Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Кравцова, Ольга Александровна, 2000 год

Введение

Глава 1. Что известно о сексуальном насилии? Направления современных исследований: отечественный и зарубежный опыт.

1.1. Отечественные исследования и статистические данные.

1.2. Социальные и культурные особенности явления.

1.3. Теории сексуального насилия.

Глава 2. Посттравматическая стрессовая реакция: история изучения, теории и диагностика.

2.1. История феномена, диагностические критерии.

2.2. Теории объяснения последствий экстремального негативного опыта.

Глава 3. Организация эмпирического исследования: материалы и методы

Глава 4. Психологические и психосоматические характеристики реакции на пережитое сексуальное насилие.

4.1. Анализ реакций пострадавших на материале психологических консультаций.

4.2. Анализ результатов по методике Дерогатиса.

Глава 5. Социальные и культурные аспекты сексуального насилия.

5.1. Взаимоотношения пострадавших с окружающими.

5.2. Представления об изнасиловании.

5.3. Обращение за помощью.

Глава 6. Характер изменений в системе базовых убеждений как реакции на пережитое сексуальное насилие.

Введение диссертации по психологии, на тему "Сексуальное насилие как психологическая травма"

Актуальность

Последние несколько десятилетий одной из актуальных проблем психологии является изучение возникновения и динамики специфических психологических реакций на травматические (экстремальные) жизненные события.

Разработке этой проблемы положили начало исследования, проводившиеся на ветеранах войны во Вьетнаме (работы американских психологов), в Афганистане (отечественная проблема). Жертвами экстремальных событий стали пострадавшие в результате катастроф (аварии в Чернобыле), стихийных бедствий (землетрясений), межнациональных конфликтов. В современной жизни, к сожалению, нет недостатка в примерах травматического жизненного опыта.

Схожесть долговременных психологических реакций на различного рода неконтролируемые негативные жизненные события позволила Американской Психиатрической Ассоциации в 1980 году ввести в Руководство по Диагностике Психических Болезней категорию посттравматической стрессовой реакции (ПТСР), включающей в свои критерии наличие интенсивного стрессора, выходящего за рамки обычного человеческого опыта, навязчивые мысли и воспоминания об этом событии, избегание всего, что может напомнить о травмирующей ситуации, повышенную возбудимость и продолжительность подобных симптомов в течение длительного времени (несколько месяцев и более) (Магомед-Эминов и др., 1990).

Движение научной мысли на современном этапе ставит ряд вопросов, требующих своего разрешения и, следовательно, дополнительных исследований.

Кроме первостепенного практического значения - как помочь пострадавшим справиться с ситуацией, как сделать возможным, облегчить и ускорить их возвращение к нормальной жизни, какие терапевтические методы наиболее эффективны в деле помощи жертвам травматического опыта, -проблема вызывает и теоретический интерес исследователей. Каковы механизмы возникновения и развития психологической реакции на травму, можем ли мы предсказать её динамику, каковы индивидуальные различия этой реакции на одно и то же травмирующее событие, и от чего эти различия зависят? Как особенности посттравматической стрессовой реакции связаны с характеристиками различных типов экстремальных стрессоров? Что делает эту реакцию столь продолжительной? Отрицательные события вызывают у нас шок, боль и дезорганизацию, но, если стрессор не имеет продолжительного воздействия, вслед за стадией острой реакции должна, казалось бы, наступать стадия адаптации. Но в случае посттравматической стрессовой реакции стрессор достигает такой интенсивности, что реакция, пусть даже на единичное событие, может длиться месяцами и годами, доказывая, что распространённое убеждение "время лечит" не всегда является верным.

Ответы на эти вопросы в конечном итоге послужат лучшему пониманию того, что происходит с человеком, пережившим травму, и как может осуществиться его психологическая реабилитация и социальная реадаптация.

Основной диагностический критерий ПТСР подразумевает наличие стрессора, "выходящего за рамки обычного человеческого опыта" (Магомед-Эминов и др., 1990, с.П). Здесь встаёт вопрос о правомерности понимания нормы как среднестатистической величины (или того, что справедливо для большинства), не учитывающей индивидуальных характеристик конкретного человека (Обсуждение понятия "нормы" см. работы Б.С.Братуся, например Братусь, 1988). Одно и то же событие может иметь совершенно разное значение для разных людей. Рассматривая проблему травматических событий, American Psychiatric Association особо выделяет категорию событий, которые, казалось бы, не выходят за рамки нормального, обычного человеческого опыта (например, смерть близких, семейные конфликты, хронические болезни), однако зачастую вызывают долговременные психологические проблемы у переживших эти события, аналогичные посттравматическому синдрому (DSM-3, 1987). Особенности личности, возраст жертвы, её взаимоотношения с окружающими существенно влияют на специфику течения и продолжительность посттравматической стрессовой реакции.

Определение травматического события также не уточняет природу и особенности стрессора. Между тем экстремальные негативные события могут быть классифицированы по различным основаниям, как-то:

- продолжительность воздействия (единичные случаи, как, например, ограбление, или продолжительные ситуации - войны, домашнее насилие);

- источник стрессора (стихийные, природные бедствия, как землетрясения, и трагедии, вызванные человеком - насилие);

- уникальность опыта (массовые катастрофы - войны, землетрясения, и индивидуальные трагедии - изнасилование, тяжелая болезнь, несчастный случай).

Единственным упоминанием об этих различиях в Руководстве по Диагностике Психических Болезней, как отмечает американский психолог Ronnie Janoff-Bulman, является замечание о том, что реакция пострадавшего, очевидно, будет гораздо более тяжёлой и продолжительной по времени, если стрессор - человеческого, социального происхождения (American Psychiatric Association., 1980, р.236, цит. по Janoff-Bulman, 1988).

