Автореферат диссертации по теме "Исследование взаимозависимости девиантого поведения и состояния одиночества в подростковом возрасте"

На правах рукописи

ШМЕЛЕВ Роман Валерьевич

ИССЛЕДОВАНИЕ ВЗАИМОЗАВИСИМОСТИ ДЕВИАНТОГО ПОВЕДЕНИЯ И СОСТОЯНИЯ ОДИНОЧЕСТВА В ПОДРОСТКОВОМ ВОЗРАСТЕ

Специальность: 19.00.05 - социальная психология

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Самара - 2004

Работа выполнена на кафедре социальной и политической психологии Ульяновского государственного университета

Научный руководитель:

доктор педагогических и доктор психологических наук, профессор Клейберг Юрий Александрович

Официальные оппоненты:

доктор психологических наук, профессор Ярушкин Николай Николаевич;

кандидат психологических наук, доцент Семикашева Инна Алексеевна

Ведущее учреждение: Мордовский государственный университет им. Н.П.Огарева

Защита состоится ноября 2004 г. в ] 6 часов на заседании

диссертационного Совета К 212.216.06 при Самарском государственном педагогическом университете по адресу: 443099, г.Самара, ул. М.Горького, д. 65/67, ауд. 16.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Самарского государственного педагогического университета.

Автореферат разослан октября 2004 г.

Ученый секретарь диссертационного Совета

кандидат психологических наук

Т.В.Иванова

Общая характеристика работы

Постановка проблемы и актуальность. В настоящее время в России, в связи с изменениями в общественном сознании, вырос интерес к различным формам отклоняющегося поведения и одиночества среди детей и подростков. Общесистемный кризис приводит к постоянному увеличению группы риска, вследствие чего возрастает вероятность различных проявлений девиантного поведения и одиночества и расширяется социально дизадаптированный слой населения, среди которого дети и подростки, отягощенные проблемами отчужденности и одиночества.

Несомненно, проблема девиантности и одиночества носит междисциплинарный характер и находится на стыке социологии, психологии, медицины, биологии, юриспруденции и этики. Первоначально она была выделена в социологических и криминологических трудах как зарубежных, так и отечественных ученых (М.Вебер, Э.Дюркгейм, Р.Мертон, Н.Смелзер, Я.И.Гилинский, И.С.Кон, В.Т.Лисовский и др.). Психологические исследования этого явления берут начало в психоанализе, бихевиоризме, гуманистической психологии и других направлениях. В отечественной психологической науке также уделяется внимание проблеме девиантности, особенно в связи с подростками группы риска (А.А.Александров, СА.Беличева, Л.И.Божович, А.Д.Глоточкин,

A.В.Гоголева, Я.Л.Коломинский, А.Е.Личко, В.В.Новиков, А.С.Макаренко,

B.М.Минияров, Ю.А.Клейберг, М.А.Ковальчук, М.Ю.Кондратьев, В.Ф.Пирожков, А.А.Реан, В.Ф.Шевчук и др.). Этими и другими исследователями изучались психологические особенности девиантной личности. Анализ этих исследований позволяет сделать вывод, что выявленные особенности можно разделить на две основные группы: социально-психологические (характеризуют межличностные отношения ребенка со сверстниками, родителями, учителями и т.п., его положение в среде обучения и развития, особенности поведения в ситуациях социально-психологического взаимодействия и т.д.) и индивидуально-личностные (отношение подростка к себе, особенности мотивационной сферы, познавательной деятельности и др. характеристики личности). При этом между социально-психологическими и индивидуально-личностными факторами имеются довольно сложные взаимосвязи, они находятся в двусторонних причинно-следственных соотношениях: воздействия на факторы, относящиеся к одной группе, приведет к изменениям в другой. Поэтому представляется актуальным анализ социально-психологических условий, обусловливающих генезис девиантного поведения, с целью дальнейшего методического решения задач его превенции и профилактики.

Между тем проблема взаимосвязи девиантного поведения подростков (социально-психологический фактор) и одиночества (индивидуально-личностный фактор) в психологической научной литературе не исследована.

РОС. НАЦИОНАЛЬНА* БИБЛИОТЕКА

Это обстоятельство обусловило выбор темы настоящего диссертационного исследования.

Объект исследования: девиантное поведение и состояние одиночества в подростковом возрасте.

Предмет исследования: состояние одиночества как фактор девиантного поведения.

Цель исследования: выявить взаимосвязь одиночества и девиантного поведения подростков посредством проективного механизма.

Гипотезы исследования заключается в том, что:

1) чем более одиноким ощущает себя подросток, тем чаще он демонстрирует свое девиантное поведение;

2) чем чаще подросток с девиантным поведением сталкивается с негативной оценкой своего поведения, тем более одиноким он себя ощущает;

3) отсутствие взаимопонимания и поддержки со стороны семьи и дружеских отношений со сверстниками приводит к демонстрации подростком девиантного поведения;

4) острота и количество социально-психологических факторов риска девиантного поведения усиливает чувство одиночества и уменьшает эффективность проведения коррекционных и профилактических мероприятий.

Цель и гипотезы исследования определяют ряд логически обусловленных шагов, которые можно сформулировать как задачи исследования:

1. Проанализировать сущность девиантного поведения и состояния одиночества в подростковом возрасте.

2. Выявить специфику проявления девиантного поведения и одиночества у детей на разных стадиях подросткового возраста.

3. Изучить проекцию как социально-психологический защитный механизм личности.

4. Провести социально-психологическое исследование взаимосвязи девиантного поведения и состояния одиночества подростков.

5. Разработать социально-психологическую модель коррекции девиантного поведения и одиночества в подростковом возрасте.

Научная новизна исследования заключается в следующем:

- впервые проведен сравнительный и системный анализ феномена состояния одиночества и девиантного поведения в подростковом возрасте;

- выявлены причины, механизмы, влияющие на возникновение девиантного поведения и состояния одиночества у подростков; раскрыта специфика проявления девиантного поведения и состояния одиночества у детей на разных стадиях подросткового возраста;

доказано, что социально-психологический механизм состояния одиночества является доминирующим фактором проявления девиантного поведения в подростковой среде;

- полученные данные позволили создать теоретическую модель возникновения и динамики девиантного поведения и состояния одиночества у подростков на разных возрастных этапах;

- обосновано новое решение задачи, направленное на изучение особенностей проекции как социально-психологического защитного механизма личности девиантного подростка в рамках глобальной проблемы социально-психологической помощи подросткам на основе разработанной автором модели коррекции девиантного поведения и одиночества подростков.

