Автореферат диссертации по теме "Пространственные составляющие многомерного мира человека"

На правах рукописи

ПРОХОРОВ СЕРГЕЙ АНАТОЛЬЕВИЧ

ПРОСТРАНСТВЕННЫЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ МНОГОМЕРНОГО МИРА ЧЕЛОВЕКА

Специальность

19.00.01 - общая психология, психология личности, история психологии

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Барнаул - 2005

Работа выполнена в ГОУ ВПО "Барнаульский государственный педагогический университет"

Научный руководитель кандидат психологических наук

Баланёв Дмитрий Юрьевич

Официальные оппоненты: доктор психологических наук, профессор

Мещерякова Эмма Ивановна

кандидат психологических наук, доцент Протасов Виктор Васильевич

Ведущая организация ГОУ ВПО "Алтайский государственный университет"

Защита диссертации состоится 20 апреля 2005 г. в 12 час. 30 мин. на заседании диссертационного совета Д 212.011.01 при Барнаульском государственном педагогическом университете по адресу: 656031, г.Барнаул, ул. Молодежная, 55.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Барнаульского государственного педагогического университета по адресу: 656031, г.Барнаул, ул. Молодежная, 55.

Автореферат разослан марта 2005 г.

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат педагогических наук, профессор

Шептенко Полина Андреевна

Общая характеристика работы

Актуальность исследования. В свое время Л.С.Рубинштейн называл проблему пространства "узловой конкретной проблемой исследования", являющейся "носительницей основной принципиальной проблематики" для психологии на рубеже XIX-XX вв. Проблема овладения пространством выступала в классической психологии определенным образом, стягиваясь к проблеме "восприятия пространства". Становление творческих биографий таких значительных психологов как К. Штумпф, Г.И. Челпанов, Г.Г. Шлет, Ж. Пиаже непосредственно связано с разработкой восприятия пространства, пространственных представлений.

Выход психологии за пределы классической науки характеризовался изменением представлений о пространстве уже не с точки зрения познавательных процессов, а как основания "образа мира" человека, где такие измерения как смысл представлялись в качестве "квазиизмерений" (А.Н. Леонтьев), соотносимых с "истинными" - данными в терминах евклидовой модели, пространственными измерениями.

Современное состояние науки можно охарактеризовать как постепенный ее переход к идеалам постнеклассической рациональности (B.C. Степин, М.С. Гусельцева, П.А. Мясоед, А.Г. Асмолов, В.Е. Клочко и т.д.), в связи с чем проблема пространства вновь становится актуальной, но уже с позиций понимания человека как открытой системы, самоорганизация которой обеспечивается становлением "жизненного пространства (К. Левин), "жизненного мира" (Ф.Е. Василюк), "конструированием миров" (А.Г. Асмолов, В.В. Рубцов), многомерных пространств человека, как основания для его многомерного бытия (В.П. Зинченко).

Таким образом, обнаруживается изменение психологического контекста, в котором понятие "пространство" изменяет свой статус. Парадигмальный сдвиг, в данном случае, проходит по линии, берущей начало в классической парадигме, понимающей психику как отражение объективной реальности, к парадигме понимания психики как условия "порождении новой реальности" (O.K. Тихомиров, 1992). Новые парадигмальные установки нашли свое во-

площение в концепции теории психологических систем, в которой активно разрабатывается понятие "многомерный мир человека" (В.Е. Клочко, О.М. Краснорядцева, Э.В. Галажинский). Повышение уровня обобщений понятий, связанных с такими измерениями, которые называются смысловыми и ценностными и надстраиваются над пространственными и временными, задает требование их переосмысления как особой онтологии.

Онтологизация пространства сближает психологию не только с другими науками, делающими предметом своего исследования пространство, но и с теми видами искусства, которые определяются как "пространственные". В первую очередь речь может идти об изобразительном искусстве, которое, будучи источником наиболее сильных переживаний человека, становится уникальным поставщиком именно психологических фактов, и, в свою очередь, представляет поле, где деятельность психологов по освоению пространства человека имеет непосредственное практическое значение.

В наше время очень распространен подход, в соответствии с которым постулируется единство пространства и времени. Впервые предложенный Г. Минковским тезис единства пространства и времени часто используется как своеобразный прием, позволяющий элиминировать пространство и время. Оставшийся «субстрат» наделяется почти мистическими объяснительными свойствами. Можно согласиться с тем, что свойства пространства и времени снимаются (в гегелевском смысле) в том едином, что они образуют, но это вовсе не делает убедительными объяснения на уровне «системных свойств», рассматриваемых вне породивших их взаимодействий, взаимопереходов.

Если возможно объяснение при помощи системной «надстройки», то не меньшее право на существование имеет подход, основанный на признании единства пространства и времени, с последующим рассмотрением того и другого в качестве специального предмета исследования, предмета, на котором «осели» свойства, полученные в результате сложных взаимодействий, но которые рассматриваются затем в более узком контексте в полном соответствии с принципом понимания более простого из более сложного, предложенным Л.С. Выготским.

Цель исследования: Определение состава и структуры пространственных составляющих мномерного мира человека.

Объектом исследования является многомерный мир человека.

Предметом - пространственные составляющие многомерного мира человека.

Гипотеза исследования:

Можно полагать, что продукты художественного творчества различных эпох содержат в себе информацию о динамике предметно-чувственной составляющей многомерного мира человека, происходящей под влиянием меняющихся факторов культурного опосредования, отражающей рост культуры и способы вхождения в нее.

Выявление такой информации в психологическом исследовании может оказаться важным для реконструкции процесса становления пространственной (предметно-чувственной) составляющей многомерного мира человека в её влиянии на становление более высоких системных образований (смыслов и ценностей) в онтогенезе.

Задачи:

1. Провести анализ представлений о пространстве, как полидисциплинарном понятии, имеющем конкретный психологический смысл.

2. Определить ограничения традиционных евклидовых представлений о пространстве в психологии.

3. Показать возможности включения евклидовой модели пространства в более широкий контекст пространственных представлений человека.

4. Показать преемственность пространственных составляющих многомерного мира человека.

Теоретико-методологическими основаниями исследования являются труды ученых, внесших вклад в разработку проблемы пространства в психологии (С.Л. Рубинштейн, Б.Г. Ананьев, В.П. Зинченко, Б.В. Раушенбах, М.Д. Ахундов, Ф. Клике, В. Гейзенберг, Р. Арнхейм, М. Мерло-Понти и др.), и теории психологических систем (В.Е. Клочко, О.М. Краснорядцева).

Научная новизна исследования: Показано, что представления о пространстве в психологии могут рассматриваться в единой системе, включаю-

щей наряду с евклидовой моделью пространства перцептивные, вербальные составляющие, а также смысловые и ценностные измерения. Разработана исследовательская методика реконструкции художественных изображений, направленная на выявление связи пространственных представлений человека с его смыслами и ценностями. Получены доказательства того, что перцептивное и вербальное пространство человека взаимосвязаны и могут стать основанием для более общих моделей пространства человека, таких как евклидова, которая приобретает психологическую определенность только в данном случае.

