Автореферат диссертации по теме "Исследование взаимосвязи эмоционально-личностных особенностей и активного словаря эмоций"

На правах рукописи

ИВАНОВА Екатерина Сергеевна

ИССЛЕДОВАНИЕ ВЗАИМОСВЯЗИ ЭМОЦИОНАЛЬНО-ЛИЧНОСТНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ И АКТИВНОГО СЛОВАРЯ ЭМОЦИЙ

19 00 01 — Общая психология, психология личности, история психологии

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

ООЗиьи^и"

Екатеринбург - 2007

003060206

Работа выполнена на кафедре психофизиологии и психофизики Государственного образовательного учреждения высшего

профессионального образования «Уральский государственный университет имени А М Горького»

Научный руководитель доктор биологических наук, профессор

Владимир Иванович Лупандин

Официальные оппоненты доктор психологических наук, профессор

Владимир Митрофановнч Воронин

доктор филологических наук, профессор Татьяна Витальевна Попова

Ведущая организация Государственное образовательное

учреждение высшего профессионального образования «Уральский государственный педагогический университет»

Защита состоится мая 2007 г в ОР. часов на заседании совета ДМ 212 286 07 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора психологических наук при Уральском государственном университете имени А М Горького по адресу 620083, г Екатеринбург, пр Ленина, 51, комн 248

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Уральского государственного университета имени А М Горького

Автореферат разослан ¿¿апреля 2007 года

Ученый секретарь диссертационного совета кандидат педагогических наук, доцент

Л Г Попова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ Актуальность По оценкам исследователей (Березина Т Н, 1999, Василюк Ф Е, 1984, Леонтьев А А, 1999, Нартова-Бочавер С К, 2003, Низовских Н А, 2005, Шмелев А Г, 2003), современное человекознание характеризуется расширением влияния гуманистической парадигмы, в центре внимания которой находятся вопросы о специфике человеческого бытия в мире, о природе и внутренней закономерности человеческой уникальности, целостности и ценности Такие проблемы находят свое решение в синтезе различных областей гуманитарного знания, взаимопроникновении методов таких наук как философия, психология, семиотика, лингвистика Изучение внутреннего мира личности является одной из актуальных проблем современной психологии

Одним из исследовательских подходов, реализующихся в данном направлении, выступает субъектная парадигма анализа данных (Шмелев А Г, 1996), в которой испытуемый характеризуется множеством параметров в многомерном пространстве Это позволяет глубже проникнуть во внутренний мир личности, воссоздать ее индивидуальное своеобразие Человек рассматривается не как объект психологического воздействия или исследования, а как эксперт собственного опыта

Какие бы условия ни определяли жизнь и деятельность человека — внутренне, психологически действенными они становятся лишь в том случае, если им удается проникнуть в сферу его эмоциональных отношений, преломиться и закрепиться в ней (Леонтьев А А, 1999) Если такие психические процессы как восприятие и мышление позволяют человеку более или менее объективно отражать окружающий мир, то эмоции служат для отражения субъективного отношения человека к самому себе и к действительности, подчеркивая личностную значимость происходящего (ДубровскийД И, 1971)

Как указывают исследователи (Васильев И А, Поплужный В Л, Тихомиров О К, 1980, Вилюнас В К, 1989, Данилова Н Н, 2004, Шевченко Ю С , Корнеева В А , 2003, С1арагес1е Е , 1928), современная теория эмоций часто не выдерживает испытания фактами, поэтому одной из основных задач в настоящее время является сбор и систематизация феноменологического материала Причины неразработанности единой, общепризнанной теории эмоций связаны с объективной сложностью самой проблемы, принципиальным отличием эмоциональных явлений от познавательных (когнитивных) Эмоции — более древняя («первичная») форма отражения, чем опосредовашше речью познавательные процессы, которые в большей степени осуществляются под контролем сознания (Хомская Е Д, Батова Н Я , 1992)

Таким образом, изучение эмоций как значимой составляющей внутреннего мира личности тесно связано с проблемой опосредования эмоционального опыта процессами его когнитивной переработки, формами репрезентации субъективных феноменов

Проблема репрезентации действительности в сознании субъекта, структурной организации и содержательного наполнения индивидуального жизненного мира исследуется в различных направлениях психологической науки — как отечественной, так и зарубежной Тема опосредования мировосприятия человека субъективным жизненным опытом присутствует в концепциях личности зарубежных психологов — К Роджерса, А Адлера, К Левина, X Томэ и др (цит по J Sutherland, Н Gill, 1970, F Ungerer, 1995) В отечественной психологии проблема жизненного мира разрабатывалась С Л Рубинштейном (2003), А Н Леонтьевым (2004), Д А Леонтьевым (1999), Ф Е Василюком (1984)

В настоящее время наиболее остро стоит вопрос об объективации тех феноменов, которые составляют эмоциональное пространство внутреннего плана, уровня переживаний личности Исследованием картины мира в психологии и психолингвистике занимались Г В Колошанский (1988), Б А Серебренников (1988), У Найссер (1985), А А Леонтьев (1999), С Д Смирнов (1985), В В Петухов (1985) Картина мира — субъективный образ объективной реальности, способ интерпретации человеком действительности, позволяющий ему ориентироваться в окружающем мире При этом подчеркивается, что в формировании картины мира задействованы все стороны психического — от ощущения до самосознания

Восприятие своего эмоционального опыта, отражение его в знаках — номинативах эмоций и чувств является частью процесса создания целостной картины многообразного и структурированного внутреннего мира Однако современные исследования в данной области представлены работами психологов и лингвистов, которые, ссылаясь на неразработанность данной тематики, остаются в рамках рассмотрения частных вопросов В результате, исследования психологов нередко ограничиваются изучением количества «базовых» эмоций (К Изард, 2000), либо выделением двух-трех измерений, призванных описать все многообразие эмоций и чувств без их детализации и дифференциации (В Вундт, 1896, R S Woodworth, Н. Schlosberg, R Chapard (цит по Н Н Данилова, 2004)), а материалы лингвистических исследований содержат в разделе «Эмоции, чувства, состояния» понятия, описывающие другие сферы психического («Русский семантический словарь», 2003) Представляется, что объединение данных подходов позволит преодолеть существующие недостатки лингвистического и психологического подходов к изучению эмоций и восстановить целостный процесс восприятия, отображения и репрезентации в знаковых формах эмоционального опыта личности

Изучение размерности эмоционального пространства — важный этап исследования, однако до настоящего времени решение этого вопроса было затруднено в связи с отсутствием полного перечня понятий, позволяющего объективировать, уточнить те феномены, которые наполняют данное пространство, составляют его непосредственное содержание В связи с чем встает проблема исследования «языка эмоций», под которым подразумевается совокупность вербальных обозначений эмоций,

рассматриваемых как средство их осознания (Гордеева О В, 1995, Jonson - Laird Р N, Oatley К, 1989, Levis W С , Wolfman R Y , King M L , 1947) Изучение языка эмоций может помочь, в целом, разработке проблем сознания и самосознания, особенно в связи с вопросом о возрастных изменениях структуры и содержания значений, о развитии категориальных структур сознания

Создание полного словаря эмоций и чувств осложнено многообразием эмоциональных явлений, их тесной связью с индивидуальностью субъекта В настоящее время исследователи указывают на сокращение словаря эмоций у современного человека А Б Холмогорова, Н Г Гарянян (1999) подчеркивают, что бедность и недифференцированность эмоционального словаря ведет к формированию особого типа сознания и мышления, сознания, в котором внутренняя жизнь очень мало представлена Результатом этих процессов исследователи видят нарастание негативных тенденций, увеличение психосоматических заболеваний, личностных нарушений различной степени тяжести

Данные процессы связаны с сигнальной функцией эмоций через переживание сознанию репрезентируется непосредственная ценность происходящего с точки зрения мотивов выполняемой деятельности Ф В Бассин (1962) высказывает предположение о том, что эмоции выполняют роль внутренних сигналов, с помощью которых сознанию репрезентируется непосредственная ценность неосознанных образований с точки зрения мотивов выполняемой деятельности Эмоции, считает автор, выполняют роль одного из механизмов перевода неосознаваемого в осознаваемое

По современным представлениям (Артемьева Е Ю, 1980, Шингаров Г Н, 1971, Леонтьев Д А, 1999), эмоции составляют базисную основу смыслов, смысловых образований, а их осознание возможно лишь в форме означивания, являющегося результатом интеллектуальной вербальной деятельности

Таким образом, личностные смысловые образования, создаваясь в жизни, в деятельности субъекта, определяют собой содержание его прошлого опыта, выражают «отношение к осознаваемым объективным явлениям» (Леонтьев А Н , 2004), и наиболее прямо и непосредственно проявляются в эмоциональных переживаниях

Проблема данного исследования была сформулирована следующим образом анализ литературы выявил противоречие между признаваемым всеми исследователями многообразием эмоций и чувств и существующими исследовательскими подходами, изучающими либо ограниченное количество «базовых» эмоций, либо размерность эмоционального пространства Предполагается, что изучение объема и содержания активного словаря эмоций позволит более полно выявлять эмоциональные особенности испытуемых, однако это предположение нуждается в проверке наличия

значимых взаимосвязей объема словаря эмоций с эмоционально-личностными особенностями

Актуальность данной темы, наличие большого количества нерешенных вопросов обусловили формулировку цели и гипотезы данного исследования, выбор методических средств и методологической основы анализа экспериментальных данных

Цель работы выявить взаимосвязь количественных и содержательных характеристик активного словаря эмоций с показателями эмоционально-личностных особенностей

Объект исследования: эмоционально-личностные особенности юношей и девушек

Предмет исследования: активный словарь эмоций как отражение многообразия эмоционально-личностных особенностей

Гипотеза исследования: активный словарь эмоций отражает наиболее значимые переживания, что проявляется в тесной взаимосвязи его объема и содержания с эмоционально-личностными особенностями испытуемых

Достижение цели и проверка гипотезы исследования запланированы путем решения следующих задач:

1 Анализ психологического и лингвистического подходов к рассмотрению вопросов взаимосвязи эмоционального опыта, его субъективной оценки и его знаковой (вербальной) репрезентации

2 Подбор надежных стандартизированных методик, исследующих эмоционально-личностные особенности

3 Разработка и апробация экспериментальных исследовательских методик, направленных на выявление наиболее значимых переживаний испытуемых

4 Разработка списка эмоций, охватывающего многообразие эмотивов-номинативов, представленных в лексике современного русского языка

5 Экспериментальное исследование эмоционально-личностных особенностей и активного словаря эмоций

6 Анализ содержания и объема индивидуальных и обобщенных словарей эмоций испытуемых различного пола, возраста, уровня образования

7 Рассмотрение взаимосвязи словаря эмоций с показателями тревожности, агрессии, эмпатии, алекситимии, эмоционального тонуса, определение достоверности различий объема словаря эмоций в контрастных выборках

Экспериментальная база. На различных этапах эксперимента приняли участие 936 испытуемых в возрасте 13-24 лет (648 девушек, 288 юношей) В состав выборки вошли учащиеся 9, 11 классов гимназий и общеобразовательных школ г Екатеринбурга, студенты 1, 3, 4, 5 курсов математического, биологического, филологического и психологического факультетов Уральского государственного университета имени А М Горького

Теоретико-методологической основой исследования выступили концепция смысловой структуры сознания, разработанная Л С Выготским, А Н Леонтьевым и развивающаяся в трудах Е Ю Артемьевой, Д А Леонтьева, В В Столица, ассоциативный подход к исследованию индивидуальных особенностей, разрабатываемый А Р Лурия, концепция языковой личности Ю Н Караулова, парадигма субъектно-ориентированного психодиагностического подхода А Г Шмелева, концепция субъективной картины мира Е Ю Артемьевой, системно-деятельиостный подход к объяснению особенностей формирования и знаковой репрезентации эмоционального опыта

Научная новизна работы. Впервые проведено исследование взаимосвязи объема и содержания активного словаря эмоций с такими характеристиками эмоциональной сферы как уровень реактивной и личностной тревожности, агрессии, алекситимии, эмпатическими способностями, эмоциональным тонусом Установлено влияние пола, возраста, специфики образования испытуемых на объем и содержание понятий, составляющих активный словарь эмоций, содержание корреляций словаря эмоций с эмоционально-личностными особенностями юношей и девушек

Выявлены наиболее часто упоминаемые и наиболее часто испытываемые эмоции, которые можно рассматривать как наиболее значимые переживания, эмоционально «окрашивающие» тот или иной этап становления личности Показано, что для девушек характерно большее количество общих для данной выборки эмотивов-номинативов Словари юношей содержат больше индивидуальных знаковых форм репрезентации эмоций

Предложена авторская экспериментальная методика, исследующая эмоциональный тонус (понятие, характеризующее ориентированность на позитивные эмоции, отсутствие соматизации отрицательных переживаний) Методика прошла процедуру установления тестовых норм, проверку на показатели вапидности и надежности

Разработан Основной список эмоций и чувств, достаточно полно репрезентирующий эмотивы-номинативы, зафиксированные в лексике современного русского языка Данный список позволяет уточнить и объективировать многообразие эмоциональных явлений, намечает пути к более глубокому исследованию, классификации и развитию эмоциональных феноменов

Теоретическая значимость исследования Использование психосемантического подхода позволяет реализовать принцип единства аффекта и интеллекта, сформулированный Л С Выготским при описании целостного процесса психического развития Определение, объективация содержания категории «эмоция» через перечень номинативов эмоциональных феноменов способствует продвижению к созданию наиболее полной и структурированной классификации эмоций, очерчивает границы

предметной области психологии эмоций, что является важным этапом на пути построения теории эмоций

Проанализированы особенности взаимосвязей объема активного словаря и характеристик, отражающих непосредственный эмоциональный опыт юношей и девушек Показано, что в выборке юношей увеличение объема активного словаря эмоций связано с преобладанием отрицательных переживаний (тревоги, подавленности), тогда как в выборке девушек значимым фактором, связанным с развитием объема словаря эмоций, является преобладание позитивных переживаний (низкий уровень тревоги, чувства вины, подавленности и раздражения) Общим фактором, позитивно влияющим на увеличение объема активного словаря эмоций, для юношей и девушек является чувство доверия, отсутствия подозрительности, способствующее расширению знаковой репрезентации эмоций в форме эмотивов-номинативов