Теоретическая значимость исследования. Разработанные подходы изучения взаимозависимости между девиантным поведением и состоянием одиночества обогатят научные представления о регулировании, профилактике и коррекции девиантного поведения и состояния одиночества у детей и подростков в условиях школьного, семейного и досугового коллектива. Обоснование содержательных характеристик

взаимозависимости девиантного поведения и состояния одиночества позволит на теоретической основе определить критерии оценки степени их влияния на развитие подростков и активизировать процесс их социальной адаптации. Результаты исследования расширят научные представления о влиянии состояния одиночества на девиантное поведение подростков, их взаимозависимости, послужат основой для создания программ развития, профилактики и коррекции этих состояний в аспекте минимизации этих явлений и создания позитивного самочувствия, эмоционального комфорта подростков.

Практическое значение работы заключается в ее направленности на

решение реальных запросов социальных институтов, работающих с подростками (семья, школа); результаты исследования направлены на совершенствование деятельности психологов в аспекте формирования эмоционального благополучия подростков; дают возможность выявлять и принимать действенные коррекционно-профилактические меры по устранению состояния одиночества и девиантного поведения среди подростков; моделировать деятельность школьного, семейного и досугового коллективов по формированию позитивной социализации подростков. На основании исследования разработан спецкурс «Психология подросткового одиночества и пути его преодоления», который читается в рамках курса «Социальная психология девиантного поведения» для психологов и социальных работников Ульяновского государственного университета. Изучение студентами данного курса формирует у них психологическую готовность к работе с подростками, испытывающих чувство одиночества и проявляющие девиантные поступки.

Результаты исследования были использованы для создания в г.Ульяновске некоммерческого партнерства учебно-научно-инновационного комплекса (УНИК) «Институт подростка», методик выбора и определения приоритета решаемых частных задач в Поволжском регионе.

Методологической основой работы явились: принципиальные

положения, содержащиеся в трудах отечественных ученых по психологической теории личности (В.Г.Ананьев, А.Г.Асмолов, В.С.Мерлин и др.); социальной психологии (Г.М.Андреева, В.С.Агеев, А.А.Бодалев, Ю.А.Клейберг, В.В.Новиков, М.ВЛьвова, Л.В.Фомина, М.З.Шогенов и др.); юридической психологии (Л.В.Васильев, В.Ф.Пиражков, Л.М.Зюбин, В.Ф.Енгалычев и др.); психологии развития (Л.И.Божович, А. А. Вербицкий, И.В.Дубровина, В.С.Мухина, А.В.Минаев, В.М.Минияров, Н.В.Перешеина, Л.П.Пикалова и др.); деятельностный подход к развитию личности (А.Н.Леонтьев, С.Л.Рубинштейн, М.И.Лисина и др.); положения отечественной психологии о трансформации внешних воздействий через «внутренние условия» (Л.С.Выготский, Б.Г.Ананьев, К.А.Абульханова-Славская и др.); культурно-историческая теория Л.С.Выготского; «субъект-субъектные» теории социализации; теория нравственного развития личности Л.Колберга; концепция девиантного поведения подростков Ю.АКлейберга; концепция одиночества как социально-психологического явления Х.Салливана, К.Роджерса, Д.Рисмена и др.

Методы исследования. Сложность объекта исследования, характер решаемых задач обусловили выбор комплекса методов и методик. Применялись обшие методы: теоретический анализ и синтез, позволяющие выделить из первичной эмпирической информации определенные структурные элементы и обобщить, сгруппировать разнородные данные по характерным признакам; факторный анализ; проектирование и моделирование; контент-анализ и проблемно-тематическое изучение публикаций как отечественных, так и зарубежных авторов; региональный мониторинг; вторичный анализ; экспертных оценок, наблюдение; включенный социально-психологический эксперимент. В исследовании были использованы методики диагностики уровня субъективного ощущения одиночества Д.Рассела и М.Фергюсона, методика «Незаконченные предложения» Сакса и Леви.

Обработка результатов проводилась в статистических программах STATISTIKA (версия 5.0 for Windows, Microsoft Excel for Windows; SPSS, версия 9.0). Для обработки данных были применены следующие статистические процедуры: Reliability Analysis, Leven's test, подсчет Т-критерия для независимых выборок, корреляционный анализ, метод множественной регрессии, кластерный анализ.

Сочетание различных методов исследования и процедур позволило дополнять, контролировать, корригировать данные, полученные в процессе исследования каждого метода. Комплекс методов и методик позволил получить достаточное количество достоверных данных, обеспечить их объективную оценку. Исследовательская методика выполняла не только диагностическую, но и социализирующую, адаптивную и корригирующую функции.

Эмпирическая база и основные этапы исследования. Исследование проводилось в течение 5 лет. Общая численность принявших в нем участие составила 422 респондента от 14 до 17 лет.

На первом этапе диссертационного исследования (2000-2001 г.г.) изучалась литература по выделенной проблеме, формулировались теоретико-методологические положения, цели и задачи исследования.

Второй этап (2001-2002 г.г.) - поисковый эксперимент. Он был посвящен подбору и разработке диагностических программ состояния одиночества и проявления девиантного поведения среди подростков. В итоге этого этапа определились предмет, гипотеза и задачи формирующего этапа исследования.

Третий этап (2002-2004 г.г.) - формирующий эксперимент: конструирование, совершенствование и анализ результативности процесса коррекционной работы с подростками, испытывающими чувство одиночества и проявляющие девиантное поведение; выявление взаимосвязи между состоянием одиночества и девиантным поведением. В результате этого этапа подтверждена обоснованность выдвигаемой гипотезы, апробирована коррекционная программа, сформулированы выводы, даны рекомендации психологам, определены перспективы дальнейшего исследования.

Достоверность и надежность полученных данных обеспечивалась четкостью теоретической и методологической позицией общего замысла работы:

- комплексным подходом к проблеме;

-согласованностью основных положений теоретической концепции с данными экспериментальных исследований;

-сбором эмпирического материала и развернутой качественной и количественной интерпретацией результатов исследования;

-корректным использованием методов обработки экспериментальных данных.

Апробация результатов исследования. Теоретические и экспериментальные результаты работы обсуждались на методологическом семинаре факультета гуманитарных наук и социальных технологий Ульяновского государственного университета, кафедре социальной и политической психологии, научно-практических конференциях: Всероссийской конференции «Девиантное (отклоняющееся) поведение подростков: многообразие, опыт, трудности, поиск альтернатив» (2000); Второй (2001) и Третьей (2003) Всероссийской конференции «Молодежная политика Российской Федерации: проблемы и перспективы», Международной конференции «Подросток в современном обществе: реальность и перспективы» (2002); Международной Интернет-конференции «Приближая Эру Милосердия: Вместе против экстремизма» (2003). Основные положения диссертации изложены в 6 публикациях автора.