Теоретическая значимость исследования: Показана возможность построения единой системы пространственных и внепространственных измерений, что дает возможность разработки новых понятий и объяснительных схем, позволяющих повысить прогностический потенциал психологической науки. Определенное практическое значение имеет выявленная структура перцептивного пространства, а также её динамика, связанная с профессиональной подготовкой человека.

Практическая значимость исследования заключается в возможности использования полученных результатов в практической работе психологов в области психодиагностики и образовательной практики, поскольку освоение человеком окружающего пространства является первым интеллектуальным актом, который можно наблюдать в процессе онтогенеза. Кроме того, результаты исследования могут быть использованы для оптимизации процесса обучения художественным приемам передачи пространства

Положения, выносимые на защиту:

1. Пространственные измерения, имеющие предметно-чувственную основу, непосредственно связанные со значениями и, следовательно, уже на этом уровне культурно-обусловленные, являются основанием для становления многомерного мира человека.

2. В специально организованном психоисторическом и экспериментальном исследованиях возможно реконструировать воплощенный в продуктах культуры процесс освоения человеком пространственных измерений в фило-и онтогенезе, показать его определяющее значение по отношению к более

высоким образованиям общесистемного уровня, таких как смыслы и ценности.

3. Предметно-чувственная структура пространственных представлений человека может быть адекватно описана в системе перцептивного, вербального пространства, а также евклидовой модели пространства, допускающих получение обобщений с применением методов многомерной статистики.

Методами исследования пространственных составляющих многомерного мира человека стали: контент-анализ, метод семантического дифференциала, герменевтика, а также статистические методы х2 и факторный анализ.

Исследование проводилось на базе Барнаульского государственного педагогического университета (исторический факультет, 54 испытуемых) и Алтайского государственного технического университета (факультет архитектуры и дизайна, 59 испытуемых). Исследование проводилось в период с 2001 г. по 2004 г.

Исследование проводилось в несколько этапов:

Первый этап (2001-2002 гг.) - анализ научных публикаций и основных концепций по теме исследования; отработка понятийного аппарата; определение гипотезы, цели, постановка задач и выбор методов исследования.

Второй этап (2002-2003 гг.) - составление программы эмпирического исследования, подбор методик для решения его задач; проведение пилотажного исследования; качественная и количественная обработка полученных результатов.

Третий этап (2003-2004 гг.) обобщение и интерпретация результатов.

Достоверность и обоснованность результатов обеспечены исходными методологическими позициями, комплексом апробированных и валидизиро-ванных методик, адекватных цели, задачам, предмету и логике исследования, использованием качественных и количественных методов анализа результатов, репрезентативностью объема выборки участников исследования и статистической значимостью экспериментальных данных.

Структура диссертации состоит из введения, двух глав, выводов, списка использованной литературы и приложений.

Общий объем диссертации (без приложений) составляет 143 страницы.

В тексте содержится 11 таблиц. Список литературы включает 175 наименований.

Основное содержание диссертации

Во введении обоснована актуальность темы диссертации, определены цель, задачи, выделены объект и предмет исследования, обозначены новизна, теоретическая и практическая значимость исследования, представлены формы апробации и внедрения результатов исследования, сформулированы положения, выносимые на защиту, описаны этапы исследования и методы.

В первой главе "Проблема пространства в современной психологии" показано, что частое употребление понятия «пространство» в современной науке приобретает негативную тенденцию. Пространство часто представляется как метафора, основное назначение которой - указать на возможность различения объектов, их номинацию и классификацию, установление перцептивных отношений. В зависимости от того, по каким основаниям производится это различение, классификация, пространство предстает более или менее определенно, но эта определенность задается косвенно, подобно тому, как в математике задается понятие "множество" через указание на свойства, обладание которыми делает возможным принадлежность объекта к тому или иному множеству.

Для уточнения описательных и объяснительных возможностей понятия «пространство» делается обзор представлений о пространстве с междисциплинарной точки зрения. Показана историческая перспектива развития представлений о пространстве на примере работ Аристотеля, Г.Галилея, Р.Декарта, И.Ньютона, Г. Лейбница, И. Канта, Г.И. Челпанова, В.В. Кандинского и др.

Проведенный анализ показывает необходимость учитывать тот факт, что понятие «пространство» используется, а значит и разрабатывается, одновременно в разных науках, и имеет не только полидисциплинарный характер, но и выводит психолога за пределы научного знания в искусство и философию как особые формы познания человеком окружающего мира.

Разработка темы пространства человека, проводимые в собственно психологическом смысле, наиболее полно представлены в истории психологии в

исследовании познавательных процессов. Оказывается чрезвычайно важным понять, какой смысл вкладывается в представление о восприятии пространства, традиционно закрепившимся за темой пространства в психологии. Дело в том, что оказывается достаточно сложным провести разделение познавательных процессов относительно восприятия пространства. Понятие «восприятие пространства» может относиться как к особенностям ощущений, так и некоторых форм пространственного мышления - например, ориентации в пространстве.

Комплекс ощущений, являющийся поставщиком пространственной информации человека, не дает непосредственно представлений о трехмерности пространства. Трехмерное, евклидово пространство, является культурным конструктом, и в качестве такового опирается, прежде всего, на рационально истолкованный опыт этого всего комплекса ощущений. Именно этот смысл и может быть вложен в понятие «восприятие пространства».

Такое представление несколько отличается от широко распространенного, представляющего собой смешение результата различных познавательных процессов, в том числе и мышления. Рассмотрение мышления, как центральной темы проблемы пространства, приводит к рассмотрению понятий, специфических для такого мышления. В таком случае пространство, обобщаемое в восприятии, может быть квалифицировано как собственно «перцептивное», а представления о пространстве, опосредуемом мышлением, в значительной степени могут быть определены как «вербальные».

В этом смысле особого внимания заслуживает типология пространственных представлений, предложенных В.П. Зинченко. Он выделяет вербальные и перцептивные представления человека о пространстве. При этом оба вида представления выглядят как некое единое целое, где перцептивная категоризация представляет наиболее внушительную и мало доступную для изучения часть.

Не является противоречивым принятие в качестве основы пространственных представлений системы из нескольких видов пространств, которые, сменяясь в онтогенезе, в снятом виде присутствуют в сознании человека в процессе всей его жизни. Евклидово пространство занимает при этом наиболее заметное положение в основном благодаря тому, что становится основ-

ным при изучении ребенком геометрии, основанной именно на евклидовой метрике.

