Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Бузина, Татьяна Сергеевна, 1998 год

1. ВВЕДЕНИЕ.стр.

2. Глава 1. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ.стр.

3. Глава 2. ОБЪЕКТ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. .стр.

4. Глава 3. РЕЗУЛЬТАТЫ И ОБСУЖДЕНИЕ.стр.

Введение диссертации по психологии, на тему "Психологические факторы риска ВИЧ-инфицированных больных опийной наркоманией"

Актуальность исследования. В последние годы в нашей стране наблюдается активное распространение употребления различных наркотических веществ. За четыре года (с 1992 по 1996 годы) число наркоманов, состоящих на учете в наркологической службе Минздрава РФ, возросло в 2,7 раза, достигнув 88,1 тыс. человек. Число потребителей наркотиков, состоящих на учете в системе МВД РФ, достигло в 1996 году 249,8 тыс. человек, увеличившись за год на 60,2%. Среди них 15,5% составляют несовершеннолетние. По данным социологических исследований в стране около 2 миллионов граждан регулярно употребляют наркотики, почти 4 миллиона человек пробовали их. Преобладающее число потреблений (около 3А) приходится на молодежь в возрасте от 14 до 30 лет (В.Ф. Егоров, 1997).

Рост употребления наркотиков создает в нашем обществе значительные медицинские и социальные проблемы.

Злоупотребление этими веществами кроме токсического воздействия на организм ведет к формированию таких тяжелых заболеваний как токсикомании и наркомании. Развитие этих заболеваний сопровождается различного рода неврологическими и психическими расстройствами, а также поражением печени, сердечно-сосудистой, иммунной и других систем организма. Продолжительность жизни больных наркоманиями сравнительно невелика и в среднем составляет 36 лет. Вместе с тем лечение заболеваний этого типа крайне затруднено, так как они сочетают в себе во многом необратимые биологические нарушение гомеостаза организма с такими изменениями личности, как морально-этическое и интеллектуальное снижение (И.Н. Пятницкая, 1994; В.Ф. Егоров и др., 1996).

В последние два года одной из центральных проблем, связанных с употреблением наркотиков, стало распространение ВИЧ-инфекции в среде потребителей психоактивных веществ. Прямое попадание вируса ВИЧ в кровь дает самую высокую вероятность заболевания. Потребители наркотиков, вводящие их внутривенно, реализуют именно этот путь распространения инфекции, так как они часто совместно используют одни и те же шприцы и иглы без соответствующей дезинфекции, набирают раствор для инъекций из общей посуды, иногда добавляют свою кровь в общий раствор при кустарном изготовлении наркотика и т.п. (Пандемия ВИЧ-инфекции и СПИДа, 1994).

Полное излечение от наркомании считается невозможным, а эффективным результатом лечения считается достижение стойкой ремиссии. Больные после курса медикаментозного лечения нуждаются в серьезной психологической и социальной реабилитации. Им необходимо восстановить утраченные связи с обществом, заново научиться жить в нем, иначе, при попадании в прежнюю среду, неизбежен срыв. Однако процесс возвращения к общественной жизни зачастую бывает очень сложен, требует от пациента значительных усилий, на которые он в большинстве случаев бывает неспособен. Общество также не всегда готово к встрече с такими людьми. Им бывает нужно новое жилье взамен утраченного, работа, которую очень сложно найти и т.п. Все это требует наличия специальной реабилитационной и социальной служб, что предполагает значительные материальные затраты.

Злоупотребление различными психоактивными веществами порождает множество и других проблем в обществе. С их распространением растет число преступлений, связанных с приобретением, хранением и распространением наркотиков, и противоправных действий, совершенных в состоянии острой наркотической интоксикации. Потеря трудоспособности и высокая стоимость наркотиков толкают больных наркоманией на совершение краж, грабежей и другие преступления. Среди женщин, употребляющих наркотики, как способ заработка на них, распространена проституция.

Распространение наркоманий носит эпидемический характер. Считается, что один потребитель вовлекает в наркотизацию 6-10 человек. Активно этому способствует в последнее время и развитие рынка наркотиков, сопровождающееся появлением на нем все новых и новых веществ. В последние годы в наркотизацию все больше стала вовлекаться молодежь. Потребление наркотиков становится частью молодежной моды и культуры. В эпидемиологическом отношении это очень тревожный факт, так как чем ниже возраст больных наркоманией, тем более отдалено «насыщение» данным заболеванием в популяции и тем динамичнее развивается эпидемия (Е.А. Кошкина, Г.А. Корчагина, 1996). Кроме того, активное вовлечение в наркотизацию молодежи ведет к тому, что поражается наиболее дееспособная и перспективная часть общества.

С начала эпидемии ВИЧ-инфекции в России основным путем ее распространения был половой и темпы ее развития, хотя и вызывали тревогу, но были сравнительно невелики по сравнению со многими другими странами. Однако в 1996 году попадание вируса ВИЧ в среду потребителей наркотиков привело к резкому увеличению темпов роста этой инфекции. Внутривенное введение наркотиков стало ведущим фактором развития эпидемии. По данным Минздрава России больные наркоманией, вводящие наркотики внутривенно, в 1997 году составили 71 % от вновь выявленных ВИЧ-инфицированных.

Учитывая постоянный рост потребления наркотиков, следует ожидать, что проблема ВИЧ-инфицированных и больных СПИДом наркоманов создаст очень серьезные проблемы в нашем обществе.

Здравоохранение уже столкнулось с тем, что этим больным требуются совершенно особые условия и методы лечения. Возникла необходимость координирования работы инфекционных и наркологических служб, так как лечение одного заболевания невозможно осуществлять без лечения другого. Это требует не только создания новых лечебных мест, но и подготовки специалистов в данной области.

Распространение ВИЧ-инфекции в среде потребителей наркотиков создает угрозу роста этого заболевания и в других слоях общества. Как уже указывалось ранее, для них характерны и проституция, и промискуитет. Они вступают в сексуальные отношения не только между собой, но и с людьми, не употребляющими наркотики. Таким образом, реализуется самый распространенный путь передачи этой инфекции, как сексуальные контакты.

Среди потребителей наркотиков существует такой способ зарабатывания денег как сдача крови. Несмотря на то, что вся взятая у населения кровь тщательно проверяется, невозможно исключить полностью такие случаи, когда кровь уже инфицирована, но в ней еще не определяются антитела к ВИЧ.

Еще одну проблему создают ВИЧ-инфицированные женщины, употребляющие наркотики и рождающие инфицированных детей. Часто они просто отказываются от таких детей при их рождении. Но даже когда такие матери берут на себя заботу о своих детях, они, с одной стороны, бывают не в состоянии обеспечить им надлежащий уход, с другой стороны, есть большой риск, что эти дети очень скоро останутся сиротами, так как их матери больны тяжелым и неизлечимым заболеванием. Таким образом, общество в скором времени столкнется с проблемой содержания, воспитания и лечения ВИЧ-инфицированных детей, рожденных от матерей, употребляющих наркотики (А.Г. Рахманова, 1996).

Итак, мы видим, что потребление наркотиков порождает массу не только медицинских, но и социальных проблем, а распространение ВИЧ-инфекции среди больных наркоманией, вводящих наркотики внутривенно, несет в себе особую опасность всему обществу, так как на данный момент они являются основной группой риска в отношении этого заболевания.

В условиях отсутствия вакцины против ВИЧ-инфекции и эффективных методов ее лечения основным механизмом предупреждения эпидемии является профилактика. Серьезность складывающейся эпидемической ситуации требует поиска новых, более целенаправленных и эффективных методов работы именно с группой потребителей наркотиков, вводящих их внутривенно.

Традиционная медицинская профилактика до недавнего времени основывалась на просвещении и информировании населения о наносимом ущербе здоровью вредными привычками. Предполагалось, что эти знания могут способствовать распространению здорового образа жизни.

Подобный "просветительский идеализм" основывался на укоренившейся еще со времен французского Просвещения идее рациональности человека, которая подразумевает возможность полного подчинения поведения разуму. Предполагалось, что человек, изначально рождаясь невинным, все плохое приобретает в течение жизни, и, если с самого начала жизни его воспитывать правильно, в дальнейшем он будет вести себя в соответствии с усвоенными с детства правильными принципами (Э.Б. Кондильяк, 1980). Однако почти сразу же эти идеи стали вступать в противоречие со многими фактами из жизни. Оказалось, что в хороших семьях, несмотря на правильное воспитание, могут вырастать преступники, а многие люди, прекрасно понимая весь вред определенных своих поступков, иногда просто не могут вести себя иначе.

Одно из объяснений этому дал появившийся на рубеже XIX и XX веков психоанализ, который открыл новую область человеческой натуры -бессознательное - и показал, что реальное поведение в значительной мере детерминировано иррациональными факторами и, вопреки разуму, может быть деструктивным. Для изменения поведения недостаточны только разумные основания к этому, необходимы, прежде всего, изменения в сложной иерархической мотивационной структуре личности. Для того чтобы поведение изменилось, изменения должны найти свое место в деятельности субъекта и приобрести для него личностный смысл (А. Н. Леонтьев, 1975).

