Автореферат диссертации по теме "Особенности защитно-совладающего поведения у больных неврозами и их психофизиологические корреляты"

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕНЫЙ УНИВЕРСИЕТ

На правах рукописи

РЫЖИК Анна Викторовна

ОСОБЕННОСТИ ЗАЩИТНО-СОВЛАДАЮЩЕГО ПОВЕДЕНИЯ У БОЛЬНЫХ НЕВРОЗАМИ И ИХ ПСИХОФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ КОРРЕЛЯТЫ

Специальность: 19.00.04 — медицинская психология

Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Санкт-Петербург 2005

2 ПО 6 -1 /(/0X2

Работа выполнена в отделении неврозов и психотерапии, лаборатории нейро- и психофизиологии Санкт-Петербургского научно-исследовательского

психоневрологического института им. В. М. Бехтерева.

Научный руководитель: Официальные оппоненты:

доктор биологических наук, доцент .Слезин Валерий Борисович доктор психологических наук, профессор Соловьева Светлана Леонидовна

доктор психологических наук, профессор Корзунин Владимир Александрович

Ведущее учреждение: Российский государственный педагогический

университет им. А.И.Герцена

Защита диссертации состоится «^^С* 2005 г. в часов

на заседании диссертационного совета Д 212.232.22 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора психологических наук при Санкт-Петербургском государственном университете по адресу: 199034, Санкт-Петербург, наб. Макарова, д. 6, факультет психологии, ауд.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке им. М.Горького Санкт-Петербургского государственного университета (199034, Санкт-Петербург, Университетская наб. д. 7/9).

Автореферат разослан «/{7»2005 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Возрастающее количество стрессовых факторов, характерных для современного общества, необходимость переработки большого количества информации в сжатый период времени, экономическая, социальная нестабильность являются причиной повышения уровня психоэмоциональной напряженности, что при определенных условиях может привести к срыву адаптационных возможностей человека и формированию нервно-психических заболеваний (Александровский Ю.А.,1993; Ананьев В.А., 1998).

Переживание стресса и управление им относятся к центральным, ключевым явлениям многих человеческих проблем. Под психическим стрессом понимается несоответствие между нагрузкой и имеющимися в наличии ресурсами, сопровождаемое эмоциональными реакциями (гнев, страх и т. д.). Восприятие, переживание и переработка нервно-психических расстройств у больных неврозами определяются особенностями их личностных свойств, Я-концепцией, психологическим конфликтом, психотравмирующей ситуацией, способами психологической защиты и совладания с болезнью и ее последствиями (Ташлыков В .А., 1984; Александров A.A., 2000; Менделевич В.Д., Соловьева C.JL, 2002).

Проблема психологической (личностной) адаптации (Алексеева Д.А., Карвасарский Б.Д., Ташлыков В.А. и др., 1990) рассматривается в качестве составляющей общего процесса психической адаптации, которая позволяет человеку устанавливать оптимальные отношения с окружающей средой и вместе с тем удовлетворять актуальные потребности индивида, не нарушая адекватного соответствия между его психическими и физиологическими характеристиками (Березин Ф.Б., 1988).

Психологическая адаптация определяется как процесс системной интеграции деятельности многих биологических и социальных подсистем, позволяющих человеку не только оперативно противостоять различным природным и социальным факторам, но и активно, целенаправленно воздействовать на них. Спектр таких видов поведения очень широк: от попыток активного преодоления трудноразрешимых ситуаций до полного отказа от необходимых действий и неосознавания такой необходимости (Ташлыков В.А., 1986; Вассерман Л.И. и др., 1994).

, . -rtr

К основным составляющим блока психосоциальной адаптации относятся характеристики защитно-совладающего поведения, включающие в себя механизмы психологической защиты и копинг-механизмы. Ослабление психического дискомфорта осуществляется, как правило, в рамках неосознанной деятельности психики с помощью ряда механизмов психологической защиты (Таукенова Л.М., Чехлатый Е.И., 1994). Копинг механизмы являются результатом взаимодействия копинг-стратегий и копинг-ресурсов R Lazarus (1976) определяет копинг-стратегии как актуальные ответы личности на воспринимаемую угрозу Личностные и социальные характеристики людей, обеспечивающие психологический фон для преодоления стресса и способствующие развитию копинг-стратегий, рассматриваются как копинг-ресурсы (Moos R Н., Billings А.О , 1982)

К биологическому блоку психической адаптации относятся изменения физиологических функций, которые зависят от длительности, аверсивности, токсичности и количества побуждающих условий активации (перегрузки, напряжения, стрессоры). Одной из восьми ведущих неременных, коюрые представляются пригодными для измерения активации (Fahrenberg J., Walschburger Р., Foerster F. et al., 1979) являются показатели электроэнцефалографии. Переменные для измерения активации могут в свою очередь взаимодействовать с такими компонентами, как индивидуально-специфический и стимул-специфический паттерны реакции или модулироваться ими. Если принять в расчет этот психофизиологический факт, то одномерная концепция активации становится невозможной (Fahrenberg J. et al., 1979). Индивидуально-специфические паттерны реакции индивида - это тенденция всегда реагировать при различных нагрузках и напряжениях (стрессовых ситуациях) физиологически схожим образом. Стимул-специфический паттерн реакции основывается на том, что разные раздражители (внутренние или внешние) приводят к паттернам физиоло!ических реакций, коюрые в большей степени зависят от вида раздражителя Это позволило в качестве одной из задач работы рассматривать изучение психофизиологических соотношений с другими характеристиками защитно-совладающего поведения

Целью данного исследования является выявление особенностей защитно-совладающего поведения как психологического компонента и его взаимосвязи с биологической составляющей психической адаптации у больных неврозами

Внимание исследователей в последние годы сосредоточено на изучении адаптационных процессов при психических расстройствах и, в частности, на вопросах

совладения со стрессом. При этом чаще исследуются копинг-стратегии без учета защитных механизмов и личностных особенностей человека, которые могут рассматриваться как копинг-ресурсы.

Несмотря на интерес ученых к вопросу изучения взаимосвязи механизмов психологической и биологической адаптации больных разными нервно-психическими заболеваниями, таких работ явно недостаточно (АристоваТ.А.,1999; Балин В.Д., 2001).

Задачи исследования:

1. Сравнительное изучение и анализ особенностей копинг-стратегий у больных неврозами и здоровых испытуемых.

2. Сравнительное исследование механизмов психологической защиты у больных неврозами и здоровых испытуемых.

3.Сравнительное исследование личностных особенностей у больных неврозами и здоровых испытуемых.

4. Анализ комплексного взаимодействия личностных особенностей, копинг-стратегий и защитных механизмов у больных неврозами, в целом характеризующих защитно-совладающее поведение.

5. Анализ корреляционных связей компонентов защитно-совладающего поведения у здоровых испытуемых.

6. Анализ взаимосвязи защитно-совладающего поведения с показателями функционального состояния головного мозга как психологического и биологического компонентов психической адаптации у больных неврозами.

Объект исследования: Материал исследования включает сведения о 80 больных с различными формами неврозов, проходивших лечение в отделении неврозов и психотерапии Санкт-Петербургского научно-исследовательского психоневрологического института им. В.М.Бехтерева. Основную группу испытуемых составили 50 женщин и 30 мужчин в возрасте от 19 до 49 лет при среднем возрасте 35 лет из различных социо-культурных слоев населения. По классическим формам неврозов больные распределились следующим образом: с неврастенией - 38, истерией - 31, неврозом навязчивых состояний - 11; по доминирующим синдромам: астенический - 8, ипохондрический - 9, депрессивный - 16, тревожный - 15, фобический - 32; по стадиям неврозов: невротическая реакция - 11, острый невроз -14, затяжной невроз - 47, невротическое развитие - 8. По образованию: высшее и незаконченное высшее - 35, среднее и среднее специальное - 45 Все пациенты

получали комплекс лечебно-реабилитационных мероприятий, включая групповую психотерапию Перед исследованием медикаментозное лечение не проводилось.

Контрольная группа состояла из 80 человек (50 женщин и 30 мужчин) в возрасте от 19 до 49 лет. По ведущим характеристикам (половым, возрастным) и по образованию испытуемые контрольной группы соответствовали основной исследовавшейся группе больных. Критерием отбора здоровых испытуемых являлось успешное социальное функционирование и отсутствие обращений за медицинской, в том числе психотерапевтической помощью.

Предмет исследования: защитно-совладающее поведение (механизмы психологической защиты, копинг-стратегии и личностные особенности) у больных неврозами и здоровых лиц, как основная составляющая блока психосоциальной адаптации, и его взаимосвязь с блоком биологической адаптации (показатели ЭЭГ) у больных неврозами.

Гипотеза исследования. Компоненты защитно-совладающего поведения, их структура и взаимосвязь имеют свои особенности, которые являются определяющими в системе психологической адаптации у больных неврозами. Механизмы психологических защит у больных неврозами характеризуется незрелостью и напряженностью и, взаимодействуя с личностными особенностями, они оказывают влияние на выбор определенных копинг-стратегий. Психофизиологические корреляции защитно-совладающего поведения с индикаторами биоэлектрической активности головного мозга позволят более глубоко взглянуть на систему психологической адаптации у больных неврозами.

Методы исследования. Для решения поставленных задач использовались экспериментально-психологические и физиологический методы.

Копинг-стратегии исследовались с помощью копинг-теста Lazarus R. (1976), позволяющего оценить конструктивность совладения со стрессовыми ситуациями.

Выраженность механизмов психологической защиты изучалась методикой «индекса жизненного стиля» (LSI) Plutchik R., Kellerman H. (1979).

Выраженность личностных особенностей - эмпатии, сенситивности к отвержению, тенденции к аффилиации изучалась методикой Мехрабяна.

Методикой Айзенка исследовались такие личностные свойства как «экстраверсия-интроверсия» и «нейротизм».

Методикой «Big five» изучались такие личностные особенности как «экстраверсия», «самосознание-организованность», «готовность к сотрудничеству»,

«эмоциональная стабильность», «личностные, творческие ресурсы» применялась методика.

ЭЭГ-исследование проводилось в целях изучения функционального состояния коры головного мозга у больных неврозами до и после функциональной нагрузки Перед ним проводилось психологическое исследование, показатели которого сопоставлялись с данными ЭЭГ.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Копинг-стратегии, которые, являются конструктивными для здоровых людей, при определенных условиях могут быть дезадаптивными для больных неврозами.

2. В личностной структуре больных неврозами представлены качества, которые затрудняют выбор конструктивных копинг-стратегий и, как следствие, приводят к дезадаптации личности.

3. Имеется тесная взаимосвязь копинг-стратегий с механизмами психологической защиты и личностными особенностями. При этом их взаимодействие определяет успешность социально-психологической адаптации.

4. Существует вероятностная связь между защитно-совладающим стилем поведения и нейрофизиологическими показателями, которая позволяет повысить надежность выявления нарушений психической адаптации.

Научная новизна и теоретическая значимость результатов исследования Новым является системное изучение взаимодействия копинг-стратегий, механизмов психологической защиты и личностных особенностей, в целом характеризующих стили защитно-совладающего поведения у больных неврозами. Уточнены характерные для этих больных копинг-стратегии, защитные механизмы и личностные особенности.

Впервые на большом числе испытуемых проведен сравнительный анализ защитно-совладающего поведения у больных неврозами и здоровых лиц. В результате исследования были выявлены достоверные различия в структуре копинг-стратегий, механизмов психологической защиты и личностных особенностей у больных неврозами и здоровых испытуемых и их взаимосвязи, что может быть использовано для лучшего понимания защитно-совладающего поведения.

Впервые показано наличие корреляционных связей между характеристиками защитно-совладающим поведением и психофизиологическими показателями

функционального состояния мозга как составляющих психологического и биологического блоков психической адаптации у больных неврозами.

Практическая значимость работы. Полученные данные способствуют более глубокому пониманию механизмов адаптационной системы больных неврозами. Результаты исследования позволяют выявить причины «неудачи приспособления в критической ситуации», которые, согласно З.Яаёо (1956), приводят к неврозу. Эти данные представляются важными для определения психотерапевтических мишеней, повышения эффективности всех лечебных и реабилитационных воздействий при невротических расстройствах. Использование в практической деятельности результатов исследования механизмов дезадаптации позволяет индивидуализировать психокоррекционные программы.

Внедрение результатов исследования. Материалы диссертации внедрены в работу отделения неврозов и психотерапии Санкт-Петербургского научно-исследовательского психоневрологического института им. В.М.Бехтерева, а также в педагогический процесс кафедры психологической помощи Российского государственного педагогического университета им. А.И.Герцена.

Публикации и апробация результатов работы.

Результаты работы доложены на конференции молодых ученых Института им. В.М.Бехтерева (2002) и на IV международной студенческой конференции «Реальный и виртуальный мир нового тысячелетия» в Санкт-Петербургском государственном университете (2002). Основные результаты настоящего исследования опубликованы в 5 научных работах.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из основной части и приложения. Основная часть состоит из введения, трех глав, заключения, выводов, указателя литературы. В приложении помещепы материалы, относящиеся к методам и процедурам получения и обработки материала.

Диссертация изложена на 156 страницах компьютерного текста, содержит 14 таблиц и 18 рисунков. Указатель использованной литературы включает 206 источников (137 на русском и 69 на иностранных языках).

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность темы, сформулирована цель и задачи, предмет и объект, гипотеза исследования, изложены положения, выносимые на защиту, раскрыта научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы.

В первой главе представлен обзор литературы, в котором рассматриваются теоретические основы исследования, определяются основные понятия, раскрывается концепция невротических расстройств, проводится анализ состояния проблемы копинг-механизмов и механизмов психологической защиты в современной литературе.

В разделе 1.1 дается определение основных терминов, приведены различные концепции невротических расстройств и механизмов психологической защиты. Подробно рассматриваются патогенетические концепции неврозов в работах отечественных ученых. Невроз как психогенное заболевание, в основе которого лежит неудачно, нерационально и непродуктивно разрешаемое личностью противоречие между нею и значимыми для нее сторонами действительности. Неумение найти рациональный и продуктивный выход влечет за собой психическую и физиологическую дезорганизацию индивидуума. Противоречие само по себе не создает невроза, необходимым условием является нерациональное разрешение, субъективный, иррациональный, связанный с повышением аффективности, способ переработки трудностей жизни. (В.Н.Мясищев, 1960; В.С.Мерлин, 1970; Б.Д. Карвасарский, 1990; А А.Александров, 1997) В рамках биологического подхода в основе патогенеза неврозов лежит-расстройство функций интегративных систем, мозга, обеспечивающих адаптацию к ситуациям, вследствие которого возникает неадекватное поведение и нервная напряженность (С.Н Давиденков, 1963; А М. Вейн, А .Д.Соловьева, 1973; А.М.Свядощ, 1998).