На целесообразность различения травматических событий "стихийного" и "человеческого" происхождения в свете психологических последствий для их жертв, указывают многие исследователи (см., в частности, Пищелко, 1998; Frederick, 1980; Geis, 1981; Janoff-Bulman, 1985а, 1988).

Итак, на современном этапе изучения механизмов и предпосылок психологических последствий травмирующих жизненных событий актуальной становится задача изучения особенностей различных видов экстремальных стрессоров.

Отечественные психологи до недавнего времени основное внимание в рамках этой проблемы уделяли пострадавшим от массовых катастроф - войн, землетрясений, межнациональных конфликтов. Но не менее важные и серьёзные социальные и психологические вопросы вызывают последствия индивидуального, уникального травматического жизненного опыта. Согласно зарубежным исследованиям, одним из наиболее жестоких событий такого рода является сексуальное насилие (Kilpatrick et al, 1989).

Проблема сексуального насилия существует несколько веков, но предметом научного интереса стала совсем недавно, в начале 70-х гг. нашего века - в США, а затем в Европе (см., например, Hedlund, 1984). За три десятилетия накопилось внушительное количество литературы, посвящённой разным аспектам этой проблемы, как практического, так и теоретического характера, ведётся широкомасштабная социальная работа.

В России до последнего времени этот вопрос не был темой широкого обсуждения, а тем более - глубоких монографических исследований психологов. Появляющиеся в 90-е годы исследования посттравматического стресса, в том числе поднимающие проблему сексуального насилия над детьми (в частности, Шелкова и др., 1996; Черепанова, 1997), являются первыми в данной области. Кроме собственных исследований отечественных авторов, повышенное внимание уделяется также ознакомлению с опытом зарубежных коллег, результатом чего являются издаваемые переводные труды по проблеме насилия (см., например, Мэнделл, Дамон, 1998). От констатации социальной проблемы и признания факта её существования на протяжении долгого времени, психологи перешли к её серьёзному научному анализу.

В настоящее время в состоянии нашего общества можно отметить несколько тенденций, увеличивающих необходимость изучения последствий сексуального насилия. С одной стороны, ухудшается криминогенная обстановка, более частыми и повседневными становятся проявления девиантного поведения, насилие приобретает всё более изощрённые и жестокие формы. С другой стороны, с развитием общества нарастает потребность каждого человека в уважении приватности, личной свободы и безопасности, что заставляет острее реагировать на преступления против личности. Кроме того, в наше время снимаются многие табу, например, на открытые обсуждения сексуальных тем, а всё расширяющиеся возможности научного, социального и культурного обмена с зарубежными учёными и социальными работниками позволяют делать сравнения между ситуациями в разных странах и перенимать накопленный в этой области исследований опыт. Немаловажна и растущая роль феминистского движения, обращающего внимание общества на проблемы насилия над женщинами. Меняются социальные установки относительно изнасилования, расширяются юридические понятия, пересматриваются законы. Уровень защиты женщины выступает показателем культуры общества (Антонян и др., 1990).

Острая нужда в изучении проблемы психологических последствий насилия вообще и сексуального насилия в частности закономерно обусловливает тот факт, что первые труды, посвящённые этому вопросу, носят характер методических рекомендаций по оказанию психологической, медицинской, правовой и социальной помощи пострадавшим. Появление различных центров помощи жертвам насилия является важным шагом на пути решения проблемы, и во многом психологи используют опыт работы с пострадавшими, накопленный в других странах. На основании практической работы можно свидетельствовать, что ситуация по проблеме насилия в нашей стране, к сожалению, ничуть не лучше, чем за рубежом, а во многом, вероятно, и хуже, хотя здесь также недостаёт специального учёта.

Не умаляя важности и первостепенной необходимости исследований именно практического характера, нужно признать также целесообразность и своевременность научно-теоретического анализа проблемы сексуального насилия: выявления специфики культурных и социальных особенностей отечественной ситуации, рассмотрения различных теоретических концепций, в рамках которых могут проводиться эмпирические исследования и осуществляться психологическая помощь, накопления собственного практического и научного опыта в этой области.

Таким образом, актуальность данного исследования определяется важностью и назревшей потребностью обращения к последствиям именно уникального, индивидуального травматического опыта, наиболее жестоким примером которого является сексуальное насилие, а также необходимостью рассмотрения изнасилования как особого экстремального психологического стрессора, с учетом современных концепций психологии травмы.

Соглашение о терминах

Следует оговориться, что вообще жертвой изнасилования может быть человек любого возраста и любого пола. Однако поскольку, во-первых, в настоящей работе мы не будем касаться самостоятельной обширной темы насилия над детьми, и во-вторых, в подавляющем большинстве случаев изнасилования взрослых насильником является мужчина, а жертвой - женщина, то мы будем употреблять существительное "женщина" и местоимение "она" применительно к жертве изнасилования.

Также нужно отметить, что слово "жертва" используется в данной работе без уничижительной нагруженности, на которую часто указывают социальные работники, а просто как синоним слов "пережившая" или "пострадавшая".

Термины "изнасилование" и "сексуальное насилие" применяются в общеупотребительном смысле - означают принуждение к сексуальной близости против желания, или действия сексуального характера (чаще всего половое сношение) с применением насилия, угроз либо использованием беспомощного состояния потерпевшей - и употребляются здесь как взаимозаменяемые.