Все это говорит о необходимости и актуальности психологического подхода к медицинской профилактике, учитывающего специфические механизмы формирования рискованного в отношении того или иного заболевания поведения.

Тем не менее, просветительский подход до сих пор занимает одно из центральных мест в медицинской профилактике, и лишь сравнительно недавно стал подвергаться критике. В настоящее время в области профилактики злоупотребления наркотическими веществами все более активно разрабатываются и внедряются в практику многоуровневые программы, учитывающие психологические факторы приобщения подростков к наркотикам и имеющие своей целью формирование системы ценностей, установок и навыков, детерминирующих охранительное поведение (O.JI. Романова и др., 1994; Р. Спрангер, 1993; Р. Спрангер, 1994).

В начале развития эпидемии ВИЧ-инфекции профилактические программы в разных странах тоже носили в основном санитарнопросветительский характер и использовали средства массовой информации для пропаганды безопасного секса (М. Newman, 1987). Такие мероприятия давали определенные положительные результаты, но эффективность их была недостаточна. Исследование подобных кампаний средств массовой информации, проведенное в 35 странах в конце 80-х годов, показало, что, несмотря на то, что осведомленность населения о ВИЧ-инфекции значительно повысилась, это не привело к реальным изменениям в поведении людей (AIDS, 1989).

Изучение факторов распространения ВИЧ показало наличие так называемого «рискованного» поведения в отношении этой инфекции. Это поведение увеличивает риск реализации основных путей передачи вируса (через кровь и половые контакты). Для него характерны беспорядочные, незащищенные сексуальные связи и использование нестерильных средств для инъекций (M.L. Cooper, 1992). Подобное поведение свойственно, прежде всего, лицам, употребляющим наркотики внутривенно, так как в их среде часто практикуется обмен иглами и шприцами, и они ведут беспорядочную половую жизнь (J.F. Samuels et al., 1992; D. Serrano et al., 1992; G.J. Schilling et al., 1991).

Последние исследования в области профилактики ясно указывают на низкую эффективность одноразовых кампаний и необходимость разработки долгосрочных адресных профилактических программ, ориентированных на конкретные группы риска. Эти программы должны учитывать различные факторы, в том числе и психологические, определяющие рискованное поведение, с целью воздействия на него и его изменения (Н.А. Должанская и др., 1996; Cassel Russel N., 1992; D.R. Gibson et al., 1993).

Существующие у нас сейчас профилактические программы по ВИЧ-инфекции носят в основном санитарно-просветительский характер и не приносят значительных положительных результатов. Анализ зарубежных программ показывает, что хотя они и ориентированы на изменение рискованного поведения в отношении ВИЧ-инфекции, в них практически не учитываются именно психологические особенности представителей конкретных групп риска.

Активно внедряемая в последнее время концепция «снижения вреда» от употребления наркотиков («Harm reduction»), признает невозможность отказа от наркотиков и ориентирована в основном на просветительскую работу с больными наркоманиями, обеспечение их одноразовыми шприцами, дезинфицирующими средствами и замену внутривенных наркотиков пероральными. Хотя подобная работа и приносит вполне определенные положительные результаты, необходимо признать, что данную группу населения нельзя сделать безопасной в отношении распространения ВИЧ-инфекции, пока они подвержены наркотической зависимости. Для них всегда сохраняется риск оказаться в опасной ситуации или из-за отсутствия стерильных инструментов, или из-за необходимости вступить в случайную половую связь, чтобы заработать на очередную дозу наркотиков, или по каким-либо другим причинам, связанным с их образом жизни.

Необходимо признать, что наиболее эффективный способ снижения уровня ВИЧ-инфицированности в связи с потреблением наркотиков, это снижение уровня потребления наркотиков. Огромную роль в этом может сыграть знание причин, приводящих людей к наркотизации и, соответственно, риску ВИЧ-инфицирования. Профилактическую работу надо начинать еще до того, как люди стали употреблять наркотики.

Целью настоящего исследования является поиск и изучение психологических факторов риска ВИЧ-инфицирования потребителей наркотиков.

Рискованное поведение в отношении ВИЧ-инфекции нельзя рассматривать отдельно от поведения, приводящего к употреблению наркотиков. Это поведение является одним из проявлений особой потребности в острых ощущениях и переживаниях и называется «поиск ощущений». Риск в отношении ВИЧ-инфекции также является выражением этой потребности.

Поиск ощущений» не всегда проявляется в виде непосредственного изменения состояния сознания с помощью наркотических веществ. В обществе имеется набор средств отреагирования потребности в острых и необычных переживаниях: через определенные виды деятельности, связанные с риском (спорт, служба в армии и органах правопорядка, экспедиции и т.п.) и в знаково-сиволической форме (при решении сложных задач, восприятии сложных произведений, чтении захватывающей литературы и т.п.). Однако существует ряд причин социального и психологического порядка, по которым потребителям наркотиков эти средства оказываются неподходящими.

Гипотеза настоящего исследования заключается в том, что рискованное поведение типа «поиск ощущений» является предпосылкой начала приобщения к наркотикам и риска ВИЧ-инфицирования в том случае, когда оно сочетается с такими психологическими чертами как алекситимия и низкий уровень когнитивной дифференцированности (по л енезависимости).

В соответствии с целью и гипотезой были поставлены конкретные исследовательские задачи:

1. Оценить степень информированности потребителей наркотиков и контрольной группы в отношении профилактики ВИЧ-инфекции.

2. Выявить основные варианты рискованного поведения и установить степень их связи с употреблением наркотиков и возможностями ВИЧ-инфицирования.

3. Исследовать связь рискованного поведения с особенностями когнитивного стиля (степени полезависимости) и репрезентации субъективного опыта (алекситимии).

4. Разработать, адаптировать и апробировать конкретные экспериментально-психологические методы оценки рискованного поведения.

Таким образом, предметом исследования являются такие психологические особенности потребителей наркотиков как склонность к рискованному поведению, феномен алекситимии и уровень когнитивной дифференцированности, рассматривающиеся в качестве факторов наркотизации и ВИЧ-инфицирования.

Объектом исследования были выбраны больные опийной наркоманией, так как они вводят наркотики внутривенно, что является главным фактором распространения ВИЧ-инфекции среди потребителей психоактивных веществ. Среди них в настоящее время выявлено наибольшее количество ВИЧ-инфицированных. В то же время употребление наркотиков опийной группы является одним из основных видов наркоманий в нашей стране.

Существующие в настоящее время методы профилактики ВИЧ-инфекции среди потребителей наркотиков, хотя и ориентированы на изменение их поведения, не рассматривают психологические причины, приводящие людей к наркотизации, как возможные факторы ВИЧ-инфицирования.

Научная новизна исследования заключается в рассмотрении профилактики ВИЧ-инфекции в наркологии в непосредственной связи с профилактикой наркотического поведения.

Впервые исследуются психологические факторы риска ВИЧ-инфицирования у потребителей наркотиков и показаны особенности самосознания больных опийной наркоманией, заключающиеся в сочетании «поиска ощущений» с высоким уровнем полезависимости и низкой структурированностью телесного опыта, выражающейся «диффузным вариантом» алекситимии.

Обнаружено, что достаточная информированность больных опийной наркоманией о ВИЧ-инфекции и способах ее профилактики практически не изменяет их опасное поведение.

Показано, что больные опийной наркоманией, испытывая потребность в «острых ощущениях», отличаются от групп сравнения типом «рискованного» поведения, которое выражается в столкновении с социальными нормами, отсутствии структурированной активности и социализированных способов реализации потребности в риске.

Установлено, что больным опийной наркоманией свойственна высокая степень полезависимости.

Выявлены различия в структуре и содержании внутреннего телесного опыта в группе больных наркоманией и группе здоровых.

Словарь интрацептивных ощущений больных опийной наркоманией отличается диффузностью и низкой структурированностью. Стратегия выбора слов для описания телесного опыта носит гедонистический характер и ориентирована на переживание удовольствия (в отличие от «нормы», ориентированной на болезненные ощущения).

Таким образом, получены новые феноменологические данные, касающиеся рискованного поведения больных опийной наркоманией, их когнитивного стиля и репрезентации внутреннего опыта, которые можно рассматривать как факторы риска наркотизации и ВИЧ-инфицирования.

Практическая значимость исследования заключается в том, что полученные данные могут быть использованы при разработке профилактических программ как по предупреждению потребления психоактивных веществ, так по проблемам ВИЧ-инфекции среди потребителей наркотиков. Учет психологических факторов рискованного поведения позволит повысить эффективность этих программ.

Психологические методы, использованные в данном исследовании, могут применяться для оценки степени риска наркотизации и ВИЧ-инфицирования.

Результаты исследования были использованы при подготовке пособия для врачей-наркологов по профилактике ВИЧ-инфекции среди потребителей наркотиков. Положения, выносимые на защиту:

1. У больных опийной наркоманией обнаруживается тенденция к рискованному поведению, реализующемуся в виде нарушения социально обусловленных нормативов поведения и включающему в себя подверженность несчастным случаям и возможность наркотизации и ВИЧ-инфицирования.