Положения, выносимые на защиту:

1. Совокупность теоретических концепций, подходов и позиций, позволяющих определить взаимозависимость девиантного поведения и состояния одиночества с социально-психологических позиций и дающих основание определить их роль и значение в социализации личности подростка.

2. Состояние одиночества как социально-психологический феномен коренным образом влияет на развитие личности подростка и проявление у него девиантного поведения.

3. Переживание состояния одиночества независимо от социального статуса формирует проблемные модели поведения и причинно связано с процессом самоопределения подростка, что приводит к снижению активности в социальных отношениях.

4. Социально-психологическая модель коррекции, направленная на создание региональной инфраструктуры комплексно-интегрированной социально-психологической помощи и поддержки подросткам, у которых наблюдается состояние одиночества и отклоняющееся поведение, а также их родителям и специалистам.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения и выводов (187 страниц), библиографии (содержит 190 отечественных и зарубежных наименований), шести приложений.

Основное содержание работы

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определяются его цель, объект, предмет, гипотезы и задачи, характеризуется методологическая основа и методы, научная новизна, теоретическая и практическая значимость, формулируются положения, выносимые на защиту, перечислены формы апробации результатов исследования.

В первой главе «Теоретические подходы к исследованию девиантного поведения и одиночества» проводится анализ различных теоретических подходов к проблеме девиантности и одиночества.

Тенденция к отклонению от общепринятых правил поведения имеет давнюю историю. Появившись одновременно с зарождением человеческого общества, она была известна еще в глубокой древности. Но уже тогда общество стремилось поставить на ее пути некие преграды, которые удерживали людей от поступков, противоречащих складывающимся представлениям о правилах поведения человека как разумного социального субъекта. Таким социальным ограничением на первых порах являлись мифологические представления и интуитивные запреты (табу).

В дальнейшем понятия о дозволенном и недозволенном изменялись, складывались другие регулирующие поведение человека правила. Длительное время определяющим фактором «нормального» поведения служили различные религиозные догматы. Постепенно, по мере развития человеческого общества и совершенствования общественных отношений, развитие науки и культуры, стали формироваться и более устойчивые правовые морально-нравственные позиции людей по отношению к отклонениям в поведении человека.

Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что девиантное поведение приобретает определенный смысл лишь тогда, когда в качестве основного исходного критерия для определения его сущности используется такое понятие как «норма», которое носит культурно-исторический характер.

В исследованиях проблемы девиантности современных подростков в Российской Федерации можно выделить ряд этапов.

На первом этапе осуществляется разработка социальных проблем и причин девиантного поведения, поиск взаимосвязей различных форм девиантного поведения (с конца Х!Х до 30-х годов XX в.в.). Отечественные исследователи (А.Н.Бунеев, А.А.Герцензон, С.Г.Жислин, К.В.Майстрах, Ю.П.Лисицын и др.) разработали методики обследования таких девиантов, как алкоголики и наркоманы, а также пути помощи и профилактики этого вида социальной патологии. В 1923 году был создан институт социальной гигиены Наркомздрава РСФСР, который координировал исследования социальных проблем наркомании, разрабатывал проекты «борьбы» с этим явлением через проведение массовых мероприятий и развитие санитарного просвещения.

Второй этап связан со свертыванием научных исследований, преследованием ученых, занимающихся данной проблематикой. Сама тема социальных отклонений стала запретной (с 30-х годов до конца 50-х годов XX века).

Третий этап можно охарактеризовать как период возрождения исследования девиантного поведения. Этой проблематикой занимались в основном юристы и психиатры (с конца 50-х до конца 80-х годов XX в.).

Четвертый этап характеризуется всплеском интереса к ранее запретной теме. В это время появляется масса локальных исследований, не всегда подкрепленных глубоким методологическим анализом девиантного поведения как социального феномена (период «перестройки»).

Сегодня модно говорить о начале пятого этапа в изучении теории девиации. Социальная психология девиантного поведения начинает приобретать статус отраслевой науки (Ю.А.Клейберг). В «Психологическом журнале», «Вопросы психологии», «Мир психологии», «Социальный психолог», «Психология и эргономика», «Вестник социальной работы» и других научных журналах публикуется множество статей на данную тему.

Диссертант отмечает, что динамизм психической деятельности подростка в одинаковой мере делает его податливым как в сторону социально позитивных, так и в сторону социально негативных влияний. Подростковый возраст - это возраст «социального импринтинга» -повышенной впечатлительности ко всему тому, что делает человека взрослым. В силу этих обстоятельств ряд авторов предлагают различать «первичную» и «вторичную» девиацию (Mc.Caghy С, Miller D., Smith S., Meyer R.). Первичная девиация - это собственно ненормативное поведение, имеющее различные причины («бунт» подростка; стремление к самореализации, которое почему-либо не осуществляется в рамках «нормативного» поведения). Вторичная девиация - подтверждение (вольное или невольное) того ярлыка, которым общество отметило ранее имевшее место поведение.

Следует признать справедливое утверждение Д.И.Фельдштейна о том, что самоутверждение подростка может иметь социально-полярные основания - от подвига до правонарушения (Фельдштейн,1982). И.С.Кон утверждает, что стремление к лидерству и престижности как поиск самоутверждения может нанести серьезный урон самосознанию, порождать честолюбие, неадекватность самооценки личностных свойств, противоречивость во взаимоотношениях с окружающими (Кон, 1987). На поведение подростка оказывают влияние и складывающаяся «система отношений» (Мясищев,1960), особенности взаимоотношений с учителями, их положение в классе, психологическая атмосфера в школе, отношение учащихся к обучению, к классу, к самой школе, к своим сверстникам, к своему будущему, жизненным целям (Личко,1983).

Исходя из целей и задач нашего исследования, мы придерживаемся определения термина «девиантное поведение», данного Ю.А.Клейбергом: девиантное поведение - это специфический способ изменения социальных норм и ожиданий посредством демонстрации личностью ценностного отношения к ним. При этом девиантные действия выступают: а) в качестве средства достижения значимой цели; б) как способ психологической разрядки, замещения блокированной потребности я переключения деятельности; в) как самоцель, удовлетворяющая потребность в самореализации и самоутверждении.

Как видно из определения, девиантное поведение носит процессный характер, имеет свою динамику, которую необходимо знать и учитывать в своей работе психологу, чтобы принимать современные меры по превенции, минимизации или коррекции социально опасных форм и последствий этого поведения.

