Автореферат диссертации по теме "Психологические предикторы и детерминанты формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации"

На правах рукописи

ХМЕЛЕВСКАЯ Ольга Евгеньевна

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРЕДИКТОРЫ И ДЕТЕРМИНАНТЫ ФОРМИРОВАНИЯ НАРКОТИЧЕСКОЙ АДДИКЦИИ ЛИЧНОСТИ С НАРУШЕНИЕМ АДАПТАЦИИ

19.00.01 - Общая психология, психология личности, история психологии

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Красноярск - 2005

Работа выполнена на кафедре психологии труда и инженерной психологии ГОУ ВПО «Сибирский государственный технологический университет»

Научный руководитель: доктор психологических наук, доцент

Орлова Светлана Николаевна

Официальные оппоненты: доктор психологических наук, доцент

Нанюкова Юлия Геннадьевна

кандидат психологических наук, Завалихина Руслана Султановна

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Новосибирский государственный

педагогический университет»

Защита состоится 15 декабря 2005 г. в 10 часов на заседании диссертационного совета КМ 212.253.02 по присуждению ученой степени кандидата психологических наук при ГОУ ВПО «Сибирский государственный техн'Логический университет» по адресу: 660049, г.Красноярск, ул. Ленина, 71, в зале заседания диссертационного совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Сибирского государственного технологического университета по адресу: 660049, г.Красноярск, пр. Мира, д. 82.

Автореферат разослан 14 ноября 2005 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

Андриенко А.В.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

¿¿¡¿шч ы>

Актуальность исследования. Стратегический потенциал любого государства определяется здоровьем нации. Следствием глубоких внутренних противоречий, возникающих в период смены морально-этических норм, является нарушение психологического здоровья личности и возрастание в обществе поведенческих девиаций. Наркотическая аддикция как одна из форм девиантного поведения осознается серьезной психологической и социальной проблемой нашего общества. В этой связи возникает необходимость идентификации признаков, предположительно участвующих в формировании наркотической аддикции.

Результаты теоретических и экспериментальных исследований свидетельствуют о том, что наркотическая адцикция представляет собой полиморфное явление, формирование которого тесно связано с дефицитом эмоциональных контактов на ранних этапах онтогенеза личности (К.Хорни, Д.В.Виттникотг, М.Малер), с неспособностью субъекта устанавливать долговременные эмоциональные контакты (П.Куттер), с влиянием отрицательного опыта, высокой восприимчивостью и эмоциональной незрелостью (Л.Г.Леонова, Н.Л.Бочкарева). Большинство исследований устанавливает прямую зависимость между особенностями адаптации личности в стрессовых условиях (С.И.Билкей, Т.С.Бузина, И.А.Должанская, ВЛ.Семке) и формированием у нее наркотической аддикции. Низкая фрустрационная толерантность, сопровождаемая напряженностью, ощущением враждебности окружающего мира, влияет на внутреннее состояние несформированной личности (Х.Томэ, Х.Кэхеле, Ф.Риман), вызывает у нее стремление к уходу от реальности и приводит к формированию наркотической аддикции (А.Л.Катков, Ц.П.Короленко, Т.А.Донских, Р.Ассаджиоли, С.Гроф, В.Агеев, В.Лебедько).

Несмотря на многочисленные теоретические и экспериментальные исследования последнее десятилетие характеризуется количественным ростом лиц, страдающих наркоманией (по данным исследователей А.В.Кирдяпкиной, О.К.Галактионова, Е.А.Кошкиной, А.Л.Игонина, Ю.Б.Тузиковой). Как показала практика, профилактика наркотической зависимости личности, основанная на устрашении, является неэффективной, а предпринимаемые меры без учета детерминирующих признаков данной аддикции не имеют перспективы. В то же время продолжает уделяться большое внимание именно вторичной профилактике с применением жестких мер по пресечению явления наркомании.

В связи с вышесказанным можно отметить, что современные условия жизнедеятельности личности обострили ряд противоречий, а именно:

- между потребностью общества в здоровой личности, характеризующейся социально-приемлемым поведением, и современными социально-экономическими условиями, провоцирующими формирование адциктивного поведения;

- между необходимостью нивелирования адциктивного поведения личности и отсутствием требуемых ресурсов для реализ ~ ¡с, связанных

с коррекцией аддикций;

- между потребностью личности в самореализации в социально одобряемой деятельности и современными социально-экономическими условиями, провоцирующими девиантные формы поведения на фоне общественного кризиса.

Кроме того, разрешение проблемы формирования наркотической аддикции позволит выделить и преодолеть противоречия между теоретическими исследованиями в данной области и их практическим воплощением, что дает возможность объяснения и прогнозирования развития наркотической аддикции. Отсюда вытекает актуальность темы исследования «Психологические предикторы и детерминанты формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации».

Целью нашей работы является выявление психологических предикторов и детерминант, лежащих в основе формирования наркотической аддикции.

Объект исследования - психологическая адаптация личности.

Предмет исследования - психологические предикторы и детерминанты формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации.

В основу исследования была положена рабочая гипотеза: формирование наркотической аддикции личности обусловлено нарушением ее адаптации в ранние периоды онтогенеза на основе совокупности психологических предикторов и детерминант.

Исходя из поставленной цели исследования, определения его объекта, предмета, рабочей гипотезы были сформулированы задачи исследования:

- выявить взаимосвязь между нарушением психологической адаптации и формированием наркотической аддикции личности;

- охарактеризовать девиантное поведение личности как способ ее адаптации;

- рассмотреть наркотическую аддикцию как форму девиантного поведения личности;

- организовать опытно-экспериментальную работу по выявлению психологических предикторов и детерминант формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации.

Теоретико-методологическую основу исследования составили общенаучные принципы познания, позволившие рассмотреть феномен наркотической аддикции как целостное явление в совокупности и взаимодействии различных сторон с позиций детерминизма, системности и развития (С.Л.Рубинштейн, Б.Г.Ананьев и др), единства медико-социального и психологического подходов; фундаментальные положения общей психологии о феномене адаптации (Л.С.Выготский, А.Н.Леонтьев, В.А.Петровский), психоаналитические представления о развитии личности (З.Фрейд, М.Малер, К.Хорни, Д.В.Винникотг), предоставившие возможность обосновать психологические условия формирования наркотической аддикции как факта нарушения детско-материнских отношений на ранних этапах развития личности.

В качестве общего основания для осмысления различных проявлений адаптации в работе использовались концепция стресса (Г.Селъе, Р.Лазарус) и

концепция влияния аномии на формирование девиаций в обществе

(Э.Дюркгейм, Р.К.Мертон), позволившие обосновать взаимосвязи между социально-политическим кризисом в стране и возникновением общественной дезориентации, повлиявшей на формирование наркотической аддикции личности.

Методы исследования. Для решения поставленных задач и проверки гипотезы в процессе исследования использовались общенаучные методы системного анализа (моделирование процесса, анализ, синтез); методы психологического исследования (анкетирование, наблюдение, беседа, генеалогический метод, экспериментально-статистический, методы математической статистики). Для решения поставленных задач была использована тестовая батарея, представленная методиками: диагностики показателей и форм агрессии А.Басса и А.Дарки (адаптация А.К.Осницкого), проективным рисуночным тестом РБ-ЯикЗу С.Розенцвейга, личностной шкалой проявления тревоги Дж.Тэйлора, шкалой самооценки Ч.Д.Спилбергера, Ю.Л.Ханина, определения уровня невротизации и психопатизации (УНП), а также авторским стандартизованным опросником.

Организация, база и этапы исследования. Базой исследования явились федеральные службы занятости населения Приморского края и коммерческое предприятие ООО «Медицинский центр Шорина» (690108, г.Владивосток, ул. Четвертая, д.8). В соответствии с целью диссертационной работы для реализации поставленных задач и подтверждения шпотезы из генеральной совокупности 372 мужчин была сформирована группа из 110 человек, находящихся в период исследования под клиническим наблюдением, исключающим прием наркотиков.

Исследование проводилось в период с 1999 по 2005 годы среди безработных мужчин 17-25 лет, страдающих героиновой наркоманией, и включало в себя несколько этапов.

На первом этапе (1999-2000 г.г.) определялись исходные теоретические позиции, разрабатывалась общая гипотеза работы, психологический инструментарий, авторский опросник и базисная карта для психологического исследования личности.

На втором этапе (2000-2003 г.г.) уточнялись теоретические позиции исследования, изучалась личностная история респондентов с применением генеалогического метода, проводилось их интервьюирование и комплексное психологическое тестирование. Также осуществлялась работа по формированию исходного множества основных психологических признаков, включившая в себя выбор рабочей модели исследования и определение ее параметров. Весь собранный и формализованный материал был занесен в единую компьютерную базу данных, на основе которой с помощью информационной технологии апробировались интегральные схемы.

На третьем этапе (2004-2005 г.г.) с помощью многомерного пошагового статистического анализа проверялась рабочая гипотеза исследования, интерпретировались и оформлялись результаты опытно-экспериментальной работы. На основании математического критерия классификации переменных

получены психологические предикторы и детерминанты формирования наркотической адцикции личности. Проводилась проверка и подтверждение полученных выводов, результаты исследования внедрялись в практическую деятельность, разрабатывалась коррекционная программа психологической реабилитации личности с наркотической адцикцией.

На защиту выносятся следующие положения.

1. Нарушения физического и психического здоровья матери и ребенка в период беременности и родов приводят к деформации детско-материнских отношений на ранних этапах развития личности ребенка на фоне отрицательных эмоциональных переживаний матери вследствие социальной нестабильности, что определяет способ взаимодействия развивающейся личности с миром и провоцирует риск формирования наркотической адцикции в процессе ее жизнедеятельности.

2. Исследование личности с нарушением адаптации выявило взаимосвязанные социокультурные и личностные особенности ее становления в процессе жизнедеятельности и позволило синтезировать их в интегральные показатели, а также дифференцировать наиболее значимые из них в психологические предикторы, лежащие в основе наркотической адцикции личности, по общим и разобщающим признакам.

3. Определение параметров социокультурных и личностных характеристик исследуемого процесса на основе многомерного пошагового анализа методом главных компонент и дискриминантного анализа позволило установить две детерминанты формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации, а именно: «Ранние диадные отношения Мать - Дитя» и «Базовое доверие», которые реализуются как основа исследуемого процесса при нарушении их становления в онтогенезе.

4. Установленные психологические детерминанты и выявленные предикторы позволили вывести этиологический алгоритм формирования наркотической аддикции личности с нарушениями адаптации и дифференцировать исследуемых субъектов в классы: 1) с положительным прогнозом (респонденты, родившиеся здоровыми, с самым поздним по времени развитием наркотической аддикции); 2) с пограничной структурой личности (респонденты с осложненным рождением, а также единичными признаками ранней невротизации личности в виде энуреза, сноговорения, снохождения, наличия страхов, заикания); 3) с эмоциональным симбиозом (респонденты с тяжелыми множественными нарушениями психологического и физического здоровья в раннем возрасте, возникшими вследствие физического или психологического нездоровья матери в течение беременности и родов).

Наиболее существенные результаты, полученные соискателем лично, их научная новизна:

1. Разработана интегральная методологическая стратегия для исследования наркотической адцикции личности, сущность которой заключается в последовательной реализации: анализа методом главных компонент,

дискриминантного анализа, составления классификационной матрицы (дистанция расстояний Д2 Махаланобиса), что позволило получить аналитический результат в данной совокупности исходных значений.

2. Впервые методом главных компонент на основе 117 социокультурных и личностных признаков у субъектов с наркотической (героиновой) аддикцией выявлены 15 интегральных показателей, определяющих психологические особенности исследуемых субъектов: «Особенности раннего развития»; «Воспитание в семье»; «Особенности появления на свет»; «Дисфункциональность семьи»; «Знакомство с ПАВ»; «Единственные дети - Младшие дета»; «Переживания страха»; «Адаптация семьи в социуме»; «Эмоциональная слоновость - Норма»; «Делинквентность - Тревожность»; «Отношение к фрустрации»; «Социальная тревожность»; «Личностная тревога».

3. Впервые опытно-экспериментальным путём доказана взаимосвязь особенностей раннего развития личности с условиями формирования героиновой аддикции. На практическом материале выделено 16 психологических предикторов и две психологические детерминанты, определяющие формирование наркотической адцикции личности с нарушением адаптации.

4. На основе выявленных психологических предикторов типологизирована наркотическая аддикция по степени ее тяжести, определяемой их идентифицированностью, и выделены: наркотическая аддикция с положительным прогнозом результатов психологической коррекции; наркотическая аддикция с неустойчивым прогнозом результатов психологической коррекции; наркотическая аддикция с отрицательным прогнозом результатов психологической коррекции.

5. Впервые с учетом выявленных психологических детерминант субъекты с наркотической аддикцией дифференцированы по трем иерархическим классам, а именно: 1) с положительным прогнозом; 2) с пограничной структурой личности; 3) с эмоциональным симбиозом.

6. На основе выявленных психологических предикторов разработан этиологический алгоритм раннего распознавания факторов риска формирования наркотической аддикции личности, сущность которого заключается в своевременной идентификации признаков, ведущих к формированию героиновой аддикции.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что разработанный этиологический алгоритм представляет один из перспективных подходов к комплексному анализу формирования наркотической аддикции личности и позволяет идентифицировать конкретного субъекта в зависимости от имеющихся признаков. Результаты проведенного исследования расширяют знания о наркотической аддикции как феномене с установленными и классифицированными признаками, способствующими развитию деструктивных процессов формирования адциктивной личности, что обогащает теорию общей психологии (раздел «Поведение»), психологии личности (раздел «Социализация личности») и девиантологии (раздел «Наркотическая аддикция»).