Необходимым условием познания пространства является также активное движение, которое будучи свернуто в результате многочисленных упражнений, становится функциональным органом, специально предназначенным для восприятия и осмысления пространства (Ж. Пиаже, Н.А. Бернштейн). Именно тот факт, что пространственные представления строятся человеком активно, а не вычерпываются им пассивно из ощущений и восприятий, позволяет еще раз подчеркнуть, что в большинстве случаев, когда говорится о пространственном восприятии, скорее всего, имеется в виду пространственное мышление.

В использовании представлений о «многомерности» человека и его психики уже складываются некоторые традиции. Постановка вопроса может выглядеть следующим образом: мир, в котором человек действует, обладает некоторым количеством «измерений», в силу чего, будучи «отражаем» образует «многомерное» внутреннее пространство человека. Можно также предположить что сам человек, открывающий «внутренние» измерения, порождаемые собственной деятельностью, оказывается вооружен новой призмой взора, с помощью которой способен обнаружить дополнительную «мерность» окружающего его мира. Обе эти концепции рассматривались, например, в монографии Т.Н. Березиной «Многомерная психика».

Для нас же более привлекательным выглядит несколько иной подход, предложенный В.Е. Клочко - можно попытаться открыть измерения многомерного мира человека как результат взаимодействия его с окружающим миром. Взаимодействием, производящим новые системные качества, способные дать человеку, сделавшему эти качества внутренними, новую точку зрения на мир и вступить во взаимодействие с ним на новой основе, дающей возможность порождения все новых качеств. Качества эти, по закономерности, открытой для наук об обществе еще К. Марксом, не принадлежат ни человеку, ни миру, в котором он действует, и могут рассматриваться новой онтологией, в которой и происходит становление многомерного мира человека.

Система, какой является человек с его психической жизнью, во многих важных отношениях существенно отличается от всех других систем, хотя и

имеет с ними общие черты. С этой точки зрения личность может быть определена как высший уровень организации этой системы, а положение А.Н. Леонтьева о пятом квазиизмерении («сверхчувственное», смысловое поле), в котором открывается человеку объективный мир, обобщается в представлении о многомерном мире человека. «Многомерный мир человека понимается в теории психологических систем как особое пространство, формирующееся прижизненно, усложняющееся по мере обретения им новых координат» (В.Е. Клочко).

В вопросе о выборе методов мы руководствуемся положением, в соответствии с которым визуальное пространство организовано плоскостным фоном, и трехмерным его делают мобилизация опыта других чувств и рационализация. Экспериментальное исследование в таких случаях традиционно предусматривало рассмотрение различных иллюзий восприятия, однако внешняя валидность таких исследований оставляет желать лучшего. Причина этого очевидна - при всей легкости фиксации иллюзии, она не несет в себе никакой смысловой нагрузки и имеет целью выявить свойства "чистого" восприятия пространства, которое будучи обнаружено, тут же подлежит разыменованию в качестве именно "человеческого" восприятия.

Таким образом, становится очевидным, что основным для исследования пространства должен становиться такой материал, который кроме "иллюзий" объема, имеет еще и солидную смысловую нагрузку. Очевидно, что такие продукты человеческой деятельности, которые, предусматривая решение человеком пространственной задачи (реконструкции пространства в котором человек мог бы действовать, или следить за действием), становились бы источником смысла, существуют и представляют собой весьма значительную часть нашей повседневной жизни. Наиболее приемлемым объектом конкретного исследования в данном случае оказываются живописные произведения искусства, особенно принимая во внимание еще и тот факт, что живопись является самой распространенной в истории культуры, а также наиболее развитой сферой искусства. Последнее замечание подчеркивает как высокую внешнюю валидность предполагаемого исследования, так и его практиче-

скую значимость как в области "производства" произведений искусства, так в сфере их "потребления".

Что касается понятий, в которых должны быть описаны и объяснены пространственные составляющие многомерного мира человека, то для обеспечения преемственности психологических теорий выбран путь, который заключается в том, чтобы использовать уже сложившиеся в психологии понятия, обозначающие (более или менее удачно), факт несводимости пространственных составляющих многомерного мира человека к евклидовой модели пространства.

Исходя из предпринятого в рамках данной работы обзора, мы выбрали набор понятий, отражающий как онтогенетическое, так и филогенетическое развитие представлений о пространстве, начиная от формирования перцептивного поля (перцептивное пространство), следующего далее к образу пространства, которое может быть рефлексируеумо на вербальном уровне (вербальное пространство) и затем пространству, которое становится продуктом рациональной реконструкции и одновременно инструментом познания -"Картезианская пространственная сеть связывает все, что отваживается в нее попасть, независимо от того, соединены ли компоненты предметов, подлежащих оценке или измерению в данной сети, или они отделены друг от друга" (Р. Арнхейм). Речь идет о евклидовом пространстве.

Мы будем рассматривать эти три вида пространства как пространствен -ные составляющие многомерного мира человека на том основании, что они на разных этапах его становления, как индивидуального, так и культурного, позволяют решать весь спектр пространственных задач - начиная от простого движения, и заканчивая сложными формами абстрактного мышления. С другой стороны, все три этих составляющих многомерного мира человека испытывают влияние изменений значений, смыслов и ценностей, приобретая в их изменении свои новые формы. Пластичность их оказывается обратной -наиболее подвержено смысловым искажениям перцептивное пространство, наименее - евклидово. Здесь, однако, мы не ставим задачи тонкого различения такого взаимовлияния, ограничиваясь лишь фиксацией крайних значений, обеспечивая тем самым достаточный потенциал внутренней валидности

самого исследования. Следует заметить также, что понятие евклидового пространства используется здесь скорее как общепринятый образец рационализации пространственных реконструкций, и может быть расширено, например, до пространства Лобачевского.

Во второй главе "Исследование пространственных представлений человека" проводится всесторонний анализ пространственных представлений, в том числе и отраженных в произведениях искусства. Сам факт открытия и применения специальных изобразительных приемов передачи пространства можно интерпретировать с точки зрения становления смысловых составляющих пространства людей тех исторических периодов, когда такие открытия были сделаны. В этом состоит дополнительная гипотеза исследования, вытекающая из основной, попытка доказательства которой делается в специальном психолого-исторического исследования.

Для исследования вербальных представлений о пространстве мы использовали метод контент-анализа, специфика которого в сравнении с другими методами исследования содержания документов в том, что его процедура предусматривает подсчет частоты упоминаний тех или иных смысловых единиц исследуемого текста.

Вопрос о выборе категорий анализа непосредственно связан с вопросом об определении самих пространственных категорий. Этот вопрос необходимо решать одновременно и для случая с перцептивными пространственными представлениями, в изучении которых мы использовали метод семантического дифференциала. Единство смысловых единиц анализа способствовало, по нашему мнению, не только более четкому следованию выбранной стратегии исследования, но и обеспечивало единство результатов исследований, проводимых разными методами. Иными словами, единство выводов, сделанных на основании обобщения результатов двух этапов исследования, обеспечивалось не столько методически, сколько методологически, за счет использования общего пространства категорий анализа. К перцептивным действиям и операциям, лежащим в основе других перцептивных категорий, относятся: движение, яркость, цвет, текстура и т.п.

