренных этносов Севера через развитие различных видов туризма.

Литература

1. Корочанцев А. Бой тамтамов будит мечту. — М.: Мысль, 1987. — 270 с.

2. Сосин П.В. Современное состояние развития производственной и социальной инфраструктуры традиционных отраслей северного хозяйства. В сб.: Главные политические и социально-экономические итоги первого десятилетия XXI века: Матер. науч.-практ конференции 13 декабря 2010 года г. Якутск / Отв. ред. Н.В. Тимофеев. — Якутск, 2011. — С. 189-195.

3. Домашнее оленеводство Республики Саха (Якутия). — Якутск: МСХ РС (Я), Департамент традиционных отраслей Севера и рыбохозяйственной деятельности, 2010. — 56 с.

4. О кратких итогах Всероссийской переписи населения 2010 года по Республике Саха (Якутия). — Якутск, 2012 (февраль). —

С. 24-42.