Среди зарубежных авторов представлены концепции неврозов и защитных механизмов по основным направлениям: психодинамическое (S Freud, 1926, 1943, 1852; A.Freud, 1936; K.Honiey,1837; A.Adler, 1956), когнитивно-поведенческое (J.Watson, 1931; B.Skinner, 1953; H.Eysenck, 1959; A.Ellis, 1962; J Wölpe, 1988) и экзистенциально-гуманистическое (C.Rogers, 1951; G.Kelly, 1955). Наиболее полно представлены механизмы защиты, сформулированные 3 Фрейдом и А Фрейд

В разделе 1.2 представлены взгляды современных ученых на проблему совпадающего поведения (R.S.Lazarus, 1976; R.S.Lazarus, R.Launier, 1981; A.Billing. R.Moos, 1984; Ф.Е.Василюк, 1984; В.А.Ташлыков, 1986; R.S.Lazarus, S.Folcman, 1988; E.Heim, 1988; Е.И.Чехлатый, Н.В.Веселова, 1992; Р.КНазыров, 1993; НА.Сирота, В.М.Ялтонский, 1994). Особое внимание уделено когнитивно-феноменологической теории Р.С.Лазаруса, в которой физиологические аспекты того, что происходит при

стрессе, рассматриваются как общий адаптивный синдром. Стрессовая реакция выступает как результат отношений между требованиями среды и имеющимися в распоряжении человека ресурсами. Качество этих отношений опосредуется через когнитивные процессы оценки. Копинг-поведение реализуется посредством взаимодействия копинг-стратегий, актуальных ответов личности на воспринимаемую угрозу и копянг-ресурсов, стабильных личностных характеристик, обеспечивающих психологический фон для преодоления стресса и способствующих развитию копинг-стратегий.

В разделе 1.3 представлены взгляды на концепцию защитного-совладающего поведения. Изложены теоретические подходы к психологической защите, как психополезному феномену (Ф.В.Басин, 1969; Б.В.Зайгарник, Б.С.Братусь, 1980; Е.Т.Соколова, 1980; В.К.Мягер, 1983; Р.М.Грановская, 1984; Е.С.Романова, 2001), так и однозначно непродуктивному, вредоносному средству решения внутренне-внешнего конфликта (В.А.Ташлыков (1984), Ф.Е.Василюк (1984), В.С.Ротенберг (1989), Э.И.Киршбаум, А.И.Еремеева (1993). Рассмотрена взаимосвязь копинг-механизмов с механизмами психологической защиты как важнейшая форма адаптационных процессов (Б.Д.Карвасарский, 1990; В.А.Ташлыков, 1997; Н.А.Сирота, 1994) Особое внимание уделено проблеме дифференциации механизмов психологической зашиты и механизмов совладания (Я.З.ЬагашБ, 1983; Е.И.Чехлатый, 1995, В.А Ташлыков, 1997). Одни ученые разводят понятия психологической защиты и копинг-механизмов, а другие рассматривают только психологическую защиту, разделяя ее на адаптивную и неадаптивную. Представлены параметры классификации механизмов совладания и защиты и дифференциации между ними предложенные Н.Ьагагив (1976) и сотрудниками группы Л.И.Вассермана (1998).

В разделе 1.4 представлены результаты исследований соответствий между характеристиками электрической активности мозга и определенными психологическими параметрами индивида (Н.СаяГаи!, 1954; Р.\Уегге, 1957; В.Д.Небылицин, 1966 и др.). Рассмотрена нейрофизиологическая гипотеза невроза (В.Б.Слезин, Н.В.Щукина, 1994). Изложены результаты соотношений защитных механизмов с параметрами биоэлектрической активности мозга. (Э. А.Констандов, 1983; Т.А.Аристова, 1999).

И.П.Павлов утверждал, что для осуществления организованной, целенаправленной деятельности необходимо поддерживать оптимальный тонус коры

и если бы мы могли видеть, как распространяется возбуждение по коре бодрствующего животного (или человека), мы наблюдали бы «светлое пятно», перемещающееся по коре мозга по мере перехода от одной деятельности к другой. А.РЛурия (1973) выделил три основных функциональных блока мозга. Первый функциональный блок, расположенный в основном в пределах мозгового ствола, образований межуточного мозга и медиальных отделов новой коры, играет важную роль в регуляции состояний коры и уровня бодрствования. Второй функциональный блок расположен в конвекситальных (наружных) отделах новой коры (неокортекса) и занимает ее задние отделы, включая в свой состав аппараты зрительной (затылочной), слуховой (височной) и общечувствительной (теменной) областей Основная функция этого блока заключается в приеме, переработке и хранении внешней (экстероцептивной) информации. Человек не только пассивно реагирует на паступающие сигналы Он формирует планы и программы своих действий, следит за их выполнением и регулирует свое поведение, приводя его в соответствие с этими планами и программами; наконец, он контролирует свою сознательную деятельность, сличая эффект своих действий с исходными намерениями и корригируя допущенные им ошибки. Аппараты третьего функционального блока, расположенные в передних отделах больших полушарий, кпереди от передней центральной извилины, обеспечивают все эти процессы программирования, регуляции и контроля сложных форм деятельности (А Р.Лурия, 1973)

Во второй главе проводится анализ клинико- психологических характеристик исследуемых групп, представлены используемые методы и методики Глава 3. РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

1. Копинг-стратегии у больных неврозами и здоровых испытуемых

Распределение копинг-стратегий в группе здоровых лиц свидетельствовало о том, что ведущей среди них являлась адаптивная копинг-стратегия «планирование решения проблемы» (М=71,6±1,6), смысл которой - произвольные проблемно-фокусированные усилия по изменению ситуации, включающие аналитический подход к решению проблемы. Эта стратегия указывает на способность человека определять проблему и находить альтернативные решения, эффективно справляться со стрессовой ситуацией. На втором месте оказалась копинг-стратегия - «поиск социальной поддержки» (М=64,2±1,8), подчеркивающая усилия, направленные на

поиск действенной, информационной и эмоциональной поддержки, которая позволяет за счет актуальных когнитивных, поведенческих и эмоциональных ответов извне успешно совладать со стрессогенными ситуациями. Высокие средние значения копинг-стратегии «самоконтроль» (М=63,2±1,6) свидетельствовали о наличии у здоровых лиц усилий по регулированию своих чувств и действий. Относительно более адаптивные варианты копинг-стратегий у здоровых лиц располагались на втором уровне иерархии копинг-механизмов: «принятие ответственности» (М=58,1±1,9) и «положительная переоценка» (М=57,8±1,8). Дезадаптивные формы механизмов совладения «конфронтация» (М=49,9±1,6), «дистанцирование» (М=46,2±1,6) и «бегство-избегание» (М=42,0±1,7) являлись наименее предпочтительными у здоровых людей.

При исследовании гкопинг-стратегий у больных неврозами были получены следующие результаты. На первое место вышел копинг «поиск социальной поддержки» (М=78,8±1,5) и «принятие ответственности» (М=77,8±1,9). Такой выбор копинг-стратегий может говорить о том, что больные неврозами признают свою роль в возникновении заболевания, но при этом ищут для решения своей проблемы поддержки извне. Копинги, направленные на анализ возникших проблем «планирование решения проблемы» (М=68,9±2,2) и на регулирование эмоций при совладении со стрессовой ситуацией путем «самоконтроля» (М=70,5±1,5) и «положительной переоценки» (М=62,3±1,9) располагались у больных неврозами на втором уровне иерархии копинг-механизмов. Такое распределение наводит на мысль, что «поиск социальной поддержки» без проблемно-решающего поведения может быть недостаточно конструктивным, так как больные в большей степени надеются не на свои силы в преодолении болезни, а на помощь со стороны. Дезадаптивные формы механизмов совладения «бегство-избегание» (М=57,3±1,8), «конфронтация» (М=54,5±2,0) и «дистанцирование» (М=54,3±1,9) реже встречались у больных неврозами.

Таким образом, копинги «принятие ответственности», «поиск социальной поддержки» и «самоконтроль» являются конструктивными стратегиями, но с точки зрения социальной адаптации важно использование активных проблемно-решающих стратегий для профилактики и сохранения психического здоровья («планирование решения проблемы»). Эта стратегия недостаточно выражена у больных неврозами.

Анализ структуры копинг-стратегий у больных неврозами и здоровых испытуемых выявил следующие различия. Достоверные различия получены между здоровыми лицами и больными неврозами по копингу «дистанцирование» (р<0,001) и «бегство-избегание» (р<0,001). Больные неврозами значительно чаще, чем здоровые, применяют уход, мысленное стремление и поведенческие усилия, направленные к бегству от проблемы, которые снижают эмоциональный компонент, но не способствуют конструктивному ее разрешению.

Больные неврозами достоверно чаще по сравнению со здоровыми используют копинг-стратегию «поиск социальной поддержки» (р<0,001). Эти данные указывают на нежелание больных решать самостоятельно возникающие у них проблемы и склонность перекладывать ответственность за их разрешение на других людей, что приводит к возникновению неуверенности, зависимости от обстоятельств и мнения окружающих.

Получено достоверное различие по показателям использования больными неврозами копинг-стратегии «принятие ответственности» (р<0,001). Они чаще использовали этот копинг по сравнению со здоровыми людьми; это свидетельствует о том, что больные неврозами не только признают свою вину в возникновении своих проблем, но, вероятно, и фиксируются на ней, что снижает возможности для конструктивного их разрешения.

Достоверно чаще, чем здоровые люди (р<0,001), больные неврозами применяют копинг-стратегию «самоконтроль». «Самоконтроль» проявляется всякий раз, когда «данное поведение человека имеет меньшую вероятность проявления с точки зрения его предыдущего поведения, чем другая возможная реакция» (МаЬопеу VI., ГИогевеп С., 1974). Больные неврозами прилагают больше усилий по _)егулированию своих чувств и действий вследствие тревожности и неуверенности в -(х правильности и целесообразности

1. Механизмы психологической зашиты у больных неврозами и здоровых испытуемых

Ведущим защитным механизмом у здоровых лиц является «интеллектуализация» (М=65,6±3,2), что проявляется в «умственном» способе преодоления конфликтной ситуации без эмоциональных переживаний за счет логических, установок.

Второе мест« у этих испытуемых занимает «реактивное образование» (М=60,0±3,0). Данный механизм связан с усвоением «высших социальных ценностей» и его проявление ¡у здоровых людей может быть результатом потребности придерживаться обшек-1 венных норм и правил поведения.

На третье к'Асто по частоте использования в группе здоровых вышел защитный механизм '''отрицание» (М=52,1±3,3). Этот механизм психологической защиты направлен во вир, реализуется при конфликтах любого рода и характеризуется искажением восприятия действительности.

Четвертое ме^ "1 занял механизм «вытеснение» (М=51,3±3,2), включающий «изоляцию», при котоцой психотравмирующий и эмоционально подкрепленный опыт индивида может быть, осознан на когнитивном уровне, но изолирован от аффекта тревоги. Под вытеснен «ем у здоровых людей могут пониматься сознательные усилия, произвольное подавление фрустрации путем переноса внимания на другие формы активности.

Невысокая напряженность механизма защиты «регрессия» (М=46,1±3,3) позволила предположить, что он выполняет функцию естественной незащитной адаптации.

«Проекция» (М=49,1±3,5), «замещение» (М=45,7±2,9) и «компенсация» (М=36,5±2,9) используются для защиты от внутренних фрустраторов и в группе здоровых людей характеризовались наименьшим напряжением.

Ведущими МПЗ у больных неврозами были «регрессия» (М=78,2±2,3) и «реактивное образование^) (М=78,0±2,2). Это указывает на то, что больные неврозами в ответ на фрустрирующие обстоятельства заменяют решение более сложных задач на более простые, используют привычные поведенческие стереотипы. Эти защитные механизмы затрудняют осознание причин и существенно обедняют потенциально возможный арсенал преодоления конфликтных ситуаций.

Третье место занимает механизм психологической защиты «проекция» (М=73,3±2,7), при котором все окружающие объекты и субъекты рассматриваются в аспекте оценивания собственной значимости. Критическое отношение к окружению позволяет личности не осознавать собственную неполноценность.

Четвертое место в иерархии защитных механизмов у больных неврозами занимала «интеллектуализация» (М=64,2±2,9), которая позволяет создавать

логические обоснования своего или чужого поведения, действий или переживаний. С помощью этого механизма больные неврозами, оказавшись в трудной ситуации, могут защищаться путем снижения значимости для себя причин, вызывающих конфликт.

Механизмы психологической защиты «замещение» (М=56,1±2,8), «отрицание» (М=55,9±3,7) и «компенсация» (М=51,2±3,0) занимают последние места по использованию больными неврозами.

Анализ структуры психологической защиты у здоровых испытуемых и больных неврозами показал следующие различия. Достоверно более высокие значения показателя защитного механизма «регрессия» (р=0,001) у больных неврозами по сравнению с нормативной группой могут рассматриваться как возврат к более примитивным онтогенетическим формам психической актибности и поведения. Такой защитный механизм дает возможность личности при фрустрирующей ситуации в действии реализовать свои импульсы, что препятствует осознанию ситуации. Слабость эмоционально-волевого контроля, чувство детской незащищенности побуждают личность с таким типом защиты самостоятельно провоцировать конфликтные ситуации. «Регрессия» связана с инфантильной установкой на зависимое поведение, получение помощи и поддержки извне.

Высокий показатель МПЗ «компенсации» (р<0,001) у больных неврозами по сравнению со здоровыми испытуемыми помогает им справляться с внутренним напряжением путем фантазирования или мечтаний, целью которых является исправление или восполнение чувства собственной недостаточности и нивелирование чувств, связанных с этим переживанием. Такая защитная реакция характерна для инфантильных личностей с низкой самооценкой и может рассматриваться как форма защиты от комплекса неполноценности, при котором заимствованные от других ценности и установки применяются в действии, но не становятся частью самой личности.

Установлено, что у больных неврозами достоверно выше показатели МПЗ «проекция» (р<0,001), чем у здоровых испытуемых. Это может косвенно свидетельствовать о наличии у больных высокой критичности и требовательности к окружающему, что позволяет им оправдывать свои поступки и, исходящие из

неприемлемых для сознания, желания, установки и мотивы, а также справляться с чувством неполноценности.

