Автореферат диссертации по теме "Социально-психологическая детерминация поведения в условиях системных кризисов"

На правах рукописи

ЛУГОВАЯ Надежда Александровна

СОЦИАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ ДЕТЕРМИНАЦИЯ ПОВЕДЕНИЯ В УСЛОВИЯХ СИСТЕМНЫХ КРИЗИСОВ

Специальность 19.00.05-социальная психология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Ярославль-2004

Работа выполнена на кафедре социальной и политической психологии Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова.

Научный руководитель - доктор педагогических наук, профессор

Шевчук Валерий Филиппович;

Официальные оппоненты: доктор психологических наук, профессор

Фетискин Николай Петрович

кандидат психологических наук, доцент Урываев Владимир Анатольевич

Ведущая организация: Ивановский государственный университет

Защита состоится « 12 » февраля 2005 г. в 16—00 часов на заседании диссертационного Совета Д 212.002.02 в Ярославском государственном университете им. П.Г. Демидова по адресу: 150057. г. Ярославль, проезд Матросова. д. 9.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ЯрГУ.

Автореферат разослан 11 января 2005 г.

Ученый секретарь диссертациоиного совета

Клюева Н.В.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования вытекает из феномена беспрецедентного увеличения детской и подростковой преступности в период с 1992 по 2002 гг. В России такого увеличения отклонений в поведении не наблюдалось 70 лет, поэтому результаты теоретических и практических психолого-педагогических исследований этого периода не могут объяснить в полной мере солирование агрессивности на индивидуальном и массовом уровнях. Преступность несовершеннолетних волновала общество во все времена; дело здесь не в гуманности общества и государства по отношению к малолетним гражданам, несмотря на то, что преамбулой всех публикаций, выступлений, бесед является именно гуманность и сострадание. Дело в том, что малолетние преступники по истечении короткого времени становятся преступниками взрослыми. Если малолетних преступников много, то и взрослое преступное сообщество увеличивается в такой же пропорции. Поэтому, малолетние преступники постоянно находятся в центре внимания исследователей - криминалистов, педагогов, психологов, социологов и др. Нет другой проблемы, которая в своей актуальности превзошла бы проблему преступности несовершеннолетних, но в периоды резкого увеличения преступности она становится особенно актуальной; активизируются исследования всех направлений, открываются определенные закономерности, в науке появляются новые имена.

В аналитической записке Совета Федерации еще в 1999 г. представлено состояние проблемы преступности, беспризорности и безнадзорности в России; в каждом крупном городе насчитывается от 20 до 45 тыс. беспризорных детей и подростков. По данным Министерства труда в то время в органах внутренних дел состояли на учете около 500 тыс. несовершеннолетних и более 202 тыс. родителей, не выполняющих свои родительские обязанности. Рост подростковой преступности превысил все пределы безопасности государства, и тенденции к снижению не наблюдается: в целом ряде случаев преступления из взрослой среды переходят в детскую - подростки вовлечены в теневой бизнес, что означает, прежде всего, рост корпоративной зависимости.

Для всех социальных наук, в том числе и для социальной психологии, важным является исследование общемировой тенденции к росту правонарушений подростков. В России подростковую преступность объясняют системным социально-экономическим и политическим кризисом, параллельно с которым, начиная с 1992 г., преступность неуклонно и стремительно росла до 2002 г. Во всех европейских странах число преступлений, совершенных несовершеннолетними в этот период также выросло от 40 до 70%. В США и большинстве стран мира в детской

сокращения преступлений. Следовательно, рост детской преступности в России соответствует общемировой тенденции, которую многие аналитики рассматривают как мегатенденцию — направленную, длительную и глобальную динамику нового социального феномена. Субстанциальные причины данной мегатенденции одинаковы, не зависят от пространственных и временных границ, являются постоянно действующими и жестко определяют поведение людей.

В криминологических, педагогических и психологических исследованиях рост преступности традиционно принято детерминировать социально-экономическими проблемами в стране (растущей материальной дифференциацией общества, безработицей, люмпенизацией населения и др.) и индивидуальными психофизиологическими особенностями человека. В то же время, очевидно, что криминальная активность подростков возрастает вне зависимости от материального благополучия населения, социально-экономические причины не являются доминирующими во всем мире. В качестве ведущих причин преступности французы, немцы, бельгийцы и итальянцы (90%) считают телевидение и другие СМИ. Российские исследователи подходят к этой проблеме более широко, поскольку уровень «социального понижения» выше. Но во всех случаях указанная мегатенденция заставляет исследователей все чаще обращать внимание на активность факторов и причин, на то, что провоцирует к активности дремлющие в стабильных социальных условиях агрессивные стороны личности.

Теоретическая актуальность исследования работы определяется недостаточной разработанностью психологических проблем отклонений в поведении в изменяющихся социально-экономических и политических условиях на уровне глобальных системных кризисов; известные теории и концепции детерминации поведения не могут в полной мере объяснить повышение индивидуальной и массовой агрессивности. В теоретическом поле, с одной стороны, наблюдается повышение интереса к феномену агрессивности, как к базовому, естественному состоянию, определяющему поведение человека, с другой - отклонения в поведении исследователи традиционно объясняют социальными влияниями, с третьей стороны дезадаптация объясняется жестким влиянием СМИ, глобализацией информационных технологий. Прикладные исследования во многом ориентированы на разработку эффективных технологий профилактики, диагностики и психокоррекции личностной дезадаптации.

Системный кризис выявил жесткую взаимосвязь социальной среды и отклонений в поведении; исследование активности отдельных факторов и психологических закономерности в поведении является актуальным в социальной психологии.

Степень научной разработанности проблемы. Системные кризисы в социально-психологическом плане не исследовались так. интенсивно, как

все предыдущие «спокойные» годы после первого исторического количества беспризорников. Поэтому, степень научной разработанности можно оценивать только в том случае, если опираться на статистический материал и на некоторые статьи, появившиеся в последние годы (В.Ф. Шевчук, А.Н. Исаев и др.). В то же время, имеется огромная публицистическая библиография, которая дает представление о масштабах проблемы и, отчасти, раскрывает основные механизмы увеличения агрессивности в поведении. Имеют значение исследования в психокоррекционном и психотерапевтическом планах, потому что они направлены на изучение отклонений, связанных как с личностными характеристиками, так и с социальной средой, ее изменениями. Библиография в этом направлении также достаточно велика. В то же время, резкое сословное расслоение общества и сопутствующие этому имущественные различия изменили стандарты оценки качества воспитания семьи, поведение детей и подростков существенно изменилось именно по этой причине. Социально-психологических исследований в этом направлении мало, в большей степени они относятся к педагогическому блоку. Проблема влияния имущественного расслоения общества на поведение учащихся и оценку этого поведения является неизученной.

Объект исследования-отклоняющееся и преступное поведение.

Предмет исследования - причины и факторы формирования отклоняющегося и преступного поведения в условиях системных кризисов

Цель исследования: выявить влияние социальных условий (полнота семьи, социальный статус родителей, материальное положение) на нормативность поведения и успеваемость учащихся.

Основная гипотеза:

В условиях системных кризисов резко дифференцируются социальные условия, что понижает нормативность в поведении и качество обучения.

В соответствии с целью и гипотезой исследования определены следующие основные задачи:

— провести всесторонний анализ социально-психологических и криминологических исследований отклоняющегося и противоправного поведения детей и подростков;

— рассмотреть и теоретически обосновать влияние системного кризиса на поведение детей и подростков в период с 1992 по 2002 гг.;

— исследовать закономерности формирования отклоняющегося и преступного поведения в условиях социального понижения;

— исследовать взаимосвязь социального статуса родителей, полноты семьи и материального положения с нормативностью в поведении.

Методы исследования. Исходя из поставленных задач исследования были использованы сравнительно-исторический и монографический методы, анализ статистических данных, опрос, беседа, наблюдение и анкетирование.

Методологическая основа исследования вытекает из работ в области социальной, политической, педагогической психологии, криминологии, психотерапии, диагностики и коррекции. Значительное влияние на формирование теоретико-методологической основы оказали следующие концепции и исследования:

— криминологические теории о биологической предопределенности поведения личности А.В. Богдановскиого, А.П. Богданова, Л.М. Василевского, М.Н. Гернет, Д.А. Дриля, А.И. Зак и др.;

— социально-криминологические и исследования в области психиатрии Л.В. Занкова, В.П. Кащенко, В.Н. Куфаева, П.Ф. Лесгафта;

— современные исследования по методологии социальной психологии В.В. Новикова, поведения личности Ю.А. Клейберга, Д.И. Фельдштей-на, В.Ф. Шевчука, а также коррекции поведения Н.В. Клюевой, В.В. Козлова и др.

Основные научные результаты, полученные лично соискателем и

их научная новизна заключаются, прежде всего, в постановке и решении проблем формирования нормативного и отклоняющегося поведения детей и подростков в условиях системного социально-экономического и политического кризиса, а также в следующем:

раскрыта динамика исследовательского понимания факторно-причинного круга нормативного и отклоняющегося поведения в длительном историческом периоде;

выявлены и описаны психологические закономерности понижения нормативности в поведении личности на индивидуальном и групповом уровнях в условиях длительных системных кризисов;

исследована социально-психологическая автономность в формировании нормативности в поведении в условиях системных кризисов;

выявлены закономерности формирования отклоняющегося поведения в условиях социально-имущественной дифференциации семей.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что выявленные социально-психологические закономерности формирования отклоняющегося поведения и оценки нормативности детей и подростков в условиях системных кризисов дополнят общую теорию поведения личности на индивидуальном и групповом уровнях, теорию и практику воспитания, диагностики и психокоррекции.

