Автореферат диссертации по теме "Готовность субъекта к инструментальному использованию нормы как психологический фактор культурной компетентности"

На правах рукописи МИРОЛЮБОВА Галина Семеновна

ГОТОВНОСТЬ СУБЪЕКТА К ИНСТРУМЕНТАЛЬНОМУ ИСПОЛЬЗОВАНИЮ НОРМЫ КАК ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ФАКТОР КУЛЬТУРНОЙ КОМПЕТЕНТНОСТИ

Специальность 19.00.01 - Общая психология, психология личности, история психологии

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

Екатеринбург 2006

Работа выполнена на кафедре управления человеческими ресурсами Института переподготовки кадров Уральского государственного технического университета им. С.М. Кирова.

Научный руководитель:

доктор психологических наук, профессор Исмагилова Файруза Салихджановна

Официальные оппоненты:

доктор психологических наук, профессор, член-корресповдент РАО Зеер Эвальд Фридрихович

кандидат психологических наук, доцент Боднар Эльвира Львовна

Ведущая организация:

Южно-Уральский государственный университет

Защита состоится 20 февраля 2006 г. в 14.00 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.286.07 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора психологаческих наук при Уральском государственном университете им. A.M. Горького по адресу: 620083, г. Екатеринбург, пр. Ленина, 51, ком. 248.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Уральского государственного университета им. A.M. Горького.

Автореферат разослан "19" января 2006 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, кандидат педагогических наук, доцент

Л.Г. Попова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Уникальность и сложность современной социально-экономической ситуации заключаются в росте числа и интенсивности межкультурных взаимодействий. Вследствие столкновения весьма разноречивых ценностей и целей особую значимость приобретает проблема культурной компетентности личности, суть которой состоит в обеспечении воспроизводства ценностей и норм родной культуры и их развития во взаимодействии с иными ценностно-нормативными системами. Важным психологическим фактором культурной компетентности, обусловливающим оптимальное сочетание процессов сохранения и изменения в культуре, является готовность субъекта к использованию норм в качестве инструмента регуляции поведения. Особую значимость эта проблема имеет для менеджмента, где в последнее время активно разрабатывается концепция организационной культуры (E.H. Schein, T.J. Peters, R.H. Waterman, V. Sathe, Т.Ю. Базаров, В. А. Спивак, В.В. Томиловидр.).

Постулат активности и свободного выбора субъекта предоставляет возможность рассматривать регуляцию поведения человека с помощью социальных норм в новом ракурсе - как регуляцию смысловую. В психологическом плане эта проблема связана с изучением как особенностей проявления и развития смысловой сферы личности, предопределяющей сознательный выбор субъектом нормативного поведения, так и зависимостей, которые существуют между этой сферой и другими образованиями психики человека.

Вместе с тем актуальность исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы обусловлена противоречиями, требующими разрешения:

• актуальность функции управления организационной культурой не поддержана на настоящий момент достаточными разработками в области изучения личностных и профессиональных качеств, которыми должен обладать руководитель, чтобы успешно осуществлять эту функцию. Исследования готовности к инструментальному использованию нормы являются частью изучения психологических факторов формирования культурной компетентности;

• социокультурные нормы и нормативная регуляция поведения традиционно рассматриваются как инструменты общественного принуждения по отношению к индивиду. Усиление роли личностного фактора во всех сферах общественной жизни, особенно в связи с ростом неопределенности внешней среды, вызывает необходимость акцентировать внимание прежде всего на субъектных качествах личности, на психологической готовности человека поддерживать и развивать заданную извне нормативную систему;

• необходимость изучения нормативной регуляции как смысловой вызвана недостаточностью исследований такого рода в современной психологии личности, неразработанностью проблемы как в теоретичередм,ßплане;

БИБЛИОТеКА « J

• кроме того, исследования нормативной регуляции поведения ограничены в основном рамками социальной психологии и не выходят на уровень отдельной личности как субъекта деятельности и отношений.

Таким образом, очерчивается предметное поле исследования, вбирающее в себя круг проблем психологии личности.

Объектом исследования является су&ьект, действующий в нормативно заданной ситуации.

Предметом исследования выступает готовность субъекта к инструментальному использованию нормы как психологический фактор культурной компетентности.