У больных неврозами сравнительно с группой здоровых лиц выше показатели МПЗ «реактивное образование» (р<0,001) Это может указывать на то, что больные неврозами отличаются гипертрофированной социабельностью, нормативностью, пунктуальностью, подавлением интересов и желаний, которые социально не одобряемы. Сверхнормативность, высокое стремление соответствовать общепринятым стандартам поведения, педантичность снижают репертуар адаптационных процессов.

Достоверно более высокие по сравнению с группой здоровых испытуемых значения показателя МПЗ «замещение» (р<0,01) у больных неврозами свидетельствуют о том, что они чаще проявляют в поведении агрессивные тенденции, направленные на объекты, представляющие наименьшую угрозу. Возможно, что высокая приверженность социальным нормам и неуверенность в своих силах не позволяет больным неврозами открыто проявлять агрессию на объекты, которые провоцируют ее возникновение, поэтому эмоциональное напряжение они разрешают на других лиц, более доступных.

Результаты сопоставления механизмов психологической защиты у больных неврозами и здоровых испытуемых свидетельствуют, что больные неврозами в качестве защиты достоверно чаще, чем здоровые, используют незрелые, примитивные механизмы: «реактивные образования», «регрессию», «проекцию», «компенсацию» и «замещение», которые препятствуют поступлению травмирующей информации в сознание.

Анализ представленных защитных механизмов у больных неврозами, предпочтительный их «репертуар», степень напряженности позволяют прийти к заключению, что в основе их применения лежит чувство неполноценности, неуверенности, отсутствие самодостаточности.

3. Результаты исследования личностных особенностей у больных неврозами и здоровых испытуемых

В результате сравнительного анализа личностных особенностей у больных неврозами и здоровых испытуемых были получены следующие результаты.

Достоверные различия выявлены по показателям «нейротизма» (р<0,001) и «эмоциональной стабильности» (р<0,001). Больные неврозами в большей степени, чем здоровые, склонны к выраженному нейротизму, к быстрой смене настроения (лабильности), озабоченности, чувству виновности и беспокойству, рассеянности

внимания, что способствует неустойчивости в стрессовых ситуациях и затрудняет адаптацию. Выраженному нейротизму соответствует эмоциональная нестабильность, импульсивность, неровность в контактах с людьми, изменчивость интересов, неуверенность в себе, выраженная чувствительность, впечатлительность, склонность к раздражительности. Такая личность характеризуется неадекватно сильными реакциями по отношению к вызывающим их стимулам, что создает трудности в сохранении организованного поведения, целенаправленности в обычных и стрессовых ситуациях.

Анализ различий по показателям «сенситивности к отвержению» (р<0,001) выявил, что больные неврозами достоверно более чувствительны к отвержению (страх быть отвергнутым другими людьми), чем здоровые испытуемые. Возможно, страх возникает вследствие искажений в области социального восприятия, когда они неверно истолковывают мотивацию партнеров по общению, недостаточно адекватно реагируют на возникающие межличностные ситуации, сосредоточивают свое внимание не на разрешении реальных проблем, а на сохранении представления о значимости своего «Я» как в собственных глазах, так и в глазах окружающих.

Достоверно более высокие показатели «тенденции к аффилиации» (р<0,05) у больных неврозами свидетельствуют о высокой привязанности, верности, общительности, стремлении сотрудничать с другими людьми, постоянно находиться с ними. «Тенденция к аффилиации» является существенным копипг-ресурсом, который выступает как инструмент ориентации в межличностных контактах и регулятор эмоциональной, дружественной, информационной, материальной и социальной поддержки путем построения эффективных взаимоотношений. Однако достоверно более высокие значения этого копинг-ресурса у больных неврозами могут рассматриваться как непереносимость одиночества, потребность в стимуляции, контроле, подбадривании, утешении со стороны.

По показателям «готовность к сотрудничеству» (р<0,01) и «эмпатия» (р<0,05) у больных неврозами и здоровых лиц выявлены достоверные различия. Больные неврозами в большей степени, чем здоровые, готовы оказать сочувствие, сопереживание, помощь другим людям.

Эмпатия является важным копинг-ресурсом, позволяющим более четко оценивать проблему и создавать больше альтернативных вариантов ее решения Высокие показатели по параметрам «нейротизма», «эмпатии», «готовности к сотрудничеству», «сенситивности к отвержению», «тенденции к аффилиации» у больных неврозами могут свидетельствовать об их высокой чувствительности, ориентации на внешние стимулы, высокой эмоциональной «вовлеченности» в межличностные отношения, склонности решать чужие проблемы, а не свои За этим может скрываться внутренняя неуверенность, потребность в позитивном принятии, неконгруэнтность Я-концепции.

Значимых различий по показателям «сознательности» и «личностным ресурсам» между больными неврозами и здоровыми людьми не выявлено.

Таким образом, в результате исследования личностных особенностей у больных неврозами и здоровых испытуемых можно сделать следующее заключение: в личностной структуре больных неврозами представлены качества, которые при значительной выраженности могут ухудшать адекватное восприятие фрустрирующей ситуации и тем самым снижать адаптацию.

4. Взаимосвязь копинг-стратегий, личностных особенностей и защитных механизмов у больных неврозами

При корреляционном анализе было выявлено ряд взаимосвязей копинг-стратегий, которые достоверно чаще используются больными неврозами с механизмами психологической защиты и личностными особенностями. Среди личностных особенностей у больных наибольшее количество корреляционных связей имел «нейротизм», «эмоциональная стабильность» Высокая тревожность и низкая эмоциональная стабильность наиболее ярко выражены у больных неврозами. Эти личностные особенности тесно взаимосвязаны со всеми защитными механизмами, напряжение которых у больных неврозами достоверно выше, чем у здоровых испытуемых: чем выше «нейротизм», тем выше показатели «регрессии»,

«компенсации», «проекции», «замещения» и «реактивного образования»

Копинг-стратегия «бегство-избегание» положительно коррелирует с МПЗ

«замещением» (1^=0,42; при р<0,001), «регрессией» (г=0,35; при р<0,01), которые, в свою очередь, коррелируют с «нейротизмом» Тревожные, эмоционально чувствительные личности, использующие в качестве МПЗ «регрессию» или «замещение», склонны в стрессовых условиях избегать трудностей. Копинг-стратегия

«бегство-избегание» отрицательно коррелирует с МПЗ «отрицанием» (г= - 0,26; при р<0,05), которое коррелирует с «нейротизмом» (п= - 0,24; при р<0,05). У больных неврозами МПЗ «отрицание» не имеют достоверных отличий от здоровой выборки. Чем выше «отрицание», тем ниже «нейротизм» и тем реже «бегство-избегание». Выявлены корреляции копинга «бегство-избегание» с личностными особенностями: «нейротизмом» (г=0,35; при р<0,001), «творческим потенциалом» (г=0,23; при р<0,05), эмоциональной стабильностью» (г= - 0,36; при р<0,001), «самосознанием» (г= - 0,26; при р<0,05). Это может свидетельствовать о том, что более творческие с низкой эмоциональной стабильностью и с низким самосознанием личности склонны мысленно или в поведении направлять свои усилия на уход от решения проблем, что не способствует их конструктивному разрешению.

Копинг-стратегия «дистанцирование» значимо коррелирует с личностными особенностями: «сенситивностью к отвержению» (г=0,28; при р<0,01) и «творческими ресурсами» (п=0,30; при р<0,01). На основании этой связи можно полагать, что творческие, чувствительные личности при фрустрирующей ситуации пытаются с помощью когнитивных усилий снизить ее значимость, что не способствует адекватному анализу и не приводит к конструктивному разрешению трудностей Страх быть отвергнутыми, непонятыми способствует у больных неврозами дистанцированию от сложных ситуаций

Копинг-стратегия «принятие ответственности» коррелирует с МПЗ «проекцией» (г=0,26, при р<0,05), которая взаимосвязана с «нейротизмом» (г=0,29, при р<0,01). 5.Ргеис1 неоднократно подчеркивал нормальность проективного механизма и видел его роль в возникновении противоположности между субъектом и внешним миром. Возможно, больные неврозами принимают ответственность за противопоставление себя внешнему миру, но это способствует возникновению тревожности. Тотальная неуверенность в себе, чувство неидентичности, низкая самоценность включают неадекватное самовосприятие и самооценку (сильно заниженную или завышенную).

Копинг-стратегия «принятие ответственности» значимо коррелирует с эмпатией (1=0,33, при р<0,01) и нейротизмом (г=0,32, при р<0,01). Высокая чувствительность, умение сопереживать и принимать чужую точку зрения позволяет более адекватно оценить свою роль в проблеме и проанализировать возможные

варианты выхода из нее. Эмпатия и нейротизм, наиболее характерные для больных неврозами, могут способствовать усилению копинг-стратегии «принятие ответственности» как за свои поступки, так и за действия окружающих, что может приводить к возникновению чувства вины.

Копинг-стратегия «самоконтроль» отрицательно коррелирует с МПЗ «реактивным образованием» (г= - 0,24; при р<0,05), который, в свою очередь, коррелирует с нейротизмом (г=0,27; при р<0,01) и сенситивностью к отвержению (г=0,31; при р<0,01). Чувствительным к отвержению и тревожным личностям, использующим МПЗ «реактивные образования», за контролем окружающих сложнее контролировать себя.

Выявлена положительная корреляция копинг-стратегии «самоконтроль» с МПЗ «вытеснение» (г=0,22; при р<0,05), который коррелирует, в свою очередь, с эмпатией (г= - 0,31; при р<0,01), готовностью к сотрудничеству (г= - 0,28; при р<0,05), потребностью в аффилиации (г= - 0,28; при р<0,05), экстраверсией (г-= - 0,31; при р<0,05) и эмоциональной стабильностью (г=0,26; при р<0,01). Чем ниже у больных неврозами эмпатия, потребность к сотрудничеству и общению, ориентация на внешний мир, тем выше «вытеснение» и выше «самоконтроль». Возможно, для больных неврозами с высокой чувствительностью, эмпатией, готовностью оказывать помощь другим, потребностью в общении, с высокой ориентацией на внешние стимулы менее характерен МПЗ «вытеснение», и они реже используют «самоконтроль».

Копинг-стратегия «поиск социальной поддержки» коррелирует с такими личностными особенностями как эмпатия (г=0,24; при р<0,05) и потребность в аффилиации (г=0,25; при р<0,05). Лица с высокой чувствительностью, с потребностью в общении, умением сопереживать и оказывать помощь другим людям в стрессовой ситуации сами легче прибегают к помощи других. 5. Корреляции характеристик защитно-совладающего поведения с психофизиологическими индикаторами активации (биоэлектрическими

реакциями головного мозга)

Данная часть работы является продолжением исследований, проводившихся

Э.А.Костандовым и сотр (1977, 1983). Этими исследователями была предпринята попытка изучения нейрофизиологической основы защитных механизмов. Так, в ходе психофизиологических и биоэлектрических исследований ими подтверждена

гипотеза о нервных механизмах изменения осознания внешних явлений под влиянием отрицательных эмоций. В качестве нейрофизиологических и психофизиологических основ психологической защиты, по их мнению, выступают восходящие неспецифические влияния на неокортекс со стороны лимбической системы. Взаимосвязь психологических защитных механизмов с психофизиологическими показателями работы мозга у психически больных была подтверждена в исследовании Т.А.Аристовой (1999).

Актуальным является изучение феномена психологической защиты как индивидуального способа реагирования на стресс, способного усугубить, смягчить или нейтрализовать реакции на эмоционально значимые стимулы (Вассерман Л.И. и др., 1998).

Ниже представлены результаты корреляционного анализа механизмов психологической защиты, которые у больных неврозами имеют наибольшее напряжение, с индикаторами биоэлектрической активности головного мозга.

Анализ корреляционных связей МПЗ «регрессии» с индексами волн ЭЭГ-исследования указывает на снижение активности в лобном и затылочном отделах головного мозга, что может свидетельствовать о снижении восприятия окружающей среды, критичности и логической переработки информации. Не исключено, что в этих условиях человек начинает действовать стереотипно со снижением активности коры головного мозга.

Корреляции МПЗ «замещение» с индексами волн ЭЭГ свидетельствуют о снижении возбуждения в затылочных и правом теменном отделах головного мозга. Можно предположить, что снижается прием зрительной сенсорной информации,

нарушается адекватное взаимодействие с окружающим и эмоциональная оценка

ситуации, с фиксацией на собственные переживания.

После функциональных нагрузок активность восприятия не повышается, но снижается торможение в лобной коре; это может указывать, что такая функциональная нагрузка как гипервентиляция вследствие насыщения мозга кислородом и создания доминанты на гипервентиляцию, способствует подавлению патологической невротической активности.

В результате корреляционного анализа можно сделать вывод, что при М1ГЗ «компенсация» наблюдается снижение логической оценки, критичности восприятия себя и других людей.

Корреляционная связь МПЗ «реактивные образования» с индексами волн ЭЭГ-исследования может свидетельствовать о том, что при этом типе психологической защиты снижается восприятие окружающей среды

Важным моментом в анализе корреляционных связей защитных механизмов с электроэнцефалографическими показателями является тот факт, что не было выявлено ни одной положительной корреляционной связи МПЗ с активностью лобных отделов головного мозга. Этот факт можно рассматривать, как подтверждение того, что характерные для больных неврозами психологические защкгные механизмы формируются в подсознании, индивид их не осознает, они отрицают, искажают или фальсифицирую-! действительность, действуют в ситуации конфликта, фрустрации, психотравмы, стресса Их цель - снижение эмоциональной напряженности «здесь и сейчас», без использования функции программирования, регуляции и контроля. Психологические защитные механизмы у больных неврозами тесно связаны с личностными особенностями и копинг-стратегиями Возможно, механизмы психологической защиты и обусловливают некоторые копинг-стратегии Было выдвинуто предположение о том, что отдельные механизмы психологической защиты обладают неким поведенческим компонентом реакции на стресс, и это позволило провести корреляционный анализ копинг-стратегий, характерных для больных неврозами с индексами волн ЭЭГ.

В результате корреляционного анализа можно заключить, что МПЗ «регрессия» и «замещение», тесно связанные с тревожностью, «запускают» копинг-стратепно «бегства-избегания».

Корреляции копинг-стратегии «бегство-избегание» с индексами волн ЭЭГ соответствует снижение бета-активности в правой лобной и левой теменной области, наблюдается преобладание альфа-индекса в затылочной, теменной и правой лобной доле головного мозга, т.е. отмечается некоторый сдвиг в сторону низких частот Такое снижение быстроты колебаний позволяет говорить о росте заторможенности мозговых структур Можно полагать, что при использовании копинг-стра1егии «бегство-избегание» наблюдается снижение активности коры головного мои а.