Практическая значимость исследования. Осуществлен анализ и прогноз состояния нормативности в поведении в регионе, что является необходимой составляющей ряда проектов. Полученные научные результаты могут экстраполироваться на социальную работу с населением, на систему правоохранительных органов и Минюста. Полученные в исследовании результаты легли в основу проекта по психологическому обеспечению профилактики сиротства Центра социальной политики г. Ярославля и широко

применяются в учебной работе при подготовке специалистов профессионального обучения в Ярославском техническом университете.

Положения, выносимые на защиту:

1. Социально-психологические и криминологические исследования отклоняющегося поведения в течение 70 лет опирались на доминирующие теории и концепции в стабильных социально-экономических и политических условиях, и не могут в полной мере объяснить феномен увеличения преступности во время действия системного кризиса.

2. Системный кризис всегда начинается с резкого увеличения преступности, при этом, даже значительное улучшение социальных условий меняет нормативность в поведении.

3. Снижение социальной и политической стабильности в 1992 г. повлекло за собой увеличение преступности в 10-15 раз, что дает основания предполагать наличие жесткой связи форм поведения и социальной защищенности.

4. Низкий социальный статус родителей, неполная семья и затрудненное материальное положение понижают показатели в учении и поведении учащихся, независимо от типа учебного заведения.

Апробация и внедрение полученных результатов. Результаты исследования обсуждались на кафедре социальной и политической психологии ЯрГУ им. П.Г. Демидова, кафедре профессионального обучения ЯГТУ, на съездах и методологических семинарах Международной Академии Психологических Наук (2003-2004 гг.), Всероссийской научно-практической конференции «Психологическое обеспечение профилактики социального сиротства и отклоняющееся поведение детей и юношей» (Москва, 2004).

Достоверность результатов исследования обеспечена применением адекватных предмету, целям и задачам методов исследования, репрезентативностью и достаточным объемом выборки, соблюдением методических принципов и правил проведения исследования.

Объем и структура диссертации. Диссертация состоит из введения, двух глав, выводов, заключения и списка литературы, включающего 120 наименований. Объем текста диссертации - 126 машинописных страниц. Текст диссертации проиллюстрирован диаграммами и таблицами.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определяется ее объект, предмет и цель. В соответствие с целью формулируются задачи по подтверждению выдвинутой гипотезы. Указаны методы подготовки, проведения и анализов результатов исследования. Сформулированы основные положения, выносимые на защиту, показана структура работы, ее научная новизна, теоретическая и практическая значимость.

В первой главе «Противоправное поведение: проблемы детерминации в исследованиях» анализируется развитие исследований отклоняющегося поведения детей и подростков, рассматриваются различные концептуальные подходы к пониманию как собственно отклонений, так и детерминацию их. Показано вслед за рядом исследователей, что, несмотря на огромное число исследований и публикаций по данной проблеме, до сих пор нет многосторонней теоретической модели, которая давала бы удовлетворительное объяснений феномену девиаций. Данный методологический тупик опирается на три нерешенных проблемы: нет методологической базы, не определены параметры отклоняющегося поведения и нет четкого понимания условий, в которых активируется тот или иной тип поведения. В главе отмечено, что формы отклоняющегося поведения немногочисленны, но многообразны показатели, которые наполняют его. Следовательно, описать их в каком-то историческом масштабе для того, чтобы провести параллели, невозможно, поэтому в исследованиях обычно опираются на те показатели, которые характерны для настоящего времени, конкретного этноса или конфессии Показано также, что в исследованиях проблемы отклонений почти весь советский период внимание, главным образом, уделялось психическим особенностям подростков с ненормативным поведением, а в период с середины 70-х и до конца 80-х гг. XX в. клинические проявления личностных расстройств (незрелость психики, аффективная возбудимость, эмоциональная лабильность, слабость волевых процессов и др.) стали главным фактором, хотя и с оговоркой, что эти особенности сами по себе не могут быть представлены в качестве клинического диагноза; это почва, преморбидный фон, предрасполагающий фактор для развития психогенных расстройств в виде острых аффективных и патохарактерологических реакций. Поэтому, несмотря на кажущееся множество педагогических и психологических классификаций трудных подростков, в них учитываются или доминируют одни и те же группы: с преобладаниями явлений психической неустойчивости, с преобладанием явлений аффективной возбудимости, преобладанием рас-торможенности влечений, соматическим патологиям, нервно-психическим расстройствам и незначительную часть занимали показатели, относящиеся к «педагогической запущенности» (А.Е. Личко, В.В. Лебединский, Ф.А. Ва-силюк, и др.). В 20-х гг. XX в. исследователи также делали акцент на психический фактор: П Г. Вельский, Л.М. Василевский, А.И. Зак, П И. Люблинский, позднее - А.И. Костяшкин. А.И. Кочетов и др., последовательно проводилась так называемая «дефективная линия» в детерминации поведения. Редкие исследователи опирались в своем теоретическом представлении на воспитание и составляли классификации трудных подростков таким образом, что отклонения в поведении не вытекают из психических особенностей, а эти особенности формируются в том или ином социальном окружении (П.Ф. Лесгафт). В последние годы интенсивно развивается психокор-

рекционное направление и в связи с запросами показано, что основные проблемы, требующие психокоррекции, лежат в плоскости общения, ДРО, неуспеваемости и собственно психологических состояний. В настоящее время четко выявился методологический кризис в исследованиях нормативности и отклонений в поведении. Большинство исследований несут оттенок редупликаций - повторения известных еще в XIX в. положений. В частности, очень много говорится и исследуется влияние социальной среды (чаще всего - семейной) на формирование личности и определенных типов поведения. Но обвальное падение нормативности в поведении, в том числе детей и подростков, вновь привело к доминированию биологизаторских теорий

Во второй главе «Отклоняющееся и противоправное поведение детей и подростков в Российской Федерации в период действия системного кризиса» анализируется проблема понижения нормативности, увеличение частоты исследований проблем отклонений в поведении детей и подростков, начиная с 90-х гг. XX в Это объясняется тем, что с 1992 г., когда резко обозначился системный кризис в государстве, все преступления, в том числе и тяжкие, за 4 года, то есть до 1996 г. увеличились в несколько раз, а после некоторой стабильности, кривая преступности вновь пошла вверх, и только с приходом к власти нового Президента РФ наступило постепенное снижение преступности

Рис. 1. Динамика преступлений в РФ и ЧР после распада СССР

До распада СССР, в 1983 г. общее количество преступлений в одном из центральных регионов составляло около 12 000, а в 2000 г. - свыше

41 000. Среди них тяжкие преступления в 1983 г. составляли около 2500, а в 2000 г. уже 27 000, то есть более половины всех преступлений. В Чешской Республике по официальным данным в 1990 г. общее число преступлений было 216852, а в 1999 г. - 426626 Динамика одинаковая не только в общем виде, но даже по годам. Похожая динамика наблюдалась почти во всех странах Восточной Европы. Неудержимый рост агрессивности в поведении наблюдается в любой стране, в любых социально-экономических и политических условиях, если резко разрушается сбалансированная система ценностей, прерывается эволюционный процесс формирования нормативной структуры личности и перестает действовать социальный патронаж. Раскрыта взаимосвязь социальных условий и поведения людей. В начале XX и начале XXI вв. повторяется одна и та же картина: как только разрешается государственная система, начинается грабеж, убийства, передел собственности и т.д. Развал СССР, Югославии. Ирака, чуть ранее - Ливана, затем страны Восточной Европы после развала СССР - Грузия, Молдавия... Представленная диафамма показывает, что с 1987 г., когда начались разрушительные политические процессы, предложенные правительством М Горбачева, немедленно активизировались все виды преступлений, в первую очередь - грабежи и кражи.

Государственная система воспитания нормативности очень сложная по структуре и чрезвычайно долгосрочная. Поэтому и инерционная: разрушительные тенденции 90-х гг. оставили детей и молодежь без государственного патронажа, и молодые люди образовали свой мир социально-нравственных ценностей, свой Кодекс поведения, который сразу же окрасился криминогенным цветом.

В главе рассматриваются также общемировые тенденции нормативности. Если подростковую преступность в России объясняют системным социально-экономическим и политическим кризисом, параллельно с которым, начиная с 1992 г.. прест)пносгь неуклонно и стремительно росла до 2002 г.. то во всех европейских странах число преступлений, совершенных несовершеннолетними также выросло от 40% до 70%. В США и большинстве стран мира в вопросе о детской преступности нет отката назад, спада, сокращения преступлений. Таким образом, рост детской преступности в России соответствует общемировой тенденции, которую многие аналитики рассматривают как мегатенденцию - направленную, длительную и глобальную динамику нового социального феномена. Субстанциальные причины данной мегатенденции одинаковы, независимо от просфанственных и временных границ и являются постоянно действующими, влияющими на поведение людей Кроме того, преступность имеет тенденцию к омоложению: стремительно растет организованная и групповая подростковая преступность; подростковая преступность охватила все сферы взрослой преступно-

сти (убийства, угоны автомобилей, разбой, квартирные кражи и др.); подростковая преступность занимает некоторые теневые сферы бизнеса.

Помимо этого растет количество агрессивных молодежных объединений, в которых преобладает корыстная ориентация, национализм, насильственные методы решения проблем. Общее число умышленных убийств с 1988 (8300) по 2000 гг. (32 000) выросло почти в четыре раза, а заказных убийств в Москве — в 9 раз.

Таким образом, в главе показана четко выраженная, длительная тенденция: когда в стране наблюдается социально-экономический и политический хаос, понижение жизненного уровня и социальное расслоение, нормативное поведение людей неизбежно разрушается и формируется новая нормативность, основанная на агрессивности.