Предмет исследования

Предмет данного исследования составили острые и долговременные психологические последствия, возникающие в результате перенесенного сексуального насилия, а также факторы, определяющие специфику этого вида стрессора.

Объект исследования

1. Психологические проблемы жертв сексуального насилия, проанализированные на материале индивидуальных психологических консультаций 52 пострадавших и их близких, обратившихся за помощью в Московский Центр Помощи пережившим сексуальное насилие "Сестры".

2. Оценки по 8 основным категориям базовых убеждений (благосклонности окружающего мира - персонализированного и неперсонализированного, -контролируемости событий, понятиям о случайности и везении, самоценности и самоконтроля) 488 респондентов, заполнивших шкалу базовых убеждений; из них 67 человек заполнили длинный вариант опросника, в который входили, помимо вышеназванной шкалы базовых убеждений, опросник для оценки выраженности психопатологической симптоматики 8СЬ-90-Я (шкала Дерогатиса) и Методика Исследования Самоотношения (МИС).

3. Мнение 172 респондентов, отвечавших на опросник отношения к мифам об изнасиловании.

Цель исследования

Целью данного исследования является анализ сексуального насилия как специфической психологической травмы - с учетом современных подходов к пониманию и объяснению долговременных психологических последствий, возникающих у его жертв, а также сравнение отечественного и зарубежного опыта изучения проблемы.

В соответствии с этой целью были поставлены следующие задачи, решение которых составило содержание глав настоящей работы.

Теоретические:

1. Описать различные классификации ситуаций сексуального насилия и взаимоотношений "насильник - жертва".

2.Изучить систему социальных представлений об изнасиловании.

3.Рассмотреть основные теории, дающие объяснение девиантному сексуальному поведению.

4.Рассмотреть современные теории последствий экстремального жизненного опыта и описать теоретико-методологическую основу эмпирического исследования.

Эмпирические:

5. Показать, что изнасилование является травмирующим жизненным событием, вызывающим в большинстве случаев интенсивные психологические проблемы.

6.Рассмотреть влияние ситуации насилия на особенности реакции жертвы.

7. Описать разнообразие типов отношений пострадавшей с другими людьми.

8.Проанализировать распространённость социальных установок относительно явления сексуального насилия.

9.Изучить изменения представлений жертв об окружающем мире, людях и самом себе вследствие пережитого травмирующего опыта.

10. Рассмотреть психологические проблемы, возникающие у жертв сексуального насилия, с точки зрения современных теоретических концепций возникновения и механизмов реакции на травмирующее жизненное событие.

Основные гипотезы

1. Сексуальное насилие является интенсивным стрессором, который вызывает как острые, так и долговременные психологические последствия у большинства пострадавших.

2. Изнасилование как экстремальный стрессор имеет свои особенности, связанные с природой травмы (источником стресса является другой человек, причем взаимоотношения насильника и жертвы играют существенную роль в последующих проблемах пострадавшей) и социокультурными факторами (на психологические последствия изнасилования оказывают немаловажное влияние отношение окружающих людей: реакции значимых близких, культурные установки).

Методы исследования

Анализ научной литературы, посвященной проблеме изнасилований.

Опросник World Assumption Scale (Janoff-Bulman, 1989a), выявляющий основные компоненты отношения к окружающему миру и самому себе: благосклонность, справедливость и контролируемость неперсонализированного мира и окружающих людей; самоценность, степень самоконтроля и собственного везения; случайность происходящих событий;

Метод исследования самооценки (Пантилеев, 1993);

Опросник для оценки выраженности психопатологической симптоматики SCL-90-R (шкала Дерогатиса);

Для качественного анализа использовались материалы индивидуальных консультаций пострадавших от сексуального насилия и их близких.

Научная новизна

В настоящем исследовании проанализирована важная, но мало изученная отечественной психологией проблема - сексуальное насилие и его последствия.

Впервые показаны отличия и особенности изнасилования как экстремального стрессора; его характеристики, оказывающие влияние на особенности реакции пострадавших. Источником травмирующего опыта является ситуация насильственного ограничения контроля, исходящая от другого человека, и долговременные психологические последствия для пострадавших включают понижение доверия к людям и уменьшение субъективного контроля за происходящими событиями.

Подробно рассмотрены социальные представления об изнасиловании, виды взаимоотношений насильника и жертвы, реакции значимых близких на произошедшее насилие, как факторы, влияющие на интенсивность и динамику последствий для пострадавшей и определяющие специфику данного вида стрессора.

Опробована новая теоретическая и методическая основа для анализа последствий экстремального травмирующего опыта. Выделены и рассмотрены вероятные механизмы возникновения долговременных последствий психологической травмы, их взаимодействия с особенностями стрессора.

Проведено сравнение отечественной и зарубежной феноменологии. Указаны возможные направления дальнейших исследований, очерчен круг проблем, требующих научного рассмотрения.

Практическая значимость работы

Результаты работы дают возможность применения новых методов и методологии как количественного, так и качественного анализа при диагностике переживших разного рода травмирующие события, что, в свою очередь, позволяет повысить эффективность оказываемой им помощи. Материалы данного исследования могут быть использованы при организации специальных образовательных программ для медицинских, правоохранительных, социальных и психологических служб, работающих с пострадавшими от изнасилования.

Результаты проведённого исследования используются в практической работе в Московском Независимом Центре помощи пережившим сексуальное насилие "Сестры" и в Центре психологической помощи вынужденным мигрантам, работающим при поддержке УВКБ ООН - как при работе с пострадавшими, так и при подготовке образовательных программ.