В качестве гипотезы исследования выступает следующее предположение: уровень готовности субъекта к использованию нормы как инструмента регуляции поведения определяется соотношением содержания личностного смысла этой нормы и видов нормативного поведения.

Цель исследования - выявить и описать уровни готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

В соответствии с целью и гипотезой определены следующие задачи:

I. На основе теоретического анализа подходов к исследованию проблемы регуляции поведения разработать теоретический конструкт готовности субъекта к инструментальному использованию нормы; раскрыть сущность понятия, описать основные стороны готовности к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

2 Разработать программу и методику эмпирического исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

3. В ходе эмпирического исследования выявить связи между содержаниями личностного смысла и видами нормативного поведения как показателями достижения субъектом определенного уровня готовности к инструментальному использованию нормы.

Теоретико-методологическую основу исследования составили общенаучные методологические принципы детерминизма, развития и системности. Исследование опирается на основные положения культурно-исторической концепции JI.C. Выготского; теорию деятельности А.Н. Леонтьева; положения субъектно-деятельностного подхода C.JI. Рубинштейна и его последователей; концептуальные идеи исследований смысловых образований личности А.Г. Асмолова, Б.С. Братуся, Д.А. Леонтьева; исследования проблем становления личности К.А. Абульхановой-Славской, А.Г. Асмолова, М.И. Бобневой, A.B. Петровского, В.А. Петровского, В.А. Ядова; на разработки в области акмеологии и психологии профессиональной деятельности О.С. Анисимова, A.A. Деркача, М.И. Дьяченко, Л.А. Кандыбович, А.К. Марковой, A.A. Зимней, П.П. Горностая и др. В исследовании затронута проблема организационной культуры, рассматриваемая в работах как российских авторов (А.И.Наумов, В.А. Спивак, В.В. Томилов, П.Н. Ши-

хирев и др.)> так и зарубежных (E.H. Schein, V. Sathe, G. Hofstede, K.S. Cameron, R.E. Quinn, D. Matsumoto).

Научная новизна исследования. Поставлена и исследована проблема готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как актуального свойства личности, обеспечивающего регуляцию поведения в культурном пространстве. Готовность к инструментальному использованию нормы рассмотрена как важный психологический фактор культурной компетентности. Выявлены, теоретически и эмпирически обоснованы связи содержаний личностного смысла нормы для субъекта и видов выбираемого им нормативного поведения как показатели готовности субъекта к использованию этой нормы в качестве инструмента регуляции поведения. Эмпирически доказана уровневая природа готовности, выявлены и описаны уровни готовности субъекта к инструментальному использованию нормы. Разработана и апробирована методика исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

Теоретическая значимость работы. Актуализирована проблема смыслового содержания нормативной регуляции поведения человека, позволяющего рассматривать готовность к инструментальному использованию нормы как субъектное свойство личности. Разработан теоретический конструкт "готовность субъекта к инструментальному использованию нормы", уточнены признаки и основные характеристики явления, обоснована роль готовности в формировании культурной компетентности менеджера. Содержания личностного смысла культурной нормы описаны как показатели ее интериоризации субъектом. Локус контроля и рефлексивность рассмотрены как интегративные свойства личности, детерминирующие особенности нормативной регуляции поведения и обусловливающие уровень готовности субъекта к инструментальному использованию нормы.

Практическая значимость работы состоит в изучении готовности к инструментальному использованию нормы как важного психологического фактора формирования культурной компетентности менеджеров, способствующего успешной деятельности в области управления организационной культурой. В рамках исследования разработаны и реализованы программы развития культурной компетентности руководителей ряда предприятий г. Екатеринбурга, Свердловской и Пермской областей. Подготовлена и реализуется учебная программа дисциплины "Развитие организационной культуры" по специальностям "Стратегический менеджмент" и "Управление персоналом" для слушателей Президентской программы подготовки управленческих кадров для организаций народного хозяйства Российской Федерации и слушателей программы МВА (Институт переподготовки кадров Уральского государственного технического университета, Региональный межотраслевой центр переподготовки кадров Пермского государственного технического университета). Результаты исследования готовности субъекта к использованию нормы как инструмента регуляции поведения востребованы при оценке культурной компетентности руководителей, а также при разработке программ развития организационной культуры и обучения работников предприятий.