Выявлен важный факт неоднозначной связи уровня алекситимии и объема активного словаря эмоций в выборке студентов обнаружены как положительные, так и отрицательные значимые корреляции указанных показателей В выборке учащихся значимые взаимосвязи этих характеристик отсутствуют, что в целом может быть объяснено влиянием общеинтеллектуального и личностного развития на процессы знаковой репрезентации эмоционального опыта

Выявленные половозрастные особенности отображения эмоционального опыта в активном словаре эмоций представляются значимыми с позиций личностно-ориентированного подхода в психологии Возрастные различия исследованных характеристик в значительной мере отражают сложный и многоплановый процесс эмоционально-личностного развития на этапах отрочества, юности и ранней молодости

Практическая значимость исследования заключается в том, что полученные результаты намечают пути развития эмоциональной сферы в условиях образовательной системы, подчеркивают сложность и неоднозначность процесса перенесения опыта эмоциональных переживаний в сферу осознанных, наполненных личностными смыслами понятий Данные проведенного исследования непосредственно указывают на необходимость специального внимания образовательной среды к развитию эмоциональной сферы, так как в настоящее время, в связи с акцентом на развитие познавательных процессов, наблюдаются дисгармоничность эмоционально-личностного становления юношей и девушек, затруднения в эмпатическом взаимодействии, наличие трудностей в осознании эмоций, что ведет к вытеснению, соматизации переживаний

Результаты исследования могут быть положены в основу обучающих программ, социально-психологических тренингов, развивающих занятий

Значимость настоящей работы состоит в формировании комплекса методик, разработке и стандартизации новых методов исследования эмоциональной сферы, позволяющих разносторонне изучать процесс эмоционально-личностного развития на различных этапах онтогенеза

Апробация работы. Результаты исследования докладывались и обсуждались на кафедре психофизиологии и психофизики Уральского государственного университета имени А М Горького (Екатеринбург, 20012007 гг ) Данные экспериментального исследования были представлены на Международной конференции «Знак иконы, индексы, символы» (Санкт-Петербург, СПбГУ, 2005 г), 13-й Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов — 2006» (Москва, МГУ, 2006 г), на 1-й Международной научно-практической конференции «Личностный ресурс субъекта труда в изменяющейся России» (Ставрополь, СевКавГТУ, 2006 г) и ряде региональных научно-практических конференций (Екатеринбург УрГУ, УрГПУ, 2002-2006 гг )

Материалы работы включены в учебный курс «Дифференциальная психофизиология», спецкурсы «Психофизиология эмоций» и «Развитие эмоций в онтогенезе», практикум по общей психологии (УрГУ, 20022007 гг) По данным курсам разработаны программы и методические пособия для студентов факультета психологии

Публикации. По теме диссертации опубликовано 14 работ

Положения, выносимые на защиту:

1 Репрезентация эмоционального опыта в форме названий эмоций и чувств связана с полом, возрастом и спецификой образования

2 Объем словаря эмоций у девушек тесно связан со способностью сопереживать другим, осознавать собственные переживания, интерпретировать соматические проявления, сопоставлять их с испытываемыми переживаниями

3 Эмоционально-личностные особенности девушек более тесно и непротиворечиво связаны с объемом и содержанием активного словаря эмоций, чем у юношей В выборке юношей характер связи словаря эмоций с эмоционально-личностными особенностями указывает, что этот показатель ближе примыкает к когнитивной сфере

4 Девушки обладают более развитыми номинативными способностями вербальной репрезентации эмоций по сравнению с юношами, активные словари которых характеризуются меньшим объемом и более индивидуальным содержанием используемых эмотивов-номинативов

5 Активный словарь эмоций в своем содержательном аспекте отражает актуальные переживания испытуемых, что позволяет рассматривать его как эмоционально-личностную характеристику

Структура и объем работы. Диссертация изложена на 142 страницах, состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы, включающего 198 источников, из них 42 на иностранном языке Работа проиллюстрирована 18 таблицами и 12 рисунками

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ Во введении представлена актуальность изучения эмоций и чувств с позиций комплексного подхода, объединяющего методы психологии и лингвистики, что позволяет объективировать многообразие эмоциональных феноменов, которые нуждаются в полном и систематизированном исследовании Определены цель, задачи, гипотеза исследования, представлены логика и этапы экспериментальной части работы, указана научная и практическая значимость полученных результатов, перечислены положения, выносимые на защиту

Первая глава посвящена обзору работ отечественных и зарубежных психологов и лингвистов, занимающихся вопросами исследования эмоциональной сферы

В первом параграфе обозначены наиболее обсуждаемые проблемы в зарубежной психологии эмоций

Одним из ключевых вопросов, представленных в зарубежных работах, является обоснование теории дифференциальных эмоций Среди наиболее известных авторов следует отметить П Экмана, Р Плутчика (цит по Wagner H , Silber К, 2004), К Изарда (2000) Исследователи, работающие в этом направлении, стремятся определить некоторое ограниченное количество эмоций, которые, по их мнению, являются «базовыми», т е врожденными, лежащими в основе всего многообразия эмоциональных переживаний

Вторым важным направлением в зарубежных исследованиях выступает проблема опознания эмоций, исследование экспрессивного поведения Своими корнями эта исследовательская традиция восходит к работам Ч Дарвина (2004), идеи которого активно используются при изучении механизмов опознания эмоций маленькими детьми (Bornstem M, 1992, Bridges К M , 1930), выявлении тендерных различий в способности выражать и опознавать эмоциональную экспрессию (Anselmi D, Law А, 1998, Brody L, Hall J, 1993) В результате в настоящее время разработаны таблицы, описывающие особенности мимического выражения базовых эмоций (Fildman R, 2000), выявлены интересные факты, касающиеся количества ошибок в опознании определенных переживаний (Ogava Т, Suzuki N, 2000), установлено, что дети с первых месяцев жизни способны адекватно распознавать эмоции гнева, страха и радости (Bomstem M, 1992)

Третий блок исследовательских работ зарубежных авторов направлен на рассмотрение вопросов развития языка эмоций (Jonson-Laird Р N, Oatley К, 1989, Levis W С, Wolfman R Y, King M L, 1947), выяснение закономерностей приобретения словаря эмоций (Paivio A, Begg I, 1981, Rosch Е , 1975), изучение слов, которые появляются раньше в речи ребенка, и тенденций, обнаруживающихся в этом развитии (Bullok M, Russal J, (цит по Гордеева О В , 1995), Ungerer F, 1995) Было обнаружено, что возраст присвоения этих слов значимо связан с базисностью и частотой их употребления в устной английской речи Обобщая работы зарубежных исследователей, О В Гордеева (1995) отмечает, что дети раньше приходят к

описанию физиологических состояний по сравнению с эмоциями, и словарь последних является менее разработанным Первыми появляются те слова, которые облегчают коммуникацию по поводу удовлетворения витальных потребностей Отмечается также количественный рост словаря эмоций по мере развития ребенка Ставится вопрос об исследовании темпов этого роста

Зарубежные исследователи уделяют большое внимание взаимосвязи эмоций с темпераментом, личностными особенностями (Fildman R, 2000, Wagner H, Silber К, 2004) Наиболее часто эти вопросы обсуждаются в работах прикладного характера, направленных на выявление и объяснение индивидуальных различий в целостном эмоциональном реагировании (Bomstein M , 1992, Colin V, 1996) Большое количество исследований при изучении эмоциональных и личностных особенностей проводится с позиций выявления тендерных различий алекситимии (Berenbaum H, Irvin S, 1996, Kauhanen J, Kaplan G A, Julkunen J, 1993), агрессии (Berkovitz L, 1990, Stoner S В, Spenser V В , 1987), эмпатии (Fnck R W, 1985, Heells U, 1988, Sidman J , 1969), депрессивности (Stapley J С , Hallivan J M, 1989)

В качестве перспективного подхода следует выделить применение методов субъективного шкалирования с целью выявления размерности и структуры эмоционального пространства Применение методов субъективного шкалирования тесно связано с развитием психофизического учения о шкалах, основы которого заложил еще С Стивене (1960) Концепция «шап as a measuring instrument» (человек измеряющий) представлена в работах R S Woodworth, H Schlosberg, R Chapard, R Cohen, M Swerdhk, M Bullock (цит по H H Данилова, 2004), J С Baird, E Noma (1978) и других исследователей, направляющих свои усилии на выявление количества и содержания шкал, описывающих восприятие лицевой экспрессии, эмоционального опыта, сходства-различия эмоций.

Среди наиболее остро стоящих проблем отечественной психологии эмоций следует подчеркнуть отсутствие четкого и полного определения эмоций (Вилюнас В К, 1989, Хомская Е Д, Батова H Я, 1992) Эмоции нередко отождествляются с чувствами, ощущениями, чертами личности или характеристикой ситуации В значительной мере это связано с полисемантичностью значений большинства понятий русского языка, а также со спецификой эмоциональных явлений, для которых характерны динамичность, многообразие, субъективность

При изучении эмоциональных явлений автор JÏ Я Гозман (1987) предлагает продвигаться «от реальности к конструктам», что означает ориентацию не на сложившийся терминологический аппарат, а на содержание самого исследуемого явления, представляющего собой некую реальность, существующую независимо от попыток ее научного рассмотрения Данный подход реализуется в работах Д В Люсина, H Е Высокова(1998)

Поддерживая точку зрения этих исследователей, необходимо подчеркнуть значение развития знаний об эмоциональных явлениях через

рассмотрение многообразия реальных переживаний, зафиксированных в естественном языке Определив таким образом исследовательское поле, можно будет продвинуться к полной и обоснованной классификации эмоций и чувств

Исследователями отмечается двухкомпонентность эмоциональных явлений их проявление, с одной стороны, в объективных (психомоторных, вегетативных) показателях, с другой — наличие субъективного переживания, характеризующего отношение субъекта к предмету эмоции (С Л Рубинштейн, 2003, Н Н Данилова, 2004) В связи с двуплановостью протекания эмоциональных процессов справедливым представляется мнение Л М Веккера (2000), критикующего попытки определить понятие «эмоция» при помощи категорий «отношение», «переживание», «выражение», подчеркивающего, что они не являются родовыми для данного вида психических явлений Исследователь отмечает, что понятие «отражение», нередко используемое при определении эмоций как психических феноменов, является общим для когнитивных и эмоциональных процессов

Отдельно рассматривается соотношение понятий «эмоция» и «чувство» Попытки исследователей разделить эти феномены на основании отнесенности к специфическому мозговому субстрату (Шингаров Г X, 1971), по критерию устойчивости (Коломинский Я Л, 2004), с точки зрения эволюционного принципа (Лук А Н , 1982) оказываются при рассмотрении непосредственного эмоционального опыта абстрактными схемами, далекими от действительности Отделить эмоцию от чувства можно лишь ретроспективно, когда то или иное переживание завершилось, в связи с чем в данной работе развивается точка зрения Н В Витга (1991), Е Д Хомской (2002) о том, что стремление разделить эти феномены в значительной мере ограничивает исследовательские возможности, вынуждая авторов неоправданно сужать предмет своего исследования Таким образом, более продуктивным представляется использование понятий «эмоции» и «чувства» как синонимов

В качестве рабочего определения в данной работе используется следующее эмоции (чувства) отражают в форме субъективного переживания значимость (смысл) явлений и ситуаций, состояний организма в зависимости от внешних воздействий и служат одним из главных механизмов внутренней регуляции психической активности и, в конечном счете, поведения

Далее рассматриваются классификации эмоций Подход, предложенный А Н. Леонтьевым (2004), предполагающий выделение эмоций, чувств, аффектов, настроений, неоднократно подвергался критике по причине использования двух оснований интенсивности и времени протекания эмоционального явления Функциональный подход, реализуемый в работах В. К Вилюнаса (1976), Б И Додонова (1978), не охватывает многообразия эмоциональных явлений

В данной работе предпринята попытка выявить все эмоции и чувства, зафиксированные в языке в форме названий этих переживаний Таким образом, наша точка зрения противоположна концепциям «базовых» эмоций,

однако мы не ставим целью изучение размерности эмоционального пространства более важным представляется найти основания, позволяющие объективировать, уточнить те феномены, которые наполняют это пространство, составляют его непосредственное содержание

Проблемы субъективности эмоциональных явлений, опосредованность их взаимосвязи с когнитивными процессами нередко решались исследователями с точки зрения отрицания возможности объективного изучения эмоциональной сферы вообще В настоящее время существует мнение, что эмоции и познавательные процессы тесно взаимодействуют, но они не тождественны, что осложняет разработку методического и понятийного аппарата исследования (Васильев И А, Поплужный В J1, Тихомиров О К, 1980) Данный вопрос отражает представления о положении эмоций в системе психики, главной особенностью и основой которой всегда рассматривались процессы познания (Ганзен В А , 1984)

Проблемы терминологических трудностей и поиск методологического основания при изучении эмоциональных явлений представляется возможным разрешить через использование психологических методов в сочетании с лингвистическими исследованиями, направленными на выявление того круга понятий, которые фиксируют многообразие эмоциональных явлений в языке, что позволит продвинуться в комплексном решении указанных проблем психологии эмоций

Во втором параграфе представлены психологические и лингвистические обоснования взаимосвязи эмоциональных и когнитивных процессов Подчеркивается значение языковых средств репрезентации субъективного опыта в процессе познания окружающей действительности и процессов, протекающих во внутреннем пространстве личности В работах Л С Выготского (2003), А Р Лурия (1979), А В Запорожца (1986), С Л Рубинштейна (2003), А Н Леонтьева (2004) представлены убедительные доказательства познавательно-оценочной функции эмоций, которые своим возникновением подчеркивают личностную значимость происходящего Далее обсуждается форма функционирования эмоций в психическом пространстве личности через языковые средства, в результате чего делается вывод, что в языке закреплены слова, обозначающие наиболее частые и стойкие чувства, хотя они отнюдь не исчерпывают всей эмоциональной палитры человека Эти идеи нашли свою реализацию в работах Д В Люсина (1998, 1999) который, исследуя содержание естественной категории «эмоция», приходит к заключению, что ее наиболее типичными репрезентациями являются названия интенсивных эмоций, для которых характерна яркая экспрессия

Далее обозначен психофизический подход, который подчеркивает принципиальную возможность исследования субъективных феноменов через субъективную оценку испытуемым тех или иных аспектов этого явления (Понукалин А А, 1984; Ратанова Т А, 1990) Идеи психофизики находят свое продолжение в работах, основанных на самоотчегах, изучении