Апробация работы

Результаты исследования были представлены

- в докладе и тезисах "Сексуальное насилие как психологическая травма" на Международной конференции студентов и аспирантов по фундаментальным наукам "Ломоносов-96", Секция: Психология. Тезисы. Москва, 1996, с. 23-25;

- в статье "К вопросу о механизмах посттравматического стресса", "Вестник Университета Российской Академии Образования", № 1, 1999, с. 49-56;

- в статье "О психологических последствиях сексуального насилия", "Вестник МГУ. Серия 14. Психология", № 2, 1999, с. 80-90;

- в статье "Теории сексуального насилия" (в соавторстве с С.Н.

Ениколоповым), "Прикладная психология", № 4, 1999, с. 45-53.

На защиту выносятся следующие положения

1. Сексуальное насилие является травмирующим жизненным событием, которое в большинстве случаев вызывает у пострадавших интенсивные психологические проблемы, наиболее существенными из которых являются депрессия, тревожность и чувство вины. В результате перенесенного сексуального насилия у пострадавших наблюдается понижение чувства контроля над собственной жизнью. Данные изменения носят долговременный характер.

2. На характер последствий изнасилования для пострадавшей существенное влияние оказывают особенности ситуации и взаимоотношений между насильником и жертвой. У переживших насилие знакомым человеком выше уровень депрессии и самообвинения, а у жертв изнасилования незнакомцем понижено чувство справедливости и контролируемости событий. Те пострадавшие, для кого изнасилование стало первым сексуальным опытом, видят мир и себя более негативно.

3. Изнасилование, как травмирующее событие, источником которого является злая воля другого человека, ухудшает отношение жертвы к людям. Социальная поддержка, помощь значимых близких имеют особо важное значение для пострадавших от сексуального насилия.

4. Сексуальное насилие включает в себя сложнейшие переплетения культурных, социальных и моральных норм и представлений, которые могут служить причиной вторичной виктимизации жертвы.

5. Перечисленные факторы могут рассматриваться как особенности травматического стрессора в ситуации сексуального насилия и как характеристики отличия этого вида стрессора от других экстремальных событий, вызывающих долговременные психологические проблемы.

Заключение диссертации научная статья по теме "Общая психология, психология личности, история психологии"

1. Выводы

1. Изнасилование - жестокое преступление против личности, с долгой историей существования и совсем небольшой -г научного психологического изучения.

Наш анализ отечественной ситуации подтверждает необходимость дальнейшей работы как в направлении теоретических исследований, так и в деле практического оказания помощи пострадавшим от сексуального насилия. Неразработанность проблемы последствий изнасилования как в научном, так и социальном плане позволяет сделать вывод о том, что в условиях отечественной ситуации вопрос о необходимости и своевременности такой работы стоит ещё более остро, чем в других странах.

2. Сексуальное насилие - сильнейший стрессор, вызывающий у большинства пострадавших тяжёлые эмоциональные последствия. У жертв изнасилований наблюдается самый высокий процент образования посттравматической стрессовой реакции среди жертв преступлений (Кл1ра1хюк е1 а1, 1989). Даже попытка изнасилования приводит к интенсивным психологическим проблемам.

Пострадавшие от сексуального насилия испытывают различные страхи, гнев, депрессию, проблемы с самооценкой, разнообразные психосоматические симптомы. Как реакция на происшедшее возникают проблемы одиночества, отчуждённости и опустошения, чувства отсутствия будущего и жизненной перспективы, утраты контроля, незнания собственных желаний и потери интереса к жизни, неуверенности в себе, проблемы взаимоотношения с другими. Появляются различные сексуальные дисфункции психогенного характера.

3. Многообразие ситуаций сексуального насилия рождает и различия проблем у пострадавших. Случаи могут отличаться по продолжительности воздействия, виду отношений насильника и жертвы. Реакции пострадавших на разные виды насилия различаются, начиная от самой ситуации насилия и поведения во время нападения и заканчивая долговременными проблемами и запросом обращения к профессиональной помощи. У пострадавших от изнасилования знакомыми выше уровень депрессии, они больше винят себя в происшедшем. Для переживших насилие со стороны незнакомца характерно понижение чувства справедливости и контролируемости событий (предпочтение отдается принципу случайности). Те, для кого изнасилование было первым сексуальным опытом, отличаются более негативными показателями отношения к миру и отражённой самоценности.

4. Особенностями сексуального насилия как экстремального стрессора является то, что его жертвы оказываются в ситуации сложнейшего переплетения правовых, медицинских, социальных, культурных проблем. Взаимодействие факторов и неоднозначность причин совершения изнасилования приводит к многочисленным мифам и установкам относительно ситуаций и поведения жертв, что зачастую служит причиной вторичной виктимизации и значительно усложняет, а порой и открыто препятствует получению пострадавшей адекватной и своевременной помощи. Таким образом, социальные представления об изнасиловании оказывают существенное влияние на интенсивность и динамику реакции пострадавшей.

5. Немаловажно то, что негативные установки часто разделяют и члены семьи, а ведь именно поддержка близких особенно важна для переживших травмирующее потрясение, особенно такое, как насилие, результатом которого является изменение отношения к людям.

Справедливости ради нужно сказать, что, хотя семья пострадавшей часто рассматривается как источник вторичной травматизации жертвы, лишающий её необходимой помощи, мы видим много примеров и того, что члены семьи, переживая тяжёлые эмоциональные проблемы вместе с пострадавшей, прикладывают всяческие усилия для оказания всесторонней поддержки. В то время как жертва может быть настолько подавлена происшедшим, что не в состоянии проявлять какую-либо активность, часто именно её близкие становятся инициаторами обращения за посторонней помощью.

