Автореферат диссертации по теме "Сравнительное исследование социальных представлений о справедливости в различных этнических общностях"

^—Hajmaeax рукописи

СОСНИНА ЛУЧИЯ МИХАЙЛОВНА

СРАВНИТЕЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ СОЦИАЛЬНЫХ ПРЕДСТАВЛЕНИЙ О СПРАВЕДЛИВОСТИ В РАЗЛИЧНЫХ ЭТНИЧЕСКИХ ОБЩНОСТЯХ

(на примере русских, молдаван и цыган)

Специальность: 19.00.05 - социальная психология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Москва - 2005

Работа выполнена в лаборатории социальной и экономической психологии и лаборатории истории психологии и исторической психологии Института психологии РАН.

Научный руководитель: доктор психологических наук

В.А. Кольцова

Официальные оппоненты: доктор психологических наук,

профессор Н.М. Лебедева

кандидат психологических наук, доцент В.П. Левкович

Ведущая организация: Научно-исследовательский Институт комплексных социальных исследований СПб ГУ.

Защита: состоится «-/^ » ноября 2005 г. в /¿Г ч. 00 мин, на заседании Диссертационного совета Д 002.016.01 при Институте психологии РАН по адресу: 129336, Москва, ул. Ярославская, 13.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института психологии РАН.

Автореферат разослан «■/.>/ » октября 2005 г.

Ученый се!фетарь диссертационного совета, кандидат психологических наук

Андреева Е.А.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования определяется ролью проблемы справедливости как одной из центральных при рассмотрении различных социальных процессов и явлений в современном обществе.

Представления о справедливости являются важным регулятором группового и межгруппового взаимодействия, определяют динамику развития и стабильность функционирования общества. Следствием несоответствия национальной политики традиционным представлениям о справедливости у представителей разных этнических групп является возникновение социальной напряженности и конфликтов в обществе.

В теоретическом плане проблема справедливости занимает одно из приоритетных мест в структуре социально-писихологического знания. С ней связана научная разработка проблем агрессии, насилия и терроризма, конфликтов разных уровней и т.д.

Праксиологический аспект исследования этой проблемы заключается в том, что выявление критериев оценки справедливости у различных социальных групп в конфликтных взаимодействиях является условием эффективной организации практических мероприятий по урегулированию и управлению внутри- и межгрупповыми конфликтами.

Состояние разработанности проблемы. Начало систематических исследований феномена справедливости в зарубежной социальной психологии относится к концу 60-х - началу 70-х годов XX столетия и связано с разработкой теорий так называемого эквивалентного обмена (G. Homans, 1961; J. Thibaut & H. Kelley, 1959 и ДР-).

Интерес социальных психологов к изучению данной проблемы во многом детерминировался философско-социологическими работами по социальной справедливости (J. Rawls, 1971; W. Frankena, 1962; R. Noizick, 1974 и др). Представления о справедливости Платона - как добродетели и достоинства - были положены в основу исследования

морального развития (Ж. Пиаже и JI. Колбер) ).рНО£ИАа{ивдготшгвскЬй

БИБЛИОТЕКА 1

этики о дистрибутивной справедливости составили ядро теории эквивалентной справедливости (J. Adams, 1962, 1965), выступившей в качестве социально-психологической модели справедливости, на которую до 90-х гг. прошлого века опиралась зарубежная эмпирическая исследовательская практика, и которая послужила толчком для развития других подходов и тенденций исследования этого феномена.

В зависимости от характера, уровня и аспектов разработки зарубежные исследования феномена справедливости можно условно классифицировать по ряду критериев:

а) особенности концептуализации: концепции дистрибутивной, процедурной и ретребутивной справедливости (R. Folger, 1977, 1984; М. Deutch, 1975; М. Lerner, 1975, 1981; W. Austin, 1975, 1980; Е. Walster, В. Розенбаум, Е. Lind , 1978; P. Early, М. Mark, 1980; Т. Tyler, 1991; Д. Мацумото, 2003; J. Darley, Т. Pittman, 2003; L. Skitka, F. Crosby, 2003; G. Mikula, 2000 и др.);

б) принципы и критерии оценки справедливости в связи с социальной идентичностью (J. Greenberg, R. Cohen, 1982; S. Brams, 1996; R. Folger, 1977; M. Deutch, 1975; M. Lemer, 1975; S. Clayton, S. Opotow, 2003; L. Skitka, 2003 и др.);

в) многомерность мотивации феномена справедливости (Н. Reis, 1982, 1984; R. Folger, 1984; R. Wicklund, 1975; W. Austin, 1975, 1986; E. Walster, 1978; J. Rodin, J. Greenberg, 1980 и др.).

г) уровни анализа: индивидуальный, групповой и межгрупповой уровни, рассматривающие соотношения индивидуальной и групповой ориентации при принятии решений о справедливости распределений (М. Deutch, 1975; М. Lerner, 1981; М. Mark, 1980; J. Exline и др.,2003 и др.);

д) культурная детерминация представлений о справедливости: формирование представлений о справедливости в психологии морального развития и влияние социо-культурного контекста, в рамках которого формируются эти представления (J. Piaget, 1965; L. Kohlberg, 1971; Т. Lickona, 1976; J. Miller, E. Kagan, F. Lamb, 1990; S. Havinghurst, B. Neugarten, 1955; L. Montada, 1980; К. Leung, W. Stephan, 1998, 2000, 2003; E. Lind, С. Kulik, 1991; G. Mikula, M. Wenzel, 2000; H. Triandis, 2000; Дж. Мацумото, 20Ö3 и др.)

Исследования проблемы справедливости в отечественной социальной психологии не столь многочисленны. Их начало можно условно отнести к появлению работы А. В. Юревича «Критический анализ американских социально-психологических концепций социального обмена» (1981). Во второй половине 90-х годов XX -начале XXI веков появились публикации, посвященные критическому осмыслению зарубежных исследований справедливости (В.А. Соснин, JI.M. Збанкэ, 1997; JI.M. Соснина, 2002; О.А. Гулевич, 2003); анализу роли представлений о справедливости в структуре нравственной регуляции личности (В.Л. Васильев, 2001; A.JI. Журавлев, А.Б. Купрейченко, 2003); взаимосвязи представлений о справедливости и правового сознания личности (М.В. Медведченкова, 2001; Е.О. Голынчик, 2004); духовно-нравственного аспекта справедливости и влияния социально-культурного контекста на формирование представлений о справедливости (JI.M. Соснина, 2000,2001, 2002).

Необходимость более глубокого и целостного изучения феномена справедливости обусловила разработку комплексной методологии его исследования и включение в поле его рассмотрения обыденных представлений о справедливости в социально-культурном контексте (JI.M. Соснина, М.И. Воловикова, 1999; 2002; М.И. Воловикова, JI.M. Соснина, 2001; Е.Н. Старикова, 2002; Е.О. Голынчик, О.А, Гулевич, 2003; О.А. Гулевич, Е.О. Голынчик, 2004).

Цель исследования - выявить особенности представлений о справедливости в различных этнических группах в зависимости от социально-культурных детерминант и специфики их жизнедеятельности.

Задачи исследования:

1. Теоретическая-.

1) провести теоретико-методологический анализ исследования проблемы справедливости в зарубежной и отечественной социальной психологии;

2) обосновать теоретико-методологический подход комплексного изучения данного феномена.

2. Методическая: разработать и обосновать программу и методы кросс-культурного исследования социальных представлений о справедливости у представителей трех этнических групп.

3. Конкретно-эмпирическая:

1) провести кросс-культурное исследование социальных представлений о справедливости в этнических группах молдаван, цыган и русских;

2) выявить общие характеристики и особенности структуры представлений о справедливости у изучаемых этносов;

3) выявить половые различия в структуре представлений о справедливости в различных этнических группах.

Объект исследования - представители трех этнических групп -молдаване и цыгане (республика Молдова) и русские (Нижегородская и Владимирская обл.). Общее количество респондентов - 216 человек.

Предмет исследования - содержание и структура обыденных представлений о справедливости в этнических группах русских, молдаван и цыган.

Общая гипотеза исследования: структура представлений о справедливости у различных этнических общностей детерминируется социально-культурными особенностями их жизнедеятельности. Это проявляется в доминирующих моделях (этнокультурных нормах) справедливости, характерных для каждой общности. Частные гипотезы:

1. Структура социальных представлений о справедливости всех исследуемых этнических групп включает инвариантные панкультурные элементы, отражающие общечеловеческие нормы и ценности.

2. Более близки социальные представления о справедливости в выборках русских и молдаван. В силу «корпоративности» и «закрытости» этно-культурной группы цыган у них в большей мере по сравнению с молдаванами и русскими сохраняются традиционные представления о справедливости.

Теоретико-методологическую основу исследования составили труды отечественных и зарубежных специалистов в области социальной (B.C. Агеев, Г.М. Андреева, A.A. Бодалев, A.A. Деркач, А.Л. Журавлев, Б.Ф.

Поршнев, В.П. Позняков, П.Н. Шихирев и др.) и кросс-культурной психологии (G. Hofstede, H. Triandis, Дж. Мацумото, JI.M. Дрбижева, Н.М. Лебедева, В.П. Левкович, Л.И. Науменко, E.H. Резников, Г.У. Солдатева, Т.Г. Стефаненко и др.).

Базовыми концептуальными основаниями исследования явились следующие психологические теории:

1.Теории морального (J. Piaget, L. Kohlberg, T. Lickona, L. Montada, J. Miller, E. Kagan, S. Havinghurst, B. Neugarten и др.) и духовного (Брушлинский A.B., Семенов В.Е., Слободчиков В.И, Исаев Е.И., Шадриков В.Д. и др.) развития личности.

2.Теория социальной идентичности А. Тэжфела и Дж. Тернера.

3.Имплицитные концепции интеллекта и нравственности (R. Sternberg, H. Azuma H., К. Kashiwagi, Н.Л. Смирнова, М.И. Воловикова, Л.Л. Гренкова).

4.Теория социальных представлений С. Московичи (S. Moscovici, D. Jodelet, W. Dois, J. Abric, R. Farr, K.A. Абульханова, T. Емельянова, А.И. Донцов, И. Маркова и др.).

5.Теоретико-эмпирические аспекты проблемы российского менталитета (К.А. Абульханова, И.А. Джидарьян, А.Л. Журавлев, В.В. Знаков и др.).

Методы исследования. В соответствии с целями и задачами исследования использовались:

1 .Метод теоретического анализа литературных источников, обобщения и интерпретации научных данных.

2.Авторская анкета, направленная на выявление содержания представлений и критериев оценки справедливости, включающая:

а) метод «Словесных ассоциаций»;

б) модифицированный вариант методики изучения представлений о порядочном человеке (Г. Азума, К. Кашиваги, 1987; H.A. Смирнова, 1994; М.И. Воловикова, Л.А. Гренкова, 1997).

3 .Неструктурированное интервью.

4.Методы синонимического, семантического и контент-анализа.

5.Методы математико-статистической обработки данных -математико-статистическая программа ЗШ^Йса 6.0, включающая частотный анализ и критерий Фишера.

Основные научные результаты и их научная новизна.

1. Теоретическая новизна работы заключается в проведении целостного теоретико-методологического анализа разработки проблемы справедливости в мировой и отечественной науке и обосновании подхода к комплексному исследованию данного феномена, основанного на теории социальных представлений.

2. Разработана теоретическая модель эмпирического изучения проблемы справедливости.