снижена функция программирования, регуляции и контроля за своим состоянием. На основании данных корреляционных связей видно, что бегство-избегание является неконструктивной копинг-стратегией, препятствующей адекватной оценке ситуации.

Таким образом, механизмы психологической защиты тесно связаны с личностными особенностями и копинг-стратегиями. Они стереотипны, ригидны и действуют в состоянии психологической угрозы вне сознания как индивидуально-специфические паттерны реакции. Данные электроэнцефалографических корреляций подтверждают факт определенного участия высших отделов коры головного мозга при использовании МПЗ больными неврозами.

1. В системе копинг-стратегий у больных неврозами и здоровых испытуемых преобладают конструктивные их виды. Здоровые люди предпочитают использовать проблемно-решающие стратегии, направленные на активное совладение со стрессовыми ситуациями. У больных неврозами, несмотря на использование конструктивных копинг-стратегий, стратегия - «планирование решения проблемы» выражена недостаточно.

2. Установлены достоверные различия в системе копинг-стратегий у больных неврозами и здоровых испытуемых. Больные неврозами достоверно чаще используют неконструктивные копинг-стратегии «бегство-избегание» и «дистанцирование». При совладании со стрессом они достоверно чаще используют копинг-стратегии «поиск социальной поддержки», «принятие ответственности» и «самоконтроль»; несмотря на их формальную конструктивность, они могут способствовать дезадаптации.

3. Установлены достоверные различия в степени напряженности и структуре психологических защит у больных неврозами и здоровых испытуемых. У больных неврозами достоверно выше напряженность психологических защит: «регрессия», «компенсация», «проекция», «замещение», «реактивные образования». Эти механизмы характеризуются незрелостью, и их напряженность может косвенно свидетельствовать о наличии дезадаптации. Они препятствуют поступлению в сознание травмирующей информации и тем самым не позволяют адекватно оценивать стрессовые ситуации.

4. У больных неврозами преобладают незрелые механизмы психологической защиты: «реактивное образование», «регрессия» и «проекция». В стрессовой ситуации они используют привычные, не всегда адекватные, поведенческие стереотипы, которые снижают процесс адаптации.

5. У здоровых людей первое место по частоте использования занимает зрелый защитный механизм: «интеллектуализация», который допускает травмирующую информацию в сознание, повышая тем самым адаптационные возможности по совладению со стрессовой ситуацией.

6. Механизмы психологической защиты и механизмы совладания находятся в тесной взаимосвязи, являясь значимыми составляющими психологической адаптации. Установлено влияние определенных типов психологической защиты на формирование определенных копинг-стратегий. Так, механизм психологической защиты «регрессия» оказывает влияние на формирование копинг-стратегий: «бегство-избегание» и «дистанцирование», а «интеллектуализация» способствует выбору копинг-стратегии «планирование решения проблемы».

7. Больные неврозами достоверно отличаются от здоровых испытуемых по высоким показателям «нейротизма», «сенситивности к отвержению», «эмпатии», «готовности к сотрудничеству», «тенденции к аффилиации». Эти личностные особенности, взаимодействуя с защитными механизмами, влияют на выбор копинг-стратегий.

8. Выявлены взаимосвязи между копинг-стратегиями, защитными механизмами и личностными особенностями, которые и определяют защитно-совладающее поведение, как основную составляющую психологической адаптации у больных неврозами.

9. Выявлены корреляты механизмов психологической защиты с показателями биоэлектрических реакций головного мозга как важнейших составляющих психической адаптации. На основании электроэнцефалографических корреляций можно заключить, что у больных неврозами имеются копинг-стратегии, которые можно рассматривать как продуктивное продолжение защитных механизмов, и которые выступают в качестве паттернов поведения в стрессовых ситуациях.

Список работ, опубликовапных по теме диссертации.

1. Сравнительные результаты исследования копинг-стратегий у больных неврозами по методикам Э.Хайма и Р.Лазаруса//Клиническая психология и здравоохранение/Материалы юбилейной научно-практической конференции, посвященной 10-летию факультета медицинской психологии СамГМУ. Самара. 2002. (В соавт. с Е.И.Чехлатым). - С. 118-120.

2. Защитно-совладающий стиль поведения как основная составляющая психосоциальной адаптации/Тезисы докладов IV научной международной конференции. «Реальный и виртуальный мир нового тысячелетия». - СПб, 2002.-С.131-132.

3. Особенности защитно-совпадающего поведения у больных неврозами//Биопсихосоциальная парадигма медицины и ее влияние на развитие психоневрологической науки и практики/Материалы научно-практической конференции молодых ученых. - Бехтеревские чтения. СПб, 2002.-С.105-107

4. Бригадные формы работы в лечении и реабилитации больных с невротическими расстройствами: Пособие для врачей. - СПб, 2003. (В соавт. с Р.К.Назыровым и др.).

5. Психофизиологические характеристики совладения со стрессом у больных неврозами//Ежегодник Российского психологического общества/Материалы Ш Всероссийского съезда психологов 25-28 июня 2003 г.-Т 7.-С.245-247.

Подписано в печать 4.05.2005 Формат 60x84 1/16

Заказ 2/73 Тираж 50 экз. Печать - офсетная. Усл. п. л. 1. Уч.-изд. л. 1,5

Отпечатано в ФГУП ЦНИИ КМ "Прометей"

191015, Санкт Петербург, улица Шпалерная, дом 49

Лицензия на полиграфическую деятельность

Лр № 020644 от 13 октября 1997

РНБ Русский фонд

2006-4 14088

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Рыжик, Анна Викторовна, 2005 год

ВВЕДЕНИЕ.

ГЛАВА 1. ОБЗОР ЛИТЕРАТУРЫ.

1.1 Концепция невротических расстройств и механизмов психологической защиты.

1.2 Понятие копинг-поведения.

1.3 Копинг-механизмы и механизмы психологической защиты.

1.4 Энцефалографические исследования при невротических расстройствах.

ГЛАВА 2. МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ.

2.1 Общая характеристика материала.

2.2 Методы исследования.

ГЛАВА 3. РЕЗУЛЬТАТЫ ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ И ЭЛЕКТРОЭНЦЕФАЛОГРАФИЧЕСКИХ ИССЛЕДОВАНИЙ.

3.1 Результаты исследования копинг-механизмов у больных неврозами и здоровых испытуемых.

3.2 Результаты исследования механизмов психологической защиты у больных неврозами и здоровых испытуемых.

3.3 Результаты исследования личностных особенностей больных неврозами и здоровых испытуемых.

3.4 Результаты корреляционного анализа.изучавшихся показателей у здоровых испытуемых.

3.5 Результаты корреляционного анализа изучавшихся показателей у больных неврозами.

3.6 Результаты электроэнцефалографического исследования.

Введение диссертации по психологии, на тему "Особенности защитно-совладающего поведения у больных неврозами и их психофизиологические корреляты"

Возрастающее количество стрессовых факторов, характерных для современного общества, необходимость переработки большого количества информации в сжатый период времени, экономическая, социальная нестабильность приводят к повышению уровня психоэмоциональной напряженности, что при определенных условиях ведет к срыву адаптационных возможностей человека и формированию нервно-психических заболеваний (Александровский Ю.А.,1992; Ананьев В.А., 1998).

Переживание стресса и управление им относится к центральным, ключевым явлениям многих человеческих проблем. Под психическим стрессом понимается несоответствие между нагрузкой и имеющимися в наличии ресурсами, сопровождаемое эмоциональными реакциями (гнев, страх и т. д.). Восприятие, переживание и переработка болезненных расстройств у больных неврозами определяются особенностями их личностных свойств, концепцией «Я», психологическим конфликтом, психотравмирующей ситуацией, способами психологической защиты и совладания с болезнью и ее последствиями (Ташлыков В.А., 1984; Александров А.А., 2000; Менделевич В.Д., Соловьева C.JL, 2002).

Проблема психологической (личностной) адаптации (Алексеева Д.А., Карвасарский Б.Д., Ташлыков В.А. и др., 1990) рассматривается в качестве составляющей общего процесса психической адаптации, которая позволяет человеку устанавливать оптимальные отношения с окружающей средой и вместе с тем удовлетворять актуальные потребности индивида, не нарушая адекватного соответствия между его психическими и физиологическими характеристиками (Березин Ф.Б., 1988).

Психологическая адаптация определяется как процесс системной интеграции деятельности многих биологических и социальных подсистем, позволяющих человеку не только оперативно противостоять различным природным и социальным факторам, но и активно, целенаправленно воздействовать на них. Спектр таких видов поведения очень широк: от попыток активного преодоления трудноразрешимых ситуаций до полного отказа от необходимых действий и неосознавания такой необходимости (Ташлыков В.А., 1986; Вассерман Л.И. и др., 1994).

К основным составляющим блока психосоциальной адаптации относятся характеристики защитно-совладающего поведения, включающие в себя механизмы психологической защиты и копинг-механизмы. Ослабление психического дискомфорта осуществляется, как правило, в рамках неосознанной деятельности психики с помощью ряда механизмов психологической защиты (Таукенова JI.M., Чехлатый Е.И., 1994). Копинг механизмы являются результатом взаимодействия копинг-стратегий и копинг-ресурсов. R.Lazarus (1976) рассматривает копинг-стратегии как актуальные ответы личности на воспринимаемую угрозу. Личностные и социальные характеристики людей, обеспечивающие психологический фон для преодоления стресса и способствующие развитию копинг-стратегий, рассматриваются как копинг-ресурсы.

К биологическому блоку психической адаптации отнесятся изменения физиологических функций, которые зависят от длительности, аверсивности, токсичности и количества побуждающих условий - перегрузки, напряжения, стрессоры. Одним из восьми ведущих переменных, которые представляются пригодными для измерения активации (Fahrenberg J., Walschburger P., Foerster F. et al., 1979) является электроэнцефалограмма. Переменные для измерения активации могут в свою очередь соотноситься с такими компонентами, как индивидуально-специфический и стимул-специфический паттерны реакции или модулироваться ими. Если принять в расчет этот психофизиологический факт, то одномерная концепция активации становится невозможной (Fahrenberg J. et al., 1979). Индивидуальноспецифические паттерны реакции индивида - это тенденция всегда реагировать при различных нагрузках и напряжениях (стрессовых ситуациях) физиологически похожим образом. Стимул-специфический паттерн реакции основывается на том, что разные раздражители (внутренние или внешние) приводят к паттернам физиологических реакций, которые в большей степени зависят от вида раздражителя. Это позволило в качестве одной из задач работы рассматривать изучение психофизиологических соотношений с другими характеристиками защитно-совладающего поведения.

Целью данного исследования являлось изучение защитно-совладающего поведения как психологического компонента и его взаимосвязи с биологическим компонентом психической адаптации у больных неврозами.

Внимание исследователей в последние годы сосредоточено на изучении адаптационных процессов при психических расстройствах и, в частности, на вопросах совладания со стрессом. При этом чаще исследуются копинг-стратегии без учета защитных механизмов и личностных особенностей человека, которые могут рассматриваться как копинг-ресурсы.

Несмотря на интерес ученых к вопросу изучения взаимосвязи механизмов психологической и биологической адаптации больных разными нервно-психическими заболеваниями таких работ явно недостаточно (Аристова Т.А.,1999, и др.).

Задачи исследования:

1.Сравнительное изучение и анализ особенностей копинг-стратегий у больных неврозами и здоровых испытуемых.

2.Сравнительное исследование механизмов психологической защиты у больных неврозами и здоровых испытуемых.

3.Сравнительное исследование личностных особенностей у больных неврозами и здоровых испытуемых.

4.Анализ комплексного взаимодействия личностных особенностей, копинг-стратегий и защитных механизмов у больных неврозами, в целом характеризующих стили защитно-совладающего поведения.

5.Корреляционный анализ компонентов защитно-совладающего поведения у здоровых испытуемых.

6.Анализ взаимосвязи защитно-совладающего поведения с показателями функционального состояния головного мозга как психологического и биологического компонентов психической адаптации у больных неврозами.

Научная новизна результатов исследования. Новым является системное изучение взаимодействия копинг-стратегий, механизмов психологической защиты и личностных особенностей, в целом характеризующих стили защитно-совладающего поведения у больных неврозами. Уточнены характерные для больных неврозами копинг-стратегии, защитные механизмы и личностные особенности.

Впервые проведен сравнительный анализ защитно-совладающего поведения у больных неврозами и здоровых испытуемых. В результате исследования были выделены достоверные различия в структуре копинг-стратегий, механизмов психологической защиты и личностных особенностей у больных неврозами и здоровых испытуемых, что может быть использовано для лучшего понимания защитно-совладающего поведения при неврозах.

Впервые показано наличие корреляционных связей между защитно-совладающим поведением и психофизиологическими показателями функционального состояния мозга как составляющих психологического и биологического блоков психической адаптации у больных неврозами.

Практическая значимость и внедрение результатов работы. Полученные данные способствуют более глубокому пониманию механизмов адаптационной системы больных неврозами. Результаты исследования позволяют выявить причины «неудачи приспособления в критической ситуации», которые, согласно S.Rado (1956), приводят к неврозу. Эти данные представляются важными для выявления психотерапевтических мишеней, повышения эффективности всех лечебных и реабилитационных воздействий при невротических расстройствах. Использование в практической деятельности диагностики механизмов дезадаптации позволяет индивидуализировать психокоррекционные программы.

Материалы диссертации внедрены в работу отделения неврозов и психотерапии Санкт-Петербургского научно-исследовательского психоневрологического института им. В.М.Бехтерева, а также в педагогический процесс на факультете психологии Санкт-Петербургского государственного университета.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Некоторые копинг-стратегии, которые являются конструктивными для здоровых людей, могут быть при определенных условиях дезадаптивными для больных неврозами.

2. В личностной структуре больных неврозами представлены качества, которые затрудняют выбор конструктивных копинг-стратегий, а как следствие, приводят к дезадаптации личности.

3. Имеется тесная взаимосвязь копинг-стратегий с механизмами психологической защиты и личностными особенностями. При этом их взаимодействие определяет успешность социально-психологической адаптации.

4. Предполагается наличие взаимосвязи между защитно-совладающим стилем поведения и нейрофизиологическими показателями, позволяющей повысить надежность выявляемых нарушений психической адаптации.

Общая характеристика материала. Материал исследования включает сведения о 80 больных с различными формами неврозов, проходивших лечение в отделении неврозов и психотерапии Института им.

В.М.Бехтерева. Основную группу испытуемых составили 50 женщин и 30 мужчин в возрасте от 18 до 50 лет. Все пациенты получали комплекс лечебно-реабилитационных мероприятий, включая групповую психотерапию. Перед исследованием медикаментозное лечение не проводилось.

