Автореферат диссертации по теме "Особенности психологической аккультурации русскоязычных мигрантов"

003470820

Санкт-Петербургский государственный университет

На правах рукописи

Кинунен Тамара Александровна

ОСОБЕННОСТИ ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ АККУЛЬТУРАЦИИ РУССКОЯЗЫЧНЫХ МИГРАНТОВ

19.00.05 - социальная психология

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

2 О МАЙ 2003

Санкт Петербург 2009

003470820

Работа выполнена на кафедре социальной психологии Санкт-Петербургского государственного университета

Научный руководитель: кандидат психологических наук, доцент

Гуриева Светлана Дзахотовна

Официальные оппоненты: доктор психологических наук, профессор

Хрусталева Нелли Сергеевна

кандидат психологических наук, доцент Павловец Галина Григорьевна

Ведущая организация: Российский государственный педагогический

университет им. А. И. Герцена

Защита состоится « 14»ШО/&1 2009 г. в 1Г часов на заседании совета Д 212.232.53 по защите кандидатских и докторских диссертаций при Санкт-Петербургском государственном университете по адресу: факультет психологии, ауд. 227, наб. Макарова, 6, Санкт-Петербург, 199034.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке им. М.Горького Санкт-Петербургского государственного университета по адресу: Санкт-Петербург, Университетская наб., 7/9.

Автореферат разослан ЛбСс«^_2009

Ученый секретарь диссертационного совета

Н.О.Свешникова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность. На протяжении последних десятилетий проблема миграции является одной из самых актуальных тем исследований в различных областях знаний. Это обусловлено процессами глобализации, изменениями, происходящими в мировой экономике и политике, вспышками этнических конфликтов и гражданских войн, ростом мобильности современной молодежи и другими социальными явлениями. В условиях постоянно изменяющегося общества меняются и характеристики миграционных процессов: направления миграции, условия миграции, факторы, определяющие успешность адаптации, мотивация мигрантов, социально-демографические особенности мигрантов и многие другие характеристики, определяющие контекст миграционных процессов, а значит, в той или иной степени оказывающие влияние непосредственно на каждого отдельного мигранта. Поэтому круг научных интересов, связанных с изучением миграционных процессов, непрерывно растет.

В рамках .экономики, социологии, этнографии многие годы разрабатываются разнообразные подходы к изучению миграции (Ravenstein E.G., 1885; Lee Е., 1966; Stark О. & Bloom D.E., 1985; Mincer J., 1978; Boijas G.J., 1994; Massey D.S. et al., 1993; Gordon M., 1964; Арутюнян Ю.В., Дробижева Л.М., Сусоколов A.A., 1999 и др.). В психологии изучаются проблемы аккультурации мигрантов (Redfield R., Linton R. & Herskovits M.J., 1936; Graves T., 1967; Berry J., 1992; Sam D.L., 1994; Ward C., 1996 и др.), разрабатываются модели аккультурации (Gordon M., 1964; Zak I., 1973; Der-Karabetian A., 1980; Hutnik N„ 1991; Moghaddam F.M., 1988; Szapocznik J. & Kurtines W.M., 1980; Berry J.W., Poortinga Y.H., Segall M.H. & Dasen P.R., 1992, Bourhis R.Y., Moïse L.C., Perreault S. & Senécal S., 1997, Navas M., Garcia M.C., Sanchez J., Rojas A.J., Pumares P., Fernandez, J.S., 2005 и др.), исследуется этническая идентичность мигрантов: ее структура (Стефаненко Т.Г., 1999; Лебедева Н.М., 1999; Солдатова Г.У., 1998, Phinney J.S., 1992; Liebkind К., 1992), динамика (Jasinskaja-Lahti I., 2000; Jasinskaja-Lahti 1. & Liebkind К., 1999; Белинская Е.П., Стефаненко Т.Г., 2000), влияние на адаптацию мигрантов (Phinney J.S. & Devich-Navarro M., 1997; Shalom U.B. & Horenczyk G., 2004; Kinket В. & Verkuyten M., 1997). Предметом исследований также становятся динамика адаптации мигрантов (Silbereisen R.K. & Schmitt-Rodermund Е„ 2004; Ron P., 2001; Ritsner M. & Ponizovsky A., 1999; Mirsky J.,

Slonim-Nevo V. & Rubinstein L., 2007), внутрисемейные отношения (Levy S. & Elshanskaia I., 1998; Lowenstein A., 2002; Lowenstein A. & Katz R., 2005; Roer-Strier D. & Rivlis M., 1998), физическое и психическое здоровье мигрантов (Kirkcaldy B.D., Siefen R.G., Wittig U., Schüller A„ Brähler E„ & Merbach M., 2005; Gross R., Brammli-Greenberg S., & Remennick L., 2001; Ponizovsky A.M. & Ritsner M.S., 1999) и другие аспекты психологии миграции.

Объектом большинства отечественных и зарубежных исследований являются иммигранты, проживающие определенное время в стране приема, исследований потенциальных эмигрантов и возвратных мигрантов (реэмигрантов) значительно меньше (Mirsky J., 2001; Zilber N., Lerner Y., Eidelman R. & Kertes J., 2001 ; Tartakovsky E„ 2002; Tartakovsky E.A., 2007; Tartakovsky E. & Schwartz S.H., 2001). В отечественных исследованиях рассматриваются, прежде всего, проблемы вынужденной миграции (Лебедева Н.М., Татарко А.Н., 2005; Назарова Е.А., 2000; Емельянова О.Я., 2004; Кириллова Е.К., 2004; Шурупова A.C., 2006; Петров В.Н., 2003; Гриценко В.В., Шустова Н.Е., 2004 и др.), добровольная миграция рассматривается значительно реже (Хрусталева Н.С., 1996; Зборовский Г.Е., Широкова Е.А., 2003; Маховская О.И., 2005). Отсутствуют социально-психологические исследования, в которых бы сравнивались различные типы мигрантов и выявлялись общие и специфические характеристики их аккультурации. Таким образом, исследование, направленное на изучение особенностей психологической аккультурации русскоязычных добровольных мигрантов является актуальным с точки зрения современной теории и практики.

Теоретико-методологической основой исследования являются работы по социальной психологии (Андреева Г.М., 2000; Поршнев Б.Ф., 1979; Tajfel H., 1981; Tajfel H. & Turner J.С., 1986; Turner J.C., Hogg M.A., Oakes P.J., Reicher S.D. & Wetherell M.S., 1987), этнической и кросс-культурной психологии (Стефаненко Т.Г., 1999; Лебедева Н.М., 1989; Лебедева Н.М., 1997; Солдатова Г.У., 1998; Liebkind К., 2001; Jasinskaja-Lahti I., 2000 и др.), модели аккультурации (Berry J.W., 1992; Gordon M., 1964, Bourhis R.Y., Moïse L.C., Perreault S. & Senécal S., 1997; Navas M., Garcia M.C., Sanchez J., Rojas A.J., Pumares P., Fernandez, J.S., 2005), концепции этнической идентичности (Стефаненко Т.Г., 1999; Phinney J.S., 1992; Phinney J.S., Horenczyk G.,

Liebkind К.., Vedder P., 2001), теории ценностей (Schwartz S.H. & Bilsky W„ 1990; Myyry L. & Helkama K., 2001).

Цель настоящего исследования - изучение особенностей психологической аккультурации русскоязычных мигрантов.

Предметом исследования являются ценности, стереотипные представления о ценностях культур страны исхода и страны приема, культурная идентичность, установки аккультурации, адаптация к новой социокультурной среде.

Объект исследования. Исследование проходило в 3 этапа. Всего в исследовании принимало участие 945 респондентов. На первом (пилотажном) этапе в исследовании принимало участие 103 мигранта (60 потенциальных эмигрантов в Финляндию, 25 иммигрантов, проживающих в Финляндии, и 18 реэмигрантов, вернувшихся в Россию после эмиграции в Финляндию). На втором этапе изучалось 189 человек (150 мигрантов и 39 респондентов, не планирующих эмиграцию). На третьем заключительном этапе исследования изучались 3 группы мигрантов (653 человека):

- потенциальные эмигранты - индивиды, изъявившие готовность к переезду в другую страну (этап подготовки к миграции);

- иммигранты - лица, въехавшие в другую страну на постоянное место жительства с целью получения ее гражданства (этап аккультурации в стране иммиграции);

- возвратные мигранты (реэмигранты) - лица, вернувшиеся в страну исхода после проживания в стране иммиграции (стране приема (этап возвратной миграции).

Изучались два типа мигрантов, различающиеся своим статусом в стране приема:

- репатрианты - лица, возвращающиеся на Родину и восстанавливаемые в правах гражданства представители населяющих ее народов;

- нерепатрианты - лица, переезжающие в другую страну, не являющуюся их исторической Родиной.

Страной исхода для всех изучаемых в данной работе подгрупп мигрантов является Россия, странами приема - Финляндия, Израиль и США.

Основная гипотеза исследования: существуют различия в пре-аккультурации, аккультурации и пост-аккультурации мигрантов-репатриантов и мигрантов-нерепатриантов различных направлений миграции. В то же время имеют место

универсальные психологические закономерности, общие для всех групп мигрантов и не зависящие от контекста миграции.

Для подтверждения основной гипотезы необходима проверка следующих гипотез исследования:

1. Существуют значимые различия в иерархии ценностей и в стереотипных представлениях о ценностях русской ку льтуры и ценностях культуры страны приема у мигрантов различных категорий.

2. Существуют различия в содержании и структуре культурной идентичности мигрантов различных категорий.

3. Особенности пре-аккультурации потенциальных эмигрантов зависят от статуса потенциального эмигранта и направления миграции.

4. Особенности аккультурации иммигрантов и успешность их адаптации зависят от характеристик принимающего общества (иммиграционной политики государства и установок по отношению к иммигрантам в обществе), а также от установок аккультурации иммигрантов.

5. Особенности пост-аккультурации реэмигрантов связаны с оценкой и использованием реэмигрантами опыта, полученного в период эмиграции.

Задачи исследования:

1. Провести теоретический анализ современных подходов к изучению миграции.

2. Разработать модель изучения особенностей психологической аккультурации мигрантов, в рамках которой выявить и описать основные факторы, оказывающие влияние на процесс аккультурации мигрантов, изучить степень и характер их влияния.

3. Выявить особенности процесса пре-аккультурации потенциальных эмигрантов.

4. Изучить особенности аккультурации и предикторы успешной адаптации иммигрантов в стране приема.

5. Выявить предикторы возвратной миграции, а также исследовать особенности процесса пост-аккультурации возвратных мигрантов.

6. Определить общие и специфические для разных групп мигрантов закономерности психологической аккультурации.

Научная новизна

Впервые в рамках социально-психологического исследования обосновано использование термина «миграционный цикл», включающего 3 этапа: подготовка к эмиграции, аккультурация и возвратная миграция, а также комплексно исследованы 3 этапа аккультурации: пре-аккультурация, аккультурация и пост-аккультурация.

Предложена исследовательская модель, позволяющая рассмотреть социально-психологические аспекты каждого из трех этапов миграционного цикла. Выявлены социально-психологические характеристики различных категорий мигрантов на каждом этапе миграционного цикла.

Впервые установлены общие и специфические закономерности подготовки к эмиграции потенциальных эмигрантов-репатриантов и потенциальных эмигрантов-нерепатриантов.

Описаны закономерности пост-аккультурации возвратных мигрантов (реэмигрантов), выявлена взаимосвязь типа ре-адаптации и миграционного опыта.

Исследованы особенности структуры и содержания культурной идентичности мигрантов в зависимости от этапа миграционного цикла, на котором находится мигрант, направления миграции и статуса мигранта.

Впервые предложено эмпирическое подтверждение определения культурной идентичности как «чувства разделенных ценностей».

Положения, выносимые на защиту

1. Особенности психологической аккультурации русскоязычных мигрантов в разной степени определяют три фактора: этап миграционного цикла, направление миграции и статус мигранта.

2. Особенности пре-аккультурации проявляются в мотивах эмиграции и ожиданиях потенциальных эмигрантов, представлениях о стране исхода и стране приема, а также в рассмотрении вероятности реэмиграции (возвращения в Россию): потенциальные эмигранты-репатрианты большей степени идеализируют страну приема, в меньшей степени ожидают возникновения психологических проблем и проблем, связанных с негативным отношением коренного населения страны приема и с культурными различиями, по сравнению с потенциальными эмигрантами-нерепатриантами, которые, в свою

очередь, демонстрируют большую готовность к реэмиграции - возвращению в Россию через некоторое время.

3. Знание языка страны приема и длительность проживания в стране приема, а также соответствие установки аккультурации иммигранта иммиграционной политике государства являются общими для всех иммигрантов предикторами успешной адаптации. Влияние установок принимающего общества на адаптацию иммигранта зависит от его статуса в стране приема (репатриант или нерепатриант).