3. Впервые в отечественной социальной психологии проведено кросс- культурное исследование проблемы справедливости на примере трех этно- культурных групп - русских, молдаван и цыган. Теоретически и эмпирически обоснована зависимость социальных представлений от социально-культурных особенностей исследуемых групп, условий их исторического развития и традиционного уклада жизнедеятельности.

4. Выделены инвариантные для всех изучаемых этнических групп элементы структур представлений о справедливости, отражающие базовые ценности морального группового сознания, и выявлена их регулятивная роль как критериев, норм, правил и принципов оценки поведения и социальных взаимодействий.

5. Выявлены отличия в семантическом поле представлений о справедливости изучаемых групп и доказана наибольшая этнокультурная специфичность этих представлений в выборке цыган как общности корпоративного закрытого типа, сохранность у них веры в имманентную справедливость.

6. Установлено, что в наибольшей степени отход от традиционных представлений о справедливости наблюдается в выборке русских, ориентирующихся при оценке справедливости на принцип эквивалентности.

7. Разработана авторская методика, позволяющая комплексно изучать феномен справедливости в контексте обыденной жизни людей,

и вариант контент-анализа, учитывающий социально-культурную специфику изучаемого феномена.

Практическая значимость результатов исследования состоит:

Во-первых, в важности выделения специфики социальных представлений о справедливости в различных этно-социальных общностях и возможности их использования в практике социального управления.

Во-вторых, в возможности использования теоретических и эмпирических результатов исследования для разработки соответствующих лекционных курсов по изучаемой проблеме при преподавании социальной психологии, психологии межгрупповых отношений и этнической психологии.

В-третьих, в целесообразности осмысления полученных результатов исследования для выработки рекомендаций по организации воспитательной работы в разных этнических группах в современных условиях.

Надежность и достоверность результатов исследования обеспечивалась: (I) глубоким теоретико-методологическим анализом изучения проблемы; (2) адекватностью методов сбора эмпирических данных и комплексностью исследования феномена справедливости (3) использованием комплекса релевантных приемов качественно-количественного и математико-статистического анализа.

Положения, выносимые на защищу.

1 .Ядром представлений о справедливости исследуемых этнокультурных групп являются категории честности, добра, правды как базовые ценности морального группового сознания, выступающие инвариантными детерминантами социальных оценок, отношений и взаимодействий.

2.Специфика представлений о справедливости обусловлена особенностями условий жизнедеятельности этно-культурных групп и их включенностью в систему общественных отношений.

3.Наибольшая этно-культурная специфика социальных представлений о справедливости в группе цыган обусловлена ее корпоративностью и закрытостью и проявляется в доминировании в

семантическом поле представлений категорий веры, клятвы, послушания при отсутствии категорий открытости, эквивалентности и равенства.

Апробация работы. Теоретические и эмпирические результаты исследований обсуждались на заседаниях лаборатории истории психологии и исторической психологии ИП РАН (2002-2005 гг.), а также на научных конференциях: научно-практической конференции «Социальная инженерия и новые походы к прикладной науке» (Москва, 1996); 1-ой конференции секции этнической психологии Российского Психологического Общества «Этническая психология и общество» (Москва, 1997); Международной юбилейной конференции, посвященной 110-й годовщине со дня рождения С.Л. Рубинштейна (Москва, 1999); Международной конференции «Этносы и культуры на Балканах» (София, 2000); Международной конференции «История психологии и историческая психология: состояние и перспективы развития» (Москва, 2001); конференции по истории психологии (Нижний Новгород, 2002); Международной конференции по истории психологии (Минск, 2003); итоговой научной сессия ИП РАН (Москва, 2005).

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, выводов, заключения, списка литературы, включающего 220 наименования на русском, французском и английском языках и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении раскрыта актуальность проблемы, определены цель, задачи, предмет и объект исследования, сформулированы гипотезы и положения, выносимые на защиту, обоснованы научная новизна и практическая значимость исследования.

Первая глава «Теоретико-методологические подходы к изучению проблемы справедливости в современной социальной психологии» посвящена теоретико-методологическому анализу истории становления и тенденций исследования изучаемого феномена в мировой социальной психологии.

В первом параграфе «К истории вопроса: представления о справедливости в философии и социологии» рассмотрены представления о справедливости в исторической ретроспективе. Рассмотрены взгляды Аристотеля, который одним из первых в философской мысли обратился к проблеме справедливости, предложил ее формальную структуру, выделив два ее вида — уравнивающую и распределяющую, и ввел принцип пропорционал ь ного равенства.

В социологической литературе наибольшее признание и популярность получили представления о справедливости Дж. Роулса. Он выделил два принципа справедливости: принцип равенства (равные права на основные свободы) и принцип различия (доступность получения благ, исходя из конкретных позиций социального субъекта в структуре общества). Его теория - типичный пример теорий распределительной справедливости. В современных западных подходах сохраняется доминирование «распределительно-правового» аспекта, проявляющееся в концентрации внимания на проблемах распределения материальных благ, в формальном рассуждении о моральной стороне проблемы при отсутствии раскрытия подлинно духовно-нравственных основ справедливости.

Во втором параграфе «Исследования проблемы справедливости в социальной психологии» представлен теоретико-методологический анализ становления данного направления исследований в мировой социальной психологии: рассмотрены тенденции развития исследований, современное состояние разработки проблемы и ее место в структуре социально-психологического знания.

Проведен анализ «теории эквивалентной справедливости» (J. Adams, 1965, 1973 и др.), с появления которой начинается систематическое изучение справедливости как важного социально-психологического феномена.

Основной постулат теории - субъективно осознаваемое равенство затрат/вознаграждений взаимодействующих субъектов. При соответствии (эквивалентности) вкладов/затрат и вознаграждений взаимодействующих субъектов результаты взаимодействия воспринимаются и оцениваются как справедливые. Несоответствие

между затратами и вознаграждениями воспринимается и переживается как несправедливость.

Эмпирическая проверка теории, не смотря на стремление ее сторонников придать ей более интегративную форму (L. Berkowitz, Е. Косстер, 1976; J. Greenberg, R. Cohen, 1982; Е. Walster и др., 1978), оказалась противоречивой. Это послужило основанием для ее критики и поиска иных подходов в изучении проблемы.

Первое направление критики касалось определения принципа эквивалентности лишь как одного из возможных принципов оценки справедливости (М. Deutch, 1975; М. Lerner, 1976). Были выделены и эмпирически проверены другие принципы справедливости - принцип равенства распределения и принцип удовлетворения актуальных потребностей.

Второй аспект критики теории эквивалентности - указание на ее концентрацию на проблеме конечного распределения (R. Folger, 1977, 1979, 1984). Принцип эквивалентности регламентирует только соблюдение соответствия вознаграждения субъектов вложенным затратам (дистрибутивная справедливость), но не рассматривает процедуры принятия решений об этом распределении. Именно неразработанность этого аспекта стимулировала дальнейшие исследования проблемы справедливости в русле процедурной справедливости (Е. Lind, Т. Tyler, 1988; Е. Lind, P. Early, 1992; К. Leung, Е. Lind, 1986; J.Greenberg, R. Folger, 1983; J. Thibaut, L. Walker, 1975; T.Tyler, R. Folger, 1980).

Кроме того, декларирование принципа справедливого распределения как основной и единственной мотивационной силы в социальных взаимодействиях оказалось неоправданным. Как показали дальнейшие исследования (В. Рабинович и др., 1984; Т. Tyler, Е. Lind, 1993 и др.), у взаимодействующих субъектов могут существовать также другие мотивы справедливого поведения, отличные от мотива справедливости.

Критика представленной в теории эквивалентной справедливости позиции эгоистического интереса участников взаимодействия, которая, по мнению ее сторонников, играет главную роль при оценке

справедливости (R Folger, 1979), стимулировала появление и эмпирическую проверку другого подхода - изучения групповой ориентации при принятии решений о справедливости распределений. Основное положение этого подхода - справедливость конкретной ситуации зависит от того, что считается благоприятным для группы, социальной системы, т.е. от приоритетности коллективных целей. Этот подход разрабатывался рядом авторов (М. Deutch, 1975; R. Folger, 1984; G. Mikula, 1980; M. Lerner, 1975, 1981; M. Mark, 1980 и др.). На групповом уровне акцент делается на природе межличностных отношений, выделяются дополнительные принципы справедливости (уровневый и ранговый), вводится понятие межгрупповой справедливости (Д- Еек, 1999; G. Reis, L. Bums, 1982).

Важное место в разработке проблематики справедливости занимает анализ мотивации справедливого поведения. Традиционно в узком смысле слова под мотивом справедливого поведения понимается стремление индивида при взаимодействии вести себя честно и правдиво (G. Reis, 1984). При этом с точки зрения многомерности мотивации признается множественность регуляторов справедливого поведения и подчеркивается, что к его побудительным причинам, наряду собственно со стремлением вести себя честно и справедливо, могут относиться: желание быть щедрым, страх наказания, мотив полезности, отстаивание своего статуса, стремление спасти и защитить свой Я-образ и т.д. Поэтому получаемые эмпирические данные, объединяемые под рубрикой «справедливого распределения», фактически охватывают три самостоятельных аспекта изучения справедливости - «справедливость распределения», «процедурная справедливость» и анализ мотивов справедливого поведения (J. Adams, 1965; G. Reis, 1984).

Для исследования содержания мотива справедливости использовались разные подходы: субъективные представления личности о справедливости (R. Wicklund, 1975), «личностная картина мира» (W. Austin W., Е. Walster, 1975), стремление к овладению индивидом социальным контролем над ситуацией (J. Rodin и др., 1980), учет специфики межличностных отношений (J. Greenberg, 1984).

Неудовлетворительное состояние изучения проблемы мотивации справедливости привело исследователей к формированию нового, более целостного и всестороннего подхода (G.Reis, 1984). Этот подход основывается на ряде постулатов: 1) признание проблемы мотивации справедливости многомерной; 2) признание того, что в большинстве исследований остается неопределенным сам концепт справедливости (содержание, вкладываемое в него и рядовыми люди, и самими исследователями); 3) утверждение, что ответы на вопросы о том, «что такое справедливость?» и «каковы мотивы справедливого поведения?», нужно искать не в формальном определении справедливости, а в исследовании того, как используют люди термин «справедливость» и каковы критерии ее оценки в повседневной обыденной жизни. Тем самым фактически была поставлена задача выявления основ коллективных, обыденных представлений о справедливости. Исследование проблемы многомерности мотивации справедливости вывело исследователей также на необходимость изучения детерминации представлений о справедливости социально-культурными условиями.

Одним из аспектов разработки проблемы справедливости является ее рассмотрение в контексте исследования закономерностей морального развития личности. Согласно основоположникам онтогенетического подхода (Ж. Пиаже, JI. Колберг), моральные представления ребенка развертываются в неизменной последовательности двух стадий - от стадии «морального реализма и абсолютизма» (веры в имманентную справедливость) до стадии «автономной морали» (сотрудничества и взаимности). Эта общая тенденция была выявлена и подтверждена в ряде эмпирических исследований, выполненных на разных поло-возрастных выборках (L. Kohlberg, 1971; Т. Lickona, 1976). Однако результаты кросс-культурных исследований, хотя и немногочисленных, оказались более противоречивы (С. Havinghurst, В. Neugarten, 1955; Е. Hetherington, Я. Parke, 1993; Т. Lickona, 1976; L. Kohlberg, 1985; Е. Kagan, F. Lamb, 1990 и др.). Эти данные позволяют утверждать, что у представителей коллективистических культур имеет место сохранение (и усиление)

веры в имманентную справедливость, что свидетельствует о существовании фундаментальных отличий в структурах представлений о справедливости у членов обществ, имеющих различные социокультурные и конфессиональные корни.