Исследование проходило параллельно в двух независимых группах испытуемых. Первая группа представляла собой студентов-архитекторов (59 человек), проходящих обучение живописи. Вторая группа - историки (54 человека). Если выбор первой группы очевиден, то обоснование привлечения студентов исторического факультета заключается в том, что они по роду своей деятельности достаточно часто сталкиваются с произведениями искусства, относящимся к различным периодам развития культуры. Таким образом, делается попытка уравнять действие внешних факторов с тем, чтобы обеспечить более высокую внутреннюю валидность исследования.

Исследование проводилось следующим образом. Группе студентов предъявлялся ряд изображений, каждое из которых должно было быть кратко описано исходя из тех впечатлений, которое оно производит на испытуемого. Изображения представляли собой репродукции произведений искусства, относящихся к разным культурных эпохам (от наскальной живописи до современных произведений), а также различным направлениям: от классической живописи до коллажа и абстракционизма. В инструкции, по причинам, указанным выше, намеренно не содержалось никаких уточнений относительно желательного направления такого рода описаний. Объем описания также не регламентировался. В качестве отдельной задачи была сделана попытка определить величину "когнитивной сложности" студентов.

При анализе содержания отчетов студентов в качестве основной смысловой единицы мы использовали само понятие "пространство" - изначальную категорию, на которой надстраивается смысловая составляющая. Кроме того, в качестве смысловых единиц мы приняли любые ключевые слова, которые прямо или косвенно могут указывать на пространство. Некоторые из них очевидны, например - длина, высота, удаленность, движение. Такие слова как деформация, план, угол и т.д. также использовались в качестве значимых. И, наконец, использовались слова, обозначающие цвет. Кроме возможного пространственного содержания, такие смысловые единицы представляют собой некоторое "цветовое пространство", которые, не имея статуса вербальных указателей пространства, могут быть индикаторами пространства перцептивного.

Кроме выявления частоты непосредственного использования испытуемыми ключевых слов, так или иначе относящихся к категории пространства, мы ставили задачу обнаружить и тот слой, который наиболее близок к перцептивному, и как бы надстраивается над ним - а именно смысловые интерпретации пространства. Сложность данного подхода заключается в том, что такая реконструкция достаточно субъективна. Однако, были выявлены картины, которые могут служить своеобразной проверкой на способность реконструировать смыслы из пространственных отношений и обратно.

В качестве смысловых единиц мы выделяли не только ключевые слова, непосредственно указывающие на вербальную или реконструируемую перцептивную категорию, но и фрагмент текста, поясняющего общий контекст. Некоторые категории включены для определения эмоционального фона, наиболее интересного с точки зрения стоящих за ним пространственных отношений.

Ознакомление с отчетами испытуемых дало основание для выделения еще одного вида смысловых единиц. Это основание - наибольшая частота повторения некоторого понятия, имеющего отношение к сюжету картины и не обязательно непосредственно пространственного. В этом случае мы исходили из классического предположения о том, что наибольшим смыслом обладает наиболее часто встречающаяся категория. Совпадение пространственной категории и смысловой единицы, наиболее часто встречающейся в отчетах, рассматривалось как имеющее особое значение.

В случае с двумя группами, различающимися по своему перцептивному опыту, оказалось возможным использовать для обобщения результатов подсчета частот встречаемости наиболее распространенной смысловой единицы критерий

В качестве примера можно привести случай с картиной В.Вазарели "Стри-Нью" (1973-75 гг.). Вот выдержки из отчетов испытуемых: "Приятная геометрия и ритмичность"; "Соединение квадратных и круглых форм"; "Объемная картина"; "Свет в конце туннеля. Движение, развитие"; "Моделирование формы в пространстве"; "Отличная передача как-бы реальной для взгляда деформации плоскости"; "Искажение плоскости, движение вперед";

"Центр"; "Ощущение пространства"; "Иллюзия объема"; "Плоскость"; "Симметричное".

Здесь выделены две наиболее часто встречающиеся смысловые единицы, одна из которых относится к вербальному описанию пространства - "Деформация, пространство". В группе "Историков" они встретились в 19 случаях из 54, "Архитекторов" - 30 из 59. Величины критерия = 2,75 достаточно для признания различия между частотой встречаемости этой единицы на статистически достоверном уровне значимости р=0,05. Это несмотря на то, что сам В. Вазарелли, по признанию искусствоведов, опирается на базисные, типовые свойства восприятия, не зависящие от индивидуальных особенностей зрителя.

Перцептивные пространственные представления, в большинстве своем неосознаваемые, плохо вербализуемые, и доступные только отчасти герменевтическому методу, мы исследовали при помощи метода семантического дифференциала. Это исследование представляло собой отдельный этап и проводилось с теми же испытуемыми после двухмесячной временной паузы, необходимой для нивелирования эффекта "знакомства" со стимульным материалом.

В соответствии с инструкцией на этом этапе испытуемые, после предъявления изображения производили его оценку по набору из 28 шкал, каждая из которых содержала 7 градаций оценки от одного полюса к другому, одна из которых должна быть отмечена. Шкалы-дескрикторы составлялись из пар прилагательных, входящих в активный словарь испытуемых, и выделенных из их отчетов, полученных на предыдущем этапе исследования. В качестве шкал использовались описания пространственных признаков, учитывающих как непосредственно вербализованные представления о пространстве и его основные характеристики, так и косвенные его признаки. Особое внимание было уделено таким, которые указывали на цветовые характеристики. Делалось это для того, чтобы выяснить в процессе обобщения исходных шкал, в какой мере обобщение при помощи факторного анализа выявит единство признаков, непосредственно указывающих на пространственные составляю-

щие, и цветовых характеристик изображения, также отвечающих за восприятие пространства.

Результаты, полученные таким образом, были затем обобщены при помощи метода факторного анализа, в ходе которого были выявлены категории более высокого порядка, по сравнению с исходными. В группе историков таких категорий оказалось 6, архитекторов 7 (таблица 1)

Таблица 1

Результаты психосемантического исследования перцептивного пространства испытуемых

№ Группа № 1 "Историки" Группа № 2 "Архитекторы"

1. "Сложность пространства" "Цвет"

2. "Пространство-цвет" "Движение"

3. "Пространственные отношения" "Пространственные отношения"

4. "Движение" "Пространство"

5. "Высота" "Высота"

6. "Пространство" "Форма"

7. - "Близость"

Сравнивая результаты интерпретации факторов, мы можем отметить, прежде всего, что испытуемые, входящие в группу архитекторов, продемонстрировали гораздо более четкие категории, складывающиеся из шкал, входящих в соответствующие факторы. Мы не встретили здесь ни одного сомнительного случая, а также ни одного примера смешения шкал, представляющих различные группы понятий. Этого нельзя сказать об испытуемых-историках. Более того, два наиболее мощных фактора, описывающих более 30% всей дисперсии, были наиболее проблематичны в интерпретации, и составлены из достаточно разнородных шкал. Это свидетельствует о том, что восприятие прежде всего пространственных (исходя из объема понятий, включенных в оценочные шкалы-дескрипторы) отношений, представленных на изображениях, стало наиболее проблематичным для этих испытуемых.