Основными методами сбора данных были анализ документов, интервью, письменный опрос; методами обработки данных - контент-анализ, методы первичной и коричной статистики, в том числе корреляционный и кластерный анализ. Исследование проводилось с 2001 по 2004 годы: а) на предприятиях г. Екатеринбурга и Свердловской области, в частности на предприятиях, входящих в ОАО ПГ "Уралинвестэ-нерго" и ОАО "Исеть-фонд"; б) в Институте переподготовки кадров Уральского государственного технического университета. В исследовании приняли участие 124 человека - руководители высшего, среднего и низового управленческих звеньев предприятий г. Екатеринбурга и Свердловской области.

Надежность и достоверность результатов работы обеспечиваются репрезентативностью выборки исследования, методологической обоснованностью подходов и методов исследования, адекватным использованием методов математической статистики.

Апробация работы. Результаты исследования обсуждались на заседаниях кафедр управления человеческими ресурсами Института переподготовки кадров Уральского государственного технического университета, общей психологии и психоло-гии личности Уральского государственного университета; рассматривались на Международной научно-практической конференции "Конкурентоспособность предприятий и территорий в меняющемся мире" (г. Екатеринбург, 2002), Всероссийской научной конференции "Образование в XXI веке" (г. Тверь, 2003), Международной научно-практической конференции "Новое в теории и практике управления" (г. Екатеринбург, 2003), Межрегиональной научно-практической конференции "Прикладная психология как ресурс социально-экономического развития современной России" (г. Москва, 2005). По результатам исследования опубликовано 8 научных статей, разработано 2 учебно-методических пособия общим объемом 16,3 п. л.

Структура и объем диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы, включающего 181 наименование, 6 приложений, 16 таблиц, 15 диа1рамм и 9 рисунков.

Положения, выносимые на защиту:

1. Содержание личностного смысла нормы, отражающее уровень ее интерио-ризации, обусловливает формирование готовности субъекта к инструментальному использованию нормы.

2 Готовность субъекта к инструментальному использованию нормы как психологический фактор культурной компетентности имеет уровневую природу.

3. Уровень готовности субъекта к использованию нормы как инструмента регуляции поведения определяется однородностью или вариативностью выбора поведения в условиях действия нормы.

4. Уровень готовности субъекта к использованию нормы как инструмента регуляции поведения предопределяется развитием таких личностных свойств, как внутренний локус контроля (интернальность) и рефлексивность.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность темы исследования, определяются цель и задачи, объект и предмет исследования; формулируются гипотезы, основные положения, выносимые на защиту; описываются этапы и методы исследования; раскрывается научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы, а также дается краткая характеристика структуры диссертации.

В Главе 1. "Теоретическое исследование проблемы готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности" обосновывается постановка проблемы готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности, анализируются подходы к исследованию нормативной регуляции поведения личности, определяется актуальное поле исследования, в рамках которого нормативная регуляция рассматривается как регуляция смысловая. Анализируется структура готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности, и выдвигается теоретическое положение об уровневой природе готовности. Теоретически обосновывается положение о соотношении содержаний личностного смысла нормы для субъекта и видов нормативного поведения как показателе достигнутого субъектом уровня готовности использовать норму в качестве инструмента регуляции собственного поведения, поведения других людей и поведения социальных систем (организаций).

В разделе 1.1. "Теоретико-методологические основы Психологического исследования регуляции поведения" определяется круг базовых теоретических положений, составляющих методологическое основание работы. Важнейшими из них являются: положение о деятельностной обусловленности развития личности (М.Я. Басов, JI.C. Выготский, А.Н. Леонтьев, С. JI. Рубинштейн), идеи системности в психологических исследованиях (Б.Ф. Ломов) и субъектности как основополагающей характеристики личности (К. А. Абульханова-Славская, A.B. Бруш-линский, В А. Петровский). Проблема готовности к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности рассматривается с учетом особенностей деятельностного и субъектно-деятельност-ного подходов.