Контрольная группа состояла из 80 человек (50 женщин и 30 мужчин) в возрасте от 18 до 50 лет из разных социо-культурных слоев населения. Критерием отбора здоровых испытуемых являлось успешное социальное функционирование и отсутствие обращений за психотерапевтической помощью.

Методы исследования. Для решения поставленных задач исследования использовались экспериментально-психологические и физиологические методы.

Для исследования копинг-стратегий использовался копинг-тест Лазаруса, позволяющий оценить конструктивность совладания со стрессовыми ситуациями.

Для исследования выраженности механизмов психологической защиты использовалась методика «индекс жизненного стиля» (LSI) R.Plutchik, Н. Kellerman (1979).

Для изучения выраженности личностных качеств: эмпатии, сенситивности к отвержению, тенденции к аффилиации использовалась методика Мехрабяна.

Методика Айзенка использовалась для исследования свойств личности: «экстраверсии-интроверсии» и «нейротизма».

Для изучения личностных особенностей: «экстраверсия», «самосознание-организованность», «готовность к сотрудничеству», «эмоциональная стабильность», «личностные, творческие ресурсы» применялась методика «Big five».

ЭЭГ-исследование проводилось для изучения функционального состояния коры головного мозга у больных неврозами до и после функциональной нагрузки. Перед процедурой проводилось психологическое исследование, показатели которого сопоставлялось с данными ЭЭГ.

Заключение диссертации научная статья по теме "Медицинская психология"

1. В системе копинг-стратегий у больных неврозами и здоровых испытуемых преобладают конструктивные их виды. Здоровые люди предпочитают использовать проблемно-решающие стратегии, направленные на активное совладание со стрессовыми ситуациями. У больных неврозами, несмотря на использование конструктивных копинг-стратегий, стратегия -«планирование решения проблемы» выражена недостаточно.

2. Установлены достоверные различия в системе копинг-стратегий у больных неврозами и здоровых испытуемых. Больные неврозами достоверно чаще используют неконструктивные копинг-стратегии «бегство-избегание» и «дистанцирование». При совладании со стрессом они достоверно чаще используют копинг-стратегии «поиск социальной поддержки», «принятие ответственности» и «самоконтроль»; несмотря на их формальную конструктивность, они могут способствовать дезадаптации.

3. Установлены достоверные различия в степени напряженности и структуре психологических защит у больных неврозами и здоровых испытуемых. У больных неврозами достоверно выше напряженность психологических защит: «регрессия», «компенсация», «проекция», «замещение», «реактивные образования». Эти механизмы характеризуются незрелостью и их напряженность может косвенно свидетельствовать о наличии дезадаптации. Они препятствуют поступлению в сознание травмирующей информации и тем самым не позволяют адекватно оценивать стрессовые ситуации.

4. У больных неврозами преобладают незрелые механизмы психологической защиты: «реактивное образование», «регрессия» и «проекция». В стрессовой ситуации они используют привычные, не всегда адекватные, поведенческие стереотипы, которые снижают процесс адаптации.

5. У здоровых людей преобладают зрелые защитные механизмы: «интеллектуализация», «изоляция» и «интроекция», которые допускают травмирующую информацию в сознание, повышая тем самым адаптационные возможности по совладанию со стрессовой ситуацией.

6. Механизмы психологической защиты и механизмы совладания находятся в тесной взаимосвязи, являясь значимыми составляющими психологической адаптации. Установлено влияние определенных типов психологической защиты на формирование определенных копинг-стратегий. Так, механизм психологической защиты «регрессия» оказывает влияние на формирование копинг-стратегий: «бегство-избегание» и «дистанцирование», а «интеллектуализация» способствует выбору копинг-стратегии «планирование решения проблемы».

7. Больные неврозами достоверно отличаются от здоровых испытуемых по высоким показателям «нейротизма», «сенситивности к отвержению», «эмпатии», «готовности к сотрудничеству», «тенденции к аффилиации». Эти личностные особенности, взаимодействуя с защитными механизмами, влияют на выбор копинг-стратегий.

8. Выявлены корреляции между копинг-стратегиями, защитными механизмами и личностными особенностями, которые и определяют защитно-совладающий стиль поведения.

9. Выявлены взаимосвязи механизмов психологической защиты с показателями биоэлектрических реакций головного мозга как важнейших составляющих психической адаптации. На основании психофизиологических корреляций можно заключить, что у больных неврозами имеются копинг-стратегии, которые можно рассматривать как продуктивное продолжение защитных механизмов, и которые выступают в качестве паттернов поведения в стрессовых ситуациях.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Результаты данного исследования механизмов психологической защиты, копинг-стратегий и особенностей личности могут быть использованы для повышения эффективности проведения психотерапевтических мероприятий. Они позволяют сформулировать направления и мишени психотерапевтических вмешательств. Особенности психологической защиты и механизмов совладания могут проявляться в период интенсивной психотерапевтической работы. Пациент использует типичный для его личности стиль защиты, с помощью которого он избегает болезненных переживаний и который нарушает адекватную оценку травмирующей ситуации, и тем самым приводит к дезадаптивным способам ее преодоления.

Распределение копинг-стратегий в группе здоровых лиц свидетельствовало о том, что ведущей среди различных копинг-стратегий в этой группе являлась адаптивная копинг-стратегия: «планирование решения проблемы» (М=71,6±1,6), смысл которой - произвольные проблемно-фокусированные усилия по изменению ситуации, включающие аналитический подход к решению проблемы. Эта стратегия указывает на способность человека определять проблему и находить альтернативные решения, эффективно справляться со стрессовой ситуацией. На втором месте оказалась копинг-стратегия - «поиск социальной поддержки» (М=64,2±1,8), подчеркивающая усилия, направленные на поиск действенной, информационной и эмоциональной поддержки, которая позволяет за счет актуальных когнитивных, поведенческих и эмоциональных ответов извне успешно совладать со стрессогенными ситуациями. Высокие средние значения копинг-стратегии «самоконтроль» (М=63,2±1,6) свидетельствовали о наличии у здоровых лиц усилий по регулированию своих чувств и действий.

Относительно более адаптивные варианты копинг-стратегий располагались на втором уровне иерархии копинг-механизмов у здоровых лиц: «принятие ответственности» (М=58,1±1,9) и «положительная переоценка» (М=57,8±1,8). Дезадаптивные формы механизмов совладания «конфронтация» (М=49,9±1,6), «дистанцирование» (М=46,2±1,6) и «бегство-избегание» (М=42,0±1,7) у здоровых людей встречались реже.

При исследовании механизмов совладания у больных неврозами были получены следующие результаты.

На первое место у больных неврозами вышел копинг «поиск социальной поддержки» (М=78,8±1,5) и «принятие ответственности» (М=77,8±2,0). Такой выбор копинг-стратегий может говорить о том, что больные неврозами признают свою роль в возникновении заболевания, но при этом ищут для решения своей проблемы поддержки извне. Копинги, направленные на анализ возникших проблем, «планирование решения проблемы» (М=68,9±2,2) и на регулирование эмоций при совладания со стрессовой ситуацией путем «самоконтроля» (М=70,5±1,5) и «положительной переоценки» (М=62,0±1,9) располагаются у больных неврозами на втором уровне иерархии копинг-механизмов. Такое распределение наводит на мысль, что «поиск социальной поддержки» без проблемно-решающего поведения может быть недостаточно конструктивным, так как больные в большей степени надеются не на свои силы в преодолении болезни, а на помощь со стороны. Дезадаптивные формы механизмов совладания «бегство-избегание» (М=57,3±1,8), «конфронтация» (М=54,5±2,0) и «дистанцирование» (М=54,3±1,9) реже встречались у больных неврозами.

Таким образом, копинги: «принятие ответственности», «поиск социальной поддержки» и «самоконтроль» являются конструктивными стратегиями, но с точки зрения социальной адаптации важно использование активных проблемно-решающих стратегий для профилактики и сохранения психического здоровья («планирование решения проблемы»). Эта стратегия недостаточно выражена у больных неврозами.

Анализ структуры копинг-стратегий у больных неврозами и здоровых испытуемых выявил следующие различия. Ж Получены достоверные различия между здоровыми лицами и больными неврозами по копингу «дистанцирование» (р<0,001) и «бегство-избегание» (р<0,001). Больные неврозами значительно чаще, чем здоровые, применяют уход, мысленное стремление и поведенческие усилия, направленные к бегству от проблемы, которые снижают эмоциональный компонент, но не способствуют конструктивному ее разрешению.

Больные неврозами достоверно чаще по сравнению со здоровыми используют копинг-стратегию «поиск социальной поддержки» (р<0,001). Эти данные указывают на нежелание больных решать самостоятельно ф' возникающие у них проблемы и склонность перекладывать ответственность за их разрешение на других людей, что приводит к возникновению неуверенности, зависимости от обстоятельств и мнения окружающих.

Получено достоверное различие по показателям использования больными неврозами копинг-стратегии «принятие ответственности» (р<0,001). Они чаще использовали этот копинг по сравнению со здоровыми людьми; это свидетельствует о том, что больные неврозами не только признают свою вину в возникновении своих проблем, но, возможно, и фиксируются на ней, что снижает возможности для конструктивного их щ• разрешения.

Достоверно чаще, чем здоровые люди (р<0,001), больные неврозами применяют копинг-стратегию «самоконтроль». «Самоконтроль» проявляется всякий раз, когда «данное поведение человека имеет меньшую вероятность проявления с точки зрения его предыдущего поведения, чем другая возможная реакция» (Mahoney М., 1974). Больные неврозами прилагают больше усилий по регулированию своих чувств и действий вследствие тревожности и неуверенности в их правильности и целесообразности.

Ведущим защитным механизмом у здоровых лиц является «интеллектуализация» (М=65,6±3,2), что проявляется в «умственном» 'М способе преодоления конфликтной ситуации без эмоциональных переживаний за счет логических установок.

Второе место у этих испытуемых занимает «реактивное образование» (М=60,0±3,0). Данный механизм связан с усвоением «высших социальных ценностей» и его проявление у здоровых людей может быть результатом потребности придерживаться общественных норм и правил поведения.

На третье место по частоте использования в группе здоровых вышел защитный механизм «отрицание» (М=52,1±3,3). Этот механизм психологической защиты направлен вовне, реализуется при конфликтах щ любого рода и характеризуется искажением восприятия действительности.

Четвертое место занял механизм «вытеснение» (М=51,3±3,2), включающий «изоляцию», при которой психотравмирующий и эмоционально подкрепленный опыт индивида может быть осознан на когнитивном уровне, но изолирован от аффекта тревоги. Под вытеснением у здоровых людей могут выступать сознательные усилия, произвольное подавление фрустрации путем переноса внимания на другие формы активности.

Невысокая напряженность механизма защиты «регрессия»

М=46,1±3,3) позволила предположить, что он выполняет функцию естественной незащитной адаптации.

Проекция» (М=49,1±3,5), «замещение» (М=45,7±2,9) и «компенсация» (М=36,5±2,9) используются для защиты от внутренних фрустраторов и в группе здоровых людей характеризовались наименьшим напряжением.

Ведущими МПЗ у больных неврозами были «регрессия» (М=78,2±2,3) и «реактивное образование» (М=78,0±2,2). Это указывает на то, что больные неврозами в ответ на фрустрирующие обстоятельства заменяют решение более сложных задач на более простые, используют привычные поведенческие стереотипы. Эти защитные механизмы затрудняют осознание причин и существенно обедняют потенциально возможный арсенал преодоления конфликтных ситуаций.

Третье место занимает механизм психологической защиты «проекция» (М=73,3±2,7), при котором все окружающие объекты и субъекты рассматриваются в аспекте оценивания собственной значимости. Критическое отношение к окружению позволяет личности не осознавать собственную неполноценность.

Четвертое место в иерархии защитных механизмов у больных неврозами занимала «интеллектуализация» (М=64,2±2,9), которая позволяет создавать логические обоснования своего или чужого поведения, действий или переживаний. С помощью этого механизма больные неврозами, оказавшись в трудной ситуации, могут защищаться путем снижения значимости для себя и других причин, вызывающих конфликт.

Механизмы психологической защиты «замещение» (М=56,1±2,8), «отрицание» (М=55,9±3,7) и «компенсация» (М=51,2±3,0) занимают последние места по использованию больными неврозами.

Анализ структуры психологической защиты у здоровых испытуемых и больных неврозами показал следующие различия.

Достоверно более высокие значения показателя защитного механизма «регрессия» (р=0,001) у больных неврозами по сравнению с нормативной группой могут рассматриваться как возврат к более примитивным онтогенетическим формам психической активности и поведения. Такой защитный механизм дает возможность личности при фрустрирующей ситуации в действии реализовать свои импульсы, что препятствует осознанию ситуации. Слабость эмоционально-волевого контроля, чувство детской незащищенности побуждает личность с таким типом защиты самостоятельно провоцировать конфликтные ситуации. «Регрессия» связана с инфантильной установкой на зависимое поведение, получение помощи и поддержки извне.

Высокий показатель МПЗ «компенсации» (р<0,001) у больных неврозами по сравнению со здоровыми испытуемыми помогает им справляться с внутренним напряжением путем фантазирования или мечтаний, целью которых является исправление или восполнение чувства собственной недостаточности и нивелирование чувств, связанных с этим переживанием. Такая защитная реакция характерна для инфантильных личностей с низкой самооценкой и может рассматриваться как форма защиты от комплекса неполноценности, при котором заимствованные от других ценности и установки применяются в действии, но не становятся частью самой личности.

Установлено, что у больных неврозами достоверно выше показатели МПЗ «проекция» (р<0,001), чем у здоровых испытуемых. Это может косвенно свидетельствовать о наличии у больных высокой критичности и требовательности к окружающему, что позволяет им оправдывать свои поступки и, исходящие из неприемлемых для сознания, желания, установки и мотивы, а также справляться с чувством неполноценности.

У больных неврозами сравнительно с группой здоровых лиц выше показатели МПЗ «реактивное образование» (р<0,001). Это может указывать на то, что больные неврозами отличаются гипертрофированной социабельностью, нормативностью, пунктуальностью, подавлением интересов и желаний, которые социально не одобряемы. Сверхнормативность, высокое стремление соответствовать общепринятым стандартам поведения, педантичность снижают репертуар адаптационных процессов. достоверно более высокие по сравнению с группой здоровых испытуемых значения показателя МПЗ «замещение» (р<0,01) у больных неврозами свидетельствуют о том, что они чаще проявляют в поведении агрессивные тенденции, направленные на объекты, представляющие наименьшую угрозу. Возможно, что высокая приверженность социальным нормам и неуверенность в своих силах не позволяют больным неврозами открыто проявлять агрессию на объекты, которые провоцируют ее возникновение, поэтому эмоциональное напряжение они разрешают на других лиц, более доступных.