Далее диссертант указывает на то, что девиантные подростки часто обнаруживают целый ряд свойств, свидетельствующих о значительных эмоциональных нарушениях. Они, как правило, импульсивны, раздражительны, вспыльчивы, агрессивны, конфликтны, что затрудняет их общение с окружающими и создает значительные трудности с точки зрения

их воспитания. Для девиантных подростков характерны такие свойства эмоционально-волевой и ценностно-нормативной сфер личности как тревожность, дефектность ценностной системы (особенно в области целей и смысла жизни). Можно утверждать, что девиация как форма поведения находится в прямой зависимости от комплексного личностного образования, детерминирующего, направляющего и обеспечивающего реализацию девиантного поведения. Одним из таких социально-психологических образований является, с нашей точки зрения, состояние одиночества.

Однако почти никто из ученых в своих исследованиях не касался проблемы взаимозависимости девиантного поведения подростков и состояния одиночества. Л.П.Гримак, К.А.Абульханова, А.Г.Амбурова, О.Э.Клашникова, Ю.М.Швальб, О.В.Данчева, Н.Е.Харламенкова, И.В.Бабанова рассматривают одиночество в связи с людьми среднего и старшего возрастов, лишь упоминая о возможном одиночестве подростков. Особый интерес представляет исследование, проведенное Бандурой и Уолтерсом, целью которого было выявление влияния семейных отношений на асоциальную агрессию подростков. В этом исследовании прослеживается взаимосвязь между одиночеством и асоциальным поведением подростков. Специальных исследований, методологически и эмпирически структурированных, в литературе нами не обнаружено.

В диссертации отмечается, одиночество — явление культурно-историческое. На ранних этапах исторического развития у человека еще не было сформировано представление «Я», а имелось лишь понятие «Мы», и поэтому ему было еще не известно чувство одиночества. Последнее возникло в процессе развития сознания и его высшей формы - самосознания.

Однако в XXI веке одиночество человека определялось не только дефектами его характера, но и своеобразием построения его бытового или профессионального поля деятельности, появлением новых психотехнологий отдыха и развлечений.

Долгие годы без особых теоретических и эмпирических доказательств принималось положение о том, что одиночество — это неизменный спутник отчуждения, присущий только западному миру; у нас з стране в силу гуманистического характера общества, одиночества нет и быть не может. Однако это положение, как показывает опыт, стало все более и более расходиться с действительностью. Социологи, психологи, а еще в больше степени публицисты и журналисты придали огласке серию материалов об одиночестве пожилых людей, одиночестве старости, принявшем угрожающие размеры в нашей стране. Вскоре в поле социального риска, вызываемого отчуждением, были включены подростки и молодежь. Возникновение в нашем обществе феномена одиночества признали и ученые, и далекие от науки люди.

Но для понимания сущности и генезиса одиночества как социально-психологического явления необходимо учитывать специфику его как процесса и результата, состояния и отношения, учитывать их своеобразную диалектику и динамику развития.

Вышесказанное позволяет сделать вывод о многообразии форм и причин одиночества, которое охватывает все сферы жизнедеятельности индивида. В диссертации дана подробная характеристика им.

В диссертации, рассмотрев объективные причины, способствующие возникновению состояния одиночества личности, мы можем сделать вывод о существовании социально-психологической формы одиночества. Она проявляется в разрыве социальных связей индивида, обусловленного его реакцией на экономические, социальные и др. условия существования, и в уровне этого разрыва общества с индивидом, когда определенные качества и способности человека в новых условиях просто не пользуются спросом.

Практически все исследователи исторических моделей одиночества указывали субъективные причины этого явления.

Причинами возникновения состояния одиночества являются:

1) пережитый психосоциальный стресс, вызванный разводом, профессиональными проблемами, хроническими заболеваниями и др.;

2) пережитые экстремальные ситуации - травматические ситуации, в которых человек участвовал непосредственно как свидетель, если они были связаны с восприятиями смерти или реальной ее угрозы, тяжелых травм и страданий других людей (или своей собственной), испытывая при этом интенсивный страх, ужас, чувство беспомощности (подобные ситуации вызывают особое состояние - посттравматическое стрессовое расстройство);

3) неблагополучное включение в новую социальную ситуацию или нарушение устоявшихся взаимоотношений в группе. И другие.

Различные детерминанты как объективные, так и субъективные, приводят в действие самые различные типы и формы одиночества. В силу их множества они не всегда адекватно трактуются. Чтобы избежать этого диссертант делает попытку предложить типологию одиночества на уровне субъект-объектных и субъект-субъектных отношений и дает ей подробную характеристику.

В отечественной психолого-педагогической науке процесс включения подростка в жизнь и деятельность групп и коллективов рассматривают с помощью механизмов социально-психологической адаптации и защиты. Механизмы адаптации подростков к различным группам, а также социально-психологической защиты наиболее полно раскрыты в работах А.Глоточкина, Ю.Клейберга, В.Пирожкова, А.Ушатикова и других ученых.

Понятие «защитный механизм» имеет различные трактовки (З.Фрейд, Ф.Прелз, Е.С.Романова и Л.Р.Гребенщиков и др.). Проекция же проявляется в тенденции переложить ответственность за процессы, происходящие внутри «Я», на окружающий мир. В гештальттерапии (Перлз, 1990; Робин, 1992) обычно описываются три формы проекции, соответствующие трем

функциям, которые она выполняет: а) зеркальная проекция, в которой субъект находит в другом или в образе другого характерные черты, которые он рассматривает как свои или хотел бы их иметь; б) проекция катарсиса, в которой субъект приписывает другому или образу другого характерные для себя самого черты, от которых он отказывается, не признавая их собственными и от которых он освобождается, приписывая их другому; в) дополнительная проекция, в которой субъект обнаруживает или приписывает другому или образу другого характерные черты, которые позволяют ему тем самым оправдать свои собственные.

В научной литературе различают также атрибутивную проекцию (бессознательное отвержение собственных негативных качеств и приписывание их окружающим); рационалистическую проекцию (осознание у себя приписываемых качеств и проецирование их по формуле «все так делают»); комплиментарную (интерпретация своих реальных и личных недостатков как достоинств); симулятивную (приписывание недостатков по сходству, например, «родитель - ребенок»).

С точки зрения социальной психологии проекцией называют следующие процессы: 1. Субъект показывает всем своим отношением, что он уподобляет одного человека другому. Говорят, например, что он «проецирует» образ отца на своего начальника. 2. Субъект отождествляет себя с другими людьми или, напротив, отождествляет других людей, а также одушевленные или неодушевленные предметы с собой. Так, подросток может проецировать на себя героя романа или фильма, и наоборот. Подобный процесс можно было бы считать как самоотождествление. 3. Субъект приписывает другим людям побуждения, желания и пр., которые он не замечает в себе. Расист проецирует на тех людей, которых он ненавидит, свои собственные недостатки и склонности.