Практическая значимость работы заключается в том, что на основе полученных результатов исследования разработана и предложена для внедрения программа дифференцированной оценки риска формирования наркотической аддикции в зависимости от имеющихся нарушений на ранних этапах онтогенеза личности. Предложенная совокупность признаков, влияющих на формирование наркотической адцикции, позволяет ее прогнозировать и составлять целенаправленные программы первичной профилактики в образовательных учреждениях различного уровня. Выявленные психологические предикторы обеспечивают раннее комплексное наблюдение лиц, относящихся к группе риска развития наркотической аддикции. Полученные данные также могут служить основой для организации мероприятий по вторичной профилактике наркомании. Разработанная программа психологической реабилитации личности с наркотической аддикцией, основанная на классификации субъектов и типологии наркотической аддикции, может быть использована в профилактической и коррекционной работе практических психологов.

Достоверность результатов исследования обеспечивается логикой исходных методологических позиций автора; использованием интегральной методологической стратегии, включающей пошаговый анализ, когда на каждом шаге программы STATISTICA 1999 для Windows, версия 5.5А просматривались все переменные и выбиралась та из них, которая вносила наибольший вклад в различие между совокупностями; применением валидных и падежных средств; корректностью проведения поэтапного психологического эксперимента, а также содержательным анализом результатов исследования и экспериментальной апробацией положений.

Апробация и внедрение научных результатов. Основные положения диссертации доложены и обсуждены на международных научно-практических конференциях: «Социальные, правовые, медицинские аспекты психиатрии, наркологии, психотерапии», Владивосток-Томск, 1997; «Этика, деонтология в медицине на современном этапе», Владивосток-Томск, 1998; посвященной 100-летию кафедры психиатрии и наркологии СПбГМУ им. академика И.П.Павлова, 2000; «Психосоматические нарушения на рубеже тысячелетия», Владивосток-Томск, 2000; посвященной 100-летию психиатрической службы Амурской области, Благовещенск, 2005; а также на научно-практических конференциях: посвященной 60-летию психиатрической и 30-летию наркологической служб Алтая, 1998; 1-й Тихоокеанской научно-практической конференции студентов и молодых ученых медиков с международным участием: «Актуальные проблемы экспериментальной, профилактической и клинической медицины», Владивосток, 2000; X научной отчетной сессии НИИ психического здоровья СО РАМН, Томск, 2001.

Практические результаты исследования внедрены в систему специализированной психологической помощи, оказываемой безработным жителям Приморского края в рамках программы первичной профилактики наркомании, а также при составлении индивидуальных психокоррекционных

программ для лиц с наркотической аддикцией в ООО «Медицинский центр Шорина» г. Владивостока.

Структура и объем диссертации: работа состоит из введения, двух глав, содержащих шесть параграфов, заключения, библиографического списка, включающего 183 источника, и трех приложений. Диссертация иллюстрирована 10 рисунками и 21 таблицей.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновываются актуальность темы исследования, объект, предмет, цель, формулируется гипотеза, определяются задачи, методологическая основа; также представлен обзор этапов, методов; раскрываются научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы.

В первой главе «Теоретическое исследование проблемы формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации» рассматривается феномен адаптации с точки зрения различных подходов, представленных в зарубежной и отечественной литературе к пониманию этого явления, раскрывается сущность и содержание психологической адаптации и причины ее нарушения, лежащие в основе формирования девиантного поведения личности.

Имеющееся многообразие существующих концепций является отражением многоуровневого содержания феномена адаптации. Анализ психологической литературы выявил связь между нарушением адаптационных механизмов и предшествующими ему дисгармоничными межличностными отношениями, характеризующимися напряженностью, неустойчивостью, переживанием эмоционального дискомфорта, наличием пролонгированных конфликтных ситуаций. Эффективная психологическая адаптация является необходимым условием успешной реализации мотивированного поведения личности в конкретных условиях среды, а ее характер определяет свойства этого поведения. Сформированные в раннем детстве модели межличностных взаимоотношений обосновывают в дальнейшем взрослые связи (М.Мид, М.Кляйн, О.Кернберг), определяя поведение субъекта в ситуациях фрустрации и способствуя формированию неуспешных копинг-стратегий (D.Roger, ОЛагаэ, М.Перре, У.Бауманн). Низкая фрустрационная толерантность, ощущение психологического вакуума рождают страх потери идентичности у личности с изначально нарушенной адаптацией, формируют защитные реакции, направленные на упрощение и упорядочение мира, что до некоторой степени обеспечивает состояние психологического комфорта. В сензитивные жизненные периоды утрата собственной непрерывности и социального признания приводит личность к кризису идентичности и является причиной дезадаптации в обществе (Э.Эриксон, К.Роджерс). Однако тяжесть стрессовых ситуаций не всегда обусловливает тяжесть нарушений адаптации. Свой вклад в неадекватную реакцию на стресс вносят личностная организация и общественные нормы и ценности (Г.И.Каплан, Б.Дж.Сэдок). В этой связи изучение адаптации можно

рассматривать как один из перспективных подходов к комплексному изучению развития отклонений личности.

К нарушению психологической адаптации и формированию у личности девиантного поведения приводят несоответствие жизненного опыта идеалам, воплощенным в социальных нормах, возникновение общественной запутанности и дезориентации. В период социальной аномии отмечается рост девиаций, направленных на преодоление фрустраций и осуществляющих адаптивную функцию (Э.Дюркгейм, Р.Мертон). Характер девиаций зависит от того, каким образом человек отвечает на возникающие трудности: созидательными или разрушительными действиями. Несбалансированность психических процессов, неадаптивность, нарушение процесса самоактуализации, уклонение от контроля над собственным поведением устанавливают способы взаимодействия с реальностью. Исследования В.Д.Менделевича выявили пять типов девиантного поведения: делинквентное, адциктивное, патохарактерологическое, психопатологическое и формируемое на базе гиперспособностей. В контексте пашей работы внимание акцентировано на аддиктивном поведении и, в первую очередь, рассмотрена наркотическая аддикция.

Адцикция характеризуется возникновением стремления к уходу от реальности путем искусственного изменения психологического состояния посредством приема некоторых веществ или постоянной фиксацией внимания на определенных видах деятельности, направленных на развитие и поддержание интенсивных эмоций (Ц.П.Короленко, Т.А.Донских, В.Я.Семке). Среди факторов, способствующих формированию наркотической адцикции личности с нарушением адаптации, установленными считаются следующие: неблагоприятная наследственность (А.М.Гадириан, А.А.Гунько, Т.А.Киткина); неполная или дисфункциональная семья (Г.А.Милушева, Н.Г.Найденова, С.А.Кулаков), в которой воспитание осуществляется по типу гипер- или гипоопеки; наличие жесткого контроля в семье; авторитарность; эмоциональная депривация; отсутствие взаимопонимания с родителями.

Характерными чертами субъектов с адцикцией называют эмоциональную незрелость, низкую фрустрационную толерантность, снижение самооценки, тревожность, блокирование потребности в защищенности, свободе, самоутверждении, потребность в одобрении, эгоцентризм, неуверенность, обвинение других, избегание проблем (В.А.Ананьев, З.В.Коробкина, С.А.Кулаков, П.Кутгер). Подчеркивается склонность наркозависимых лиц к рискованным формам поведения, стремление к переживанию запредельных эмоций, даже ценой собственного здоровья (Т.С.Бузина, И.А.Должанская). При этом утверждается, что наркотическая аддикция является проявлением скрытых суицидальных тенденций, самодеструкции, имеющей функции обвинения окружающих (П.Кутгер). С точки зрения психоаналитических представлений на развитие аддикций, нарушение ранних объектных отношений (Д.В.Винникотг), страх полной дезинтеграции покинутого младенца (Б.Докар-Дрисдейл), страх быть поглощенным, отсутствие четко обозначенных границ (О.Кернберг),

невозможность родителей поддержать ребенка в трудное время, формирование ошибочных целей в детские годы «всплывают» на поверхность взрослой жизни и приводят к нехватке позитивной интернализации (Р.Дрейкурс). «Уход» от реального настоящего и неясного будущего с помощью наркотиков способствует снижению тревоги и имеет защитный характер, когда поиски утешения и покоя во внешнем мире завершаются приемом психоактивных веществ и погружением в себя.

В то же время неясными остаются причины формирования аддикции как возможности приспособления к окружающей действительности, этот вопрос нуждается в дальнейшем углубленном изучении. Данный вывод позволил нам обосновать необходимость продолжения поиска психологических предикторов и детерминант, определяющих формирование наркотической аддикции личности с нарушением адаптации, с целью открытия новых возможностей совершенствования профилактических мероприятий и улучшения качества психокоррекционной работы. Реализация замысла проходила в процессе опытно-экспериментальной работы, анализ которой представлен во второй главе «Опытно-экспериментальная работа по выявлению психологических предикторов и детерминант формирования наркотической аддикции личности» с помощью интегральной методологической стратегии.

На первом этапе было определено социокультурное пространство формирования наркотической аддикции личности и сделан промежуточный вывод о значимости отдельных обстоятельств в нарушении ее психологической адаптации. Установлены следующие факторы: в подавляющем большинстве случаев родители респондентов по социальному статусу принадлежали к категории «служащие» - 63,6% случаев; в воспитывающей роли чаще всего выступала мать - 59,2% случаев; было обнаружено проявление двух негативных стилей воспитания: по типу гиперопеки 76,4% случаев и 23,6% случаев гипоопеки; только 17,3% респондентов расценили свои отношения с родителями как хорошие; у 35,4% респондентов родители страдают алкоголизмом, наркоманией, психическими расстройствами; нарушение ранних детско-материнских отношений отмечено в 17,3% случаев (отсутствие грудного вскармливания); первыми или единственными в семье детьми были 54,5% респондентов; непостоянство интересов в детские и школьные годы отмечалось в 36,4% случаев; неполное высшее и высшее образование имелось в 50,9% случаев; знакомство с алкоголем и начало курения табака в большинстве случаев было поздним - в юношестве - 56,4% и 54,5% соответственно; опыт приобщения к наркотикам совпал с первым самостоятельным проживанием вне стен дома у 42,7% респондентов. Проведенный сравнительный анализ определил социокультурное пространство изучаемой выборки и позволил перейти к следующему этапу - получению интегральных показателей нарушения адаптации.

Изучаемые признаки (117) ввиду большого количества были разбиты на два блока. На первом шаге анализа взаимосвязь и изменчивость первого блока социокультурных признаков (58) представилась восьмифакторным конструктом,

объяснившим 52,9% общей изменчивости и описавшим восемь определяющих интегральных показателей (ИГТ), участвующих в динамике развития наркотической адцикции:

1. ИП «Особенности раннего развития», указывающий на наличие или отсутствие в истории жизни субъектов черт ранней невротизации, переживание ими тяжелых стрессовых ситуаций в подростковом периоде и взаимосвязь данных факторов с образовательным уровнем индивидов;

2. ИП «Воспитание в семье», отражающий воспитательный процесс в семьях респондентов с развившейся наркотической аддикцией, отсутствие гармоничных дружеских отношений в семье;

3. ИП «Особенности появления на свет», описывающий наличие или отсутствие осложнений во время беременности и родов;

4. ИП «Дисфупкциональность семьи», выявляющий устранение родителей от своих прямых обязанностей и неустойчивость мотивации воспитателя к развитию заинтересованности ребенка в каких-либо занятиях;

5. ИП «Знакомство с ПАВ», указывающий на попытки самоутверждения подростков в референтной группе с помощью курения сигарет и употребления алкоголя;

6. ИП «Единственные дети - Младшие дети», отражающий психологическую значимость места ребенка в семье - «порядковый номер рождения» и «возраст респондентов»;

7. ИП «Переживание страха», выявляющий шлейф психологического неблагополучия на ранних этапах развития ребенка, влияющий иа успешность последующей адаптации личности;

8. ИП «Адаптация семьи в социуме», фиксирующий факт нарушения профессиональной адаптации родителей и вследствие этого их психосоциальную дезадаптацию.

Анализ второго блока переменных - 59 личностных характеристик - выявил семифакторную структуру, объяснившую 49,9% общей изменчивости, и семь интегральных показателей, лежащих в основе формирования наркотической аддикции личности:

1. ИП «Переживание незащищенности», указывающий на внутреннюю незащищенность, ранимость одних и умеренно выраженные переживания этих состояний у других респондентов;

2. ИП «Эмоциональная слоновость - Норма», отражающий у исследуемых лиц трудности в осознавании собственных чувств;

3. ИП «Переживание чувства неполноценности», выявляющий умеренное ощущение чувства вины и низкую ситуативную тревожность у одних лиц, противостоящие высокому чувству вины и высокой ситуативной тревожности у других;

4. ИП «Делинквентность - Тревожность», определяющий проблему социального взаимодействия у одних исследуемых индивидов, отличавшихся в

подростковом возрасте делинквентным поведением, и отсутствием правонарушений у других, однако с высоким уровнем тревоги;

5. ИП «Отношение к фрустрации», указывающий на низкую фрустрационную толерантность субъектов исследуемой выборки и их невозможность конструктивного реагирования на стрессовые ситуации;

6. ИП «Социальной тревожности», выявляющий тревогу, которой сопровождается любое межличностное взаимодействие, воспринимаемое как посягательство на личностную территорию;

7. ИП «Личностной тревоги», отражающий трудности трансляции себя миру, слабую способность к самовыражению, отгороженность и закрытость.

Сжатие первичных признаков до 15 интегральных показателей позволило перейти ко второму этапу - пошаговой модели дискриминации. В результате данной процедуры остались 13 значимых интегральных показателей (37 признаков) и высветились две дискриминантные функции, синтезировавшие пять интегральных показателей (16 признаков), определивших предрасполагающие к формированию наркотической аддикции предикторы. Предиктор - это любая характеристика, как индивида, так и среды, по которой можно составить индивидуальный прогноз в отношении возникновения явления в будущем (В.Д.Москаленко).