Результаты сопоставления механизмов психологической защиты у больных неврозами и здоровых испытуемых свидетельствуют, что больные неврозами в качестве защиты достоверно чаще, чем здоровые, используют незрелые, примитивные механизмы: «реактивные образования», «регрессию», «проекцию», «компенсацию» и «замещение», которые препятствуют поступлению травмирующей информации в сознание.

Анализ представленных защитных механизмов у больных неврозами, предпочтительный их «репертуар», степень напряженности позволяют прийти к заключению, что в основе их применения лежит чувство неполноценности, неуверенности, отсутствие самодостаточности.

При сравнительном анализе личностных характеристик у больных неврозами и здоровых испытуемых были получены следующие результаты.

Достоверные различия выявлены по показателям «нейротизма» (р<0,001) и «эмоциональной стабильности» (р<0,001). Больные неврозами в большей степени, чем здоровые, склонны к выраженному нейротизму, к быстрой смене настроения (лабильности), озабоченности, чувстве виновности и беспокойстве, рассеянности внимания, что способствует неустойчивости в стрессовых ситуациях и затрудняет адаптацию. Выраженному нейротизму, соответствует - эмоциональная нестабильность, импульсивность, неровность в контактах с людьми, изменчивость интересов, неуверенность в себе, выраженная чувствительность, впечатлительность, склонность к раздражительности. Такая личность характеризуется неадекватно сильными реакциями по отношению к вызывающим их стимулам, что создает трудности в сохранении организованного поведения, целенаправленности в обычных и стрессовых ситуациях.

Анализ различий по показателям «сенситивности к отвержению» (р<0,001) выявил, что больные неврозами достоверно более чувствительны к отвержению (страх быть отвергнутым другими людьми), чем здоровые испытуемые. Возможно, страх возникает вследствие искажений в области социального восприятия, когда они неверно истолковывают мотивацию партнеров по общению, недостаточно адекватно реагируют на возникающие межличностные ситуации, сосредоточивают свое внимание не на разрешении реальных проблем, а на сохранении представления о значимости своего «Я» как в собственных глазах, так и в глазах окружающих.

Достоверно более высокие показатели «тенденция к аффилиации» (р<0,05) у больных неврозами свидетельствуют о высокой привязанности, верности, общительности, стремлении сотрудничать с другими людьми, постоянно находиться с ними. «Тенденция к аффилиации» является существенным копинг-ресурсом, который выступает как инструмент ориентации в межличностных контактах и регулятор эмоциональной, дружественной, информационной, материальной и социальной поддержки путем построения эффективных взаимоотношений. Однако достоверно более высокие значения этого копинг-ресурса у больных неврозами могут рассматриваться как непереносимость одиночества, потребность в стимуляции, контроле, подбадривании, утешении со стороны.

По показателям «готовность к сотрудничеству» (р<0,01) и «эмпатия» (р<0,05) у больных неврозами и здоровых лиц выявлены достоверные различия. Больные неврозами в большей степени, чем здоровые, готовы оказать сочувствие, сопереживание, помощь другим людям.

Эмпатия является важным копинг-ресурсом, позволяющим более четко оценивать проблему и создавать больше альтернативных вариантов ее решения. Высокие показатели по параметрам «нейротизма», «эмпатии», «готовности к сотрудничеству», «сенситивности к отвержению», «тенденции к аффилиации» у больных неврозами могут свидетельствовать об их высокой чувствительности, ориентации на внешние стимулы, высокой эмоциональной «вовлеченности» в межличностные отношения, склонности решать чужие проблемы, а не свои. За этим может скрываться внутренняя неуверенность, потребность в позитивном принятии, неконгруэнтность Я-концепции.

Значимых различий по показателям «сознательности» и «личностным ресурсам» между больными неврозами и здоровыми людьми не выявлено.

Таким образом, в результате исследования личностных особенностей у больных неврозами и здоровых испытуемых можно сделать следующее заключение: в личностной структуре больных неврозами представлены качества, которые при значительной выраженности могут ухудшать адекватное восприятие фрустрирующей ситуации и тем самым снижать адаптацию.

В результате корреляционного анализа было выявлено ряд взаимосвязей копинг-стратегий, которые достоверно чаще используются больными неврозами с механизмами психологической защиты и личностными особенностями. Среди личностных особенностей у больных наибольшее количество корреляционных связей имел «нейротизм», «эмоциональная стабильность». Высокая тревожность и низкая эмоциональная стабильность наиболее ярко выражены у больных неврозами. Эти личностные особенности тесно взаимосвязаны со всеми защитными механизмами, напряжение которых у больных неврозами достоверно выше, чем у здоровых испытуемых: чем выше «нейротизм», тем выше показатели «регрессии», «компенсации», «проекции», «замещения» и «реактивного образования».

Копинг-стратегия «бегство-избегание» положительно коррелирует с МПЗ «замещением» (г=0,42; при р<0,001), «регрессией» (г=0,35; при р<0,001), которые, в свою очередь, коррелируют с «нейротизмом». Тревожные, эмоционально чувствительные личности, использующие в качестве МПЗ «регрессию» или «замещение», склонны в стрессовых условиях избегать трудностей. Копинг-стратегия «бегство-избегание» отрицательно коррелирует с МПЗ «отрицанием» (г= - 0,26; при р<0,05), которое коррелирует с «нейротизмом» (г= - 0,24; при р<0,05). У больных неврозами МПЗ «отрицание» не имеют достоверных отличий от здоровой выборки. Чем выше «отрицание», тем ниже «нейротизм» и тем реже «бегство-избегание». Выявлены корреляции копинга «бегство-избегание» с личностными особенностями: «нейротизмом» (г=0,35; при р<0,001), «творческим потенциалом» (г=0,23; при р<0,05), эмоциональной стабильностью» (г= - 0,36; при р<0,001), «самосознанием» (г= - 0,26; при р<0,05). Это может свидетельствовать о том, что более творческие, с низкой эмоциональной стабильностью и с низким самосознанием личности склонны мысленно или в поведении направлять свои усилия на уход от решения проблем, что не способствует их конструктивному разрешению.

Копинг-стратегия «дистанцирование» значимо коррелирует с личностными особенностями: «сенситивностью к отвержению» (г=0,28; при р<0,01) и «творческими ресурсами» (г=0,30; при р<0,01). На основании этой связи можно полагать, что творческие, чувствительные личности при фрустрирующей ситуации пытаются с помощью когнитивных усилий снизить ее значимость, что не способствует адекватному анализу и не приводит к конструктивному разрешению трудностей. Страх быть отвергнутыми, непонятыми способствует у больных неврозами дистанцированию от сложных ситуаций.

Копинг-стратегия «принятие ответственности» коррелирует с МПЗ «проекцией» (г=0,26; при р<0,05), которая взаимосвязана с «нейротизмом» г=0,29; при р<0,01). S.Freud неоднократно подчеркивал нормальность проективного механизма и видел его роль в возникновении противоположности между субъектом и внешним миром. Возможно, больные неврозами принимают ответственность за противопоставление себя внешнему миру, но это способствует возникновению тревожности. Тотальная неуверенность в себе, чувство неидентичности, низкая самоценность включают неадекватное самовосприятие и самооценку (сильно заниженную или завышенную).

Копинг-стратегия «принятие ответственности» значимо коррелирует с эмпатией (г=0,33; при р<0,01) и нейротизмом (г=0,32; при р<0,01). Высокая чувствительность, умение сопереживать и принимать чужую точку зрения позволяет более адекватно оценить свою роль в проблеме и проанализировать возможные варианты выхода из нее. Эмпатия и нейротизм, наиболее характерные для больных неврозами, могут способствовать усилению копинг-стратегии «принятие ответственности» как за свои поступки, так и за действия окружающих, что может приводить к возникновению чувства вины.

Копинг-стратегия «самоконтроль» отрицательно коррелирует с МПЗ «реактивным образованием» (г= - 0,24; при р<0,05), который, в свою очередь, коррелирует с нейротизмом (г=0,27; при р<0,01) и сенситивностью к отвержению (г=0,31; при р<0,01). Чувствительным к отвержению и тревожным личностям, использующим МПЗ «реактивные образования», за контролем окружающих сложнее контролировать себя.

Выявлена положительная корреляция копинг-стратегии «самоконтроль» с МПЗ «вытеснение» (г=0,22; при р<0,05), который коррелирует, в свою очередь, с эмпатией (г= - 0,31; при р<0,01), готовностью к сотрудничеству (г= - 0,28; при р<0,05), потребностью в аффилиации (г= -0,28; при р<0,05), экстраверсией (г= - 0,31; при р<0,05) и эмоциональной стабильностью (г=0,26; при р<0,01). Чем ниже у больных неврозами эмпатия, потребность к сотрудничеству и общению, тревожность, ориентация на внешний мир, тем выше «вытеснение» и выше «самоконтроль». Возможно, для больных неврозами с высокой чувствительностью, эмпатией, готовностью оказывать помощь другим, потребностью в общении, с высокой ориентацией на внешние стимулы менее характерен МПЗ «вытеснение», и они реже используют «самоконтроль».

Копинг-стратегия «поиск социальной поддержки» коррелирует с такими личностными особенностями как эмпатия (г=0,24; при р<0,05) и потребность в аффилиации (г=0,25; при р<0,05). Лица с высокой чувствительностью, с потребностью в общении, умением сопереживать и оказывать помощь другим людям в стрессовой ситуации сами легче прибегают к помощи других.

Данная часть работы является продолжением исследований, проводившихся Э.А.Костандовым (1983). Этими исследователями была предпринята попытка изучения нейрофизиологической основы защитных механизмов. Так, в ходе психофизиологических и биоэлектрических исследований ими подтверждена гипотеза о нервных механизмах изменения осознания внешних явлений под влиянием отрицательных эмоций. В качестве нейрофизиологических и психофизиологических основ психологической защиты, по их мнению, выступают восходящие неспецифические влияния на неокортекс со стороны лимбической системы. Взаимосвязь психологических защитных механизмов с психофизиологическими показателями работы мозга у психически больных была подтверждена в исследовании Т.А.Аристовой (1999).

Актуальным является изучение феномена психологической защиты как индивидуального способа реагирования на стресс, способного усугубить, смягчить или нейтрализовать реакции на эмоционально значимые стимулы (Вассерман Л.И. и др., 1998).

Ниже представлены результаты корреляционного анализа механизмов психологической защиты, которые у больных неврозами имеют наибольшее напряжение, с индикаторами биоэлектрической активности головного мозга.

Анализ корреляционных связей МПЗ «регрессии» с индексами волн ЭЭГ-исследования указывает на снижение активности в лобном и затылочном отделах головного мозга, что может свидетельствовать о снижении восприятия окружающей среды, критичности и логической переработки информации. Не исключено, что в этих условиях человек начинает действовать стереотипно, со снижением активности коры головного мозга.

Корреляции МПЗ «замещение» с индексами волн ЭЭГ свидетельствуют о снижении возбуждения в затылочных и правом теменном отделах головного мозга. Можно предположить, что уменьшается эмоциональная оценка информации и восприятия, а МПЗ «замещение» коррелирует со снижением взаимодействия с окружающим и сосредоточением на переживаниях. I

После функциональных нагрузок активность восприятия не повышается, но снижается торможение в лобной коре; это может указывать, что такая функциональная нагрузка как гипервентиляция вследствие насыщения мозга кислородом и создания доминанты на гипервентиляцию, способствует подавлению патологической невротической активности.

В результате корреляционного анализа можно сделать вывод, что при МПЗ «компенсация» наблюдается снижение активности логической оценки и поэтому больные с данным типом МПЗ с меньшей критикой воспринимают оценки других людей.

Корреляционная связь МПЗ «реактивные образования» с индексами волн ЭЭГ-исследования может свидетельствовать о том, что при этом типе психологической защиты снижается восприятие окружающей среды.

Данной серией исследований подтвержден факт, что характерные для больных неврозами психологические защитные механизмы формируются в подсознании, индивид их не осознает, они отрицают, искажают или фальсифицируют действительность, действуют в ситуации конфликта, фрустрации, психотравмы, стресса. Их цель - снижение эмоциональной напряженности и предотвращение дезорганизации поведения, сознания и психики в целом. Психологические защитные механизмы у больных неврозами тесно связаны с личностными особенностями и копинг-стратегиями. Возможно, механизмы психологической защиты и обусловливают некоторые копинг-стратегии. Было выдвинуто предположение о том, что отдельные механизмы психологической защиты обладают неким поведенческим компонентом реакции на стресс, и это позволило провести корреляционный анализ копинг-стратегий, характерных для больных неврозами.

В результате корреляционного анализа можно заключить, что МПЗ «регрессия» и «замещение», тесно связанные с тревожностью, «запускают» копинг-стратегию «бегства-избегания».

Корреляции копинг-стратегии «бегство-избегание» с индексами волн ЭЭГ соответствует снижение бета-активности в правой лобной и левой теменной области, наблюдается преобладание альфа-индекса в затылочной, теменной и правой лобной доле головного мозга, т.е. отмечается некоторый сдвиг в сторону низких частот. Такое снижение быстроты колебаний позволяет говорить о росте заторможенности мозговых структур. Можно полагать, что при использовании копинг-стратегии «бегство-избегание» наблюдается снижение активности коры головного мозга, снижена функция программирования, регуляции и контроля за своим состоянием. На основании данных корреляционных связей видно, что бегство-избегание является неконструктивной копинг-стратегией, препятствующей адекватной оценке ситуации.

Таким образом, механизмы психологической защиты тесно связаны с личностными особенностями и копинг-стратегиями. Они стереотипны, ригидны и действуют в состоянии психологической угрозы вне сознания как индивидуально-специфические паттерны реакции. Данные электроэнцефалографических корреляций подтверждают факт определенного участия высших отделов коры головного мозга при использовании МПЗ больными неврозами.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Рыжик, Анна Викторовна, Санкт-Петербург

1. Аладжалова А.Я. Неустойчивые функциональные состояния человека и их переходы//Функциональные состояния. М., 1978. - С.5-6.

2. Александров А.А. Современная психотерапия. Курс лекций. СПб.: Академический проект, 1997. - 335 с.

3. Александров А.А. Клинические основы групповой психотерапии при неврозах: Автореф. дисс. д-ра мед. наук. СПб, 1992.

4. Александров А.А. Личностно-ориентированные методы психотерапии. -СПб, 2000.