Проекция всегда выступает как защита, как приписывание другому человеку или вещи качеств, чувств, желаний, которые субъект отрицает или просто не замечает в себе.

Наша работа основана на понимании проекции как процесса, в котором субъект (подросток) воспринимает окружающий мир и адекватно отвечает на возбуждения сообразно своим интересам, способностям, привычкам, длительным или мимолетным аффективным состояниям, ожиданиям, желаниям и др.

Проекция как процесс в нашем понимании выступает мощным социально-психологическим защитным механизмом личности подростка. Более того, проекция функционально связана с социально-психологической защитой и определяет меру этой защиты в той или иной ситуации; проекция также характеризуется и на поведенческом уровне, когда проектируются, проигрываются в сознании, а затем демонстрируются в реальной жизни поведенческие модели, в том числе и девиантные. Ж.Лапланш и Ж.Понталис дают определение защиты как совокупности действий, направленных на уменьшение или усиление любого изменения, угрожающего цельности и

устойчивости биопсихологического индивида. Осуществляется процесс защиты соответствующими механизмами, которые в большей или меньшей степени интегрированы в «Я».

Проблемы психологической адаптации, социализации и девиантности являются одним из основных объектов практического приложения структурной теории защиты. Концепция психологической защиты была и остается одним из наиболее важных вкладов психоанализа в теорию личности и в теорию психологической адаптации и социализации личности. Тем не менее, среди исследователей нет единой точки зрения ни на общее количество защит, ни на степень их соотнесенности друг с другом, ни на соотнесенность психологической защиты с социализацией, адаптацией и тем более с девиантным поведением, ни даже на их ясные определения. Это, безусловно, осложняет выявление инвариантных характеристик защиты и ее роли в психологической адаптации и социализации индивида. Однако психологическая защита, как и любой иной объект психологического анализа, представляет собой многокачественное, многомерное явление. Каким бы обстоятельным ни был исследовательский проект, все равно он не может предусмотреть изучение объекта во всех его проявлениях и связях -приходится руководствоваться принципом редукции. Это замечание Б.Ф.Ломова целиком и полностью применимо к социально-психологической защите. При этом защитные процессы сугубо индивидуальны, многообразны и плохо поддаются рефлексии.

Поэтому для нас наиболее приемлема классификация механизмов защиты на интерналъные (внутренние, пассивные) и экстерналъные (внешние, активные). Она, с одной стороны, косвенно поддерживает более позднюю концепцию полярной противоположности некоторых механизмов защиты (&Р1ШсЫк, Н.Ке11егтап, H.R.Conte), а с другой стороны, - может быть отражением роли генетического фактора в образовании индивидуальных защит. Следовательно, актуальной остается проблема разработки системной концепции социально-психологической защиты как средства психологической адаптации и социализации, признанной разрешать естественные противоречия и конфликты, возникающие в процессе адаптации и социализации.

Основной целью социально-психологической коррекции девиантного поведения с использованием проекционного защитного механизма, на наш взгляд, является разблокирование самосознания и помощь подростку в достижении зрелости, то есть умения находить источники поддержки в самом себе.

Во второй главе «Эмпирический опыт исследования взаимозависимости между девиантным поведением и состоянием одиночества в подростковом возрасте» отмечается, что одним из самых сложных периодов в онтогенезе человека является подростковый возраст. В этот период не только происходит коренная перестройка ранее сложившихся психологических структур, но возникают новые образования, закладывается общая

направленность в формировании нравственных представлений и социальных установок.

Согласно нашим представлениям, девиантное поведение подростков следует объяснять не только общеизвестными причинами

(психогормональная перестройка организма, влияние социальной среды, воспитание и т.п.), но и отсутствием достаточной координации разноуровневых свойств интегральной индивидуальности. Одним из таких рассогласований «интегральной индивидуальности» в подростком возрасте является одиночество.

Состояние одиночества переживается человеком по-разному на протяжении всей жизни. Впервые как состояние оно осознается наиболее остро в подростковом возрасте. Это связано с актуализацией расширяющихся социальных потребностей, присущих подростковому возрасту. Среди них: а) потребности в установлении значимых межличностных отношений; б) потребности в расширении дружеских отношений, в знакомстве с людьми различных социальных ориентации и социального опыта; в) потребности в причастности, признании, желании быть принятым различными социальными группами.

В научной литературе выделяются следующие мотивы, предполагаемо влияющие на одиночество: стремление к принятию, страх отвержения, а также мотивационные враждебность, агрессивность и девиантность. Враждебность, агрессивность и девиантность были выделены нами дополнительно к предложенным Дж.Эйсендорфом (приближение -стремление к принятию и избегание - страх отвержения).

Диссертант обращает внимание на существование значимой связи между одиночеством и внутренними мотивами личности подростка. В качестве гипотетических мотивов, связанных с одиночеством, нами выделяются следующие мотивы: стремление к принятию, страх отвержения, агрессивность, враждебность и девиантность. Факторный анализ выделил два независимых фактора, которые можно интерпретировать как «одиночество» и «девиантность».

В первый фактор вошли показатели одиночества, враждебности, страха отвержения и стремления к принятию. Причем между ними наблюдается следующая связь: чем выше одиночество, тем выше враждебность и страх отвержения и тем ниже показатели стремления к принятию.

Во второй фактор вошли агрессивность, девиантность и страх отвержения, имеющие обратную зависимость: чем выше девиантность (агрессивность), тем ниже страх отвержения.

С помощью факторного анализа были получены интересные связи одиночества в сочетании с двумя мотивами (М) - стремлением к принятию (СП) и страхом отвержения (СО). При этом выделились 4 группы (табл. 1).

Таблица 1.

Связь одиночества со стремлением к принятию и страхом отвержения

Одиночество (средний балл) СП (стремление к принятию) СО (страх отвержения) Группа респондентов

1 балл А >М >М 93 чел. - 22 %

2,69 балла В >М <м 121 чел. - 18,7 %

-1,41 балла С <м >м 119 чел.-28%

0,46 балла Д <м <м 89чел,- 21%

Из таблицы следует, что опрошенные подростки распределись по всем четырем группам примерно равномерно. Средний балл одиночества расположился в пределах от (-1,41) балла до 2,69 балла. В диссертации мы приводим описание психологических характеристик девиантных подростков, составляющих группы риска.