Еще один вывод, который можно сделать по результатам обобщения полученных данных, относится к инвариантной структуре факторов, которая проявилась, прежде всего, на факторах № 3 ("пространственные отношения") и № 4 (Высота). Они очень хорошо совпали и в группе историков, и в группе архитекторов. Учитывая также результаты контент-анализа, здесь можно говорить о фиксации таких пространственных отношений, которые соответствуют обыденным представлениям о трехмерном евклидовом пространстве. Это как раз тот случай, когда о пространстве говорят как о сумме трех измерений.

Третий очевидный вывод, также касается инвариантности структур в интерпретации факторов. Это факторы "Движение" и "Пространство". Их содержание предельно близко в обоих группах, но в группе архитекторов они оказываются пропорционально "выше" на две позиции. Соответственно возрастает и доля объяснения этими факторами дисперсии в случае с группой архитекторов, что свидетельствует о большей роли соответствующих категорий в понимании пространства, изображенного на плоскости.

Описанный выше сдвиг дал возможность проявлению в группе архитекторов двух самых младших факторов, которые отсутствуют в группе историков. Это факторы, интерпретированные как "Форма" и "Близость", очевидно, что эти факторы представляют пространственные категории, составляющие неотъемлемую часть пространственного опыта студентов-архитекторов и завершают список пространственных категорий, который только в группе испытуемых "архитекторов" может считаться полным.

В заключении обобщаются результаты диссертационного исследования, излагаются наиболее важные теоретические и практические выводы:

1. Проблема пространства является междисциплинарной, обеспечивая основания для взаимопроникновения различных наук. Освоение понятия пространства на этапе перехода психологии к идеалам постнеклассической рациональности дает основание и возможность выходить за пределы научного знания, получая информацию в искусстве как особой форме познания человеком окружающего мира.

2. Создание непротиворечивой психологической системы, в которой ря-доположено, как единое целое были бы представлены «внешний» и «внутренний» мир, подразумевает своеобразное «очеловечивание» пространственных измерений, где традиционное евклидово пространство входило бы на правах одной из абстрактных моделей мира.

3. В качестве более полных моделей пространственных составляющих многомерного мира человека могут быть предложены такие модели, как «топологическое пространство» - «проекционное пространство» - «евклидово пространство» или «перцептивное пространство» - «вербальное пространство» - «евклидово пространство».

4. Эволюция приемов передачи пространственных отношений на плоскости отражает процесс постижения человеком пространства, в котором он живет и действует. Открытие способа передачи пространства на плоскости становится возможным после соответствующего усложнения пространственных представлений человека.

5. Анализ пространственных представлений испытуемых показал, что плоское изображение пространства, выполненное на живописных полотнах, воспринимается человеком и как пространственная, и как смысловая задача. Невозможность решить пространственную задачу препятствует принятию задачи на смысл.

6. Обобщение вербальных и перцептивных пространственных представлений может быть достаточно определенно заданно эмпирически в категориях "Цвет", "Движение", "Пространственные отношения", "Пространство", "Высота", "Форма", "Близость", перечисленных в порядке убывания их роли в процессе пространственного восприятия.

Содержание диссертации отражено в следующих публикациях автора:

1. Прохоров С.А. Коррекционный потенциал пространственных составляющих многомерного мира человека // Психологическое консультирование субъектов образовательного процесса: Материалы региональной научно-практической конференции. - Барнаул: Изд-во БГПУ, 2003. -С. 69-73.

2. Прохоров С.А. Изменение пространственных составляющих многомерного мира человека в процессе адаптации // Проблемы психологической адаптации учащихся на различных этапах образовательного процесса: Материалы региональной научно-практической конференции. - Барнаул: Изд-во БГПУ, 2004. - С. 63-70.

3. Прохоров С.А. Реконструкция пространственных составляющих многомерного мира человека // Материалы 6 региональной школы молодых ученых (5 мая - 10 мая 2004). - Бийск: НИЦ БПГУ им. В.М. Шукшина, 2004.-С. 81-89.

4. Прохоров С.А., Баланёв Д.Ю. Исследование многомерного мира человека в его пространственных составляющих // Вестник Барнаульского государственного педагогического университета. 2004. - Выпуск 4. -С.36-40 (50% личного участия)

Подписано в печать 10.03.2005 г. Объем 1,2уч.-изд. л. Формат 60x84/16. Бумага офсетная. Гарнитура Таймс. Тираж 100 экз. Заказ №32. Отпечатано в издательстве БГПУ, 656031, Барнаул, ул. Молодёжная, 55, т. 38-88-46; 38-88-47

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Прохоров, Сергей Анатольевич, 2005 год

Введение.

Глава 1. Проблема пространства в современной психологии.

1.1. Пространство как метанаучная проблема.

1.2. Пространство в контексте исследования познавательных процессов

1.3 Виды пространств в психологии.

1.4. Возможности исследования пространства в психологии.

Глава 2. Исследование пространственных представлений человека.

2.1. Становление представлений о пространственности в живописи.

2.2. Исследование вербальных пространственных представлений.

2.3. Исследование перцептивных пространственных представлений

Введение диссертации по психологии, на тему "Пространственные составляющие многомерного мира человека"

Актуальность исследования. В свое время JI.C. Рубинштейн называл проблему пространства "узловой конкретной проблемой исследования", являющейся "носительницей основной принципиальной проблематики" для психологии на рубеже XIX-XX вв. Проблема овладения пространством выступала в классической психологии определенным образом, стягиваясь к проблеме "восприятия пространства". Становление творческих биографий таких значительных психологов как К. Штумпф, Г.И. Челпанов, Г.Г. Шпет, Ж. Пиаже непосредственно связано с разработкой восприятия пространства, пространственных представлений.

Выход психологии за пределы классической науки характеризовался изменением представлений о пространстве уже не с точки зрения познавательных процессов, а как основания "образа мира" человека, где такие измерения как смысл представлялись в качестве "квазиизмерений" (А.Н. Леонтьев), соотносимых с "истинными" - данными в терминах евклидовой модели, пространственными измерениями.