2. У больных опийной наркоманией обнаруживается устойчивое сочетание склонности к рискованному поведению с высоким уровнем полезависимости и нарушением репрезентации внутреннего опыта в виде особого типа «диффузной» алекситимии, характеризующегося затруднениями структурирования интрацептивного словаря.

3. Низкая структурированность внутреннего опыта больных опийной наркоманией затрудняет возможности реализации потребности в стимуляции в опосредованном или социально-приемлемом виде.

4. Семантическая структура внутреннего телесного опыта больных опийной наркоманией реализуется в области позитивных ощущений, связанных с получением удовольствия, тогда как здоровые испытуемые ориентируются на болезненные ощущения. Подобная «гедонистическая» ориентация внутреннего опыта может рассматриваться как психологический фактор наркотизации и ВИЧ-инфицирования.

Заключение диссертации научная статья по теме "Медицинская психология"

1. Больные опийной наркоманией достаточно информированы об опасности ВИЧ-инфекции, хорошо представляют себе пути ее передачи и вполне осознают опасность заражения из-за своего наркотического поведения. В то же время эти знания не приводят к существенным изменения их рискованного поведения по отношению к этому заболеванию.

2. Выявлена склонность больных опийной наркоманией к рискованному поведению, которая проявляется в форме столкновения с общепринятыми нормами, приводит к подверженности несчастным случаям и не реализуется в конкретных социализированных видах деятельности. Подобная склонность может служить одной из основных причин начала наркотизации и риска ВИЧ-инфицирования.

3. Обнаружено сочетание склонности больных опийной наркоманией к рискованному поведению с высокой степенью полезависимости и алекситимией.

4. Отмечающаяся у больных опийной наркоманией алекситимия представляет собой особый «диффузный» тип, характеризующийся не ограниченностью словаря для описания внутреннего телесного опыта, а затруднениями выбора и структурирования.

5. Высокая полезависимость и «диффузная» алекситимия свидетельствуют о слабой организованности и структурированности внутреннего опыта больных опийной наркоманией и плохой его рефлексии. Это препятствует опосредованному отреагированию потребности в стимуляции в знаково-символической форме или социально детерминированных видах деятельности и приводит к необходимости ее удовлетворения с помощью внешней стимуляции, в том числе и наркотическими средствами.

6. Оценка внутреннего телесного опыта больных опийной наркоманией носит «гедонистический» характер, ориентирована на положительные, связанные с получением удовольствия, ощущения, и может рассматриваться как психологический фактор риска наркотизации и ВИЧ-инфицирования.

7. Учащиеся ПТУ обнаруживают сходную тенденцию к «поиску ощущений» с группой больных наркоманией. Подобное сходство и значительный процент среди них тех, кто уже пробовал наркотики, позволяет рассматривать их как группу риска в отношении заболевания наркоманией.

8. Использованные в исследовании психологические методы оценки особенностей «поиска ощущений», когнитивного стиля и рефлексии внутреннего опыта показали их адекватность и валидность для исследования психологических особенностей больных опийной наркоманией, что позволяет их использовать при диагностике степени психологического риска наркотизации и ВИЧ-инфицирования и определении групп риска.

9. Полученные результаты могут использоваться для оценки риска ВИЧ-инфицирования как среди больных наркоманией, так и выявления групп риска в общей популяции, а также при разработке психологически обоснованных профилактических программ.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Отмечающийся в последнее время рост заболеваемости наркоманиями и связанное с ним распространение ВИЧ-инфекции сделали крайне актуальной проблему профилактики этих медицинских и социальных недугов. Поскольку простое информирование населения об опасности этих заболеваний не дает ощутимых положительных изменений в поведении представителей групп риска, то необходима разработка эффективных профилактических программ, опирающихся на психологические и поведенческие особенности представителей группы риска с целью реального изменения их опасного поведения.

Проведенное нами экспериментально-психологическое исследование на группе больных опийной наркоманией и контрольных группах сравнения (учащихся ПТУ, военного училища и группе «здоровые») показало наличие психологических предпосылок для рискованного поведения среди потребителей наркотиков.

На первом этапе исследовалось возможное влияние постабстинентных психопатологических расстройств у обследуемых больных опийной наркоманией на получаемые в исследовании результаты.

Использование клинической шкалы самоотчета SCL-90 показало, что у больных наркоманией средние показатели уровня выраженности психопатологических симптомов по всем шкалам методики не достигают значения «умеренно» и находятся в пределах слабой выраженности. Это позволяет сделать вывод о том, что возможные постабстинентные расстройства, если и могли оказать влияние на работоспособность испытуемых данной группы, то оно незначительно, и результаты, полученные по другим методикам, могут быть вполне сопоставимы с результатами, полученными в других группах испытуемых.

При этом можно отметить, что учащиеся ПТУ наиболее близки по психопатологических характеристикам к группе больных наркоманией, чем представители других групп сравнения. Наибольшее сходство между учащимися ПТУ и потребителями наркотиков наблюдается по шкалам "интерперсональная сенситивность" и "депрессия".

Предварительная проверка предположения о склонности больных опийной наркоманией к определенным типам рискованного поведения и малом влиянии уровня знаний об опасности ВИЧ-инфицирования на их образ жизни проводилась с помощью специальной анкеты. Анкета содержала следующие разделы:

- Демографический (данные о семейном положении, социальном статусе);

- Медицинский (сведения о состоянии здоровья);

- Стиль поведения (склонность к различным видам рискованного поведения);

- Наркотики (данные о наркотическом поведении и употребляемых веществах);

- ВИЧ-инфекция (информированность о ВИЧ-инфекции, наркотическое и сексуальное поведение, связанные с риском ВИЧ-инфицирования).

- СМИ (предпочитаемые средства массовой информации).

Результаты анкетирования анализировались методом оценки различий среднегрупповых значений по разделам анкеты и методом факторного анализа всей совокупности полученных данных.

По социально-демографическим характеристикам группы больных наркоманией и учащихся ПТУ достаточно однородны, а полученные по некоторым пунктам статистически значимые различия между ними объяснимы некоторой разницей в возрасте.

По медицинскому разделу анкеты было показано, что для больных наркоманией характерны инфекции, связанные с потреблением наркотиков и передаваемые парентеральным путем (т.е. гепатиты), а также пневмонии и туберкулез, которые могут выступать в качестве оппортунистических инфекций при ВИЧ-инфекции.

На наличие психопатологических или неврологических расстройств также достоверно больше указывали больные наркоманией, чем учащиеся ПТУ.

Учащиеся ПТУ наиболее часто отмечали бессонницу, а больные наркоманией - нарушения поведения, под которыми подразумевались конфликты в школе со сверстниками и учителями, побеги из дома, бродяжничество и т.п.

В разделе анкеты, посвященном образу жизни показано, что больные наркоманией больше, чем учащиеся ПТУ, предпочитают богемный образ жизни, они больше путешествуют, больше склонны участвовать в мероприятиях, отражающих определенные социальные настроения (митинги, демонстрации и т.п.). В то же время учащимся ПТУ в большей мере, чем больным наркоманией свойственны различные формы организованного досуга (спорт, рыбалка, совместные праздники и др.).

Образ жизни больных наркоманией, по сравнению с учащимися ПТУ, носит менее структурированный и организованный характер, у них мало стандартных, социализированных форм досуга. Виды досуга, которые они предпочитают, не связаны с выполнением какой-либо деятельности.

Аналогичные результаты получены и по разделу, посвященному различным видам рискованного поведения. Так, больные наркоманией больше имеют долгов и больше тратят деньги, чем учащиеся ПТУ. В то же время получение острых ощущений через азартные игры и посещение платных спортивных мероприятий для них менее характерно. Любая игра, в том числе азартная, кроме того, что она позволяет получить «острые» ощущения, предполагает еще и выполнения вполне определенной деятельности. И мы видим, что больные наркоманией, меньше, чем представители группы сравнения, вовлекаются в подобные виды деятельности.

В сфере физического риска больные наркоманией несмотря на явную потребность в активности также не склонны реализовывать ее в каких-либо социально-структурированных формах.

Однако по разделу «Несчастные случаи» потребители наркотиков достоверно чаще оказывались жертвами дорожных происшествий, несчастных случаев на работе и передозировок лекарственных средств или наркотиков. Они чаще обжигаются и указывают на большее количество суицидных попыток. Таким образом, тенденция попадать в опасные ситуации у больных наркоманией выражена больше, чем у учащихся ПТУ.

Можно предположить, что неспособность больных наркоманией реализовывать потребность в активности в конкретных видах деятельности приводит к тому, что они становятся подверженными различным случайным происшествиям.

Больным наркоманией также явно свойственна социальная расторможенность. Практически по всем видам рискованного социального поведения они значительно превосходят учащихся ПТУ.