В экспериментальной части главы исследовалось влияние социальных условий на эффективность обучения и поведения учащихся. С этой целью проанализирована мотивационная сфера детей и подростков (структура интересов, ценностных ориентации, установок, т.е. всего, что определяет развитие подрастающей личности). Показано, что отсутствие должного внимания к этой стороне дела приводит к негативным последствиям: вакуум. образовавшийся в специально организованной культурно-досуговой пространственной среде заполняют лидеры теневого экономического бизнеса. Кафе, пивные, бары, рестораны и т.п. являются местом, где проводят свой досуг, с одной стороны, дельцы теневого бизнеса, а с другой — лица, склонные к асоциальному поведению (уголовные элементы, алкоголики, тунеядцы и т.п.). И эти представители «теневой» экономики, околоуголовного мира используют, с одной стороны, естественную тягу подростков к красивой жизни, а с другой — их конфликт с обществом, их маргинальное (промежуточное) положение в социальной среде. Особенно это срабатывает в среде подростков-неформалов, поскольку в шкале их предпочтений — кафе, бары, рестораны, пивные занимают первое место, в то время как учреждения культуры и спорта, несмотря на положительную корреляцию в системе реального и желаемого места проведения досуга, занимают лишь 5 и 7 позиции, хотя и здесь есть положительные сдвиги, ибо интерес к учреждениям культуры и спорта передвинулся с 8 места в структуре реального проведения досуга на 7 место в условиях прожективной ситуации, а популярность учреждений культуры и спорта города —с 9 на 5 место.

Следуег отметить, что в среде благополучных подростков при сходной положительной корреляции картина принципиально иная. Здесь кафе, бары, пивные, рестораны, хотя и привлекли к себе в прожективной ситуации определенную часть подростков (с 5,5% до 11,7%). повысив их ранг в структуре предпочтении с 8 места до 6, в то же время, не стали занимать в досуге ведущего места. Предпочтение в данном случае было отдано учреждениям культуры и спорта микрорайона, которые по популярности продвинулись с 5 места на 2 ме-

сто и учреждениям культуры и спорта города, популярность которых с 7 места поднялась до 3-го.

Подобные качественные расхождения при схожих общих корреляциях объясняются, по нашему мнению, большей ориентацией подростков-неформалов на мир материальной культуры, на учреждения, которые символизируют собой материальный достаток (бары, рестораны), в отличие от учреждений культуры и спорта, связанных в большей степени с духовной культурой. Кроме того, определенную роль здесь играет и незаорганизованность, большая неформальность обстановки в кафе, барах, ресторанах, чем в наших учреждениях культуры и спорта. Все это вместе взятое позволяет нам говорить об образовании особого пространственно-организованного мира, в котором живут современные подростки.

Главная опасность изоляции подростка заключается в том, что подросток очень рано, в период, когда у него начинают складываться те или иные стереотипы, взгляды, мнения, ценностные ориентации, приходит к убеждению, что та или иная формальная деятельность не является для него оптимальной сферой приложения его способностей, местом положительного самоутверждения. Именно поэтому ряд исследователей приходят к правильному выводу: для подростков с отклоняющимся поведением характерно преобладание личной и лично-престижной направленности. Это способ их самоутверждения, самозащиты, способ, чтобы выжить и не сломаться в столь трудных для них условиях.

Мы считаем, что также при анализе причин, условий, количественных и качественных характеристик девиантных проявлений в молодежной среде, в качестве одной из важнейших детерминант следует учитывать феномен стерео -типности поведения членов молодежных групп.

Стереотипность поведения понимается нами как склонность применять соотносимые с целями привычные, часто употребляемые, относительно устойчивые, обобщенные и упрощенные способы, программы действий, нивелирующие частные и особенные свойства условий и объекта деятельности (упрощенно — склонность и свойство достигать цели привычным и удобным способом с минимальными затратами субъективных усилий). Избираемый юношей или подростком способ достижения цели не всегда представляет собой правомерное поведение, а зачастую противоречит нормам той или иной отрасли российского права и влечет за собой юридические последствия. Для исследователей отклоняющегося поведения интересно знание того, какая конкретно психологическая особенность и в каких условиях может вызвать формирование преступного поведения. Для этого надо знать среду, в которой происходит социализация подростка, поскольку социализация, как известно, выражается в формировании моти-вационной сферы. Социальные детерминанты отклоняющегося поведения, как уже было показано выше, многочисленны, имеют разную степень воздействия и специфически группируются в каждом конкретном случае.

Результаты исследования показали, что существует строгая зависимость между оценкой поведения и успеваемостью; подавляющее большинство «успевающих» учащихся как школы, так и лицея (это 64% и 77,4% соответственно) характеризуются как имеющие «хорошее» поведение, тогда как, наоборот, большая часть «неуспевающих» (85% и 62,5%) имеют «плохое» поведение. Таким образом, по мере снижения успеваемости возрастает количество учащихся с «плохим» поведением. При этом учителя школ более склонны судить, что если ученик неуспевающий, то и поведение у него «плохое». Кроме того, в целом в школе большее количество учеников (62,5% — это более 2/3 учащихся), чем в лицее (40%) были оценены как «плохие». Подобная ситуация вырисовывается и в плане оценки успеваемости: в школе 54% «неуспевающих» (это более половины учащихся), тогда как в лицее - 43,6%. Следовательно, одним из критериев субъективной социально - психологической оценки учителем поведения учащихся является их успеваемость, а именно, по мере снижения уровня успеваемости повышается вероятность оценки учителем поведения учащегося как «плохого», и наоборот. Причем данный критерий в практической деятельности учителя является одним из наиболее значимых, что мы можем пронаблюдать исходя из его ярко выраженной зависимости с поведением учащихся.

Показатели взаимосвязи материального положения семей с поведением и успеваемостью учащихся следующие: среди учащихся школ из семей с высоким, средним и низким материальным положением количество «неуспевающих» учеников равно — 48%, 55% и 61% соответственно. Таким образом, в школе при сравнительном анализе оценок материального положения семей учеников и их успеваемости была выявлена следующая взаимосвязь: по мере понижения уровня материального положения возрастает количество «неуспевающих» учеников.

Среди учащихся лицея из семей со средним материальным положением 37% «неуспевающих», тогда как из семей с высоким и низким материальным положением количество «неуспевающих» повышается до 53% и 56%, соответственно. Исходя из полученных данных, имеем: как при низком, так и при высоком материальном положении семьи показатель «неуспевающих» учеников значительно выше, чем при среднем уровне материального положения.

Таким образом, в школе такой показатель как уровень материального положения семей учеников играет существенную роль как при оценке учителями успеваемости учащихся, так и непосредственно в самом процессе учебной деятельности. Это говорит о том, что наличие каких-либо дорогих аксессуаров, например, компьютера и тому подобных «предметов роскоши», в определенной степени влияет на оценку учи гелями уровня способностей ученика и, как следствие, на последовательное протекание образовательного процесса Вероятно, это связано с тем, что в сегодняшнем мире все более и более явно проявляется возможность замены высоких физических и моральных усилий возможностями техники, а как следствие, и определенными материальными затратами. Это «яв-

ление» активно вливается и в современный процесс учебной деятельности образовательных учреждений. Соответственно, благодаря возможностям техники повышается скорость протекания учебного процесса, и чтобы усвоить предоставляемый материал, необходимо всегда «шагать в ногу с временем». Как известно, это требует определенных материальных затрат, которые «не всем по карману». Следовательно, ученикам из семей с низким уровнем достатка приходится прилагать значительно больше физических, моральных, временных усилий для своевременного и успешного освоения учебной программы. И, безусловно, те, кто не справляются, отстают во времени освоения и выполнения заданий, постепенно переходят в разряд отстающих в обучении учеников. Далее, в результате сравнительного анализа оценок учителями лицея уровня материального положения семей и успеваемости учащихся была выявлена гиперболизация оценок по числу «неуспевающих» учеников, как при низком, так и при высоком уровне материального положения семей. Данная взаимосвязь свидетельствует о том, что, среди учащихся лицея как с низким, так и с высоким уровнем материального положения семьи, более половины учеников: 1) либо не стремятся к получению новых знаний, 2) или не могут ими овладеть в силу уровня своих способностей, 3) либо программа обучения в лицее сложна для освоения ее большинством учащихся, 4) или круг интересов ученика выходит за пределы лицея и т.п. Для учеников из семей с низким уровнем достатка это скорее всего вызвано определенными трудностями в материальном (техническом) плане. В лицее, например, существуют: 1) по различным предметам дополнительные платные занятия, 2) желательным является оформление текущих работ в печатном виде, и конечно же, 3) наличие компьютера для выполнения тех или иных заданий, 4) приобретение на собственные средства дополнительной (но требуемой обязательно для успешного протекания учебного процесса) литературы по некоторым предметам и т.п. Также следует отметить, что для большинства детей из обеспеченных семей характерно отсутствие стремления к знанию, приложению усилий в освоении учебного материала, их круг интересов выходит за пределы лицея. Это может быть вызвано соответствующим отношением их родителей к обучению ребенка, образом жизни родителей, уровнем культуры в семье.

В исследовании определено влияние материального положения семьи на поведение учащихся. При этом, за основу брали только данные по ученикам с «плохим» поведением.: оценка преподавателями уровня материального положения семьи давалась по наличию у учащихся соответствующих аксессуаров, «дорогой» одежды, компьютера и т.п. Материальное положение ниже среднего -это ниже прожиточного минимума. Установлено, что в школе среди учащихся с материальным положением выше среднего 61% оценивались как имеющие «плохое» поведение, со средним материальным положением - 70%, а среди учащихся из семей с материальным положением ниже среднего этот показатель вырос до 83%. Таким образом, чем ниже уровень материального положения, тем выше показатель учащихся с «плохим» поведением. То есть существует обратно

пропорциональная зависимость между уровнем материального положения семьи и оценкой поведения учащихся.

В лицее же наблюдается несколько иная зависимость: среди учащихся из семей со средним материальным положением 34% оценивались как имеющие «плохое» поведение, в то время как среди учащихся с материальным положением ниже и выше среднего этот показатель вырос до 42% и 63%, соответственно. Иначе говоря, была выявлена гиперболизация оценок по числу учеников, имеющих «плохое» поведение, как при низком, так и в особенности при высоком уровне материального положения семей учащихся. Только в «диапазоне» среднего уровня материального положения количество «плохишей» среди учеников лицея снижается.