4. Зависимость (несамостоятельность) принятия решения об эмиграции, относительно малый срок проживания в стране приема, неподготовленность к социально-психологическим проблемам, возникающим после переезда в другую страну, являются предикторами реэмиграции, вне зависимости от миграционного контекста и статуса мигранта. При этом реэмигранты-репатрианты обладают большими личностными психологическими ресурсами для ре-адаптации, по сравнению с реэмигрантами-нерепатриантами. Выделяются 4 типа ре-адаптации в зависимости от уровня психологического благополучия и степени использования эмиграционного опыта реэмигрантом: позитивная ре-адаптация, дезадаптация, ре-адаптация «позитивного вытеснения», ре-адаптация «использования опыта».

5. Когнитивный и аффективный компоненты культурной идентичности мигрантов согласованы между собой, при этом когнитивный компонент описывается одномерной моделью, а аффективный - двухмерной моделью. Аффективный компонент культурной идентичности связан со степенью соотнесения мигрантом собственных ценностей и ценностей соответствующей культурной группы (то есть с чувством разделенных ценностей).

Практическая значимость

Результаты исследования могут быть использованы для создания программ социально-психологической подготовки потенциальных эмигрантов к эмиграции, адаптационных программ для иммигрантов, а также ре-адаптационных программ для реэмигрантов.

Предложенная в работе модель исследования особенностей психологической аккультурации мигрантов используется в международном исследовательском проекте INPRES (2008-2011 г.г.), финансируемом Академией наук Финляндии.

Теоретические материалы, систематизированные в работе, а также результаты исследования вошли в программу курса «Психология миграционных процессов» (кафедра психологии кризисных и экстремальных ситуаций факультета психологии СПбГУ).

Апробация работы

Основные результаты диссертационного исследования обсуждались на заседаниях кафедры социальной психологии СПбГУ, на конференциях «Ананьевские чтения» (Санкт-Петербург, 2006), «Russian-speaking immigrants» (Helsinki, 2007), «Психология XXI века» (Санкт-Петербург, 2007), «Ломоносов» (Москва, 2008), а также на аспирантских семинарах и в рамках проводимых автором занятий на факультете психологии СПбГУ и отражены в 6 публикациях автора.

Объем и структура диссертации

Диссертация состоит из введения, трех глав, выводов, заключения, списка литературы из 212 источников (из них 160 на иностранном языке) и 16 приложений. Объем основного текста составляет 209 страниц, работа иллюстрирована 22 таблицами и 18 рисунками.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность исследования и характеризуется степень ее научной разработанности. Определяются цель, задачи, предмет, объект и методы исследования, положения, выносимые на защиту, раскрывается научная новизна и практическая значимость работы.

Первая глава «Современное состояние изучения проблемы аккультурации» посвящена анализу теоретических аспектов изучаемой проблемы. Глава состоит из пяти разделов.

В первом разделе «Теоретические подходы к изучению миграционного цикла» даются определения следующих понятий: миграция, миграционный процесс и миграционный цикл, а также описываются основные теоретические подходы к их изучению. В разделе обосновывается использование автором термина «миграционный цикл», включающего 3 этапа: подготовка к эмиграции, аккультурация и возвратная миграция. Рассматриваются особенности мигрантов, находящихся на различных этапах миграционного цикла: потенциальных эмигрантов, иммигрантов и возвратных мигрантов.

В работах отечественных и зарубежных психологов описаны результаты исследований психологического благополучия (Mirsky J., 2001), социальных сетей поддержки (Mirsky J., Baron-Draiman Y. & Kedem P., 2002), психологического дистресса (Ponizovsky A., Ritsner M. & Modai I., 2000; Ritsner M., Ponizovsky A. & Ginath Y., 1997; Ritsner M. & Ponizovsky A., 1999), уровня депрессии и тревоги (Zilber N., Lerner Y., Eidelman R. & Kertes J., 2001), мотивации эмиграции (Гуревич A., 2005; Tartakovsky E. & Schwartz S.H., 2001), установок аккультурации и ценностей (Tartakovsky E., 2002) потенциальных эмигрантов. Возвратная миграция также изучалось рядом авторов (Gmelch G., 1980; King R., 1986; Egea С. & Rodriguez V., 2005; Cerase F., 1974; Alvarez Silvar, G., 1997; Pascual de Sans A., 1993; Egea Jiménez, С., V. Rodriguez, J. Nieto, 2004; Zdenek R. Nespor, 2002).

В разделе описываются существующие классификации миграционных процессов и категорий мигрантов, особенности каждой категории; даются определения следующих понятий: эмиграция и эмигрант, иммиграция и иммигрант, маятниковая, сезонная и безвозвратная миграция, добровольная и вынужденная миграция, законная (легальная) и незаконная (нелегальная) миграция, трудовая (экономическая)

миграция. Подробно рассматривается специфика этнической миграции и отдельно одной из ее форм - репатриации. В научной литературе отражены результаты психологических исследований, объектом которых, наряду с другими группами мигрантов, становились, в том числе, и репатрианты из России, проживающие в Германии (Хрусталева Н.С., 1996; Ross Т., Malanin А. & Pfdfflin F., 2006, Nauck В., 2001 и др.), Финляндии (Jasinskaja-Lahti I., 2000; Jasinskaja-Lahti I., Liebkind К., 1999), Израиле (Хрусталева Н.С., 1996; Roccas S., Horenczyk G. & Schwartz S.H., 2000; Tartakovsky E. & Schwartz S.H., 2001 и др.).

Кроме того, в разделе описываются теории миграции. Анализ миграционных процессов осуществлялся в рамках различных теоретических концепций: теории «толчка-притяжения» (Lee Е., 1966), новой экономической теории миграции (Stark О., Bloom D.E., 1985), экономики семейной миграции (Mincer J., 1978; Borjas G.J., 1994), теории социальных сетей или «миграционной цепи» (Massey D.S. et al., 1993), институциональной теории (Ионцев В.А., 1999), этносоциологического подхода (Арутюнян Ю,В., Дробижева Л.М., Сусоколов A.A., 1999), этнографического подхода (Ионцев В.А., 1999).

Во втором разделе «Теоретические подходы к изучению аккультурации» даются определения понятий адаптации и аккультурации. Выделяется 3 этапа аккультурации, соответствующие трем этапам миграционного цикла: пре-аккультурация, аккультурация (в ее традиционном понимании) и пост-аккультурация (O.Klineberg, 1982). К настоящему моменту разработан ряд моделей аккультурации: одномерные (M.Gordon) и двумерные (I.Zak, A.Der-Karabetian, N.Hutnik, F.Moghaddam, J.Szapocznik, J.Berry, R.Bourhis). Была доказана возможность рассогласования стиля культурной адаптации и самокатегоризации индивида (N.Hutnik), а также использование разных стратегий аккультурации в разных сферах жизни (F.Moghaddam, M.Navas). Рассматривались варианты взаимодействия стратегий аккультурации, выбираемых мигрантами и принимающим обществом (R.Bourhis).

В третьем разделе «Теоретические подходы к изучению культурной идентичности» описываются существующие теоретические подходы к определению культурной идентичности. Даны определения смежных понятий: этническое сознание и самосознание, этническая идентичность и этничность. Подробно описана концепция культурной идентичности J.Phinney (J.Phinney, 1992), послужившая

теоретической основной исследования. Обосновывается использование автором терминов: этническая самокатегоризация, степень этнической и национальной самоидентификации, этническая и национальная идентичность.

В четвертом разделе «Теоретические подходы к изучению ценностей» описываются теории ценностей, на которые автор опирался в настоящем исследовании (Schwartz S.H. & Bilsky W., 1990; Myyry L. & Helkama K„ 2001).

Пятый раздел посвящен описанию выводов по главе.

Вторая глава «Программа исследования психологических особенностей аккультурации мигрантов» посвящена описанию методов исследования и состоит из пяти разделов.

В первом разделе «Цель, предмет, задачи и гипотезы исследования» сформулированы цель, предмет, задачи и гипотезы исследования.

Во втором разделе «Организация исследования» описываются 3 этапа исследования и задачи, решаемые на каждом из этапов.

В третьем разделе «Описание выборки» приводится подробная информация о структуре выборки. Согласно определению «миграционного цикла» было выделено три общих этапа миграции и соответствующие им 3 группы мигрантов: этап подготовки к миграции - потенциальные эмигранты (индивиды, изъявившие готовность к переезду в другую страну); этап аккультурации в стране иммиграции -иммигранты (лица, въехавшие в другую страну на постоянное место жительства с целью получения ее гражданства), этап возвратной миграции (реэмиграция) -возвратные мигранты/реэмигранты (лица, вернувшиеся в страну исхода после проживания в стране иммиграции/приема). Изучались два типа мигрантов, различающиеся своим статусом в стране приема: репатрианты (лица, возвращающиеся на Родину и восстанавливаемые в правах гражданства представители населяющих ее народов), нерепатрианты (лица, переезжающие в другую страну, не являющуюся их исторической Родиной). Страной исхода для всех изучаемых в данной работе подгрупп мигрантов является Россия, странами приема -Финляндия, Израиль и США. Всего изучалось 15 подгрупп мигрантов, различающихся этапом миграционного цикла (потенциальные эмигранты, иммигранты и реэмигранты), направлением миграции (Финляндия, США и Израиль) и типом миграции (репатриация или семейная миграция). Таким образом, в третьем

этапе исследования принимало участие 653 респондента в возрасте от 16 до 73 лет, М=38,4, SD=13,3 (Рисунок 1).

В четвертом разделе «Методы и методики исследования» описываются методы и методики исследования:

1. Анкетный опрос использовался для изучения социально-демографических характеристик респондентов, выявления степени удовлетворенности различными сферами жизни, общей удовлетворенности жизнью (Diener Е. et at., 1985), уровня интеграции мигрантов (коэффициент интеграции Н.С.Хрусталевой (Хрусталева Н.С., 1996)), уровня языковой компетентности мигрантов, изучения культурной идентичности (модифицированный опросник J.Phinney (Phinney J.S., 1992)), установок аккультурации (опросник J.Berry (Berry J.W., 1992), методика S.Vaijonen), ценностей мигрантов (модифицированная методика S.Schwartz (Schwartz S.H., 1992)).

2. Полуструктурированное интервью использовалось для уточнения результатов анкетного опроса, а также для более подробного рассмотрения отдельных социально-психологических аспектов миграции.

3. Проективная методика «Незаконченные предложения» позволила изучить специфику представлений о ряде категорий, отражающую мировоззренческую установку мигрантов.

4. Метод ассоциаций позволил установить специфику отношения мигрантов к стране исхода (Россия), стране приема (Финляндия, Израиль, США), к понятию «Родина».

5. Контент-анализ результатов метода ассоциаций, записи интервью и результатов проективной методики «Незаконченные предложения» позволил изучить особенности психологической аккультурации мигрантов.

6. Количественные методы (анализ средних величин, корреляционный анализ, анализ таблиц сопряженности, дисперсионный анализ one-way ANOVA, многофакторный ANOVA, регрессионный анализ, дискриминантный анализ) использовались для решения конкретных исследовательских задач.

В пятом разделе «Обоснование методов исследования» объясняется логика выбора и модификации для третьего этапа исследования ряда методик

Всего 653 человека

Этап 1: Подготовка к эмиграции (231 чел)

Этап 2: Аккультурация в стране иммиграции (248 чел)

Этап 3: Возвратная миграция (174 чел)

Израиль (198 чел)

Финляндия (305 чел)

США (150 чел)

Потенциальные эмигранты-репатрианты в Израиль (32 чел)

Потенциальные эмигранты-нерепатрианты в Израиль (30 чел)

Потенциальные эмигранты-репатрианты в Финляндию (82 чел)

Потенциальные эмигранты-нерепатрианты в Финляндию (48 чел)

Потенциальные эмигранты в США (39 чел)

Иммигранты-репатрианты в Израиле (38 чел)

Иммигранты-нерепатрианты в Израиле (30 чел)

Иммигранты-репатрианты в Финляндии (48 чел)

Иммигранты-нерепатрианты в Финляндии (56 чел)

Иммигранты в США (76 чел)

Реэмигранты-репатрианты из Израиля (33 чел)

Реэмигранты-нерепатрианты из Израиля (35 чел)

Реэмигранты-репатрианты из Финляндии (39 чел)

Реэмшранты-нерепатрианты из Финляндии (32 чел)

Реэмигранты из США (35 чел)

Рисунок 1. Структура выборки третьего этапа исследования

Третья глава «Результаты исследования психологических особенностей аккультурации мигрантов и их обсуждение» описывает основные результаты исследования особенностей психологической аккультурации мигрантов. Глава состоит из трех разделов.

В первом разделе «Социально-психологические характеристики русскоязычных мигрантов в процессе аккультурации» приведены результаты анализа влияния трех выделенных и описанных в первой главе факторов (направление миграции, этап миграции и статус мигранта) на социально-психологические характеристики мигрантов: ценности и представления о ценностях культуры страны исхода и страны приема, культурную идентичность, установки аккультурации и показатели адаптации.

С помощью многомерного АМОУА было выявлено, что для мигрантов американского направления более важно достижение успеха, демонстрация компетентности, получение социального одобрения (р<0,001) и в меньшей степени значимы сохранение традиций, стабильность и безопасность в обществе (р<0,01). Мигранты израильского направления, напротив, в большей степени уважают культурные традиции и хотят продолжать соблюдать традиции своих предков (р<0,001).