В третьем параграфе «Социо-культурные основания для формирования представлений о справедливости» дан анализ базовых социально-культурных характеристик двух типов культур (и соответствующих типов этики) - индивидуалистической и коллективистической (G. Hofstede, 1982; Н. К. А. Абульханова, 1998, Н.М. Лебедева, 1999, 2001; Т.П. Емельянова, 2004; Н. Triandis, 1994 и др.) и их влияния на формирование представлений о справедливости.

Анализ ценностных характеристик двух типов культурной этики в контексте понимания категории справедливости позволил выделить еще один принцип справедливости, присущий коллективистическому типу культуры - жертвенную любовь и милосердие как духовно-нравственный критерий справедливости (Л.М. Соснина, 2001, 2002).

Обсуждена модель справедливости Е. Линда и Т. Тайлера (1988; 1993), ориентированная на групповые ценности («Group-Value Theory»). Эта теория связывает представления о процедурной справедливости с ценностями референтной группы индивида и с его потребностью быть полноправным уважаемым членом группы, организации, общества, в которых используются эти процедуры. Кроме этого, вводятся понятия «внутренних» (панкулътурттых) и «внешних» (зависящих от специфических ценностей группы) стандартов справедливости. Цикл исследований, проведенных в рамках этого подхода (К. Leung, 1957; К. Leung, К. Early, А. Lind, 1990; К. Leung, Е. Lind, 1986; М. Takenishi, А. Takenishi, 1990; Т. Tyler, 1991), подтвердил, что «внутренние стандарты» справедливости проявляются одинаково во всех типах культур и сила их выраженности одинакова.

На пороге третьего тысячелетия наметилось расширение предметного поля исследований проблемы справедливости (L. Skitka, F. Krosby, 2003): связь справедливости с идентичностью (S. Clayton., S. Opotow, 2003); повышение интереса к ретрибутивной или карающей справедливости (J. Darley, Т. Pittman, 2003), к анализу моделей,

отражающих ситуационную детерминацию представлений о справедливости (J. Darley, T. Pittman, 2003; J. Exline и др., 2003).

В четвертом параграфе «Теория социальных представлений С. Московичи как теоретико-методологическая основа исследований справедливости» раскрыты возможности данного теоретического подхода как основы разработки программы комплексного изучения представлений о справедливости.

Как зарубежные, так и отечественные исследования социальных представлений (А.И. Донцов, Т.П. Емельянова, 1987; W. Wagner и др., 1996; И. Маркова и др., 1998; W. До18 и др., 1999; К.А. Абульханова, 2002; В.В. Знаков, 1996; Емельянова, 2001, 2002, 2004) убедительно демонстрируют теоретико-методический потенциал и плодотворность теории Московичи для комплексного анализа социальных явлений и социальных представлений, включая представления о справедливости.

В конце первой главы на основе проведенного анализа предложена теоретическая модель эмпирического изучения представлений о справедливости в этно-культурных группах, включающая:

а) концептуальное определение данного феномена;

б) детерминанты (социо-культурные ценности и нормы жизнедеятельности), влияющие на социальные представления о справедливости (представления о добре, зле, счастье, равенстве и т.д.);

в) эмпирические показатели (критерии оценки справедливости; эмоционально-оценочные и поведенческие референты), фиксирующие проявление культурных норм в конкретных социальных ситуациях.

Во второй главе «Эмпирическое исследование социальных представлений о справедливости молдаван, цыган и русских» дается описание и обоснование выбора объекта исследования, программы и этапов его реализации, характеристика методов, эмпирических показателей, излагаются основные результаты и выводы исследования.

В первом параграфе «Программа эмпирического исследования» дается обоснование и характеристика выборки исследования, описание инструментария, организации и проведения эмпирического исследования. Исследовательский инструментарий включал авторскую анкету, содержащую две опросные методики - метод «Словесных

ассоциаций» для выявления семантического поля представлений о справедливости и модифицированный вариант методики изучения представлений о порядочном человеке. Для обработки полученных данных использовались качественно-количественные методы синонимического и логико-семантического анализа, метод контент-анализа, включающий эмпирические референты фиксации социальных представлений изучаемых этно-культурных групп и математико-статистическая программа ЗЪгёзйса 6.0.

Во втором параграфе «Результаты эмпирического исследования и анализ полученных данных: семантическое поле представлений о справедливости по методу "Словесные ассоциации"» представлено описание и качесвенно-количественный анализ данных, отражающих структуру представлений о справедливости молдаван, цыган и русских.

С помощью синонимического анализа ассоциаций и последующего частотного анализа были выявлены частоты встречаемости ассоциаций при описании справедливости во всех трех выборках. Анализ семантического поля представлений о справедливости у изучаемых этнических групп позволил выделить ядро представлений о справедливости, являющееся инвариантным для всех выборок, в которое входят категории «честность», «доброта», «правда», «вера». Это приводит к выводу о том, что основу представлений о справедливости у изучаемых групп составляют категории морального сознания, что отвечает менталитету традиционных культур коллективистического типа.

Кроме того, выделена этно-культурная специфика содержания понимания справедливости в изучаемых группах. Этническая группа цыган наиболее консервативна. Это проявляется в большей представленности в их семантическом поле представлений о справедливости категории «вера» (37,2%) по сравнению с молдаванами (17,1%) и русскими (6,6%), присутствии категорий «клятва» и «послушание» (которые отсутствуют у молдаван и русских), а также отсутствии категорий «открытость», «воздаяние», «равенство». Это объясняется большей сохранностью традиций, корпоративностью,

жесткой иерархичностью группы и, соответственно, выраженностью в структуре представлений цыган имманентной справедливости. Наибольшую размытость традиционных представлений о справедливости демонстрирует выборка русских. Об этом, в частности, свидетельствует наличие в этой группе категории «воздаяния» -традиционной категории понимания справедливости как эквивалентности, что присуще культурам индивидуалистического типа (Таблица 1.).

Таблиа 1 .Частоты встречаемости ассоциаций при описании справедливости у молдаван, цыган и русских (в %)

группы ассоциаций молдаване цыгане русские

1 честность 62,1 53,4 94,5

2 доброта 24,3 30,2 34,0

3 правда 24,3 25,5 29,6

4 открытость 24,3 - 14,3

5 равенство 10,9 - 14,3

6 совесть 24,1 - 21,9

7 преданность 8,5 - 9,9

8 правосудие 9,6 - 8,8

9 закон - 13,9 8,8

10 человечность 12,3 - 7,7

11 вера 17,1 37,2 6,6

12 воздаяние - - 6,6

13 послушание - 15,0 -

14 объективность 10,9 - 5,5

15 смелость 7,3 - 5,5

16 клятва - 18,6 -

17 миролюбие 5,5 13,9 6,0

всего групп: 13 8 15

С помощью логико-семантического анализа ассоциаций и последующего частотного анализа проведено качественное сравнение значимости представлений о справедливости в изучаемых группах применительно к различным сферам жизнедеятельности - социально-экономической и правовой, духовно-религиозной и сфере взаимоотношений. Показано, что в описании справедливости по

выборке цыган представлено низкое содержание лексики, относящейся к социально-экономической, политико-правовой сфере (7,7 % по сравнению с русскими и молдаванами - 33 % и 25 % соответственно). Это объясняется тем, что «государственность» цыган ограничивается пределами семьи, рода, табора. Для этой «государственности» характерна жесткая иерархичность структуры, традиций, законов и норм, что выражается в доминировании таких регуляторов справедливости поведения как «собрание», «клятва», «слово (барона)», решение цыганского суда (Рис. 1).

Рис. 1. Профили частот ассоциаций по логико-семантическому анализу по сферам жизнедеятельности (в 3-х выборках, в %).

60 ---.-

сфера I сфера II сфера III

I - социально-экономическая, политико-правовая сфера

II - философско-религиозная, духовно-нравственная сфера

III - сфера взаимоотношений

Специфика связей категории «справедливость» с религиозно-философской, духовно-нравственной сферами жизнедеятельности (вера, мир, миролюбие) демонстрирует ту же последовательность изучаемых групп в отношении сохранности традиционных ценностей в культуре

этих групп: цыгане (51, 3 %), молдаване (35,1 %), русские (27,3 %). Полученные данные подтверждают высказанные предположения о большей сохранности в структуре представлений о справедливости цыган имманентной справедливости.

Связь категории «справедливость» со сферой межличностных отношений оказалась приблизительно одинаковой во всех выборках: молдаване - 40 %, цыгане - 41 %, русские - 39,7 %. Тем самым обнаружена общая тенденция при определении критериев и норм оценки справедливости: респонденты, независимо от этно-культурной принадлежности, в одинаковой степени признают значимость сферы межличностных отношений, как области проявления общих (панкультурных) стандартов справедливости.

В третьем параграфе «Результаты эмпирического исследования и анализ полученных данных по методике "описание справедливых ситуаций": профили критериев оценки справедливости молдаван, цыган и русских» приводятся результаты контент-анализа, и статистической обработки данных, касающиеся описаний репондентами ситуаций, представляющихся им справедливыми.

Выявлены протипические ориентации в описании справедливости у изучаемых этнических групп и проведено сравнение статистически значимых различий в описании реальных и идеальных справедливых ситуаций по каждой выборке (критерий Фишера р< 0,05). Проведено сравнение профилей критериев справедливости молдаван, цыган и русских по описанию реальных справедливых ситуаций.

Анализ прототипических тенденций при формировании суждений о справедливости молдаван, цыган и русских выявил общность ориентаций изучаемых групп на морально-нравственные аспекты при оценке справедливых ситуаций, что согласуется с данными, полученными по методике «Словесные ассоциации». Установлена большая близость выборок молдаван и русских в оценивании справедливых ситуаций в связи с их типологией. Выявлено большее отличие цыган от молдаван и русских в прототипических ориентациях

при оценке справедливости, что проявляется у цыган в большей сохранности веры в имманентную справедливость.

Данные анализа профилей представлений о справедливости молдаван, цыган и русских при описании реальных справедливых ситуаций согласуются с данными, полученными по методике «словесные ассоциации» (семантическое поле представлений) и прототипическими тенденциями. Это подтверждает гипотезу и положения, выдвинутые на защиту.

Сравнение половых различий в структуре представлений о справедливости у изучаемых групп по описанию реальных справедливых ситуаций подтвердило наличие статистически значимых различий, которые не вступают в противоречие с выдвинутыми гипотезами и положениями, выдвинутыми на защиту в исследовании.

В заключении диссертационной работы подводятся итоги исследования, обобщаются полученные результаты, высказываются суждения о возможности их использования в практике, а также обозначаются перспективы дальнейших исследований.

Общие выводы по результатам исследования

1. Проведенный анализ позволил дать концептуальное определение справедливости как категории морально-правового и социально-политического сознания, выражающей обобщенную нравственную оценку явлений, взаимодействий и ситуаций социальной жизни с точки зрения их соответствия моральным групповым ценностям, нормам и представлениям о должном порядке человеческого общежития и о сущности человека, его правах и обязанностях. Феномен справедливости является многомерным явлением (с точки зрения мотивации справедливого поведения) и его комплексное изучение возможно только с учетом социально-культурного контекста жизнедеятельности групповых образований.

2. Анализ мировой и отечественной литературы по проблеме справедливости выдвигает задачу наряду с исследованием научно-теоретического аспекта проблемы, также изучения социальных

представлений о справедливости, формирующихся в условиях реальной жизнедеятельности человека.