6. Специфика психологических последствий травмирующего события состоит не только в том, что происходит негативное событие экстремальной интенсивности. Потеря человеком контроля над происходящим, нарушение личных границ, тем более в самой интимной сфере, как это происходит в случае сексуального насилия, - всегда воспринимается болезненно. Дополнительная проблема состоит в некоторой "вторичной" реакции - человек не просто переживает, что с ним произошло экстремальное негативное событие, но ему обязательно надо понять, почему так могло случиться и случилось, найти, какой это имеет смысл, ответить на вопросы "Почему это произошло именно со мной?", "Что я сделал не так?" и "Как теперь жить дальше?". В особой мере эти вопросы характерны и для жертв сексуального насилия.

Распространённая среди пострадавших реакция самообвинения - поиска в своём поведении, внешности или личности провоцирующих насильника характеристик, - кроме поиска смысла в событиях, связана в случае сексуального насилия также и с особенностями стрессора. Во-первых, источником травмирующего опыта является другой человек (совершающий не случайное и нечаянное действие, а злонамеренный поступок, в котором жертва участвует в качестве объекта) - следовательно, у пострадавшей встаёт вопрос о возможных провокационных действиях, повлиявших на желания и поведение преступника. Во-вторых, в обыденном сознании это преступление часто перекликается с якобы аналогичными добровольными ситуациями (сексуальным поведением), которые действительно во многом зависят от физических характеристик и элементов поведения.

7. Неудивительно, что, кроме острых реакций, это экстремальное событие вызывает и долговременные проблемы. Изнасилование меняет взгляд жертвы на мир и окружающих людей, вторгаясь в её систему убеждений и нивелируя её базовые потребности в контроле и безопасности собственной жизни, в осмысленности мира. Пострадавших от сексуального насилия отличают пониженные показатели отношения к людям и восприятия собственного контроля за происходящими событиями. Эти изменения носят долговременный характер.

2. Практические рекомендации

Исследования сексуального насилия и практическая работа по улучшению ситуации ведутся во всем мире по трём основным направлениям (Marshall et al, 1990):

1. Работа с пострадавшими - психологическая, медицинская, юридическая помощь.

2. Работа с преступниками.

3. Превентивные меры.

С признанием обществом проблемы сексуального насилия за все три области работы взялись и отечественные психологи. Поскольку наша работа посвящена проблемам жертв, рассмотрим практические рекомендации по направлениям работы с пострадавшими и превентивных мер.

Работа с пострадавшими

Изучение жертв показывает, что травма, следующая за изнасилованием, имеет характер индивидуальный и приватный. Иногда именно степень жестокости стрессора существенно влияет на реакцию жертвы. Однако, часто последствия нападения определяются не природой изнасилования, а скорее, травмой и конфликтом, вызванным в конкретной женщине изнасилованием, на определённом этапе её жизни, когда случилось изнасилование, и её способностями справляться с проблемами и трудностями в повседневной жизни. Необходимая помощь, таким образом, варьирует в зависимости от социальной и эмоциональной жизненной ситуации пострадавшей в период случившегося преступления, от поддержки, которую она получает от окружающих, от её контактов (если таковые есть) с социальными институтами, терапевтами и т.д. Согласно некоторым данным (см. Hedlund, 1984), это зависит также от того, когда она обратилась за помощью (относительно нападения).

В нашем исследовании опробована новая методическая основа для изучения последствий экстремального травмирующего опыта, дающая возможность как количественного, так и качественного анализа. Для практической работы психологов с жертвами сексуального насилия кроме общих, статистических различий между группами пострадавших, полезно обратить внимание и на их индивидуальные ответы, чтобы понять, в каком направлении необходима работа.

Произошедшее событие наносит удар по разным аспектам личности жертвы и вызывает различные потребности в процессе выздоровления. (Wills, 1987b). Согласно модели преодоления стресса (Cohen, Wills, 1985; Wills, Shiftman, 1985) внимание и усилия по восстановлению должны быть направлены именно на те аспекты, которые подверглись удару и разрушению в результате экстремального негативного опыта. Если основной реакцией на травмирующее событие явилось понижение самооценки, то наиболее эффективной поддержкой будет та, которая повышает утраченную самоценность и самоуважение. Если в результате травмы у пострадавшего возникло чувство неопределённости и неуверенности, необходимо направить усилия на восстановление чувства контроля и осмысленности событий. У некоторых пострадавших изменения в картине мира носят более локальный характер и с большей лёгкостью поддаются восстановлению либо исправлению в свете изменившихся обстоятельств, сохраняется оптимистичный взгляд на мир и себя. У кого-то удару подвергаются глобальные структуры, что приводит к более долговременным и болезненным последствиям.

Наше исследование показало, что основными долговременными последствиями пережитого сексуального насилия являются понижение доверия к людям и ослабление чувства собственного контроля за происходящими событиями. Можно предположить, что основная терапевтическая работа с пострадавшими должна вестись именно в этих направлениях, а также в восстановлении самоценности. Herner советует давать пострадавшим право и возможность самим принимать даже небольшие решения, восстанавливая субъективную связь между собственными дейтствиями и их последствиями, уменьшая тем самым чувство бессмысленности и непредсказуемости мира (Herman, 1992).

Согласно Kilpatrick и его соавторам (Kilpatrick et al, 1982), терапия жертв сексуального насилия должна быть основана на следующих допущениях:

1. Пострадавшие разделяют мифы об изнасиловании.

2. Пострадавшие не могут концептуализировать свой опыт.