Первая дискриминантная функция (69% общих дискриминантных возможностей) объединила четыре разнонаправленных интегральных показателя («Особенности раннего развития», с одной стороны; «Воспитание в семье», «Переживание страха», «Адаптация семьи в социуме» - с другой стороны). Вторая дискриминантная функция (31% общих дискриминантных возможностей) представлена одним интегральным показателем «Особенности появления на свет» (рисунок 1). На основании общности этиологических критериев были сформированы две психологические детерминанты (ПД)- Под психологической детерминантой понимается аналитическое представление закономерностей, включающих совокупность интегральных психологических и психосоциальных переменных, вносящих наибольшую значимость в сходство или различия (признаков, объектов, кластеров, групп) и ассоциированных с наркотической аддикцией (О.К.Галактионов). Первая ПД - «Ранние диадные отношения Мать-дитя» - определила важность детско-материнских отношений для формирования здоровой адаптации и связанный с их нарушением риск развития у личности наркотической аддикции в последующие годы. Вторая ПД - «Нарушение базового доверия» - отразила значимость первых месяцев жизни ребенка, психологического и физического здоровья матери, обеспечивающей субъекту базовое доверие миру. Нарушение здоровья матери, ее психологическое неблагополучие в сочетании с тяжелыми родами служат фундаментом, являющимся фактором риска формирования наркотической аддикции личности.

Важным этапом явилось составление классификационной матрицы, разделившей субъекты выборки на три иерархических класса со сходствами и отличиями между ними (дистанция О2 Махаланобиса). При этом выявилась

отдаленность третьего класса по своим признакам от первого и второго классов (27,45 и 26,31 соответственно), согласно совокупности взаимосвязанных признаков, входящих в выявленные психологические детерминанты. Матрица указала на точность процедур в определении объектов, принадлежащих к одному из трех получешшх классов. Достоверность проведенной классификации по полученным предикторам (13 интегральных показателей - две психологические детерминанты) позволяет с точностью до 98,2% правильно предсказывать дифференциацию трех классов (таблица 1). С точностью до 95,65% доли предикции классификационная матрица выявляет субъектов 1-го класса. Вероятность ошибки учитывает 4,35% - 2 человека из 3-го класса оказались неотделимы от лиц 1-го класса. Абсолютная доля (100%) классифицированных субъектов наблюдается во 2-ом и 3-ем классах. Высокая степень достоверности дала возможность представить алгоритм нарушения адаптации и формирования у личности наркотической адцикции (таблица 2).

Таблица 1- Классификационная матрица предикторов

КЛАССЫ ТОЧНОСТЬ, Р=0,418, Р=0,200, Р=0,382, ВСЕГО

% 1 класс 2 класс 3 класс чел.

1 95,65 44 0 2 46

2 100 0 22 0 22

3 100 0 0 42 42

ИТОГО 98,2 44 22 44 110

Примечание: Строки - наблюдаемые субъекты. Столбцы - предсказуемые субъекты

Классификационная матрица представила полярность 1-го и 3-го классов в пространстве 2 ДФ, в которых общим оказалось переживание страха в значимые жизненные периода: в первом случае - переживание страха утраты значимою объекта в возрасте до трех лет (длительные расставания с матерью) - 4,8% случаев против 19% соответственно (Р<0,04); во втором случае - возникновение страха и тревоги на ранних этапах развития из-за нарушений здоровья матери (физического и психологического) во время беременности и имеющихся нарушений в ходе родовой деятельности - 76,2% против 47,6% соответственно (Р<0,006), а также перенесенных психотравмирующих событий в подростковом возрасте - 71,4% против 19% соответственно (Р<0,0001).

На положительном полюсе первой дискриминантной функции (рисунок 1) представлен первый класс (п1=42) - «Лица с положительным прогнозом». Он составлен субъектами, не имеющими при рождении отягощающих факторов, повлекших за собой в той или иной степени раннюю невротизацию. Пятилетние наблюдения указали на относительное психологическое здоровье и благоприятность для проведения комплексной психологической коррекции лиц этого класса. Данные испытуемые характеризуются относительной однородностью признаков, указывающих на стойкие ремиссии с периодами воздержания от приема наркотиков более шести месяцев. Они хорошо

адаптированы в семье, окружены заботливыми людьми, при трудоустройстве легче осваиваются в новых условиях.

Противоположный полюс первой дискриминантной функции (рисунок 1) соединил представителей третьего класса (п3 =42) - «Лица с эмоциональным симбиозом».

Рисунок 1 - Распределение объектов по социокультурным и личностным ИП в трёхмерном пространстве ДФ

Примечание: 1 класс ( П1 =42) - «Лица с положительным прогнозом». 2 класс (пг =26) -«Субъекты с пограничной структурой личности». 3 класс ( пз =42) -. «Лица с эмоциональным симбиозом». ИП - интегральный показатель, ДФ - дискриминантная функция

Его составили респонденты с выраженными нарушениями физического и психологического здоровья в ранней жизненной истории. Эффективность проводимых психокоррекционных мероприятий у этих субъектов крайне низкая. В период коротких ремиссий (максимально 3-4 месяца) от приема наркотиков они злоупотребляют алкоголем или переходят на прием других психоактивных веществ (курение конопли). Результаты исследования указали на их низкую фрустрационную толерантность, агрессивность, склонность занимать обвинительную позицию, частые проблемы с правоохранительными органами. Тактика работы психолога в этом случае зависит от объема предоставленной медицинской помощи, корректирующей психоэмоциональное состояние и поведение личности. Данные субъекты устойчивы к проведению психокоррекции даже при декларируемой мотивации к лечению и представляют большую проблему современного общества.

Вторая дискриминантная функция содержит 31% общих дискриминантных возможностей (рисунок 1) и представлена одним интегральным показателем «Особенности появления на свет», охарактеризовавшим второй класс (пг =24)

«Субъектов с пограничной структурой личности». Респонденты класса занимают промежуточное место между субъектами первого и третьего класса и характеризуются наличием осложнений при рождении, а также единичными признаками невротизации в раннем детстве в виде энуреза, сноговорения, снохождения, наличия страхов, заикания и др. Континуум личностных свойств субъектов второго класса представлен, с одной стороны, паттерном личностных свойств психопатического регистра (тенденция перехода в третий класс), с другой, - невротического (тенденция перехода в первый класс).

Выраженность признаков определяет нахождение индивида в групповом пространстве. В целом респонденты, составившие второй класс, благоприятны для проведения психокоррекционной работы, смысл которой определяется местоположением субъекта. Наблюдение за ними в течение пяти лет предоставило показатели максимальной длительности ремиссий до шести месяцев у одних и более восьми - у других. У всех наркозависимых этого класса в период ремиссии отмечается высокая склонность к алкоголизации.

Завершающим этапом явилась типологизация наркотической аддикции личности по предикторам и детерминантам, дифференцировавшим полученные классы по степени тяжести наркотической аддикции. Был построен алгоритм, дающий высокий прогноз формирования наркотической аддикции, на основе которого возможно определение тактики психокоррекционной работы. Исходя из разделения выборки на классы, были составлены три групповых портрета.

Средний возраст субъектов первого класса - 22,0±2,5 года. Это были желанные первенцы в семьях с двумя детьми. По разным обстоятельствам кормление грудью, обеспечивавшее необходимый телесный контакт с матерью, было прервано до 6-месячного возраста, когда ребенок был не готов принять потерю удовлетворяющего потребности объекта - материнской груди. Произошедшее раннее нарушение в формировании базисных отношений и ожиданий в субъект - объектных отношениях отразилось на переживаниях незавершенности, потере чувства целостное ги. В сэлф-репрезентацию младенца вошли ощущения отрицательных качеств, которые неминуемо появились вследствие болезненных переживаний, связанных с утраченным объектом. Начало посещения детских дошкольных учреждений до двухлетнего возраста означало опыт ранней социализации, к которой ребенок был не готов, это затруднило его адаптацию, приводя к образованию патологических защит - для снижения уровня возникающей тревоги. Адаптационный стресс снизил защитные силы ребенка, вызвав частые заболевания и обеспечивая ребенку гиперопекающее воспитание матери, поддерживающей в структуре взаимодействия с ребенком симбиотические отношения, сопровождающиеся тревогой и страхом за жизнь сына, стремлением оградить его от любых негативных воздействий, неосознанно сделать полностью зависимым от себя, хотя бы при помощи болезни.

Таблица 2 - Этиологический алгоритм формирования наркотической аддикции у безработных мужчин_

ПРЕДИКТОРЫ ИНТЕГРАЛЬНЫЕ ПОКАЗАТЕЛИ, УКАЗЫВАЮЩИЕ НА РИСК ФОРМИРОВАНИЯ АДДИКЦИИ КЛАСС СУБЪЕКТОВ

Отсутствие в раннем детстве признаков невротизации Психологическая травма расставания с матерью до трехлетнего возраста Раннее прекращение грудного вскармливания (до б месяцев) Воспитание по типу гипоопеки Рождение в семьях служащих и рабочих Отсутствие психотравмирующих ситуаций в подростковом возрасте Высокий образовательный уровень П1 - «Особенности раннего развития» ГО - «Воспитание в семье» П7 - «Переживания страха» П8 - «Адаптация семьи в социуме» 1-ый класс «Лица с положительным прогнозом»

Патология в родах Наличие единичных признаков невротизации в раннем детстве ИГО - «Особенности появления на свет» 2-ой класс «Субъекты с пограничной структурой личности»

Патология во время беременности и родов Множественные признаки ранней невротизации Частые и тяжелые соматические заболевания после трех лет Психотравмирующие события в подростковом возрасте Воспитание в условиях гиперопеки Рождение младшими детьми Низкий уровень полученного образования П1 - «Особенности раннего развития» Л2 - «Воспитание в семье» П7 - «Переживания страха» П8 - «Адаптация семьи в социуме» 3-й класс «Лица с эмоциональным симбиозом»

Примечание: ИИ - интегральный показатель

Серьезные длительные болезни становились объяснимым поводом для повышенного внимания и заботы к взрослеющему «ребенку», лечение становилось главным делом жизни матери. Имеющаяся триада: «ребенок болезнь (как способ осуществления контакта, подчеркивание необходимости матери - «ты пропадешь без меня») - мать» - оставалась постоянной и неизменчивой (ни у кого из семьи, в том числе и у отца, не возникало желания что-либо изменить). Устойчивость триады поддерживала прочность всей семьи. Желание ребенка быть самостоятельным вытеснялось невозможностью повзрослеть, отделиться от матери. Родителям этих субъектов было важно, чтобы

их дети, как и они, получили высшее образование, а жить стали «потом». В такой ситуации начало последующего употребления наркотиков ложилось на очень благоприятную почву. Окончив школу, эти респонденты благополучно поступили учиться в вузы, где они не выдержали первого опыта условно самостоятельной жизни, окончившейся употреблением наркотиков на первом курсе.

Второй класс составили субъекты, имевшие в начале своей жизни единичные признаки ранней невротизации в виде энуреза, сноговорения, снохождения, разных страхов, заикания. Их средний возраст находился в пределах 20,9 ±1,7 лет. Контакт «кожа к коже» был прерван в возрастном промежутке 3-4 месяца, далее ребенок перешел на искусственное вскармливание по каким-либо причинам (болезнь матери, недостаток молока, болезнь самого ребенка, отказ матери от кормления). «Хорошая» мать, на обладание которой ребенок чувствовал право, была утрачена. Вина и тревога, возникшие в результате нарушенных субъект/объектных отношений, стали шлейфом на всю дальнейшую жизнь, явились причиной ранней эмоциональной депривации и вывода о том, что причина несчастий исходит из неприятия со стороны окружающего мира. Начавшееся в возрастном диапазоне от года до трех лет посещение детских дошкольных учреждений эмоционально чувствительными и восприимчивыми детьми вызвало трудности в адаптации к детсаду, частые и длительные болезни и, как следствие, усиление невротизации, формируя сензитивность, ранимость, обидчивость. В связи со сменой привычного образа жизни, потерей стабильности окружающего мира увеличилась тревожность, сопровождаемая агрессивными чертами. Субъекты этого класса неоднократно переносили угрожающие их жизни болезни, особенно характерен подъем заболеваемости в подростковом периоде. В семье они были младшими из двух-трех детей, и их воспитание осуществлялось по типу гипоопеки или гиперопеки. Отсутствие интереса, холодность к душевным проявлениям ребенка закрепляли чувство ненужности и брошенности. Имеющаяся гиперопека отражала в данном случае эмоциональное неприятие матерью ребенка (часто это была нежеланная беременность, не устраивали пол рожденного ребенка, потеря карьерного роста или даже угроза гибели матери при родах). В некоторых случаях на ребенка проецировались нежеланные качества пьющего супруга, его близких родственников и даже качества самой матери. Массивные стрессовые фрустрации, перенесенные в дошкольном и младшем школьном возрасте, ломали психологаческие защиты личности, не давали ей развиваться, устанавливать партнерские отношения с внешним миром. Тяжелое рождение, ранние болезни, равнодушие близких к эмоциональным нуждам ребенка - вот те моменты, которые лежали в основе потери контакта индивида со своим телом, нарушения его целостности во время инъекций наркотика. Субъекты, составившие второй класс, получили среднее образование. Приобщение к курению было более ранним, чем в описанном выше первом классе, оно состоялось в подростковом возрасте и мотивировалось стремлением быть своим в референтной группе.