3. Разработана теоретическая модель комплексного эмпирического изучения социальных представлений о справедливости, включающая:

а) концептуальное определение данного феномена как системы групповых ценностей и понятий, регулирующих нравственные оценки социальных явлений и поведения с точки зрения принятых в данной культуре критериев, норм и принципов справедливости;

б) детерминанты - социально-культурные ценности и нормы жизнедеятельности, влияющие на социальные представления о справедливости (представления о добре, зле, счастье, равенстве и т.д.);

в) эмпирические показатели - критерии оценки справедливости; отношение к разным аспектам проявления справедливости в реальных ситуациях взаимодействий и поведенческие референты, фиксирующие проявление культурных норм в конкретных социальных ситуациях.

4.Структура представлений о справедливости в различных этнических группах зависит от состояния их групповой идентичности и имеет как общие (панкультурные) элементы, свойственные представителям всех типов культур, так и специфические, обусловленные особенностями условий жизнедеятельности групп как этно-культурных образований.

5.Семантическое поле представлений о справедливости молдаван, цыган и русских имеет инвариантное ядро ценностных категорий, связанных с пониманием справедливости - «честность», «доброта», «правда», «вера», относящихся к категориями морального сознания, что отражает специфику культур коллективистического типа.

6.Сходство значимости связи представлений о справедливости со сферой межличностных отношений у изучаемых групп подтверждает общую тенденцию - критерии и нормы оценки справедливости в сфере межличностных отношений (достоинство, уважение личности) являются общекультурными стандартами, не зависящими от культурной принадлежности группы.

7.0собенности условий жизнедеятельности групповых образований определяют специфику этно-культурных различий в содержании понимания справедливости.

Этническая группа цыган проявила наибольшую специфичность:

а) большую выраженность в семантическом поле понятия справедливости у цыган категории «вера»; наличие категорий «клятва» и «послушание» и отсутствие категорий «открытость», «воздаяние», «равенство», что объясняется большей сохранностью традиций, закрытостью, жесткой иерархичностью группы и наличием в структуре представлений имманентной справедливости;

б) незначительная связь представлений о справедливости с социально-экономической, политико-правовой сферами, что объясняется специфичностью понимания цыганами «государственности», которая ограничивается рамками семьи, рода, табора, иерархичностью социальных отношений, подчиненостью традициям, законам и нормам, и возникающим на этой основе доминированием таких явлений как «клятва», «слово (барона)», решение цыганского суда;

в) наибольшая связь представлений о справедливости данной группы с религиозной, духовно-нравственной сферой жизнедеятельности (вера, мир, миролюбие).

8. Изучаемые общности с точки зрения сохранения традиционных представлений о справедливости находятся на разных стадиях континуума «индивидуализм-коллективизм». Этно-культурная группа цыган в наибольшей степени сохраняет традиционные представления о справедливости, веру в имманентную справедливость. Этно-культурная группа русских демонстрирует в наибольшей степени размывание традиционных представлений о справедливости, о чем свидетельствует наличие в этой выборке категории «воздаяние» (эквивалентность).

9. Прототипические ориентации представлений о справедливости изучаемых групп подтверждают общую направленность критериев оценки справедливости на морально-нравственные аспекты (ориентация на идеальные представления, стремление делать людям добро, ориентация на удовлетворение потребностей других людей).

10.При оценивании справедливости в реальных ситуациях большую общность в критериях оценки демонстрируют выборки молдаван и русских (эквивалентность, ориентация на удовлетворении потребностей других; стремление делать добро другим людям (нормы милосердия));

11.Для этно-культурной группы цыган при оценивании справедливости в реальных ситуациях (реального взаимодействия) более значима ориентация на удовлетворение своих (групповых) потребностей; соблюдение групповых норм; большая представленность имманентной справедливости.

12.Выявлены статистически значимые различия в оценке справедливости по признаку пола:

а) мужчины-молдаване и русские больше, чем женщины ориентированы на ситуации, связанные с институциональной сферой жизнедеятельности, на необходимость следования долгу и обязательствам; женщины - больше на межличностную сферу;

б) женщины-цыганки больше, чем мужчины ориентированы на статусно-ролевой характер взаимоотношений;

в) мужчины-цыгане большую значимость, по сравнению с мужчинами-молдаванами и русскими, придают ситуациям взаимодействия с членами собственной группы и не ориентируются на критерий милосердия;

г) женщины-цыганки, в отличие от молдаванок и русских, больше ориентированы на ситуации взаимодействия с членами своей группы и не опираются на критерий милосердия.

Основные результаты работы отражены в следующих публикациях автора:

1. Проблема социальной справедливости и межэтнические конфликты // Этническая психология и общество. М. 1997. С. 156-164. (Совместно с В. А.Сосниным)

2. Личностные представления о справедливости (результаты пилотажного исследования) // Индивидуальный и групповой субъекты в изменяющемся обществе (к 110-летию со дня рождения С. Л. Рубинштейна. М. 1999. С. 154-155. (Совместно с М. И. Воловиковой)

3. Кросс-культурное исследование представлений о справедливости молдаван и цыган, живущих в Молдове // Тезисы на международной конференции «Этносы и культуры на Балканах». (23-26.Vm.2000). София. 2000. С. 23. (Совместно с М И. Воловиковой)

4. Этнокультурное исследование представлений о справедливости (на примере молдаван и живущих в Молдове цыган) // Вопросы психологии. 2001. №2. С. 85-94. (Совместно с М. И. Воловиковой)

5. Проблема справедливости: сравнительный социо-кулыурный контекст // Тезисы докладов на международную конференцию «История психологии и историческая психология: состояние и перспективы развития». М. 2001. С. 128-129.

6. Принцип системности при проведении этнопсихологического исследования представлений о справедливости // Тезисы докладов к юбилейной конференции ИП РАН . (28-29.01). М.. 2002 . Т. 1. С. 238240. (Совместно с М. И. Воловиковой)

7. Формирование представлений о категории справедливости: западная и восточная культурные парадигмы И Современная психология: состояние и перспективы исследований. Часть 4: Методологические проблемы историко-психологического исследования. М.: ИПРАН. 2002. С. 244-255.

8. Духовно-нравственный аспект проблемы справедливости // Актуальные проблемы истории психологии на рубеже тысячелетий. Сборник научных трудов. М. 2002. часть 1. С. 105118.

9. Духовно-нравственный аспект проблемы справедливости в контексте славянских культур // История психологии в Беларуси: состояние и перспективы развития. Материалы П Международной научной конференции. Минск. 2003. С. 69-71.

Отпечатано в полиграфическом агентстве «Лвтера» Заказ >6 566 .Объем 1 пл Тнряж 100 эю Подписано в пеоть б 10 05 г Печать авторефератов, пленок для проекционной техники, листовок, брошюр, буклетов и тд

р 18460

PfïB Русский фонд

^006А 16503

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Соснина, Лучия Михайловна, 2005 год

Введение

Глава 1. Теоретико-методологические подходы к изучению проблемы справедливости в современной социальной психологии

1.1. К истории вопроса: краткий очерк представлений о справедливости в философии и социологии

1.2. Исследований проблемы справедливости в социальной психологии

1.2.1. Классическая теория эквивалентной справедливости и ее оценка

1.2.2. Многомерность мотивации феномена справедливости

1.2.3. Психология морального развития и имманентная справедливость

1.3. Сциально-культурные основания формирования представлений о справедливости '

1.3.1. Типы культурной этики и их влияние на формирование представлений о справедливости

1.3.2. Принцип милосердия как духовно-нравственный критерий справедливости

1.3.3. Исследование проблемы справедливости в кросс-культурной психологии

1.4. Теория социальных представлений С. Московичи как теоретическая основа исследования представлений о справедливости

Выводы по главе

Глава 2. Эмпирическое исследование социальных представлений о справедливости молдаван, цыган и русских

2.1. Программа эмпирического исследования

2.1.1. Описание объекта исследования

2.1.2. Методы и программа исследования

2.2. Результаты эмпирического исследования и анализ полученных данных: семантическое поле представлений о справедливости по методу «Словесные ассоциации»

2.2.1. Обсуждение и интерпретация данных синонимического анализа

2.2.2. Обсуждение и интерпретация данных логико-семантического анализа

2.3. Результаты эмпирического исследования и анализ полученных данных по методике «Описание справедливых ситуаций»: профили критериев оценки справедливости молдаван, цыган и русских

2.3.1. Описание процедуры анализа

2.3.2. Прототипические тенденции в оценивании справедливости по выборкам молдаван, цыган и русских: результаты контент-анализа

2.3.3. Сравнения профилей критериев справедливости молдаван, цыган и русских по категориям контент-анализа

2.3.4. Половые различия в структуре представлений о справедливости молдаван, цыган и русских 126 Выводы по главе

Введение диссертации по психологии, на тему "Сравнительное исследование социальных представлений о справедливости в различных этнических общностях"

Актуальность исследования. Категория «справедливость» является одной из центральных при рассмотрении различных социальных процессов и явлений в современном обществе независимо от того, декларируется ли это явно или только подразумевается.

Феномен справедливости по своей сущности социален, проявляется в социуме. Представления о социальной справедливости являются одним из основных регуляторов группового и межгруппового взаимодействия, определяют динамику общественных процессов, влияют на стабильность функционирования общества и, фактически, лежат в основе национальной политики государства. Несоответствие национальной политики традиционным представлениям о справедливости у представителей разных этносов общества может приводить к социальной напряженности, а также к социальным конфликтам и катастрофам. Действительно, начиная от таких глобальных социально-политических явлений, как смена общественно-государственного устройства, и кончая социальной напряженностью и конфликтами между различными этническими группами и отдельными личностями, - прослеживается важность регуляции этих отношений на основе принципа справедливости. Таким образом, феномен справедливости является исключительно сложным и многоуровневым явлением, значение которого проявляется практически во всех сферах нашей жизни. Поэтому разные научные дисциплины - философия, юриспруденция, социология, психология, этнология, политология или экономика, — все они в большей или меньшей мере занимаются проблемой справедливости. Поскольку современная экспериментально-ориентированная социальная психология обратилась к изучению проблемы справедливости относительно недавно, говорить о какой-то связанной картине теоретических положений и о неопровержимых эмпирических результатах, по-видимому, преждевременно. Несмотря на это, накопленный теоретический и эмпирический опыт изучения проблемы позволяет охарактеризовать ряд основных подходов в современных социально-психологических исследованиях данного феномена.

Состояние разработанности проблемы. Начало систематических исследований феномена справедливости в зарубежной социальной психологии относится к концу 60-х - началу 70-х годов XX столетия и связано с разработкой теорий так называемого эквивалентного обмена (G. Homans, 1961; J. Thibaut & H. Kelley, 1959 и др.).

Интерес социальных психологов к изучению данной проблемы во многом детерминировался философско-социологическими работами по социальной справедливости (J. Rawls, 1971; W. Franken а, 1962; R. Noizick, 1974 и др). Представления о справедливости Платона - как добродетели и достоинства - были положены в основу исследования морального развития (Ж. Пиаже и JI. Колберг). Идеи аристотелевской этики о дистрибутивной справедливости составили ядро теории эквивалентной справедливости (J. Adams, 1962, 1965), выступившей в качестве социально-психологической модели справедливости, на которую до 90-х гг. прошлого века опиралась зарубежная эмпирическая исследовательская практика, и которая послужила толчком для развития других подходов и тенденций исследования этого феномена.