Как утверждает Pennebaker, проговаривание (собеседнику или даже себе самому, записи в дневнике) облегчают процесс переработки негативного опыта (Pennebaker, 1990).

3. У пострадавших нет достаточной информации о проблемах, связанных с пережитым изнасилованием, которые они могут испытывать.

4. У них также может не быть навыков, чтобы справиться с этими проблемами.

Помощь пострадавшим может быть оказана по нескольким направлениям (см., например, Wills, 1987b):

1. Поддержка самооценки.

Исследования показывают, что травмирующий опыт наносит удар по самоценности индивида. Поэтому большая часть усилий терапевта должна быть направлена на поддержку и укрепление пошатнувшейся самооценки. (Это Wills отмечает для жертв любого экстремального опыта, однако, как мы видели, сомнения и вопросы относительно ценности себя являются характерной проблемой жертв изнасилования). Взаимодействия с терапевтом должно утверждать пациента в мысли, что человек ценен и уважаем просто как человек.

2. Информационная поддержка.

Другая функция помощи - обеспечение содействия в решении проблемы, информации о возможных альтернативах, советы в принятии решении и направлении действий. Беседа с оказывающим помощь человеком может редуцировать стресс, т.к. он помогает прояснить природу или локус проблемы и правильно оценить стресс с точки зрения его угрозы, интенсивности, продолжительности (Pearlin, 1985).

3. Мотивационная поддержка: подбадривание, усиление позитивных надежд.

4. Инструментальная поддержка. Материальная помощь, помощь с детьми, с работой по дому, транспортом. Это может помочь как напрямую, так и уменьшая когнитивное переполнение (когда слишком много проблем одновременно). К сожалению, в нашей стране ещё не создана широкая система шелтеров ("убежищ"), в котором жертвы (например, супружеского насилия) могут некоторое время пожить, для выхода из травмирующей ситуации.

В случае пережитого сексуального насилия для пострадавшей важна эмоциональная поддержка психолога при медицинском обследовании и при обращении в правоохранительные органы.

Непосредственная психологическая работа с пострадавшими может иметь форму индивидуальной консультации и группы поддержки. Хотя ситуации сексуального насилия разнообразны и индивидуальны, групповой вид терапии может выполнять полезные функции. Поскольку жертвы часто оказываются в изоляции из-за уникальности своего опыта и последующих проблем, участвуя в группах, они могут по крайней мере говорить о своих воспоминаниях и пережитом опыте, оказать друг другу эмоциональную (выразить признание и одобрение) и информационную (например, научить приёмам успешного противостояния стрессовым реакциям) поддержку. Кроме адаптивной для жертв "стратегии" сравнения с худшим (Wills, 1987а), на наш взгляд, посещение группы может быть для пострадавшей источником "сравнения с лучшим": поскольку распространённой реакцией на изнасилование является понижение самооценки и обвинение своего поведения и характера в происшедшем, занятие в группе может дать возможность посмотреть на других жертв со стороны и понять, что, хотя они являются "нормальными", сильными личностями, с ними произошло схожее событие.

На наш взгляд, необходимы также группы поддержки и для членов семьи пострадавших от сексуального насилия, во время которых они могли бы обсудить собственные реакции на происшедшее и выработать оптимальные способы действий по оказанию наиболее эффективной помощи жертвам. (Так же, как в случае насилия над детьми групповая работа ведётся со взрослыми, "для осознания и анализа особенностей взаимоотношений между взрослым и ребёнком" - Мэнделл, Дамон, 1998).

Превентивные меры

Поскольку явление изнасилования является не только психологической, но в большой мере социальной и культурной проблемой, необходима социальная и образовательная работа, направленная на "идею" изнасилования, на установки и мифы относительно сексуального насилия.

Опыт показывает, что многие, компетентные в других случаях, врачи, медсестры, социальные работники и особенно работники правоохранительных органов в случае изнасилования неспособны оказать адекватную поддержку жертвам. Одним из таких факторов является недостаток специфического опыта работы с пострадавшими от изнасилования, другим - невозможность справиться со своими собственными предубеждениями и установками по отношению к сексуальному насилию. Эти факторы указывают на необходимость специального тренинга для медицинских работников и милиционеров, работающих с пережившими насилие.

Образовательные программы должны также проводиться и для населения, особенно для молодого поколения. Целесообразно проводить специальные занятия для ознакомления с распространённостью явлений сексуального насилия и способами противостояния насилию.

3. Возможные направления дальнейших исследований

Так же, как и практическая работа, изучение явления сексуального насилия должно вестись не только с индивидуальной точки зрения. Это обширная проблема с многочисленными факторами и перспективами анализа: культурной, психологической, медицинской и социальной. Наряду с продолжением исследований его последствий для жертв, необходимо дальнейшее рассмотрение этого вида травмирующего стрессора также на фоне культурных факторов и обстоятельств.

Особый интерес может вызвать вопрос о культурных различиях, которые могут быть выражены в разных сторонах явления сексуального насилия:

- криминологической - распространённости преступления, особенностей ситуаций и характеристик насильников;

- социальной - общественных установках и стереотипах по отношению к ситуациям насилия и пострадавшим;

- личностной - особенностях посттравматической реакции жертв.

Направления исследований последствий сексуального насилия для жертвы можно классифицировать по основным факторам, определяющим продолжительность и тяжесть психологической реакции после травмы, выделенным Van der Kolk (1987а): интенсивность стрессора, генетическая предрасположенность, фаза развития индивида, социальное окружение и поддержка, предшествующая травматизация, особенности личности.