Таким образом, полученные данные свидетельствуют о том, что в школе при «разделении» учителями учащихся по поведению и успеваемости, такой критерий как материальное положение семьи играет значимую роль как при оценке успеваемости, так и при оценке поведения учеников, а именно: по мере снижения материального положения семьи возрастает количество «неуспевающих» учеников и имеющих «плохое» поведение. Эта зависимость, на наш взгляд, может быть объяснена, во-первых, присущей учителям школ психологической готовностью рассматривать учеников с негативных позиций. Это подтверждается полученными в ходе проведенного исследования данными, свидетельствующими о том, что более половины учащихся школы — 62,5% были оценены их преподавателями как имеющие «плохое» поведение, в то время как среди учеников лицея — 40%. Также более половины учащихся школы были оценены как «неуспевающие» — 54%, а в лицее число «неуспевающих» составило 43,6%. Но следует учитывать и тот факт, что поведение учащихся действительно стало все более и более охватывающим сферу отклоняющегося поведения и, наверняка, таких учеников в школе намного больше, чем в лицее (это связано также с различиями в социально-экономической и культурной сферах данных образовательных учреждений). Во-вторых, возможно, учителя более склонны оценивать детей именно из семей с низким материальным положением, как имеющих какие-либо недостатки в воспитании. С другой стороны, зачастую низкий уровень материального положения семьи бывает очень тесно взаимосвязан с такими показателями, как неполнота, многодетность семьи, низкий социальный статус, пьянство родителей и т.п. Далее следует отметить, что в лицее, в отличие от школы, при оценке учителями поведения и успеваемости учащихся была выявлена гиперболизация оценок по числу «неуспевающих» учеников и имеющих «плохое» поведение, как при низком, так и в особенносги при высоком уровне материального положения семей учащихся. Только в «диапазоне» среднего уровня материального положения количество «неучей» и «плохишей» среди учеников лицея снижается.

Это может быть объяснено, например, либо недостатком материальных средств для успешного обучения, либо недостаточно высоким культурным

уровнем развития семьи, либо отсутствием стремления к овладению новыми знаниями, недостаточным уровнем развития способностей и т.п. Честно говоря, объяснений полученной взаимозависимости существует множество, самое главное- это понять, что такой показатель как материальное положение семьи всегда действует не изолированно, а в совокупности определенной системы показателей.

Исследовалась также взаимосвязь социального статуса родителей и поведения учащихся. В нашей работе мы выделили три типа семей: семьи управленческих работников (ЧП, руководители); семьи служащих, в том числе дипломированных работников; семьи низкооплачиваемых работников, занятых неквалифицированным трудом, инвалидов и безработных. Были получены следующие результаты: 41% и 44% учащихся школ соответственно из семей с высоким и средним социальным статусом имеют неудовлетворительную успеваемость, в то время как количество «неуспевающих» учащихся из семей с социальным статусом ниже среднего достигает уже 64%. Таким образом, по мере снижения социального статуса родителей учащихся повышается количество «неуспевающих». Кроме того, социальный статус родителей сказывается и на поведении испытуемых (на его оценке). Среди учащихся школ из семей с высоким социальным статусом родителей 53% оцениваются как имеющие «плохое» поведение; среди учащихся из семей со средним социальным статусом - 67%, тогда как среди учащихся из семей с низким социальным статусом количество детей с «плохим» поведением возрастает до 78%. Таким образом, по мере снижения социального статуса родителей учащихся школ возрастает число учащихся с «плохим» поведением. Следовательно, социальный статус родителей школьников обратно пропорциональной зависимостью связан с количеством «неуспевающих» и учащихся, имеющих «плохое» поведение. При оценке успеваемости учеников лицея определено: меньше всего «неуспевающих» — 26% среди учащихся из семей со средним социальным статусом, тогда как среди учащихся из семей с высоким и низким социальным статусом количество «неуспевающих» повышается до 49% и 57%, соответственно. Подобная взаимосвязь была обнаружена и при оценке учителями поведения учащихся лицея по уровню социального положения семьи: меньше всего учеников с «плохим» поведением - 21% среди учащихся из семей со средним социальным статусом родителей, наряду с этим среди учащихся из семей с низким и высоким социальным статусом количество «плохих» учеников достигает 42% и 62%, соответственно.

Из полученных результатов следует, что в школе при оценке учителями успеваемости и поведения такой критерий оценки как социальный статус родителей учащихся играет существенную роль, а именно, по мере снижения уровня социального статуса семей повышается количество учеников с неудовлетворительной успеваемостью и «плохим» поведением. Еще большую роль уровень социального положения семьи играет при оценке успеваемости и поведения

учащихся учителями лицея: выявлена гиперболизация оценки учеников как «неуспевающих» и «плохих» среди учащихся из семей с высоким и низким социальным статусом. Полученная закономерность может быть объяснена тем, что в лицее социально-экономический и культурный уровень учащихся, в целом, намного выше, чем в школе, в частности: если в лицее количество учащихся с высоким, средним и низким уровнем социального положения родителей примерно одинаково (26%, 36% и 38% соответственно), то у преобладающего количества учеников школы низкий уровень социального положения родителей (52%), а, соответственно, и более низкий уровень культурного образования, потому что практически каждый из родителей учащихся исследуемой школы либо вообще не имеют никакого образования, либо закончили школу или техникум. Вероятнее всего, поэтому и у учащихся школы более низкий социально- культурный уровень, а как следствие, ниже уровень успеваемости и поведения. Чем ниже социальный статус родителей, тем ниже уровень культурного образования как их самих, так и их детей. Кроме того, исходя из результатов, полученных при сравнительной оценке успеваемости и поведения учащихся школы и лицея, а также уровня их социального положения, была выявлена тенденция, характерная для современного мира: в условиях социального расслоения общества появились бедные и богатые семьи, имущественное расслоение общества немедленно привело к социальной неоднородности и нарушению социальной справедливости общественных отношений. В частности, это дает возможность говорить о том, что, безусловно, среди родителей с высоким социальным статусом далеко не все имеют хотя бы одно законченное высшее образование, а некоторые скорее всего не имеют даже в действительности и среднего специального образования; либо в таких семьях пропагандируются совершенно другие идеалы- идеалы в большей степени ориентированные в сторону материального мира. Кроме того, в настоящее время мы очень часто сталкиваемся с таким феноменом, что у родителей, занимающих высокое положение в обществе, практически нет времени для воспитания своих детей, для присмотра за ними (т.е. подросток в такой ситуации полностью предоставлен самому себе). Следовательно, также как среди учащихся из семей с низким социальным статусом родителей, так и среди учащихся из семей с высоким социальным статусом количество «неуспевающих» и учеников с «плохим» поведением примерно одинаково высоко.

В заключении диссертации обобщены и представлены в более широком научном контексте результаты проведенного исследования, сформулированы основные выводы:

1. Методология исследований преступного поведения в последние десять лет находится в состоянии интенсивной проверки всех известных ранее гипотез и концепций, поскольку мегатенденцию увеличения агрессивности не могут объяснить теории, характерные для стабильных социально-экономических и политических условий.

2. Резкое увеличение преступности наблюдается в двух случаях: если присутствуют исключительные (форсмажорные), не зависящие от воли людей, обстоятельств и в системных кризисах.

3. Увеличение преступности в 10-15 раз в 1992 г. вслед за кризисом подчеркивает жесткую связь форм поведения и социальной защищенности. Одновременно, резкое улучшение жизни в Восточной части Германии после объединения, в Чехии, Словакии, также привело к резкому увеличению преступности. Следовательно, феномен понижения нормативности проявляется, прежде всего, в условиях смены стабильной нормативности, как ориентира социальной адаптации.

4. Низкий социальный статус родителей, неполная семья и затрудненное материальное положение понижают показатели в учении и поведении учащихся, независимо от типа учебного заведения.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях:

1. Луговая НА. Основные положения девиационных тенденций в поведении граждан РФ после распада СССР / Образование. — № 9. - 2004. -С. 3-8.

2. Луговая Н.А., Шевчук В.Ф. Рост преступности в системных кризисах / Ярославский психологический Вестник. - Вып. 13. - М. - Ярославль: Изд-во «Российское психологическое общество», 2004. - С. 42-44.

3. Луговая НА. К проблеме классификации детей и подростков с отклоняющимся поведением / Ярославский психологический Вестник. -Вып. 13. - М. - Ярославль: Изд-во «Российское психологическое общество», 2004.-С. 181-186.

1 з а о

Формат 60x84 1/16 Усл. печ. л. - 1,2. Тираж 100 экз.

Отпечатано на ризографе МАПН Ярославль, проезд Матросова, 9. Оф. 206. Телефон (0852) 47-86-66

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Луговая, Надежда Александровна, 2004 год

ВВЕДЕНИЕ.

Глава 1. ПРОТИВОПРАВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ: ПРОБЛЕМЫ

ДЕТЕРМИНАЦИИ В ИССЛЕДОВАНИЯХ.

1.1. Классификация отклоняющегося поведения детей и подростков.

1.2. Основные методологические линии в исследованиях отклоняющегося поведения.

Глава 2. ОТКЛОНЯЮЩЕЕСЯ И ПРОТИВОПРАВНОЕ ПОВЕДЕНИЕ ДЕТЕЙ И ПОДРОСТКОВ В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ В ПЕРИОД ДЕЙСТВИЯ СИСТЕМНОГО КРИЗИСА.

2.1. Понижение уровня нормативности в поведении после начала действия системных кризисов.

2.2. Социально-психологическая характеристика процессов и явлений, формирующих преступное поведение несовершеннолетних.