Современное состояние науки можно охарактеризовать как постепенный ее переход к идеалам постнеклассической рациональности (B.C. Степин, М.С. Гусельцева, П.А. Мясоед, А.Г. Асмолов, В.Е. Клочко и т.д.), в связи с чем проблема пространства вновь становится актуальной, но уже с позиций понимания человека как открытой системы, самоорганизация которой обеспечивается становлением "жизненного пространства (К. Левин), "жизненного мира" (Ф.Е. Василюк), "конструированием миров" (А.Г. Асмолов, В.В. Рубцов), многомерных пространств человека, как основания для его многомерного бытия (В.П. Зинченко).

Таким образом, обнаруживается изменение психологического контекста, в котором понятие "пространство" изменяет свой статус. Парадигмальный сдвиг, в данном случае, проходит по линии, берущей начало в классической парадигме, понимающей психику как отражение объективной реальности, к парадигме понимания психики как условия "порождении новой реальности" (O.K. Тихомиров, 1992). Новые парадиг-мальные установки нашли свое воплощение в концепции теории психологических систем, в которой активно разрабатывается понятие "многомерный мир человека" (В.Е. Клочко, О.М. Краснорядцева, Э.В. Галажинский). Повышение уровня обобщений понятий, связанных с такими измерениями, которые называются смысловыми и ценностными и надстраиваются над пространственными и временными, задает требование их переосмысления как особой онтологии.

Онтологизация пространства сближает психологию не только с другими науками, делающими предметом своего исследования пространство, но и с теми видами искусства, которые определяются как "пространственные". В первую очередь речь может идти об изобразительном искусстве, которое, будучи источником наиболее сильных переживаний человека, становится уникальным поставщиком именно психологических фактов, и, в свою очередь, представляет поле, где деятельность психологов по освоению пространства человека имеет непосредственное практическое значение.

В наше время очень распространен подход, в соответствии с которым постулируется единство пространства и времени. Впервые предложенный Г. Минковским тезис единства пространства и времени часто используется как своеобразный прием, позволяющий элиминировать пространство и время. Оставшийся «субстрат» наделяется почти мистическими объяснительными свойствами. Можно согласиться с тем, что свойства пространства и времени снимаются (в гегелевском смысле) в том едином, что они образуют, но это вовсе не делает убедительными объяснения на уровне «системных свойств», рассматриваемых вне породивших их взаимодействий, взаимопереходов.

Если возможно объяснение при помощи системной «надстройки», то не меньшее право на существование имеет подход, основанный на признании единства пространства и времени, с последующим рассмотрением того и другого в качестве специального предмета исследования, предмета, на котором «осели» свойства, полученные в результате сложных взаимодействий, но которые рассматриваются затем в более узком контексте в полном соответствии с принципом понимания более простого из более сложного, предложенным Л.С. Выготским.

Цель исследования: Определение состава и структуры пространственных составляющих мномерного мира человека.

Объектом исследования является многомерный мир человека.

Предметом - пространственные составляющие многомерного мира человека.

Гипотеза исследования:

Можно полагать, что продукты художественного творчества различных эпох содержат в себе информацию о динамике предметно-чувственной составляющей многомерного мира человека, происходящей под влиянием меняющихся факторов культурного опосредования, отражающей рост культуры и способы вхождения в нее.

Выявление такой информации в психологическом исследовании может оказаться важным для реконструкции процесса становления пространственной (предметно-чувственной) составляющей многомерного мира человека в её влиянии на становление более высоких системных образований (смыслов и ценностей) в онтогенезе.

1. Провести анализ представлений о пространстве, как полидисциплинарном понятии, имеющем конкретный психологический смысл.

2. Определить ограничения традиционных евклидовых представлений о пространстве в психологии.

3. Показать возможности включения евклидовой модели пространства в более широкий контекст пространственных представлений человека.

4. Показать преемственность пространственных составляющих многомерного мира человека.

Теоретико-методологическими основаниями исследования являются труды ученых, внесших вклад в разработку проблемы пространства в психологии (C.J1. Рубинштейн, Б.Г. Ананьев, В.П. Зинченко, Б.В. Раушенбах, М.Д. Ахундов, Ф. Клике, В. Гейзенберг, Р. Арнхейм, М. Мерло-Понти и др.), и теории психологических систем (В.Е. Клочко, О.М. Краснорядцева).

Научная новизна исследования: Показано, что представления о пространстве в психологии могут рассматриваться в единой системе, включающей наряду с евклидовой моделью пространства перцептивные, вербальные составляющие, а также смысловые и ценностные измерения. Разработана исследовательская методика реконструкции художественных изображений, направленная на выявление связи пространственных представлений человека с его смыслами и ценностями. Получены доказательства того, что перцептивное и вербальное пространство человека взаимосвязаны и могут стать основанием для более общих моделей пространства человека, таких как евклидова, которая приобретает психологическую определенность только в данном случае.

Теоретическая значимость исследования: Показана возможность построения единой системы пространственных и внепространственных измерений, что дает возможность разработки новых понятий и объяснительных схем, позволяющих повысить прогностический потенциал психологической науки. Определенное практическое значение имеет выявленная структура перцептивного пространства, а также её динамика, связанная с профессиональной подготовкой человека.

Практическая значимость исследования заключается в возможности использования полученных результатов в практической работе психологов в области психодиагностики и образовательной практики, поскольку освоение человеком окружающего пространства является первым интеллектуальным актом, который можно наблюдать в процессе онтогенеза. Кроме того, результаты исследования могут быть использованы для оптимизации процесса обучения художественным приемам передачи пространства

Положения, выносимые на защиту:

1. Пространственные измерения, имеющие предметно-чувственную основу, непосредственно связанные со значениями и, следовательно, уже на этом уровне культурно-обусловленные, являются основанием для становления многомерного мира человека.

2. В специально организованном психоисторическом и экспериментальном исследованиях возможно реконструировать воплощенный в продуктах культуры процесс освоения человеком пространственных измерений в фило- и онтогенезе, показать его определяющее значение по отношению к более высоким образованиям общесистемного уровня, таких как смыслы и ценности.

3. Предметно-чувственная структура пространственных представлений человека может быть адекватно описана в системе перцептивного, вербального пространства, а также евклидовой модели пространства, допускающих получение обобщений с применением методов многомерной статистики.

Методами исследования пространственных составляющих многомерного мира человека стали: контент-анализ, метод семантического дифференциала, герменевтика, а также статистические методы %2 и факторный анализ.

Исследование проводилось на базе Барнаульского государственного педагогического университета (исторический факультет, 54 испытуемых) и Алтайского государственного технического университета (факультет архитектуры и дизайна, 59 испытуемых). Исследование проводилось в период с 2001 г. по 2004 г.

Исследование проводилось в несколько этапов:

Первый этап (2001-2002 гг.) - анализ научных публикаций и основных концепций по теме исследования; отработка понятийного аппарата; определение гипотезы, цели, постановка задач и выбор методов исследования.