Мы подробно обсуждали важность особенностей стрессора и социальной поддержки на реабилитацию пострадавших. Однако анализ различия ситуаций сексуального насилия и влияния обстоятельств преступления на характер протекания посттравматической реакции может и должен быть продолжен и углублен.

Проблема изучения последствий психологической травмы включает также вопрос о том, нужно ли подчёркивать схожесть долговременных реакций на различные виды негативных жизненных событий (изучать посттравматическую стрессовую реакцию как реакцию на любое экстремальное событие), или делать акцент на особенностях стрессоров (исследовать, в частности, отдельно Rape Trauma Syndrom). С одной стороны, очевидно, что специфика стрессора оказывает своё немаловажное влияние на характер последствий. С другой стороны, поиск причинности и смысла события, рефлексия пострадавшими своего отношения к миру, людям и самому себе носит универсальный характер. Видимо, должен быть достигнут некоторый компромисс в решении этого вопроса, и наряду с генерализованными выводами относительно последствий любой психологической травмы, необходимо изучать и специфику разных типов экстремальных стрессоров. Мы увидели, что даже внутри проблемы сексуального насилия существует множество нюансов и аспектов, требующих отдельного изучения. Разные ситуации вызывают разные проблемы, и следовательно, требуют разной работы по реабилитации пострадавших.

Очень обширной и важной темой для исследований является детское и домашнее насилие (Черепанова, 1997; Шелкова и др., 1996; Мэнделл, 1998). Мы говорили о важности жизненного этапа, во время которого произошло насилие, как об одном из главных факторов, определяющих последствия травмы для потерпевших. В случае надругательства над детьми травмирующее событие, а чаще всего - их продолжительная последовательность, происходят ещё на фазе формирования личности, отношения к окружающему миру, людям и самому себе. У детей, выросших в обстановке постоянного насилия и унижения, формируется искажённая картина мира, нарушается естественное чувство доверия к окружающим и безопасности, понижается собственная значимость и ценность. Формирующийся в таких условиях человек часто просто не знает другого способа отношения к миру и взаимодействия с другими, нежели агрессия, защита и недоверие, что в свою очередь рождает новое насилие. Психолог Ирина Чёрненькая, работающая в Центре "Сёстры", отмечает, что в её практике общения с пострадавшими от домашнего насилия нередко встречаются случаи, когда женщина до определённого времени считает своё детство счастливым и безоблачным, и только после рождения ребёнка, когда в общении с ним вдруг начинают проявляться приступы необъяснимой агрессии, рефлексируя и анализируя своё поведение, начинает вспоминать насилие, которое над ней производили в детстве её родители. В случае сексуального насилия над детьми в семье проблема отношения с окружающими, с противоположным полом, нарушения восприятия себя и собственного тела встаёт ещё более остро. Пережившие насилие в детстве чаще всего не умеют говорить "нет", не ценят себя как личность, воспринимают себя опозоренными, недостаточно уважают себя и не уверены в себе. По этим причинам велика вероятность того, что во взрослом возрасте они будут изнасилованы снова. Ожидание агрессии может даже вызывать провоцирующее поведение (Черепанова, 1997; Мэнделл, 1998).

Согласно исследованиям Seligman'a и коллег, если субъект, делая попытки избежать негативного воздействия, не достигает успеха, он прекращает эти попытки, и, самое главное, не возобновляет их даже тогда, когда объективно возможность влияния на это негативное воздействие появляется (см. об этом Ford, Brehm, 1987). К сожалению, беседы с некоторыми взрослыми пострадавшими показывают, как необходима способность к психологическому сопротивлению, какую важность имеют исследовательская и образовательная работа в этом направлении.

Нужно ещё раз подчеркнуть, что, на наш взгляд, виктимологией -изучением особенностей поведения потерпевших, оказывающих влияние на развитие и исход преступной ситуации, - должны заниматься прежде всего психологи, нежели криминологи (см.: Конышева, 1988). Если в криминологии целью виктимологического рассмотрения характеристик жертвы является перенесение части вины или ответственности за преступление с преступника на пострадавшую, то психологическое изучение виктимности должно искать ответы на совсем другие вопросы, а именно - как уменьшить вероятность попасть в число жертв, как помочь людям, подвергшимся нападению, избежать худших отрицательных последствий для себя, и как справиться с негативными психологическими реакциями, если событие всё же произошло. Так же, как учат физической самообороне, возможно, есть смысл учить и психологической сопротивляемости, которая в некоторых случаях может изменить ход и последствия преступной ситуации. Некоторые криминологи, приводя классификацию насильников, дают также и рекомендации по способам поведения жертв, применимым в каждом из типов ситуаций взаимодействия с преступником (см., например, Бут, 1994).

Ещё одной обширной областью исследований может стать изучение индивидуальных различий сопротивляемости травматическому стрессу и тех "преморбидных" характеристик, которые могут оказывать влияние на течение и продолжительность посттравматической стрессовой реакции.

Процесс воображения может играть центральную роль в формировании и развитии PTSD. Связь PTSD и локуса контроля была установлена в работах ряда авторов. Оказалось, что существует прямая корреляционная зависимость между степенью выраженности PTSD-синдрома и уровнем экстернальности" (Тарабрина, Лазебная, 1992, с. 19; см. также Lefcourt, 1980). Спорным является вопрос о выраженности стремления к поиску необычных, "острых" ощущений как характерологической черты у страдающих PTSD (Тарабрина, Лазебная, 1992).