В зависимости от характера, уровня и аспектов разработки зарубежные исследования феномена справедливости можно условно классифицировать по ряду критериев: а) особенности концептуализации: концепции дистрибутивной, процедурной и ретребутивной справедливости (R. Folger, 1977, 1984; M. Deutch, 1975; M. Lerner, 1975, 1981; W. Austin, 1975, 1980; E. Walster, В. Розенбаум, E. Lind , 1978; P. Early, M. Mark, 1980; T. Tyler, 1991; Д. Мацумото, 2003; J. Darley, T. Pittman, 2003; L. Skitka, F. Crosby, 2003; G. Mikula, 2000 и др.); б) принципы и критерии оценки справедливости в связи с социальной идентичностью (J. Greenberg, R. Cohen, 1982; S. Brams, 1996; R. Folger, 1977;

M. Deutch, 1975; М. Lerner, 1975; S. Clayton, S. Opotow, 2003; L. Skitka, 2003 и др-); в) многомерность мотивации феномена справедливости (Н. Reis, 1982, 1984; R. Folger, 1984; R. Wicklund, 1975; W. Austin, 1975, 1986; E. Walster, 1978; J. Rodin, J. Greenberg, 1980 и др.). г) уровни анализа', индивидуальный, групповой и межгрупповой уровни, рассматривающие соотношения индивидуальной и групповой ориентации при принятии решений о справедливости распределений (М. Deutch, 1975; М. Lerner, 1981; М. Mark, 1980; J. Exline и др.,2003 и др.); д) культурная детерминация представлений о справедливости'. формирование представлений о справедливости в психологии морального развития и влияние социо-культурного контекста, в рамках которого формируются эти представления (J. Piaget, 1965; L. Kohlberg, 1971; Т. Lickona, 1976; J. Miller, E. Kagan, F. Lamb, 1990; S. Havinghurst, B. Neugarten, 1955; L. Montada, 1980; К. Leung, W. Stephan, 1998, 2000, 2003; E. Lind, С. Kulik, 1991; G. Mikula, M. Wenzel, 2000; H. Triandis, 2000; Дж. Мацумото, 2003 и др.)

Исследования проблемы справедливости в отечественной социальной психологии не столь многочисленны. Их начало можно условно отнести к появлению работы А. В. Юревича «Критический анализ американских социально-психологических концепций социального обмена» (1981). Во второй половине 90-х годов XX - начале XXI веков появились публикации, посвященные критическому осмыслению зарубежных исследований справедливости (В .А. Соснин, Л.М. Збанкэ, 1997; JIM. Соснина, 2002; O.A. Гулевич, 2003); анализу роли представлений о справедливости в структуре нравственной регуляции личности (В.Л. Васильев, 2001; А.Л. Журавлев, А.Б. Купрейченко, 2003); взаимосвязи представлений о справедливости и правового сознания личности (М.В. Медведченкова, 2001; Е.О. Голынчик, 2004); духовно-нравственного аспекта справедливости и влияния социальнокультурного контекста на формирование представлений о справедливости (Л.М. Соснина, 2000, 2001, 2002).

Необходимость более глубокого и целостного изучения феномена справедливости обусловила разработку комплексной методологии его исследования и включение в поле его рассмотрения обыденных представлений о справедливости в социально-культурном контексте (Л.М. Соснина, М.И. Воловикова, 1999; 2002; М.И. Воловикова, Л.М. Соснина, 2001; E.H. Старикова, 2002; Е.О. Голынчик, О.А, Гулевич, 2003; O.A. Гулевич, Е.О. Голынчик, 2004).

Цель исследования — выявить особенности представлений о справедливости в различных этнических группах в зависимости от социально-культурных детерминант и специфики их жизнедеятельности. Задачи исследованиях

1. Теоретическая'.

1) провести теоретико-методологический анализ исследования проблемы справедливости в зарубежной и отечественной социальной психологии;

2) обосновать теоретико-методологический подход комплексного изучения данного феномена.

2. Методическая: разработать и обосновать программу и методы кросс-культурного исследования социальных представлений о справедливости у представителей трех этнических групп.

3. Конкретно-эмпирическоях

1) провести кросс-культурное исследование социальных представлений о справедливости в этнических группах молдаван, цыган и русских;

2) выявить общие характеристики и особенности структуры представлений о справедливости у изучаемых этносов;

3) выявить половые различия в структуре представлений о справедливости в различных этнических группах.

Объект исследования - представители трех этнических групп -молдаване и цыгане (республика Молдова) и русские (Нижегородская и Владимирская обл.). Общее количество респондентов — 216 человек.

Предмет исследования - содержание и структура обыденных представлений о справедливости в этнических группах русских, молдаван и цыган.

Общая гипотеза исследования: структура представлений о справедливости у различных этнических общностей детерминируется социально-культурными особенностями их жизнедеятельности. Это проявляется в доминирующих моделях (этнокультурных нормах) / справедливости, характерных для каждой общности. Частные гипотезы:

1. Структура социальных представлений о справедливости всех исследуемых этнических групп включает инвариантные панкультурные элементы, отражающие общечеловеческие нормы и ценности.

2. Более близки социальные представления о справедливости в выборках русских и молдаван. В силу «корпоративности» и «закрытости» этно-культурной группы цыган у них в большей мере по сравнению с молдаванами и русскими сохраняются традиционные представления о справедливости.

Теоретико-методологическую основу исследования составили труды отечественных и зарубежных специалистов в области социальной (B.C.

Агеев, Г.М. Андреева, A.A. Бодалев, A.A. Деркач, A.JL Журавлев, Б.Ф.

Поршнев, В.П. Позняков, П.Н. Шихирев и др.) и кросс-культурной психологии (G. Hofstede, Н. Triandis, Дж. Мацумото, JIM. Дрбижева, Н.М.

Лебедева, В.П. Левкович, Л.И. Науменко, E.H. Резников, Г.У. Солдатова, Т.Г.

Стефаненко и др.).

Базовыми концептуальными основаниями исследования явились следующие психологические теории:

1.Теории морального (J. Piaget, L. Kohlberg, Т. Lickona, L. Montada, J.

Miller, E. Kagan, S. Havinghurst, B. Neugarten и др.) и духовного

Брушлинский A.B., Семенов В.Е., Слободчиков, Шадриков В.Д. и др.) развития личности.

2.Теория социальной идентичности А. Тэжфела и Дж. Тернера.

3.Имплицитные концепции интеллекта и нравственности (R. Sternberg, H. Azuma H., К. Kashiwagi, H.JI. Смирнова, М.И. Воловикова, JI.JL Гренкова).

4.Теория социальных представлений С. Московичи (S. Moscovici, D. Jodelet, W. Dois, J. Abric, R. Farr, K.A. Абульханова, T. Емельянова, А.И. Донцов, И. Маркова и др.).

5 .Теоретико-эмпирические аспекты проблемы российского менталитета (К.А. Абульханова, И.А. Джидарьян, A.JI. Журавлев, В.В. Знаков и др.).

Методы исследования. В соответствии с целями и задачами исследования использовались:

1 .Метод теоретического анализа литературных источников, обобщения и интерпретации научных данных.

2.Авторская анкета, направленная на выявление содержания представлений и критериев оценки справедливости, включающая: а) метод «Словесных ассоциаций»; б) модифицированный вариант методики изучения представлений о порядочном человеке (Г. Азума, К. Кашиваги, 1987; H.A. Смирнова, 1994; М.И: Воловикова, JI.A. Гренкова, 1997).

3.Неструктурированное интервью.

4.Методы синонимического, семантического и контент-анализа.

5.Методы математико-статистической обработки данных математико-статистическая программа Statistica 6.0, включающая частотный анализ и критерий Фишера.

Основные научные результаты и их научная новизна.

1. Теоретическая новизна работы заключается в проведении целостного теоретико-методологического анализа разработки проблемы справедливости в мировой и отечественной науке и обосновании подхода к комплексному исследованию данного феномена, основанного на теории социальных представлений.

2. Разработана теоретическая модель эмпирического изучения проблемы справедливости.

3. Впервые в отечественной социальной психологии проведено кросс-культурное исследование проблемы справедливости на примере трех этнокультурных групп - русских, молдаван и цыган. Теоретически и эмпирически обоснована зависимость социальных представлений от социально-культурных особенностей исследуемых групп, условий их исторического развития и традиционного уклада жизнедеятельности.

4. Выделены инвариантные для всех изучаемых этнических групп элементы структур представлений о справедливости, отражающие базовые ценности морального группового сознания, и выявлена их регулятивная роль как критериев, норм, правил и принципов оценки поведения и социальных взаимодействий.

5. Выявлены отличия в семантическом поле представлений о справедливости изучаемых групп и доказана наибольшая этно-культурная специфичность этих представлений в выборке цыган как общности корпоративного закрытого типа, сохранность у них веры в имманентную справедливость.

6. Установлено, что в наибольшей степени отход от традиционных представлений о справедливости наблюдается в выборке русских, ориентирующихся при оценке справедливости на принцип эквивалентности.

7. Разработана авторская методика, позволяющая комплексно изучать феномен справедливости в контексте обыденной жизни людей, и вариант контент-анализа, учитывающий социально-культурную специфику изучаемого феномена.

Практическая значимость результатов исследования состоит:

Во-первых, в важности выделения специфики социальных представлений о справедливости в различных этно-социальных общностях и возможности их использования в практике социального управления.

Во-вторых, в возможности использования теоретических и эмпирических результатов исследования для разработки соответствующих лекционных курсов по изучаемой проблеме при преподавании социальной психологии, психологии межгрупповых отношений и этнической психологии.

В-третьих, в целесообразности осмысления полученных результатов исследования для выработки рекомендаций по организации воспитательной работы в разных этнических группах в современных условиях.

Надежность и достоверность результатов исследования обеспечивалась: (1) глубоким теоретико-методологическим анализом изучения проблемы; (2) адекватностью методов сбора эмпирических данных и комплексностью исследования феномена справедливости (3) использованием комплекса релевантных приемов качественно-количественного и математико-статистического анализа.

Полоэ/сения, выносимые на защиту.

1.Ядром представлений о справедливости исследуемых этнокультурных групп являются категории честности, добра, правды как базовые ценности морального группового сознания, выступающие инвариантными детерминантами социальных оценок, отношений и взаимодействий.

2.Специфика представлений о справедливости обусловлена особенностями условий жизнедеятельности этно-культурных групп и их включенностью в систему общественных отношений.

3.Наибольшая этно-культурная специфика социальных представлений о справедливости в группе цыган обусловлена ее корпоративностью и закрытостью и проявляется в доминировании в семантическом поле представлений категорий веры, клятвы, послушания при отсутствии категорий открытости, эквивалентности и равенства.

Апробация работы. Теоретические и эмпирические результаты исследований обсуждались на заседаниях лаборатории истории психологии и исторической психологии ИП РАН (2002-2005 гг.), а также на научных конференциях: научно-практической конференции «Социальная инженерия и новые походы к прикладной науке» (Москва, 1996); 1-ой конференции секции этнической психологии Российского Психологического Общества «Этническая психология и общество» (Москва, 1997); Международной юбилейной конференции, посвященной 110-й годовщине со дня рождения С.Л. Рубинштейна (Москва, 1999); Международной конференции «Этносы и культуры на Балканах» (София, 2000); Международной конференции «История психологии и историческая психология: состояние и перспективы развития» (Москва, 2001); конференции по истории психологии (Нижний Новгород, 2002); Международной конференции по истории психологии (Минск, 2003); итоговой научной сессия ИП РАН (Москва, 2005).

Структура работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, выводов, заключения, списка литературы, включающего 222 наименования на русском, французском и английском языках и приложений.