Для репатриантов в большей степени важны стабильность и безопасность в обществе (р<0,01), сохранение культурных традиций (р<0,01), духовное и религиозное понимание жизни (р<0,001), независимость суждений и действий (р<0,001), трудолюбие (р<0,05). Для нерепатриантов более значимым является достижение успеха и социального статуса (р<0,001), ощущение остроты жизни и присутствие в жизни захватывающих событий (р<0,001).

Для потенциальных эмигрантов более важно достижение успеха и социального статуса (р<0,001), независимость собственных суждений и действий (р<0,001), а также понимание и терпимость со стороны общества (р<0,001). Иммигранты отличаются более сильным желанием сохранить культурные традиции и продолжить соблюдать принятые обычаи (р<0,001). Для возвратных мигрантов важно получать удовольствие от жизни и ощущать остроту происходящих событий (р<0,001), они в меньшей степени ценят безопасность и стабильность в обществе (р<0,001).

При изучении соотношения собственных ценностей мигрантов и их представлений о ценностях культуры страны исхода и страны приема вычислялись

общие коэффициенты разницы между группами ценностей (собственными и представлениями о ценностях двух культур).

Сравнение коэффициентов показало, что на этапе подготовки к эмиграции имеет место «сближение» собственных ценностей потенциальных эмигрантов с их представлениями о ценностях русской культуры и культуры страны приема (р<0,001). Наибольшую разницу между собственными ценностями и ценностями страны приема ощущают иммигранты-репатрианты (р<0,001). В целом, репатрианты видят больше различий между собственными ценностями и ценностями русской культуры, чем нерепатрианты (р<0,001).

Изучение культурной идентичности мигрантов проходило в несколько этапов. Прежде всего, выявлялась степень влияния факторов направления миграции, этапа миграционного цикла и статуса мигранта на различные компоненты культурной идентичности.

Степень национальной самоидентификации и национальная идентичность в наибольшей степени выражены в израильской подгруппе (р<0,001). Степень русской самоидентификации и русская идентичность выражены значимо меньше у репатриантов (р<0,001), в то время как степень национальной самоидентификации и национальной идентичности - значимо больше, по сравнению с нерепатриантами (р<0,001). Этап миграции влияет только на аффективный компонент этнической идентичности мигрантов: у потенциальных эмигрантов русская идентичность выражена значимо слабее, чем у иммигрантов и возвратных мигрантов (р<0,05), при этом национальная идентичность у иммигрантов выражена значимо слабее, чем у потенциальных эмигрантов и возвратных мигрантов (р<0,01).

Анализировалась структура культурной идентичности, а именно степень согласованности когнитивных компонентов (этническая самокатегоризация и степень этнической и национальной самоидентификации) и аффективных компонентов (этническая и национальная идентичность) культурной идентичности.

Когнитивный и аффективный компоненты культурной идентичности мигрантов согласованы между собой, однако выраженность когнитивного и аффективного компонентов культурной идентичности различается, в зависимости от этапа миграционного цикла, направления миграции и статуса мигранта.

Было выявлено, что когнитивная составляющая культурной идентичности мигрантов описывается одномерной моделью (значимые коэффициенты корреляции между степенью этнической самоидентификации и степенью национальной самоидентификации во всех 15 подгруппах мигрантов), а аффективная составляющая - двухмерной моделью (коэффициенты корреляции между этнической и национальной идентичностью не значимы).

При этом именно аффективный компонент этнической идентичности связан с восприятием разницы между собственными ценностями и ценностями русской культуры (значимые коэффициенты корреляции между этнической идентичностью и коэффициентом разницы между собственными ценностями и ценностями русской культуры во всех 15 подгруппах мигрантов), а аффективный компонент национальной идентичности - с восприятием разницы между собственными ценностями и ценностями культуры страны приема (значимые коэффициенты корреляции между национальной идентичностью и коэффициентом разницы между собственными ценностями и ценностями культуры страны приема во всех 15 подгруппах мигрантов).

При изучении установок аккультурации было выявлено, что потенциальные эмигранты в больше степени готовы принять культуру страны приема (ассимилироваться) (р<0,001) и в меньшей степени склонны к сепарации (р<0,001). Возвратные мигранты в меньшей степени использовали интеграцию (р<0,001) и в большей - маргинализацию (р<0,001). У репатриантов в большей степени выражены установки ассимиляции (р<0,001) и маргинализации (р<0,01) и в меньшей степени -установки интеграции (р<0,001) и сепарации (р<0,01), чем у нерепатриантов.

Изучение показателей адаптации показало, что на этапе аккультурации происходит потеря профессионального статуса (р<0,001), но, несмотря на это, иммигранты в большей степени удовлетворены жизнью, чем потенциальные эмигранты и возвратные мигранты (р<0,001). Репатрианты в целом больше удовлетворены жизнью, чем нерепатрианты (р<0,001), и демонстрируют более высокий уровень профессионально-языковой адаптации (р<0,001). Наибольший материально-бытовой уровень адаптации демонстрируют иммигранты, проживающие в США (р<0,001). Иммигранты, живущие в Финляндии, сталкиваются с большими

проблемами в освоении языка страны приема (финского) и устройством на работу (р<0,001).

Во втором разделе «Особенности психологической аккультурации русскоязычных мигрантов на различных этапах миграционного цикла» описаны специфические особенности каждого этапа аккультурации.

Существуют общие для всех изучаемых подгрупп потенциальных эмигрантов закономерности психологической подготовки к эмиграции: так, основными ожидаемыми проблемами после переезда в новую страну являются: освоение языка (ожидает от 38 % до 73 % потенциальных эмигрантов различных категорий) и поиск работы (ожидает от 29 % до 64 % потенциальных эмигрантов различных категорий).

Среди потенциальных эмигрантов превалирует негативное отношение к стране исхода, при этом страна приема воспринимается в целом позитивно.

—ДИ<*.1...........1 |0%11

потенциальные эмигранты-репатрианты

3 положительные характеристики страны 3 положительные характеристики людей

США Группы мигрантов

Израиль

О отрицательные характеристики страны ■ отрицательные характеристики людей

Рисунок 2. Ассоциации эмоционального компонента образа страны приема потенциальных эмигрантов

Контент-анализ ассоциаций респондентов показал, что во всех подгруппах респондентов положительные характеристики страны приема преобладают над отрицательными, при этом в группах потенциальных репатриантов положительные характеристики людей, живущих в стране приема, составляли основную часть ассоциаций (46 % ассоциаций в подгруппе потенциальных репатриантов в Финляндию и 43 % ассоциаций в подгруппе потенциальных репатриантов в Израиль),

в то время как в других подгруппах процент таких ассоциаций значимо меньше (11% ассоциаций в подгруппе потенциальных эмигрантов в Финляндию, 10 % ассоциаций в подгруппе потенциальных эмигрантов в США и 6 % в подгруппе потенциальных эмигрантов в Израиль) (Рисунок 2).

Эмоциональный компонент образа страны исхода в представлении потенциальных эмигрантов характеризуется преобладанием в процентном соотношении отрицательных ассоциаций над положительными, от 8 % до 20 % респондентов в различных подгруппах испытывают чувство жалости и сострадания к России и русским (Рисунок 3).

потенциальные потенциальные потенциальные потенциальные , потенциальные

•эмигранты- эмшранты- эмигранты- эмигранты- | эмигранты-

нерепатрианты репатрианты нерепатрианты нерепатрианты ! репатрианты

Финляндия США Израиль Группы мигрантов

□ положительные характеристики страны ЕЗ отрицательные характеристики страны О положительные характеристики людей ■ отрицательные характеристики людей

□ сочувствие к стране и людям

Рисунок 3. Ассоциации эмоционального компонента образа страны исхода (России) потенциальных эмиг рантов

Однако есть и различия в особенностях подготовки к эмиграции: если потенциальные эмигранты-нерепатрианты принимали решение о переезде после тщательного анализа всех «за» и «против», то для многих потенциальных эмигрантов-репатриантов данное решение было импульсивным и толчком часто служили какие-то трагические события в их жизни. Анализ мотивов эмиграции, указанных потенциальными эмигрантами, с точки зрения факторов «выталкивания и притяжения» (push/pull factors) позволяет сделать вывод о том, что потенциальные эмигранты-репатрианты в большей степени склонны концентрироваться либо только на привлекательных особенностях страны приема, либо только на отрицательных

особенностях страны исхода (России), в то время как большинство потенциальных эмигрантов-нерепатриантов (более 60 %) проводят сравнительный анализ различных сторон жизни в двух странах и на основании этого принимают решение об эмиграции.

Мотив эмиграции «желание жить на Родине предков» в двух подгруппах репатриантов (ингерманландские финны и евреи) выражен в разной степени: если среди потенциальных эмигрантов в Израиль 40 % указывали этот мотив, то среди потенциальных эмигрантов в Финляндию этот мотив указали 15 % (р<0,01). Подгруппа потенциальных эмигрантов в США отличается от других подгрупп выраженностью мотива «новые возможности в стране приема (в данном случае: США)». 56 % респондентов назвали этот мотив, в то время как в других подгруппах этот мотив указывало от 16 % до 26 % респондентов (р<0,001).

Существенные различия обнаружены в осознании проблемы негативного отношения к иммигрантам коренного населения страны приема (р<0,001,): если среди потенциальных эмигрантов-репатриантов в Финляндию с этой проблемой ожидают столкнуться только 2 % респондентов, а потенциальные эмигранты-репатрианты в Израиль вообще ее не указывают, то среди потенциальных эмигрантов-нерепатриантов в эти страны с проблемой дискриминации и негативного отношения к иммигрантам ожидают столкнуться 40 % и 33 % соответственно.

Потенциальные эмигранты-нерепатрианты с большей вероятностью рассматривают возможность возвращения в Россию через некоторое время, по сравнению с потенциальными эмигрантами-репатриантами (р<0,001). Подавляющее большинство потенциальных эмигрантов-репатриантов (79 % потенциальных эмигрантов-репатриантов в Финляндию и 69 % потенциальных эмигрантов-репатриантов в Израиль) не представляют, какие причины могут заставить их вернуться.

В ходе изучения подгрупп иммигрантов были выявлены универсальные предикторы успешной адаптации:

- Возраст. Во всех подгруппах иммигрантов возраст отрицательно связан с субъективным показателем адаптации (р<0,05 в подгруппе иммигрантов-репатриантов в Финляндии и иммигрантов в США, в остальных подгруппах -р<0,001) и профессионально-языковым показателем адаптации (р<0,001 во всех подгруппах иммигрантов): чем старше человек, тем меньше он удовлетворен

своей жизнью, тем сложнее ему выучить язык в новой стране и получить рабочее место.

- Образование иммигранта. Уровень образования во всех подгруппах иммигрантов положительно связан с материально-бытовым показателем адаптации (р<0,01 в подгруппе иммигрантов в США, р<0,05 в остальных подгруппах иммигрантов).

- Знание языка страны приема. Значимые коэффициенты корреляции между уровнем знания языка страны приема и такими показателями адаптации как общая удовлетворенность жизнью (р<0,01), материально-бытовой показатель (р<0,05) и профессионально-языковой показатель (р<0,01) во всех подгруппах иммигрантов.

- Осознание на этапе подготовки к эмиграции и факторов выталкивания, и факторов притяжения как мотивов эмиграции: длительность проживания в стране приема. Иммигранты, указывавшие в качестве мотивов эмиграции и факторы выталкивания, и факторы притяжения, значимо дольше живут в стране приема (р<0,001).

Выявлены специфические особенности аккультурации иммигрантов различных категорий. Положительные установки принимающего общества (Израиль и США) по отношению к иммигрантам определяют успешность психологической адаптации репатриантов (иммигранты-репатрианты, проживающие в Израиле, в большей степени удовлетворены жизнью, чем иммигранты-репатрианты, проживающие в Финляндии (р<0,05)) и успешность экономической адаптации нерепатриантов (у иммигрантов-нерепатриантов, проживающих в США и Израиле, показатели профессионально-языковой и материально-бытовой адаптации выше, чем у иммигрантов-нерепатриантов, проживающих в Финляндии (р<0,001)). Кроме того, для успешной адаптации нерепатриантов важно соответствие установки аккультурации иммигранта проводимой государством политике в отношении иммигрантов (выбор «индивидуализма» в США, интеграции в Финляндии и ассимиляции в Израиле), однако у иммигрантов-репатриантов установки аккультурации не связаны с успешностью адаптации.

Иммигранты различаются мотивами эмиграции. Так, для иммигрантов, проживающих в США, одним из основных мотивов эмиграции была возможность

самореализации и перспективы, открывающиеся в США (36 %). В то же время для всех иммигрантов, проживающих в Финляндии и Израиле, основными мотивами эмиграции были переезд к родственникам, будущее детей, экономические и социальные мотивы (от 20 % до 45 %). Помимо этого для репатриантов, проживающих в Израиле, одним из мотивов эмиграции была дискриминация в отношении евреев в России (41 %). Еще одним мотивом эмиграции для репатриантов являлось желание жить на исторической Родине (20 % - у иммигрантов-репатриантов в Финляндии и 40 % - у иммигрантов-репатриантов в Израиле).