Средний возраст лиц, составивших третий класс, - 20,62±2,3 лет. Это самый «молодой» класс. Их жизненная история началась с множественных признаков ранней невротизации, сформированных вследствие тяжелых родов и неблагоприятной беременности матери. Грудное вскармливание отсутствовало или продолжалось не более трех месяцев. Субъекты класса до трехлетнего возраста перенесли (некоторые неоднократно) разлуку с матерью, что в дальнейшем осложняло сепарацию личности, оставив у нее на всю жизнь ощущение брошенности. Частые и серьезные болезни до трех лет ослабили физическое здоровье этих лиц. Дефицит эмоционального воспитания в ранние годы жизни ограничил в будущем возможности социального взаимодействия, не сформировал навыки межличностного общения. Анализируя падение заболеваемости после трех лет (время посещения детских дошкольных учреждений), можно отметить произошедшую психологическую компенсацию. Отсутствие устойчивого эмоционального контакта с матерыо помогло личности воспринять другую среду и включиться в нее. Переход из начальной в среднюю школу, в которой ребенок не обрел желаемой психологической поддержки, явился новым стрессовым фактором, еще более ослабившим адаптационные возможности. Субъекты, составившие третий класс, стали хуже учиться именно в средней школе; их образовательный уровень ниже, чем в первых двух классах -среднее и среднее специальное образование. Они плохо посещали уроки, имели конфликты с учителями. Возраст, в котором испытуемые начали курить, был ранним (до 10 лет) - 9,1% субъектов, подростковый возраст определил начало курения у 50% субъектов. Это время совпало с тяжелыми переживаниями психотравмирующих ситуаций (у некоторых лиц неоднократно): утратой одного из родителей, разрушением семьи и разводом, смерти близких людей и т.д. Чрезмерное количество стрессов порождало страх перед уничтожением и препятствовало дальнейшему развитию, укрепляя психопатический паттерн личностных свойств. Застревание на ситуациях страха, неспособность пережить ужас психотравмирующей ситуации укрепляли механизм психологической защиты по типу эскейпа (ухода из действительности). Чувство нереальности, недействительности происходящего приводило к формированию девиантного поведения как способа адаптации. Таким образом, отрицался страх потери и утраты, возникало желание бегства в иллюзорный мир. Социальный статус родителей субъектов третьего класса - предприниматели, бизнесмены. Изначально они не были готовы эмоционально к той ответственности, которую подразумевает материнство и отцовство. Они либо игнорировали, либо слишком близко воспринимали свои обязанности. Наркотическая аддикция, сформированная у данных личностей, отличается ранним формированием, а течение ее более злокачественное.

В заключении диссертационного исследования в сжатом виде представлена интегральная методологическая стратегия, позволившая дифференцировать субъектов выборки на три класса в зависимости от особенностей сформированной наркотической аддикции, и кратко изложены результаты исследования на всех

этапах. Итогом работы стали сформулированные выводы, подтверждающие выдвинутые гипотезы:

1. Наркотическая (героиновая) адцикция личности представляет собой полиморфное явление и является способом взаимодействия личности с действительностью, сформированным ранними детско-материнскими отношениями. Нарушенная в детстве психологическая адаптация к окружающей среде отражается у незрелой личности уходом от жизненных реалий в виртуальный мир, созданный употреблением наркотиков.

2. Методом главных компонент на основе 117 социокультурных и личностных признаков у 110 субъектов с наркотической (героиновой) аддикцией выявлены 13 интегральных показателей, определяющих психологические особенности исследуемых субъектов: «Особенности раннего развития»; «Воспитание в семье»; «Особенности появления на свет»; «Дисфункциональность семьи»; «Знакомство с ПАВ»; «Единственные дети - Младшие дети»; «Переживания страха»; «Адаптация семьи в социуме»; «Эмоциональная слоновость - Норма»; «Делинквентность - Тревожность»; «Отношение к фрустрации»; «Социальная тревожность»; «Личностная тревога».

3. С помощью интегральной методологической стратегии выведен этиологический алгоритм формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации, включающий 16 предикторов. Установлена высокая степень прогностической оценки (98,2%) дифференциации субъектов трех классов: с вероятностью ошибки 96,65% для индивидов 1-го класса; абсолютная доля (100%) классифицированных объектов наблюдается во 2-ом и 3-ем классах.

4. На основании общности критериев установлены две психологические детерминанты (ПД), предрасполагающие к развитию наркотической аддикции личности. Первая ПД - «Ранние диадные отношения Мать-дитя» - определяет важность детско-материнских отношений для формирования здоровой личности и связанный с их нарушением риск развития наркотической аддикции в последующие годы. Вторая ПД - «Нарушение базового доверия» отражает значимость психологического и физического здоровья матери, обеспечивающей личности ребенка базовое доверие к миру. Переживание матерью тревоги перед невозможностью обеспечить будущее ребенка, испытываемое сю физическое и психологическое неблагополучие в период беременности, родов, невозможность обеспечить младенцу «достаточно хорошую мать» (Д.В.Винникотт) ослабляет адаптационные возможности ребенка и в сочетании с тяжелыми родами может служить фундаментом, на котором в последующем формируется предрасположенность личности к наркотической аддикции.

5. Выявленные три иерархических класса субъектов с наркотической аддикцией имеют следующие особенности: • 1-ый класс («Лица с положительным прогнозом») состоит из

респондентов, родившихся здоровыми; развитие наркотической аддикции у них оказалось самым поздним;

• 2-ой класс («Субъекты с пограничной структурой личности») составляют лица с осложненным рождением, а также единичными признаками ранней невротизации личности в виде энуреза, сноговорения, снохождения, наличия страхов, заикания;

• 3-ий класс («Лица с эмоциональным симбиозом») соединил субъектов с тяжелыми множественными нарушениями психологического и физического здоровья в раннем возрасте, возникшими вследствие физического или психологического нездоровья матери в течение беременности и родов,

6. На основе методологического подхода разработана психокоррекционная программа вторичной профилактики наркомании для субъектов, входящих в первый и второй классы.

Приложения к диссертации содержат используемые в работе авторский ; опросник, описание применяемых методик, программу психологической

реабилитации безработных мужчин с героиновой аддикцией.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих публикациях:

1. Хмелевская O.E. Разработка методических подходов в реабилитации больных наркоманиями // Сиб. вестник психиатрии и наркологии. - Томск, 1999. №2-3. - С.54-58. (0,63 п.л. в соавторстве с М.В.Чеховской, Е.Ю.Письменной, В.В.Шориным, 80% личного участия).

2. Хмелевская O.E. К вопросу применения холотропной терапии в лечении и реабилитации больных опийной наркоманией // Там же. Владивосток - Томск, 2000. - С. 14. (0,06 п.л. в соавторстве с Е.Ю.Письменной, О.С.Николаенко, В.В.Ушаковым, 80% личного участия).

3. Хмелевская O.E. Опыт применения телесно-ориентированной терапии в лечении и реабилитации больных опийной наркоманией // Там же. Владивосток -Томск, 2000. -С. 10 (0,06 п.л. в соавторстве с Е.Ю.Письменной, 80% личного участия).

4. Хмелевская O.E. Психокоррекционная работа с больными опийной наркоманией с использованием метода символдрамы // Там же. Владивосток -Томск, 2000. -С.21. (0,06 п.л. в соавторстве с О.С.Николаенко, E.H.Окунь, М.В.Чеховской, Е.Ю.Письменной, 80% личного участия).

5. Хмелевская O.E. Оценка психологического состояния больных опийной наркоманией при лечении методом символдрамы // Актуал. вопросы психиатрии: Матер. X научной отчетной сессии НИИ психического здоровья СО РАМН, Томск, 2001. - С. 210-211. (0,13 п.л. в соавторстве с О.С.Николаенко, М.В.Чеховской, В.В.Шориным, 80% личного участия).

6. Хмелевская O.E. Использование холотропной терапии в лечении и реабилитации i-ероиновой наркомании // Там же. Томск, 2001. -С. 211-212. (0,13 п.л. в соавторстве с Е.Ю.Письменной, О.С.Николаенко, А.ПЛополитовым, В.В.Шориным, О.К.Галактионовым, 80% личного участия).

7. Хмелевская O.E. Применение телесных техник в лечении наркотической зависимости: Случай из практики // Там же. Томск, 2001. - С.227-229. (0,19 п.л. в соавторстве с Е.Ю.Письменной, О.С.Николаенко, В.В.Ушаковым, А.М.Бехтер, В.В.Шориным, О.К.Галактионовым, 80% личного участия).

8. Хмелевская O.E. Психологическая адаптация как личностный феномен //Актуальные проблемы психологии и педагогики: Сб. научных трудов. -Красноярск, СибГТУ, 2004. - С. 108-117. (0, 63 п.л.).

9. Хмелевская O.E. Выявление предикторов развития героиновой аддикции у безработных мужчин Приморского края // Актуал. вопросы психиатрии: Матер, межд. научно-практ. конференции, посвященной 100-летию психиатрической службы Амурской области. Благовещенск, 2005. - С.210-215. (0,63 п.л. в соавторстве с О.К.Галактионовым, А.А.Бубновым, 90% личного участия).

10. Хмелевская O.E. Наркотическая аддикция как форма девиантного поведения личности //Актуальные проблемы психологии и педагогики: Сб. паучных трудов. - Красноярск, СибГТУ, 2005. - С. 108-117. (0, 63 п.л.).

Ольга Евгеньевна ХМЕЛЕВСКАЯ

ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ПРЕДИКТОРЫ И ДЕТЕРМИНАНТЫ ФОРМИРОВАНИЯ НАРКОТИЧЕСКОЙ АДДИКЦИИ ЛИЧНОСТИ С НАРУШЕНИЕМ АДАПТАЦИИ

19.00.01 - Общая психология, психология личности, история психологии

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Подписано в печать 11.11.05 Сдано в производство 14.11 05. Формат 60 х 84 1/16. Печать офсетная. Бумага типографская. Усл.печ.л. 1,38. Усл. изд. л. 1,38. Изд. № 592 Тираж 100 экз. Заказ № 1367. Лицензия ИД № 06543 16.01.02 Отпечатано с готовых оригинал-макетов в типографии СибГТУ

660049, г.Красноярск, пр. Мира, д.82

№2 2 3 Oí

РНБ Русский фонд

2006z4 20282

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Хмелевская, Ольга Евгеньевна, 2005 год

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1 Теоретическое исследование проблемы формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации

1.1. Психологическая адаптация как личностный феномен

1.2. Девиантное поведение личности как способ адаптации

1.3. Наркотическая аддикция как форма аддиктивного девиантного поведения личности

2.1. Социокультурное пространство формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации

Выводы по первой главе

ГЛАВА 2 Опытно-экспериментальная работа по выявлению психологических предикторов и детерминант формирования наркотической аддикции личности

2.2. Анализ интегральных показателей нарушения психологической адаптации личности

2.3. Определение психологических предикторов и детерминант формирования наркотической аддикции личности

Выводы по второй главе

Введение диссертации по психологии, на тему "Психологические предикторы и детерминанты формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации"

Кроме того, разрешение проблемы формирования наркотической аддикции позволит выделить и преодолеть противоречия между теоретическими исследованиями в данной области и их практическим воплощением, что дает возможность объяснения и прогнозирования развития наркотической аддикции. Отсюда вытекает актуальность темы исследования «Психологические предикторы и детерминанты формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации».

Целью нашей работы является выявление психологических предикторов и детерминант, лежащих в основе формирования наркотической аддикции.

Объект исследования - психологическая адаптация личности.

Предмет исследования - психологические предикторы и детерминанты формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации.

В основу исследования была положена рабочая гипотеза: формирование наркотической аддикции личности обусловлено нарушением ее адаптации в ранние периоды онтогенеза на основе совокупности психологических предикторов и детерминант.

Исходя из поставленной цели исследования, определения его объекта, предмета, рабочей гипотезы были сформулированы задачи исследования:

- выявить взаимосвязь между нарушением психологической адаптации и формированием наркотической аддикции личности;

- охарактеризовать девиантное поведение личности как способ ее адаптации; рассмотреть наркотическую аддикцию как форму девиантного поведения личности; организовать опытно-экспериментальную работу по выявлению психологических предикторов и детерминант формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации.

Теоретико-методологическую основу исследовании составили общенаучные принципы познания, позволившие рассмотреть феномен наркотической аддикции как целостное явление в совокупности и взаимодействии различных сторон с позиций детерминизма, системности и развития (С.Л.Рубинштейн, Б.Г.Ананьев и др), единства медико-социального и психологического подходов; фундаментальные положения общей психологии о феномене адаптации (Л.С.Выготский, А.Н.Леонтьев, В.А.Петровский), психоаналитические представления о развитии личности (З.Фрейд, М.Малер, К.Хорни, Д.В.Винникотт), предоставившие возможность обосновать психологические условия формирования наркотической аддикции как факта нарушения детско-материнских отношений на ранних этапах развития личности.

В качестве общего основания для осмысления различных проявлений адаптации в работе использовались концепция стресса (Г.Селье, Р.Лазарус) и концепция влияния аномии на формирование девиаций в обществе (Э.Дюркгейм, Р.К.Мертон), позволившие обосновать взаимосвязи между социально-политическим кризисом в стране и возникновением общественной дезориентации, повлиявшей на формирование наркотической аддикции личности.

Методы исследования. Для решения поставленных задач и проверки гипотезы в процессе исследования использовались общенаучные методы системного анализа (моделирование процесса, анализ, синтез); методы психологического исследования анкетирование, наблюдение, беседа, генеалогический метод, экспериментально-статистический, методы математической статистики). Для решения поставленных задач была использована тестовая батарея, представленная методиками: диагностики показателей и форм агрессии А.Басса и А.Дарки (адаптация А.К.Осницкого), проективным рисуночным тестом РБ-ЗШёу С.Розенцвейга, личностной шкалой проявления тревоги Дж.Тэйлора, шкалой самооценки Ч.Д.Спилбергера, Ю.Л.Ханина, определения уровня невротизации и психопатизации (УНП), а также авторским стандартизованным опросником.