феноменологического материала (Эткинд А М , 1983, Ольшанникова А Е , Семенов В В , Смирнов JI М , 1976, Вилюнас В К, 1989) Принципиальным в таком случае становится вопрос о том, в какой форме должен производиться сбор феноменологического материала Наибольшую популярность в данное время получили различные вербальные методики Отмечается наличие двух направлений самооценочного (основным методом является опрос) и феноменологического (исследование продуктов деятельности субъекта) Утверждается адекватность «субъектно ориентированного» подхода, реализованного в работах Ч Осгуда (1980), А Г Шмелева (2002), В В Столина (1983), А О Прохорова (2005)

Данные положения получают свое развитие в утверждении психосемантического подхода к исследованию эмоциональной сферы Как указывает В Ф Петренко (2005), психосемантика исследует различные формы существования значений в индивидуальном сознании (образы, символы, коммуникативные и ритуальные действия, а также словесные понятия) Лексика языка несет в себе в форме семантических компонентов идеальные эталоны, мерки, которые выделяют, вычленяют в отражаемой действительности те или иные аспекты Языковое сознание при этом выполняет не только аналитическую, но и синтетическую функцию Абстракция признаков и группировка их в новые структуры позволяют строить некие идеальные модели действительности, выраженные в значении слова, а оперирование этими идеальными значениями по законам грамматики и синтаксиса, имманентно содержащими правила человеческого мышления, позволяет дедуктивно получать новое знание

Далее представлено мнение ряда лингвистов (Бабенко Л Г, 1989, Артемьева Е Ю, 1980, Маркелова Т В, 1995) о том, что картина мира человеческих эмоций относится к разряду локальных картин мира Е Ю Артемьева (1980) указывает, что дифференциация человеком своих чувств осуществляется при помощи слова и иными средствами осуществлена быть не может Слово неотделимо от испытываемого человеком чувства потому, что дает возможность ему осмыслить само содержание черты этого чувства Л Г Бабенко (1989) отмечает, что в языковой картине мира отражен эмоциональный опыт человека, что проявляется в многообразии арсенала языковых средств, призванных обозначать и выражать эмоции Таким образом, лингвисты признают ценность исследования эмоций безотносительно к вопросу о соотношении эмоций и мышления

Л Г Бабенко (1989) считает, что семантическая категоризация эмоций должна быть осуществлена прежде всего при рассмотрении лексики, называющей эмоции, хотя бы потому, что в ней эмотивные смыслы эксплицитны, более устойчивы, стабильны Эти слова (эмотивы-номинативы), по мнению исследователя, являются непосредственными знаками эмоций

Таким образом, анализ работ психологов и лингвистов позволяет сделать вывод о сложной, опосредованной, но постоянно функционирующей

взаимосвязи эмоциональных и когнитивных компонентов в структуре индивидуального сознания личности

В третьем параграфе рассматриваются наиболее исследованные эмоциональные явления тревога, агрессия, эмпатия, алекситимия как эмоционально-личностные особенностей, и объем словаря эмоций как эмоционально-когнитивная характеристика субъекта Дается обоснование понятию «эмоциональный тонус» (Шакуров Р X, 2003) как явлению, по своему смыслу противоположному депрессии, которое в настоящее время в значительной мере исследуется с позиций медицины, психиатрии и характеризует грубые нарушения эмоционального и соматического благополучия Введение нового понятия обусловлено существующим противоречием между необходимостью диагностики предрасположенности к депрессивным нарушениям и спецификой существующих методик, которые разработаны и валидизированы на пациентах психиатрических и психосоматических клиник, представлены, в основном, опросниками, что затрудняет их использование в условно здоровой выборке, ведет к искажению и недостоверности получаемых данных (Л Ф Бурлачук, С М Морозов, 1999, И А Подольский, 2004) Эмоциональный тонус как показатель эмоционального и соматического благополучия характеризует наличие смыслового компонента и общей позитивной тональности жизни конкретного человека Для каждой из рассматриваемых характеристик представлены данные исследований половозрастных особенностей, обсуждаются проблемы определения, типологии, механизмов возникновения, диагностики

Во второй главе рассматриваются результаты эмпирического исследования содержания, объема и взаимосвязи характеристик активного словаря эмоций с уровнем эмпатии, агрессии, тревожности, алекситимии, эмоционального тонуса

В первом параграфе представлена экспериментальная база исследования

Во втором разделе дается описание и обоснование следующих методов исследования

1 Методика «Словарь эмоций» (авторская модификация методики «Ассоциативный вербальный тест») направлена на выявление объема и содержания активного словаря эмоций

2 Торонтская алекситимическая шкала выявляет уровень представленности алекситимических черт личности

3 Методика диагностики реактивной и личностной тревожности Ч. Д Спилбергера, Ю Л Ханина

4 Методика диагностики эмпатических способностей В В Бойко

5 Методика диагностики показателей форм агрессии А Басса и А Дарки (адаптация А К Осницкого)

6 Шкала оценки эмоционального тонуса (экспериментальная авторская методика, разработанная совместно с Н Н Смирновой) направлена на определение уровня эмоционального тонуса в обследуемой выборке

В качестве дополнительной методики на основании анализа литературных данных, толковых и семантических словарей русского языка был разработан Основной список эмоций и чувств (далее — ОС), который, после оценки его содержания носителями языка, включил в себя 227 эмотивов-номинативов ОС использовался для оценки содержания индивидуальных словарей испытуемых

Разработка авторских методик включала в себя этапы поиска теоретических обоснований применения экспериментальных подходов, определение тестовых норм, изучение половозрастных различий

А О Прохоров (2005) выделяет ассоциативный эксперимент в качестве основного метода изучения семантических пространств состояний При этом подчеркивает, что в используемых ассоциациях отражается тесная связь с личностью человека, ярко проявляются индивидуальные особенности, отмечает влияние пола, возраста, образовательного уровня, профессии испытуемых на характер ассоциаций В исследовании А А Запевской (1990) по выявлению активного ядра лексикона русского языка установлено, что 70 % составляют существительные, 22 % — прилагательные, 6 % — глаголы А Р Лурия (1979) подчеркивает первичность существительного в развитии речи в онтогенезе существительные (вещественные слова) выделяются и осознаются ребенком гораздо раньше, чем слова, обозначающие действия или качества

С целью выявления объема и содержания активного словаря эмоций испытуемым предлагалось перечислить все известные им существительные, называющие эмоции и чувства В результате частотного анализа данных были определены нормативные показатели объема активного словаря эмоций

Шкала оценки эмоционального тонуса является экспериментальной авторской методикой, разработанной совместно с Н Н Смирновой Опросник содержит 26 утверждений, из которых 10 направлены на выявление степени выраженности соматических симптомов, 16 — психоэмоциональных (8 прямых и 8 обратных утверждений) Процесс апробации методики включал в себя процедуры оценки синхронной надежности и конструктной валидности, разработку тестовых норм Результаты апробации методики позволяют заключить, что данная Шкала оценки эмоционального тонуса достоверно дифференцирует уровень эмоционального тонуса у испытуемых в условно здоровой выборке, не провоцируя у них защитные реакции на описания грубых нарушений, связанных с депрессивным состоянием

В третьем параграфе второй главы представлены результаты исследования Основные этапы анализа данных включали в себя-рассмотрение половозрастных различий по показателям реактивной и личностной тревожности, агрессин, эмлатии, алекситимии, эмоционального тонуса и активного словаря эмоций, вычисление и интерпретацию корреляционных показателей указанных эмоциональных особенностей и объема словаря эмоций, выявление значимости различий объема словаря

эмоций в контрастных выборках, сформированных по уровню выраженности перечисленных показателей

Исследование почовозрастных особенностей включало в себя построения гистограмм, отражающих процентное распределение исследуемого показателя в выборках юношей и девушек, вычисление достоверности различий по критерию Фишера Результаты расчетов представлены в таблице 1

Таблица 1

Достоверность различий исследуемых эмоциональных особенностей

Показатель 9 класс 11 класс 1 курс 3 курс 5 курс

Эмпатия 20,02 12,57 31,0 24,1 26,3

Алекситичия - - - - -

Индекс агрессивности - - - - -

Индекс враждебности - - - - -

Реактивная тревожность - - 3,92 - 12,4

Личностная тревожность 10,04 12,1 12,1 - 14,1

Эмоциональный тонус - 4,7 - - -

Словарь эмоций - 8,5 35,5 13,4 24,9

Примечание среди выявленных достоверных различий преобладают показатели девушек

Высокий уровень эмпатии встречается довольно редко, не превышая 7,9 % в каждой выборке Во всех выборках показатели девушек достоверно выше, чем юношей, что подтверждает литературные данные о большей склонности девушек проявлять и демонстрировать сочувствие, сопереживание, синтонность в ответ на эмоциональное состояние другого человека Низкие и очень низкие показатели эмпатии в выборке юношей могут быть проинтерпретированы как отражение невнимания молодых людей к эмоциональной сфере другого человека, склонность взаимодействовать на внешнем, предметно-информационном уровне, тогда как переживания, внутренние мотивы деятельности партнера по общению для них остаются во многом скрыты Вероятно, низкий уровень эмпатии юношей связан также со стремлением соответствовать типичному маскулинному образцу поведения, для которого не характерна эмоциональность в целом

По уровню апекситимии во всех выборках различия между юношами и девушками недостоверны Таким образом, можно предположить, что способность осознавать и вербально обозначать свои переживания не имеет выраженных половых различий в исследованный возрастной период (от 13 до 24 лет) Полученные данные не подтверждают распространенное мнение о преобладании показателей алекситимии в мужской выборке по сравнению с женской

Наиболее часто высокий уровень агрессивных тенденций, выражающихся в склонности к физической, вербальной и косвенной

агрессии, встречается в выборках учащихся 9 классов, а также среди юношей — учащихся 11 классов Однако достоверные тендерные различия выявлены только по одной из составляющей индекса агрессивности — по склонности к физической агрессии, при этом наблюдается значимое превосходство юношей во всех выборках Значения суммарного показателя индекса агрессивности не достигают критической границы, так как происходит усреднение данных за счет двух других параметров — вербальной и косвенной агрессии, по которым юноши и девушки не имеют выраженных различий Эти данные подтверждают результаты современных исследований тендерных различий агрессивных форм реагирования за исключением склонности к физической агрессии, являющейся частью стереотипа маскулинного поведения, остальные формы активного реагирования, проявляющиеся в виде вербальной и косвенной агрессии, присущи юношам и девушкам в равной мере (Бойко О В , 2005, Berenbaum Н, Irvm S , 1996)

Показатели враждебности заметно ниже, чем показатели агрессивности, при этом наиболее склонными к проявлению обидчивости и подозрительности оказались испытуемые подросткового возраста обоего пола Различия между юношами и девушками не достигают значимости по общему индексу враждебности Таким образом, по большинству показателей агрессивности и враждебности значимых различий между юношами и девушками не выявлено, что существенным образом уточняет имеющиеся данные о тендерных различиях в проявлении агрессивности и враждебности

Выраженные агрессивные тенденции при сопоставлении с данными по другим методикам могут быть проинтерпретированы как способ совладания с тревожностью посредством активно-оборонительных (открытое нападение, использование ненормативной лексики, шуток, сплетен, сопротивление авторитетам) и пассивно-оборонительных (подозрение, раздражение, обида, чувство вины) реакций Таким образом, повышение уровня агрессивности, обсуждаемое в специальной литературе (Берковиц Л, 1990, Хекхаузен X, 2003, Brody L , Hall J, 1993), можно рассматривать как вторичное явление, имеющее приспособительный характер в условиях современной, динамичной, постоянно меняющейся жизни, требующей от молодых людей принимать значимые решения в ограниченных временных рамках, условиях переизбытка информации

Во всех обследованных выборках показатели девушек с высоким уровнем личностной тревожности больше, чем юношей Различия достоверны, за исключением выборки третьекурсников Полученные результаты свидетельствуют о негативной тенденции уже с подросткового возраста в обследованной выборке более 40 % девушек склонны воспринимать окружающую действительность как угрожающую, непредсказуемую, неуправляемую Испытуемых с высокой реактивной тревожностью существенно меньше, чем с высокой личностной тревожностью Достоверные различия выявлены среди первокурсников и пятикурсников, при этом показатели девушек выше, чем у юношей

Среди показателей эмоционального тонуса преобладают ситуативные нарушения. Также значительное количество испытуемых демонстрируют выраженные нарушения эмоционального тонуса. Различия между девушками и юношами в 9 классе выявлены только на уровне тенденции (0,80). В выборке одиннадцатиклассников различия достоверны, в остальных выборках половых различий по уровню эмоционального тонуса не выявлено. Полученные данные не подтверждают широко распространенное мнение о большей склонности девушек к развитию депрессивного состояния. В выборках юношей средние значения эмоционального тонуса указывают на менее выраженные нарушения, однако оценка дисперсии показывает, что среди юношей больше тех, кто находится в более подавленном состоянии, чем среди девушек.

Таким образом, литературные данные о большей предрасположенности девушек, независимо от возраста, к развитию депрессивных состояний (Бобров А. С., 2001; Смулевич А, Б., 2001; Anselmi D., Law А., 1998) не получили полного подтверждения. Очевидно, это связано с диагностическим подходом, ориентированным на выявление эмоционального благополучия испытуемых. Можно предположить, что утверждения современных опросников, выявляющих депрессивные состояния, носят внушающий характер, под влиянием которого девушки склонны переоценивать значимость отрицательных переживаний, выраженность соматической симптоматики.

Половозрастная динамика показателей объема активного словаря представлена на рисунке 1.