Существуют общие предикторы реэмиграции: несамостоятельность принятия решения об эмиграции (50 % реэмигрантов сами не принимали решения об эмиграции, за них это сделали родные); срок проживания в стране приема (решение о реэмиграции принимается на стадии роста уровня дистресса: срок эмиграции варьировался от полугода до двух с половиной лет, средняя продолжительность пребывания в эмиграции составила 1 год и 10 месяцев); неподготовленность к вероятным проблемам, возникающим после переезда в другую страну (наиболее неожиданными были проблемы, связанные с культурными различиями и ностальгией: об этом говорили соответственно 72 % и 62 % участвовавших в интервью реэмигрантов).

Выявлено 4 типа ре-адаптации в зависимости от уровня психологического благополучия и степени использования эмиграционного опыта:

1. Позитивная ре-адаптация. Реэмигранты активно используют эмиграционный опыт, удовлетворены профессиональной сферой жизни, финансовым положением, своим психологическим состоянием и жизнью в целом.

2. Ре-адаптация «позитивного вытеснения». Реэмигранты удовлетворены жизнью и своим актуальным психологическим состоянием, однако не используют в настоящий момент опыт, полученный в эмиграции, и не удовлетворены финансовой и профессиональной сферами своей жизни.

3. Ре-адаптация «использования опыта». Реэмигранты используют эмиграционный опыт, удовлетворены профессиональной и финансовой сферами жизни, но не удовлетворены своим психологическим состоянием и жизнью в целом.

4. Дезадаптация. Реэмигранты не удовлетворены жизнью в целом, своим психологическим состоянием, финансовой и профессиональной сферами жизни и не используют эмиграционный опыт.

Значимых различий в возрасте реэмигрантов с разным типом ре-адаптации обнаружено не было (р=0,760), однако были обнаружены различия в уровне образования реэмигрантов с разным уровнем ре-адаптации (р<0,05): реэмигранты первой и второй подгруппы (позитивная ре-адаптация, адаптация «позитивного вытеснения») в среднем более образованы, чем реэмигранты третьей и четвертой подгрупп (ре-адаптация «использования опыта» и дезадаптация) (р<0,01).

Более чем у 50 % реэмигрантов-репатриантов и 15 % реэмигрантов-нерепатриантов был выявлен позитивный тип ре-адаптации, дезадаптация выявлена у 25 % и 42 % соответственно. В целом, среди реэмигрантов-репатриантов процент людей, использующих полученный в эмиграции опыт, выше, чем среди реэмигрантов-нерепатриантов (65 % против 40%, р<0,01), а также выше процент тех, кто удовлетворен своей жизнью и психологическим состоянием (60 % против 31 %, р<0,01). Таким образом, реэмигранты-репатрианты обладают большими психологическими ресурсами для ре-адаптации, в большей степени используют полученный эмиграционный опыт и удовлетворены жизнью.

Третий раздел посвящен описанию выводов по главе.

В рамках данной диссертационной работы были сделаны следующие выводы:

1. Теоретический анализ показал наличие противоречивых и рассогласованных определений основных понятий психологии миграционных процессов: аккультурация, адаптация, культурная идентичность. Современный этап изучения миграционных процессов характеризуют следующие особенности: широкий круг изучаемых феноменов; рассмотрение в большинстве отечественных и зарубежных работ только одного этапа миграционного цикла - аккультурации, недостаток исследований потенциальной и возвратной миграции; недостаточное внимание проблемам добровольной миграции; отсутствие сравнительных исследований репатриантов и других групп мигрантов; малое количество исследований с применением качественного и количественного анализ в совокупности.

2. Этап миграционного цикла, направление миграции и статус мигранта в разной степени влияют на следующие социально-психологические характеристики

мигрантов: ценности, стереотипные представления о ценностях культур страны исхода и страны приема, установки аккультурации, культурную идентичность и показатели адаптации.

3. Когнитивный и аффективный компоненты культурной идентичности мигрантов согласованы между собой, однако выраженность когнитивного и аффективного компонентов культурной идентичности различается, в зависимости от этапа миграционного цикла, направления миграции и статуса мигранта. Когнитивная составляющая культурной идентичности мигрантов описывается одномерной моделью, а аффективная составляющая - двухмерной моделью. Аффективный компонент этнической идентичности связан с восприятием разницы между собственными ценностями и ценностями русской культуры, а аффективный компонент национальной идентичности - с восприятием разницы между собственными ценностями и ценностями культуры страны приема.

4. Существуют общие закономерности психологической подготовки к эмиграции, проявляющиеся, прежде всего, в осознании будущих трудностей, негативном отношении к стране исхода и позитивном отношении к стране приема, а также в готовности ассимилироваться в стране приема. К специфическим особенностям подготовки к эмиграции можно отнести следующие: мотивы эмиграции и сам процесс принятия решения (более спонтанный у репатриантов), наличие определенных иллюзий относительно общества страны приема и будущей жизни в нем (в большей степени к этому склонны потенциальные эмигранты-репатрианты), осознание вероятности возвращения в Россию (в большей степени к этому готовы потенциальные эмигранты-нерепатрианты).

5. Универсальными предикторами успешной адаптации на этапе аккультурации являются: возраст иммигранта, уровень образования и знание языка страны приема; осознание на этапе подготовки к эмиграции и факторов выталкивания, и факторов притяжения как мотивов эмиграции; длительность проживания в стране приема. К специфическим особенностям аккультурации иммигрантов можно отнести следующие: положительные установки принимающего общества по отношению к иммигрантам определяют успешность психологической адаптации репатриантов и успешность экономической адаптации нерепатриантов; соответствие установки аккультурации иммигранта проводимой государством политике в отношении

иммигрантов значимо для успешной адаптации нерепатриантов, и не имеет значения для адаптации иммигрантов-репатриантов.

6. Общими предикторами реэмиграции являются: несамостоятельность принятия решения об эмиграции; срок проживания в стране приема (решение о реэмиграции принимается на стадии роста уровня дистресса); неподготовленность к вероятным проблемам, возникающим после переезда в другую страну. Специфической особенностью пост-аккультурации является наличие у реэмигрантов-репатриантов больших психологических ресурсов для ре-адаптации (они в большей степени используют эмиграционный опыт и в большей степени удовлетворены жизнью).

7. Выявлено 4 типа ре-адаптации в зависимости от уровня психологического благополучия и степени использования эмиграционного опыта: позитивная реадаптация, ре-адаптация «позитивного вытеснения», ре-адаптация «использования опыта» и дезадаптация.

В заключении диссертации подводятся общие итоги работы, описываются ограничения результатов данной работы, намечаются перспективы дальнейших исследований психологической аккультурации мигрантов. Прежде всего они связаны с применением предложенной исследовательской модели в рамках лонгитюдного исследования, изучением общих и специфических закономерностей, выявленных для каждого этапа миграционного цикла, на других выборках мигрантов (например, на вынужденных мигрантах), с целью уточнения или расширения списка особенностей каждого этапа.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

1. Кинупен Т.А. Иерархия ценностей и стереотипные представления о ценностях русской и финской культур русскоязычных мигрантов // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И.Герцена № 30 (67): Аспирантские тетради: Научный журнал. - СПб., 2008. - 524 с. С.118-122.

2. Гуриева С.Д., Кинунен Т.А. Социально-психологические особенности миграционного поведения // Вопросы психологии № 6, 2006 . С. 97-104.

3. Кинупен Т.А. Иерархия ценностей и представления русскоязычных мигрантов о ценностях русской и финской культуры на различных этапах миграционного

цикла // Современная психология: от теории к практике: Материалы XV Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов -2008». Секция «Психология» (Москва, 9-10 апреля 2008 г.) - М.: МГУ, 2008. - Ч. 1. - 560 с. С. 500-502.

4. Гуриева С Д., Кинунеп Т.А. Методика «Создай планету» // Ананьевские чтения - 2007: Материалы научно-практической конференции «Ананьевские чтения -2007» / Под редакцией Л.А.Цветковой. - СПб.: Издательство С.-Петербургского университета, 2007. - 690 с. С. 389-391.

5. Кипунеп Т.А. Представления потенциальных эмигрантов о стране эмиграции (по материалам Консульства Финляндии в Санкт-Петербурге) // Психология XXI века: Материалы международной научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых специалистов «Психология XXI века» 22-24 апреля 2005 года / Под научной редакцией В.Б.Чеснокова - СПб.: Издательство С.-Петербургского Университета, 2005 . - 537 с. С. 363-365.

6. Гуриева С.Д., Кинучен Т.А. Образ страны эмиграции в представлениях потенциальных эмигрантов // Этнопсихологические и социокультурные процессы в современном обществе: Материалы Второй Международной конференции 22-24 сент. 2005 г. / Отв. ред. В.В.Гриценко - Балашов: Изд-вл «Николаев», 2005 - 575 с. С. 138-141.

Подписано в печать 15.05.2009 г. Заказ № 40.

1,51 п. л. Тираж 100 экз.

Отпечатано на факультете философии и политологии СПбГУ. 199034, С.-Петербург, Менделеевская линия, д. 5.

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Кинунен, Тамара Александровна, 2009 год

Введение.

Глава 1. Современное состояние изучения проблемы аккультурации.

1.1. Теоретические подходы к изучению миграционного цикла.

1.1.1. Определение миграции, миграционного процесса, миграционного цикла.

1.1.2. Виды миграции. Классификация мигрантов.

1.1.3. Теории миграции.

1.2. Теоретические подходы к изучению аккультурации.

1.2.1. Определения аккультурации и адаптации.

1.2.2. Модели Аккультурации.

1.2.3. Этапы аккультурации.

1.3. Теоретические подходы к изучению культурной идентичности.

1.3.1. Понятие культурной идентичности.

1.3.2. Культурная идентичность и аккультурация.

1.4. Теоретические подходы к изучению ценностей.

1.4.1. Определение ценностей.

1.4.2. Теории ценностей.

1.5. Выводы по главе.

Глава 2. Программа исследования психологических особенностей аккультурации мигрантов.

2.1. Цель, предмет, задачи и гипотезы исследования.

2.2. Организация исследования.

2.3. Описание выборки.

2.4. Методы и методики исследования.

2.5. Обоснование методов исследования.

Глава 3. Результаты исследования психологических особенностей аккультурации мигрантов.

3.1. Социально-психологические характеристики русскоязычных мигрантов в процессе аккультурации.

3.1.1. Ценности русскоязычных мигрантов.

3.1.2. Стереотипные представления русскоязычных мигрантов о ценностях культур страны исхода и страны приема.

3.1.3. Культурная идентичность русскоязычных мигрантов.

3.1.4. Установки аккультурации русскоязычных мигрантов.

3.1.5. Показатели адаптации русскоязычных мигрантов.

3.2. Особенности психологической аккультурации русскоязычных мигрантов на различных этапах миграционного цикла.

3.2.1. Подготовка к эмиграции и особенности пре-аккультурации потенциальных эмигрантов.

3.2.2. Этап аккультурации и особенности аккультурации иммигрантов

3.2.3. Возвратная миграция и особенности пост-аккультурации возвратных мигрантов (реэмигрантов).

3.3. Выводы по главе.

Введение диссертации по психологии, на тему "Особенности психологической аккультурации русскоязычных мигрантов"

Актуальность проблемы. На протяжении последних десятилетий проблема миграции является одной из самых актуальных тем исследований в различных областях знаний. Это обусловлено процессами глобализации, изменениями, происходящими в мировой экономике и политике, вспышками этнических конфликтов и гражданских войн, ростом мобильности современной молодежи и другими социальными явлениями. В условиях постоянно изменяющегося общества меняются и характеристики миграционных процессов: направления миграции, условия миграции, факторы, определяющие успешность адаптации, мотивация мигрантов, социально-демографические особенности мигрантов и многие другие характеристики, определяющие контекст миграционных процессов, а значит, в той или иной степени оказывающие влияние непосредственно на каждого отдельного мигранта. Поэтому круг научных интересов, связанных с изучением миграционных процессов, непрерывно растет.