Организация, база и этапы исследования. Базой исследования явились федеральные службы занятости населения Приморского края и коммерческое предприятие ООО «Медицинский центр Шорина» (690108, г.Владивосток, ул. Четвертая, д.8). В соответствии с целью диссертационной работы для реализации поставленных задач и подтверждения гипотезы из генеральной совокупности 372 мужчин была сформирована группа из 110 человек, находящихся в период исследования под клиническим наблюдением, исключающим прием наркотиков.

Исследование проводилось в период с 1999 по 2005 годы среди безработных мужчин 17-25 лет, страдающих героиновой наркоманией, и включало в себя несколько этапов.

На первом этапе (1999-2000 г.г.) определялись исходные теоретические позиции, разрабатывалась общая гипотеза работы, психологический инструментарий, авторский опросник и базисная карта для психологического исследования личности.

На втором этапе (2000-2003 г.г.) уточнялись теоретические позиции исследования, изучалась личностная история респондентов с применением генеалогического метода, проводилось их интервьюирование и комплексное психологическое тестирование. Также осуществлялась работа по формированию исходного множества основных психологических признаков, включившая в себя выбор рабочей модели исследования и определение ее параметров. Весь собранный и формализованный материал был занесен в единую компьютерную базу данных, на основе которой с помощью информационной технологии апробировались интегральные схемы.

На третьем этапе (2004-2005 г.г.) с помощью многомерного пошагового статистического анализа проверялась рабочая гипотеза исследования, интерпретировались и оформлялись результаты опытно-экспериментальной работы. На основании математического критерия классификации переменных получены психологические предикторы и детерминанты формирования наркотической аддикции личности. Проводилась проверка и подтверждение полученных выводов, результаты исследования внедрялись в практическую деятельность, разрабатывалась коррекционная программа психологической реабилитации личности с наркотической аддикцией.

На защиту выносятся следующие положения.

1. Нарушения физического и психического здоровья матери и ребенка в период беременности и родов приводят к деформации детско-материнских отношений на ранних этапах развития личности ребенка на фоне отрицательных эмоциональных переживаний матери вследствие социальной нестабильности, что определяет способ взаимодействия развивающейся личности с миром и провоцирует риск формирования наркотической аддикции в процессе ее жизнедеятельности.

2. Исследование личности с нарушением адаптации выявило взаимосвязанные социокультурные и личностные особенности ее становления в процессе жизнедеятельности и позволило синтезировать их в интегральные показатели, а также дифференцировать наиболее значимые из них в психологические предикторы, лежащие в основе наркотической аддикции личности, по общим и разобщающим признакам.

3. Определение параметров социокультурных и личностных характеристик исследуемого процесса на основе многомерного пошагового анализа методом главных компонент и дискриминантного анализа позволило установить две детерминанты формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации, а именно: «Ранние диадные отношения Мать - Дитя» и «Базовое доверие», которые реализуются как основа исследуемого процесса при нарушении их становления в онтогенезе.

4. Установленные психологические детерминанты и выявленные предикторы позволили вывести этиологический алгоритм формирования наркотической аддикции личности с нарушениями адаптации и дифференцировать исследуемых субъектов в классы: 1) с положительным прогнозом (респонденты, родившиеся здоровыми, с самым поздним по времени развитием наркотической аддикции); 2) с пограничной структурой личности (респонденты с осложненным рождением, а также единичными признаками ранней невротизации личности в виде энуреза, сноговорения, снохождения, наличия страхов, заикания); 3) с эмоциональным симбиозом (респонденты с тяжелыми множественными нарушениями психологического и физического здоровья в раннем возрасте, возникшими вследствие физического или психологического нездоровья матери в течение беременности и родов).

Наиболее существенные результаты, полученные соискателем лично, их научная новизна:

1. Разработана интегральная методологическая стратегия для исследования наркотической аддикции личности, сущность которой заключается в последовательной реализации: анализа методом главных компонент, дискриминантного анализа, составления классификационной матрицы (дистанция расстояний Д Махаланобиса), что позволило получить аналитический результат в данной совокупности исходных значений.

2. Впервые методом главных компонент на основе 117 социокультурных и личностных признаков у субъектов с наркотической (героиновой) аддикцией выявлены 15 интегральных показателей, определяющих психологические особенности исследуемых субъектов: «Особенности раннего развития»; «Воспитание в семье»; «Особенности появления на свет»; «Дисфункциональность семьи»; «Знакомство с ПАВ»; «Единственные дети - Младшие дети»; «Переживания страха»; «Адаптация семьи в социуме»; «Эмоциональная слоновость -Норма»; «Делинквентность - Тревожность»; «Отношение к фрустрации»; «Социальная тревожность»; «Личностная тревога».

3. Впервые опытно-экспериментальным путём доказана взаимосвязь особенностей раннего развития личности с условиями формирования героиновой аддикции. На практическом материале выделено 16 психологических предикторов и две психологические детерминанты, определяющие формирование наркотической аддикции личности с нарушением адаптации.

4. На основе выявленных психологических предикторов типологизирована наркотическая аддикция по степени ее тяжести, определяемой их идентифицированностью, и выделены: наркотическая аддикция с положительным прогнозом результатов психологической коррекции; наркотическая аддикция с неустойчивым прогнозом результатов психологической коррекции; наркотическая аддикция с отрицательным прогнозом результатов психологической коррекции,

5. Впервые с учетом выявленных психологических детерминант субъекты с наркотической аддикцией дифференцированы по трем иерархическим классам, а именно: 1) с положительным прогнозом; 2) с пограничной структурой личности; 3) с эмоциональным симбиозом.

6. На основе выявленных психологических предикторов разработан этиологический алгоритм раннего распознавания факторов риска формирования наркотической аддикции личности, сущность которого заключается в своевременной идентификации признаков, ведущих к формированию героиновой аддикции.

Теоретическая значимость исследования заключается в том, что разработанный этиологический алгоритм представляет один из перспективных подходов к комплексному анализу формирования наркотической аддикции личности и позволяет идентифицировать конкретного субъекта в зависимости от имеющихся признаков. Результаты проведенного исследования расширяют знания о наркотической аддикции как феномене с установленными и классифицированными признаками, способствующими развитию деструктивных процессов формирования аддиктивной личности, что обогащает теорию общей психологии (раздел «Поведение»), психологии личности (раздел «Социализация личности») и девиантологии (раздел «Наркотическая аддикция»).

Практическая значимость работы заключается в том, что на основе полученных результатов исследования разработана и предложена для внедрения программа дифференцированной оценки риска формирования наркотической аддикции в зависимости от имеющихся нарушений на ранних этапах онтогенеза личности. Предложенная совокупность признаков, влияющих на формирование наркотической аддикции, позволяет ее прогнозировать и составлять целенаправленные программы первичной профилактики в образовательных учреждениях различного уровня. Выявленные психологические предикторы обеспечивают раннее комплексное наблюдение лиц, относящихся к группе риска развития наркотической аддикции. Полученные данные также могут служить основой для организации мероприятий по вторичной профилактике наркомании. Разработанная программа психологической реабилитации личности с наркотической аддикцией, основанная на классификации субъектов и типологии наркотической аддикции, может быть использована в профилактической и коррекционной работе практических психологов.

Достоверность результатов исследования обеспечивается логикой исходных методологических позиций автора; использованием интегральной методологической стратегии, включающей пошаговый анализ, когда на каждом шаге программы STATISTICA 1999 для Windows, версия 5.5А просматривались все переменные и выбиралась та из них, которая вносила наибольший вклад в различие между совокупностями; применением валидных и надежных средств; корректностью проведения поэтапного психологического эксперимента, а также содержательным анализом результатов исследования и экспериментальной апробацией положений.

Апробация и внедрение научных результатов. Основные положения диссертации доложены и обсуждены на международных научно-практических конференциях:

Социальные, правовые, медицинские аспекты психиатрии, наркологии, психотерапии», Владивосток-Томск, 1997; «Этика, деонтология в медицине на современном этапе», Владивосток

Томск, 1998; посвященной 100-летию кафедры психиатрии и наркологии СПбГМУ им. академика И.П.Павлова, 2000; «Психосоматические нарушения на рубеже тысячелетия», Владивосток-Томск, 2000; посвященной 100-летию психиатрической службы Амурской области, Благовещенск, 2005; а также на научно-практических конференциях: посвященной 60-летию психиатрической и 30-летию наркологической служб Алтая, 1998; 1-й Тихоокеанской научно-практической конференции студентов и молодых ученых медиков с международным участием: «Актуальные проблемы экспериментальной, профилактической и клинической медицины», Владивосток, 2000; X научной отчетной сессии НИИ психического здоровья СО РАМН, Томск, 2001.

Практические результаты исследования внедрены в систему специализированной психологической помощи, оказываемой безработным жителям Приморского края в рамках программы первичной профилактики наркомании, а также при составлении индивидуальных психокоррекционных программ для лиц с наркотической аддикцией в ООО «Медицинский центр Шорина» г. Владивостока.

Структура и объем диссертации: работа состоит из введения, двух глав, содержащих шесть параграфов, заключения, библиографического списка, включающего 183 источника, и трех приложений. Диссертация иллюстрирована 10 рисунками и 21 таблицей.

Заключение диссертации научная статья по теме "Общая психология, психология личности, история психологии"

Выводы по второй главе

Рассмотрение итогов опытно-экспериментальной работы показало, что результатом проведенного пошагового анализа методом главных компонент и дискриминантного анализа, явилось определение этиологического алгоритма и выявление психологических предикторов и детерминант, участвующих в формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации.

В ходе исследования на первом этапе была изучена изменчивость и взаимосвязь 117 социокультурных и личностных признаков, определенных стандартизованным опросником и психологическими методиками, у 110 субъектов с наркотической аддикцией, что подтвердило второе положение нашей гипотезы об имеющейся взаимосвязи между социокультурными и личностными особенностями личности в процессе ее становления. В результате выбранной стратегии сжатия первичных признаков с помощью анализа методом главных компонент были синтезированы 15 значимых интегральных показателей, позволившие на втором шаге анализа при проведении дискриминации выявить психологические детерминанты формирования наркотической аддикции личности и создать доказательную основу в виде классификационного алгоритма психологической картины наркотической аддикции. В установленные психологические предикторы дифференциации разных классов наркотической аддикции были вовлечены 37 признаков. Ее развитие определили в первую очередь семь доминирующих признаков, положивших начало наркотической аддикции личности:

• нарушение здоровья личности матери (физического и психологического) во время беременности (болезни, стрессовые ситуации) и имевшиеся нарушения в ходе родовой деятельности; наличие признаков невротизации у личности ребенка в раннем детстве; воспитание по типу гиперопеки или гипоопеки; © имеющийся у личности негативный опыт длительного расставания с матерью в возрасте до трех лет; © частые и тяжелые заболевания; рождение в социально дезадаптированных семьях; © психотравмирующие события в подростковом возрасте.

Полученные данные еще раз подтверждают первое и второе положения наших гипотез о важности ранних лет в жизнедеятельности личности. Вместе с тем в ходе исследования отмечен факт наибольшего вклада в значения двух дискриминантных функций коэффициентов стандартизованных интегральных показателей (ИП), отражающих совокупность психологических и социокультурных факторов: ИП «Особенности раннего развития», «Воспитание в семье», «Переживание страха», «Адаптация семьи в социумеа также ИП «Особенности появления на свет». Они сформировали две психологические детерминанты (ПД): Первая ПД - «Ранние диадные отношения мать-дитя» определяет важность ранних детско-материнских отношений для здорового развития личности и связанный с их нарушением риск формирования наркотической аддикции. Вторая ПД -«Нарушение базового доверия» указывает на факторы риска формирования наркомании при нарушениях физического и психологического здоровья личности матери и личности ребенка во время беременности и родов. Таким образом, состоялось подтверждение третьего положения нашей гипотезы об определяющей роли раннего нарушения адаптации вследствие нарушенных детско-материнских отношений в онтогенезе личности.

Установление детерминат и выявление предикторов позволило вывести этиологический алгоритм формирования наркотической ад-дикции личности с нарушением адаптации и дифференцировать субъекты в классы: 1) с положительным прогнозом (респонденты, родившиеся здоровыми, с самым поздним по времени развитием наркотической аддикции); 2) с пограничной структурой личности (респонденты с осложненным рождением, а также единичными признаками ранней невротизации личности в виде энуреза, сноговоре-ния, снохождения, наличия страхов, заикания); 3) с эмоциональным симбиозом (респонденты с тяжелыми множественными нарушениями психологического и физического здоровья в раннем возрасте, возникшими вследствие физического или психологического нездоровья матери в течение беременности и родов). Это установило верность четвертого положения гипотезы и помогло решить поставленные перед нами задачи.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Подводя итоги диссертационного исследования, следует отметить, что данная тема действительно является актуальной в современных социально-экономических условиях российской действительности и требует тщательного осмысления. Мультифакторная природа аддикции вызывает пристальный неослабевающий интерес многих авторов.

Опираясь на теоретический анализ проблемы формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации, нами был рассмотрен феномен адаптации с точки зрения различных подходов, раскрыта сущность и содержание психологической адаптации и причины ее нарушения, лежащие в основе формирования девиантного поведения личности. Имеющееся многообразие существующих концепций является отражением многоуровневого содержания феномена адаптации. Была выявлена связь между нарушением адаптационных механизмов и предшествующими ему дисгармоничными межличностными отношениями, характеризующимися напряженностью, неустойчивостью, переживанием эмоционального дискомфорта, наличием пролонгированных конфликтных ситуаций. Сформированные в раннем детстве модели межличностных взаимоотношений обосновывают в дальнейшем взрослые связи, определяя поведение субъекта в ситуациях фрустрации и способствуя формированию неуспешных копинг-стратегий. В сензитивные жизненные периоды утрата собственной непрерывности и социального признания приводит личность к кризису идентичности и является причиной дезадаптации в обществе. Однако тяжесть стрессовых ситуаций не всегда обусловливает тяжесть нарушений адаптации. Свой вклад в неадекватную реакцию на стресс вносят личностная организация и общественные нормы и ценности. В этой связи изучение адаптации можно рассматривать как один из перспективных подходов к комплексному изучению развития отклонений личности.