Заключение диссертации научная статья по теме "Социальная психология"

Общие выводы по результатам исследования

1. Проведенный анализ позволил дать концептуальное определение справедливости как категории морально-правового и социально-политического сознания, выражающей обобщенную нравственную оценку явлений, взаимодействий и ситуаций социальной жизни с точки зрения их соответствия моральным групповым ценностям, нормам и представлениям о должном порядке человеческого общежития и о сущности человека, его правах и обязанностях. Феномен справедливости является многомерным явлением (с точки зрения мотивации справедливого поведения) и его комплексное изучение возможно только с учетом социально-культурного контекста жизнедеятельности групповых образований.

2.Анализ мировой и отечественной литературы по проблеме справедливости выдвигает задачу наряду с исследованием научно-теоретического аспекта проблемы, также изучения социальных представлений о справедливости, формирующихся в условиях реальной жизнедеятельности человека.

3. Разработана теоретическая модель комплексного эмпирического изучения социальных представлений о справедливости, включающая: а) концептуальное определение данного феномена как системы групповых ценностей и понятий, регулирующих нравственные оценки социальных явлений и поведения с точки зрения принятых в данной культуре критериев, норм и принципов справедливости; б) детерминанты - социально-культурные ценности и нормы жизнедеятельности, влияющие на социальные представления о справедливости (представления о добре, зле, счастье, равенстве и т.д.); в) эмпирические показатели - критерии оценки справедливости; отношение к разным аспектам проявления справедливости в реальных ситуациях взаимодействий и поведенческие референты, фиксирующие проявление культурных норм в конкретных социальных ситуациях.

4.Структура представлений о справедливости в различных этнических группах зависит от состояния их групповой идентичности и имеет как общие (панкультурные) элементы, свойственные представителям всех типов культур, так и специфические, обусловленные особенностями условий жизнедеятельности групп как этно-культурных образований.

5.Семантическое поле представлений о справедливости молдаван, цыган и русских имеет инвариантное ядро ценностных категорий, связанных с пониманием справедливости — «честность», «доброта», «правда», «вера», «мир» (миролюбие), относящихся к категориями морального сознания, что отражает специфику культур коллективистического типа.

6.Сходство значимости связи представлений о справедливости со сферой межличностных отношений у изучаемых групп подтверждает общую тенденцию - критерии и нормы оценки справедливости в сфере межличностных отношений (достоинство, уважение личности) являются общекультурными стандартами, не зависящими от культурной принадлежности группы.

7.0собенности условий жизнедеятельности групповых образований определяют специфику этно-культурных различий в содержании понимания справедливости.

Этническая группа цыган проявила наибольшую специфичность: а) большую выраженность в семантическом поле понятия справедливости у цыган категории «вера»; наличие категорий «клятва» и «послушание» и отсутствие категорий «открытость», «воздаяние», «равенство», что объясняется большей сохранностью традиций, закрытостью, жесткой иерархичностью группы и наличием в структуре представлений имманентной справедливости; * б) незначительная связь представлений о справедливости с социальноэкономической, политико-правовой сферами, что объясняется специфичностью понимания цыганами «государственности», которая ограничивается рамками семьи, рода, табора, иерархичностью социальных отношений, подчиненостью традициям, законам и нормам, и возникающим на этой основе доминированием таких явлений как «клятва», «слово (барона)», решение цыганского суда; в) наибольшая связь представлений о справедливости данной группы с религиозной, духовно-нравственной сферой жизнедеятельности (вера, мир, миролюбие).

8. Изучаемые общности с точки зрения сохранения традиционных представлений о справедливости находятся на разных стадиях континуума «индивидуализм-коллективизм». Этно-культурная группа цыган в наибольшей степени сохраняет традиционные представления о справедливости, веру в имманентную справедливость. Этно-культурная группа русских демонстрирует в наибольшей степени размывание традиционных представлений о справедливости, о чем свидетельствует наличие в этой выборке категории «воздаяние» (эквивалентность).

9. Прототипические ориентации представлений о справедливости изучаемых групп подтверждают общую направленность критериев оценки справедливости на морально-нравственные аспекты (ориентация на идеальные представления, стремление делать людям добро, ориентация на удовлетворение потребностей других людей).

Ю.При оценивании справедливости в реальных ситуациях большую общность в критериях оценки демонстрируют выборки молдаван и русских (эквивалентность, ориентация на удовлетворении потребностей других; стремление делать добро другим людям (нормы милосердия)); 11 .Для этно-культурной группы цыган при оценивании справедливости в реальных ситуациях (реального взаимодействия) более значима ориентация на удовлетворение своих (групповых) потребностей; соблюдение групповых » норм; большая представленность имманентной справедливости.

12.Выявлены статистически значимые различия в оценке справедливости по признаку пола: а) мужчины-молдаване и русские больше, чем женщины ориентированы на ситуации, связанные с институциональной сферой жизнедеятельности, на необходимость следования долгу и обязательствам; женщины - больше на межличностную сферу; б) женщины-цыганки больше, чем мужчины ориентированы на статусно-ролевой характер взаимоотношений; в) мужчины-цыгане большую значимость, по сравнению с мужчинами-молдаванами и русскими, придают ситуациям взаимодействия с членами собственной группы и не ориентируются на критерий милосердия; г) женщины-цыганки, в отличие от молдаванок и русских, больше ориентированы на ситуации взаимодействия с членами своей группы и не опираются на критерий милосердия.

Зключение

Диссертационное исследование позволило сделать шаг в комплексном понимании этно-культурных оснований и социально-психологической специфики представлений о феномене справедливости у изучаемых этнокультурных групп.

Основываясь на данных теоретико-методологического анализа изучения проблемы в мировой социально-психологической практике, была обоснована необходимость понимания феномена справедливости как комплексного, многоуровнего явления. На этой основе была предложена теоретическая модель его комплексного эмпирического исследования.

Качественно-количественных характер эмпирического исследования определялся именно глубоким теоретическо-методологическим анализом проблемы. «Исследовательский субъективизм» подходов к изучению проблемы объективно ограничивал возможности изучения содержательного поля семантического «наполнения» данного феномена.

Данное исследование и полученные результаты позволяют говорить о главных содержательных параметрах феномена справедливости, позволяющих организацию дальнейших исследования проблемы. Главные, нашедшие эмпирическое подтверждение, параметры феномена справедливости - это его комплексность и многомерность мотивации, наличие в структуре представлений общих (панкультурных) и этноспецифических элементов и детерминация этих представлений социокультурными условиями жизнедеятельности групповых образований. Выявленные ядерные составляющие представлений о справедливости и их специфики в соответствии с условиями жизнедеятельности групп, позволяют говорить о дальнейших исследованиях проблемы. Прежде всего, необходимо усовершенствовать разработку методического инструментария, позволяющего более «тонко» изучать специфику проявлений феномена справедливости в различных этно-культурных обществах. Кроме этого, открываются возможности в расширении предметного поля в изучении данного феномена - его эмоциональные и поведенческие составляющие; изучение более глубокой связи представлений о справедливости со спецификой социальных ситуаций (и в соответствии с этим, выявления типологии критериев справедливости в связи с типологией ситуаций) и изучение других аспектов данного феномена.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Соснина, Лучия Михайловна, Москва

1. Абулъханова-Славская К.А. О субъекте психической деятельности. М., 1973.

2. Абулъханова-Славская К.А. Стратегия жизни. М., 1991.

3. Абулъханова-Славская К.А. Российский менталитет: кросс-культурный и типологический подходы // Российский менталитет. Вопросы психологической теории и практики. М.: ИП РАН. 1997. С. 7-37.

4. Абулъханова-Славская К.А. Социальное мышление личности // Современная психология: состояние и перспективы исследований. Социальные представления и мышление личности. М.: ИП РАН. 2002. С. 88-104.

5. Абулъханова-Славская К.А., Воловикова М.И., Елисеев В.А. Проблемы исследования индивидуального сознания // Психол. журн. № 4. 1991. С. 27-40

6. Агеев В.А. Психология межгрупповых отношений. М., 1990.

7. Александрова З.Е. Словарь синонимов русского языка // под ред. Л.А. Чешко. М., 1986.

8. Андреева Г.М. Психология социального познания. М., 1997. 9 . Баранников О.П. Цыгане ССР. М., 1931.

9. Бербешкша З.А. Справедливость как социально-философская категория. М., 1983.11 .Берг Л.С. Население Бесарабии: этнографический состав и численность. Т. 6, Петроград, 1923.

10. Бессонов Н. В. Цыгане // Многонациональный Петербург: История. Религии. Народы. Науч. ред. И. И. Шангина. С-Пб., 2002.

11. Гринберг Л.Г., Новиков А.И. Критика современных буржуазных концепций справедливости. М.: Наука, 1977.

12. Громыко М.М. Традиционные нормы поведения и формы общения русских крестьян XIX в. М., 1986.

13. Гулевич O.A. Направления изучения представлений о справедливости // Вопросы психологии. 2003. № 3. С. 123-132.

14. Гулевич O.A., Голынчик Е.О. Условия выбора норм дистрибутивной справедливости // Психол. журн. 2004. № 3. С. 53-60.21 .Деметер-Чарская О. Судьба цыганки. М., 1997.

15. Деметер-Чарская О. Наша жизнь в России. М., 1998.

16. Дрон И. Цыгане: краткие историко-этнографические сведения по Молдове // Гражданский мир. Кишинев., 1993.

17. Друц Е., Гесслер А. Цыгане. М., 1990.29 .Елисеева Н.Д. Культурологические особенности социальных представлений народа саха о нравственном человеке // Дисс. . канд. психол. наук. М., 2004.

18. Емельянова Т.П. Кросс-культурная психология: проблемы и тенденции развития // Психол. журн. 2004. № 1. С. 61-69.

19. ЪЪ.Ермолаев О.Ю. Математическая статистика для психологов. М. 2003.

20. Жители Юга// Жизнь европейских народов. Т. 1. С-Пб., 1881.

21. ЪЪ Журавлев А.Л., Купрейченко А.Б. Нравственно-психологическая регуляция экономической активности. М.: ИН РАН, 2003.

22. Ъв.Знаков В.В. Кросс-культурные различия в понимании лжи // Российский менталитет: психология личности, сознания, социальные представления. М., 1996. С. 73-85.

23. Знаков В.В. Проблема понимания правды в этике И. Канта, нравственной философии B.C. Соловьева и современной психологии // Психол. журн. 1997. № 4. С.3-14.

24. Калькова B.JI. Исследования социальных представлений в европейской социальной психологии// Социология: Реферативный журнал. М.: ИНИОН РАН. № 4. 1992.

25. Касьянова К. О русском национальном характере. М., 1994.

26. АО.Купрейченко А.Б. Отношение личности к соблюдению нравственных норм в зависимости от психологической дистанции (у предпринимателей и менеджеров). Дисс.канд. псхиол. наук, М., 2001.41 .Лебедева Н.М. Новая русская диаспора. М., 1995.

27. Лебедева Н.М. Социально-психологическая аккультурация этнических групп. Дисс. докт. прихол. наук. М., 1997.

28. Лебедева Н.М. Введение в этническую и кросс-культурную психологию. М., 1999.44 .Лебедева Н.М. Социальная идентичность на постсоветском пространстве: от поисков самоуважения к поискам смысла // Психол. журн. 1999. №3. С 48-58.

29. Лебедева Н.М. Ценностно-мотивационная структура личности в русской культуре // Психол. журн. 2001. № 3. С. 26-36.4в.Лебедева Н.М. Базовые ценности русских на рубеже века // Психол. журн. 2000. № 3. С.73-87.

30. Лейнг К., Стефан У. Дж. Социальная справедливость с точки зрения культуры // Д.Мацумото (Ред.). Психология и культура. СПб. 2003. С. 599-655.51 .Лосский И.О. Характер русского народа. М., 1957.