В научной литературе содержится достаточно большой объем данных об исследованиях миграции. В рамках экономики, социологии, этнографии многие годы разрабатываются разнообразные подходы к изучению миграции (Lee Е., 1966; Stark О. & Bloom D.E., 1985; Mincer J., 1978; Borjas G.J., 1994; Massey D.S. et al., 1993; Gordon M., 1964; Арутюнян Ю.В., Дробижева JI.M., Сусоколов A.A., 1999 и др.). В психологии изучаются проблемы аккультурации мигрантов (Graves Т., 1967; Berry J., 1992; Sam D.L., 1994; Ward С., 1996 и др.), разрабатываются модели аккультурации (Gordon М., 1964; Zak 1., 1973; Der-Karabetian А., 1980; HutnikN., 1991; Moghaddam F.M., 1988; Szapocznik J. & Kurtines W.M., 1980; Berry J., 1997 (a), Navas M. et al., 2005 и др.), исследуется этническая идентичность мигрантов: ее структура (Стефаненко Т.Г., 1999; Лебедева Н.М., 1999; Солдатова Г.У., 1998, Phinney J.S., 1992; Liebkind К., 1992), динамика (Jasinskaja-Lahti I., 2000; Jasinskaja-Lahti I. & Liebkind К., 1999; Белинская Е.П., Стефаненко Т.Г., 2000), влияние на адаптацию мигрантов (Phinney J.S. & Devich-Navarro М., 1997; Shalom

U.B. & Horenczyk G., 2004; Kinket B. & Verkuyten M., 1997). Предметом исследований также становятся динамика адаптации мигрантов (Ron Р., 2001; Ritsner М. & Ponizovsky А., 1999; Mirsky J., Slonim-Nevo V. & Rubinstein L., 2007), внутрисемейные отношения (Levy S. & Elshanskaia I., 1998; Lowenstein

A., 2002; Lowenstein A. & Katz R., 2005; Roer-Strier D. & Rivlis M., 1998), физическое и психическое здоровье мигрантов (Kirkcaldy B.D. et al., 2005; Gross R., Brammli-Greenberg S., & Remennick L., 2001; Ponizovsky A.M. & Ritsner M.S., 1999) и другие аспекты психологии миграции. Объектом большинства отечественных и зарубежных исследований являются иммигранты, проживающие определенное время в стране приема, в то время как исследований потенциальных эмигрантов и возвратных мигрантов (реэмигрантов) значительно меньше (Mirsky J., 2001; Zilber N., Lerner Y., Eidelman R. & Kertes J., 2001; Tartakovsky E., 2002; Tartakovsky E.A., 2007; Tartakovsky E. & Schwartz S.H., 2001). В отечественных исследованиях рассматриваются, прежде всего, проблемы вынужденной миграции (Лебедева Н.М., Татарко А.Н., 2005; Назарова Е.А., 2000; Емельянова О.Я., 2004; Кириллова Е.К., 2004; Шурупова А.С., 2006; Петров В.Н., 2003; Гриценко

B.В., Шустова Н.Е., 2004 и др.), добровольная миграция рассматривается значительно реже (Хрусталева Н.С., 1996; Зборовский Г.Е., Широкова Е.А., 2003; Маховская О.И., 2005). Отсутствуют социально-психологические исследования, в которых бы сравнивались различные типы мигрантов (например, репатрианты и не репатрианты) и выявлялись их общие и специфические характеристики.

При этом исследование подобного рода представляется актуальным прежде всего потому, что в настоящий момент в странах приема всем иммигрантам, независимо от их статуса (репатриант или не репатриант), предлагаются одинаковые адаптационные программы. Задача нашего исследования - ответить на вопрос: оправдана ли такая унификация? Какие особенности аккультурации являются общими для всех мигрантов, а какие из них зависят от статуса мигранта?

Таким образом, исследование, направленное на выявление особенностей психологической аккультурации русскоязычных мигрантов является актуальным с точки зрения современной теории и практики.

Теоретико-методологической основой исследования являются работы по социальной психологии (Андреева Г.М., 2000; Поршнев Б.Ф., 1979; Tajfel Н., 1981; Tajfel Н. & Turner J.C., 1986; Turner J.C., Hogg М.А., Oakes P.J., Reicher S.D. & Wetherell M.S., 1987), этнической и кросс-культурной психологии (Стефаненко Т.Г., 1999; Лебедева Н.М., 1989; Лебедева Н.М., 1997; Солдатова Г.У., 1998; Liebkind К., 2001; Jasinskaja-Lahti I., 2000 и др.), модели аккультурации (Berry J.W., 1992; Gordon М., 1964, Bourhis R.Y., Moi'se L.C., Perreault S. & Senecal S., 1997; Navas M., Garcia M.C., Sanchez J., Rojas A.J., Pumares P., Fernandez, J.S., 2005), концепции этнической идентичности (Стефаненко Т.Г., 1999; Phinney J.S., 1992; Phinney J.S. et al., 2001), теории ценностей (Schwartz S.H. & Bilsky W., 1990; Myyry L. & Helkama K.,2001).

Цель настоящего исследования - изучение особенностей психологической аккультурации русскоязычных мигрантов.

Предметом исследования являются ценности, стереотипные представления о ценностях культур страны исхода и приема, культурная идентичность, установки аккультурации, адаптация к новой социокультурной среде.

Объект исследования. На первом (пилотажном) этапе в исследовании принимало участие 103 мигранта (60 потенциальных эмигрантов в Финляндию, 25 иммигрантов, проживающих в Финляндии, и 18 реэмигрантов, вернувшихся в Россию после эмиграции в Финляндию). На втором этапе опрашивалось 189 человек (150 мигрантов различных направлений и 39 респондентов, не планирующих эмиграцию). На третьем заключительном этапе исследования изучались 3 группы мигрантов (653 человека):

1. потенциальные эмигранты (этап подготовки к миграции);

2. иммигранты (этап аккультурации в стране иммиграции);

3. возвратные мигранты или реэмигранты (этап возвратной миграции).

В каждой группе было выделено 5 подгрупп, различающихся по направлению миграции (Финляндия, США и Израиль) и по типу миграции (репатриация или семейная миграция). В общей сложности на третьем этапе изучались 15 подгрупп мигрантов:

1. Направление миграции - Финляндия: репатрианты - мигранты, имеющие финские ингерманландские корни (82 потенциальных эмигранта-репатрианта, 48 иммигрантов-репатриантов, 39 возвратных мигрантов (реэмигрантов)-репатриантов); члены семей репатриантов - мигранты, не имеющие финских ингерманландских корней (48 потенциальных эмигрантов-не репатриантов, 56 иммигрантов-не репатриантов, 32 возвратных мигранта (реэмигранта)-не репатрианта).

2. Направление миграции - Израиль: репатрианты - мигранты, имеющие еврейские корни (32 потенциальных эмигранта-репатрианта, 38 иммигрантов-репатриантов, . 33 возвратных мигранта (реэмигранта)-репатрианта); Члены семей репатриантов - мигранты, не имеющие еврейских корней (30 потенциальных эмигрантов-не репатриантов, 30 иммигрантов-не репатриантов, 35 возвратных мигрантов (реэмигрантов)-не репатриантов).

3. Направление миграции США: мигранты (39 потенциальных эмигрантов, 76 иммигрантов, 35 возвратных мигрантов (реэмигрантов)).

Основная гипотеза исследования: существуют различия в пре-аккультурации, аккультурации и пост-аккультурации у мигрантов-репатриантов и мигрантов-не репатриантов различных направлений миграции. В то же время имеют место универсальные психологические закономерности, общие для всех групп мигрантов и не зависящие от контекста миграции.

Для подтверждения основной гипотезы необходима проверка следующих гипотез исследования:

1. Существуют значимые различия в иерархии ценностей и в стереотипных представлениях о ценностях русской культуры и ценностях культуры страны приема у мигрантов различных категорий.

2. Существуют различия в содержании и структуре культурной идентичности мигрантов различных категорий.

3. Особенности пре-аккультурации потенциальных эмигрантов зависят от статуса мигранта и направления эмиграции.

4. Особенности аккультурации иммигрантов и успешность их адаптации зависят от характеристик принимающего общества (иммиграционной политики государства и установок по отношению к иммигрантам в обществе), а также от установок аккультурации иммигрантов и их уровня знания языка страны приема.

5. Особенности пост-аккультурации реэмигрантов связаны с оценкой и использованием реэмигрантами опыта, полученного в период эмиграции.

Задачи исследования:

1. Провести теоретический анализ проблемы миграции.

2. Разработать модель изучения особенностей психологической аккультурации мигрантов, в рамках которой выявить и описать основные факторы, оказывающие влияние на процесс аккультурации мигрантов, изучить степень и характер их влияния.

3. Выявить особенности процесса пре-аккультурации потенциальных эмигрантов.

4. Изучить особенности аккультурации и предикторы успешной адаптации иммигрантов в стране приема.

5. Выявить предикторы возвратной миграции, а таюке исследовать особенности процесса пост-аккультурации возвратных мигрантов.

6. Определить общие и специфические для разных групп мигрантов закономерности психологической аккультурации.

Методы исследования

1. Анкетный опрос использовался для изучения социально-демографических характеристик респондентов, выявления степени удовлетворенности различными сферами жизни, общей удовлетворенности жизнью (Diener Е., Emmons R.A., Larsen R.J. & Griffin S., 1985), уровня интеграции мигрантов (Хрусталева Н.С., 1996), уровня языковой компетентности мигрантов, изучения культурной идентичности (Phinney J.S., 1992), установок аккультурации (Berry J.W., 1992), ценностей мигрантов (Schwartz S.H., 1992).

2. Полуструктурированное интервью использовалось для уточнения результатов анкетного опроса, а также для более подробного рассмотрения отдельных социально-психологических аспектов миграции.

3. Проективная методика «Незаконченные предложения» позволила изучить специфику представлений о ряде категорий, отражающую мировоззренческую установку мигрантов.

4. Метод ассоциаций позволил установить специфику отношения мигрантов к стране исхода (Россия), стране приема (Финляндия, Израиль, США), а также к понятию «Родина».

5. Контент-анализ результатов метода ассоциаций, записи интервью и результатов проективной методики «Незаконченные предложения» позволил изучить особенности психологической аккультурации мигрантов.

6. Количественные методы (анализ средних величин, корреляционный анализ, анализ таблиц сопряженности, дисперсионный анализ one-way ANOVA, многофакторный ANOVA, регрессионный анализ, дискриминантный анализ) использовались для решения конкретных исследовательских задач.

Научная новизна

Впервые в рамках социально-психологического исследования обосновано использование термина «миграционный цикл», включающего 3 этапа: подготовка к эмиграции, аккультурация и возвратная миграция, а также комплексно исследованы 3 этапа аккультурации: пре-аккультурация, аккультурация и пост-аккультурация.

Предложена исследовательская модель, позволяющая рассмотреть социально-психологические аспекты каждого из трех этапов миграционного цикла. Выявлены социально-психологические характеристики различных категорий мигрантов на каждом этапе миграционного цикла.

Впервые установлены общие и специфические закономерности подготовки к эмиграции потенциальных эмигрантов-репатриантов и потенциальных эмигрантов-не репатриантов.

Описаны закономерности пост-аккультурации возвратных мигрантов (реэмигрантов), а также взаимосвязь выбираемых стратегий с миграционным опытом.

Исследованы особенности структуры и содержания культурной идентичности мигрантов в зависимости от этапа миграционного цикла, на котором находится мигрант, направления миграции и статуса мигранта.

Впервые предложено эмпирическое подтверждение определения культурной идентичности как «чувства разделенных ценностей».

Положения, выносимые на защиту

1. Особенности психологической аккультурации русскоязычных мигрантов в разной степени определяют три фактора: этап миграционного цикла, направление миграции и статус мигранта.

2. Особенности пре-аккультурации проявляются в мотивах эмиграции и ожиданиях потенциальных эмигрантов, представлениях о стране исхода и стране приема, а также в рассмотрении вероятности реэмиграции (возвращения в Россию): потенциальные эмигранты-репатрианты большей степени идеализируют страну приема, в меньшей степени ожидают возникновения психологических проблем и проблем, связанных с негативным отношением коренного населения страны приема и с культурными различиями, по сравнению с потенциальными эмигрантами-не репатриантами, которые в свою очередь, демонстрируют большую готовность к реэмиграции -возвращению в Россию через некоторое время.

3. Знание языка страны приема и длительность проживания в стране приема, а также соответствие установки аккультурации иммигранта иммиграционной политике государства являются общими для всех иммигрантов предикторами успешной адаптации. Влияние установок принимающего общества на адаптацию иммигранта зависит от его статуса в стране приема (репатриант или не репатриант).

4. Зависимость (несамостоятельность) принятия решения об эмиграции, относительно малый срок проживания в стране приема, неподготовленность к социально-психологическим проблемам, возникающим после переезда в другую страну, являются предикторами реэмиграции, вне зависимости от миграционного контекста и статуса мигранта. При этом реэмигранты-репатрианты обладают большими личностными психологическими ресурсами для ре-адаптации, по сравнению с реэмигрантами-не репатриантами. Выделяются 4 типа реадаптации в зависимости от уровня психологического благополучия и степени использования эмиграционного опыта реэмигрантом: позитивная ре-адаптация, дезадаптация, ре-адаптация «позитивного вытеснения», ре-адаптация использования опыта.

5. Когнитивный и аффективный компоненты культурной идентичности мигрантов согласованы между собой, при этом когнитивный компонент описывается одномерной моделью, а аффективный -двухмерной моделью культурной идентичности. Кроме того, аффективный компонент культурной идентичности связан со степенью соотнесения мигрантом собственных ценностей и ценностей соответствующей культурной группы (то есть с чувством разделенных ценностей).

Практическая значимость

Результаты исследования могут быть использованы для создания программ социально-психологической подготовки потенциальных эмигрантов к эмиграции, адаптационных программ для иммигрантов, а также ре-адаптационных программ для реэмигрантов.

Предложенная в работе модель исследования социально-психологических особенностей личности мигрантов используется в международном исследовательском проекте INPRES (2008-2011 г.г.), финансируемом Академией наук Финляндии.

Теоретические материалы, систематизированные в работе, а также результаты исследования вошли в программу курса «Психология миграционных процессов» (кафедра психологии кризисных и экстремальных ситуаций факультета психологии СПбГУ).

На основании полученных в диссертационном исследовании результатов, разработана программа тренинга «Социально-психологическая модель успешной адаптации».