Как показал анализ психологической литературы, к нарушению адаптации и формированию у личности девиантного поведения приводят несоответствие жизненного опыта идеалам, воплощенным в социальных нормах, возникновение общественной запутанности и дезориентации. В период социальной аномии отмечается рост девиаций, направленных на преодоление фрустраций и осуществляющих адаптивную функцию. Исследования В.Д.Менделевича выявили пять типов девиантного поведения: делинквентное, аддиктивное, патохарактерологическое, психопатологическое и формируемое на базе гиперспособностей. В контексте нашей работы внимание акцентировано на аддиктивном поведении и, в первую очередь, рассмотрена наркотическая аддикция.

Аддикция характеризуется возникновением стремления к уходу от реальности путем искусственного изменения психологического состояния посредством приема некоторых веществ или постоянной фиксацией внимания на определенных видах деятельности, направленных на развитие и поддержание интенсивных эмоций. Среди факторов, способствующих формированию наркотической аддикции личности с нарушением адаптации, установленными считаются следующие: неблагоприятная наследственность; неполная или дисфункциональная семья, в которой воспитание осуществляется по типу гипер- или гипоопеки; наличие жесткого контроля в семье; авторитарность; эмоциональная депривация; отсутствие взаимопонимания с родителями. Характерными чертами субъектов с аддикцией называют эмоциональную незрелость, низкую фрустрационную толерантность, снижение самооценки, тревожность, блокирование потребности в защищенности, свободе, самоутверждении, потребность в одобрении, эгоцентризм, неуверенность, обвинение других, избегание проблем. Подчеркивается склонность наркозависимых лиц к рискованным формам поведения, стремление к переживанию запредельных эмоций, даже ценой собственного здоровья. При этом утверждается, что наркотическая аддикция является проявлением скрытых суицидальных тенденций, самодеструкции, имеющей функции обвинения окружающих. С точки зрения психоаналитических представлений на развитие аддикций, нарушение ранних объектных отношений, страх полной дезинтеграции покинутого младенца, страх быть поглощенным, отсутствие четко обозначенных границ, невозможность родителей поддержать ребенка в трудное время, формирование ошибочных целей в детские годы «всплывают» на поверхность взрослой жизни и приводят к нехватке позитивной интернализации. «Уход» от реального настоящего и неясного будущего с помощью наркотиков способствует снижению тревоги и имеет защитный характер, когда поиски утешения и покоя во внешнем мире завершаются приемом психоактивных веществ и погружением в себя.

Вместе с тем неясными оставались причины формирования аддикции как возможности приспособления к окружающей действительности, этот вопрос нуждался в дальнейшем углубленном изучении. Данный вывод позволил нам обосновать необходимость продолжения поиска психологических предикторов и детерминант, определяющих формирование наркотической аддикции личности с нарушением адаптации, с целью открытия новых возможностей совершенствования профилактических мероприятий и улучшения качества психокоррекционной работы. Реализация замысла проходила в процессе опытно-экспериментальной работы, включающей пошаговый анализ методом главных компонент и дикриминантного анализа.

Изучаемые признаки (117) ввиду большого количества были разбиты на два блока. На первом шаге анализа взаимосвязь и изменчивость первого блока социокультурных признаков (58) представилась восьмифакторным конструктом, объяснившим 52,9% общей изменчивости и описавшим восемь определяющих интегральных показателей (ИП), участвующих в динамике развития наркотической аддикции: ИП «Особенности раннего развития», указывающий на наличие или отсутствие в истории жизни субъектов черт ранней невротизации, переживание ими тяжелых стрессовых ситуаций в подростковом периоде и взаимосвязь данных факторов с образовательным уровнем индивидов; ИП «Воспитание в семье», отражающий воспитательный процесс в семьях респондентов с развившейся наркотической аддикцией, отсутствие гармоничных дружеских отношений в семье; ИП «Особенности появления на свет», описывающий наличие или отсутствие осложнений во время беременности и родов; ИП «Дисфункциональность семьи», выявляющий устранение родителей от своих прямых обязанностей и неустойчивость мотивации воспитателя к развитию заинтересованности ребенка в каких-либо занятиях; ИП «Знакомство с ПАВ», указывающий на попытки самоутверждения подростков в референтной группе с помощью курения сигарет и употребления алкоголя; ИП «Единственные дети - Младшие дети», отражающий психологическую значимость места ребенка в семье -«порядковый номер рождения» и «возраст респондентов»; ИП

Переживание страха», выявляющий шлейф психологического неблагополучия на ранних этапах развития ребенка, влияющий на успешность последующей адаптации личности; ИП «Адаптация семьи в социуме», фиксирующий факт нарушения профессиональной адаптации родителей и вследствие этого их психосоциальную дезадаптацию.

Анализ второго блока переменных - 59 личностных характеристик - выявил семифакторную структуру, объяснившую 49,9% общей изменчивости, и семь интегральных показателей, лежащих в основе формирования наркотической аддикции личности: ИП «Переживание незащищенности», указывающий на внутреннюю незащищенность, ранимость одних и умеренно выраженные переживания этих состояний у других респондентов; ИП «Эмоциональная слоновость - Норма», отражающий у исследуемых лиц трудности в осознавании собственных чувств; ИП «Переживание чувства неполноценности», выявляющий умеренное ощущение чувства вины и низкую ситуативную тревожность у одних лиц, противостоящие высокому чувству вины и высокой ситуативной тревожности у других; ИП «Делинквентность - Тревожность», определяющий проблему социального взаимодействия у одних исследуемых индивидов, отличавшихся в подростковом возрасте делинквентным поведением, и отсутствием правонарушений у других, однако с высоким уровнем тревоги; ИП «Отношение к фрустрации», указывающий на низкую фрустрационную толерантность субъектов исследуемой выборки и их невозможность конструктивного реагирования на стрессовые ситуации; ИП «Социальной тревожности», выявляющий тревогу, которой сопровождается любое межличностное взаимодействие, воспринимаемое как посягательство надличностную территорию;

ИП «Личностной тревоги», отражающий трудности трансляции себя миру, слабую способность к самовыражению, отгороженность и закрытость.

Сжатие первичных признаков до 15 интегральных показателей позволило перейти ко второму этапу - пошаговой модели дискриминации. В результате данной процедуры остались 13 значимых интегральных показателей (37 признаков) и высветились две дискриминантные функции, синтезировавшие пять интегральных показателей (16 признаков), определивших предрасполагающие к формированию наркотической аддикции предикторы.

Первая дискриминантная функция (69% общих дискриминантных возможностей) объединила четыре разнонаправленных интегральных показателя («Особенности раннего развития», с одной стороны; «Воспитание в семье», «Переживание страха», «Адаптация семьи в социуме» - с другой стороны). Вторая дискриминантная функция (31% общих дискриминантных возможностей) была представлена одним интегральным показателем «Особенности появления на свет». На основании общности этиологических критериев были сформированы две психологические детерминанты (ПД). Первая ПД - «Ранние диадные отношения Мать-дитя» - определила важность детско-материнских отношений для формирования здоровой адаптации и связанный с их нарушением риск развития у личности наркотической аддикции в последующие годы. Вторая ПД - «Нарушение базового доверия» - отразила значимость первых месяцев жизни ребенка, психологического и физического здоровья матери, обеспечивающей субъекту базовое доверие миру. Был сделан вывод, что нарушение здоровья матери, ее психологическое неблагополучие в сочетании с тяжелыми родами служат фундаментом, являющимся фактором риска формирования наркотической аддикции личности.

Важным этапом явилось составление классификационной матрицы, разделившей субъекты выборки на три. иерархических класса со сходствами и отличиями между ними (дистанция В2 Махаланобиса). При этом выявилась отдаленность третьего класса по своим признакам от первого и второго классов (27,45 и 26,31 соответственно), согласно совокупности взаимосвязанных признаков, входящих в выявленные психологические детерминанты. Матрица указала на точность процедур в определении объектов, принадлежащих к одному из трех полученных классов. Достоверность проведенной классификации по полученным предикторам (13 интегральных показателей - две психологические детерминанты) позволяет с точностью до 98,2% правильно предсказывать дифференциацию трех классов. С точностью до 95,65% доли предикции классификационная матрица выявляет субъектов 1-го класса. Вероятность ошибки учитывает 4,35% - 2 человека из 3-го класса оказались неотделимы от лиц 1-го класса. Абсолютная доля (100%) классифицированных субъектов наблюдается во 2-ом и 3-ем классах. Высокая степень достоверности дала возможность представить алгоритм нарушения адаптации и формирования у личности наркотической аддикции.

Классификационная матрица представила полярность 1-го и 3-го классов в пространстве 2 ДФ, в которых общим оказалось переживание страха в значимые жизненные периоды: в первом случае - переживание страха утраты значимого объекта в возрасте до трех лет (длительные расставания с матерью) - 4,8% случаев против 19% соответственно (Р<0,04); во втором случае — возникновение страха и тревоги на ранних этапах развития из-за нарушений здоровья матери (физического и психологического) во время беременности и имеющихся нарушений в ходе родовой деятельности - 76,2% против 47,6% соответственно (Р<0,006), а также перенесенных психотравмирующих событий в подростковом возрасте - 71,4% против 19% соответственно (Р<0,0001).

На положительном полюсе первой дискриминантной функции представлен первый класс (П1=42) - «Лица с положительным прогнозом». Он составлен субъектами, не имеющими при рождении отягощающих факторов, повлекших за собой в той или иной степени раннюю невротизацию. Пятилетние наблюдения указали на относительное психологическое здоровье и благоприятность для проведения комплексной психологической коррекции лиц этого класса. Данные испытуемые характеризуются относительной однородностью признаков, указывающих на стойкие ремиссии с периодами воздержания от приема наркотиков более шести месяцев. Они хорошо адаптированы в семье, окружены заботливыми людьми, при трудоустройстве легче осваиваются в новых условиях.

Противоположный полюс первой дискриминантной функции соединил представителей третьего класса (пз =42) - «Лица с эмоциональным симбиозом». Его составили респонденты с выраженными нарушениями физического и психологического здоровья в ранней жизненной истории. Эффективность проводимых психокоррекционных мероприятий у этих субъектов крайне низкая. В период коротких ремиссий (максимально 3-4 месяца) от приема наркотиков они злоупотребляют алкоголем или переходят на прием других психоактивных веществ (курение конопли). Результаты исследования указали на их низкую фрустрационную толерантность, агрессивность, склонность занимать обвинительную позицию, частые проблемы с правоохранительными органами. Тактика работы психолога в этом случае зависит от объема предоставленной медицинской помощи, корректирующей психоэмоциональное состояние и поведение личности. Данные субъекты устойчивы к проведению психокоррекции даже при декларируемой мотивации к лечению и представляют большую проблему современного общества.

Вторая дискриминантная функция содержит 31% общих дискриминантных возможностей и представлена одним интегральным показателем «Особенности появления на свет», охарактеризовавшим второй класс (п2 =24) «Субъектов с пограничной структурой личности». Респонденты класса занимают промежуточное место между субъектами первого и третьего класса и характеризуются наличием осложнений при рождении, а также единичными признаками невротизации в раннем детстве в виде энуреза, сноговорения, снохождения, наличия страхов, заикания и др. Континуум личностных свойств субъектов второго класса представлен, с одной стороны, паттерном личностных свойств психопатического регистра (тенденция перехода в третий класс), с другой, - невротического (тенденция перехода в первый класс).

Выраженность признаков определяет нахождение индивида в групповом пространстве. В целом респонденты, составившие второй класс, благоприятны для проведения психокоррекционной работы, смысл которой определяется местоположением субъекта. Наблюдение за ними в течение пяти лет предоставило показатели максимальной длительности ремиссий до шести месяцев у одних и более восьми - у других. У всех наркозависимых этого класса в период ремиссии отмечается высокая склонность к алкоголизации.

Завершающим этапом явилась типологизация наркотической аддикции личности по предикторам и детерминантам, дифференцировавшим полученные классы по степени тяжести наркотической аддикции. Был построен алгоритм, дающий высокий прогноз формирования наркотической аддикции, на основе которого возможно определение тактики психокоррекционной работы.

Итогом работы стали сформулированные выводы, подтверждающие выдвинутые гипотезы:

1. Наркотическая (героиновая) аддикция личности представляет собой полиморфное явление и является способом взаимодействия личности с действительностью, сформированным ранними детско-материнскими отношениями. Нарушенная в детстве психологическая адаптация к окружающей среде отражается у незрелой личности уходом от жизненных реалий в виртуальный мир, созданный употреблением наркотиков.

2. Методом главных компонент на основе 117 социокультурных и личностных признаков у 110 субъектов с наркотической (героиновой) аддикцией выявлены 13 интегральных показателей, определяющих психологические особенности исследуемых субъектов: «Особенности раннего развития»; «Воспитание в семье»; «Особенности появления на свет»; «Дисфункциональность семьи»; «Знакомство с ПАВ»; «Единственные дети - Младшие дети»; «Переживания страха»; «Адаптация семьи в социуме»; «Эмоциональная слоновость -Норма»; «Делинквентность - Тревожность»; «Отношение к фрустрации»; «Социальная тревожность»; «Личностная тревога».