«Не одинокие». В группе «Б» - самый низкий средний балл одиночества (СП - М, СО - М), то есть в этой группе представлены подростки, которых условно можно было бы назвать максимально защищенными от одиночества или не одинокими. Очевидно, эти подростки, имея высокий уровень стремления к принятию и низкий уровень страха отвержения, достаточно гармонично существуют в значимом для них социуме: в классе, команде или группе.

«Аутичные». К группе «С» относятся подростки, набравшие максимальный средний балл одиночества (СП - М, СО - М). Низкое стремление к принятию и высокий страх отвержений при наиболее высоком уровне субъективно переживаемого одиночества говорит о том, что, возможно, подростки этого типа уходят от реального общения в мир своих переживаний, они как бы выпадают из своей подростковой среды, не умея точно выразить себя, не умея устанавливать поверхностные контакты, столь актуальные в подростковом возрасте.

«Застенчивые». Особый интерес представляет группа «А», в которой подростки имеют высокое стремление к принятию и высокий страх отвержения. Эти подростки, испытывающий сильный внутренний конфликт, с одной стороны, стремятся к общению, с другой, - избегают его. Очевидно, что подобное внутреннее противоречие может быть связано с недостатком уверенности в себе (что характерно для подростка в связи с неустойчивым Я-образом) либо с недостатком определенных социальных навыков.

Последняя группа - «Д» - характеризуется низким стремлением к принятию и низким страхом отвержения при среднем балле одиночества -0,46, то есть эти «безразличные» к данной проблеме подростки не чувствуют себя одинокими.

Таким образом, факторный анализ позволил выделить внутренние мотивы как подверженного одиночеству подростка, так и подростка, максимально не одинокого.

В диссертации отмечается, что, к сожалению, сложившаяся ныне в обществе система воспитания детей, принятые к ним требования, отношения взрослых к растущим людям не учитывают особенностей их личностного становления, приводя к конфликту с подростками, у которых развивается психологический иммунитет на воспитательные воздействия и появляется потребность в самостоятельности, самореализации, избавления от опеки. Следует отметить, что реакции подростка в виде различных девиаций на сложившуюся неблагоприятную для его развития ситуацию довольно разнообразны. Так, в младшем подростковом возрасте наиболее распространены пути компенсации неудовлетворенности своим положением в системе взаимоотношений, которые сводятся к стремлению снизить ценность ожидаемого, к сублимации (замещающей деятельности), фантазии (погружению в мир воображаемых образов), фрустрации (в форме агрессии или ухода). Для старших подростков более свойственны такие формы негативного отношения к взрослому, как реакция оппозиции (демонстративные действия негативного характера), реакция отказа (неподчинение требованиям), реакция изоляции (стремление избежать нежелательных контактов) или социальное дистанцирование от взрослых.

Наиболее полную картину сущности девиантного поведения подростков дает анализ его мотиваций. Заметную роль в этой мотивации играют чувства и эмоции негативного характера: гнев, страх, месть, враждебность, агрессивность и т.п. Девиантное поведение детей подросткового возраста, связанное с этими эмоциями, выражается в: а) реактивно-обусловленных реакциях (побеги, драки, оскорбления, суициды и др.), обычно имеют в своей основе психотравмирующую ситуацию; б) низком моральном уровне личности (употребление наркотиков, алкоголизация, проституция), вызванном издержками воспитания; в) патологии влечений (садизм и др.), базирующейся на биологических факторах.

Интенсивное развитие самосознания и критического мышления приводит к тому, что подросток обнаруживает противоречия не только в окружающем его мире, но и внутри собственного представления о себе, что является основанием для изменения эмоционально-ценностного отношения к себе, проявляясь в резком всплеске недовольства собой и в сочетании таких полярных качеств как, например, самоуверенность и робость, черствость и повышенная чувствительность, развязанность и застенчивость. Острота и длительность ломки и перестройки прежних отношений к окружающему миру и к самому себе приобретает форму психологического кризиса, который сопровождается и обостряется кризисом в социализации подростка.

Показательны данные, свидетельствующие о различном проявлении девиантности подростков на разных стадиях этого возраста. Нами были рассмотрены такие формы проявления девиантности, как физическая,

косвенная, вербальная и негативизм. Выяснилось, что у детей 10-11-летнего возраста преобладает физическая девиация и менее всего выражена девиация косвенная. Причем вербальная девиация и негативизм, по сути, находятся на одной ступени развития. У подростков же 12-13 лет наиболее выраженным становится негативизм (64 %), отмечается рост физической, а также вербальной девиации, тогда как девиация косвенная, хотя и дает существенный сдвиг по сравнению с младшими подростками, все же менее выражена. Что касается 14-16-летних подростков, то на первый план у них выходит вербальная девиация (72 %) как своего рода «разведка словом», что на 20 % превышает эту форму в 12-13 лет и почти на 3 0 % - в 10-11 лет. Девиация физическая и косвенная повышается не существенно, так же как и уровень негативизма. Но на всем протяжении подросткового периода наблюдается четко выраженная динамика всех форм девиаций от младшего к старшему подростковому возрасту (табл. 2).

Таблица 2

Проявление различных форм девиантного поведения у подростков 10-16 лет

Формы девиаций, %

Возрастные группы Физическая Косвенная Вербальная Негативизм

Подростки 10-11 лет 49 32 44 45

Подростки 12-13 лет 56 48 51 64

Подростки 14-16 лет 61 51 72 65

Вместе с тем, если у 10-11-летних детей преобладают физические формы девиантного поведения, то по мере взросления у подростков 14-16 лет на первый план выходят его вербальные формы (с 44 % в 10 лет до 51 % в 12-13 лет и, наконец, 72 % - в 14-16 лет). Кроме того, доминирующее значение на старших стадиях подросткового возраста начинает приобретать не физическая девиация, как у 10-11-летних, а негативизм. При этом негативизм растет по мере взросления детей особенно быстрыми темпами (с 45 % в 10 лет до 64 % в 12-13 лет и 65 % - в 16 лет).

Нами также установлено, что уровень физической формы проявления девиантного поведения наиболее выражен у подростков из рабочей среды — здесь и социальные группы рабочих промышленных предприятий, строители (67-70 %). Вместе с тем у подростков этих групп населения отмечается минимальный уровень негативизма (20-40 %). Вербальные формы девиантного поведения типичны для большинства подростков из среды служащих (среднего звена) и малоквалифицированных работников (уборщицы, прачки, вахтеры и т.п.) - 75 %. В то же время эти подростки отличаются сравнительно невысоким уровнем физической формы девиантного поведения (30-40 %). По уровню косвенной девиантности на

первом месте подростки из семей технических работников (65 %) и семей руководящих служащих (67 %). Повышенным негативизмом отличаются подростки из среды руководящих работников - 90 % и из семей интеллигенции - 80 %

Затем подростка просили выбрать 3 карточки из 9 с названиями тех чувств, которые он чаще всего испытывает. Полный перечень предпочтений подростков представлен в таблице 3.