9 класс 11 класс 1 курс 3 курс 5 курс

Рис.1 Распределение средних показателей объема активного словаря эмоций

Из данных рисунка 1 следует, что во всех обследованных возрастных выборках девушки имеют более развернутый словарь эмоций, при этом наблюдается положительная динамика указанного показателя от периода

отрочества к моменту завершения профессионального образования Юноши во всех обследованных группах имеют более низкие показатели активного словаря эмоций, при этом объем словаря эмоций пятикурсников сопоставим с данным показателем учащихся 9 классов

При анализе количества положительных, отрицательных и амбивалентных эмоций, упоминаемых среди наиболее частотных, было выявлено преобладание номинативов отрицательных переживаний (ненависть, страх, печаль и т д ) Однако это не может указывать на более развитую систему обозначения негативных эмоций, так как данные лингвистического анализа показывают, что в языке соотношение названий положительных и отрицательных эмоций практически одинаково (Бабенко Л Г, 1989, Мягкова Е Ю, 1990) Таким образом, преобладание номинативов негативных переживаний косвенным образом отражает те тенденции, которые были выявлены в результате исследований уровня тревожности, агрессии, эмоционального тонуса, алекситимии выраженность этих тенденций, по-видимому, находит свое отражение в содержании активного словаря эмоций

Анализ данных по содержанию и объему активного словаря эмоций показал, что обобщенные словари юношей и девушек не охватывают всего объема ОС, включая в себя около половины перечня эмотивов-номинативов Индивидуальные словари составили от 0,9 % до 19,4 % ОС Пример списка наиболее частотных (выше 20 %) номинативов представлен в таблице 2

Таблица 2

Словари высокочастотных эмотивов в выборке

X» Частота Частота Л- Частота Частота

Девушки переживания, баллы упоминания, "/• Юноши переживании, баллы упоминания . %

1 радость 3,17 85,71 1 любовь 2,71 94,4

спокойствие 3,17 85,71 1 радость 2 93 83,3

3 любовь 3 85,71 3 страх 2,14 77 8

4 ненависть 1,67 85,71 4 ненависть 1,79 77,8

5 страх 2 71,43 5 злость 2,17 66,7

6 злость 2,25 57,14 6 грусть 2,38 44,4

7 счастье 3 42,86 7 жалость 2,17 33 3

8 обида 2,33 42,86 8 спокойствие 3,2 27,8

9 грусть 2 42,86 9 счастье 2,8 27,8

10 уверенность 4 28,57 10 удовлетворение 2,75 22,2

11 усталость 4 28 57 11 гордость 2,25 22,2

12 неуверенность 2,5 28,57 12 раздражение 2 22,2

13 раздражение 2,5 28,57 13 стыд 2 22,2

14 волнение 2 28,57 14 обида 1,75 22,2

15 всгревоженность 2 28,57 15 зависть ¡,5 22,2

16 зависть 2 28,57 16 презрение 1,5 22 2

17 напряжение 2 28,57

18 печаль 2 2847

19 разочарование 2 28,57

20 тоска 2 28,57

Девушки во всех возрастных выборках перечисляют больше номинативов эмоций, при этом для них характерно наличие значительного корпуса лексики, общей для каждой возрастной выборки Словари юношей наполнены индивидуальными понятиями, выделяющими каждого юношу из общевозрастной выборки Важно отметить, что среди наиболее частотных переживаний во всех выборках преобладают интенсивные эмоции, при этом соотношение положительных и отрицательных переживаний существенно колеблется в зависимости от пола, возраста и специфики образования обследуемой выборки Анализ продуктивной частотности показал, что наиболее общими для всех половозрастных групп испытуемых являются такие номинативы как любовь, радость, страх, ненависть, т е эмоции высокой интенсивности, что подтверждает данные Д В Люсина (1999), полученные на выборке московских студентов Таким образом, в студенческой выборке наиболее общими являются яркие переживания, что отражает интенсивность эмоционального опыта в данном возрасте

В таблице 3 представлены данные корреляционного анализа взаимосвязи объема активного словаря эмоций и исследованных эмоционально-личностных особенностей

Таблица 3

Результаты корреляционного анализа взаимосвязи объема СЭ с показателями эмоционально-личностных особенностей

ИСПЫТУ ЕМЫЕ FT ЛТ Ал Эм ФА ВА КА Her Раз Под Об ЧВ ЭТ

я Девушки 0 44

es Юноши 0,45 0,44

5 Девушки 047 0,49

= Юноши 0 72 0 47

Фил 0,57 -0 35

5 § Псих 0,14 014

Мат -0,66 0,76

Биол 0 46

Р Фил

Псих 0 42 0 52 0 54

X Э Mir 0 44 0,59 -0 41 -0 50 0 42

X 2 Биол 0,61

фил 0 50 -0 35

5 Псих 0,32

а Мат 0 66 0,55 078 0 50

1Л Бит -0,5 0 49

X Мат 0,60 0 56

о X. S Енот. 0,59 0 60 0 60

Примечание в таблице представлены только значимые корреляции,

РТ — реактивная тревожность, ЛТ — личностная тревожность, Ал — алекситимия, Эм — эмпатия, ФА — физическая агрессия, ВА — вербальная агрессия, Нег — негативизм, Ргв — раздражительность, Под — подозрительность, Об — обида, ЧВ — чувство вины, ЭТ — эмоциональный тонус

Выявлено увеличение взаимосвязи между непосредственно переживаемыми эмоциями и уровнем их представленности в активном словаре в 9 классе те или иные чувства переживаются, но нередко не находят своего отражения в языке В 11 классе усиливаются взаимосвязи между собственными, глубоко значимыми и важными переживаниями и теми понятиями, которые предоставляет язык для фиксации эмоционального опыта По-видимому, в этом возрасте становится возможным уже анализ своих чувств, а не только их непосредственное проживание

В целом, в 9 и 11 классе корреляций существенно меньше, чем среди студенческой выборки Структура корреляционных связей сложна и неоднозначна так, например, корреляции словаря эмоций с уровнем алекситимии высоко значимы, однако являются как положительными, так и отрицательными Корреляции с вербальной агрессией, общим уровнем эмпатии и рядом других показателей, которые, по литературным данным, связаны со способностью называть эмоции и чувства, оказались редки и порой также противоречивы

Наиболее однозначные положительные взаимосвязи показателя «Объем словаря эмоций» выявлены в отношении следующих показателей реактивная тревожность, рациональный канал эмпатии, способность к идентификации, склонность к негативизму. Отрицательные корреляции словаря эмоций прослеживаются с уровнем подозрительности, установкой на эмпатию, показателем выраженности эмоционального канала эмпатии

Анализ корреляций, представленный в таблице 3, показал наличие разных по смыслу взаимосвязей объема активного словаря эмоций и эмоционального опыта, зафиксированного при помощи опросных методик Для юношей характерна взаимосвязь интенсивности отрицательных переживаний (тревоги, обиды, подавленности) и увеличения понятий, фиксирующих эмоциональный опыт Для девушек, напротив, более значимыми с точки зрения развития словаря эмоций являются позитивные переживания

Важно отметить, что во всех выборках противоречивы корреляции с уровнем алекситимии на этапе школьного обучения значимых корреляций не выявлено, в период вузовского обучения взаимосвязи различны, специфичны, во многом парадоксальны, так как могут быть как положительными, так и отрицательными, независимо от пола, возраста и специальности студентов

В целом, можно зафиксировать наличие негативных тенденций в эмоциональной сфере обследованной выборки, сочетающих в себе, недостаточный уровень развития эмпатии, повышенную личностную тревожность, трудности в осознании и вербализации своих эмоций, повышенную агрессивность, причем последняя нередко выражается в сочетании нескольких форм выражения агрессии Наиболее частый вариант повышенные значения по шкалам физической, косвенной, вербальной агрессивности и шкале негативизма

Следует отметить, что девушки-одиннадцатиклассницы демонстрируют наименее благоприятный эмоциональный фон по сравнению с остальными экспериментальными группами Вслед за рядом исследователей (Бойко О В , 2005, Либин А. В , 1999, Brogy L , Hall J , 1993) мы склонны объяснять этот факт непосредственным столкновением девушек с устойчивыми полоролевыми стереотипами о роли и месте женщины в общественной структуре, с одной стороны, и с современными тенденциями, представляющими успешного человека как высокообразованного, активного, независимого Иными словами, в 11 классе девушки оказались в ситуации, когда им приходится самостоятельно искать и вырабатывать модель поведения, сочетающую в себе и черты традиционного феминного поведения (забота о семье, мягкость характера, готовность подчиняться и пр ), и черты традиционно маскулинного поведения (активность, агрессивность, уверенность в себе и пр ) Очевидно, что эта задача является чрезвычайно сложной для формирующейся личности, чем и объясняется большое количество негативных переживаний молодых девушек Юноши, по-видимому, решают данный вопрос путем вытеснения эмоций, снятием напряжения через различные формы проявления физической агрессии

Неоднозначность полученных результатов обусловила необходимость проанализировать данные с позиций контрастных выборок выявление наиболее и наименее выраженных показателей агрессии, эмпатии, тревожности, алекситимии, эмоционального тонуса и оценка достоверности различий объема словаря эмоций в выборках, сформированных по этим критериям

Достоверность различий устанавливалась с помощью критерия Фишера Выделение контрастных выборок по показателю «Уровень алекситимии» показало, что в выборке юношей различия по объему словаря эмоций не достоверны, т е уровень алекситимии не оказывает значимого влияния на показатели объема активного словаря эмоций Достоверные различия выявлены в выборке девушек в группе с низким уровнем алекситимии показатели объема словаря эмоций значимо превосходят аналогичные результаты в выборке с высоким уровнем алекситимии Полученные данные указывают на тендерные различия взаимосвязей когнитивно-эмоциональных особенностей у девушек способность осознавать и отличать свои эмоции от телесных ощущений тесно связана со способностью называть эмоции и чувства У юношей такой взаимосвязи не выявлено, т е для них объем и содержание активного словаря эмоций является, скорее, интеллектуальным показателем, связанным с общими языковыми способностями

Этот вывод подтверждается результатами анализа объема словаря эмоций в контрастных группах, сформированных по другим показателям не выявлено различий по общему активного словаря эмоций в выборках юношей при выделении их по показателям «Уровень эмпатии», «Уровень реактивной тревожности», «Уровень личностной тревожности», «Показатель агрессивности», «Показатель враждебности» Таким образом, при

рассмотрении эмоциональных особенностей юношей показатель «Объем активного словаря эмоций» является в значительной мере независимой характеристикой

В группе девушек выявлены достоверные различия показателя СЭ между выборками с высоким и низким уровнем эмпатии высокоэмпатийные девушки называют достоверно больше эмоций и чувств, чем девушки с низкими показателями эмпатии По остальным параметрам значимых различий не выявлено Полученные результаты позволяют заключить, что в группе девушек намечается влияние ценностных установок на уровень осознания эмоциональных явлений внимание к чувствам другого человека, готовность сопереживать, с одной стороны, а также стремление познавать мир собственных чувств, с другой стороны, создают предпосылки большей осознанности эмоциональных явлений, более дифференцированной их словесной репрезентации в группе девушек по сравнению с юношами

В заключении представлены выводы по работе, определены приоритетные направления дальнейшего исследования данной темы, подчеркивается практическое значение полученных результатов, возможность их использования для развития когнитивно — эмоциональной сферы, гармонизации процессов усвоения эмоционального опыта, его интеграции

ОСНОВНЫЕ ВЫВОДЫ

1 Собран и проанализирован обширный материал по показателям эмоционально-личностных особенностей в возрасте от 13 до 24 лет Выявлены значимые различия между юношами и девушками по показателям эмпатии и личностной тревожности По уровню алекситимии, агрессивности и враждебности значимых различий не обнаружено Показатели низкого эмоционального тонуса преобладают в выборке девушек-одиннадцатиклассниц Полученные результаты существенно уточняют имеющиеся в литературе экспериментальные данные о половозрастных различиях эмоциональных особенностей юношей и девушек

2 Взаимосвязь уровня алекситимии и объема словаря эмоций оказалась противоречивой, зависимой от пола, возраста и специфики образования испытуемых Так, в выборке юношей чаще встречается положительная связь этих параметров, в выборке девушек — отрицательная У девушек с низким уровнем алекситимии показатели объема словаря эмоций значимо превосходят аналогичные результаты в выборке с высоким уровнем алекситимии У юношей эти различия не достигают уровня значимости.

3 Установлено, что высокоэмпатийные девушки называют достоверно больше эмоций и чувств, чем девушки с низкими показателями эмпатии Дифференциация выборки юношей по уровню эмпатии не выявила значимых различий в объеме активного словаря эмоций у высокоэмпатийных и низкоэмпатийных юношей

4 Корреляционный анализ показал, что увеличение объема активного словаря эмоций у девушек тесно связан с преобладанием положительных переживаний, а у юношей — с переживаниями тревоги, враждебности, сниженного эмоционального тонуса Для обеих выборок значимой оказалась отрицательная связь словаря эмоций и уровня подозрительности

5 Значительная часть испытуемых (от 19 % до 60 %) демонстрирует повышенный уровень личностной тревожности, агрессивности, враждебности, алекситимии, снижение эмоционального тонуса, низкий уровень развития эмпатических способностей

6 Анализ обобщенных словарей девушек показал большое количество высокочастотных понятий, характеризующих эмоциональные особенности данной выборки, словари юношей наполнены за счет индивидуальных эмотивов-номинативов

7 Показатели объема активного словаря эмоций у девушек, за исключением выборки девятиклассников, превышают аналогичные показатели у юношей Увеличение объема активного словаря эмоций в выборке девушек тесно связано с возрастом испытуемых У юношей возрастные различия этого показателя недостоверны

СПИСОК ПУБЛИКАЦИЙ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИОННОГО ИССЛЕДОВАНИЯ:

Статья, опубликованная в ведущем рецензированном научном журнале Иванова Е С Эмоциональный тонус и методика его диагностики в молодом и юношеском возрасте // Образование и наука — Екатеринбург Изд-во РАО, 2006 — С 69-74

Тезисы и статьи, опубликованные в сборниках региональных, всероссийских и международных научно-практических конференций

1. Иванова Е С, Лупандин В И Психофизическое исследование эмоций // Практическая психология, 2002 Т 5 Матер регион науч -практич конф // Урал гос пед ун-т — Екатеринбург, 2002 — С 28-30

2 Иванова Е С, Лупандин В И Возрастные особенности эмоций и чувств // Психол вестник Урал гос ун-та имени A M Горького — Екатеринбург Изд-во «Банк культурной информации», 2002 — С 30-34

3 Иванова Е С Методология и методы исследования эмоциональной сферы личности // Психол вестник Урал гос ун-та имени A M Горького — Екатеринбург Изд-во Урал ун-та, 2005 — С 215-219

4 Иванова Е С, Латушкина Е В, Лупандин В И Два подхода к исследованию «эмоционального пространства» студентов — психологов младших курсов II Психол вестник Урал гос ун-та имени A M Горького — Екатеринбург Изд-во Урал ун-та, 2005 —С 219-226