В сфере межличностных контактов они легко знакомятся с первым встречным, им нравится шокировать окружающих своей речью и внешним видом.

В области нарушений правопорядка потребители наркотиков предпочитают ездить зайцем, легко могут оказаться за рулем в нетрезвом виде и подвергались различного рода судебным разбирательствам. Около трети из них были в заключении или имели приводы в милицию.

Данные по разделу «Наркотики» показали, что учащиеся ПТУ в большинстве своем знакомы с наркотическими веществами и подтвердили общепринятые представления о поисковом подростковом полинаркотизме, так как опрошенные подростки указывали сразу на несколько попробованных ими веществ. Необходимо также отметить, что в настоящее время молодое поколение все более активно приобщаются к употреблению наркотиков, так как спектр употребляемых ими веществ оказался значительно шире, чем в группе больных наркоманией, которые были вовлечены в наркотизацию на несколько лет раньше.

Несмотря на то, что в большинстве случаев мы имеем дело с несистематическим приемом и даже единичными пробами, нужно отметить, что даже изредка пробующие наркотики, общаются с лицами зависимыми от наркотиков, которые могут стать для них источником ВИЧ-инфекции. При этом риск ВИЧ-инфицирования достаточно велик в связи с тем, что, как правило, в первый раз наркотик вводится не самостоятельно, а более опытным потребителем, и в этой ситуации не всегда можно проконтролировать стерильность шприца и иглы.

Риск усугубляется еще и тем, что часто используется кустарно приготовленный, не стерильный раствор, потребление носит групповой характер, забор раствора в шприц осуществляется из общей емкости и одной иглой.

В группе больных наркоманией опрос показал, что они в значительной степени подвержены риску ВИЧ-инфицирования при внутривенном введении наркотиков. Только 17,07% из них указали на то, что никогда не пользуются чужими иглами и шприцами при введении наркотиков. 9,76% пользуются чужими шприцами регулярно и 70,73% - в исключительном случае. При этом мало, кто из них, выразили уверенность в стерильности употребляемого инструментария.

В качестве основного мотива использования чужого шприца чаще всего выступает отсутствие своего, на определенные групповые нормы в этом отношении указывают менее 10% опрошенных.

Таким образом, данные, полученные по этому разделу анкеты, наглядно продемонстрировали, что больные наркоманией подвержены риску ВИЧ-инфицирования при внутривенном введении наркотиков. Многим учащимся ПТУ свойственно рискованное наркотическое поведение и, соответственно, также грозит опасность ВИЧ-инфицирования.

Оценка уровня информированности о ВИЧ-инфекции и связанного с ним поведения показал, что учащиеся ПТУ хуже, чем больные наркоманией осведомлены о ВИЧ-инфекции, но все же хорошо представляют себе угрозу заражения этим недугом и больше, чем больные наркоманией, предпринимают реальные действия для ее предупреждения. Они достоверно лучше знают адреса пунктов анонимного тестирования и консультирования по ВИЧ-инфекции. Среди них больше тех, кто обследовался на ВИЧ по собственной инициативе, а не по необходимости при госпитализации, сдаче крови и т.п.

В целом больные наркоманией достаточно осведомлены о ВИЧ-инфекции (больше, чем группа сравнения) и вполне осознают, что имеют повышенный риск заражения из-за своего образа жизни. В то же время они практически не принимают никаких конкретных мер для его предотвращения.

Изучение предпочтений испытуемыми в области средств массовой информации показал, что респонденты обеих групп предпочитают телевидение. У больных наркоманией спектр выбираемых ими передач гораздо беднее, чем у учащихся ПТУ.

В результате факторного анализа данных по анкете было выделено 6 факторов:

- «Структурированный и социализированный поиск ощущений»;

- «Интеллектуальная стимуляция»;

- «Представления о ВИЧ-инфекции»;

- «Степень вовлеченности в употребление наркотиков»;

- «Рискованное употребление наркотиков»;

- «Виктимность».

Есть основания говорить об определенной тенденции к тому, что поведение учащихся ПТУ определяется в основном факторами «Структурированный и социализированный поиск ощущений» и «Интеллектуальная стимуляция», а поведение больных наркоманией факторами «Степень вовлеченности в употребление наркотиков», «Рискованное употребление наркотиков» и «Виктимность».

Хотя больные наркоманией иногда даже лучше информированы о ВИЧ-инфекции, чем учащиеся ПТУ, фактор «Представления о ВИЧ-инфекции» определяет целиком объединенную выборку испытуемых и не чувствителен к составляющим ее группам. В то же время факторы, отражающие особенности рискованного поведения испытуемых (прежде всего «Рискованное употребление наркотиков», а также «Структурированный и социализированный поиск ощущений» и «Интеллектуальная стимуляция»), дифференцируют всю совокупность данных по группам испытуемых. Это еще раз доказывает, что знания не оказывают прямого влияния на поведение. Рискованное поведение больных наркоманией не определяется недостатком знаний об опасности.

Особое внимание обращают на себя факторы «Структурированный и социализированный поиск ощущений» и «Виктимность». Оба этих фактора включают в себя пункты анкеты из раздела «Рискованное поведение», но отражают разные его аспекты. Несмотря на отсутствие значимых различий по этому фактору между группами, средние ранги факторных значений у больных наркоманией все же выше. Одновременно анализ результатов анкетирования показал, что больным наркоманией хоть и свойственна потребность в активности, она не опредмечивается в конкретных, социализированных видах деятельности. В то же время они чаще, чем учащиеся ПТУ страдают от различных непредвиденных происшествий (дорожные инценденты, производственные травмы, передозировки, суициды). Можно предположить, что неспособность реализовать потребность в острых ощущениях в деятельности приводит к подверженности несчастным случаям («виктимности»), и рискованное наркотическое поведение и опасность заражения ВИЧ-инфекции также являются одним из вариантов неопредмеченного в деятельности поиска ощущений.

Полученные результаты также указывают и на то, что идеальное отреагирование потребности в риске, так называемая «Интеллектуальная стимуляция», не является характерным для больных наркоманией. Это еще раз указывает на возможное наличие у них алекситимии, как фактора, препятствующего знаково-символической переработке внутренних конфликтов, связанных с поиском ощущений.

Изучение различных видов рискованного поведения с помощью методики «Поиск ощущений», содержащей 6 шкал («общая потребность в стимуляции», «поиск впечатлений и приключений», «поиск нового опыта», социальная расторможенность», «чувствительность к скуке» и «потребность в интеллектуальной стимуляции») показало качественные различия «поиска ощущений» в разных экспериментальных группах.

Сравнение группы больных наркоманией с группой здоровых показало, что у них наблюдаются более высокие показатели по шкалам "поиск нового опыта" и "социальная расторможенность" и более низкие показатели по шкале "потребность в интеллектуальной стимуляции".

Шкалы «поиск нового опыта» и «социальная расторможенность» отражают склонность индивидов к отреагированию потребности в ощущениях в сфере социальных отношений, в то время как шкала «потребность в интеллектуальной стимуляции» отражает знаково-символическую форму отреагирования. Таким образом, для больных наркоманией, по сравнению со здоровыми, более характерно реализовывать потребность в ощущениях через столкновение с социумом, чем в знаково-символических формах.

Сравнение группы больных наркоманией с учащимися ПТУ показало различия только по шкале "потребность в интеллектуальной стимуляции", по которой у учащихся ПТУ более высокие значения.

Сравнение больных опийной наркоманией с учащимися военного училища показало, что у "военных" выше значения по шкалам "поиск впечатлений и приключений" и "потребность в интеллектуальной стимуляции", а у больных наркоманией выше значения по шкалам "поиск нового опыта" и "социальная расторможенность".

Таким образом, учащиеся военного училища больше склонны к физическому риску, а больные наркоманией - к социальному. Будущие военные также в большей степени способны к реализации потребности в ощущениях в знаково-символической форме.

В целом больные наркоманией и учащиеся ПТУ больше склонны к поиску ощущений в социальной сфере, тогда как учащиеся пограничного училища - к физическому риску.

Данные, полученные по группе больных наркоманией, подтверждают результаты, полученные с помощью анкетирования. Из всех видов рискованного поведения им наиболее свойственны те, которые не предполагают включенности в какую-либо социальную деятельность. В наибольшей степени им свойственная «социальная расторможенность» -получение острых ощущений через столкновение с социальными нормами.

Учащиеся ПТУ обнаруживают наиболее сходные показатели "поиска ощущений" с группой больных наркоманией. Подобное психологическое сходство и значительный процент среди них тех, кто уже попробовал наркотики, позволяет рассматривать их как группу риска в отношении заболевания наркоманией.

Оценка уровня когнитивной дифференцированности больных наркоманией методикой «Спрятанные фигуры» выявила их значительно более высокую степень полезависимости по сравнению со здоровыми.

Поскольку когнитивный стиль считается индивидуальной характеристикой и мало подвержен коррекции, мы полагаем, что высокая полезависимость больных опийной наркоманией является скорее не приобретенной вследствие длительной наркотической интоксикации характеристикой, а присущей им преморбидно особенностью организации их телесного опыта.