Таблица 3

Представленность эмоциональных предпочтений девиантных подростков

Вид переживания Выбор Вид переживания Выбор

Никчемность - Восторг 26%

Незащищенность 26% Удовольствие от чего-то 13,3%

Ощущение собственной непривлекательнос ти 20% Спокойствие 26%

Застенчивость 33% Гордость 13,3%

Раздражительность 40% Интерес к чему-либо 53,3%

Ощущение собственной глупости 20% Удивление 53,3%

Скука 80% Ощущение собственной незаменимости

Ограниченность доступа к чему-либо и к каким-либо занятиям Вдохновение 20%

Тоска по какому-то человеку 80% Радость 86,7%

Анализ ответов на вопрос, "Какие чувства ты испытываешь чаще?" показал, что 86,7% респондентов отобрали 3 карточки из перечня негативных эмоций и лишь 13,3% - указали, что положительные чувства они испытывают чаще.

Таким образом, предположение о том, что девиантные подростки чаще испытывают негативные эмоции, чем позитивные полностью подтвердилось.

При этом из перечня положительных чувств 6,7% опрошенных смогли выбрать только 2 карточки.

Анализ полученных результатов позволил сделать вывод о том, что многие девиантные подростки имеют крайне скудный опыт переживания положительных событий в своей жизни, вызывающих положительные эмоции.

Так же полностью подтвердились предположения о том, что большинство девиантных подростков считают себя одинокими и определяют характер своего одиночества как негативный. 66,7% опрошенных подростков признались в том, что довольно часто испытывают чувство одиночества; 33,3% - говорили, что никогда не испытывали это чувство. При этом обе группы опрошенных достаточно схоже описывали то, что ощущает одинокий человек, и определяли одиночество такими терминами: "грусть", "тоска", "нет семьи", "нет друзей", "человек один, к нему никто не приходит" и т.п. Можно сказать, что обе группы репондентов знакомы с этим чувством или чувством близким к нему, либо на собственном опыте, либо видели проявления этого чувства среди знакомых или родственников. Особо отметим, что обе группы подростков определяли одиночество как явление негативное: "одиноким быть плохо", "я хотел бы перестать быть одиноким", "одинокие не хотят быть одинокими" и т.п.

Подтверждением того что, чем чаще девиантный подросток сталкивается с негативной оценкой своего поведения, тем более одиноким он себя ощущает, может служить то, что те 66,7% опрошенных, назвавших себя одинокими, рассказали о негативной оценке своего поведения со стороны родственников и/или воспитателей приюта: "я хочу, чтобы воспитатели были добрее", "мама отдала меня сюда за то, что я себя плохо вела", "я хочу, чтобы на нас здесь меньше ругались", "все со мной просто не связываются, не разговаривают даже" и т.п.

Среди опрошенных подростков, которые считают себя одинокими, на вопрос "Что тебе хочется делать, когда ты чувствуешь себя одиноким?", самым популярных ответом было "убежать". Так ответили 50% респондентов; 22,5% ответили, что хотят отомстить, причем кому отомстить, за что и как объяснить не смогли. Обобщение полученных данных позволило заключить, что у 75% подростков ситуация переживания одиночества провоцирует девиантное поведение.

Для большинства подростков (66,7%) наиболее значимой ценностью является семья (родственники). Лишь 6,7% респондентов посчитали своих родственников не нужными себе людьми. Примерно та же ситуация сложилась и в отношении дружеских взаимосвязей: 20% опрошенных подростков признали своих друзей необходимым условием своей жизни и лишь 14% - не считает друзей сколько-нибудь значимой жизненной ценностью (таблица 4).

Таблица 4

Значимость семейных и дружеских взаимоотношений в среде девиантных подростков

Понятия %

Родственники 66,7%

Друзья 20,0%

Любимое животное 11,3%

Любимое занятие -

Любимое кино 80%

Таким образом, в исследовании девиантного поведения подростков как проекции одиночества, было установлено, что внутренний мир подростка содержит множество проявлений одиночества. Об этом свидетельствуют выявленные нами в ходе исследования желания, переживания, ожидания подростков, с которыми зачастую сами респонденты связывают свое поведение.

Подростки ощущают себя одинокими, заброшенными людьми,

переживания провоцируют деструктивные формы поведения со стороны подростка. Многие из обследованных подростков видят избавление от одиночества в: а) обретении приемной семьи, новых друзей или б) проявлении агрессии, жестокости как формах самоутверждения, приобретения социального статуса.

При такой ситуации актуальной задачей является скорейшая разработка региональной целевой системно-комплексной программы организационных, нормативно-методических, социально-медико-психолого-педагогических мер, направленных на минимизацию и преодоление негативных тенденций, ведомственной разобщенности и противостояния в работе по профилактике безнадзорности, социального одиночества и девиаций детей и подростков, защиту их прав. Именно такая региональная программа «Подросток Поволжья» разработана диссертантом совместно с ЮАКлейбергом и предложена для реализации в Поволжском регионе. Главной ее целью является создание оптимальных условий для подготовки несовершеннолетних к сложным жизненным ситуациям, подготовку их к самостоятельной жизни в современном обществе, их безболезненную адаптацию к социальной среде.

Основой региональной программы «Подросток Поволжья» является универсальная многовариантная модель профилактики и коррекционно-воспитательной работы с девиантными подростками - некоммерческое партнерство учебно-научно-инновационный комплекс (УНИК) «Институт подростка», разработанная диссертантом совместно с ЮАКлейбергом и внедряемая в Поволжском регионе.

Рассматривая социальное и психологическое развитие подростка как непрерывный процесс самопроектирования личности, мы выделяем в нем три основные стадии психологической перестройки личности: самоопределение, самовыражение и самореализацию. На стадии самореализации соотнесение знаний о себе происходит в рамках «Я» и творческое «Я». На этой стадии формируется жизненная философия человека, тем самым подросток не только достигает самоосознания себя и своих возможностей, но и гармонично развивает свою личность, творчески самореализуясь в различных видах деятельности (трудовой, учебной, игровой, досуговой и др.). Здесь же происходит включение подростка в различные типы адаптивного поведения, но не как слепое подчинение внешним требованиям, а как осознанный выбор оптимального поведенческого решения. Для этого используется разработанная нами психологическая технология конструктивного изменения поведения. Эта технология предполагает преобразование мотивационной,

интеллектуальной, аффективной и, в конечном счете, - поведенческой структур личности, в результате чего внешняя детерминация жизнедеятельности меняется на внутреннюю. Данная технология предполагает выделение 4-х стадий изменения поведения девиантного подростка: подготовка, осознание, переоценка, действие (поступок). Здесь объединяются основные процессы изменения поведения: мотивационные (1-ая стадия), когнитивные (2-ая стадия), аффективные (3-я стадия), поведенческие (4-ая стадия).