5 Иванова Е С Сравнительный анализ научного и естественного словарей эмоций // Практическая психология, 2005 Т 8 Матер регион науч -практич конф /Урал гос пед ун-т —Екатеринбург, 2005 —С 107-109

6 Иванова Е С Словарь эмоций на пересечении лингвистики и психологии // Тезисы докладов Междунар конф «Знак иконы, индексы, символы» — СПб Филол ф-т СПбГУ, 2005 — С 32-34

7 Иванова Е С Дисгармоничность эмоциональной сферы студентов математического факультета // Прикладная психология как ресурс социально — экономического развития современной России Материалы межрегион науч -практ конф — M AHO УМО «Инсайт», 2005 — С 187-188

8 Иванова Е С, Богатырева Е А Дисгармоничность эмоциональной сферы учащихся выпускных классов // Практич психология, 2006 Матер регион науч -практич конф / Урал гос. пед ун-т — Екатеринбург, 2006 — С 19-21

9 Иванова Е С, Мироненко А В Особенности эмоциональной сферы мужчин и женщин в период ранней взрослости // Практическая психология, 2006 Матер регион науч -практич. конф / Урал гос пед ун-т — Екатеринбург, 2006 — С 69-72

10 Иванова Е С, Смирнова H H Эмоциональные особенности студентов пятого курса классического университета // Практическая психология, 2006 Матер регион науч -практич конф / Урал гос пед ун-т — Екатеринбург, 2006 — С 63 - 66

11 .Иванова Е С Взаимосвязь словаря эмоций с показателями дисгармоничности эмоциональной сферы // Материалы 13-й Междунар конф студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов-2006» Т 2 — M Изд-во МГУ, 2006 — С 459-461

12 Иванова Е С Взаимосвязь словаря эмоций с некоторыми особенностями эмоциональной сферы у старших школьников // Культура, личность, социум взгляд молодых психологов (в рамках Всероссийского гуманитарного форума «Сибирские Афины») / Мат-лы Всерос науч -практич конф студентов и аспирантов II Под ред С А Богомаза, Ю В Сметановой — Томск «Аграф-Пресс», 2006 — С 63-66

13 Иванова Е С, Смирнова H H Взаимосвязь профессионального образования и эмоциональных особенностей студентов различных специальностей // Личностный ресурс субъекта труда в изменяющейся России Материалы 1-й Междунар науч-практ конф 4-7 октября, 2006 — Кисловодск — Ставрополь — Москва СевКавГТУ, 2006 — С 141 - 143.

Подписано в печать 24 04 07 Форма 60x84/16 Уел печ л 1,6 Тираж 100 экз Заказ № ^

Отпечатано в ИПЦ «Издательство УрГУ». 620083, г Екатеринбург, ул Тургенева, 4

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Иванова, Екатерина Сергеевна, 2007 год

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ ИССЛЕДОВАНИЯ ВЗАИМОСВЯЗИ ЭМОЦИЙ И ЛИЧНОСТНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ

1.1. Основные проблемы психологии эмоций.

1.1.1. Проблемное поле зарубежных исследований.

1.1.2. Отечественные разработки в сфере психологии эмоций.

1.2. Психологические и лингвистические подходы к вопросу вербальной репрезентации эмоций.

1.2.1. Проблема единства аффекта и интеллекта в психолингвистике и психосемантике.

1.2.2. Роль эмотивов-номинативов в репрезентации субъективных переживаний.

1.3. Влияние эмоций на формирование личностных особенностей.

1.3.1. Тревожность, эмпатия, агрессивность и алекситимия как эмоционально-личностные характеристики.

1.3.2. Понятие эмоционального тонуса и предпосылки его диагностики.

1.3.3. Исследование эмоциональной сферы в психосемантике.

1.4. Выводы по теоретической главе.

ГЛАВА 2. ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ ВЗАИМОСВЯЗИ ПОКАЗАТЕЛЕЙ ЭМОЦИОНАЛЬНО-ЛИЧНОСТНЫХ ОСОБЕННОСТЕЙ И

АКТИВНОГО СЛОВАРЯ ЭМОЦИЙ

2.1. Организация и этапы исследования.

2.2. Методики исследования.

2.2.1. Описание и обоснование методик исследования.

2.2.2. Разработка и описание авторских экспериментальных методик.

2.3. Результаты исследования.

2.3.1. Результаты исследования эмоционально-личностных особенностей испытуемых.

2.3.2. Результаты исследования активного словаря эмоций.

2.3.3. Результаты корреляционного анализа.

2.3.4. Результаты исследования данных контрастных выборок.

2.4. Выводы по экспериментальной главе.

Введение диссертации по психологии, на тему "Исследование взаимосвязи эмоционально-личностных особенностей и активного словаря эмоций"

Актуальность. Как указывают исследователи [13, 27, 71, 91, 94, 148], современное человекознание характеризуется расширением влияния гуманистической парадигмы, в центре внимания которой находятся вопросы о специфике человеческого бытия в мире, о природе и внутренней закономерности человеческой уникальности, целостности и ценности. Такие проблемы находят свое решение в синтезе различных областей гуманитарного знания, взаимопроникновении методов познания таких наук как философия, психология, семиотика, лингвистика. Изучение внутреннего мира личности является одной из актуальных проблем современной психологии.

Одним из исследовательских подходов, реализующихся в данном направлении, выступает субъектная парадигма анализа данных, в которой испытуемый характеризуется множеством параметров в многомерном пространстве [147]. Это позволяет глубже проникнуть во внутренний мир личности, воссоздать ее индивидуальное своеобразие. Человек рассматривается не как объект психологического воздействия или исследования, а как эксперт собственного опыта. Процесс объективации фрагментов картины внутреннего мира и работа с ними дает человеку возможность перевести в область осознания «проблемные зоны», переструктурировать и осуществить внутреннюю регуляцию своих представлений о действительности.

Какие бы условия ни определяли жизнь и деятельность человека — внутренне, психологически действенными они становятся лишь в том случае, если им удается проникнуть в сферу его эмоциональных отношений, преломиться и закрепиться в ней [45]. Если такие психические процессы как восприятие и мышление позволяют человеку более или менее объективно отражать окружающий мир, то эмоции служат для отражения субъективного отношения человека к самому себе и к действительности, подчеркивая личностную значимость происходящего [71].

Многие исследователи [25, 30, 42, 59, 75, 130, 144, 166] подчеркивают, что современная теория эмоций часто не выдерживает испытания фактами, поэтому одной из основных задач в настоящее время является сбор и систематизация феноменологического материала. Причины неразработанности единой, общепризнанной теории эмоций связаны с объективной сложностью самой проблемы, принципиальным отличием эмоциональных явлений от познавательных (когнитивных). Эмоции — более древняя («первичная») форма отражения, чем опосредованные речью познавательные процессы, которые в большей степени осуществляются под контролем сознания [139; с. 6-7].

Таким образом, изучение эмоций, как значимой составляющей внутреннего мира личности, тесно связано с проблемой опосредования эмоционального опыта процессами его когнитивной переработки, формами репрезентации субъективных феноменов.

Проблема репрезентации действительности в сознании субъекта, структурной организации и содержательного наполнения индивидуального жизненного мира исследуется в различных направлениях психологической науки - как отечественной, так и зарубежной. Тема опосредования мировосприятия человека субъективным жизненным опытом присутствует в концепциях личности зарубежных психологов — К. Роджерса, А. Адлера, К. Левина, X. Томэ [195, 197]. В отечественной психологии проблема жизненного мира разрабатывалась С. JI. Рубинштейном [120], А. Н. Леонтьевым [72], Д. А. Леонтьевым [74], Ф. Е. Василюком [27].

В настоящее время наиболее остро стоит вопрос об объективации тех феноменов, которые составляют эмоциональное пространство внутреннего плана, уровня переживаний личности. Исследователями [7, 119, 177, 181] подчеркивается необходимость выявления понятий, которые непосредственно называют эмоции, выполняя таким образом номинативную, означивающую функцию. В этом направлении активно работают и психологи, и лингвисты. При этом подчеркивается, что формирование картины мира задействует все стороны психического — от ощущения до самосознания. Картина мира выполняет многообразные функции в жизнедеятельности человека: отражение объективного мира, структурирование и интерпретация жизненных явлений, регуляция поведения [56].

Как указывает JI. Г. Бабенко, в настоящее время остро стоит вопрос о выявлении в полном объеме, без каких-либо ограничений корпуса эмотивной лексики и создание ее глобальной классификации [7].

Восприятие своего эмоционального опыта, отражение его в знаках — номинативах эмоций и чувств является частью процесса создания целостной картины многообразного и структурированного внутреннего мира. Однако современные исследования в данной области представлены работами психологов и лингвистов, которые, ссылаясь на неразработанность данной тематики, остаются в рамках рассмотрения частных вопросов. В результате исследования психологов нередко ограничиваются изучением количества «базовых» эмоций [53], либо выделением двух-трех измерений, призванных описать все многообразие эмоций и чувств без их детализации и дифференциации [42], а материалы лингвистических исследований содержат в разделах «Эмоции, чувства, состояния» понятия, описывающие другие сферы психического [121]. Представляется, что объединение данных подходов позволит преодолеть существующие недостатки лингвистического и психологического походов к изучению эмоций и восстановить целостный процесс восприятия, отображения и репрезентации в знаковых формах эмоционального опыта личности.

Изучение размерности эмоционального пространства — важный этап исследования, однако до настоящего времени решение этого вопроса было затруднено в связи с отсутствием полного перечня понятий, позволяющего объективировать, уточнить те феномены, которые наполняют это пространство, составляют его непосредственное содержание. В связи с чем встает проблема исследования «языка эмоций», под которым подразумевается совокупность вербальных обозначений эмоций, рассматривающихся как средство их осознания [40, 177, 181]. Изучение языка эмоций может помочь в целом разработке проблем сознания и самосознания, особенно в связи с вопросом о возрастных изменениях структуры и содержания значений, о развитии категориальных структур сознания.

Создание полного словаря эмоций и чувств осложнено многообразием эмоциональных явлений, их тесной связью с индивидуальностью субъекта. В настоящее время исследователи указывают на сокращение словаря эмоций у современного человека. Авторы [56, 137] подчеркивают, что бедность и недифференцированность эмоционального словаря ведет к формированию особого типа сознания и мышления — сознания, в котором внутренняя жизнь очень мало представлена. Результатом этих процессов, считают исследователи, является нарастание негативных тенденций, увеличение психосоматических заболеваний, личностных нарушений различной степени тяжести.

Данные процессы связаны с сигнальной функцией эмоций: через переживание сознанию репрезентируется непосредственная ценность происходящего с точки зрения мотивов выполняемой деятельности. Эмоции, считает Ф. В. Бассин, выполняют роль одного из механизмов перевода неосознаваемого в осознаваемое [11].

По современным представлениям (имеются ввиду работы отечественных ученых), эмоции составляют базисную основу смыслов, смысловых образований, а их осознание возможно лишь в форме означивания, являющегося результатом интеллектуальной деятельности, направленной на вербализацию переживания [74,142].

Таким образом, личностные смысловые образования, появляясь в жизни, в деятельности субъекта, определяют собой содержание его прошлого опыта, выражают «отношение к осознаваемым объективным явлениям»

72; с. 302], и наиболее прямо и непосредственно проявляются в эмоциональных переживаниях.

Итак, проблема данного исследования была сформулирована следующим образом: анализ литературы выявил противоречие между признаваемым всеми исследователями многообразием эмоций и чувств и существующими исследовательскими подходами, изучающими либо ограниченное количество «базовых» эмоций, либо размерность эмоционального пространства. Предполагается, что изучение объема и содержания активного словаря эмоций позволит более полно выявлять эмоциональные особенности испытуемых, однако это предположение нуждается в проверке наличия значимых взаимосвязей объема словаря эмоций с эмоционально-личностными особенностями.

Актуальность данной темы, наличие большого количества нерешенных вопросов обусловили формулировку цели и гипотезы данного исследования, выбор методических средств и методологической основы анализа экспериментальных данных.

Цель работы: выявить взаимосвязь количественных и содержательных характеристик активного словаря эмоций с показателями эмоционально-личностных особенностей.

Объект исследования: эмоционально-личностные особенности юношей и девушек.

Предмет исследования: активный словарь эмоций как отражение многообразия эмоционально-личностных особенностей субъекта.

Гипотеза исследования: активный словарь эмоций отражает наиболее значимые переживания, что проявляется в тесной взаимосвязи его объема и содержания с эмоционально-личностными особенностями испытуемых.

Достижение цели и проверка гипотезы исследования запланированы путем решения следующих задач:

1. Анализ психологического и лингвистического подходов к рассмотрению вопросов взаимосвязи эмоционального опыта, его субъективной оценки и его знаковой (вербальной) репрезентации.

2. Подбор надежных стандартизированных методик, исследующих эмоционально-личностные особенности.

3. Разработка и апробация экспериментальных исследовательских методик, направленных на выявление наиболее значимых переживаний испытуемых.

4. Разработка списка эмоций, охватывающего многообразие эмотивов-номинативов, представленных в лексике современного русского языка.

5. Анализ содержания и объема индивидуальных и обобщенных словарей эмоций испытуемых различного пола, возраста, уровня образования, рассмотрение взаимосвязей словаря эмоций с показателями тревожности, агрессии, эмпатии, алекситимии, эмоционального тонуса.

Экспериментальная база. На различных этапах эксперимента приняли участие 936 испытуемых в возрасте 13-24 лет (648 девушек, 288 юношей). В состав выборки вошли учащиеся 9 и 11 классов гимназий и общеобразовательных школ г. Екатеринбурга, студенты 1, 3, 4, 5 курсов математического, биологического, филологического и психологического факультетов Уральского государственного университета им. А. М. Горького.

Теоретико-методологической основой исследования выступили: концепция смысловой структуры сознания, разработанная JI. С. Выготским, А. Н. Леонтьевым и развивающаяся в трудах Е. Ю. Артемьевой, Д. А. Леонтьева, В. В. Столина; ассоциативный подход к исследованию индивидуальных особенностей, разрабатываемый А. Р. Лурия; концепция языковой личности Ю. Н. Караулова; парадигма субъектно-ориентированного психодиагностического подхода А. Г. Шмелева; системнодеятельностный подход к объяснению особенностей формирования и знаковой репрезентации эмоционального опыта.