31. Маркова И. Социальные репрезентации демократии в обыденном и рефлексивном мышлении // Психол. журн. № 5. 1996.

32. Молдавско-русский словарь //ред. Т.Ф. Челак. Кишинев, 1989.

33. Московичи С. Социальное представление: исторический взгляд // Психол. журн. № 1-2. 1995.

34. Московичи С. Предпосылки объяснения в социальной психологии// Социальная психология: саморефлексия маргинальности. Хрестоматия. М.: ИНИОН РАН, 1995. С. 213-252.

35. Науменко Л.И. Особенности социальной перцепции внутригрупповой интеграции межгрупповой дифференциации. (По материалам социально-психологического исследования межэтнических отношений в Литве и Белоруссии). Дисс. . канд. психол. наук. М. 1992.

36. Науменко Л.И. Этническая идентичность. Проблемы трансформаций в постсоветский период // Этническая психология и общество / Отв. ред. Н.М. Лебедева. М., 1997.

37. Николаева О.П. Морально-правовые суждения и проблема развития морального сознания в разных культурах. Дисс. . канд. психол. наук. М., 1993.

38. Обухова Л. Ф. Детская психология: теория, факты, проблемы. М., 1995.

39. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. М. 2001.61 .Резников E.H. Условия, сформировавшие национально-психологические особенности русского народа // Российское сознание: психология, культура, политика. Самара. 1997. С. 122-125.

40. Рубинштейн C.JI. Человек и мир. М., 1998.

41. Русский народ. Его обычаи, обряды, предания, суеверия и поэзия. М., 1989.

42. Семенов В.Е. Особенности российской полиментальности в контексте развития страны // Общество и социология: новые реалии и новые идеи. СПб: НИИ Комплексных социальных исследования СПб ГУ. 2002.

43. Семенов В.Е. (руководит, авторского коллектива). Положение молодежи Санкт-Петербурга. Ежегодный доклад. СПб: НИИ Комплексных социальных исследований СПб ГУ. 2002.

44. Семенов В.Е. Православно-патриотические ценности народа России и антиценности СМИ // http://knpklub.ru/ sobor/semenov/ anticennosty smi. htm.

45. Сергиенко E.A. Когнитивное развитие // В.Н. Дружинин (ред.) Психология XXI века. М.: Персе, 2003.

46. Ю.Слободчиков В.И, Исаев Е.И. Основы психологической антропологии: Психология развития человека. Развитие субъективной реальности в онтогенезе. Учебное пособие. М., 2000.

47. Словарь: трудности словоупотребления и варианты норм русского литературного языка//Ред. К.С. Горбачевич. М., 1974.

48. Смирнова H.JI. Исследование имплицитных концепций интеллекта // Психология личности в условиях социальных изменений. М., 1993. С.97

49. Солдатоеа Г. У. Межэтническая напряженность как объект этнопсихологии // Этническая психология и общество. М., 1997.

50. СолдатоеаГ.У. Психология межэтнической напряженности. М., 1998.

51. Соснин В.А. Психология религии: американский опыт // Психол. журн. 2002. № 2. С. 118-127.

52. Соснина Л.М. Тенденции исследований справедливости в зарубежной социальной психологии // Психол. журн., 2005 (в печати).

53. Соснина Л.М., Воловикова М.И. Личностные представления о справедливости (результаты пилотажного исследования) // Индивидуальный и групповой субъекты в изменяющемся обществе (к 110-летию со дня рождения С.Л. Рубинштейна. М., 1999. С. 154-155.

54. Соснина Л.М., Воловикова М.И. Принцип системности при проведении этнопсихологического исследования представлений о справедливости //

55. Тезисы докладов к юбилейной конференции ИП РАН. (28-29.01). М., 2002. Т.1. С. 238-240.

56. Стефаненко Т.Г. Этнопсихология. Учебник для высших учебных заведений. М. 2000.

57. Трофэилэ В. Цыганская судьба. Этнические меньшинства // Moldova Suverana. Кишинев. ,14.01.1994.90 .Хоанг Т.Т. Особенности межпоколенческош взаимодействия в современных Российском и Вьетнамском обществах. Диссканд. психол. наук.М., 2003.

58. Цыгане. Сборник статей // Ред. A.M. Филиппов. М. ИЭА РАН. 1999.

59. ЧерариГ. Мы вечно возрождающийся народ. // Факел. Кишинев., 3.03.1990.93 .Шадриков В.Д. Духовные способности. М. 1996.

60. Шалак В.И. Современный контент-анализ. М., 2004.

61. Шаповал В. Рецензия на книгу: Деметер-Чарская О. Наша жизнь в России. М., 1998.9в.Шыхирев П.Н. Современная социальная психология. М.: ИП РАН, КСП+, 1999.

62. Юревич A.B. Критический анализ американских социально-психологических концепций «справедливого обмена» // Вопросы психологии. 1981. № 5. С. 158-166.

63. Якимова Е.В. Теория социальных представлений в социальной психологии: дискуссии 80-90 годов. М., 1996.

64. Якимова Е.В. Социальное конструирование реальности: социально-психологические подходы. М.: ИНИОН РАН, 1999.

65. Adams J.S., Rosenbaum W.B. The relationship of worker productivity to cognitive dissonance about wage inequities// Journal of Applied Psychology. 1962. V.46. P.161-164.

66. Adams J.S. Inequity in social exchange // Berkowitch (Ed.) Advances in experimental social psychology. V. 2. N.Y.: Academic Press, 1965.

67. Austin W., Hatfield E. Equity Theory, Power and Social Justice. In: Justice and Social Interaction: Experimental and theoretical contributions from psychological research. Ed. By G. Mikula, Bern, Stuttgart, Wien: Huber, 1980.

68. Austin W., Walster E. Equity with the world: An investigation of the transrelational effects equity and inequity // Sociometry, 1975, № 38, p. 474496.

69. Azuma H., Kashiwagi K. Descriptors for an intelligent person: A Japanese study // Japan. Psychol. Res. 1987. V. 29. P. 17-26.

70. Berkowitz L., Walster E. (Eds.). Advances in experimental social psychology, v. 9. № 4: Academic Press, 1976.

71. Billings D.K. Individualism and group orientation // Eds. D.M. Keats et. al. Heterogenity in cross-cultural psychology, Lisse, 1989.

72. Brams S.J., Taylor A.D. Fair division: From cake-cutting to dispute resolution. Cambridge Univ. press, 1996.

73. Brockner J. et. al. Cross-cultural variation in the interactive relationship between procedural fairness and outcome favourability: the case of self-construal // Administrative Science Quarterly. 2000. V. 45. P. 138159.

74. Clayton S., Opotow S. Justice and identity: Changing perspectives on what is fair. // Personality and Social Psychology Review. 2003. V. 7. № 4. P. 298-310.

75. Darley J. M., Pittman T. S. The psychology of compensatory and retributive justice // Personality and Social Psychology Review. 2003. V. 7. № 4. P. 324-336.

76. Deutch M. Equity, equality and need: What determines which value will be used as basis of distributive justice? // Journal of social issues, 1975. V.31. P.137-150.

77. Dion K., Dion K. Belief in a just world and physical attractiveness stereotyping //Journal of Personality and Social Psychology. 1987. № 52. P. 775-780.

78. Dois W. Images, representations collectives et ideologies dans la psychology sociale // Social Sciance Int., 1978. V. 17. № 1. P. 41-69.

79. Dois W., Spnini D., Clemence A. Human rights studied as social representations in cross-cultural context // European Journal of Social Psychology. 1999. № 29. P. 1-29.

80. Echate E.A. Social representations and intergroup conflicts: who is smoking here? // European Journal of Social Psychology. 1994. V. 24. № 3. P. 339-355.

81. Eek D. Distributive justice and cooperation in Real-life Social Dilemmas. Dept. of Psychol. Goteborg University: Elanders Graphic Systems AB, Swedeu, 1999.

82. Exline J. J. et. al. Forgiveness and justice: A research agenda for social and personality psychology // Personality and Social Psychology Review. 2003. V. 7. № 4. P.337-348.

83. Farr R. The roots of modern social psychology. Oxford: Blackwell, 1996.

84. Fiske A.P. The four elementary forms of sociality: Framework for united theory of social relations // Psychological Review. 1992. № 99. P. 689-723.

85. Folger R. Distributive and procedural justice: Combined impact of «voice» and improvement on experienced inequity// Journal of Personality and Social Psychology. 1977. V. 35. P. 108-119.

86. Folger R. Effects of «voice» and peer opinions on responses to inequity // Journal of Personality and Social Psychology. 1979. V. 37. P. 2253-2261.

87. Folger R. Emerging Issues in the Social Psychology of Justice // The Sence of injustice: Social Psychological Perspectives. Ed. By Folger. N.Y.: Plenum Press, 1984.P.1-23.

88. Frankena W.K. The concept of social justice // Social Justice. N.Y., 1962.

89. Furnham A. Just world beliefs in twelve Societies // Journal of Social Psychology. 1993, V. 133, № 3. P. 317-330.

90. Furnham A., Procter E. Beliefs in a just world: Review and critique of the individual difference literature // British Journal of Social Psychology. 1989. №28. P. 365-384.

91. Greenberg J. On the Apocryphal Nature of Inequity Pistess // The Science of injustice: Social Psychological Perspectives. Ed. By R. Folger, N.Y.: Plenum Press, 1984. P. 167-188

92. Greenberg J., Cohen R.L. (Eds.). Equity and justice in social behavior. N.Y.: Academic Press, 1982.

93. Greenberg J., Folger R. Procedural justice, participation, and the fair process effecting groups and organizations // P. Paules (Ed.). Basic group processes. N.Y. Springer-Verlag, 1983.

94. Gudykunst W. Bridging differences. Newbury Park, 1991.

95. Hamilton V.L., Sanders J. Everyday justice: Responsibility and the individual in Japan and the United States. New Haven, CT: Yale, 1994.

96. Havinghurst C., Neugarten B. American Indian and white children. Chicago: University of Chicago Press. 1955.

97. Hetherington E.M., Pakre R.D. Morality, Altruism and aggression // Child psychology: contemporary viewpoint. N.J. et. set.: McGrow-Hill, 1986. P. 665-709.

98. Hetherington E.M., Parke R.D. Child psychology: A contemporary viewpoint. N.J.: McGrow-Hill Inc., 1993.

99. Hofstede G. Dimensions of national cultures // R. Rath et al. (Eds.) Diversity and unity in cross-cultural psychology. Lisse, 1982.

100. Hofstede G. Culture's consequences: International differences in work velated values. Brewerly Hills, 1990.

101. Hofstede G. Cultures and organizations: Software of the mind. L.: McGroow-Hill Book Company, 1991.

102. Homans G.C. Social behavior. Its elementary forms. N.Y.: Harcout Braes World, 1961.

103. Hui C. Locus of control: A review of cross-cultural research // International Journal of Intercultural Relations. 1982. № 6. P. 301-323.

104. Hui C.H., Triandis H.C. Individualism and collectivism. A study of cross-cultural researches // Journal of cross-cultural Psychology. 1986. № 17. P. 225-248.

105. Jaspers J., Fraser C. Attitudes and social representations // R.M. Farr, S. Moscovici (Eds.). Social representations. Cambridge: Cambr. Univ. Press, 1984.

106. Jodelet D. Representation sociale: phenomenes? Concept et theorie -Dans: Jodelet D., Viet J., Blesnard Ph. La psychologie sociale.

107. Justice and Social Interaction: Experimental and theoretical contributions from psychological research. Ed. by G. Mikula. Bern, Stuttgart, Wien: Huber, 1980.