Апробация работы

Результаты диссертационного исследования обсуждались на заседаниях кафедры социальной психологии СПбГУ (2006, 2007, 2008), на конференциях «Ананьевские чтения» (Санкт-Петербург, 2006, 2007), «Russian-speaking immigrants» (Helsinki, 2007), «Психология XXI века» (Санкт-Петербург, 2007), «Ломоносов - 2008» (Москва, 2008) и в рамках проводимых автором занятий на факультете психологии СПбГУ.

Основные положения диссертационной работы отражены в 5 публикациях.

Объем и структура диссертации Диссертация состоит из введения, трех глав, выводов, заключения, списка литературы из 212 источников (из них 160 на иностранном языке) и 16 приложений. Объем основного текста составляет 209 страниц, работа иллюстрирована 22 таблицами и 18 рисунками.

Заключение диссертации научная статья по теме "Социальная психология"

Результаты работы могут иметь непосредственное практическое приложение в программах психологических подготовки к эмиграции, программах психологической помощи при аккультурации и ре-аккультурации.

Мы согласны с авторами книги «Эмиграция и репатриация»: «Поиск лучшей жизни - безопасности существования, комфортного жилья, благоустроенного быта, лучшей жизни для своих детей, более успешной профессиональной самореализации - вот что срывает с места миллионы людей в современном мире, влечет их навстречу часто неосознаваемым трудностям, а иногда и подлинным трагедиям. Остановить эмиграцию невозможно, но сделать ее осмысленной, ввести в нормальное русло - в силах человеческих» (Ионцев В.А., Лебедева Н.М., Назаров М.В., Окороков А.В., 2001, с. 143).

Хочется добавить, что прежде всего в силах психологов помочь каждому отдельному мигранту пережить трудности, связанные со сменой страны проживания, которая обычно сопровождается частичной или полной утратой социальных связей, потерей социального статуса.

С уважением и пониманием отнесясь к тем людям, которые решились в силу разных причин круто изменить свою судьбу, мы согласимся с тем, что «нужно обладать большой энергией и волей, чтобы радикально изменить место и образ своей жизни. Эмиграция становится неким жизненным экзаменом для человека - она порождает взлет энергии у одних и полную депрессию у других» (Ионцев В.А., Лебедева Н.М., Назаров М.В., Окороков А.В., 2001, с. 143).

Заключение

В рамках данной работы была предпринята попытка подробного анализа социально-психологических характеристик мигрантов: ценностей, стереотипных представлений о ценностях культур страны приема и страны исхода, установок аккультурации, культурной идентичности, мотивов эмиграции и реэмиграции, успешности адаптации. Кроме того, мы попытались выявить степень влияния таких факторов, как этап миграционного цикла, направление миграции и статуса мигранта на социально-психологические характеристики. В работе описываются общие и специфические закономерности каждого этапа миграционного цикла, обосновывается само использование данного термина в социальной психологии. Основным итогом работы является предложенная исследовательская модель (учитывающая три фактора) и полученные с ее помощью результаты исследования. Все это доказывает необходимость рассмотрения миграции в динамике, с учетом особенностей предыдущих этапов миграционного цикла.

Одним из ограничений данной работы является отсутствие у автора возможности провести лонгитюдное исследование. Однако предложенная исследовательская модель и основные результаты работы легли в основу исследования INPRES (2008-2011 г.г.), осуществляемого в настоящее время сотрудниками Хельсинкского университета (I.Jasinskaja-Lahti, S.Varjonen и ДР-)

Следующее ограничение связано с относительной малочисленностью отдельных подгрупп респондентов (30 человек). Однако оно было нивелировано с помощью математических методов, применявшихся при обработке данных.

Необходимо отметить перспективы дальнейших исследований. Прежде всего они связаны с применением предложенной исследовательской модели в рамках лонгитюдного исследования. Помимо этого представляется важным проверить общие и специфические закономерности, выявленные для каждого этапа миграционного цикла, на других выборках мигрантов, с целью уточнения или расширения списка особенностей каждого этапа. Отдельно необходимо отметить важность изучения специфики этапов миграционного цикла для вынужденных мигрантов.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Кинунен, Тамара Александровна, Санкт-Петербург

1. Андреева Г.М. Психология социального познания. - М.: Аспект Пресс, 2000.-288 с.

2. Арутюнян Ю.В., Дробижева JI.M., Сусоколов А.А. Этносоциология. -М.: Аспект-Пресс, 1999.-271 с.

3. Белинская Е.П., Стефаненко Т.Г. Этническая идентичность: понятие, формирование, модели измерений // Этническая социализация подростка. М. Воронеж, 2000. - С. 75-107.

4. Белинская Е.П., Тихомандрицкая О.А. Социальная психология личности. М: Аспект-Пресс, 2001. 301 с.

5. Бондырева С.К., Колесов Д.В. Миграция (сущность и явление). М.: Изд-во МПСИ, Воронеж: Изд-во НПО «МОДЭК», 2004. - 296 с.

6. Бучек А.А. Социально-психологические особенности формирования этнической идентичности коренных народов камчатки. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук. СПб., 2003.-23 с.

7. Гриценко В.В., Шустова Н.Е. Социально-психологическая адаптация детей русских переселенцев в российском обществе // Психологический журнал, 2004, Т. 25, № 3, с. 25-32.

8. Гуревич А. Мотивация эмиграции. СПб: «Речь», 2005 272 с.

9. Гусева О.Ю. Этническая идентичность в ситуации межкультурного взаимодействия и в условиях моноэтнической среды. Автореферат дссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук. М., 2004. 22 с.

10. Емельянова О.Я. Психолого-педагогическая реабилитация и адаптация детей переселенцев // Журнал прикладной психологии, 2004, № 1, с. 44-45.

11. Зборовский Г.Е., Широкова Е.А. ностальгия российских эмигрантов: пробный опрос в Финляндии // СОЦИС, 2003, № 8, с. 75-79.

12. Ионцев В.А. Международная миграция населения: теория и история изучения. М.: Диалог-МГУ. - 1999. - 370 с.

13. Ионцев В.А., Лебедева Н.М., Назаров М.В., Окороков А.В. Эмиграция и репатриация в России. М: Попечительство о нуждах российских репатриантов. - 2001. - 490 с.

14. Казначеев В. П. Адаптация и конституция человека. / В. П. Казначеев, С. В. Казначеев. Новосибирск: Наука. Сиб. отделение, 1986. - 118 с.

15. Кириллова Е.К. Проблемы вынужденных переселенцев в России: глазами мигрантов // СОЦИС, 2004, № 11, с. 46-51.

16. Куропятник А.И. Мультикультурализм: проблемы социальной стабильности полиэтнических обществ. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2000. -208 с.

17. Лебедева Н.М. Базовые ценности русских на рубеже XXI века // Психологический журнал, 2000, Т. 21, №3, с. 73-87.

18. Лебедева Н.М. Введение в этническую и кросс-культурную психологию: учебное пособие (изд-е второе, дополненное). М., «Ключ-С», 1999.-270 с.

19. Лебедева Н.М. Особенности социальной перцепции в процессе этнокультурной адаптации переселенческих групп. Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук. М.: Наука, 1989;

20. Лебедева Н.М. Социальная психология аккультурации этнических групп. Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора психологических наук. М., 1997;

21. Лебедева Н.М. Ценностно-мотивационная структура личности в русской культуре // Психологический журнал, 2001, Т. 22, №3, с. 26-36

22. Лебедева Н.М., Татарко А.Н. Этническая идентичность, статус группы и тип расселения как факторы межгрупповой интолерантности // Психологический журнал, 2005, Т. 26, № 3, с. 61-74.

23. Левкович В.П., Панкова Н.Г. Социально-психологические аспекты проблемы этнического сознания // Социальная психология и общественная практика. М.: Изд-во «Наука», 1985. С. 138-153.

24. Мамонова В.А. Мультикультурализм: разнообразие и множество / Credo New. Теоретический журнал, 2007, № 2

25. Маховская О.И. Формирование идентичности у детей постсоветских эмигрантов в США // Психологический журнал, 2005, Т. 26, № 3, с. 102-113.

26. Метелев С.Е. Нелегальная миграция и ее влияние на социально-экономическое развитие страны // Закон и право, 2006, № 1, с. 3-5.

27. Назарова Е.А. Особенности миграции // СОЦИС, 2000, № 7, с. 106-111.

28. Неймер Ю.Л. Иммиграция в США, русская и иная // Мир России. 2003. №1, с. 121-137.

29. Павленко В.Н. Аккультурационные стратегии и модели трансформации идентичности у мигрантов // Психология беженцев и вынужденных переселенцев: опыт исследований и практической работы / под ред. Г.У.Солдатовой. -М.: Смысл, 2001. С. 25-40.

30. Павленко В.Н., Таглин С.А. Общая и прикладная этнопсихология: учебное пособие. М.: Т-во научных изданий КМК, 2005. - 483 с.

31. Петров В.Н. Этнические мигранты и полиэтническая принимающая среда: проблемы толерантности // СОЦИС, 2003, №7, с. 84-91.

32. Платонов Ю.П. Этническая психология. СПб.: «Речь», 2001. 320 с. -(Классики современной психологии).

33. Полян П. Эмиграция: кто и когда в XX веке покидал Россию // Россия и ее регионы в XX веке: территория расселение - миграции / Под ред. О.Глезер и П.Поляна. М.: ОГИ, 2005 с. 493-519

34. Поршнев Б.Ф. Социальная психология и история. Изд. 2-е. М.: Наука, 1979.-232 с.

35. Почебут Л.Г. Психология социальных общностей: толпа, социум, этнос. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2002. - 176 с.

36. Психологическая помощь мигрантам: травма, смена культуры, кризис идентичности / Под ред. Г.У.Солдатовой. М.: Смысл, 2002. - 479 с.

37. Развитие национальной, этнолингвистической и религиозной идентичностей у детей и подростков / Под ред. М.Барретта, Т.Рязановой, М.Воловиковой. М.: Изд-во Ин-та психологии РАН, 2001.-196 с.

38. Сапего Г.П. Иммигранты в Западной Европе // Мировая экономика и международные отношения. 2006. №9. С. 50-58.

39. Сикевич З.В. О соотношении этнического и социального // Журнал социологии и социальной антропологии, 1999, Т. 2, № 2, с. 69-79

40. Солдатова Г.У. Психология межэтнической напряженности. М.: Смысл, 1998. - 389 с.

41. Солдатова Г.У., Шайгерова JI.A. Социально-психологическая адаптация вынужденных мигрантов // Психология беженцев и вынужденных переселенцев: опыт исследований и практической работы / Под ред. Г.У.Солдатовой. М.: Смысл, 2001. С. 66-101.

42. Стефаненко Т.Г. Этнопсихология. Учебник для высших учебных заведений. М.: Институт психологии РАН, 1999. - 320 с.

43. Фрейнкман-Хрусталева Н.С., Новиков А.И. Эмиграция и эмигранты: История и психология / Науч.ред. Тишкин Е.А. СПб, 1995. - 153 с.

44. Хотинец В.Ю. Этническое самосознание. СПб.: Алетейя, 2000. - 240 с.

45. Хрусталева Н.С. Психология эмиграции (социально-психологические и личностные проблемы). Автореферат диссертации на соискание ученой степени доктора психологических наук. СПб, 1996

46. Хьелл JI., Зиглер Д. Теории личности. СПб.: Питер, 2001. - 608 с.

47. Цапенко И.П. Развитые страны: интеграционная политика в отношении иммигрантов // Мировая экономика и международные отношения. 2008. №3 С. 59-69.

48. Шурупова А.С. Адаптация и приживаемость мигрантов // СОЦИС, 2006, № 6, с. 87-89

49. Щепаньски Я. Элементарные понятия социологии. М., Прогресс, 1969.-240 с.

50. Юдина Т.Н. Социология миграции: К формированию нового научного направления. М.: Дашков и Ко, 2004. - 398с.

51. Яницкий М.С. Адаптационный процесс: психологические механизмы и закономерности динамики. Учебное пособие. Кемерово, 1999. - 84 с.

52. A Dictionary of Psychology / A.M. Colman (ed.). Oxford: Oxford University Press, 2003.

53. Abrahamson M. Global Cities. N.Y., Oxford: Oxford University Press, 2004 - 179 p.

54. Al-Haj M. Identity patterns among immigrants from the former soviet union in Israel: Assimilation vs. ethnic formation // International Migration, 2002, 40(2), p. 49-70.

55. Allport G.W. Pattern and growth in personality. London etc.: Holt, Rinehart and Winston, 1963 - 593 p.

56. Batson C.D. & Powell A.A. Altruism and prosocial behavior // Handbook of psychology. Personality and social psychology (Vol. 5) / I.B.Weiner, T.Milton & M.J.Lerner (Eds.). Hoboken: John Wiley & Sons, Inc. 2003, p. 463-484.

57. Berry J.W. Immigration, acculturation, and adaptation I I Applied Psychology: An International Review, 1997 (a), 46(1), p. 5-34.

58. Berry J.W. Constructing and expanding a framework: Opportunities for developing acculturation research // Applied Psychology: An International Review, 1997 (b), 46(1), p. 62-68.