5. Александровский Ю.А. Социально-стрессовые расстройства//Обозр. психиатр, и мед. психол. им.В.М.Бехтерева, 1992. -№ 2. С. 5-10.

6. Александровский Ю.А. Состояния психической дезадаптации и их компенсация. М.: Наука, 1976. - 272 с.

7. Алексеева Д.А., Карвасарский Б.Д., Ташлыков В.А. и др. Основные типы психической дезадаптации у бывших воинов-интернационалистов. Психологическая диагностика и психотерапия: Методические рекомендации. Л., 1990. - 17 с.

8. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. Л.: Изд-во ЛГУ, 1969. - 339 с.

9. Ананьев В.А. Психологическая адаптация и компенсация при заболеваниях внутренних органов: Автореф. дисс. канд. психол. наук. -СПб.: СПб МАПО, 1998.

10. Ю.Аристова Т. А. Сравнительные исследования биологического и психологического компонентов психической адаптации больных неврозами и неврозоподобной шизофренией: Автореф. дисс.канд. психол. наук. СПб, 1999.

11. Бассин Б.Ф. Проблема специфического и неспецифического характера отношений между аффективным конфликтом и клиническим синдромом // Клиническая психология. СПб.: Питер, 2000. - С.20-38.

12. Бассин Ф.В. О силе «Я» и психологической защите//Вопросы философии. 1969. -№ 2. -С.118-125.

13. М.Бассин Ф.В., Бурлакова М.К., Волков В.Н. Проблема психологической защиты // Психол. журн. 1988. - №3. - С.30-40.

14. Бассин Ф.В., Рожнов В.Е., Рожнова М.А. Психическая травма (к современному пониманию ее природы и общих принципов ее психотерапии) // Руководство по психотерапии. Ташкент: Медицина, 1979. - С.24-43.

15. Безносюк Е.В., Соколова Е.Д. Механизмы психологической защиты // Журн. неврол. и психиатр, им. С.С.Корсакова. 1997. - №.2. - С.144-148.

16. Березин Ф.Б. Психическая и психофизиологическая адаптация человека. -Л., 1988.-268 с.

17. Березин Ф.Б. Формирование психофизиологических соотношений и психосоматический континуум // Актуальные вопросы изучения механизма гомеостаза. Каунас, 1983. - С.120-122.

18. Бехтерева Н.П., Медведев В.И. Перспективы развития физиологии человека // Успехи физиологических наук. 1989. - Т.20. - С.28-33.

19. Блох В. Уровни бодрствования и внимание // Экспериментальная психология. Вып.З М.: 1970. - С.97-146.

20. Бобкова В.В. Особенности электрической активности мозга при невротических состояниях: Автореф. дисс. докт. биолог, наук. Л., 1971.

21. Бодалев А.А., Зайгарник Б.В., Леонтьев Д.А. Проблема бессознательного: движение к диалогу // Вопросы психологии. 1987. - № 4. - С. 163-165.

22. Бройтигам В., Кристиан П., Рад М. Психосоматическая медицина М., 1999.-С.З 8-40.

23. Василюк Ф.Е. Психология переживания. М.: Изд-во МГУ, 1984. - 200 с.

24. Вассерман Л.И., Беребин М.А. Социальная фрустрированность и ее роль в генезе психической дезадаптации // Обозр. психиатр, и мед. психол. им.В.М.Бехтерева. 1997. - №1. - С. 16-25.

25. Вассерман Л.И., Беребин М.А., Костенко Н.И. О системном подходе в оценке психической адаптации // Обозр. психиатр, и мед. психол. им. В.М.Бехтерева. -1994. №3. - С.16-25.

26. Вейн A.M., Соловьева А.Д. лимбико-ретикулярный комплекс и вегетативная регуляция. М.: Наука, 1973. - 268 с.

27. Веселова Н.В. Особенности психологических конфликтов и копинг-поведение у лиц, обращающихся за консультативной помощью, и у больных неврозами: Автореф. дисс.канд. психол. наук. СПб, 1995.

28. Грановская P.M. Элементы практической психологии. Л.: Изд-во ЛГУ, 1984.-392 с.

29. Грановская P.M., Березная И.Я. Интуиция и искусственный интеллект. -Л.: Изд-во ЛГУ, 1991.-268 с.

30. Гришина Н.В. Психология конфликта. СПб.: Питер, 2000. - 464 с.

31. Давиденков С.Н. Учение И.П.Павлова о неврозах и их лечении. Л., 1963.

32. Данилова Н.Н. Функциональные состояния: механизмы и диагностика. -М.: Изд-во МГУ, 1985. 287 с.

33. Данилова Н.Н. Психофизиологическая диагностика функциональных состояний. М.: Изд-во МГУ, 1992.

34. Ильин Е.П. Теория функциональной системы и психофизиологические состояния // Теория функциональных систем в физиологии и психологии. -М., 1978. С.325-346.

35. Илюхина В.А. Нейрофизиология функциональных состояний человека. -Л.: Наука, 1986.- 171 с.

36. Илюхина В.А., Хон Ю.В. К вопросу корково-подкорковой организации мозговых систем обеспечения готовности к действию у человека // Физиол. журн. СССР. 1973. - Т.59. - С.1811-1825.

37. Иовлев Б.В., Карпова Э.Б. Психология отношений. Концепция В.Н.Мясищева и медицинская психология. СПб.: Сенсор, 1999. - 75 с.

38. Иовлев Б.В. Неврозы и проблема психологических механизмов эмоционального стресса // Актуальные вопросы медицинской психологии. -Л., 1974.

39. Исаева Е.Р. Копинг-механизмы в системе приспособительного поведения *; больных шизофренией: Автореф. дисс.канд. психол. наук. СПб, 1999.

40. Истаманова Т.С. Функциональные расстройства внутренних органов при неврастении. М.: Медгиз, 1958. - 260 с.

41. Каминская С.Д. Роль коры головного мозга в патогенезе боли // Проблемы кортико-висцеральной патологии-М.: Изд-во АМН СССР, 1949.

42. Каменская В.Г. Подходы и методы функциональной диагностики в норме и при нервнопсихической патологии // Проблемы и методы диагностики в педагогике, психологии и медицине. СПб, 1993. - С.32-52.

43. Каменская В.Г., Слезин В.Б., Томанов Л.В. Способ диагностики ijy психопатологических состояний человека. Патент № 2089096 (Россия),1997.

44. Каменская В.Г., Томанов Л.В, Слезин В.Б. Влияние нормы и патологии функционального состояния человека на формирование адекватного поведения в эксперименте // Журнал высшей нервной деятельности. -1990. Т.40. - С.650-657.

45. Карвасарский Б.Д. Неврозы. 2-е изд. -М.: Медицина, 1990.

46. Карвасарский Б.Д. Психотерапия. М.: Медицина, 1985. - 303 с.

47. Карвасарский Б.Д., Федоров А.П., Ташлыков В.А., Исурина Г.Л. изучениефакторов затяжного течения неврозов в связи с задачами их вторичной профилактики // Ранняя реабилитация психически больных. СПб, 1984. -С.47-52.

48. Карвасарский Б.Д., Простомолотов В.Ф. Невротические расстройства внутренних органов. Кишинев: Штиинца, 1988. - 164 с.

49. Карвасарский Б.Д., Назыров Р.К., Поморова Е.М., Слезин В.Б., Чехлатый

50. Е.И. Психофизиология эмоций и эмоциональный копинг при неврозах //

51. XXX Всероссийское совещание по проблемам ВНД, посвященное 150-летию со дня рождения И.П.Павлова: Тезисы докладов. Т.2. - СПб, 2000. - С.388-391.

52. Кирой В.Н. Функциональное состояние мозга человека в динамике интеллектуальной деятельности: Автореф.дисс. д-ра биол. наук. JL, 1990.

53. Киршбаум Э.И., Еремеева А.И. Психологическая защита. Владивосток, 1993.-144 с.

54. Клиническая психология / Под ред. М.Перре, У.Бауманна. СПб: Питер, 2002.-1312 с.

55. Клубова Е.Б. Методы медицинской психологии в диагностике психологических защитных механизмов // Теория и практика медицинской психологии и психотерапии. СПб, 1994. - С.77.

56. Клубова Е.Б. Отношение к болезни и механизмы психологической защиты у больных алкоголизмом: Автореф. дисс. канд. психол. наук. СПб, 1995.

57. Кондратенко В.Т., Донской Д.И., Игумнов С.А. Обшая психотерапия: Рук-во. для врачей М.: Выш.шк., 1999.

58. Костандов Э.А. Функциональная ассиметрия полушарий мозга и неосознаваемое восприятие. М.: Наука, 1983. - 171 с.

59. Краснушкина И.А., Гиров В.В., Каммани Р.Х. закономерности возрастных формирований ЭЭГ-реакций у детей в норме, при пограничных нарушениях психики // Здоровье, развитие, личность. М., 1980. - С.68-75.

60. Краско Т.И. Уровни взаимосвязанности механизмов психологической защиты как показатель гибкости «защитного слоя» // Успехи психиатрии, неврологии, нейрохирургии и наркологии. Харьков, 1996. - Т.З. - С.235-236.

61. Ливанов М.Н., Королькова Т.А., Френкель Г.М. Электроэнцефалографические исследования высшей нервной деятельности // Журнал высшей нервной деятельности. 1951. - Т.1. -№4. - С.34-42.

62. Лурия А.Р. Мозг человека и психические процессы. Т.2. Нейропсихологические исследования. М.: Педагогика, 1970. - 496 с.

63. Лурия А.Р. Основные проблемы нейролингвистики. М.: Изд-во МГУ, 1975.-253 с.

64. Лурия А.Р., Симерницкая Э.Г. О функциональном взаимодействии полушарий головного мозга в организации вербально-мнестических функций // Физиол. чел. 1975. - Т. 1. - С.411-417.

65. Медведев В.И. Функциональные состояния головного мозга человека // Механизмы деятельности мозга человека. 1987. - 4.1. - С.300-357.

66. Менделевич В.Д., Соловьева С.Л. Неврозы и психосоматическая медицина. М., 2002.

67. Мерлин B.C. Психологические конфликты // Психология конфликта. -СПб.: Питер, 2001. С.224-253.

68. Михайлова А.И., Роттенберг B.C. Особенности психологической защиты в норме и при соматических заболеваниях // Вопросы психол. 1990. -С.106-111.

69. Мишина Т.М. К исследованию психологического конфликта при неврозах // Неврозы и пограничные состояния. Л., 1972. - С.35-38.

70. Мягер В.К. Психогигиена и психопрофилактика. Л., 1983. - 146 с.

71. Мясищев В.Н. Психотерапия как система средств воздействия на психику человека в целях восстановления его здоровья // Психотерапия при нервных и психических заболеваниях. Л., 1974. - С.7-20.

72. Мясищев В.Н. Личность и неврозы. Л., 1960.

73. Назыров Р.К. Отношение к болезни и лечению, интра- и интерперсональная конфликтность и копинг-поведение у больных неврозами: Автореф. дисс.канд. мед. наук. СПб, 1993.

74. Небылицын В.Д. Основные свойства нервной системы человека. М.: Просвещение, 1966. - 382 с.

75. Нельсон-Джоунс Р. Теория и практика консультирования СПб: Питер, 2000. - 464 с.

76. Новые электрофизиологические методы диагностики в психоневрологии: Методические рекомендации. СПб, 1993.

77. Павлов И.П. Лекции о работе больших полушарий головного мозга. М.: ГИЗ, 1927.

78. Павлов И.П. Физиология и патология высшей нервной деятельности. М.: Медгиз, 1930.

79. Панарина Л.В. Клинико-психологические характеристики больных неврозами, их динамика в процессе лечения и организационная технология повышения ее эффективности в санаторно-курортных условиях: Автореф. дисс.канд. мед. наук. СПб, 1996.

80. Прангишвили А.С., Шерозия А.С., Басин Ф.В. Роль неосознаваемой психической деятельности в развитии и течении соматических и клинических синдромов // Бессознательное: природа, функции, методы исследования. Т.5. Тбилиси, 1978. - С. 195-215.

81. Психотерапевтическая энциклопедия/Под ред.Б.Д.Карвасарского. СПб: Питер», 2000.

82. Психологическая диагностика индекса жизненного стиля / Под ред. Л.И.Вассермана СПб: Институт им. В.М.Бехтерева, 1999.

83. Психотерапия / Под ред.Б.Д.Карвасарского. СПб: Питер, 2000.

84. Пучинская Л.М. Субъективность восприятия и вызванных потенциалов. -М.: Наука, 1978.-169 с.

85. Роджерс К.Р. Консультирование и психотерапия. Новейшие подходы в области практической работы. М.: Изд-во Эксмо-Пресс, 2000. - 464 с.

86. Романова Е.С. Графические методы в практической психологии. СПб.: Речь, 2001.-416 с.

87. Романова Е.С., Гребенников JI.P. Механизм психологической защиты: генезис, функционирование, диагностика. Мытищи, 1996.

88. Ротенберг B.C. Активность сновидений и проблемы бессознательного // Бессознательное: природа, функции, методы исследования. Т.2. -Тбилиси: 1978.-С.99-111.

89. Ротенберг B.C. Межполушарная интеграция и проблема психологической защиты // Физиология человека и животных. М.: 1989. - С.206-217.

90. Рутман Э.М. Вызванные потенциалы в психофизике. М.: Наука, 1979. -249 с.

91. Савенко Ю.С. Проблема психологических компенсаторных механизмов и их типология // Проблемы клиники и патогенеза психических заболеваний. М.: 1974. - С.95-112.

92. Сахакиан У.С. Техники консультирования и психотерапии. Тексты. М.: Апрель Пресс, Изд-во Эксмо-Пресс, 2001.

93. Селье Г. Стресс без дистресса. М.: Прогресс, 1979. - 126 с.

94. Семке В.Я. Истерические состояния. М.: Медицина, 1988. - 224 с.

95. Свядощ A.M. Неврозы (руководство для врачей). СПб.: Питер, 1998.

96. Сирота Н.А., Ялтонский В.М. Копинг-поведение и психопрофилактика психосоциальных расстройств у подростков // Обозр. психиатр, и мед. психол. им. В.М.Бехтерева. СПб, 1994. - №1. - С.63-75.

97. Сирота Н.А. Копинг-поведение в подростковом возрасте: Автореф. дисс.докт. мед. наук. Бишкек, 1994.

98. Слезин В.Б., Каменская В.Г., Томанов JI.B. Особенности электрических медленных потенциалов у здоровых и больных различными формами неврозов // Журн. неврол. и психиатр, им С.С.Корсакова. 1988. - Т.88. -С.28-31.