Полученные данные указывают на низкую дифференцированность внутреннего опыта потребителей наркотиков. Это приводит к повышенной потребности во внешней стимуляции, в качестве которой и выступают наркотики.

Предположение о наличии у больных наркоманией алекситимии, как причины неспособности к отреагированию потребности в острых ощущениях в знаково-символических формах, проверялось методикой «Выбор дескрипторов интрацептивных ощущений».

По результатам этой методики был осуществлен как анализ средних групповых значений, так и факторный анализ данных отдельно по группе больных наркоманией и отдельно по группе здоровых.

При анализе средних групповых значений подсчитывались абсолютные показатели количества слов в каждом выборе и относительные, выражающие процент от количества слов, оставшихся после предыдущего этапа теста.

Оба вида подсчета показали, что больные наркоманией на всех этапах теста выбирают заведомо большее количество слов, чем испытуемые контрольной группы.

Частотные распределения количества дескрипторов интрацептивных ощущений, показали что в группе «здоровых» конкретизация инструкции на 3-6 этапах, по сравнению с первыми двумя, приводит к явному уменьшению количества выбранных слов и большей однородности групповых результатов. В группе же больных наркоманией такая тенденция выражена очень слабо.

Этот факт указывает на больший уровень неопределенности и диффузности словаря интрацептивных ощущений у больных наркоманией. В отличие от классического представления об алекситимии, когда у субъекта отсутствуют слова для описания внутренних ощущений, здесь мы сталкиваемся с явлением иного рода. Наши испытуемые, наоборот, выбирают избыточное количество слов для описания своих ощущений.

Можно предположить, что в этом случае речь идет не о классической алекситимии, определяющейся отсутствием или бедностью соответствующего внутреннему опыту словаря, а об особом варианте алекситимии, как «затруднении от избыточности слов», связанной со слабой структурированностью этого словаря. Затруднения в вербализации внутреннего опыта в этом случае есть следствие не отсутствия слов, а затруднений при выборе подходящих.

Данные о диффузности и неструктурированности словаря интрацептивных ощущений согласуются с результатами методики «Спрятанные фигуры», также указывающими на слабую дифференцированность внутреннего опыта больных опийной наркоманией.

Факторный анализ данных, полученных при проведении методики «Выбор дескрипторов интрацептивных ощущений» был осуществлен с целью выявления семантических критериев, структурирующих внутренний опыт испытуемых.

В результате факторизации данных по группе «здоровых» выделились 4 интерпретируемых фактора:

- «болезненные соматические ощущения»;

- «эмоционально-негативные (депрессивные) ощущения»;

- «приятные ощущения» или «удовольствие»;

- «мучительные ощущения».

В группе больных наркоманией было выделено пять интерпретируемых факторов:

- «приятные ощущения» или «удовольствие»;

- «сенестопатические ощущения»;

- «эмоционально-негативные (депрессивные) ощущения»;

- «интоксикация (отравление)»;

- «лихорадка».

Таким образом, факторный анализ данных, полученных по методике «Выбор дескрипторов интрацептивных ощущений» показал различия в способах структурирования внутреннего опыта больных наркоманией и «здоровых».

В группе «здоровых» первый фактор, имеющий максимальный процент объясненной им дисперсии, отражает болезненные соматические ощущения, а второй по значимости фактор — эмоционально-негативные ощущения. Таким образом, в норме осознание телесности происходит в основном при наличии каких-либо неприятных соматических или эмоциональных состояний.

Эти факторы имеются и у больных наркоманией, но они не являются ведущими. У них на первом месте находятся ощущения, связанные с получением удовольствия. «Приятные ощущения» или «удовольствие»- это первый основной фактор. Этот фактор есть у «здоровых», но он не является главным. Таким образом, больные наркоманией осознают и воспринимают свою телесность в основном через приятные, гедонистические переживания.

Болезненные соматические ощущения в телесном опыте больных наркоманией занимают второстепенное положение, связываясь, в основном, с интоксикационными состояниями. После гедонистических ощущений, наибольшее значение для них имеют сенестопатические и эмоционально-негативные переживания, которые нередко сопровождают синдром отмены наркотиков и являются более мучительными, чем другие болезненные соматические ощущения.

В целом, можно предположить, что у здоровых людей и больных наркоманией существуют различные стратегии внутреннего опыта. Здоровые, оценивая свой телесный опыт, ориентируются, прежде всего, на негативные ощущения, а для больных наркоманией важнее различные формы переживания удовольствия.

Ориентация на переживание удовольствия также затрудняет рефлексию негативных последствий рискованного поведения и в отношении употребления наркотиков, и в отношении возможности заражения ВИЧ-инфекцией. Такая стратегия оценки внутреннего опыта является еще одним психологическим фактором риска наркотизации и ВИЧ-инфекции.

Результаты данного исследования могут быть использованы в различных областях профилактики ВИЧ-инфекции и наркомании.

Так, данные анкетного опроса о предпочитаемых средствах массовой информации могут быть использованы при разработке просветительских материалов и их размещении в различных изданиях, теле- и радиопередачах.

Также показано, что одной просветительской работы недостаточно, и необходимо развивать такие формы работы с молодежью, которые помогали бы им реализовывать склонность к «острым ощущениям» в социально приемлемых видах деятельности и активно вовлекать их в структурированные формы досуга.

С помощью апробированных в работе методик можно дифференцировать лиц, наиболее подверженных риску наркотизации и ВИЧ-инфекции, чтобы более целенаправленно осуществлять коррекцию рискованного поведения.

Данные о высокой степени полезависимости больных наркоманией, диффузности и низкой структурированности их внутреннего опыта позволяют по-новому взглянуть на проблему психотерапевтической работы с ними. Несмотря на то, что психотерапия признается одной из наиболее важных составляющих лечения зависимостей, очень часто она не дает желаемых результатов. Возможно, это связано с тем, что большинство психотерапевтических методов ориентировано на осознание и проработку внутренних невротических конфликтов «Я». Но наркотическое поведение, возникшее в результате «поиска ощущений» не является «невротическим» в том смысле, что его причиной был внутренний конфликт. С другой стороны, нечеткость границ «Я», обусловленная высокой степенью полезависимости, и диффузность интрацептивного опыта у потребителей наркотиков могут затруднять поиск внутренней опоры для овладения проблемным поведением. Вероятно, поэтому наиболее эффективными психотерапевтическими методами лечения зависимостей в настоящее время являются те, которые предоставляют пациентам внешние средства (например, различные виды «кодирования», программа « Двенадцать шагов» и т.п.). Однако эта точка зрения в настоящее время является дискуссионной и требует дополнительной проверки.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Бузина, Татьяна Сергеевна, Москва

1. Алекситимия и методы ее определения при пограничных психосоматических расстройствах. Методическое пособие. С.-Пб. 1994. 17 с.

2. Альтшулер В.Б. Патологическое влечение к алкоголю. М. 1994. 216 с.

3. Битенский B.C., Личко А.Е., Херсонский Б.Г. Психологические факторы в развитии токсикоманий у подростков. // Психологический журнал. 1991.Т. 12 ,№4.С.87-93.

4. Берне Р. Развитие Я-концепции и воспитание. М. Прогресс. 1986. 421с.

5. Былкина Н.Д. Алекситимия (Аналитический обзор зарубежных исследований). //Вестн. Моск. ун-та. Сер. 14, Психология. 1995. № 1. С. 12-19.

6. Ганнушкин П.Б. Клиника психопатий: их статика, динамика, систематика. // Избранные труды. М. 1964. С. 116-253.

7. Голант Р.Я. Алкоголизм и наркотизм на основании опыта Ленинграда. // Советская медицина в борьбе за здоровые нервы. Ульяновск. 1926.

8. Гульдан В.В., Корсун A.M. Поиск впечатлений как фактор приобщения подростков к наркотикам. //' Вопросы наркологии. 1990. N. 2. С. 40-44.

9. Должанская Н.А., Андреев С.А., Бузина Т.С., Харькова Н.В. Методические подходы к профилактике ВИЧ-инфекции в наркологии.// Вопросы наркологии. 1996. № 4. С.53-58.

10. Должанская Н.А., Егоров В.Ф., Харькова Н.В. Метадоновая терапия: обоснование применения, история внедрения, оценка эффективности. // Вопросы наркологии. 1994. N.2. С.4-13.

11. Должанская Н.А., Бузина Т.С., Андреев С.А., Харькова Н.В. Социальные и поведенческие проблемы употребления наркотиков ипрофилактика ВИЧ-инфекции. // Вопросы наркологии. 1997. N.2. С.60-66.

12. Дроздова О.М., Нестеров С.В. Острый вирусный гепатит В -эпидемиологическая модель ВИЧ-инфекции. // 4-я международ, конф. "СПИД, рак и родственные проблемы", С.-Пб., 21-25 мая 1996. С-Пб. 1996. С.135.