3. С помощью интегральной методологической стратегии выведен этиологический алгоритм формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации, включающий 16 предикторов. Установлена высокая степень прогностической оценки (98,2%) дифференциации субъектов трех классов: с вероятностью ошибки 96,65% для индивидов 1-го класса; абсолютная доля (100%) классифицированных объектов наблюдается во 2-ом и 3-ем классах.

4. На основании общности критериев установлены две психологические детерминанты (ПД), предрасполагающие к развитию наркотической аддикции личности. Первая ПД - «Ранние диадные отношения Мать-дитя» - определяет важность детско-материнских отношений для формирования здоровой личности и связанный с их нарушением риск развития наркотической аддикции в последующие годы. Вторая ПД - «Нарушение базового доверия» отражает значимость психологического и физического здоровья матери, обеспечивающей личности ребенка базовое доверие к миру. Переживание матерью тревоги перед невозможностью обеспечить будущее ребенка, испытываемое ею физическое и психологическое неблагополучие в период беременности, родов, невозможность обеспечить младенцу «достаточно хорошую мать» (Д.В.Винникотт) ослабляет адаптационные возможности ребенка и в сочетании с тяжелыми родами может служить фундаментом, на котором в последующем формируется предрасположенность личности к наркотической аддикции.

5. Выявленные три иерархических класса субъектов с наркотической аддикцией имеют следующие особенности:

1-ый класс («Лица с положительным прогнозом») состоит из респондентов, родившихся здоровыми; развитие наркотической аддикции у них оказалось самым поздним;

2-ой класс («Субъекты с пограничной структурой личности») составляют лица с осложненным рождением, а также единичными признаками ранней невротизации личности в виде энуреза, сноговорения, снохождения, наличия страхов, заикания;

3-ий класс («Лица с эмоциональным симбиозом») соединил субъектов с тяжелыми множественными нарушениями психологического и физического здоровья в раннем возрасте, возникшими вследствие физического или психологического нездоровья матери в течение беременности и родов.

6. На основе методологического подхода разработана психокоррекционная программа вторичной профилактики наркомании для субъектов, входящих в первый и второй классы.

В целом, проведенное теоретическое и эмпирическое исследование полностью подтвердило выдвинутую гипотезу, статистически надежно позволив определить психологические предикторы и детерминанты формирования наркотической аддикции личности с нарушением адаптации, задачи исследования полностью выполнены, цель работы достигнута.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Хмелевская, Ольга Евгеньевна, Красноярск

1. Абшаихова У.А. Клинические и психосоциальные особенности формирования гашишной наркомании у подростков в республике Кыргызстан. Автореф. дисс. канд. мед. наук. СПБ, 1992. -18с.

2. Адлер А. Наука жить. Киев, 1997. -123с.

3. Адлер А. Практика и теория индивидуальной психологии. М.: Изд-во Ин-та психотерапии, 2002.-214с.

4. Александровский Ю.А. Состояния психической дезадаптации и их компенсация. М.: Наука, 1976. —272с.

5. Александровский Ю.А., Лобастов О.С., Спивак Л.И., Щукин Б.П. Психогении в экстремальных условиях. М., 1991. -115с.

6. Ананьев В.А. Легальные и нелегальные наркотики: Практическое руководство. Ч. 1-2. СПб.: ИМАТОН, 2000.

7. Ананьев Б.Г. Избранные психологические труды: В 2-х томах. Т. 2. М.: Педагогика, 1980. -287с.

8. Асмолов А.Г. Психология личности. М.: МГУ, 1990. -367с.

9. Беребин М.А., Вассерман Л.И. Феномен психической ригидности в механизмах дезадаптивных состояний // Обозрение психиатрии и мед. психол. 1996. Вып. №3-4. -С.30-34, 82.

10. Березин Ф.Б. Психологическая и психофизиологическая адаптация человека. JT.: Наука, 1988. -270с.

11. Березин Ф.Б., Барлас Т.В. Социально-психологическая адаптация при невротических и психосоматических расстройствах. // Журнал неврологии и психиатрии. 1994. №6. С.38-42.

12. Билкей С.И. Наркомания как социокультурный феномен: особенности проявления в России (Электронный ресурс): На примере Тюменской области. Дис. Канд. Социол. Наук: 22.00.06.-М.: РГБ, 2003. (Из фондов Рос.Гос.Б-и)

13. Бисалиев Р.В. и Великанова Л.П. Социально-психологические предпосылки несуицидальных форм «самодеструкции» у больных наркоманиями // Вопросы наркологии. 2003. №12. -С.40-43.

14. Битенский B.C., Личко А.Е., Херсонский Б.Г. Психологические факторы в развитии токсикоманий у подростков // Психол. журнал. 1991. Том 12. -С.87-93.

15. Бузина Т.С., Должанская И.А. Мотивация к поиску острых ощущений как предпосылка к рискованному поведению в отношении наркотизации и ВИЧ инфекции // Вопросы наркологии. 1997. -№3. -С.51- 52.

16. Бутова Б.Г-.-Междисциплинарное значение этологическо-го подхода- Симп., посвящ. памяти В.П. Пошивалова "Этол. фармакол.: соврем, состояние", Санкт-Петербург, 16-17 июня, 1997: СПб., 1997. -С. 35-36, 62-63.

17. Валентик Ю.В., Вострокнутов Н.В., Гериш А.А, Дудко Т.Н., Тростанецкая Г.Н. Концептуальные основы реабилитации несовершеннолетних, злоупотребляющих психоактивными веществами // Вопросы наркологии. 2002. -№1. -43с.

18. Винникотт Д.В. Маленькие дети и их матери. М.: Класс, 1998. -56с.

19. Выготский JI.C. Собр. соч.в 6-ти томах. Т. 4. М., 1984. -432с.

20. Габиани A.A. На краю пропасти. М.: Мысль, 1990. -220с.

21. Габиани A.A. Кто такие наркоманы // Социологические исследования. 1992. - № 2. -83с.

22. Гадириан A.M. В поисках нирваны. Новый взгляд с позиции науки и духовности на профилактику алкоголизма и наркомании. СПб., 2000. —135с.

23. Галактионов O.K., Шорин В.В. Транскультуральная психиатрия (контуры, реальность и значимость медицинской практики в архаичных монголоидных этносах). Владивосток: Агентство «Время, ЛТД», 2003. -416с.

24. Генайло С-.-П. Особенности преморбида больных наркоманиями // Журнал невропатол. и психиатр. 1990. №2. -С.42-47.

25. Гилинский Я.И. Социология девиантного поведения как специальная социологическая теория // СоцИс. 1991. - №4. -С.74.

26. Гилинский Я.И. Социология девиантного поведения и социального контроля. В: Социология в России / ред. В.А. Ядов. М, 1998. С.587-609.

27. Гилинский Я.И. Некоторые проблемы «отклоняющегося поведения» // Преступность и ее предупреждение. JI, 1976. -224с.

28. Гилинский Я.И. Отклоняющееся поведение как социальное явление // Человек и общество. JL, 1971, вып. VIII. -284с.

29. Гилинский Я., Афанасьев В. Социология девиантного поведения / ИСИ РАН.- Спб., 1993.

30. Гроф С. Холотропное сознание. М., 1996. -324с.

31. Гунько A.A., Киткина Т.А. Наркомании и токсикомании у детей больных алкоголизмом родителей // Вопросы медико-социальной реабилитации больных алкоголизмом и наркоманией: Материалы респ. совещания психиатров-наркологов. -М., 1993. -С.53-56.

32. Девиантность и социальный контроль в России ( XIX -XX вв.): Тенденции и социологическое осмысление / ред. Я.И. Гилинский. СПб: Алетейя, 2000. -384с.

33. Дерманова И.Б. Типы социально-психологической адаптации и комплекс неполноценности // Вестник Санкт-Петербург. Ун-та. 1996. - Сер.5. - Вып. 1. -№6. -С.59-68.

34. Дюк В.А. Компьютерная диагностика. СПб.: Братство, 1994. -364с.

35. Дюркгейм Э. Самоубийства: социологический этюд. -Спб.: Союз, 1998. -496с.

36. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. М.: Мысль, 1994. -250с.

37. Залевский Г.В. Психическая ригидность в норме и патологии. Томск: Изд-во Том. ун-та, 1993. -272с.

38. Захаров А.И. Как предупредить отклонения в поведении ребенка. М.: Просвещение, 1993.- 191с.

39. Здравомыслов А.Г. Потребности. Интересы. Ценности.-М.: Политиздат, 1986. -221с.

40. Здравомыслов А.Г. Социология российского кризиса (ст. и докл. 90-х годов). М.: Наука, 1999. -352с.

41. Игонин А.Л., Тузикова Ю.Б. Героиновая наркомания, развивающаяся у больных с различными особенностями личности // Вопросы наркологии. 2002. - №1. -С.35-39.

42. Игонин А.Л., Тузикова Ю.Б., Иришкин Д.А. Злоупотребление психоактивными веществами и асоциальное поведение // Вопросы наркологии. 2004. - №3. -С. 50-58.

43. Казначеев В.П. Современные аспекты адаптации. Новосибирск: Наука, 1980. -191с.

44. Казначеев В.П. Адаптация человека (социальные и медико-биологические аспекты) // Клинические и экспериментальные аспекты общей патологии. Новосибирск, 1980. -274с.

45. Каплан Г.И., Сэдок Б. Дж. Клиническая психиатрия: В 2-х т. Пер. с англ. Т. 1. М.: Медицина, 1994. -672с.

46. Катков A.JL, Космухаметова Ж., Россинский Ю.А. Обоснование концепции и стратегии сокращения спроса на наркотики в Республике Казахстан и центрально азиатском регионе // Вопросы наркологии. - 2003. - №1. - С.2.

47. Кернберг О.Ф. Агрессия при расстройствах личности и перверсиях. М.: «Класс», 1998. -365с. (Б-ка психол. и психотерапии; Вып. 55)

48. Кирдяпкина A.B. Десятилетняя динамика смертности лиц, злоупотребляющих внутривенным приемом психоактивных веществ, на территории Приморского края: Автореф. дисс. на соискание уч. степени к.м.н. — Владивосток, 2001. — 28с.

49. Ковалева Т.В., Степанова O.K. Подростки смутного времени (к проблеме социализации старшеклассников.// Социологические исследования. -1998.-№8. -С.21-32.

50. Колесов Д.В. Эволюция психики и природа наркотизма. М.: Педагогика, 1991. -312с.

51. Корнетов H.A. Психогенные депрессии (Клиника, патогенез) // Изд. Томского Университета.- Томск, 1993 -С.223.

52. Коробкина З.В. Мы и свободное время. Основы собри-ол., валеол., соц. пед. и алкол. Н. Новгород, 1997. -С.26-27.

53. Короленко Ц. П., Донских Т. А. Семь путей к катастрофе // Новосибирск: Наука, 1990. -224с.

54. Кокс Т. Стресс. М.:'Медицина, 1981. -19с.

55. Кошкина Е.А., Киржанова В.В., Гуртовенко В.М. Оценка распространенности употребления психоактивных веществ в различных регионах Российской Федерации: Аналитический обзор. М., 2002. -52с.

56. Коцюбинск-ий А.П.; Шейнина Н.С. Об адаптации психически больных (уточнение основных понятий). // Обозрение психиатрии и мед. психол. 1996. Вып. № 1-2. -С. 203-212.

57. Кудрявцев В.Н. Социологические проблемы исследования антиобщественного поведения // Социологические исследования, 1974, №1. -С.14-26.

58. Кулаков С.А. Психопрофилактика аддиктивного поведения у подростков // Региональные аспекты современной ад-диктологии.- Томск, 1994. -С.66-67.

59. Куттер П. Современный психоанализ. СПб.: «Б.С.К.», 1997. -351с.

60. Кендалл М., Стьюарт А. Многомерный статистический анализ и временные ряды: Пер. с англ. М., 1976. -736с.

61. Лазарус Р. Теория стресса и психофизиологические исследования. // Эмоциональный стресс. Л., 1970. -С.178-208.

62. Левитов Н.Д. Психическое состояние беспокойства, тревоги // Тревога и тревожность / Сост. В.М. Астапов.-СПб. Литер, 2001. -С.78-88.

63. Леонова Л.Г., Бочкарева Н.Л. Вопросы профилактики аддиктивного поведения в подростковом возрасте: Учебно-методическое пособие. Новосибирск: Изд-во НМИ, 1998. -156с.

64. Леонтьев А.Н. Избранные психологические произведения: в 2-х томах. Т. 1. М.: Педагогика, 1983. —391с.

65. Либина Е.В., Либин A.B. Стили реагирования на стресс: психологическая защита или совладание со сложными ситуациями // Стиль человека: психологический анализ. М.: Смысл, 1998. -С.62-75.

66. Лисина М.И. Проблемы онтогенеза общения. М.: Педагогика, 1986.-146с.

67. Личко A.B., Битенский B.C. Подростковая наркология: Руководство. Д.: Медицина, 1991. -304с.

68. Лукин С.Е., Суворов A.B. Тест рисуночной ассоциации С.Розенцвейга. С.-П.: Иматон, 1993. -24с.

69. Малкина-Пых И.Г. Психосоматика: Новейший справочник. М.: Изд-во Эксмо; СПб.: Сова, 2003. -928с.

70. Маслоу А. Психология бытия. М.: «Рефлбук», «Ваклер», 1997. -300с.

71. Менделевич В.Д. Клиническая и медицинская психология. Практическое руководство. М.: МЕДпресс, 1999. -592с.

72. Менделевич В.Д. Психология девиантного поведения: Учебное пособие. М.: МЕДпресс, 2001. -432с.

73. Мертон Р.К. Социальная структура и аномия // Социол. исслед. -1999.-№3. —С. 104-114.

74. Мид Дж. Идеальное общество и современность. Львов, 1992. -234с.