59. Berry J.W., Poortinga Y.H., Segall M.H., & Dasen P. R. (Eds.) Cross-cultural psychology: Research and applications Cambridge: Cambridge University Press, 1992 - 588 p.

60. Berry J.W. Acculturation and adaptation in a new society // International Migration, 1992, 30, p. 69-85.

61. Berry J.W. & Sam D. Acculturation and adaptation // Handbook of Cross-Cultural Psychology: Theory and Method / J.W. Berry, Y.H. Poortinga, J. Pandey. John Berry, 1997 406 p.

62. Berry J.W., Kim U., Minde Т. & Мок D. Comparative studies of acculturative stress // International Migration Review, 1987, 21(3), p. 491511.

63. Berry J.W., Phinney J.S., Sam D.L. & Vedder P. Immigrant Youth: Acculturation, Identity and Adaptation // Applied Psychology: An International Review, 2006, 55 (3), p. 303-332

64. Borjas G.J. The economics of immigration // Journal of Economic Literature, 1994, Vol. 32(4), p. 1667-1717

65. Bourhis R.Y., Moi'se L.C., Perreault S. & Senecal S. Towards an interactive acculturation model: A social-psychological approach // International Journal of Psychology, 1997, 32(6), p. 369-386.

66. Caprara G.V., Schwartz S.H. Capanna C., Vecchione M. & Barbaranelli C. Personality and politics: Values, traits, and political choice // Political Psychology, 2006, 27 (1), p. 1-27.

67. Clement R. Ethnicity, contact and communicative competence in a second language // Language: Social psychological perspectives / H. Giles, W.P. Robinson, & P.M. Smith (Eds.) Oxford: Pergamon, 1980. p. 147-154.

68. Clement R. Second language proficiency and acculturation: An investigation of the effects of language status and individual characteristics // Journal of Language and Social Psychology, 1986 5, p. 271-290

69. Curran P. Have multilevel models been structural equation models all along? Multivariate Behavioral Research, 2003, Vol. 38, p. 529-569

70. Der-Karabetian A. Relation of two cultural identities of Armenian-Americans//Psychological Reports, 1980,47, p. 123-128.

71. Devos Т., Spini D. & Schwartz S.H. Conflicts among human values and trust in institutions // British Journal of Social Psychology, 2002, 41, p. 481494.

72. Diener E., Emmons R.A., Larsen R.J. & Griffin S. The satisfaction with life scale // Journal of Personality Assessment, 1985, 49, p. 71-75.

73. Dona G. & Berry J. Refugee acculturation and re-acculturation // Refugees: Perspectives on the Experience of Forced Migration / Ager A. (Eds), London: Pinter, 1999-p. 169-195.

74. Dunlap R.E., Grieneeks J.K. & Rokeach M. Human values and pro-environmental behaviour // Energy and material resources: Attitudes, values, and public policy / W.D. Conn (ed). Colorado: Westview Press, 1983, 145-168 p.

75. Edwards J. Language in group and individual identity // Social psychology of identity and the self concept / G. Breakwell (Ed.) London: Survey University Press, 1992, p. 129-146.

76. Edwards J. & Chisholm J. Language, multiculturalism and identity: A Canadian study // Journal of Multilingual and Multicultural Development, 1987, 8(5), p. 391-408.

77. Egea C. & Rodriguez V. Return migration scenarios of retired migrants from the province of Jaen, Spain / Papeles de POBLACION, 2005, No. 44, p. 159-185.

78. Epstein A. & Levin R. The impact of Jewish identity on the psychological adjustment of soviet jewish immigrants to Israel // Israel Journal of Psychiatry and Related Sciences, 1996, 33(1), p. 21-31.

79. Faist T. The Volume and Dynamics of International Migration and Transnational Social Spaces. Oxford Clarendon Press, 2000 380 p.

80. Feather N.T. Values, valences, and choice: The influence of values on the perceived attractiveness and choice of alternatives // Journal of Personality and Social Psychology, 1995, 68, p. 1135-1151.

81. Feather N.T. Values and value dilemmas in relation to judgments concerning outcomes of an industrial conflict // Personality and Social Psychology Bulletin, 2002, 28 (4), p.446-459.

82. Fischhoff В., Slovic P. & Lichtenstein S. Poorly thought-out values: Problems of measurement // Energy and material resources: Attitudes, values, and public policy / W.D. Conn (Ed.) Colorado: Westview Press , 1983, p. 39-59.

83. Fransson N. & Garling T. Environmental concern: Conceptual definitions, measurement methods, and research findings // Journal of Environmental Psychology, 1999, 19, p. 369-382.

84. Furnham A. & Bochner S. Culture shock: Psychological reactions to unfamiliar environments London: Methuen, 1986.

85. Giles H. & Johnson P. The role of language in ethnic group // Intergroup behavior / J.C. Turner & H. Giles (Eds.), Oxford: Basil Blackwell Ltd., 1981, p. 199-272.

86. Gmelch G. Return migration // Annual Review of Anthropology, 1980, p. 135-159.

87. Gordon M.M. Assimilation in American life: The Role of Race, Religion and National Origins New York: Oxford University Press, 1964 - 276 p.

88. Graves T. Psychological acculturation in a tri-ethnic community // Southwestern Journal of Anthropology, 1967, 23, p. 337-350.

89. Gross R., Brammli-Greenberg S., & Remennick L. Self-rated health status and health care utilization among immigrant and non-immigrant Israeli jewish women // Women & Health, 3, 2001, 4(3), p. 53-69.

90. Grunert S.C. & Juhl H.J. Values, environmental attitudes, and buying of organic foods // Journal of Economic Psychology, 1995, 16, p. 39-61.

91. Hoogland С. T. "Feed them facts". Transparency of meat and fish production as a determinant of sustainability in food choices. Doctoral dissertation, Vrije Universiteit Amsterdam, Faculty of Earth and Life Sciences, the Netherlands, 2006 257 p.

92. Horenczyk G. & Tatar M. Friendship expectations among immigrant adolescents and their host peers // Journal of Adolescence, 1998, Vol 21 (1), p. 69-82

93. Hutnik N. & Barrett M. Ethnic minority identity: Twenty years on // Psychology Conference presentations from the Department of Psychology. University of Surrey Year, 2003.

94. Hutnik, N. Ethnic minority identity. A social psychological perspective. Oxford: Clarendon Press, 1991 -205 p.

95. International Convention on the Protection of the Rights of All Migrant Workers and Members of Their Families. Committee on the Protection of the Rights of All Migrant Workers and Members of Their Families. Second session, Geneva, 2005.

96. Jaakkola M. The Attitudes of Finns towards Immigrants in 1987-2003. Labour Policy Studies 286. Ministry of Labour, Helsinki. 2005

97. Jasinskaja-Lahti I. Psychological acculturation and adaptation among Russian-speaking immigrant adolescents in Finland, Helsingin yliopiston verkkojulkaisut, Helsinki 2000 75 p.

98. Jasinskaja-Lahti I. & Liebkind K. Exploration of the ethnic identity among Russian-speaking immigrant adolescents in Finland // Journal of cross-cultural psychology, 1999, Vol. 30 (4), p. 527-539.

99. Jasinskaja-Lahti I. & Liebkind K. Acculturation and psychological well-being among immigrant adolescents in Finland: a comparative study of adolescents from different cultural background // Journal of Adolescent Research, 2000 (a), 15 (4), p. 446-469.

100. Jasinskaja-Lahti I. & Liebkind K. Predictors of the actual degree of acculturation of russian-speaking immigrant adolescents in Finland // International Journal of Intercultural Relations, 2000 (b), 24, p. 503-518.

101. Karp D.G. Values and their effects on pro-environmental behaviour // Environment and Behavior, 1996, 28, p. 111-133.

102. King R. Return Migration and Regional Economic Problems. London: Croom Helm 1986-276 p.

103. Kinket B. & Verkuyten M. Levels of ethnic self-identification and social context// Social Psychology Quarterly, 1997, 60(4), p. 338-354.

104. Kluckhohn C.K.M. Values and value orientations in the theory of action // Toward a general theory of action / T. Parsons & E. Shils (Eds.), Cambridge: Harvard University Press, 1951, p. 388-433.

105. Kritz M. & Zlotnik H. Global interactions: Migration systems, processes, and policies // International migration systems: a global approach / Ed. Mary

106. M. Kritz, L. Lean Lim and H. Zlotnik, Oxford: Clarendon Press, 1992, p. 116.

107. Laari O. Suomi ja inkerinsuomalaiset Etnisyys velvoittaa. (Finland and Ingrian Finns - The ethnicity obligates) // Tiede & Edistys (Science and Progress), 1997, 4, p. 302-316.

108. LaFromboise Т., Coleman H. & Gerton J. Psychological impact of biculturalism: Evidence and theory // Psychological Bulletin, 1993, 114(3), p. 395-412.

109. Lambert W.E., Mermigis L. & Taylor D.M. Greek Canadians' attitudes toward own group and other Canadian ethnic groups: A test of the multiculturalism hypothesis // Canadian Journal of Behavioral Science, 1986, 18, p. 35-51.

110. Lanca M., Alksnis C., Rose, N.J. & Gardner R.C. Effects of language choice on acculturation. A study of Portuguese immigrants in a multicultural setting // Journal of Language and Social Psychology, 1994, 13(3), p. 315-330.

111. Lee E. A theory of migration // Demography, 1966, 3, p. 47-57.

112. Levy S. & Elshanskaia I. Adolescents immigrating to Israel without their parents: Family relations and adjustment // International Journal of Adolescent Medicine and Health, 1998, 10(3), p. 211-225.

113. Lewis J.R. International Labour Migration and Uneven Regional Development in Labour Exporting Countries // Tijdschrift voor Economische en Sociale Geografie, 1986, 77, p. 27-41.

114. Liebkind K. Ethnic identity Challenging the boundaries of social psychology // Social psychology of identity and the self-concept / G. M. Breakwell (Ed.), London: Surrey University Press, 1992, p. 147-185.

115. Liebkind K. Some problems in the theory and application of cultural pluralism: The complexity of ethnic identity // Cultural minorities in Finland / J. Pentikainen & M. Hiltunen (Eds.), Helsinki: Printing Team Siven OY, 1995, pp. 28-47.

116. Liebkind К. Acculturation // Blackwell handbook of social psychology: Intergroup processes / R. Brown & S. Gaertner (Eds.), Oxford, UK: Blackwell, 2001, p. 386-406.

117. Lindeman M. & Sirelius M. Food choice ideologies: The modern manifestations of normative and humanist views of the world // Appetite, 2001, 37, p. 175-184.

118. Litwin H. The network shifts of elderly immigrants: The case of soviet Jews in Israel //Journal of Cross-Cultural Gerontology, 1997, 12(1), p. 45-60.

119. Lowenstein A. Solidarity and conflicts in coresidence of three-generational immigrant families from the former Soviet Union // Journal of Aging Studies, 2002, 16(3), p. 221-241.

120. Lowenstein A. & Katz R. Living arrangements, family solidarity and life satisfaction of two generations of immigrants in Israel // Ageing & Society, 2005, 25(5), p. 749-767.

121. Massey D.S. et al. Theories of international migration: A review and appraisal // Population and Development Review, 1993, 20, p. 699-751.

122. McAll C. Class, Ethnicity and Social Inequality. McGill-Queen's Press -MQUP, 1992, 304 p.

123. McGuire W.J. The nature of attitudes and attitude change // The handbook of social psychology (vol. 3) / G.Lindzey & E. Aronson (eds.), Reading: Addison-Wesley. 1969, p. 372-398.

124. Miller A.M. & Gross R. Health and depression in women from the former soviet union living in the United States and Israel // Journal of Immigrant Health, 2004, 6(4), p. 187-196.

125. Mincer J. Family migration decisions // Journal of Political Economy, 1978, Vol. 86 (5), p. 749-773.

126. Mirsky J. A pre-immigration group intervention with adolescents: An evaluation study // Journal of Social Work Research and Evaluation, 2001, 2(2), p. 307-318.

127. Mirsky J., Slonim-Nevo V. & Rubinstein L. Psychological Wellness and Distress among Recent Immigrants: A Four-year Longitudinal Study in Israel and Germany // International migration, 2007, Vol. 45 (1), p. 151-175.

128. Mirsky J., Barasch M. & Goldberg K. Adjustment problems among soviet immigrants at risk: I. reaching out to members of the '1000 families' organization // Israel Journal of Psychiatry and Related Sciences, 1992, 29(3), p. 135-149.

129. Mirsky J., Baron-Draiman Y. & Kedem P. Social support and psychological distress among young immigrants from the former soviet union in Israel // International Social Work, 2002, 45(1), p. 83-97.

130. Morawska E. The Sociology and Historiography of Immigration // Immigration Reconsidered / V. Yans-McLaughlin (ed.), N.Y.: Oxford University Press, 1990, p. 187-238.

131. Myyry L. & Helkama K. University students' value priorities and emotional empathy // Educational Psychology, 2001, 21, p.25-40.

132. Nauck B. (2001). Intercultural contact and intergenerational transmission in immigrant families // Journal of Cross-Cultural Psychology, 2001, 32(2), p. 159-173.