Второй этап (2002-2003 гг.) - составление программы эмпирического исследования, подбор методик для решения его задач; проведение пилотажного исследования; качественная и количественная обработка полученных результатов.

Третий этап (2003-2004 гг.) обобщение и интерпретация результатов.

Достоверность и обоснованность результатов обеспечены исходными методологическими позициями, комплексом апробированных и валидизированных методик, адекватных цели, задачам, предмету и логике исследования, использованием качественных и количественных методов анализа результатов, репрезентативностью объема выборки участников исследования и статистической значимостью экспериментальных данных.

Структура диссертации состоит из введения, двух глав, выводов, списка использованной литературы и приложений. Общий объем диссертации (без приложений) составляет 143 страницы. В тексте содержится 11 таблиц. Список литературы включает 175 наименований.

Заключение диссертации научная статья по теме "Общая психология, психология личности, история психологии"

1. Проблема пространства является междисциплинарной, обеспечивая основания для взаимопроникновения различных наук. Освоение понятия пространства на этапе перехода психологии к идеалам постне-классической рациональности дает основание и возможность выходить за пределы научного знания, получая информацию в искусстве как особой форме познания человеком окружающего мира.

2. Создание непротиворечивой психологической системы, в которой рядоположено, как единое целое были бы представлены «внешний» и «внутренний» мир, подразумевает своеобразное «очеловечивание» пространственных измерений, где традиционное евклидово пространство входило бы на правах одной из абстрактных моделей мира.

3. В качестве более полных моделей пространственных составляющих многомерного мира человека могут быть предложены такие модели, как «топологическое пространство» - «проекционное пространство» - «евклидово пространство» или «перцептивное пространство» - «вербальное пространство» - «евклидово пространство».

4. Эволюция приемов передачи пространственных отношений на плоскости отражает процесс постижения человеком пространства, в котором он живет и действует. Открытие способа передачи пространства на плоскости становится возможным после соответствующего усложнения пространственных представлений человека.

5. Анализ пространственных представлений испытуемых показал, что плоское изображение пространства, выполненное на живописных полотнах, воспринимается человеком и как пространственная, и как смысловая задача. Невозможность решить пространственную задачу препятствует принятию задачи на смысл.

6. Обобщение вербальных и перцептивных пространственных представлений может быть достаточно определенно заданно эмпирически в категориях "Цвет", "Движение", "Пространственные отношения", "Пространство", "Высота", "Форма", "Близость", перечисленных в порядке убывания их роли в процессе пространственного восприятия.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Прохоров, Сергей Анатольевич, Барнаул

1. Аксенов Г.П. О причине времени // Вопросы философии. 1996. -№ 1. С.23-31.

2. Алпатов М. Художественные проблемы искусства Древней Греции. -М., 1987.-237 с.

3. Ананьев Б.Г. Особенности восприятия пространства у детей / Ананьев Б.Г., Рыбалко Е.Ф. М.: Просвещение, 1964. - 304 с.

4. Анастази А., Урбина С. Психологическое тестирование. СПб.: Питер, 2001.-688 с.

5. Андреева Г.М. Психология социального познания. М.: Изд-во Аспект Пресс, 1997. - 239 с.

6. Арнхейм Р. Новые очерки по психологии искусства. М., Прометей. 1994.-352 с.

7. Артемьева Е.Ю. Основы психологии субъективной семантики / Под. ред. И.Б. Ханиной. М.: Наука; Смысл, 1999. - 350 с.

8. Атремьева Е.Ю., Стрелков Ю.К. Профессиональная составляющая образа мира // Мышление и общение: активное взаимодействие с миром. Ярославль, 1988. - С.52-66.

9. Ахундов М.Д. Концепции пространства и времени: истоки, эволюция, перспективы. М.: Наука, 1982. - 222 с.

10. Ахундов М.Д. Проблема прерывности и непрерывности пространства и времени. АН СССР. Ин-т философии. М.: Наука, 1974. - 255с.

11. Б.Р.Виппер. Введение в историческое изучение искусства. М., 2004.-368 с.

12. Баткин JI. М. Леонардо да Винчи и особенности ренессансного творческого мышления. М.: Искусство, 1990. - 307 с.

13. Березина Т.Н. Исследование внутреннего мира человека методом анализа характеристик мысли и образа // Психологический журнал. — 1999. -№ 5. -С.27-37.

14. Березина Т.Н. Многомерная психика. Внутренний мир личности. — М., ПЕР СЭ, 2001.-319 с.

15. Березина Т.Н. Пространственно-временные особенности мысленных образов и их связь с особенностями личности // Психологический журнал. 1998.-№4, С.13-26.

16. Бернсон Б. Живописцы итальянского Возрождения: Кн. 2: Флорентийские живописцы. -М.: Искусство, 1965. 426 с.

17. Бернштейн Н.А. Биомеханика и физиология движений. М.: «Институт практической психологии», Воронеж: НПО «МОДЭК», 1997. -608 с.

18. Богданчиков С. А. Научно-организационная деятельность Г.И. Челпанова // Вопросы психологии. 1998. - № 2. - С.126-135.

19. Богданов А. А. Тектология: (Всеобщая организационная наука). -М.: Экономика, 1989. Кн. 2.-478 с.

20. Бодалёв А.А. Общее и особенное в субъективном пространстве мира и факторы, которые их определяют // Мир психологии. 1999. - №4. -С. 26-29.

21. Брагина Н.Н., Доброхотова Т.А. Функциональная аассимметрия мозга человека и индивидуальное пространство и время человека // Вопросы философии. 1978. - № 3. - С. 137-149.

22. Брунер Дж. Психология познания. М.: Прогресс, 1977.

23. Бурлачук Л.Ф. Психодиагностика. СПб.: Питер, 2002. - 352 с.

24. Веккер Л.М. Психологические процессы. М., т.1, 1972. - 378 с

25. Вернадский В.И. Дневники: 1926-1934. М.: Наука, 2001. - 456 с.

26. Вернадский В.И. Пространство и время в неживой и живой природе // Философские мысли натуралиста. -М., 1988. с.210-384.

27. Вернадский В.И. Философские мысли натуралиста. М. Наука. 1988.-520 с.

28. Вертгеймер М. Продуктивное мышление. М.: Прогресс, 1987. -336 с.

29. Виноградский В.Г. Социальная организация пространства. АН СССР. М.: Наука, 1988. - 192 с.

30. Владимиров Ю.С. Пространство время. Явные и скрытые размерности. - М., Наука, 1989. - 271 с.

31. Восприятие пространства и времени / Ред. Б.Г.Ананьев; АН СССР. -Л.: Наука. Ленингр.отд-ние, 1969. 136 с.

32. Вундг В. Пространство и время. СПб: Образование, 1913. - С.1-58.