Социально-психологическая помощь имеет два ведущих направления: социально-психологическая превенция (предупреждение, профилактика) и социально-психологическая интервенция (преодоление, коррекция, реабилитация) и в диссертации дается им подробное описание.

Таким образом, разработанные диссертантом региональная комплексная программа «Подросток Поволжья», новая парадигма профилактики и коррекции одиночества и девиантного поведения подростков и технология конструктивного изменения поведения позволяют решать вопросы, связанные с диагностикой, прогнозом, коррекцией и развитием личности, а также строить инновационные программы и проекты, направленные на разрешение проблем адаптации, социализации, ресоциализации и воспитания, с одной стороны, и разработки авторских программ и психолого-педагогической технологии подготовки психологов, с другой.

Практическое внедрение данной модели потребовало основательного демонтажа сложившейся педоцентрической системы подготовки кадров в университетах и колледжах и ориентацию ее на психолого-технологическую. В этом преобразовании был сформирован новый дидактический и функциональный статус учебных специализаций и курсов, формирующих специалистов социальной сферы: психолог-девиантолог, детский психолог, психолог-консультант сферы образования, психолог социальной работы и др.

Выводы и перспективы

Рассмотрев теоретические аспекты взаимозависимости девиантного поведения и состояния одиночества подростков, проанализировав полученные эмпирические данные, можно сделать следующие выводы.

Девиантное поведение подростков, обусловленное целым рядом причин, является серьезной проблемой, как для нашего общества, так и для отдельной личности.

Состояние одиночества, испытываемое детьми подросткового возраста, - явление негативное, угрожающее психическому и физическому здоровью детей и подростков и препятствующее нормальному протеканию процесса социализации.

Между одиночеством и девиантным поведением подростков существует взаимосвязь посредством проекции, что необходимо учитывать в процессе профилактики этих явлений и коррекционно-воспитательной работы с подростками.

В проведенных исследованиях нашло достоверное подтверждение то, что девиантное поведение подростков является атрибутивным, имманентным механизмом развития личности и доказало обоснованность разработки психологических основ девиантного поведения подростков и технологии коррекционно-воспитательной работы на базе учебно-научно-инновационного комплекса УНИК «Институт подростка». Данная технология, в основе которой лежат системно-комплексный, системно-аксиологический, ценностно-нормативный и ситуационно-статусно-стилевой подходы, основана на единстве диагностирования, воспитания, коррекции, прогнозирования, моделирования и реализации системы коррекционно-воспитательной работы, обеспечивает эффективное формирование и развитие социально значимых качеств подростка и его поведение.

Основным системообразующим фактором процесса корректировки выступает психолого-педагогическая аналитическая деятельность самого психолога в разнообразных программах. Аналитико-диагностическая деятельность этого процесса реализует интегративную функцию управления взаимодействием субъектов и объектов корректировки и воспитания с учетом уровней их функционирования и условий жизнедеятельности, отношений между ними.

Знание объективных закономерностей процессов социализации, адаптации, коррекции и видение состояния этих процессов, а также уровней развития психологических качеств личности подростка и ее поведения позволяют определить оптимальное соотношение внешней регуляции и саморегуляции, анализа и самоанализа, коррекции и самокоррекции, воспитания и самовоспитания, способствуют интенсификации целостного развития личности дезадаптивного подростка за счет наиболее полной реализации единства процессов социализации и ресоциализации.

Проведенное нами исследование, подтвердило обоснованность появления нового направления в психологии — социальной психологии девиантного поведения, с одной стороны, и появление принципиально новой профессии - психолога-девиантолога, назначение которой заключается в оказании комплексной психологической помощи детям, подросткам, гуманизации среды обитания, содействии в формировании личности молодого человека, с другой.

Наше исследование, ставит задачу и открывает перспективу разработки и исследования проблем не только собственно социально-психологического, но и междисциплинарного характера, таких как: социальное сиротство: причины, тенденции, динамика, организация помощи; интеграция деятельности служб помощи подросткам с различными формами дезадаптации; социальное и психологическое насилие детей и подростков; психологические условия и механизмы формирования девиантного поведения в подростково-молодежной среде; социо- и психоэкология личности подростка и другие.

На основе разработанного подхода представляется возможным и необходимым осуществить мониторинговые скрининговые исследования процесса социализации и ресоциализации подростков, а также оптимизации эффективности психолого-педагогической диагностики и корректировки сознания, мотивации и поведения подростков.

Проведенное исследование позволяет сделать вывод о том, что при оказании подросткам целенаправленной социально-психолого-педагогической помощи возрастает уровень интериоризации позитивных потребностей, мотивов, установок, норм поведения, способствующих позитивному самовыражению, самоутверждению и саморазвитию личности.

Основное содержание диссертационного исследования отражено в следующих публикациях автора:

1. Шмелев Р.В. Феномен «Одиночество» человека как социально-психологическое явление // Социальная работа: проблемы, инновации, зарубежный опыт. - Ульяновск, 2004. С. 139-145.

2. Шмелев Р.В. Социально-психологические аспекты девиантного поведения детей и подростков (методологический аспект) // Историко-методологические аспекты формирования воспитательных систем вуза в современных условиях. - Ульяновск, 2004. С.

3. Шмелев Р.В. Проекция как социально-психологический защитный механизм личности подростка // Вестник социальной работы. 2003.№4.С.105-114.

4. Шмелев Р.В. Социально-психологическая парадигма коррекционно-воспитательной работы с девиантными подростками // Проблемы психологии и эргономики. 2003. №3. С. 112-114 (в соавт.).

5. Шмелев Р.В. Социально-психологические аспекты девиантного поведения детей и подростков // Психолого-педягогические аспекты образовательного процесса школы и вуза. - Ульяновск, 2003. С. 14-17.

6. Шмелев Р.В. Социально-психологические аспекты девиантного поведения подростков: реальность и перспективы // Проблемы психологии и эргономики. 2002. №4. С. 13-16 (в соавт.).

Подписано в печать 15.10.04. Формат 60x84/16. Усл. печ. л. 1,0. Тираж 100 экз. Заказ №144¡¿69

Отпечатано с оригинал-макета в лаборатории оперативной полиграфии Ульяновского государственного университета 432970, г. Ульяновск, ул. Л. Толстого, 42

V22 8 1S