2.3. Исследование влияния социальных условий на эффективность обучения и поведения учащихся.

Введение диссертации по психологии, на тему "Социально-психологическая детерминация поведения в условиях системных кризисов"

Актуальность исследования вытекает из феномена беспрецедентного увеличения детской и подростковой преступности в период с 1992 по 2002 гг. В России такого увеличения отклонений в поведении не наблюдалось 70 лет, поэтому результаты теоретических и практических психолого-педагогических исследований этого периода не могут объяснить в полной мере солирование агрессивности на индивидуальном и массовом уровнях. Преступность несовершеннолетних волновала общество во все времена; дело здесь не в гуманности общества и государства по отношению к малолетним гражданам, несмотря на то, что преамбулой всех публикаций, выступлений, бесед является именно гуманность и сострадание. Дело в том, что малолетние преступники по истечении короткого времени становятся преступниками взрослыми. Если малолетних преступников много, то и взрослое преступное сообщество увеличивается в такой же пропорции. Поэтому, малолетние преступники постоянно находятся в центре внимания исследователей - криминалистов, педагогов, психологов, социологов и др. Нет другой проблемы, которая в своей актуальности превзошла бы проблему преступности несовершеннолетних, но в периоды резкого увеличения преступности она становится особенно актуальной; активизируются исследования всех направлений, открываются определенные закономерности, в науке появляются новые имена.

В аналитической записке Совета Федерации еще в 1999 г. представлено состояние проблемы преступности, беспризорности и безнадзорности в России; в каждом крупном городе насчитывается от 20 до 45 тыс. беспризорных детей и подростков. По данным Министерства труда в то время в органах внутренних дел состояли на учете около 500 тыс. несовершеннолетних и более 202 тыс. родителей, не выполняющих свои родительские обязанности. Рост подростковой преступности превысил все пределы безопасности государства, и тенденции к снижению не наблюдается: в целом ряде случаев преступления из взрослой среды переходят в детскую - подростки вовлечены в теневой бизнес, что означает, прежде всего, рост корпоративной зависимости.

Для всех социальных наук, в том числе и для социальной психологии, важным является исследование общемировой тенденции к росту правонарушений подростков. В России подростковую преступность объясняют системным социально-экономическим и политическим кризисом, параллельно с которым, начиная с 1992 г., преступность неуклонно и стремительно росла до 2002 г. Во всех европейских странах число преступлений, совершенных несовершеннолетними в этот период также выросло от 40 до 70%. В США и большинстве стран мира в детской преступности нет отката назад, спада, сокращения преступлений. Следовательно, рост детской преступности в России соответствует общемировой тенденции, которую многие аналитики рассматривают как мегатенденцию - направленную, длительную и глобальную динамику нового социального феномена. Субстанциальные причины данной мегатенденции одинаковы, не зависят от пространственных и временных границ, являются постоянно действующими и жестко определяют поведение людей.

В криминологических, педагогических и психологических исследованиях рост преступности традиционно принято детерминировать социально-экономическими проблемами в стране (растущей материальной дифференциацией общества, безработицей, люмпенизацией населения и др.) и индивидуальными психофизиологическими особенностями человека. В то же время, очевидно, что криминальная активность подростков возрастает вне зависимости от материального благополучия населения, социально-экономические причины не являются доминирующими во всем мире. В качестве ведущих причин преступности французы, немцы, бельгийцы и итальянцы (90%) считают телевидение и другие СМИ. Российские исследователи подходят к этой проблеме более широко, поскольку уровень «социального понижения» выше. Но во всех случаях указанная мегатенденция заставляет исследователей все чаще обращать внимание на активность факторов и причин, на то, что провоцирует к активности дремлющие в стабильных социальных условиях агрессивные стороны личности.

Теоретическая актуальность исследования работы определяется недостаточной разработанностью психологических проблем отклонений в поведении в изменяющихся социально-экономических и политических условиях на уровне глобальных системных кризисов; известные теории и концепции детерминации поведения не могут в полной мере объяснить повышение индивидуальной и массовой агрессивности. В теоретическом поле, с одной стороны, наблюдается повышение интереса к феномену агрессивности, как к базовому, естественному состоянию, определяющему поведение человека, с другой - отклонения в поведении исследователи традиционно объясняют социальными влияниями, с третьей стороны дезадаптация объясняется жестким влиянием СМИ, глобализацией информационных технологий. Прикладные исследования во многом ориентированы на разработку эффективных технологий профилактики, диагностики и психокоррекции личностной дезадаптации.

Системный кризис выявил жесткую взаимосвязь социальной среды и отклонений в поведении; исследование активности отдельных факторов и психологических закономерностей в поведении является актуальным в социальной психологии.

Степень научной разработанности проблемы. Системные кризисы в социально-психологическом плане не исследовались так интенсивно, как все предыдущие «спокойные» годы после первого исторического количества беспризорников. Поэтому, степень научной разработанности можно оценивать только в том случае, если опираться на статистический материал и на некоторые статьи, появившиеся в последние годы (А.Н. Исаев, В.Ф. Шевчук и др.). В то же время, имеется огромная публицистическая библиография, которая дает представление о масштабах проблемы и, в сущности, раскрывает основные механизмы увеличения агрессивности в поведении. Имеют значение исследования в психокоррекционном и психотерапевтическом планах, потому что они направлены на изучение отклонений, связанных как с личностными характеристиками, так и с социальной средой, ее изменениями. Библиография в этом направлении также достаточно велика. В то же время, резкое сословное расслоение общества и сопутствующие этому имущественные различия изменили стандарты оценки качества воспитания семьи, поведение детей и подростков существенно изменилось именно по этой причине. Социально-психологических исследований в этом направлении мало, в большей степени они относятся к педагогическому блоку. Проблема влияния имущественного расслоения общества на поведение учащихся и оценку этого поведения является неизученной.

Объект исследования - отклоняющееся и преступное поведение.

Предмет исследования - причины и факторы формирования отклоняющегося и преступного поведения в условиях системных кризисов.

Цель исследования: выявить влияние социальных условий (полнота семьи, социальный статус родителей, материальное положение) на нормативность поведения и успеваемость учащихся.

Основная гипотеза:

В условиях системных кризисов резко дифференцируются социальные условия, что понижает нормативность в поведении и качество обучения.

В соответствии с целью и гипотезой исследования определены следующие основные задачи:

- провести всесторонний анализ социально-психологических и криминологических исследований отклоняющегося и противоправного поведения детей и подростков;

- рассмотреть и теоретически обосновать влияние системного кризиса на поведение детей и подростков в период с 1992 по 2002 гг.;

- исследовать закономерности формирования отклоняющегося и преступного поведения в условиях социального понижения;

- исследовать взаимосвязь социального статуса родителей, полноты семьи и материального положения с нормативностью в поведении.

Методы исследования. Исходя из поставленных задач исследования, были использованы: сравнительно-исторический и монографический методы, анализ статистических данных, опрос, беседа, наблюдение и анкетирование.

Методологическая основа исследования вытекает из работ в области социальной, политической, педагогической психологии, криминологии, психотерапии, диагностики и коррекции. Значительное влияние на формирование теоретико-методологической основы оказали следующие концепции и исследования:

- криминологические теории о биологической предопределенности поведения личности А.В. Богдановского, А.П. Богданова, JI.M. Василевского, М.Н. Гернет, Д.А. Дриля, А.И. Зак и др.;

- социально-криминологические и исследования в области психиатрии Л.В. Занкова, В.П. Кащенко, В.Н. Куфаева, П.Ф. Лесгафта;

- современные исследования по методологии социальной психологии В.В. Новикова, поведения личности Ю.А. Клейберга, Д.И. Фельдштейна, В.Ф. Шевчука, а также коррекции поведения Н.В. Клюевой, В.В. Козлова и др.

Основные научные результаты, полученные лично соискателем и их научная новизна заключаются, прежде всего, в постановке и решении проблем формирования нормативного и отклоняющегося поведения детей и подростков в условиях системного социально-экономического и политического кризиса, а также в следующем:

- раскрыта динамика исследовательского понимания факторно-причинного круга нормативного и отклоняющегося поведения в длительном историческом периоде;

- выявлены и описаны психологические закономерности понижения нормативности в поведении личности на индивидуальном и групповом уровнях в условиях длительных системных кризисов;

- исследована социально-психологическая автономность в формировании нормативности в поведении в условиях системных кризисов;

- выявлены закономерности формирования отклоняющегося поведения в условиях социально-имущественной дифференциации семей.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что выявленные социально-психологические закономерности формирования отклоняющегося поведения и оценки нормативности детей и подростков в условиях системных кризисов дополнят общую теорию поведения личности на индивидуальном и групповом уровнях, теорию и практику воспитания, диагностики и психокоррекции.

Практическая значимость исследования. Осуществлен анализ и прогноз состояния нормативности в поведении в регионе, что является необходимой составляющей ряда проектов. Полученные научные результаты могут экстраполироваться на социальную работу с населением, на систему правоохранительных органов и Минюста. Полученные в исследовании результаты легли в основу проекта по психологическому обеспечению профилактики сиротства Центра социальной политики г. Ярославля и широко применяются в учебной работе при подготовке специалистов профессионального обучения в Ярославском техническом университете.

Положения, выносимые на защиту:

1. Социально-психологические и криминологические исследования отклоняющегося поведения в течение 70 лет опирались на доминирующие теории и концепции в стабильных социально-экономических и политических условиях, и не могут в полной мере объяснить феномен увеличения преступности во время действия системного кризиса.

2. Системный кризис всегда начинается с резкого увеличения преступности, при этом, даже значительное улучшение социальных условий меняет нормативность в поведении.

3. Снижение социальной и политической стабильности в 1992 г. повлекло за собой увеличение преступности в 10-15 раз, что дает основания предполагать наличие жесткой связи форм поведения и социальной защищенности.