99. Слезин В.Б., Калер X., Подпорин А.Н. Попытка осмысления психологических структур личности с физиологических позиций/Юбозр. психиатр, и мед. психол. им. В.М.Бехтерева. 1998. - №2. - С.81.

100. Слезин В.Б., Гаренкова Н.И., Подсадный С.А., Федоров А.П., Щукина Н.В. К вопросу о центральных регуляторных и эмоциогенных механизмах неврозов // Теория и практика медицинской психологии и психотерапии. -СПб: Институт им. В.М.Бехтерева, 1994.

101. Соколов Е.Н. Восприятие и условный рефлекс. М.: Изд-во МГУ, 1958. -332 с.

102. Соколов Е.Н. Механизм памяти. М.: Изд-во МГУ, 1969. - 176 с.

103. Соколов Е.Н. Психофизиология. М.: Изд-во МГУ, 1979. - 109 с.

104. Соколов Е.Н. Ориентировочный рефлекс: нейронные механизмы // Мозг и психическая деятельность. М., 1984. - С. 207-209.

105. Соколова Е.Т. Проективные методы исследования личности. М.: Изд-во МГУ, 1980.-174 с.

106. Соколова Е.Т. Самосознание и самооценка при аномалиях личности. -М.: Изд-во МГУ, 1989.-215 с.

107. Сороко С.И., Бекшеев С.С., Сидоров Ю.Л. Основные типы саморегуляции мозга. Л.: Наука, 1990. - 206 с.

108. Таукенова Л.М., Чехлатый Е.И. Кросс-культурное исследование механизмов психологической защиты и копинг-поведения у больных неврозами // Обозр. психиатр, и мед. психол. им. В.М.Бехтерева. СПб, 1994. - №2. - С.97-99.

109. Ташлыков В.А. Психологическая защита у больных неврозами и психосоматическими расстройствами (пособие для врачей). СПб: МАПО, 1997.

110. Ташлыков В.А. Внутренняя картина болезни при неврозах и ее значение для терапии и прогноза: Автореф. дисс.док. мед. наук. Л., 1986.

111. Ташлыков В.А. Психология лечебного процесса. Л.: Медицина, 1984. -182 с.

112. Тихомиров O.K. Теоретические проблемы исследования бессознательного // Вопросы психологии. 1981. - №2. - С.31-39.

113. Узнадзе Д.И. Экспериментальные основы психологии установки. -Тбилиси: Изд-во АН ГССР, 1961. -210 с.

114. Уолтер Г. Живой мозг. М.: Мир, 1966.

115. Филимонова Т.Д. Анализ динамики быстрых и медленных комплексов вызванной активности головного мозга при изменении информативности раздражителя // Физиология человека. 1976. - Т.2. - С.558-595.

116. Фрейд А. Психология «Я» и защитные механизмы. М., 1993.

117. Фрейд 3. Введение в психоанализ. Лекции. М.: Наука, 1989. -456 с.

118. Фрейд 3. Психология бессознательного. М.: Просвещение, 1990. - 448 с.

119. Фрейджер Р., Фейдимен Д. Личность: теории, эксперименты, упражнения. СПб, 2001. - 864 с.

120. Фресс П., Пиаже Ж. Экспериментальная психология. Выпуск V. М.: Прогресс, 1970.-285 с.

121. Хомская Е.Д. Мозг и активация. М.: Изд-во МГУ, 1972. - 381 с.

122. Хории К. Невротическая личность нашего времени. Самоанализ. М.: Ювента, 2000.-480 с.

123. Хорни К. Невроз и развитие личности М.: Смысл, 1998. - 375 с.

124. Хьелл JL, Зиглер Д. Теории личности (основные положения, исследования и применение). СПб: Питер, 1999. - 608 с.

125. Чехлатый Е.И. Личностная и межличностная конфликтность и копинг-поведение у больных неврозами и их динамика в процессе групповой психотерапии: Автореф. дисс.канд. мед. наук. СПб, 1995.

126. Чехлатый Е.И., Веселова Н.В. Особенности отношения к здоровью и лечению, личностные конфликты и способы их разрешения (копинг-поведение) у больных неврозами // Интегративные аспекты современной психотерапии. СПб.: Институт им. В.М.Бехтерева, 1992.

127. Шагас Ч. Вызванные потенциалы в норме и патологии. М.: Прогресс, 1973.-421 с.

128. Шпильберг П.И. Об электроэнцефалограмме человека // Физиологический журнал. 1940. - Т.28. - №3. - С.111.

129. Ялтонский В.М. Копинг-поведение здоровых и больных Наркоманией: Автореф.дисс.докт. мед. наук. СПб, 1995.

130. Adler A. The pattern of life. N.Y.: Holt, Rinehart and Winston, 1930.

131. Adler A. The individual psychology of Alfred Adler: A systematic presentation of selections from his writings. H.L., R.R.Ansbacher (Eds.). -N.Y.: Basik Books, 1956.

132. Basar E. EEG-brain dynamics. Amsterdam: Elservier, 1989. - 279 p.

133. Basar E., Basar-Eroglu C., Rahn. et al. Sinergetics of evoked alpha and theta rhythms in the brain: topographic and modality-dependent aspect // Rhythms in physiological systems. 1991. - P. 173-288.

134. Beckman F.H., Stein M.I. A note on the relationship between per cent alpha time and efficiency in problem solving // J. Psychol., 1961. №51. - P. 169-175.

135. Brazier M.A., Finesinger J.E., Cobb S. A contrast between the electroencephalograms of 100 psychoneurotic patients and those of 500 normal adults. Amer. J. psychiat., 1945. - №101. - P.443-448.

136. Cohen S. Stress, social support, and disorder // The meaning and measurement of social support. Washington: Hemisphere, 1992. P. 109-124.

137. Cohen S., Kessler R.C., Cordon L.U. Measuring stress. A guide for health and social scientists. N.Y., Oxford: Oxford University Press, 1995.

138. Cohen S, Willis T.A. Stress, social support and the buffering hypothesis // Psychological Bulletin, 1985. P.310-357.

139. Debus G., Erdmann G., Kallus K.W. (Hrsg.), Biopsychologie von Stress und emotionalen Reaktionen. Gottingen: Hogrefe, 1995.

140. Dondero A., Hofstaetter P., O'Connor J. Critical Flicker frequency and cortical alpha EEG // Clin. Neurophysiol., 1956. №8. - P.465-466.

141. Ellingson R.G. Brain waves and problems of psychology // Psychol. Bull., 1956.-№53.-P. 1-34.

142. Ellis A. Reason and emotion in psychotherapy. Secaucus. N.Y., 1962.

143. Ellis A. How to Stubbornly Refuse to Make Yourself miserable about Anything, Yes Anything. Sydney, 1988.

144. Ellis A. Rational-emotive couple therapy. N.Y., 1990.

145. Eysenck H.J. The structure of human personality. L., 1959.

146. Eysenck H.J. The biological basis of personality. Springfield, IL.: Charles C. Thomas, 1967.

147. Eysenck H.J., Eysensk M.W. Personality and individual diffences. N.Y.: Plenum, 1985.

148. Fahrenberg J. Probleme der Mehrebenen-Beschreibung und Prozess-Forschung // Forschungsberichte des Psychologischen Instituts der Albert-Ludwigs Universitat Freiburg i. Br., 1982.

149. Fahrenberg J., Walschburger P., Foerster F., Myrtek M., Muller W. Psichophisiologische Aktivierungsforschung. Mtinchen: Minerva, 1979.

150. Fahrenberg J., Myrtek M. Ambulatory assessment. Computer-assisted psychological and psychophysiological methods in monitoring and field studies. Seattle: Hogrefe and Huber Publishers, 1996.

151. Folkman S., Lasarus R.S. Coping as a mediator of emotion. Journal of Personality and Social Psychology, 1988. №54. - P.466-475.

152. Freud A. The ego and the mechanisms of defense. London: Hogarth Press, 1936.

153. Freud S. Inhibitions, symptoms and anxiety. N.Y., 1926.

154. Freud S. A general introduction to psychoanalysis. N.Y., 1943.

155. Freud S. The major works of Sigmung Freud. Chicago - London - Toronto, 1952.

156. Gastaut H., Gastaut G., Roget A., Corriol J., Naquet R. Etude electrographique du cycle d'excitabilite' cortical // EEG Clin. Neurophysiol., 1951.-№3.-P.401-428.

157. Gastaut H. The brain stem and cerebral electrogenesis in relation to consciousness // Brain mechanisms and consciousness, 1954. P.249-283.

158. Goldberg D., Huxley P. Common mental disorders. A bio-social model. -London; N.Y.: Tavistock; Routledge, 1992.

159. Golden G.K. Creativity: An object relations perspective // Clinical Social Work Journal. №15. - 1987. - P.23-25.

160. Haan N. Coping and defending. Process of selfBenvironment organiyation. -N.Y.: Academic Press, 1977.

161. Hamm A.O. Furcht und Phobien. Gottingen: Hogrefe, 1997.

162. Hamm A.O., Vaitl D. Affektive Learning: Awareness and aversion // Psychophysiology, 1996. №33. - P.698-710.

163. Hamm A.O., Guthbert B.N., Globisch J., Vaitl D. Fearand the startle reflex: Blink modulation and autonomic response patterns in animal and mutilation fearful subjects // Psychophysiology, 1997. №34. - P.97-107.

164. Heim E. Coping und Adaptivitat: Gibt es geeignetes oder ungeeignetes Coping? // Psychotherapie und Medizinische Psychologie, 1988. №1. - P.8-17.

165. Heim E., Perrez M. Krankheitsverarbeitung // Jahrbuch der Medizinischen Psychologie. Gottingen: Hogrefe, 1994. - №10.

166. Horney K. The neurotic personality of our time. N.Y., 1937.

167. Johnson L.C., Uleett G.A. Stability of EEG activity and manifest anxiety // J. Сотр. Physiol. Psychol., 1959. №52. - P.284-288.

168. Kanner A. D., Coyne J.C., Schaefer C., Lazarus R.S. Comparison of two modes of stress measurement: Daily hassels and uplifts versus major life events //Journal of Behavioral Medicine, 1981. №4. - P.l-39.

169. Kelly G.A. The psychology of personal construct. Vol.11. Clinical diagnosis and psychotherapy. N.Y.: Norton, 1955.

170. Lang P.J. The cognitivepsychophysiology of emotion: Fear and anxiety // A.H.Tuma, J.D.Maser, Anxiety and the anxiety disorders. Hillsdale. N.Y.: Erlbaum, 1985. -P.131-170.

171. Lang P.J., Lazovik A.D. Experimental desensitization of phobia // Journal of Abnormal Social Psychology, 1963. №66. - P.519-525.

172. Lazarus R.S.: Psychological Stress and the Coping Process. Mc-Graw-Hill. -N.Y., 1976.

173. Lazarus R.S. Emotion and adaptation. N.Y.: Oxford: Oxford University Press, 1991.

174. Lazarus R.S., Launier R. Stressbezogene Transaktionen zwischen Person und Umwelt // R.Nitsch, Stress: Theorien, Untersuchungen, Massnahmen. Bern: Huber, 1981.-P.213-259.

175. Lindsley D.B. Psychological phenomena and the EEG // EEG Clin. Neurophysiol., 1952. №4. - P.443-456.

176. Loomis A.L., Harvey E.N. and Hobart G. Electrical potentials of the human brain // J. exp. Psychol., 1936. №19. - P.249-279.

177. Mahoney M.J. Cognition and behavior modification. Cambridge, Mass., Ballinger, 1974.

178. Mangan G.L., Adcock C.J. EEG correlates vigilance and defence. Percept. Motor Skills, 1962.

179. McAdam W., Orme J.E. Personality traits and the normal electroencephalogram // J. ment. Sci., 1954. №100. - P.913.

180. Mundy-Castle A.C. L'e'lectroencephalogramme et sa relation avec le temperament // Conditionnement et re'active en e'lectroencephalographie. -Paris, 1957.- P.221-234.

181. Nelson G.K. The measurement and significance of brain rhythms. Trans. S.Afric. Inst. Electr. Engrs, 1960. - №51. - P.2-10.

182. Plutchik R., Kellerman H., Conte H. A structural theory of ego defense and emotions // Izard E. Emotions in personality and psychopathology. N.Y., 1979.-P.229-257.

183. Plutchik R. The emotions: facts, theories, and a new model. N.Y.: Random Hause, 1962.

184. Plutchik R. Emotions: A general psychoevolutionary theory// K.R.Scherer, P.Ekman (Eds.), Approaches to emotion. Hillstale, N.Y: Erlbaum, 1984. -P. 197-219.

185. Plutchik R. A general psychoevolutionary theory of emotions // R. Plutchik, H.Kellerman (Eds.), Emotion: Theory, research, and experience. N.Y.: Academic Press, 1980. - №1. - P.3-33.

186. Plutchik R. Emotions psychotherapy: A Psychoevolutionary perspective // R. Plutchik, H.Kellerman (Eds.), Emotion: Theory, research, and experience. -N.Y.: Academic Press, 1990. №5. - P.3-41.

187. Plutchik R. Measuring emotions and their derivatives // R. Plutchik, H.Kellerman (Eds.), Emotion: Theory, research, and experience. San Diego, CA: Academic Press, 1989. - №4. - P. 1-35.

188. Plutchik R, Conte H. Measuring emotions and their derivatives:personality traits, ego defense and coping styles // Contemporary approaches to psychological assessment. N.Y., 1989. - P.241-269.

189. Rado S. Psychoanalysis of behavior. -N.Y.: Grune and Stratton, 1956.

190. Rogers C.R. Client-centered therapy. Boston, 1951.

191. Saul L.J., Davis H., Davis P.A. Psychological correlations with the electroencephalogram // EEG Clin. Neurophysiol., 1949. №1. - P.515.

192. Selye H. History and present status of the stress concept // L. Goldberger and S. Breznitz, Handbook of stress. Theoretical and clinical aspects. N.Y.: The Free Press, 1986.-P.7-17.

193. Skinner B.F. Science and human behavior. N.Y., 1953.

194. Vaillant G.E. Empirical studies of ego mechanisms of defense. Washington, DC: Amerikan Psychiatric Press, 1986.

195. Vollrath M. Stressbewaltigung und Personlichkeit // Swiss Journal of Psichologi, 1997. №56. - P.3-19.

196. Watson J.B. Behaviorism. L., 1931.

197. Werre P.F. The relationships between electroencephalographic and psychological data in normal adults. Leiden, 1957.

198. Wolpe J. Life without Fear: Anxiety and its Cure. Oakland, CA: New Harbinger Publications, 1988.