Согласно результатам исследования Burgess & Holmstrom долговременных последствий изнасилования, 29% тех пострадавших, которые не излечились в течение 5 лет после нападения, были женщины с более бедной преморбидной адаптацией, чем 39%, которые излечились через 6 месяцев. Женщины с предшествующими личностными проблемами фиксировались на хронической стадии беспомощности с хронической тревожностью и фобическим поведением после изнасилования. (Burgess, Holmstrom, 1978). Аналогичные результаты относительно зависимости реакции на изнасилование от общих характеристик успешности борьбы со стрессами были получены в исследованиях Atkeson, Calhoun, Resick & Ellis (Atkeson et al, 1982); Frank, Turner, Jacob & West (Frank et al, 1981).

Методологическая парадигма, используемая в данной работе, может служить основой исследования преморбидных особенностей личности (также как и фазы развития индивида) и их влияния на переносимость травмирующего жизненного события и на образование посттравматической стрессовой реакции. Согласно концептуальной модели базовых убеждений, с одной стороны, можно ожидать, что люди с более ригидной системой будут испытывать большие трудности после разрушения своих убеждений экстремальным событием, с другой стороны, возможно, более стабильная картина мира позволяет менее болезненно вписать травмирующее событие в жизненный опыт личности.

Интересен вопрос и относительно "когнитивной сложности" - становится картина мира проще или сложнее после перенесённой психологической травмы? Можно предположить, что относительно некоторых характеристик понимание мира становится проще - выстраивается более чёткая иерархия ценностей, приходит большее осознание того, что имеет важное значение, а что - нет. Знание ценностей, собственно, и называется мудростью. С другой стороны, оценки и суждения становятся менее однозначными; человек понимает, что случиться может всякое, однако хрупкость бытия не приводит уже к мысли о бессмысленности мира и бесполезности существования. Человек обретает иной смысл, смысл отношения (Франкл, 1990), и, следовательно, этим сохраняет за собой право контроля над собственной жизнью и право выбора. Некоторые исследования (см., например, Linville, 1987) говорят в пользу того, что картина мира у зрелых людей является более комплексной и состоит из большего количества "измерений" для оценки окружающего мира и происходящих в нём событий. Другие работы (Higgins, King, 1981) показывают, что аффективно значимые "схемы" более доступны осознанию, т.е. в результате травмирующего события могут измениться не сами базовые убеждения, а их осознанность и значимость.

Кратко рассмотрим гипотетические пути развития ситуации относительно распространённости сексуального насилия. С одной стороны, если точка зрения феминистов на изнасилование как на элемент противоборства полов верна, не будет ли увеличение количества изнасилований попыткой мужчин "взять реванш" над всё более эмансипированными женщинами? Не повлияет ли увеличивающееся сексуальное раскрепощение на половую безответственность?

С другой стороны, сексуальная революция может сыграть и противоположную роль в ситуации с изнасилованиями. Отмирают убеждения, что только мужчина заинтересован в сексуальных отношениях, а женщина лишь подчиняется его желаниям, снимается моральный запрет на женский прямой ответ "да" по отношению к интимному контакту, отношения полов становятся более честными и теряют часть своей двусмысленности.

С дальнейшим развитием общества и привлечением внимания к проблеме изнасилований расширяется понятие сексуального насилия (раньше, например, супружеское насилие не считалось изнасилованием, а теперь считается), и усиливается нетерпимость к подобному посягательству на личность, что может привести к увеличению статистических показателей распространённости явления.

В любом случае проблема как преступной агрессии и насилия, так и оказания помощи пострадавшим остаётся актуальной и должна решаться комплексно, совместными усилиями криминологов, психологов, медицинских и социальных работников.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Кравцова, Ольга Александровна, Москва

1. Антонов-Романовский Г.В., Лютов A.A. "Виктимность и нравственность" // Вопросы борьбы с преступностью, Вып. 33. Москва, 1980.

2. Антонян Ю.М., Голубев В.П., Кудряков Ю.Н. "Изнасилования: причины и предупреждение". Москва: ВНИИ МВД, 1990.

3. Антонян Ю.М., Ткаченко A.A. "Сексуальные преступления: Чикатило и другие". Москва: Амальтея, 1993.

4. Бодров В.А. "Психологический стресс: развитие учения и современное состояние проблемы". Москва: ИПРАН, 1995.

5. Братусь Б.С. "Аномалии личности". Москва: Мысль, 1988.

6. Бут Н.Д. "Как избежать сексуального насилия" // "Насильственные преступления: природа, расследования, предупреждение". Москва: ВНИИ МВД, 1994, с. 99-107.

7. Васильченко Г.С. "Сексопатология". Москва: Медицина, 1990.

8. Горяинов К.К "Жертвы насилия и их защита" // "Преступное насилие". Под ред. Ю.М.Антоняна, С.Ф. Милюкова. Санкт-Петербург: ВНИИ МВД России, СПб ВШ МВД России, 1994, с. 54-65.

9. Дворянчиков Н.В. "Полоролевая идентичность у лиц с девиантньш сексуальным поведением". Автореф. дисс. канд. психол. наук. Москва: МГУ, 1998.

10. Климова Т.А. "Феномен судьбы: перспективы изучения". Москва: Материалы международной конференции студентов и аспирантов по фундаментальным наукам "Ломоносов-96", 1996, с.22-23.

11. Кон И.С. "Введение в сексологию". Москва: Медицина, 1988.

12. Конышева Л.П. "Судебно-психологическая экспертиза психического состояния несовершеннолетней жертвы изнасилования". Дисс. канд. психол. наук. Москва: ВНИИ Проблем укрепления законности и правопорядка, 1988.13