13. Дурандина А.И., Исмаилов Б.И. Некоторые особенности формирования и течения наркоманий в Киргизии. //Вопросы клиники, профилактики и лечения алкоголизма и токсикоманий. ДСП. М. 1980. С.56-60.

14. Дурандина А.И., Сирота Н.А., Ялтонский В.М. Факторы формирования наркоманий и проблема ранней диагностики. //Алкоголизм и неалкогольные токсикомании. ДСП. М. 1985. С. 38-41.

15. Егоров В.Ф. О состоянии наркологической службы в России и проблемах ее совершенствования. // Вопросы наркологии. 1997. N.1. С.9-18.

16. Егоров В.Ф., Кошкина Е.А., Гречаная Т.Б., Москалевич Я., Серославский Я. Сравнительный анализ смертности больных наркоманиями в Москве и Варшаве. // Вопросы наркологии. 1996. N. 2. С. 67-73.

17. Егорова М.С. Проблема зависимости-независимости от поля и возможность ее исследования в генетике поведения. // Вопросы психологии. 1981. N.4. С.161-168.

18. ИберлаК. Факторный анализ. М. Статистика. 1980. 398 с.

19. Канторович Н.Д. Диспансерные наблюдения над морфинистами. // Сов. психоневрология. 1936. N.3. С.69-76.

20. Кобыща Ю., Щербинская А., Круглов Ю., Андрущак Л., Горегляд Н. Эпидемиология ВИЧ-инфекции на Украине среди наркоманов. // 4-ямеждународ, конф. "СПИД, рак и родственные проблемы", С-Пб., 21-25 мая 1996. С.-Пб. 1996. С.135.

21. Ковалев В.В. Психиатрия детского возраста. М. 1979. 607 с.

22. Козелецкий Ю. Психологическая теория решений. М.Прогресс.1979. 497 с.

23. Колесников А.А., Рожанец Р.В. Клиническое и экспериментальное исследование больных гашишной наркоманией.//Актуальные вопросы социальной психиатрии. ДСП. М. 1979. С. 16-20.

24. Кондильяк Э.Б. Опыт о происхождении человеческих знаний.// Сочинения в трех томах. Т. 1. М. 1980. 334 с.

25. Корнилова Т.В., Долныкова А.А. Диагностика импульсивности и склонности к риску.// Вестник МГУ, серия 14 Психология. 1995. № 3. С. 46-56.

26. Коростелева И.С., Ротенберг B.C. Проблема алекситимии в контексте поведенческих концепций психосоматических расстройств.//Телесность человека: междисциплинарные исследования. М. 1993. С. 142-150.

27. Корсаков С.С. Курс психиатрии. М. 1901. Т.1. 1075 с.

28. Кошкина Е.А., Корчагина Г.А. Показатели потребления психоактивных веществ подростками в г. Санкт-Петербурге в 1989-1994 гг.//Вопросы наркологии. 1996. N. 2. С.60-64.

29. Крафт-Эббинг Р. Учебник психиатрии. 1987. 889 с.

30. Кржечковский А.Ю. Самосознание подростков с деликвентным поведением и криминальным поведением. // Саморазрушающееповедение у подростков. сб. научн. трудов. JL: НИПИ им. Бехтерева. Л.: 1991. Т.128. С.98-102.

31. Курек Н.С. Гедонистическое мировоззрение в молодежной субкультуре как фактор, способствующий вовлечению в потребление психоактивных веществ. // Вопросы наркологии. 1996. N.2. С.54-59.

32. Ланда А.Н. Некоторые вопросы изучения личности и познавательных функций у больных наркоманией опиатами. / Некоторые проблемы наркоманий и токсикоманий. М. 1989. С. 102-110.

33. Леду И. Оценка лечения методом заместительной терапии в сети помощи наркоманам в 1989-1993 гг. первые результаты. // Вопросы наркологии. 1994. N.2. С. 415-23.

34. Леонтьев А.Н. Деятельность.Сознание. Личность. Москва. 1975. 304 с.

35. Личко А.Е. Особенности саморазрушающего поведения при разных типах акцентуации характера у подростков./ Саморазрушающее поведение у подростков. Сб. научн.трудов. Л. НИПИ им. Бехтерева. Л.1991. Т.128. С.9-15.

36. Личко А.Е., Битенский B.C. Подростковая наркология. Л., Медицина, 1991. 304 с.

37. Лысенко Я.Х., Турьянов М.Х., Лавдовская М.В., Подольский В.М. ВИЧ-инфекция и СПИД ассоциируемые заболевания. Москва. 1996. 624 с.

38. Международная классификация болезней (10-й пересмотр). Классификация психических и поведенческих расстройств. ВОЗ. Россия. С.-Пб. 1994. 304 с.

39. Мигдал К. Личностные характеристики, определяющие принятие рискованных решений. // Космическая биология и авиакосмическая медицина. М. 1990. Т.4. № 5. С.58-59.

40. Милушева Г.А., Найденова Н.Г. О роли микросоциальных факторов в возникновении девиантного поведения у подростков с ранними формами злоупотребления токсикоманическими веществами и алкоголем. // Вопросы наркологии. М. 1991. С.65-67.

41. Москаленко В.Д. Семейная отягощенность больных наркоманиями. //Вопросы наркологии. N.3. С.82-88.

42. Надеждин А.В. Феноменология и психопатология расстройства общего чувства при опийной наркомании. /Автореферат дисс.канд.мед.наук. М. 1995.22 с.

43. Найденова Н.Г. Компульсивное влечение в клинике наркоманий. // Вопросы профилактики, клиники и лечения алкоголизма и неалкогольных наркоманий. М. 1975. С. 25-28.

44. Найденова Н.Г. Некоторые психопатологические аспекты политоксикоманий. // Медицинские аспекты проблем наркомании: тезисы докладов респ.совещ. врачей психиатров-наркологов. М. 22-23 мая 1991. М.1991. С.65-67.

45. Никифоров И.А. Наркомания в России: проблема и перспектива решения.// Вопросы медико-социальной реабилитации больных алкоголизмом и наркоманией. Материалы респ.совещ. психиатров-наркологов 16-21 марта 1992. М. 1993. С. 110-117.

46. Николаева В.В. О психологической природе алекситимии. //Телесность человека: междисциплинарные исследования, М. 1993. с. 84-93.

47. Осипов В.П. Руководство по психиатрии. M.-JI. 1931. 596 с.

48. Пандемия ВИЧ-инфекции и СПИДа: обзор 1994 года. ВОЗ. 1994. 22 с.

49. Паравян Э.С., Атанесян Г.С. Описание методики самоотчета Symptom Check List-90. Ереван. Помри. 1992. 17 с.

50. Петровский В.А. Психология неадаптивной активности. М. РОУ. 1992. 224 с.

51. Покровский В.В. Эпидемиология и профилактика ВИЧ-инфекции и СПИД. Москва. 1996. 246 с.

52. Пятницкая И.Н. Наркомании. М. Медицина. 1994. 542 с.

53. Радченко А.Ф. Конституционально-личностные особенности больных наркоманиями и их роль в формировании заболевания. Дисс. канд.мед.наук. ДСП. М. 1989. 156 с.

54. Рахманова А.Г. Педиатрические аспекты ВИЧ-инфекции. Профилактика ВИЧ-инфекции у новорожденных. С.-Пб. 1996. 36 с.

55. Роде Т. Работа с труднодоступными наркоманами: принципы и практика. Страсбург. Совет Европы. 1997. 58 с.

56. Романова O.J1. Первичная профилактика наркологических заболеваний у детей. // Вопросы наркологии. М.1993. № 3. С.53-59.

57. Романова O.JI. Методологические аспекты первичной профилактики зависимости от психоактивных веществ у детей. //Вопросы наркологии. 1997. N.2. С. 67-76.

58. Романова O.JL, Петракова Т.И. Американская антинаркотическая программа взаимной помощи для подростков.// Вопросы наркологии. 1992. N. 3-4. С.143-148.

59. Романова О.Л., Самойлова М.В. Позитивная антинаркотическая профилактика в начальной школе. //Вопросы наркологии. М.1994. № 1. С.7-8.

60. Рохлина М.Л. Аффективные расстройства в структуре абстинентного синдрома при полинаркоманиях. // Актуальные вопросы наркоманий. ДСП. Омск. 1982. С. 151-155.

61. Рохлина М.Л., Врублевский А.Г. Аффективные нарушения у больных полинаркоманиями и их роль в возникновении рецидивов заболевания.// Вопросы наркологии. 1990. N. 1. С.34-38.

62. Руководство пользователя. SPSS для Windows. М. Статистические системы и сервис. 1995. 245 с.

63. Семенова Н.Д. Возможность психологической коррекции алекситимии.//Телесность человека: междисциплинарные исследования. М. 1993. С. 94-100.

64. Сербский В.П. Психиатрия. М. 1912. 512 с.

65. Серейский М.Я. Конституция наркомана. // Труды психиатрической клиники I Московского государственного университета. М. 1925. Вып. 1. С.52-74.

66. Сирота Н.А., ОЯлтонский В.М. Копинг-поведение как проблема наркологии. // Вопросы наркологии. 1996. N.1. С.76-82.