133. Navas M., Garcia M.C., Sanchez J., Rojas A.J., Pumares P., Fernandez J.S. Relative acculturation extended model (RAEM): New contributions with regard to the study of acculturation // International Journal of Intercultural Relation, 2005, 29, p. 21-37.

134. Neuman, K. Personal values and commitment to energy conservation. Environment and Behaviour, 18, 1986, 53-74.

135. Noels К.A., Pon G. & Clement R. Language, identity, and adjustment. The role of linguistic self-confidence in the acculturation process // Journal of Language and Social Psychology, 1996, 15(3), p. 246-264.

136. Oskamp S. Attitudes and opinions (second edition). Englewood Cliffs: Prentice Hall, Inc., 1991 578 p.

137. Oxford thesaurus of English / M. Waite (ed.). 2nd ed. Oxford: Oxford University Press, 2004. P. 15

138. Рак A.W., Dion K.L. & Dion K.K. Correlates of self-confidence with English among Chinese students in Toronto // Canadian Journal of Behavioral Science, 1985, 17, p.369-380.

139. Phinney J.S., Horenczyk G., Liebkind K., Vedder P. Ethnic identity, Immigration, and Well-Being: An Interactional Perspective // Journal of Social Issues, 2001, Vol. 57 (3), p. 493-510.

140. Phinney J.S. The Multigroup Ethnic Identity Measure: A new scale for use with diverse groups // Journal of Adolescent Research, 1992, 7(2), p. 156176.

141. Phinney J.S. & Devich-Navarro M. Variations in bicultural identification among African American and Mexican American adolescents // Journal of Research on Adolescence, 1997, 7(1), p. 3-32.

142. Ponizovsky A.M. & Ritsner M.S. Suicide ideation among recent immigrants to Israel from the former soviet union: An epidemiological survey of prevalence and risk factors // Suicide and Life-Threatening Behavior, 1999, 29(4), p. 376-392.

143. Ponizovsky A.M. & Ritsner M.S. Patterns of loneliness in an immigrant population // Comprehensive Psychiatry, 2004, 45(5), p. 408-414.

144. Ponizovsky A.M., Ritsner M.S. & Modai I. Suicidal ideation and suicide attempts among immigrant adolescents from the former soviet union to Israel // Journal of the American Academy of Child & Adolescent Psychiatry, 1999, 38(11), p. 1433-1441.

145. Ponizovsky A., Ritsner M. & Modai I. Changes in psychological symptoms during the adjustment of recent immigrants // Comprehensive Psychiatry, 2000, 41(4), p. 289-294.

146. Rankin W. L. The influence of human values on conservation and energy shortage beliefs // Energy and material resources: Attitudes, values, and public policy / W. D. Conn (ed), Colorado: Westview Press, 1983, p. 176188.

147. Redfield R., Linton, R. & Herskovits M.J. Memorandum on the study of acculturation// American Anthropologist, 1936, 38, p. 149-152.

148. Remennick L. Language acquisition, ethnicity and social integration among former soviet immigrants of the 1990s in Israel // Ethnic and Racial Studies, 2004, 27(3), p. 431-454.

149. Renner W. Human values: A Lexical perspective. Personality and Individual Differences, 2003, 34, p. 127-141.

150. Richmond A. Reactive migration: Sociological perspectives on refugee movements // Journal of refugee Studies, 1993, 6, p. 7-24.

151. Ritsner M. & Ponizovsky A. Psychological distress through immigration: The two-phase temporal pattern // International Journal of Social Psychiatry, 1999, 45(2), p. 125-139.

152. Ritsner M., Modai I. & Ponizovsky A. The stress-support patterns and psychological distress of immigrants // Stress Medicine, 2000, 16(3), p. 139147.

153. Ritsner M., Ponizovsky A. & Ginath Y. Changing patterns of distress during the adjustment of recent immigrants: A 1-year follow-up study // Acta Psycliiatrica Scandinavica, 1997, 95(6), p. 494-499.

154. Roccas S., Horenczyk G. & Schwartz S.H. Acculturation discrepancies and well-being: The moderating role of conformity // European Journal of Social Psychology, 2000, 30(3), p. 323-334.

155. Roer-Strier D. & Rivlis M. Timetable of psychological and behavioural autonomy expectations among parents from Israel and the former soviet union // International Journal of Psychology, 1998, 33(2), p. 123-135.

156. Rogler L.H., Cooney R.S. & Ortiz V. Intergenerational change in ethnic identity in the Puerto Rican family // International Migration Review, 1980, 14, p. 193-214.

157. Rokeach M. & Ball-Rokeach S.J. Stability and change in American value priorities, 1968-1981 // American Psychologist, 1989, 44 (5), p. 775-784.

158. Rokeach, M. The nature of human values. New York: The Free Press, 1973 -438 p.

159. Rokeach, M. Understanding human values. New York: The Free Press, 1979 322 p.

160. Ron P. The process of acculturation in Israel among elderly immigrants from the former soviet union // Illness, Crisis & Loss, 2001, 9(4), p. 357-368.

161. Ryder A.G., Alden L.E. & Paulhus D.L. Is acculturation unidimensional or bidimensional? A head-to-head comparison in the prediction of personality, self-identity, and adjustment // Journal of Personality and Social Psychology, 2000, 79, p. 49-65.

162. Sachev I. & Bourhis R.Y. Language and social identification // Social identity theory. Constructive and critical advances / D. Abrams & M. A. Hogg (Eds.), New York: Western Wlieatsheat, 1990, p. 211-229.

163. Sagiv L. & Schwartz S.H. Values, intelligence and client behavior in career counseling: A field study // European Journal of Psychology of Education, 2004, 19(3), p. 237-254.

164. Sam D.L. Acculturation of young immigrants in Norway. A psychological and socio-cultural adaptation. Bergen: University of Bergen, 1994.

165. Sam D.L. & Berry J.W. The Cambridge Handbook of Acculturation Psychology. Cambridge University Press, 2006 551 p.

166. Sanchez J. I. & Fernandez D.M. Acculturative stress among Hispanics: A bidimensional model of ethnic identification // Journal of Applied Social Psychology, 1993, 23(8), p. 654-668.

167. Sayegh L. & Lasry J.-C. Immigrants' adaptation in Canada: Assimilation, acculturation, and orthogonal cultural identification // Canadian Psychology, 1993, 34(1), p.98-109.

168. Schmitt M.T. & Branscombe N.R. The meaning and consequences of perceived discrimination in disadvantaged and privileged social groups // European Review of Social Psychology, 2002, Vol. 12, pp. 167-199

169. Schwartz S.H. & Prince-Gibson E. Value Priorities and Gender I I Social Psychology Quarterly, 1998, Vol. 61 (1), p. 49-67.

170. Schwartz S.H. & Bilsky W. Toward a theory of the universal content and structure of values: Extensions and cross-cultural replications // Journal of Personality and Social Psychology, 1990, 58, p. 878-891.

171. Schwartz S.H. Universals in the content and structure of values: Theoretical advances and empirical tests in 20 countries // Advances in experimental social psychology / M. Zanna (Ed.), Orlando: Academic Press, 1992, pp. 165.

172. Schwartz S.H. Are there universal aspects in the structure and contents of human values? // Journal of Social Issues, 1994, 50, p.19-45.

173. Schwartz S.H. & Boehnke K. Evaluating the structure of human values with confirmatory factor analysis // Journal of Research in Personality, 2004, 38, p. 230-255.

174. Searle W. & Ward C. The prediction of psychological and socio-cultural adjustment during cross-cultural transitions // International Journal of Intercultural Relations, 1990, 14, p. 449-464.

175. Shalom U.B. & Horenczyk G. Cultural identity and adaptation in an assimilative setting: Immigrant soldiers from the former Soviet Union in1.rael I I International Journal of Intereultural Relations, 2004, 28(6), p. 461479.

176. Sprott J. E. "Symbolic ethnicity" and Alaska natives of mixed ancestry living in Anchorage: Enduring group or a sign of impending assimilation? // Human Organization, 1994, 53(4), p. 311-322.

177. Stark O. & Bloom D.E. The new economics of labor migration // American Economic Review 75, 1985, p. 173-178.

178. Stern P.C. & Dietz T. The value basis of environmental concern // Journal of Social Issues, 1994, 50, p. 65-84.

179. Stern P.C., Dietz Т., Kalof L., & Guagnano G.A. Values, beliefs, and proenvironmental action: Attitude formation toward emergent attitude objects // Journal of Applied Social Psychology, 1995, 25, p. 1611-1636.

180. Stevick R.A. & Addleman J.A. Effects of short-term volunteer experience on self-perceptions and prosocial behavior // The Journal of Social Psychology, 1995, 135 (5), p. 663-665.

181. Streitmatter J.L. Ethnicity as a mediating variable of early adolescent identity development // Journal of Adolescence, 1988, 11, p. 335-346.

182. Szapocznik J. & Kurtines W.M. Acculturation, biculturalism and adjustment among Cuban Americans // Recent advances in acculturation research: Theory, models, and some new findings / A. Padilla (Ed.), Boulder, CO: Westview, 1980, p. 139-157.

183. Szapocznik J., Kurtines W.M. & Fernandez T. Biculturalism and adjustment among Hispanic youths // International Journal of Intercultural Relations, 1980, 4, p. 353-375.

184. Tajfel H. Human groups and social categories. Studies in social psychology. Cambridge: Cambridge University Press, 1981 369 p.

185. Tajfel H. & Turner J.C. The social identity theory of intergroup behaviour // The social psychology of intergroup relations / S. Worchel & W.Austin (Eds.), Pacific Grove, CA: Brooks/Cole, 1986, p. 33-48.

186. Tartakovsky E.A Longitudinal study of acculturative stress and homesickness: high-school adolescents immigrating from Russia and Ukraine to Israel without parents // Social Psychiatry and Psychiatric Epidemiology, 2007, Vol. 42 (6), p. 485-494.

187. Tartakovsky E. Acculturation attitudes of potential emigrants: Jewish youths in Russia // Journal of Applied Social Psychology, 2002, 32(9), p. 18451862.

188. Tartakovsky E. & Mirsky J. Bullying gangs among immigrant adolescents from the former soviet union in Israel // Journal of Interpersonal Violence, 2001, 16(3), p. 247-265.

189. Tartakovsky E. & Schwartz S.H. Motivation for emigration, values, wellbeing, and identification among young russian jews // International Journal of Psychology, 2001, 36(2), p. 88-99.

190. Ten Berge J.M.F. & Siero F.W. The basic ideas of factor analysis // Metodologia de las Ciencias del Comportamiento, 2001, 2, p. 217-232.

191. Tetlock P.E. A value pluralism model of ideological reasoning // Journal of Personality and Social Psychology, 1986, 50 (4), p. 819-827.

192. The Dictionary of Psychology / R.J. Corsini. Philadelphia, 1999 1156 p.

193. Turner J.C., Hogg M.A., Oakes P.J., Reicher S.D. & Wetherell M.S. Rediscovering the social group: A self-categorization theory. Oxford: Basil Blackwell, 1987 239 p.

194. Varjonen S. Analysing immigrant life stories from two perspectives // EURODIV Paper 27.2006 http.7/www.feem.it/NR/Feem/resources/EurodivPapers/ED2006-027.pdf

195. Varjonen S. Constructing socio-cultural belonging in narrative and questionnaire / EURODIV Paper 50.2007 http ://www.feem. it/NR/Feem/resources/Eurodi vPapers/ED2007-050 .pdf

196. Verkasalo M., Daun, A. & Niit T. Universal values in Estonia, Finland and Sweden // Ethnologia Europaea, 1994, 24, p. 101-117.

197. Ward C. Acculturation // Handbook of intercultural training, 2nd ed. / D. Landis & R.S. Bliagat (Eds.). Thousand Oaks: Sage Publications, 1996, p. 124-147.

198. Ward C. & Kennedy A. Where's the "culture" in cross-cultural transition? Comparative studies of sojourner adjustment // Journal of Cross-Cultural Psychology, 1993 (a), 24(2), p. 221-249.

199. Ward C. & Kennedy A. Psychological and sociocultural adjustment during cross-cultural transitions: A comparison of secondary students overseas and at home // International Journal of Psychology, 1993 (b), 28, p. 129-147.

200. Ward C., & Rana-Deuba A. Acculturation and adaptation revisited // Journal of Cross-Cultural Psychology, 1999, 30, p. 422-442.

201. Zak I. Dimensions of Jewish-American identity // Psychological Reports, 1973, 33, p. 891-900.

202. Zak I. Structure of ethnic identity of Arab-Israeli students // Psychological Reports, 1976, 38, p. 339-246.

203. Zdenek R. Nespor. The Disappointed and Disgruntled: A Study of the Return in the 1990s of Czech Emigrants from the Communist Era // Czech Sociological Review, 2002, Vol.38, No.6, p. 297 -309.

204. Zilber N. & Lerner Y. Psychological distress among recent immigrants from the former soviet union to Israel: I. correlates of level of distress // Psychological Medicine, 1996, 26(3), p. 493-501.

205. Zilber NLerner Y., Eidelman R. & Kertes J. Depression and anxiety disorders among jews from the former soviet union five years after their immigration to Israel // International Journal of Geriatric Psychiatry, 2001, 16(10), p. 993-999.