33. Вундт В. Психология народов. М.: Эксмо, СПб.: Terra Fantastica, 2002.-864 с.

34. Выготский Л.С. Психология искусства. М.: Современное слово, 2001.-480 с.

35. Галилей Г. Избранные труды в двух томах. т. 1. — М., 1964. - с. 242-247.

36. Гайденко П.П. От онтологизма к психологизму: понятие времени и длительности в XVII-XVIII вв. // Вопросы философии. 2001. - № 7. -С. 77-99.

37. Гачев Г.Д. Жизнь художественного сознания. М., 1972.

38. Гейзенберг В. Шаги за горизонт. М.: Мысль, 1987. - 348 с.

39. Геффтер JI. О четырехмерном мире. СПб: Образование, 1913. -С. 124-146.

40. Гинзбург М.Я. Стиль и эпоха. М.: Госиздат, 1924. - 134 с.

41. Гуревич П.С. Философия культуры. М., 1994. - 468 с.

42. Гордеева Н.Д. Экспериментальная психология исполнительного действия. М.: Тривола, 1995. - 324 с.

43. Горелик Г.Е. Почему пространство трехмерно. М.: Наука, 1982. -168 с.

44. Гройсман А.Л. Основы психологии художественного творчества. -М.: Когито-центр, 2003. 236 с.

45. Грюнбаум А. Философские проблемы пространства и времени. М.: Прогресс, 1969.-591 с.

46. Данилова И.Е. Мир внутри и вне стен. Интерьер и пейзаж в европейской живописи XV-XX веков. М.: Российский государственный гуманитарный университет, 1999. - 72 с.

47. Декарт Р. Мир, или трактат о свете / Сочинения в 2 т. Т.1. М.: Мысль, 1989. - С.179-249.

48. Джеймс У. Воля к вере. М.: Республика, 1997. - 431 с.

49. Доброхотова Т.А., Брагина Н.Н. Левши. М.: Книга, 1994. - 230 с.

50. Европейская живопись XIII-XX века. Энциклопедический словарь. -М.: Искусство, 1999. 529 с.

51. Еникеев М.И. Общая и социальная психология. Учеб. для вузов. -М.: НОРМА-ИНФРА-М, 1999. 624 с.

52. Ершова Г.Г. Восприятие пространства и времени // Системные исследования взаимосвязи древних культур Сибири и Северной Америки: Духовная культура Вып. 3 / Отв. ред. Е.А. Окладникова МАЭ им. Петра Великого. - С. 45-69.

53. Ждан А.Н. История психологии: от античности к современности. -М., 1997.-442 с.

54. Зинченко В.П. Образ и деятельность. М.: Издательство «Институт практической психологи», Воронеж: НПО «МОДЭК», 1997. - 608 с.

55. Знаков В.В. Понимание как проблема психологии мышления // Вопр.психол. 1991. -№1. С.18-26.

56. Капра Ф. Паутина жизни. М.: София, 2002. - 423 с.

57. Каган М.С. Пространство и время в искусстве как проблема эстетической науки // Ритм, пространство и время в литературе и искусстве.-Л., 1974.

58. Кандинский В.В. Избранные труды по теории искусства в 2-х тт. -Т.1. 1901-1914 гг.-437 с.

59. Кандинский В.В. Избранные труды по теории искусства в 2-х тт. -Т.2. 19018-1938 гг.-379 с.

60. Клике Ф. Проблема психофизики восприятия пространства. М., 1965.-435 с.

61. Климов Е.А. Образ мира в разнотипных профессиях. М., 1995. -223 с.

62. Клочко В.Е. Методологические принципы теории психологических систем. // Фиксированные формы поведения в образовании, науке и культуре: материалы 1-ой региональной школы молодых ученых-психологов (23 -26 мая 1999г.). Бийск: НИЦ БиГПИ, 2000г. - С.8 -16.

63. Клочко В.Е. Предмет науки и психосинергетика // Психологическое исследование: методология, теория, метод. Материалы II региональной школы молодых ученых. Барнаул: Изд-во БГПУ, 2000. - С.3-7.

64. Клочко В.Е. Психосинергетика как форма профессионально психологического мышления // Психосинергетика и образование: Материалы 1 забайкальской межрегиональной школы молодых ученых 11 - 16 июня 2001. - Чита: Изд-во ЗабГПУ, 2002. - С.3-11.

65. Клочко В.Е. Становление многомерного мира человека как сущность онтогенеза // Сибирский психолог, журн. Томск, 1998. - Вып. 8-9. -С.7-15.

66. Клочко В.Е. Человек как самоорганизующаяся психологическая система // Материалы региональной конференции. — Барнаул, 2000. -С.3-7.

67. Клочко В.Е., Галажинский Э.В. Самореализация личности: системный взгляд // Под ред. Г.В.Залевского. Томск: изд-во Томского гос.университета, 1999. - 154 с.

68. Кок Е.П. Зрительные агнозии М., 1967. - 276 с.

69. Колере П. Некоторые психологические аспекты распознавания образов // Распознавание образов. М., 1970.

70. Колосов Н. Е. Как думают историки. М.: Новое литературное обозрение, - 2002. - 384 с.

71. Кравченко В.Е. Язык и восприятие: Когнитивные аспекты языковой категоризации. М., 1998. - 200 с.

72. Кусов B.C. Картографическое искусство Русского государства. М., 1989.

73. Ланге Н.Н. Отзыв о сочинении "Учение Канта о пространстве и времени". — Одесса: Экон.типо-лит., 1901. С.1-13.

74. Ланге Н.Н. Психический мир. М.: Издательство «Институт практической психологии». Воронеж: НПО «МОДЭК», 1996. - 368 с.

75. Лангмейер И., Матейчек 3. Психическая депривация в детском возрасте. Прага, Авиценум, 1984. - 479 с.

76. Ланжевен П. Эволюция пространства и времени. СПб: Образование, 1913.

77. Лапина Е.А. Роль психологии в изучении "неевропейских" форм художественного творчества // Исследование проблем психологии творчества. Сборник. -М., 1983. С. 326-335.

78. Леви-Строс К. Структурная антропология. М.: Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2001.-512 с.

79. Ленин В.И. Материализм и эмпириокритицизм. Полн. собр. соч., т. 18.

80. Леонтьев А.А. Язык и речевая деятельность в общей и педагогической психологии / Избранные психологические труды. Москва-Воронеж, 2001.

81. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М.: Политиздат, 1975.-304 с.

82. Леонтьев А.Н. Образ мира // Избранные психологические произведения.-М., 1983. Т.2.-С.251-260.

83. Леонтьев Д.А. Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности. М.: Смысл, 1999. - 480 с.

84. Леонтьев Д.А. Ценность как междисциплинарное понятие: опыт многомерной реконструкции // Вопросы философии. 1996. - № 4. -С. 15-26.85