Научная новизна работы. Впервые проведено исследование взаимосвязи объема и содержания активного словаря эмоций с такими характеристиками эмоциональной сферы, как -уровень реактивной и личностной тревожности, агрессии, алекситимии, эмпатическими способностями, эмоциональным тонусом. Установлено влияние пола, возраста, специфики образования испытуемых на объем и содержание понятий, составляющих активный словарь эмоций, содержание корреляций словаря эмоций с эмоционально-личностными особенностями юношей и девушек.

Выявлены наиболее часто упоминаемые эмоции, которые представляют собой значимые переживания, эмоционально окрашивающие тот или иной этап становления личности. Показано, что для девушек характерно большее количество общих для данной выборки эмотивов-номинативов. Словари юношей содержат больше индивидуальных знаковых ' форм репрезентации эмоций.

Предложена авторская экспериментальная методика, исследующая : эмоциональный тонус (понятие, характеризующее ориентированность на позитивные эмоции, отсутствие соматизации отрицательных переживаний). Методика прошла процедуру установления тестовых норм, проверку на показатели валидности и надежности.

Разработан «Основной список эмоций и чувств», достаточно полно репрезентирующий эмотивы-номинативы, зафиксированные в лексике современного русского языка. Данный список позволяет уточнить и объективировать многообразие эмоциональных явлений, намечает пути к более глубокому исследованию, классификации и развитию эмоциональных феноменов.

Теоретическая значимость исследования. Использование психосемантического подхода позволяет реализовать принцип единства аффекта и интеллекта, сформулированный JI. С. Выготским при описании целостного процесса психического развития. Определение, объективация содержания категории «эмоция» через перечень номинативов эмоциональных феноменов способствует продвижению к созданию наиболее полной и структурированной классификации эмоций, очерчивает границы предметной области психологии эмоций, что является важным этапом на пути построения теории эмоций. В результате проведенного исследования показано, что девушки имеют более развернутый активный словарь эмоций, наблюдается положительная динамика этого показателя от периода отрочества к моменту завершения профессионального образования. Юноши имеют более низкие показатели активного словаря эмоций, при этом динамика указанного признака неустойчива: объем словаря эмоций пятикурсников сопоставим с данным показателем учащихся 9-х классов. Наиболее развитый словарь эмоций выявлен у юношей-одиннадцатиклассников.

Проанализированы особенности взаимосвязей объема активного словаря и характеристик, отражающих непосредственный эмоциональный опыт юношей и девушек. Показано, что в выборке юношей увеличение объема активного словаря эмоций связано с преобладанием отрицательных переживаний (тревоги, подавленности), тогда как в выборке девушек значимым фактором, связанным с развитием объема словаря эмоций, является преобладание позитивных переживаний (низкий уровень тревоги, чувства вины, подавленности и раздражения). Общим фактором, позитивно влияющим на увеличение объема активного словаря эмоций, для юношей и девушек является чувство доверия, способствующее расширению знаковой репрезентации эмоций в форме эмотивов-номинативов.

Выявлен важный факт неоднозначной связи уровня алекситимии и объема активного словаря эмоций: в выборке студентов обнаружены как положительные, так и отрицательные значимые корреляции данных показателей. В выборке учащихся значимые взаимосвязи этих характеристик отсутствуют, что указывает на значимость общеинтеллектуального и личностного развития для формирования знаковой репрезентации эмоционального опыта.

Выявленные половозрастные особенности отображения эмоционального опыта в активном словаре эмоций представляются значимыми с позиций личностно-ориентированного подхода в психологии. Возрастные различия исследованных характеристик в значительной мере отражают сложный и многоплановый процесс эмоционально-личностного развития на этапах отрочества, юности и ранней молодости.

Практическая значимость исследования заключается в том, что полученные результаты намечают пути развития эмоциональной сферы в условиях образовательной системы, подчеркивают сложность и неоднозначность процесса перенесения опыта эмоциональных переживаний в сферу осознанных, наполненных личностными смыслами понятий. Данные проведенного исследования непосредственно указывают на необходимость специального внимания образовательной среды к развитию эмоциональной сферы, так как в настоящее время, в связи с акцентом на развитие познавательных процессов, наблюдаются дисгармоничность эмоционально-личностного становления юношей и девушек, затруднения в эмпатическом взаимодействии, наличие трудностей в осознании эмоций, что ведет к вытеснению, соматизации переживаний.

Результаты исследования могут быть положены в основу обучающих программ, социально-психологических тренингов, развивающих занятий.

Значимость настоящей работы состоит в формировании комплекса методик, разработке и стандартизации новых методов исследования эмоциональной сферы, позволяющих разносторонне изучать процесс эмоционально-личностного развития на различных этапах онтогенеза.

Апробация работы. Результаты исследования докладывались и обсуждались на кафедре психофизиологии и психофизики Уральского государственного университета имени А. М. Горького (Екатеринбург, 200111

2007 гг.). Данные экспериментального исследования были представлены на Международной конференции «Знак: иконы, индексы, символы» (Санкт-Петербург, СПбГУ, 2005 г.), 13-й Международной научной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов-2006» (Москва, МГУ, 2006 г.), на 1-й Международной научно-практической конференции «Личностный ресурс субъекта труда в изменяющейся России» (Ставрополь, СевКавГТУ, 2006 г.) и ряде региональных научно-практических конференций (Екатеринбург: УрГУ, УрГПУ, 2002-2006 гг.).

Материалы работы включены в учебный курс «Дифференциальная психофизиология», спецкурсы «Психофизиология эмоций» и «Развитие эмоций в онтогенезе», практикум по общей психологии (УрГУ, 2002-2007 гг.). По данным курсам разработаны программы и методические пособия для студентов факультета психологии.

Публикации. По теме диссертации опубликовано 14 работ.

Положения, выносимые на защиту:

1. Репрезентация эмоционального опыта в форме названий эмоций и чувств связана с полом, возрастом и спецификой образования.

2. Объем словаря эмоций у девушек тесно связан со способностью сопереживать другим, осознавать собственные переживания, интерпретировать соматические проявления, сопоставлять их с испытываемыми переживаниями.

3. Эмоционально-личностные особенности девушек более тесно и непротиворечиво связаны с объемом и содержанием активного словаря эмоций, чем у юношей. В выборке юношей характер связи словаря эмоций с эмоционально-личностными особенностями указывает, что этот показатель ближе примыкает к когнитивной сфере.

4. Девушки обладают более развитыми номинативными способностями вербальной репрезентации эмоций по сравнению с юношами, активные словари которых характеризуются меньшим объемом и более индивидуальным содержанием используемых эмотивов-номинативов.

5. Активный словарь эмоций в своем содержательном аспекте отражает актуальные переживания испытуемых, что позволяет рассматривать его как эмоционально-личностную характеристику.

Структура и объем работы. Диссертация изложена на 142 страницах, состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы, включающего 198 источников, из них 42 на иностранном языке. Работа проиллюстрирована 18 таблицами и 12 рисунками.

Заключение диссертации научная статья по теме "Общая психология, психология личности, история психологии"

2.4. Выводы по экспериментальной главе.

1. Собран и проанализирован обширный материал по показателям эмоционально-личностных особенностей в возрасте от 13 до 24 лет. Выявлены значимые различия между юношами и девушками по показателям эмпатии и личностной тревожности. По уровню алекситимии, агрессивности и враждебности значимых различий не обнаружено. Показатели низкого эмоционального тонуса преобладают в выборке девушек-одиннадцатиклассниц. Полученные результаты существенно уточняют имеющиеся в литературе экспериментальные данные о половозрастных различиях эмоциональных особенностей юношей и девушек.

2. Взаимосвязь уровня алекситимии и объема словаря эмоций оказалась противоречивой, зависимой от пола, возраста и специфики образования испытуемых. Так, в выборке юношей чаще встречается положительная связь этих параметров, в выборке девушек — отрицательная. У девушек с низким уровнем алекситимии показатели объема словаря эмоций значимо превосходят аналогичные результаты в выборке с высоким уровнем алекситимии. У юношей эти различия не достигают уровня значимости.

3. Установлено, что высокоэмпатийные девушки называют достоверно больше эмоций и чувств, чем девушки с низкими показателями эмпатии.

Дифференциация выборки юношей по уровню эмпатии не выявила значимых различий в объеме активного словаря эмоций у высокоэмпатийных и низкоэмпатийных юношей.

4. Корреляционный анализ показал, что увеличение объема активного словаря эмоций у девушек тесно связан с преобладанием положительных переживаний, а у юношей — с переживаниями тревоги, враждебности, сниженного эмоционального тонуса. Для обеих выборок значимой оказалась отрицательная связь словаря эмоций и уровня подозрительности.

5. Значительная часть испытуемых (от 19 % до 60 %) демонстрирует повышенный уровень личностной тревожности, агрессивности, враждебности, алекситимии, снижения эмоционального тонуса, низкий уровень развития эмпатических способностей.

6. Анализ обобщенных словарей девушек показал большое количество высокочастотных понятий, характеризующих эмоциональные особенности данной выборки; словари юношей наполнены за счет индивидуальных эмотивов-номинативов.

7. Показатели объема активного словаря эмоций у девушек, за исключением выборки девятиклассников, превышают аналогичные показатели у юношей. Увеличение объема активного словаря эмоций в выборке девушек тесно связано с возрастом испытуемых. У юношей возрастные различия этого показателя недостоверны.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Многочисленные проблемы, характерные для современного общества, такие как рост числа тревожных и депрессивных расстройств, высокий уровень агрессивности среди подростков и молодежи, остро переживаемые возрастные кризисы, затруднения в межличностных контактах и установлении прочных семейных отношений в значительной мере являются результатом недостаточного внимания социальных институтов и социальной практики к развитию, формированию, гармонизации эмоциональной сферы. Эмоции и чувства принимаются современной культурой с большими ограничениями, а научное исследование этих психических явлений продолжает сталкиваться с требованиями «объективного» подхода, основанного на традициях позитивистской философии, что противоречит самой сути эмоциональных феноменов, тесно связанных с субъективным отражением индивидуального, пристрастного отношения к окружающей действительности и процессам, происходящим во внутреннем мире личности.

В результате психология эмоций, по мнению специалистов, до настоящего времени остается наименее изученной областью научного знания, а общественная практика ограничивается утверждением стереотипа современного человека как «сознательного», «неэмоционального», способного контролировать, т. е. подавлять и вытеснять проявления большинства испытываемых переживаний. Темп и насыщенность современной жизни приводят к тому, что человек не успевает осознавать и репрезентировать себе и окружающим свои эмоции и чувства, связанные с происходящими событиями, что затрудняет межличностные контакты, обедняет связь человека с миром, в котором он продолжает жить и действовать, препятствует дифференциации и структуризации внутреннего мира личности.

Субъективность, многообразие, сложные взаимосвязи эмоциональных явлений с внешними и внутренними факторами обуславливают необходимость междисциплинарного подхода к их исследованию, объединение приемов и методов различных наук о человеке.

Проведенное исследование направлено на решение целого спектра задач теоретического и прикладного характера. В результате анализа литературы представлена возможность объединения данных лингвистических и психологических исследований в сфере эмоций и чувств. Применение лингвистического метода сбора лексического материала, фиксирующего многообразие эмоциональных феноменов, а затем критическое осмысление полученных данных с позиций психологического метода позволило разработать список эмоций и чувств, достаточно полно репрезентирующий перечень эмоциональных явлений, представленный в русском зыке в форме существительных, называющих эмоции (эмотивы-номинативы).

Данный список использовался при анализе индивидуальных словарей эмоций и чувств испытуемых, участвовавших в исследовании, с целью выделения из «естественного» тезауруса тех понятий, которые раскрывают категории «эмоция» и «чувство» с точки зрения их содержательного, а не экспрессивного аспекта.

Рассмотрение объема активного словаря эмоций с учетом пола и возраста испытуемых выявило положительную динамику данного показателя в группе девушек. В выборке юношей такой динамики не выявлено. В целом, за исключением выборки девятиклассников, девушки демонстрируют более развитые номинативные способности вербальной репрезентации эмоций, следовательно, их знания о многообразии переживаний обширнее, чем у юношей. Активные словари юношей менее объемны и в значительной мере наполнены индивидуальными понятиями, называющими то или иное переживание.

Рассмотрение показателей эмоционально-личностных особенностей юношей и девушек выявило, что среди исследованных характеристик девушки достоверно преобладают по уровню эмпатических способностей и личностной тревожности. Значимых различий по уровню алекситимии, агрессивности и враждебности не обнаружено, что дополняет и уточняет экспериментальные данные, представленные в литературе. Наименее благоприятный эмоциональный фон демонстрируют девушки-одиннадцатиклассницы: у них, по сравнению с юношами-одиннадцатиклассниками и другими выборками девушек, значительно ниже показатели эмоционального тонуса, что связано с переоценкой значимости негативных переживаний, выраженной склонностью к соматизации эмоций.

Анализ структуры и содержания корреляций между объемом активного словаря эмоций и показателями алекситимии, реактивной и личностной тревожности, эмпатии, агрессивности, эмоционального тонуса выявил половозрастную специфику этих взаимосвязей. В выборке старшеклассников эти корреляции представлены в меньшей степени, чем в выборке пятикурсников, что указывает на интеграцию эмоционального опыта в сферу сознания, увеличение степени его осознанности в процессе развития личности.

Также был установлен факт полярности переживаний, обуславливающих рефлексивно-репрезентативный перевод эмоционального опыта в словесные категории: для девушек наиболее значимо оказалось преобладание позитивных, а для юношей — негативных эмоций и чувств. Таким образом, переживание позитивных эмоций девушками и отрицательных — юношами — способствует фиксации внимания на осмыслении собственных эмоциональных процессов, повышении степени осознанности в отношении этого аспекта внутреннего мира личности.

Полученные данные намечают пути развития эмоциональной сферы с учетом половозрастных особенностей, подчеркивают необходимость разработки программ, направленных на формирование навыков рефлексии собственных переживаний, усвоения эмоционального опыта, повышение чувствительности к эмоциям других людей, умение осуществлять саморегуляцию в процессе общения. Разработка и реализация таких программ может послужить профилактике девиантного поведения, школьной и вузовской дезадаптации, скорректировать проявление психосоматических нарушений в жизни и деятельности юношей и девушек, способствовать повышению качества жизни, укреплению психоэмоционального здоровья современной молодежи.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Иванова, Екатерина Сергеевна, Екатеринбург

1. Аболин JI. М. Психологические механизмы эмоциональной устойчивости человека. — Казань: Изд-во Казанского ун-та, 1987. — 264 с.