75. Милушева Г.А., Найденова Н.Г. О роли микросоциальных факторов в возникновении девиантного поведения у подростков с ранними формами злоупотребления токсикомани-ческими веществами и алкоголем // Вопросы наркологии. 1992. №3-4. -С.138-143.

76. Молоканов М.В. О соответствии адаптации личности ее знаниям об особенностях своего специфики рождения // Психологический ж-л, 1996. Т17. - №5. -С.42-55.

77. Москаленко В.Д. Зависимость: семейная болезнь. М.: Персэ, 2002. -123с.

78. Мясищев В.Н. Личность и неврозы. Л.: Медицина, 1960. -С.426.

79. Наенко Н.И. Психическая напряженность. М.: Изд-во МГУ, 1976. -112с.

80. Налчаджян. A.A. Социально-психологическая адаптация личности (формы, механизмы и стратегии). Ереван: изд-во АН Арм ССР, 1998. - 263с.

81. Немчин Т.А., Цыцарев C.B. Личность и алкоголизм. -Л.: Изд-во ЛГУ, 1989. -192с.

82. Никитин Ю.А. Молодежная наркомания и тенденции ее развития на Сахалине в условиях трансформации Российского общества (Социологический анализ). Автореф. дисс. на соискание уч. степени канд. социол. наук. Владивосток, 2003. -28с.

83. Носков Г.Г. Возрастной аспект социально-психологической дезадаптации в условиях социальной новизны. // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. 1997. №1-2 (3). -С.98-99.

84. Овчинникова Г.Г. Социально-психологическая адаптация как фактор становления Я-концепции подростков. Автореф. дисс. на соискание уч. степени канд. псих. наук. М., 1997. -22с.

85. Панченко Е.А. Расстройства психической адаптации у лиц, занимающихся предпринимательской деятельностью (распространенность, клиника, лечение и профилактика). Автореф. дисс. на соискание уч. степени канд.мед. наук Хабаровск, 2002. -23с.

86. Петракова Т.И. Жесткость и аддиктивное поведение у подростков // Наркомании: ситуация, тенденция и проблемы. М.: Институт социологии РАН, 1999. -С.68-72.

87. Петровский В.А. Психология неадаптивной активности / Российский открытый университет. М., 1992. -224с.

88. Петровский В.А. Личность в психологии: парадигма субъектности. Ростов-на-Дону: Феникс, 1996. -512с.

89. Петровский В.А. Феномены субъектности в развитии личности. Самара, 1997, -252с.

90. Перре М., Бауманн У. Клиническая психология. М., 2002. -1312с.

91. Положий Б.С. Психическое здоровье как отражение социального состояния общества. // Ж. Обозрение психиатрии и мед. психологии им В.М. Бехтерева. 1993. - №4. -С.6-11.

92. Попов Ю. В. Концепция саморазрушающего поведения, как проявление дисфункционального состояния личности. // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В. М. Бехтерева. 1994. -№1. -С.6-13.

93. Прихожан A.M. Тревожность у детей и подростков: психологическая природа и возрастная динамика. Воронеж: НПО «МОДЭК», 2000. -303с.

94. Психология. Учебник для экон. Вузов / Под общ. ред. В.Н.Дружинина. СПб.: Питер, 2000. -672с.

95. Пятницкая И.Н. Место наркотизации в девиантном поведении подростков // Наркомании: ситуация, тенденция и проблемы.- М.: Институт социологии РАН, 1999. -С.53-58.

96. Радугин A.A., Радугин К.А. Социология. Курс лекций. -М.: Центр, 2000. -244с.

97. Реан A.A. Агрессия и агрессивность личности // Психологический журнал. 1996. - Т. 17. - №5. -С.3-17.

98. Риман Ф. Основные формы страха. М.: АЛЕТЕЙА, 1999. 318с.

99. Ромм М.В. Адаптация личности в социуме: Теоретико-методологический аспект.- Новосибирск: наука. Сибирская издательская фирма РАН, 2002. -275с.

100. Рохлина М.Л., Врублевский А.Г. Аффективные нарушения у больных полинаркоманиями и их роль в возникновении рецидивов заболевания // Вопросы наркологии. 1990. - №1. -С.34.

101. Рохлина М.Л., Козлов A.A. Клинические проявления изменений личности у больных наркоманиями // Вопросы наркологии. 1999. - №1. -34с.

102. Рубинштейн С.Л. Бытие и сознание. М., 1957,- 328с.

103. Румянцева Т.Т. Понятие агрессивности в современной зарубежной психологии // Вопр. психол. 1993. №1. -С.81-87.

104. Северный A.A., Иовчук Н.М. Социум как пусковой фактор реализации конституциональных и патологических предрасположений к отклоняющемуся поведению детей и подростков // Саморазрушающее поведение у подростков.-М., 1996. -С.15-21.

105. Селье Г. Очерки об адаптационном синдроме. М., 1960. -254с.

106. Селье Г. Стресс без дистресса. М.: Прогресс, 1979. -124с.

107. Семке В.Я. Аддиктивная личность в зеркале персоноло-гии. // Наркология. 2002. - №1. -С.27-34.

108. Семке В.Я., Аксенов М.М., Головин О.Д., Рудницкий В.А. Клинико-патогенетические аспекты пограничных состояний // Современные проблемы пограничных и аддиктив-ных состояний. Томск, 1996. -С.61-62.

109. Сиволап Ю.П., Савченкова В.А., Савельева C.B., Мирошниченко В.В. Некоторые психологические особенности больных опийной наркоманией // Журнал неврологии и психиатрии. 2003. - № 5.-С.71-72

110. Сирота H.A. и Ялтонский В.М. Копинг: поведение как проблема наркологии // Вопросы наркологии. 1996. - №1. -С.76-82.

111. Слоневская С.Ю., Стрельцова Ж.Н. Особенности кризиса взросления старших подростков, страдающих героиновой наркоманией //13 съезд психиатров России: Материалы съезда. М., 2000. -250с.

112. Соколова Е.Т. Самосознание и самооценка при аномалиях личности. М.: Изд-во МГУ, 1989. -213с.

113. Смелзер Н. Социология. М.: Феникс, 1994. -688с.

114. Спиваковская A.C. Профилактика детских неврозов: Комплексная психологическая коррекция. М.: Изд-во МГУ, 1988. -200с.

115. Сухарева Г. Е. Клинические лекции по психиатрии детского возраста. Т. 2. М., 1959. -143с.

116. Томэ X., Кехеле X. Современный психоанализ. В 2-х томах. Т. 1. Теория. М.: «Прогресс» «Литера», 1996. -576с.

117. Талызина Н.Ф. Педагогическая психология. М.: Академия, 2003. -288с.

118. Франкл В. Человек в поисках смысла. М.: Прогресс, 1990. -366с.

119. Фрейд 3. Введение в психоанализ. Лекции. СПб.: Питер, 2001. -381с.

120. Фромм Э.-Анатомия человеческой деструктивности. М.: «Республика», 1994.-447с.

121. Ханин Ю.Л. Краткое руководство к применению шкалы реактивной и личностной тревожности Ч.Д.Спилбергера. Л.: ЛНИИФК, 1976. -18с.

122. Хмелева О.В. Особенности девиантного поведения молодежи Сахалина в период трансформации общества (социологический анализ) Автореф. дисс. на соискание уч. степени канд. социол. наук. Владивосток, 2001. -22с.

123. Холмс П. Внутренний мир снаружи. М.: «Класс», 1999. 288с.

124. Хорни К. Невротическая личность нашего времени. Самоанализ. М.: «Прогресс», «Универс», 1993. -480с.

125. Хорни К. Собр. Соч.: В 3-х томах. Т. 3. М.: Смысл, 1997. -694с.

126. Худяков A.B. Аддиктивная личность с позиции системы отношений. // Вопросы наркологии. 2002. - №9. -С.47-50.

127. Чеховская М.В. Клиническая характеристика психических нарушений у лиц с гетероагрессивным поведением. Автореф. дисс. на соискание уч. степени канд. мед. наук. Томе к', 1997. -23с.

128. Шибанова Н.И. Особенности социальной дезадаптации больных с наркологическими заболеваниями. М., 1997. -67с.

129. Шибутани-Т. Социальная психология. Ростов-на-Дону, 1999. -544с.

130. Эйдемиллер Э.Г., Юстицкис В.В. Психология и психотерапия семьи. СПб.: Питер, 2001. -652с.

131. Эриксон Э. Детство и общество. СПб.: Речь, 2000. -416с.

132. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. М.: Прогресс, 1996. -344с.

133. Юнг К.Г. Проблемы души нашего времени: Пер. с нем. М.: «Прогресс», «Универс», 1993. -329с.

134. Юнг К.Г. Божественный ребенок: Аналитическая психология и воспитание: Сб. М.: «Олимп»; ООО «Издательство ACT - ЛТД», 1997. -400с.

135. Яковлев A.M. Борьба с рецидивной преступностью. М.: Наука, 1964. -223с.

136. Balint М. The Basic Fault. London. Tavistok, 1968.

137. Blonna R. Coping with stress in a changing world. («Психологический стресс и процессы преодоления») — New York: Mosby-Year Book, 1996.

138. Blonna R. Coping with stress in a changing world. New York: Mosby-Year Book. 2000, Peale, Peck et al., p. 201.

139. Bowlby J. A secure base: Clinical applications of attachment theory. London: Routledge, 1988.

140. Buck R. Human Motivation and Emotion, 3rd edition, New York: Wiley, 1988.

141. Cox W.M. The alcoholic personality: a evien of evidence // Progress in experimental personality research. -1979.

142. Despland J.N.; Monod L.; Ferrero F. Клиническое изучение нарушения адаптации по тесту DSM-III-R. Источник:

143. Schweiz. Arch. Neurol, und Psychiat. 1997. Вып. № 1. -С. 1924.

144. Dockar-Drysdale В. Consultations in Child Care. London: Longman, 1973.

145. Dreikurs R., Grey L. A parent's guide to child discipline. New York: Hawthorn Books, 1972.

146. Dürkheim E. Suicide: A Study in Sociology, Glencoe, 1951.

147. Erikson K.T., Erikson E.H. The Confirmation of the Delinquent. Chicago Review, Winter, 1957.

148. Harre R. The ethogenetic approach: Theory and practice// Experimenal social psychology. -N.Y.; L. 1977. Vol. 10. P. 283314.

149. Horney R. Our inner conflicts: A constructive Theory of neurosis. N.Y.: Norton, 1945.

150. Fairbairn W.R.D. Psychoanalytic Studies of the Personality. London: Tavistock, 1952.

151. Fluman E. Motors Have to Be There to Be Left. 1982.

152. Freud S. Triebe und Triebschicksale // G.W. 1915. №10. P.210.

153. Freud S. Standart Edition of the Complete Psychoanalytic Works of S. Freud. London, 1959. -P.346-357.

154. Janoff Bulman R. The aftermath of victimization: rebuilding shattered assumptions. // Trauma and its wake. The study and treatment of PTSD. - eds.: Figley C.R., N.Y., 1985. P.15-35.

155. Qetting Eugune R.; Deffenbacher Jerry L.; Donnermeyer Joseph F. II Primary socialization theory. The role played by personal traits in the etiology of drug use and deviance. Substance Use and Misuse. 2002. Вып. № 6. -С.1337-1366.

156. Kernberg О. Internal World and External Reality. New York: Jason Aronson, 2001.

157. Khan M.M.R. The concept of cumulative trauma. / The Psychoanalytic Study of the Child. 1963. -P.286-306.

158. Kohut H. The Analysis of the Self. Systematic Approach to the Psychoanalytic Treatment of Narzissistic «Personality Disorders». New York: International Universities Press, 2003.

159. Klein J. Our Need for Others and its roots in Infancy. London: Tavistok, 1987.

160. Klein M. Envy and Gratitude. London: Hogarth Press, 1975.

161. Lazarus R.S. Psychological Stress and Coping Process. New York: McGraw-Hill, 2001.

162. Machler M.S., Pine F., Bergman A. The Psychological birth of human infant. New York: Basic books, 1975.

163. MacDougall J.M., Dembroski T.M., Dimsdale J.E., Hackett T.P. Components of Type-A, hostility, and anger-in: Further relationships to angiographic findings. Health Psychology. 1985.

164. Mead G. The Philosophy of the Present, Arthur E. Murphy, ed., Cicago, 1932. (ссылка из уч. «Социальная психология» Шибутани Т. Ростов н/ Д.: изд-во «Феникс», 1999.

165. Mead G. The Social Self // «Journal of Philosophy», X, 1913.

166. Mead M. Lives for Old. New York. -1956.

167. Mills R. The Socialogical Imagination. New York. -1959.

168. Overbeck G., Biebl W. Psycholsomatsche ModellVorstellungen zur Pathogenese der Ulcerkrankheit // Psychiatry, № 29. 2003.-P.542.

169. Parsons T.,. Bales R.F. Family, Socialization, and Interaction Process. Glencoe. -1955.

170. Rank O. The trauma of birth. New York: Harcourt, Brace & Co., Inc.-1929.

171. Roger C. A way of being. USA, 2000.

172. Roger D., Jarvis G,, Najarian B. Detachment and coping // Personality and individual Difierences. 1993. No 6. Vol.15.

173. Segal B. Drugs and behavior. New York, 2003.

174. Segal B., Korolenko C. Addictive Disordes in Artie Climat // New York, London: Hogarth Press, 1990.

175. Skinner B. Science on human behavior. New York, 1953.

176. Sullivan H. S. The Interpersonal Theory of Psychiatry, New York, 1953.

177. Winnicott D.W. Transitional objects and transitional phenomena. Int. J. Psychoanal. 34:89, 1953.

178. Winnicott D.W., Through paediatrics to psycho-analysis. London: Hogarth Press, 1958.