4. Низкий социальный статус родителей, неполная семья и затрудненное материальное положение понижают показатели в учении и поведении учащихся, независимо от типа учебного заведения.

Апробация и внедрение полученных результатов. Результаты исследования обсуждались на кафедре социальной и политической психологии Ярославского государственного университета им. П.Г. Демидова, кафедре профессионального обучения Ярославского государственного технического университета, на съездах и методологических семинарах Международной Академии Психологических Наук (2003-2004 гг.), в научно методическом Центре социальной политики г. Ярославля, конференции, посвященной обсуждению проекта Федерального закона «О государственных гарантиях равных прав и свободы и равных возможностей мужчин и женщин РФ» (Ярославль, 2001 г.), на научно-практической конференции «Вопросы современной социальной политики: региональный аспект» (Ярославль, 2002 г.), Семинаре-совещании Союза городов Центра и Северо-Запада России «Расширение участия пожилых людей в развитии местного самоуправления» (Ярославль, 2003 г.), Межрегиональной конференции «Женские инициативы в развитии региона» (Ярославль, 2004 г.), Всероссийской научно-практической конференции «Психологическое обеспечение профилактики социального сиротства и отклоняющееся поведение детей и юношей» (Москва, 2004 г.).

Достоверность результатов исследования обеспечена применением адекватных предмету, целям и задачам методов исследования, репрезентативностью и достаточным объемом выборки, соблюдением методических принципов и правил проведения исследования

Объем и структура диссертации. Диссертация состоит из введения, двух глав, выводов, заключения и списка литературы, включающего 170 наименований. Объем текста диссертации - 126 машинописных страниц. Текст диссертации проиллюстрирован диаграммами и таблицами.

Заключение диссертации научная статья по теме "Социальная психология"

1. Гипотеза исследования подтвердилась: социальные условия определяют оценку поведения и качество обучения учащихся.

2. Одним из наиболее значимых критериев субъективной социально — психологической оценки учителем поведения учащихся является их успеваемость, а именно, по мере снижения уровня успеваемости повышается вероятность оценки учителем поведения учащегося как «плохого», и наоборот, соответственно. При этом данная взаимосвязь наиболее ярко проявляется в оценке учителей школы.

3. Критерии оценки поведения учащихся дополняются и совокупностью социально - экономических показателей, в частности таким из них как материальное положение семьи. Так, в школе материальное положение семьи учащегося является достаточно значимым критерием лишь при оценке поведения, а именно: по мере снижения материального положения семей учащихся возрастает количество неуспевающих и имеющих «плохое» поведение. Наряду с этим, в лицее, как при низком, так и при высоком уровне материального положения семей учащихся количество неуспевающих и имеющих «плохое» поведение учеников значительно увеличивается.

4. В современных социальных условиях такой показатель, как социальный статус родителей оказывает более значимое по сравнению с материальным положением воздействие на оценку поведения учащегося. При этом в школе социальный статус родителей, также как и материальное положение семьи, взаимосвязан обратно пропорциональной зависимостью с количеством неуспевающих и учащихся имеющих «плохое» поведение. В лицее как высокий, так и низкий социальный статус родителей исследуемых учеников, является более значимым при оценке учителями успеваемости и поведения учащихся.

5. Неполнота семьи является формальным недостатком семейного воспитания лишь в совокупности с другими показателями, в частности, с материальным положением семьи. Недостатком семейного воспитания выступает и такой показатель как многодетность, который в свою очередь негативно сказывается на успеваемости и поведении детей. При этом в современных условиях для большинства семей характерно наличие одного — двух детей, многодетные же семьи встречаются довольно редко.

6. Кроме того, на поведение и успеваемость учащегося определяющим образом влияет школьное (лицеистское) воспитание. В современном учебно-воспитательном процессе отмечается ряд недостатков, которые приводят к тому, что снижается познавательная мотивация, происходит утрата интереса к учебной деятельности, а как следствие, возрастает количество неуспевающих учащихся. Скорее всего, для неуспевающих учеба не является той референтно значимой деятельностью, в которой они могут удовлетворить свою потребность самоутверждения, посредством которой, включаясь в систему коллективных общественных отношений в классе, они способны утвердить свой статус, свой престиж среди одноклассников. Вероятнее всего, неуспехи в учебной деятельности обуславливают психологический дискомфорт и ведут к поискам новой предпочитаемой среды общения, иной референтной группы.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Выбранное в качестве цели изучение зависимости качества обучения и поведения учащихся от социальных условий и решение поставленных задач подтвердили гипотезу исследования - социальные условия определяют оценку поведения и качества обучения учащихся.

Анализ обширной библиографии по социально-психологическим особенностям нормы и отклонения в поведении (в частности, в поведении учащихся), показал, что проблемы более строгого разделения «нормы» и «не нормы» не решены и вошли в разряд плановых. Так как каждый этап в развитии общества сопровождается изменениями причин и факторов, влияющих на поведение детей и подростков, то изменяются и показатели, по которым определяются границы нормы и отклонения в поведении.

Определены и структурированы сферы социального взаимодействия личности в ходе социализации и показана их связь с активизацией временных и постоянных факторов и причин поведения.

Раскрыта зависимость нормативного типа поведения от социально-экономических и политических условий в государстве. Смена идеологии всегда приводит к резкому увеличению девиаций, поскольку нарушается устойчивость взаимосвязи между формализованной и неформализованной системами регулирования. Увеличение девиаций наблюдается и в период действия временной группы причин, которая актуализирует биологические потребности.

Показана связь между политическим устройством общества и соотношением сфер социального взаимодействия личности. В государстве с тоталитарным режимом власти нормативное поведение сужено и отделено от сферы социально-психологической адаптации четкой границей. Это приводит к тому, что личность развивается в жестких рамках заданных норм, и отклонения на уровне естественной адаптации всегда могут быть обозначены как недопустимые нарушения норм. В демократических системах государственного устройства нормативное поведение жестких границ не имеет: оно образует расширительное понятие, включающее в себя сферу социально-психологической адаптации. Личность в этом случае получает право на ошибки в поисках истины, представляющее собою одно из множества условий развития.

Проведен анализ основных, на наш взгляд, классификаций отклоняющегося поведения. Определено, что классификации подростков с отклоняющимся поведением представляют, за редким исключением, узко профессиональный интерес и не могут являться базовыми в психологии, поскольку поведение обусловлено, главным образом, внешними, а не внутренними факторами, а массовость девиаций в период действия временных причин указывает лишь на то, что индивидуальные особенности не имеют решающего значения.

Выявлена закономерность в определении доминирующего фактора, определяющего поведение. В периоды, когда отклонения всех уровней резко увеличиваются, исследователи склоняются к мысли о его генетических предпосылках и, наоборот, в спокойные периоды исследования ориентированы на социальную среду.

Две группы факторов поведения, которые легли в основу исследования (временно активные и постоянные) влияют по-разному на формирование поведения. Временно активный действует в периоды разрушений и приводит к росту отклонений. Постоянный фактор, к которому в исследовании отнесено семейное воспитание и отчасти школа, действует в нормативном поле формализованных и неформализованных норм.

В исследовании подробно анализируются предложенные социальными психологами классификации семей по таким основаниям как: социальный статус семьи, неправильные взаимоотношения между родителями и детьми, материальное положение семьи и т.п.

Наконец, в исследовании выяснено, что в современных социальных условиях оценка поведения учащихся и качества их обучения обусловлены именно воздействием такого постоянного фактора как семейное воспитание, вернее такими его показателями как социальный статус, материальное положение семьи, полнота и состав семьи. Наряду с этим поведение и качество обучения учащихся определяются отчасти и школьным воспитанием, которое в свою очередь также характеризуется наличием, как достоинств, так и недостатков в современном учебно-воспитательном процессе, которые, прежде всего, связаны с проблемой развития внутренних познавательных мотивов учебной деятельности.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Луговая, Надежда Александровна, Ярославль

1. Амбрумова А.Г., Жезлова Л .Я. О некоторых формах девиантного поведения у подростков // Актуальные проблемы психоневрологии детского возраста / Отв. ред. А.А. Портнов. - М., 1973.

2. Андреева Г.М. Социальная психология. М., 1994.

3. Андреева Г.М. К проблематике психологии социального познания // Мир психологии. 1999. - № 3. - С. 15-23.

4. Антонян Ю.М. Психология убийств. М.: Юрист, 1997.

5. Антонян Ю.М., Бородин С.В. Преступность и психические аномалии. М.: Наука, 1987.

6. Архангельский А.Е. Влияние микросреды в группах подростков с антиобщественным поведением на совместимость характера // Соотношение биологического и социального в развитии человека. М., 1974.

7. Балл Г.А. Нормы деятельности и творческая активность личности // Вопросы психологии. 1990. - № 3 - С. 25-36.

8. Башкатов И.П. Психология групп несовершеннолетних правонарушителей (социально-психологические особенности). -М.: Прометей, 1993.

9. Бестужев-Лада И.В. Семья вчера, сегодня, завтра. М., 1979.192 с.

10. Биологический риск злодейства // Семья и школа. 1996. - № 8. -С. 31-33

11. П.Бодров В.А. Когнитивные процессы и стресс // Психологический журнал. 1996. - Том 17. - № 4. - С. 64-74.

12. Бодров В. А. Психологический стресс: развитие учения и современное состояние проблемы. М., 1995.

13. Бобнева М.И. Социальные нормы как объект психологического исследования // Методологические проблемы социальной психологии. М., 1975.

14. Бобнева М.И. Социальные нормы и регуляция поведения. М.,1978.

15. Бобнева М.И. Особенности нормативной регуляции поведения человека в организации // Психологические механизмы регуляции социального поведения. М., 1979.

16. Богданов А. Из психологии общества. СПб., 1904. - 215 с.

17. Богдановский А.В. Молодые преступники. СПб, 1871. - 301 с.