108. Justice: Interdisciplinary and global perspectives. Ed. By T.M.Thomas et. al. Lanham etc.: Univ. press of America, 1988.

109. Kagan E., Lamb F. The Emergence of Morality in Young Children. Chicago: University of Chicago Press, 1990.

110. Kohlberg L. From is to ought: How to commit the naturalistic fallacy and get away with it in the study of moral development end epistemology. N.Y.: Academic Press, 1971.

111. Kohlberg L. The psychology of moral development. San Franc.: Harper and Row, 1985.

112. Lerner M.J. The justice motive in social behavior // Journal of Social Issues, 1975. №31. P. 1-19.

113. Lerner M.J. The Justice motive in human relations // The Justice motive in social behavior: Adapting to times of scarcity and change. N.Y.: Plenum Press, 1981.

114. Lerner M.J. et. al. Deserving and the emergence of forms of justice // Berkowitz, Walster E. (Eds.). Advances in experimental social psychology. V. 9. № 4: Academic Press, 1976.

115. Lerner M.J-., et. al. Procedural Justice Viewed in the Context of Justice Motive Theory // G. Mikula (Ed.). Justice and Social Interaction: experimental and theoretical contributions from psychological research. Bern, Stuttgard, Vienna: Huber, 1980.

116. Leung K. Some determinants of reactions to procedural models for conflict resolution: A cross-national study // Journal of Personality and Social Psychology. 1987. № 53. P. 898-908.

117. Leung K., Lind E.A. Procedural justice and culture: Effects of culture, gender and investigator status on procedural preferences // Journal of Personality and Social Psychology, 1986. № 50. P. 1134-1140.

118. Leung K., Morris M. W. Justice through the lens of culture and ethnicity // J. Sanders V. L., Hamilton (Eds.). Handbook of law and social sciences: Justice. N. Y.: Plenum, 2001. P. 343-378.

119. Leung K., Stephan W. G. Perceptions in injustice in intercultural reactions //Applied and Preventive Psychology. 1998. V. 7. P. 195-205.

120. Levental G.S. Fairness in social relationships. Morristown, N.I.: General Learning Press, 1976.

121. Lickona T. Research of Piajet's Theory of Moral Development // T. Lickona (Ed.). Moral development and behavior. N.Y.: Holt, 1976. P. 219240.

122. Lickona T. (Ed.). Moral Development and Behavior. N.Y.: Holt, 1976.

123. Lind E.A:, Early P.C. Procedural Justice and Culture // International Journal of Psychology, 1992, V.27, №.2. P. 227-242.

124. Lind E.A., Kulik C. et. al. Justice and outcomes in interorganizational dispute resolution. N.Y.: American Bar Foundation, 1991.

125. Lind E.A:, MacCoun R.J. et. al. In the ego of the beholder: Tort litigants evaluations of Their experiences in the civil justice system // Law and Society Review, 1990. № 24. P. 953-996.

126. Lind E.A., Tyler T.R. The social psychology of procedural justice. N.Y., L.: Plenum Press, 1988.

127. Lodge G.C., Vogel E.E (Eds.). Ideology and National Competitiveness. Boston: Harvard Business Sch., 1987.

128. Lorenzi-Cioldi F. Questions de methodologie en sciences socials (Methodology of social sciences). Paris, 1997.

129. Ma L., Smith R. Individual and social correlates of the just world belief: A study of Taiwan college students // Psychological Reports. 1985 № 57. P. 35-38.

130. MacLean M., Chown M. Just world beliefs and attitudes towards helping elderly people: A comparison of British and Canadian University Students // International Journal of Aging and Human Development. 1988. № 26, P. 249-259.

131. Mahler I., Greenberg L., Hayasaki H. A comparative study of the rules of justice: Japanese versus American // Psychologica. 1981. № 24. P. 1-8.

132. Mark M.M. Justice in the aggregate: The perceived fairness of the distribution of income. Northwestern University, 1980.

133. Markova /. Towards epistemology of social representations // Journal for the theory of Social behavior. Oxford, 1996. V.26. № l.P. 177-196.

134. Markova I., Moodic E., et. al. Social representations of the individual: a post-communist perspective// // European Journal of Social Psychology. 1998. V. 28, № 5, P. 797-827.

135. Marshall G., Swift A. et. al. What is and what ought to be: popular beliefs about distributive justice in thirteen countries // European Sociological Review. 1999. V. 15. № 4. P. 349-367.

136. Mikula G., Wenzel M. Justice ant Social Conflict // International Journal of Psychology. 2000. V.35. № 2. P. 126-135.

137. Miller J. G. et. al. Perceptions of social responsibilities in India and The United States: Moral imperatives or personal decisions? // Journal of Personality and Social Psychology. 1990. № 58. P. 33-47.

138. Moliner P. Tafani E. Attitudes and social representations: a theoretical and experimental approach // European Journal of Social Psychology. 1997. №27. P. 687-702.

139. Montada L. Developmental Changes in Concepts of Justice // G. Mikula (Ed.). Justice and Social Interaction: experimental and theoretical contributions from psychological research. Bern, Stuttgart, Vienna: Huber, 1980.

140. Morris M. W. et. al. Incorporating perspectives from inside and outside: Synergy between amic and etic research on culture and justice // Academy of Management Review. 1999. V. 24. P. 781-796.

141. Moscovici S. Attitudes and opinions. Annual Review of Psychology. 1963. № 14. P. 231-260.

142. Moscovici S. Introduction. In: C. Herzlich. Health and illness. A social psychology analysis. London: Academic Press, 1973.

143. Moscovici S. La psychanalyse, son image, son public (Psychoanalysis, its image and public). Paris, 1976.

144. Moscovici S. The phenomenon of social representations // In: R.M. Farr S. Moscovici (Eds.). Social representations. Cambridge: Cambr. Univ. Press, 1984.

145. Moscovisi C. Notes towards a description of social representations // Europian Journal of social Psychology. 1988. V. 18. № 3. P. 211-250.

146. Ng S., Hossian A. et.al. Human values in nine countrees // R. Rath, H.Asthana et. al. (Eds.). Diversity and unity in cross-cultural psychology. 1982. P. 196-205.

147. Noizick i?Anarchy, State, and Utopia. N.Y.: Basic Books. 1974.

148. Paloutzian R.F., Kirkpatrick L.A. (Eds.). Religious Influences on Personal and Societal Well-Being // Journal of Social Issues, special issue. 1995. V.51.№2.

149. Piaget J. The moral judgment of the child. N. Y. Free Press, 1965.

150. Rabinowitz V.C. et. al. Fairness and Effectiveness in Premediated Helping. — In: R. Folger (Ed.) The science of Injustice: Social Psychological Perspectives. N.Y., L.: Plenum Press, 1984.

151. Rawls L. A Theory of Justice. Cambridge, Massachusetts: Harvard University Press, 1971.

152. Reis H.T. Self-presentation and distributive justice // J.T. Tedeschi (Ed.), Impression management theory and Social-psychological research. N.Y.: Academic Press, 1981.

153. Reis H.T. The Multidimensionality of Justice. — In: R. Folger (Ed.) The science of Injustice: Social Psychological Perspectives. N.Y., L.: Plenum Press, 1984.

154. Reis H.T., Burns L. The science of justice in responses to inequity // Journal of Experimental Social Psychology. 1982. № 18. P. 464-478.

155. Rest W. Morality // In: I. Flaw, E. Markman (Eds.). Cognitive development: Handbook of child psychology. V. 3. N.Y.: Villey, 1983.

156. Rodin J. et. al. Intrinsic motivation for control: Fact or fiction. — In: A. Baum, J. E. Singer (Eds.). Applications of personal control. Hillsdale, N.J.: Erlbaum, 1980.

157. Rubin Z., Peplan L. Belief in a just world and reactions to another's lot: A study of participants in the national draft lottery // Journal of Social Issues. 1973. №31. P. 65-90.

158. Rubin Z, Peplan L. Who believes in a just world? Journal of social issues. 1975. № 31. P. 65-90.

159. Shorkey C. Relationship between rational thinking and belief in a just world//Psychological Reports. 1980. № 1. P. 161-162.

160. Skitka L. J. Of different minds: An accessible identity model of justice reasoning // Personality and Social Psychology Review. 2003. V. 7. № 4. P. 286-297.

161. Skitka L. J., Crosby F. J. Trends in the Social Psychological Study Justice // Personality and Social Psychology Review. 2003. V. 7. № 4. P. 282-285.

162. Takenishi M., Takenishi A. Why Japanese citizens evaluate the tax as unfair? Fairness criteria and their importance. Unpublished manuscript, Kochi University. 1990.

163. The Encyclopedic Dictionary of Psychology. Ed.by P. Harre, R. Lamb. Oxford: Blackwell Reference, 1983.

164. Thribaut J., Walker L. Procedural justice: A psychological analysis. Hillsdale, N-Y.: Erlbaum, 1975.

165. Thibaut J., Walker L. A theory of procedure // California Law Review. 1978. № 66. R541-566.

166. Triandis H.C. Culture and Social Behavior. N.Y. et.al.: McGrow -Hill, 1994.

167. Triandis H.C. Culture and Conflict // International Journal of Psychology. 2000. V.32. № 2. P. 145-152.

168. Triandis H. C. et. al. The measurement of ethnic aspects of individualism and collectivism a cross cultures // Australian Journal of Psychology. 1986. № 38. P.257-267.

169. Tyler T.R. Why people obey the law: Procedural justice, legitimacy, and compliance. N.Y., CT: Yale, 1991.

170. Tyler T., Folger R. Distributional and procedural aspects of satisfaction with citizen-police encounters // Basic and Applied Social Psychology. 1980. № 1. P. 281-292.

171. Tyler T.R., Lind E.A. A relational model of in groups. In: M. Zanna (Ed.). Advances in Experimental Social psychology. 1993. V. 25.

172. Vo E.D. Merging or diverging? Future diretions in cross-cultural psychology // Culture and Psychology. 2001. V.7. № 1. P. 105-114.

173. Wagner W. Social representations, group affiliation and projections: knowing the limits of validity // European Journal of Social Psychology. 1995.V. 25, №2. P. 125-139.

174. Wagner W Social representations and beyond brute facts, symbolic coping and domesticated worlds // Culture and Psychology. 1998. № 4. P. 297-329.

175. Wagner W. et. al. How the sperm dominates the ovum objectivation by metaphor in the social representations of conception // European Journal of Social Psychology. 1995. № 25. P. 671-688.

176. Wagner W. et. al. Relevance, discourse and the «hot» stable core of social representations — a structural analysis of word associations // British Journal of Social Psychology. 1996. №35. P. 331-3512.

177. Wagner W. et. al. Theory and method of social representations // Asian Journal of Social Psychology. 1999. № 2. P. 95-125.

178. Walster E., Berschied E. & Walster G.W. New directions in equity research. // Journal of Personality and Social Psychology. 1973. № 25. P. 151-176.

179. Walster E. et. al. Equity: Theory and research. Boston: Allyn and Bacon, 1978.

180. Wicklund R.A. Objective self awareness // L. Berkowitz (Ed.). Advances in experimental Social Psychology. V. 8. N.Y.: Academic Press, 1975.

181. Zuckerman M., Gerbasi K. Belief in internal control or belief in a just world // Journal of Personality. 1977. № 45. P. 356-378.

182. Zweigenhaft R., Phillips B. et. al. Religious preference and belief in a just world // Genetic, Social and General Psychology Monographs. 1985. № 3. P. 333-348.

183. Thibaut J. W. & Kelley H.H. The Social Psychology of groups. N.Y.: Wiley, 1959.