67. СПИД. Образы эпидемии. ВОЗ. Женева. 1994. 144 с.

68. Спрангер Б. Ключевые принципы построения профилактических программ для подростков. // Вопросы наркологии. М.1993. № 3. С.47-53

69. Спрангер Б. Анализ состояния обучающих программ "Формирование жизненных навыков" в мире. // Вопросы наркологии. М. 1994. № 1. С.8.

70. Соколова Е.Т. Самосознание и самооценка при аномалиях личности. М. МГУ. 1989.213 с.

71. Соколова Е.Т. Особенности самосознания при невротическом развитии личности. // Автореферат докт.дисс. М. 1991. 107 с.

72. Стреляу Я. Роль темперамента в психическом развитии. М. Прогресс. 1982. 232 с.

73. Стрельчук И.В. Клиника и терапия наркоманий. М. 1956. 346 с.

74. Судаков К.Б. Биологические мотивации как основа наркотической зависимости и алкогольного влечения. // Вопросы наркологии. 1990. N.3. С. 3-14.

75. Трайнина Е.Г. Особенности аутоагрессивных проявлений и аффективных расстройств при некоторых формах полинаркоманий и токсикоманий. Автореф.дисс.канд.мед.наук. М. 1984. 16 с.

76. Тхостов А.Ш. Интрацепция в структуре внутренней картины болезни. Диссертация . док. психол. наук. М. 1991.

77. Тхостов А.Ш. Интрацепция и ипохондрия: психологическая и философская проблема в контексте психиатрии. // Независимый психиатрический журнал. 1993. № 1-2. С.5-22.

78. Тхостов А.Ш. Болезнь как семиотическая система. // Вестник МГУ, серия 14 Психология. 1993. № 1,4. С.3-15, С.13-24.

79. Тхостов А.Ш., Арина Г.Н. Психологическая диагностика отношения к болезни при нервно-психической и соматической патологии. // Теоретические проблемы исследования внутренней картины болезни. JI. 1990. С.32-38.

80. Фрейд 3. По ту сторону принципа удовольствия. М. Прогресс. 1992. 279 с.

81. Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. М. Республика. 1994. 447 с.

82. Хаитов P.M., Игнатьева Г. А. СПИД. М. 1992. 159 с.

83. Эриксон К. Алкоголь и генетика. //Теоретические и клинические проблемы современной психиатрии и наркологии. М. 1986. С.272-277.

84. Ялтонский В.М., Сирота Н.А. Анализ современных подходов к профилактике употребления наркотиков.// Вопросы наркологии. 1996. N.3. С.91-97.

85. AIDS Mass-Media campaigns don't chang behaviour. // Centr. Afr.J. Med.- 1989 . V.3 I.A. Wingard, G. Huba, P. Beutler, 5. N 9. P.492.

86. Arnett J. Contraceptive use. sensation seeking and adolescent egocentrism.// J. of Youth and Adolescence. 1990. V.19. P. 171-180.

87. Barrinaga M. AIDS education could be working, but it ts hard to tell. // Nature. 1988. V.333. N.6173. P.487.

88. Bates M.E., Lobovie E.W., White H.R. The effect of sensation seeking needs on alcohol and marijuana use in adolescence.// Bulletin of Society of Psychologists in Addictive Behaviours. 1986. V.5 N 1. P.29-36.

89. Bayes Sophena Ramon. Drogdependencies; SIDA: aspectes psicologics./ Drogdependencies: exper. d'interv. a Catalunya.// Diput. de Barselona. Barselona. 1992. P. 413-431.

90. Biglan A., Metzler C.V.,Wirt R., Ary et al. Social and behavioural factors associated with high risk sexual behaviour among adolescents. // J. of Behavioural Medicine. 1990. V.13. N 3. P. 245-261.

91. Binot E. Personalites toxicomans et modalites relationnelles.//J.pharm.belg. 1982. V.37. N 5. P.370-376.

92. Blatt S., Berman W. et al.Psychological evaluation of drug addiction's psychopatology. // J.nerv.ment. Dis. 1984. V.172. N.3. P. 156-165.

93. Bouter L.M., Knipshild P.G. , Feij. and Volovies A. Sensation seeking and injury risk in downhill skiing.// Pers. and individ.Differ. 1988. V.9. N. 3. P. 667-673.

94. Boyle M.N., Offord D.R., Racine I.A. et al.// Amer. J.Psychiat. 1992. V.149. N.6. P.761-767.

95. Campbell B.K., Stark M.J. Psychoparhology and personality characteristics in different forms of substance abuse.// Int.J.Addict. 1990. V. 25. N. 2. P. 1467-1474.

96. Cassel Russell N. Peer counseling using cognitive education to prevent high risk youth from drug abuse. II Psychology. 1992. V.29. N.l. P.38-43.

97. Cooper M.L. Alcohol and increased Behavioural Risk for AIDS.// Alcohol Health and Research World. 1992. V. 16. N 1. P. 64-72.

98. Coping with AIDS and chemical dependency.// The addiction Letter. 1992. V.8.N4. P. 5-6.

99. Derogatis L.R., Ricels K., Lipman R.S. et al. The Symptom Distress Checklist (SCL): A mesure of primary neurotic symptom dimensions. N.Y. 1975.

100. Dews P.B. Behavioural context of drug abuse./ Recent Adv.Pharmacol. and Therapeut.: Proc. 12 Lat.-Amer.Congr.Pharmacol. and 3 Inter -Amer.Congr. Clin. Pharmacol, and Therapeut. Caracas, 2-7 Oct., 1988. Amsterdam. 1989. P.251-256.

101. Dorus W., Seney E.C. Depression, demographic dimensions, and drug abuse. //Amer.J. of Psych. 1980. V.137. P.699-704.

102. Eddin B.R., Irvin K.L. Ludwig D.D., McCoy V.H. et al. High-risk sex behaviour among young street-recruited crack cocaine smokers in three American cities: An interim report.// J. Psychoact. Drugs. 1992. V.24. N 4. P.363-371.

103. Eidelberg L. Encyclopedia of Psychoanalyses. 1968.

104. Friedman S.R., Jarlais Dcs D.C., Neaigus A., Abdul-Quander A., Sotheran J.L., Sufain M., Tross S. Goldsmith D. AIDS and the new drug injector.// Nature. 1989.V.339. N6223. P.333-334.

105. Galizio M.Ed., Maisto S.A. Determinants of substance abuse: biological, psychological and environmental factors. N.Y., London: Plenum Press. 1985. 443 p.

106. Gibson D.R., Choi K.-H., Catania J.A., Sorensen J.L., Kegeles S. Psychosocial Predictors of Needle Sharing among Inravenous Drug Users. // The Int. J. of the Addiction. 1993. V.28. N.10. P. 978-981.

107. Goldstein G.W.,Sappington G.T. Personality characteristics of students who became heavy drug users: An MMPI study of an avantgarde. // Amer.J. of Drug and Alcohol Abuse. 1977. V.4. P.401-412.

108. Gorman G.M. Using theory and research to target primary prevention programs: recent developments and future prospects. // Alcohol and alcoholism. 1992. V.27. N.6. P.583-594.

109. Griffin-Shelley E., Sandler K. R., Lees C. Multiple addictions among dually diagnosed adolescents. //J. Adolescent Chem. Depend. 1992. V.2. N.2. P.35-34.

110. Hebb D.O. Drives and C.N.S. / In: Curiosity and Exploratory Behaviour. Ed. by H.Fowler. N.Y. 1965. P. 14-78.

111. Heubert K., James D. High-risk behaviours for transmission of HIV among clients in treatment for substance abuse.// J. drug Isues. 1992. V.22. N4. P.885-901.

112. Jaffe L.T., Archer R.P. The predicting of drug use among college students from MMPI, MCMI and sensation seeking scales.// J. of Personality Assesment. 1987. V.51, N.2. P.243-253.

113. Jarlais Don C. Des, Abdul-Quander Abu. The next problem: Maintenance of AIDS risk reduction among intravenous drug users.// Int.J. of Addict. 1991. V.26.N12. P.243-253.

114. Kern M.F., Kenkel M.B., Templer D.I., Newell T.G. Drug preference as a function of arousal and stimulus scrining.// Int.J. of Addict. 1986. V.21. N 2. P.255-265.

115. Klee H. A new target for behavioural research amphetamine misuse.// Brit.J. Addict. 1992.V.87. N 3. P.439-446.

116. Klee H., Faugier J., Hayes C., Boulton Т., Morris J. Sexual partners of injecting drug users: the risk of HIV infection.// Brit.J. Addict. 1990. V.85. N.3. P.413-418.

117. Klee H., Faugier J., Hayes C., Boulton Т., Morris J. Factors associated with risk behaviour among injecting drug users. // AIDS Care. 1990. V.2. N.2. P. 133-145.

118. Kramer Т.Н., Mosely J.A., Rivera A., Ottomanelli G., Li Pung Wu, Bihary B. Condom knowledge history of use, and attitudes among chemically addicted population.//J.Subst.Abuse Treat. 1991. V.8. N4. P.241-246.