18. Бочкарева Г.Г. Психологические особенности трудновоспитуемых школьников // Предупреждение педагогической запущенности и правонарушений школьников. -М., 1980.-С. 16-25.

19. Беллак Д., Беллак С. Руководство по тесту детской апперцепции. — Киев: ПАИ, 1995.

20. Битянова М. Изучение школьной тревожности младших подростков // Школьный психолог. 1998. - № 4.

21. Бурменская Г.В., Карабанова О.А., Лидере А.Г. Возрастно-психо-логическое консультирование. М., 1990.

22. Валицкас Г.К., Гиппенрейтер Ю.Б. Самооценка у несовершеннолетних правонарушителей // Вопросы психологии. 1989. - № 1. - С. 45-54.

23. Василевский Л.М. Детская преступность и детский суд. М.: Октябрь, 1923.- 192 с.

24. Василюк Ф.А. Пережить горе. М., 1991.

25. Воловникова М.И., Трофимов A.M. Возвращение к себе. М.,1995.

26. Гальтон Ф. Наследственность таланта. Ее значение и последствия. -СПб, 1875.-313 с.

27. Гасанова Б.М. Нормативность, как феномен социально-психологической оценки поведения учащихся // Социальный психолог. -2002. -№ 1.-С. 18-22.

28. Гасанова Б.М. Особенности девиантного поведения детей и подростков в Дагестане //Актуальные проблемы социального образования / Под ред. Д.М. Маллаева и П.О. Омаровой. Махачкала, 2003. - Вып. 2. - С. 1721.

29. Георгиевский Д.Б. Дарвинизм. М.: Просвещение, 1985. - 271 с.

30. Гиндикин В .Я., Гурьева В. А. Личностная патология. М.: Триада-X, 1999.

31. Гнездилов А.В. Путь на Голгофу. СПб, 1995.

32. Горбатенко Г.Л. Героиновая наркомания у лиц молодого возраста: Учеб. пособие. -М., 1999.

33. Гордон Л. «Область возможного»: варианты социально-политического развития России и способность российского общества переносить тяготы переходного периода. М., 1995.

34. Горьковая И.А. Психический инфантилизм у подростков шестнадцати лет // Актуальные проблемы социальной психологии: Тезисы научных сообщений Международного симпозиума по социальной психологии. — Кострома, 1992. Ч. 3. - С. 88-89.

35. Гуревич М.О. Психопатология детского возраста. М.: Госмедиз-дат, 1932.

36. Гуров В.Н. Социализация личности: социальный педагог, семья и школа. — Ставрополь, 1995. 35 с.

37. Джекебаев У. О криминологических аспектах психологического взаимодействия людей в процессе общения. М., 1990.

38. Девиантное поведение подростков: причины, тенденции и формы социальной защиты / Под общ. ред. Ю.К. Клейберга. М. - Тверь, 1998.

39. Дерючева В.А. Социально-психологические особенности диагностики и коррекции кризисных состояний личности подростка: Автореф. дис. . канд. психол. наук. Ярославль, 2003.

40. Дерючева В.А., Шевчук В.Ф. Психологическая коррекция: некоторые проблемы и опыт их решения // Психотехнологии в социальной работе / Под ред. В.В. Козлова. Ярославль: МАПН, ЯрГУ, 2003. - Вып. 8. - С. 125127.

41. Дикая Л.Г., Махнач А.В. Отношение человека к неблагоприятным жизненным событиям и факторы его формирования // Психологический журнал. 1996. - № 3. С. 137 - 146.

42. Драгунова Т.В. Проблема конфликтов в подростковом возрасте // Вопросы психологии. 1972. - № 2. - С. 35-41.

43. Дриль Д.А. Малолетние преступники. М., 1888. - Вып. 2, 4.255 с.

44. Дьяченко О.М. Психолог в детском дошкольном учреждении. -М.: Новая школа, 1996.

45. Жуков A.JL. Гибкая модель тарифного регулирования заработной платы // Справочник кадровика. 2003. - № 1.

46. Журнал Министерства народного просвещения. 1912. - Февраль.

47. Зак А.И. Типы детской беспризорности и проституции // Вестник воспитания. 1914. - № 7.

48. Заика Е.В., Крейдун Н.П., Ячина А.С. Психологическая характеристика подростков с отклоняющимся поведением // Вопросы психологии. -1990.-№4.-С. 26-31.

49. Зайцев Д.К., Шабанов Ю.В. Причины и условия противоправных действий несовершеннолетних // Предупреждение правонарушений. -Минск: Наука и техника, 1969. 120 с.

50. Захарова А. И. Семейное воспитание и его дефекты // Социальная психология. Л.: Медицина, 1974. - С. 91-103.

51. Зотова О.И., Бобнева М.ИТ. Ценностные ориентации и механизм социальной регуляции поведения // Методологические проблемы социальной психологии. -М., 1975.

52. Зюбин JI.M. Учебно-воспитательная работа с трудными учащимися. М.: Высшая школа, 1982. — 191 с.

53. Ермаков В.Д. Социально-правовая профилактика правонарушений несовершеннолетних, связанных с недостатками семейного воспитания. М.: Юридическая литература, 1981. - 114 с.

54. Иванченко В.И., Асмолов А.Г., Ениколопов С.И. Установки личности и противоправное поведение // Вопросы психологии. 1991. - № 2. -С. 97-101.

55. Игошев К.Е. Опыт социально-психологического анализа личности несовершеннолетних. М.: Высш. шк. МООП СССР, 1967.

56. Идеал, утопия и критическая рефлексия / Отв. ред. В.А. Лекторский. -М.: РОССПЭН, 1996.

57. Иорданский Н.Н. Основы и практика социального воспитания. -М.: Работник просвещения, 1923. 192 с.

58. Исаев Д.Н. Психосоматическая медицина детского возраста. -СПб.: Специальная Литература, 1996.

59. Исурина Г.Л. Групповые методы психокоррекции и психотерапии // Методы психологической диагностики и коррекции в клинике. Л., 1983.

60. Калшед Р. Внутренний мир травмы: Пер. с англ. М.: Академический проект, 2001. - 368 с.

61. Калошина Т.Ю., Тимошенко Г.В. Марионетки в психотерапии. -М.: Изд-во Института Психотерапии, 2001. 192 с.

62. Каутский К. Происхождение христианства: Пер. с нем. — М.: Политиздат, 1990. 463 с.

63. Кащенко В.П. Педагогическая коррекция. Исправление недостатков характера у детей и подростков: Кн. для учителя. 2-е изд. - М.: Просвещение, 1994. -223 с.

64. Клюева Н.В. Психолог и семья: диагностика, консультации, тренинг. -Ярославль, 2001.

65. Козлов В.В. Работа с кризисной личностью. М., 2003. - 302 с.

66. Кон И.С. Психология старшеклассника. М., 1980.

67. Коррекционно-развивающие программы с использованием специального оборудования в работе с детьми и подростками. М. - Ярославль, 2002.-С. 9.

68. Королев В.В. Психические отклонения у подростков правонарушителей. - М., 1992.

69. Костяшкин Э.Г. Индивидуальная работа в школе с трудными подростками. М.: Знание, 1971. - 62 с.

70. Кочетов А.И. Мастерство перевоспитания. Минск, 1981. - 150 с.

71. Кочетов А.И. Перевоспитание подростка. М.: Педагогика, 1972.120 с.

72. Краткий психологический словарь / Сост. Л.А. Карпенко / Под общ. ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского. М.: Политиздат, 1985. -431 с.

73. Кроник А.А. Межличностное оценивание в малых группах. Киев,1982.

74. Кроник А.А. Установка и эталоны межличностного оценивания (модель и гипотезы) // Социальная психология личности / Отв. ред. М.И. Боб-нева, Е.В. Шорохова. М., 1979. - С. 184-220.

75. Кудрявцев В.Н. Правовое поведение: Норма и патология. М.; Наука, 1982-287 с.

76. Кудрявцев В.Н. Генезис преступления. Опыт криминологического моделирования: Учеб. пособие. -М.: ФОРУМ-ИНФРА, 1998. 216 с.

77. Кулаков С.А. На приеме у психолога подросток: Пособие для практических психологов. - СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И.Герцена, 2001. -350 с.

78. Лаптев Л.Г. Акмеологические основы эффективного воинского труда. М.: ИТАР-ТАСС, 1998. - 283 с.

79. Лебедев В.И. Личность в экстремальных условиях. — М., 1989.

80. Лебединский В.В. Нарушения психического развития у детей. — М., 1985.

81. Лебединская К.С., Райская М.М., Грибанова Г.В. Подростки с нарушениями в аффективной сфере: Клинико-психологическая характеристика «трудных» подростков. -М., 1988.

82. Лебон Г. Психология народов и масс. СПб., 1986. - 329 с.

83. Лесгафт П.Ф. Школьные типы. СПб., 1910. - 158 с.

84. Личко А.Е. Психопатии и акцентуации у подростков. Л.: Медицина, 1983.-255 с.

85. Личко А.Е. Подростковая психиатрия. Л.: Медицина, 1985.416 с.

86. Лоренц К. Агрессия: Пер. с нем. Прогресс, 1994. - 246 с.

87. Ломброзо Ч. Новейшие успехи науки о преступниках. СПб, 1892. - 160 с.

88. Люблинский П.И. Борьба с преступностью в детском и юношеском возрасте. М.: Наркомюст, 1922. - 302 с.

89. Лютова Е.К., Монина Г.Б. Шпаргалка для взрослых: Психокоррек-ционная работа с гиперактивными, тревожными и аутичными детьми. — М.: Генезис, 2000. 192 с.

90. Лютова Е.К., Монина Г.Б. Тренинг эффективного взаимодействия с детьми. СПб.: Речь, 2000. - 190 с.

91. Луначарский А.В. Проблемы народного образования. М.: Работник просвещения, 1923. - 206 с.