2. Александрова 3. Е. Словарь синонимов русского языка: Практический справочник: Ок. 11 ООО синонимических рядов. 9-е изд. — М.: Русский язык, 1998.-495 с.

3. Анастази А. Психологическое тестирование. Кн. 2. // Пер. с англ. / Под ред. Н. М. Гуревича, В. И. Лубовского. — М.: Педагогика, 1982. — 336 с.

4. Аргайл М. Психология счастья. // Пер. с англ. //Общ. ред. М. В. Кларина.

5. М.: Прогресс, 1990. — 336 с.

6. Артемьева Е. Ю. Психология субъективной семантики. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1980.—128 с.

7. Астапов В. М. Тревожность у детей. — СПб.: Питер, 2004. — 224 с.

8. Бабенко Л. Г. Лексические средства обозначения эмоций в русском языке.

9. Свердловск: Изд-во Урал, ун-та, 1989. — 184 с.

10. Баженова М. И. Эффекты алекситимии на показатели психосоматического неблагополучия // Практическая психология, 2002. Ежегодник. Т.5. Матер, регион, науч.-практ. конф. — Екатеринбург: Урал. гос. пед. ун-т, 2002. — С. 8-10.

11. Бароненко В. А., Раппопорт Л. А. Здоровье и физическая культура студента // Под ред. В. А. Бароненко. — М.: Альфа-М, 2003. — 352 с.

12. Бассин Ф. Е. Сознание и бессознательное. — М., 1962. — 81 с.

13. Бахчеева Э. П., Ватолина Ю. В. Тревога, тревожность, страх // Материалы 13-й Междунар. конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов-2006». Т.2. — М.: Изд-во МГУ, 2006. — С. 451-452.

14. Березина Т. Н. Исследование внутреннего мира человека методом анализа характеристик мысли и образа // Психологический журнал, 1999. Т.20, №8. — С. 27-37.

15. Берковиц Л. Агрессия: причины, последствия и контроль. — СПб: Прайм -Еврознак, 1990. —512 с.

16. Бобров А. С. Эндогенная депрессия. — Иркутск: РОИ ГИУВа, 2001. — 384 с.

17. Богуславский В. М. Словарь оценок внешности человека. — М.: Космополис, 1994. — 336 с.

18. Бойко В. В. Энергия эмоций. — СПб: Питер, 2004. — 474 с.

19. Бойко О. В. Тендерные аспекты психического здоровья // Вопросы психологии, 2005, № 1, —С. 110-115.

20. Братусь Б. С. Аномалии личности. — М.: Изд-во «Мысль», 1988. — 301 с.

21. Бреслав Г. М. Эмоциональные особенности формирования личности в детстве: норма и отклонения. — М.: Педагогика, 1990. — 144 с.

22. Буланов К.Л. Роль агрессии и тревоги в структуре смешанных нарушений психологического развития // Практическая психология, 2006. Ежегодник. Материалы регион, науч-практ. конф. — Екатеринбург: Урал. гос. пед. унт, 2006. —С. 54-56.

23. Бурлачук Л. Ф. Психодиагностика. — СПб: Питер, 2002. — 352 с.

24. Бурлачук Л. Ф., Морозов С. М. Словарь-справочник по психодиагностике. — СПб: Питер Ком, 1999. — 528 с.

25. Бэрон Р., Ричардсон Д. Агрессия. — СПб: Питер, 1998. — 336 с.

26. Васильев И. А., Поплужный В. Л., Тихомиров О. К. Эмоции и мышление. — И.: Изд-во Моск. ун-та, 1980. — 192 с.

27. Васильева О. С., Филатов Ф. Р. Психология здоровья человека: эталоны, представления, установки. — М.: Изд. центр «Академия», 2001. — 352 с.

28. Василюк Ф. Е. Психология переживания. Анализ преодоления кризисных ситуаций. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. — 200 с.

29. Веккер JI. М. Психика и реальность: Единая теория психических процессов. — М.: Смысл; Per Se, 2000. — 685 с.

30. Вилюнас В. К. Психология эмоциональных явлений. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1976, — 143 с.

31. Вилюнас В. К. Перспективы развития психологии эмоций // В сб. Тенденции развития психологической науки. — М.: Наука, 1989. — с. 46-60.

32. Витт Н. В. Личностно-ситуационная опосредованность выражения и распознавания эмоций в речи. // Вопросы психологии, 1991, № 1. — с. 95 107.

33. Выготский Л. С. Психология развития человека. — М.: Изд-во «Смысл», 2003.- 1136 с.

34. Высоков Н. Е., Люсин Д. В. Внутренняя структура естественных категорий: типичность // Психол. журнал, Т.19, 1998, № 6. — С. 34-45.

35. Гаврилова Т. П. Учитель и семья школьника. — М.: Знание, 1989. — 79 с.

36. Ганзен В. А. Системные описания в психологии. Л.: Изд-во Ленингр. ун-та, 1984. — 176 с.

37. Гаранькова Н. Ю. Тревожность школьников в условиях социально -экономического кризиса: от подросткового к юношескому возрасту. Автореф. канд. дисс. — Пермь, 2000. — 26 с.

38. Гильбух Ю. 3. Надежность психологических тестов и пути ее повышения // Вопросы психологии, 1979. № 3. — С. 96-105.

39. Гозман JI. Я. Психология эмоциональных отношений. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1987. — 176 с.

40. Горбатков А. А. Динамика связи между положительными и отрицательными эмоциями // Вопросы психологии, 2002, № 4. — С. 132-141.

41. Гордеева О. В. Развитие языка эмоций у детей // Вопросы психологии, 1995, №2. —С. 137-149.

42. Грановская Р. М. Элементы практической психологии. — JL: Изд-во Ленинград, ун-та, 1984. — 392 с.

43. Данилова Н. Н. Психофизиология. — М.: Аспект Пресс, 2004. — 368 с.

44. Дарвин Ч. Выражение эмоций у животных и человека. СПб: Питер, 2004. —230 с.

45. Додонов Б. И. Эмоция как ценность. — М.: Политиздат, 1978. — 272 с.

46. Дубровский Д. И. Психические явления и мозг. — М.: Наука, 1971. — 386 с.

47. Егорова М. С. Психология индивидуальных различий. — М.: Планета детей, 1997. —328 с.

48. Забродин Ю. М. Об уровнях рассмотрения психической реальности //В сб. Проблемы психологии субъективных суждений и оценок. — Изд-во Сарат. ун-та, 1984. — с.3-9.

49. Залевская А. А. Слово в лексиконе человека: психолингвистическое исследование. — Воронеж: Изд-во Воронеж, ун-та, 1990. — 208 с.

50. Запорожец А. В. Избранные психологические труды. Т. 1.: Психическое развитие ребенка. — М.: Педагогика, 1986. — 320 с.

51. Захаров А. И. Как преодолеть страхи у детей. — М.: Педагогика, 1986. — 112 с.

52. Зейгариик Б. В., Братусь Б. С. Очерки аномального развития личности. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1980. — 169 с.

53. Ивкина Е. П. Изучение психологических особенностей подростков (на примере агрессивности и мотивации к успеху) // Материалы 13-й Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов-2006». Т.2. — М.: Изд-во МГУ, 2006. — С.387-388.

54. Изард К. Психология эмоций // Пер. с англ. — СПб.: Питер, 2000. — 464 с.

55. Ильин Е. П. Дифференциальная психофизиология мужчины и женщины.

56. СПб: Питер, 2002. — 544 с.

57. Исаев Д. Н. Эмоциональный стресс. Психосоматические и соматопсихические расстройства у детей. — СПб: Речь, 2005. — 400 с.

58. Исследование речевого мышления в психолингвистике // Под ред. Е. Ф. Тарасова. — М.: Наука, 1985. — 225 с.

59. Калистратова Т. Д. Субъективное шкалирование как метод диагностики состояний уверенности и неуверенности // В сб. Проблемы психологии субъективных суждений и оценок. — Изд-во Сарат. ун-та, 1984. — 104 с.

60. Калитеевская Е. Р. Психическое здоровье как способ бытия в мире: от объяснения к переживанию // Психология с человеческим лицом: Гуманистическая перспектива в постсоветской психологии. — М., 1999.1. С. 231-239.

61. Коломинский Я. Л. Психическое развитие детей в норме и патологии: психологическая диагностика, профилактика, коррекция. — СПб: Питер, 2004. —480 с.

62. Кон И. С. В поисках себя: Личность и ее самосознание. — М.: Политиздат, 1984. — 335 с.

63. Кон И. С. Психология ранней юности. — М.: Просвещение, 1989. — 254 с.

64. Королева Н. Н. Смысловые образования в картине мира личности // Автореферат канд. дисс. — СПб, 1998. — 16 с.

65. Коршунов А. М. Отражение, деятельность, познание. — М.: Политиздат, 1979. —216 с.

66. Кукушкина Е. И. Познание, язык, культура. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. —264 с.

67. Курек Н. С. Эмоциональное общение матери и дочери как фактор формирования аддиктивного поведения в подростковом возрасте // Вопросы психологии, 1997, № 2. — С.48-60.

68. Лабунская В. А. Экспрессия человека: общение и межличностное познание. — Ростов-на-Дону: Феникс, 1999. — 593 с.

69. Латушкина Е. В. Исследование различий в опознании эмоций у юношей и девушек // Автореф. канд. дисс. — Екатеринбург, 2006. — 24 с.

70. Левитов Н. Д. О психических состояниях человека. — М.: Просвещение, 1964.-344 с.

71. Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1984. — 200 с.

72. Леонтьев А. А. Психолингвистика. — М.: Смысл, 1999. — 340 с.

73. Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. — М.: Смысл, 2004. — 347 с.

74. Леонтьев А. Н. Очерк теории аффективности // Психол. журнал, 2004, № 1. —С.75-87.

75. Леонтьев Д. А. Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности. — М.: Смысл, 1999. — 487 с.

76. Либин А. В. Дифференциальная психология: на пересечении европейских, российских и американских традиций. — М.: Смысл, 1999. — 532 с.

77. Лисина М. И. Общение, личность и психика ребенка. — М., Воронеж: Модэк, 1997. —383 с.

78. Листик Е. М. Методика изучения способности детей 5-7-летнего возраста к распознаванию эмоциональных состояний // Психолог в детском саду, 2003, № 4. — С.3-19.

79. Лук А. Н. Эмоции и личность. — М.: Знание, 1982. — 176 с.

80. Лупандин В. И. Математические методы в психологии. — Екатеринбург: Изд-во Урал, ун-та, 2002. — 208 с.

81. Лурия А. Р. Язык и сознание. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1979. — 320 с.

82. Лутошкин А. Н. Эмоциональные потенциалы коллектива. — М.: Педагогика, 1988. — 128 с.

83. Люблинская А. А. Детская психология. — М.: Просвещение, 1971. — 415 с.

84. Люсин Д. В. Эмпирический анализ категоризации эмоций // Вопросы психологии, 1999, № 2. — С. 50-61.

85. Майерс Д. Социальная психология. — СПб: Питер, 2004. — 794 с.

86. Малышева С. В. О диагностике и коррекции переживаний одиночества у подростков // Вестн. Моск. ун-та, 2003. № 3. — С.61-68.

87. Маркелова Т. В. Семантика и прагматика средств выражения оценки в русском языке // Филологические науки, 1995, № 3. — С. 67-74.

88. Межличностное восприятие в группе // Под ред. Г. М. Андреевой, А. И. Донцова. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1981. — 295 с.

89. Микляева А. В., Румянцева П. В. Школьная тревожность: диагностика, профилактика, коррекция. — СПб: Речь, 2004. — 248 с.

90. Мэй Р. Проблема тревоги. // Пер. с англ. А. Г. Гладкова. — М.: Изд-во Эксмо-Пресс, 2001. — 432 с.

91. Мягкова Е. Ю. Эмоциональная нагрузка слова: опыт психолингвистического исследования. — Воронеж: Изд-во Воронежского ун-та, 1990. — 110 с.

92. Нартова-Бочавер С. К. Понятие «психологическое пространство личности»: обоснование и прикладное значение // Псих, журнал, 2003, №6.— С. 27-36.

93. Наумова Ю. А. Развитие эмоциональной сферы в процессе общения // Автореф. канд. дисс. — Новосибирск, 1999. — 21 с.

94. Нестеренко А. И., Васильев В. Н. Прогноз тревожности у студенток на основании их типологических различий // Психол. журнал, 2003, № 6. — С. 37-46.

95. Низовских Н. А. Психосемантическое исследование ценностно-мотивационных ориентаций личности // Психол. журнал, 2005, № 3. — С. 25-37.

96. Никифоров А. С. Эмоции в нашей жизни. — М.: Сов. Россия, 1978. — 272 с.

97. Обуховский К. Психология влечений человека. — М.: Прогресс, 1972. — 248 с.

98. Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка: 80 000 слов и фразеологических выражений // РАН. Ин-т русс. яз. имени В. В. Виноградова. — 4-е изд., доп. — М.: Азбуковник, 1999. — 944 с.

99. Олынанникова А. Е., Семенов В. В., Смирнов JI. М. Оценка методик, диагностирующих эмоциональность // Вопросы психологии, 1976, № 5. — С.103-113.

100. Перфильева С. Ю. Исследование слов-названий эмоций методом шкалирования // В сб. Семантика слова и текста. — Тверь: Изд-во Тверск. ун-та, 1998. —С. 121-127.

101. Петренко В. Ф. Основы психосемантики. — СПб: Питер, 2005. — 480 с.

102. Петренко В. Ф. Психосемантика сознания. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988, — 208 с.

103. Подольский А. И. Диагностика подростковой депрессивности. Теория и практика. — СПб: Питер, 2004. — 202 с.

104. Понукалин А. А. Психическая функция оценивания // Проблемы психологии субъективных суждений и оценок. Научно тематический сборник. — Изд-во Сарат. ун-та, 1984. — С.9-24.

105. Практикум по общей, экспериментальной и прикладной психологии // Под общ. ред. А. А. Крылова, С. А. Маничева. — СПб: Питер, 2000. — 560 с.