119. Leuba C.J. Towards some Integtation of Learning Theory: the Concept of Optimal Stimulation.// In: Curiosity and expljratory behaviour. Ed. H.Fow ler. N.Y. 1965. P. 110-159.

120. Longshore D. AIDS education for users: exiting research and directions.// J. Drug Issues. 1992. V.22. N.l. P. 1-16.

121. Massey R.F., Walfish S., Krone A. Cluster analysis of MMPI Profiles of adolescents in treatment for substance abuse.// J.Adolescent Chem. Depend. 1992. V.2. N.2. P.23-33.

122. Marvel G.A., Hartmann B.R. An " economic" theory of addiction, hypomania, and sensation seeking.// Int.J.Addict. 1992. Y.87. N3. P.417-428

123. Moore M. // Le journal du SID A, Special issue: Great Britain. 1992. -August. - P. 347-349.

124. Moss A.R., Vranizan K. Charting the epidemic: the case study of HIV screening of injecting drug users in San Francisco, 1985-1990.// Brit.J. Addict. 1992. V.87. N.3. P.467-471.

125. Newman M. AIDS experience in seven European countries.// Helth Ed.J. 1987. V.46.N.2. P.46-49.

126. Pedinielli J.-L. Psychosomatique et Alexitymie. Presses Universitaires de France, 1993. 131 p.

127. Penk W.E., Robinovitz R. Personality differences of volunteer and nonvolunteer heroin and nonheroin drug users. // J.of Abnormal Psychol. 1976. V.85.P.91-100.

128. Poulsen A. Psychodynamic, time-limited group therapy in rheumatic disease a controlled study with special reference to alexitimia.// Psychoter. Psychosom. 1991. N. 56. P. 12-23.

129. Pozet Z.,Tomcrack I.W. Kliniczna ocera uzywania modziezu narkotykow. // Psychiat.Pol. 1983. V.17. N.3. P201-208.

130. Psychoactive drugs and Harm Reduction. From fait to science. Ed. By Heather N., Wodak A., Nadelmann E.A., O'Hare P. London. 1993 . 286 p.

131. Quay H.C. Psychopathic personality as pathological stimulation Seeking.//Amer.J.of Psych. 1965. V.122. P. 180-183.

132. Rhodes T.J., Donoghoe M.C., Hunter G.M., Stimson G.V. Continued risk behaviour among HIV positive drug injectors in London: Implication for intervention. //Addiction. 1993. V.88. N.ll. P.1553-1560.

133. Rhodes T.J., Holland J., Hartnoll R., Jonson A. HIV outreach Health Education: National and International Perspectives. London. 1991. 32 c.

134. Samuels J.F., Vlahov D.A., Anthony J.C., Chaisson R.E. Measurement of HIV risk behaviour by intravenous drug users.//Brit.J.Addict. 1992. V.87. N3. P.417-428.

135. Saxon A.J., Calsyn D. A. Alcohol use and high-risk behaviour by intravenous drug users in AIDS.// J.Stud.Alcohol. 1992. V.53. N.6. P.611-618.

136. Serrano D., Franceschi S., Vaccher E., Diodato S., Errante D., Crosato I., Guarneri S., Tirelli U. Condom use and sexual habits of heterosexuel intravenous drug users in Northern Italy.// Eur.J. Epidemiol. 1992. V.8. N 5. P.723-729.

137. Schilling G.J., Orlandi M.A. Sexual behaviour, attitudes toward saffer sex, and gender among a cohort of 244 recovering IV drug users.// Int.J.Addict. 1991. V.21. N 8., P.859-877.

138. Shouten V., Bauduin D., Derks D. Responses to Drug Abuse and AIDS in Europe. Utrrecht. 1993. 86 p.

139. Sifheos P.E. Psychotherapies for psychosomatic and alexithimic patients. // Psychother. Psychosom. 1983. N. 40. P. 66-73.

140. Stall R., Leigh B. Understanding the relationship between drug or alcohol use and high risk sexsual activity for HIV transmission: where do we do from here? //Addiction. 1994. V.89. N.2. P. 131-134.

141. Steer R.A., Schut G. Types of psychopatology displayed by heroin addicts. //Amer.J. of Psych. 1979. V.136. P.1463-1465.

142. Thomas D.A. Measuring volunteers for exiting psychology experiments with the sensation-seeking scale.// J.Pers.Assesment. 1989. V.53 N 4. P.780-790.

143. Thome A. Alexithimia and Acquired Immunne Deficiency Syndrome.// Psychother. Psychosom. 1990. N. 54. P. 40-43.

144. Toeplitz Z. Scala poszukiwaia wrazen Marvina Zuckermana jako narz^dzie pomiary zapotrebowania na stimulaij^. // Przeglad Psychologiczny. 1977. V.20. N.l. P.145-160.

145. Wahlers R.G., Etzel M.J. Vacation preferance as a manifestation of optimal stimulation and lifestyle experience.//J.of Leisure Research. 1985. V.17.N4. P.283-288.

146. Watkins К. E., Metzger D., Woody G., McLellan A.T. High-risk sexual behaviors of intravenous drug users in-and out-of-treatment: Implication for the spread of HIV infection. // Amer.J. Drug and Alcohol Abuse. 1992. V.18. N.4. P.389-398.

147. Watson J.S. Volunteers and risk-taking groups are more homogeneous on measure of sensation seeking then control groups.// Perseptual and Motor Skills. 1985. V.61. N2. P.471-475.

148. Wetherby N.L., Schultz J.M, Chitwood D.D., McCoy V.H., McCoy C.B., Ludwig D.D., Eddin B.R. Crack cocaine use and sexual activity in Miamy, Florida.// J.Psychoact.Drugs. 1992. V.24. N. 4. P. 373-380.

149. White H.R., Lobovie E.W. Generality versus specifity of problem behavior: psychological and functional differences. // J.Drug Issue. 1994. V.24. N. 1-2. P.55-74.

150. William J., Corulla A. A further psychometric investigation of the sensation seeking scale form -V and its relationship to the EPO-R and the 1.7 impulsiveness questionnaire. // Person. Individ. Diff. V.9. N. 2. 1988. P. 227287.

151. Wingard I.A., Huba G., Beutler P. A Longitudinal analysis of personaline structure and adolescent substance use. // Personality and Individual Differences. 1980. V.l. P.259-272.

152. Wise Th.N., Mann L.S., Hill B. Alexithymia and depressed mood in the psychiatric patient. //Psychother. Psychosom. 1990. N.54. P. 26-31.

153. Wise Th.N., Mann L.S., Epstein S. Ego defensive styles and alexithymia: a discriminant validation study.//Psychother. Psychosom. 1991; 56: 141-145.

154. Witkin H. Personality trough perception. An experimental and clinical study. N.Y. 1954. 352 p.

155. Witkin H.F., Goodenough D.R. Field dependence and interpersonal behavior.// Psychol.Bull. 1977. V.84. H.661-689.

156. Wodak A. HIV-infection and injecting drug use in Australia. Responding to a crisis. //J.Drug Issues: Drug Issues: An Australasian Persp. 1992. V.22. N.3. P.549-662.

157. Wodak A., Stowe A., Ross M.V. et al. HIV risk exposure of injecting drug users in Sydney. // Drug and Alcohol Review. 1995. V.14. P.213-222.

158. Wodak A., Des Jarlais D.C. Strategies for the prevention of HIV infection among and from injecting drug users. // Bulletin on Narcotics. 1993. V.XLV. N. 1. P. 47-60.

159. Wyatt G. Risk-taking and risk-avoiding behaviour: The impact of dispositional and situational variables.//.!, of Psychology. 1990. V.124. N 4. p. 437-447.

160. Zuckerman M. Sensation Seeking: Beyond the Optimal Level of Arousal. Erlbaum. Hillsdale. N.Y. 1975. 327 p.

161. Zuckerman M. Sensation Seeking the endogenous deficit theory of drug abuse./ National Institute on Drug Abuse: Research Monography Series. 1986. Mono 74. P.59-70.

162. Zuckerman M. Sensation Seeking and risk-taking: cognition and biology. // 2nd European Congr. Psychol. Budapest. 8-12 July 1991. Abst. V.l. Budapest. 1991. P.20.

163. Zuckerman M., Simons R.F., Como P.G. Sensation Seeking and stimulus intensity as modulators of cortical, cardiovascular, and electrodermal repouse: a cross-modality study.//Pers.Individ.Differ. 1988. V.9. N2. P.361-372.

164. Zuckerman M., Kuhleman D.M., Camac C. What lies beyond E and N? Factor analyses of csales believed to measure basic dimensions of personality. //J.Person. Social Psychol. 1988. V.54. N1. P.96-107.

165. Zuckerman M., Schultz D.P., Hopkins T.R. Sensation Seeking and volunteering for sensory deprivation and hipnosis experiments. // J. of Consulting Psychology. 1967. V 31. P. 358-363.