92. Мамайчук И.И. Психологическая помощь детям с проблемами в развитии. СПб.: Речь, 2001. - 220 с.

93. Мамайчук И.И. Психология дизонтогенеза и основы психокоррекции. СПб, 2000.

94. Мамайчук И.И. Психокоррекция детей и подростков с нарушениями в развитии. СПб., 1997.

95. Мануйлов Г.М. Психологическое проектирование в кризисном обществе // Человек. Власть. Общество: Материалы Азиатско-Тихоокеанского Международного Конгресса психологов. Хабаровск, 1998. — С. 62-64.

96. Маркеева М.В. Психологическая коррекция личности дезадаптированных подростков в условиях Центра социальной помощи детям: Авто-реф. дис. . канд. психол. наук. — Ярославль, 2002.

97. Макарова О. Ф. Подростки: агрессивность и психосоматика // Журнал практического психолога. — 1999. — № 7-8, июль август.

98. Марциновская Т.Д. Диагностика психического развития детей. -М.: Линка-Пресс, 1998.

99. Маслоу А. Дальние пределы человеческой психики. М.: Прогресс, 1997.-365 с.

100. Маслоу А. Мотивация и личность. СПб.: Евразия, 1999. - 478 с.

101. Мельникова Н.Н., Полев Д.М. ДУМ-1. Челябинск: ЧГТУ, 1997.

102. Можгинский Ю.Б. Агрессия подростков: эмоциональный и кризисный механизм. СПб.: Лань, 1999.

103. Молодцова Т.Д. Психолого-педагогические проблемы предупреждения преодоления дезадаптации подростков. Ростов-на-Дону, 1997.

104. Молодцова Т.Д. Диагностика, предупреждение и преодоление дезадаптации подростков. М., 1999. - 257 с.

105. Мудрик А.В. Общение как фактор воспитания школьников. М.: Педагогика, 1984. - 112 с.

106. Надирашвили Ш.А. Понятие установки в общей и социальной психологии. Тбилиси, 1974.

107. Насилие, жестокость, агрессия. Криминально психологическое исследование: Сборник научных трудов. ВНИИ проблем укрепления законов и правопорядка. - М., 1990.

108. Насилие, как образ жизни // Независимая газета. 1998. - № 135 (1706).-С. 5.

109. Наш проблемный подросток: Учеб. пособие. СПб.: Союз, 2001. -144 с.

110. Никитин В.Б., Спиридонов Л.И., Фомин Э.А. Об изучении эффективности социальной нормы как средства социализации // Человек и общество. Проблемы социализации индивида / Под ред. Б.Г. Ананьева, Л.И. Спиридонова. Л., 1971. - С. 110-117.

111. Новиков В.В. Социальная психология: феномен и наука. М.: ИП РАН, 1998.-393 с.

112. Овчарова Р.В. Практическая психология в начальной школе. -М.:ТЦ Сфера, 1996.

113. Овчарова В.В. Справочная книга школьного психолога. — М.,1993.

114. Озерецкий Н.И. Вопросы педагогики и детской неврологии. Л.,1924.

115. Осипова А.А. Введение в практическую психокоррекцию: групповые методы работы. М.: МОДЭК, 2000. - 240 с.

116. Осипова А.А. Введение в теорию психокоррекции. М.: Московский психолого-социальный институт; Воронеж: Изд-во НПО «МОДЭК», 2000. - 320 с.

117. Основы общей и прикладной акмеологии. М.: РАГС, 2000.

118. Педагогическая энциклопедия. М.: Работник просвещения, 1928.-Т. 2.

119. Пеньков Е.М. Социальные нормы регуляторы поведения личности. Некоторые вопросы методологии и теории. - М., 1972.

120. Политическая психология / Под общей ред. А.А. Деркача, В.И. Жукова, Л.Г. Лаптева. М.: Акадамический проект, Екатеринбург, 2001. -858 с.

121. Португалов В.О. Повальные чудачества. СПб., 1879. — 47 с.

122. Пильяшева И.Н., Игнатьева Н.Д. Психологические тесты. М.: ЛИСТ, 1995.

123. Пискарев Д.П. Социально-психологические стереотипы противоправного поведения молодежи. М., 1999. - 124 с.

124. Попов Ю.В., Вид В.Д. Современная клиническая психиатрия. — М., 1997.

125. Патаки Ф. Некоторые проблемы отклоняющегося (девиантного) поведения // Психологический журнал. 1992. - Т. 8. - № 4. - С. 91-102.

126. Прутченков А.С. Тренинг личностного роста. М., 1993.

127. Прутченков А.С. Тренинг коммуникативных умений. М., 1993.

128. Психокоррекция: теория и практика / Под ред. Ю.С. Шевченко, В.В. Добриденя и др. М.: НПЦ «Коррекция», 1995. - 222 с.

129. Психологические проблемы неуспеваемости школьников / Под ред. А.И. Кочетова. М.: Педагогика, 1971. - 146 с.

130. Психологические проблемы социальной регуляции поведения / Под ред. Л.В. Бороздина. М., 1976. - 321 с.

131. Психологические проблемы предупреждений педагогической запущенности и правонарушений несовершеннолетних. Воронеж: ВГТТУ, 1982.

132. Психология и педагогика: Учеб. пособие / Под ред. А.А. Бодале-ва, В.И. Жукова, Л.Г. Лаптева, В.А. Спасеника. М., 2002. - 585 с.

133. Психотерапия детей и подростков: Пер. с нем. / Под ред. X. Рем-шмидта. М.: Мир, 2000.

134. Рабочая книга практического психолога / Под ред. А.А. Бодалева, А.А. Деркача, Л.Г. Лаптева. М., 2002. - 640 с.

135. Рабочая книга школьного психолога / Под ред. Дубровиной И.В. -М., 1991.

136. Роджерс К. Взгляд на психотерапию. Становление человека: Пер. с англ. / Общ. ред. и предисл. Исениной Е.И. М.: Прогресс, 1994. - 480 с.

137. Рожков М.И., Ковальчук М.А. и др. Профилактика детской безнадзорности: Учеб.-метод. пособие. Ярославль: ЯГПУ, 20003. - 84 с.

138. Розов А.И. Некоторые психологические вопросы проблематики социокультурных норм // Вопросы психологии. 1992. - № 4.

139. Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. М.: Учпедгиз, 1946.-704 с.

140. Рябухин С.Н. Молодежь в условиях социально-экономической трансформации российского общества // Аналитический вестник Совета Федерации ФС РФ. 1999. - № 15 (103).

141. Саар Ю. Значение психических аномалий в формировании противоправного поведения // Психология аномальных различий. — Вильнюс, 1986.

142. Свиридов Н.А. Некоторые методологические проблемы социальной адаптации личности. Владивосток, 1994.

143. Селецкий Д. Н. Несовершеннолетние с отклоняющимся поведением. Киев, 1981. - 238 с.

144. Селецкий А.Н., Тарарухин С.А. Несовершеннолетние с отклоняющимся поведением. Киев: Вища школа, 1981. - 238 с.

145. Семенов В.Е. Базовые российские менталитеты и научно обоснованная политика // Человек. Власть. Общество. Материалы Азиатско-Тихоокеанского Конгресса психологов. Хабаровск, 1988. - С. 97-100.

146. Сартан Г.Н. Психотренинг по общению для учителей и старшеклассников. М., 1993.

147. Сергеева Н. Психологические характеристики личностных кризисов // Социальная психология XXI век.- Ярославль: МАПН, 1999. - Т. 2. -С. 283.

148. Смелзер Н. Социология: Пер. с англ. М., 1994.

149. Социальная психология личности / Под ред. М.И. Бобнева, Е.В. Шорохова. М., 1979.

150. Социальные отклонения: введение в общую теорию. М., 1984.

151. Социология преступности: Пер. с англ. — М., 1966.

152. Снежкова Н.Н. Исследование социально-психологических особенностей нормативного и отклоняющегося поведения учащихся: Автореф. дис. .канд. психол. наук. Ярославль, 2002.

153. Сухарева Г.Е. Лекции по психиатрии детского возраста. М.,1974.

154. Толстых Н.Н. Подростковый возраст // Вопросы психологии. -1984.-№3.

155. Узнадзе Д.Н. Психологические исследования. М., 1966.

156. Ушаков Г.К. Детская психиатрия. М.: Медицина, 1973.

157. Фельдштейн Д.И. Проблемы возрастной и педагогической психологии. М.: Педагогика, 1995. - 144 с.

158. Фурманов И.А. Детская агрессивность: психодиагностика и коррекция. Минск, 1996.

159. Черданцев А.Ф. Теория государства и права. М.: Юрайт-М., 2001.-432 с.

160. Холл С. Социальные инстинкты у детей и учреждения для их развития. СПб.: Школа и жизнь, 1913.

161. Черво Ю.Ю. Социально-педагогические условия коррекции отклоняющегося поведения подростков: Автореф. дис. .канд. пед. наук. М., 1977.

162. Шевчук В.Ф. Поведение личности: педагогические и психологические проблемы: Монография. Ярославль, 1991.

163. Шибутани Т. Социальная психология: Пер. с англ. М., 1969.

164. Эльконин Д.Б. Психолого-педагогическая диагностика: проблемы и задачи // Психодиагностика в школе. Таллинн, 1980.

165. Эльконин Д.Б. Психология обучения младшего школьника. М.,1976.

166. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. М.: Прогресс, 1996. -344 с.

167. Яковлев A.M. Взаимодействие личности и общности в системе социального контроля // Социальная психология личности / Отв. ред. М.И. Бобнева, Е.В. Шорохова. М., 1979. - С. 138-164.

168. Ялом И. Теория и практика групповой психотерапии. СПб.,1992.

169. Ясперс К. Общая психопатология: Пер. с нем. М.: Практика, 1997.- 1056 с.