106. Практическая психодиагностика. Методики и тесты // Под ред. Д. Я. Райгородского. — Самара: Бахрах, 1998. — 672 с.

107. Прихожан А. М. Тревожность у детей и подростков: психологическая природа и возрастная динамика. — М., Воронеж: Модэк, 2000. — 304 с.

108. Проблемы психологии субъективных суждений и оценок // Научно-темат. сб. — Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1984. — 104 с.

109. Проворотов В. М., Чернов Ю. Н., Лышова О. В., Будневский А. В. Алекситимия // Журнал неврологии и психиатрии им. С. С. Корсакова. — 2000. Т. 100. №6. —с. 66-71.

110. Прохоров А. О. Семантические пространства психических состояний. — Дубна: Феникс+, 2005. — 280 с.

111. Прохоров А. О. Психические состояния и их проявления в учебном процессе. — Казань: Изд-во Казанского ун-та, 1991. — 168 с.

112. Ш.Прохоров А.О. Теоретические и практические аспекты проблемы психических состояний личности. — Самара: Самарский пед. ин-т, 1991.113 с.

113. Прохоров А. О., Велиева С. В. Психические состояния детей дошкольного возраста // Вопросы психологии, 2003, № 5. — С. 56-67.

114. Психологический словарь // Под ред. В. П. Зинченко, Б. Г. Мещерякова.

115. М.: Педагогика-Пресс, 2001. — 440 с.

116. Психология человека от рождения до смерти // Под общ. ред. А.А. Реана.

117. СПб: Прайм -Еврознак, 2002. — 656 с.

118. Психология эмоций. Тексты // Под ред. В. К. Вилюнаса, Ю. Б. Гиппенрейтер. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1993. — 304 с.

119. Пб.Ратанова Т. А. Субъективное шкалирование и объективные физиологические реакции человека. — М.: Педагогика, 1990. — 216 с.

120. Рейковский Я. Экспериментальная психология эмоций / Пер. с польского и вступит, статья В. К. Вилюнаса. — М.: Прогресс, 1979. — 392 с.

121. Рожина Л. Н. Развитие эмоционального мира личности. — Мн.: Выс. шк., 2003—272 с.

122. Роль человеческого фактора в языке: Язык и картина мира. // Б. А. Серебренников, Е. С. Кубрякова, В. И. Постовалова и др. — М.: Наука, 1988. —216 с.

123. Рубинштейн С. JI. Основы общей психологии. — СПб: Питер, 2003. — 720 с.

124. Русский семантический словарь. Толковый словарь, систематизированный по классам слов и значений // Под ред. Н. Ю. Шведовой, Т. 3 — М.: Азбуковник, 2003. — С. 238-278.

125. Сапогова Е. Е. Психология развития человека. — М.: Аспект Пресс, 2001. —460 с.

126. Сергиенко Е. А., Прусакова О. А. Репрезентация эмоций в дошкольном возрасте // В сб. Исследования по когнитивной психологии / Под. ред.

127. Е. А. Сергиенко. — М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2004. — С. 332-350.

128. Серкин В. П. Методы психосемантики. — М.: Аспект Пресс, 2004. — 207 с.

129. Симонов П. В. Теория отражения и психофизиология эмоций. — М.: Наука, 1970. — 144 с.

130. Смулевич А. Б. Депрессии в общей медицине. — М.: Медицинское информационное агентство, 2001. — 256 с.

131. Соколова Е. Т. Проективные методы исследования личности. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1980. — 176 с.

132. Столин В. В. Самосознание личности. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1983.284 с.

133. Терехова Т. А. Мотивационная детерминация познавательной деятельности личности // Автореф. докт. дисс. — Новосибирск, 2000. — 46 с.

134. Тодосько Е. В. Психологические средства направленного изменения эмоциональных состояний личности. // Автореф. канд. дисс. — Новосибирск, 1998. —22 с.

135. Ушаков Д. Н. Толковый словарь русского языка. В 3 т. — М.: Астрель, 2000.

136. Фомин Н. А. Психофизиология самопознания. — М.: Изд-во «Теория и практика физической культуры», 2001. — 388 с.

137. Фрейд 3. Психоанализ. — СПб: Питер. 2001. — 512 с.

138. Фресс П., Пиаже Ж. Экспериментальная психология. Вып.5. / Пер. с фр.

139. М.: Прогресс, 1975. —286 с.

140. Хватова М. В., Юрьева Т. В. Состояние когнитивно-эмоциональной сферы как фактор психосоматического здоровья студентов // Валеология, 2003, №2. — С. 39 -43.

141. Хекхаузен X. Мотивация и деятельность // Под ред. Д. А. Леонтьева. — М., СПб: Смысл, Питер, 2003. — 860 с.

142. Холмогорова А. Б., Гаранян Н. Г. Культура, эмоции и психическое здоровье // Вопросы психологии, 1999, № 2. — С.61-74.

143. Хомская Е. Д. Нейропсихология эмоций: гипотезы и факты // Вопросы психологии, 2002, № 4. — С. 50-52.

144. Хомская Е. Д., Батова Н. Я. Мозг и эмоции (нейропсихологическое исследование). — М.: Изд-во МГУ, 1992. — 180 с.

145. Хризман Т. П., Еремеева В. Д., Лоскутова Т. Д. Эмоции, речь и активность мозга ребенка. — М.: Педагогика, 1991. — 232 с.

146. Худякова И. С. Изменение агрессии при переходе от подросткового к юношескому возрасту. // Материалы 13-й Международной конференции студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов-2006». Т.2. М.: Изд-во МГУ, 2006. — С.260-262.

147. Шакуров P. X. Психология смыслов: теория преодоления // Вопросы психологии, 2003, № 5. — С. 18-33.

148. Шаховский В. И. Категоризация эмоций в лексико-семантической системе языка. — Воронеж: Изд-во Воронеж, гос. ун-та, 1987. — 190 с.

149. Шевченко Ю. С., Корнеева В. А. Методики коррекции эмоциональной сферы // Вестник МГУ, сер 14. Психология, 2003, № 4. — С. 73-84.

150. Шибутани Т. Социальная психология. // Пер. с англ. В. Б. Ольшанского.

151. Ростов-на-Дону: Феникс, 1998. — 540 с.

152. Шингаров Г. X. Эмоции и чувства как форма отражения действительности. — М.: Наука, 1971. — 224 с.

153. Шмелев А. Г. Основы психодиагностики. — М., Ростов-на-Дону: Феникс, 1996. — 544 с.

154. Шмелев А. Г. Психодиагностика личностных черт. — СПб: Речь, 2002.480 с.

155. Шмелев А. Г., Похилько В. И., Козловская-Тельнова А. Ю. Практикум по экспериментальной психосемантике. — М.: Изд-во Моск. ун-та, 1988.208 с.

156. Щетинина А. М. Восприятие и понимание дошкольниками эмоционального состояния человека // Вопросы психологии, 1984, № 3. — С. 60-66.

157. Эткинд А. М. Эмоциональные компоненты самоотчетов и межличностных суждений // Вопросы психологии, 1983, № 2. — С. 106-112.

158. Юнг К. Г. Аналитическая психология. — М.: Мартис, 1995. — 311 с.

159. Якобсон П. М. Психология чувств. — М.: Изд-во Академии педагогических наук РСФСР, 1956. — 240 с.

160. Якобсон П. М. Психология чувств и мотивации // Под ред. Е. М. Борисовой. — М.: Институт практической психологии, Воронеж: НПО «МОДЭК», 1998. — 304 с.

161. Яковлева Е. JI. Эмоциональные механизмы личностного и творческого развития // Вопросы психологии, 1997, № 4. — С. 20-27.

162. Яньшин П. В., Фомина Ю. В. Специфичность эмоциональной категоризации хроматических и геометрических признаков у детей дошкольного возраста // Психол. журнал, 2002, № 1. — С. 61-70.

163. Anselmi D., Law A. Questions of gender: perspectives and paradoxes. The McGraw - Hill Companies, 1998. — 800 p.

164. Apfel R., Sifneos P. Alexithymia concept and measurement // Psychotherapy & psychosomatic 1979. - V. 32. - P. 180-191.

165. Baird J. C., Noma E. Fundamentals of scaling and psychophysics — John Wiley and Sons, New York, 1978. — P. 1-10.

166. Berenbaum H., Irvin S. Alexithymia, anger, and Interpersonal behavior // Psychotherapy & psychosomatic. —1996. V. 65. - № 4. —p. 203-208.

167. Bornstein M. Development in infancy. — The McGrow Hill Inc., 1992. — 560 p.

168. Bridges К. M. A genetic theory of emotions // Journal of genetic psychology. 1930 —P. 514-527.

169. Brody L., Hall J. Gender and emotion // Handbook of emotions, in M. Lewis, J. Haviland, eds. —New York: Guilford Press, 1993. — P. 447-461.

170. Campos J. J., Barrett К. C. Toward a new understanding of emotions and their development // Izard C., Kagan J., Zajonk R. B. (eds.). Emotions, cognition and behavior. —New York: Cambridge University Press, 1984. — P. 229-263.

171. Cattell R. B. The description of personality: basic traits resolved into clusters // Journal of abnormal and social psychology, 1943. — P. 476-506.

172. Claparede E. Feelings and emotions// Reymert M.L. (ed.). Feelings and emotions. — Worcester, 1928. —P. 124-138.

173. Colin V. Human attachment. — The McGrow Hill Companies, 1996. -391p.

174. Dion K. L Ethnolinguistic correlates of alexithymia: toward a cultural perspective // Journal of psychosomatic research. — 1996. V. 41. - № 6. — P. 531-539.

175. Dymond R. F. A scale for the measurement of empathic ability // Journal of consulting psychology. —1949.-V. 13. —P. 127-133.

176. Fildman R. Essential of understanding psychology. — The McGrow Hill Companies, 2000. — 660 p.

177. Fivush R. Exploring sex differences in the emotional content of mother-child conversations about the past // Sex roles. — 1989. № 20. — P. 675-691.

178. Flamiery F. Alexithymia: the interaction of physical symptoms // Psychotherapy & psychosomatics. — 1977. V. 28. — P. 133-140.

179. Frick R. W. Communicating emotion: The role of prosodic features // Psychological bulletin. — 1985. V. 97. - № 3. — P. 412-429.

180. Fukunishi I., Sasaki K., Chishima Y. el al. Emotional disturbances in trauma patients during the rehabilitation phase: studies of posttraumatic stress disorder and alexithymia // General hospital psychiatry. — 1996. V. 18. - № 2. — P. 121-127.

181. Goldberg L.R. The structure of phenotypic personality traits // American Psychologist, 1993, V.48 — P. 26-34.

182. Heells U. Multichannal communication of emotions: signal production // Facets of emotion. Recent research. — Hillsdate M. J. 1988. — P. 161-182.

183. Jonson Laird P. N., Oatley K. The language of emotion: an analysis of a semantic field// Cognition and emotion. — 1989. — P.81-123.

184. Kauhanen J., Kaplan G. A., Julkunen J. el al. Social factors in alexithymia // Comparative psychiatry. — 1993. V. 34. - № 5. — P. 330-335.

185. Kimayer L. J., Robbins J. M. Cognitive and social correlates of the Toronto Alexithymia Scale // Psychosomatics. — 1993. V. 34. - № 1. — P. 41-52.

186. Krystal H. Alexithymia and psychotherapy // American journal of psychotherapy. — 1979. V. 33. — P. 17-31.

187. Levis W. C., Wolfman R. Y, King M. L. The development of the language of emotions // American journal of psychiatry. — 1947. V. 127. - № 11. — P. 1491-1497.

188. Loas G., Fremaux D., Otmani O. Verrier A. Prevalence of alexithymia in a general population. Study in 183 "normal" subjects and in 263 students // Annual medicinal psychology. — 1995. V. 153. - № 5. — P. 355-357.

189. Lumley M. A., Downey K., Stettner L. el al. Alexithymia and negative affect: relationship to cigarette smoking, nicotine dependence, and smoking cessation // Psychotherapy & Psychosomatics. — 1994. V. 61. - № 3 -4. — P. 156-162.

190. McCloskey M. E., Gluchsberg S. Natural categories.// Memory and Cognition. — 1978. V.6. — p. 462 -472.

191. Nemiah J., Siftrces P. Psychosomatic illness and problem of communication // Psychotherapy & psychosomatics. — 1970. V. 18. — P. 154-160.

192. Ogava Т., Suzuki N. Emotion space as a predictor of binocular rivalry. // Perceptual and motor skills — 2000 — P. 291-298.

193. Osgood С. E. Lectures on language performance (Springer series in language and communication. V. 7). New York etc.: Springer-Verlag. —1980. — 276 p.

194. Paivio A., Begg I. The psychology of language. — Englewood, 1981. — P. 148-170.

195. Psychological testing and assessment. An introduction to tests and measurement // Cohen R., Swerdlik M., Mayfied Publiting Company. — 1999744 p.

196. Rosch E. Cognitive representations of semantic categories // Journal of experimental psychology: General. — 1975. V. 104. — P. 192-233.

197. Sidman J. Empathy and helping behavior in college students // Journal diss, abstract. — 1969. V. 29. — P. 10-13.

198. Sifneos P. The phenomenon of alexithymia observations in neurotic and psychosomatic patients // Psychotherapy & psychosomatics. — 1977. V. 28.1. P. 47-57.

199. Stapley J. C., Hallivan J. M. Beyond depression: gender differences in normal adolescents emotional experiences // Sex roles. — V.20 № 5/6, 1989.— P. 295-308.

200. Stoner S. В., Spenser V. B. Age and gender differences with the anger expression scale // Educational and psychological measurement. — 1987, V. 47 -№2.— P. 487-492.

201. Sutherland J., Gill H. Language and psychodynamic appraisal. A development of the word association method. — London: Research Publication Services Ltd, 1970.— 144 p.

202. Thought and feeling. // Ed. London, R.E. Nisbet, Chicago: Aldine, 1974. — 241 p.

203. Ungerer F. The linguistic and cognitive relevance of basic emotions // Dirven R., Vanparys J. (eds.) Current approaches to the lexicon. — Frankfurt am Main etc.: Peter Land, 1995. —P. 185-210.

204. Wagner H., Silber K. Physiological psychology. — London and New York: BIOS Scientific Publishers, 2004. — 262 p.