Актуальность исследования проблемы готовности субъекта к инструментальному использованию нормы обусловлена важностью норм как социокультурного феномена, обеспечивающего, наряду с ценностями, функционирование общества. Общественные отношения на данном этапе социального развития приобретают все более сложный, дифференцированный характер, и чем более они усложняются, тем важнее становится соблюдение установленных сообществом норм в качестве способов, обеспечивающих экологичность взаимодействия субъектов. Динамика общественных изменений, наличие в общественном развитии разнонаправленных тенденций - к сохранению и к изменению - влекут за

собой требование к личности осознанного отношения к нормам как регуляторам поведения, гибкости в их использовании и мобильности в овладении новыми нормами. Это возможно при условии включенности человека в культуру, при достижении им определенного уровня ценностного и инструментального освоения мира.

Степень соответствия стандартам культуросообразного поведения выражается в культурной компетентности личности, т.е. в ее способности воспроизводить прежние и продуцировать новые нормы, соответствующие ценностям и целям социокультурного характера. Культурная компетентность оформляется как причина и следствие действия вышеназванных тенденций; она синтезирует обе противоположности, обеспечивая, с одной стороны, стабильность совместной деятельности, с другой - ее поступательное движение.

Проблема готовности субъекта к инструментальному использованию нормы является частью проблемы движущих сил становления культурной компетентности, одновременно выражающих и объективную обусловленность общественных отношений, и психическую активность самого человека. Исследование готовности к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности основывается на интеграции социокультурного и психологического понимания личности как субъекта активности (К.А. Абульханова-Славская), а культуры - как системы коллективных смыслов и значений (Д.А. Леонтьев). Готовность к инструментальному использованию нормы обеспечивает продуктивный и осознанный выбор субъектом поведения в ситуации действия социокультурной нормы. Поведение такого рода выходит за пределы форм, традиционно именуемых просоци-альными (В.А. Ядов, Г. М. Андреева, М.И. Бобнева, Д. Майерс, А. Ферхнем, П. Хейвен и др.), ибо предполагает ценностно-смысловой характер его регуляции (Б.С. Братусь), свободное самоопределение субъекта (В.А. Петровский), нормотворчество (А.Г. Асмолов).

В разделе 1.2. "Подходы к исследованию нормативной регуляции поведения в психологической науке" проведен анализ литературы по данной проблеме, обоснован подход к исследованию нормативной регуляции как смысловой. В отечественной психологической науке изучение психологических закономерностей и механизмов нормативной регуляции поведения личности ведется, как правило, в связи с исследованием смежных проблем. При рассмотрении норм в единстве с ценностями (Т.Е. Залесский, Ю.М. Жуков, С.С. Бубнова, Н.М. Лебедева, A.B. Ива-щенко, Н.В. Фролова и др.) не учитывается специфика феномена норм. Проблема нормативной регуляции затрагивается при исследовании социальной и личностной идентичности (Г.М. Андреева, В.А. Ядов, A.A. Реан, B.C. Агеев, Е.Е. Будали-на, Ю.Л. Качанов, М.Ф. Черныш, H.A. Шматко и др.) в связи с изучением факторов, механизмов и этапов социализации. Нормы как регуляторный механизм рассматриваются в контексте исследований процессов групповой динамики, проблем влияния группы на поведение личности (А.И. Донцов, A.B. Петровский,

Г.М. Андреева, Л.П. Буева, В.В. Гулякина и др.), в рамках экспериментальных исследований психологических закономерностей регуляции активности индивида в контексте совместной деятельности и общения (A.A. Бодалев, Л.А. Петровская, Р. Л. Кричевский и др.), а также в связи с изучением процессов нравственного развития личнёсТи (Л.И. Божович, Е. В. Субботский, Л.И. Анциферова, С.Г. Якобсон, В.В. Абрайенкова и др.). Хотя в последнем случае в работах и уделяется внимание вопросам формирования структур психйки, отвечающих за нормативную регуляцию поведения личности, они ограничены периодами детства, отрочества, юности. В исследованиях психологических особенностей профессиональной деятельности, проблем становления самосознания профессионала (О.С. Анисимов, A.A. Деркач, Н.В. Кузьмина, В.Д. Шадриков и др.) уделяется внимание формированию индивидуальной системы норм и стандартов, однако нормативная регуляция не рассматривается в ее смысловом измерении. Таким образом, остаются неразработанными проблемы развития ценностно-нормативных структур психики как смысловых, а также нормативной регуляции поведения в зависимости от сформированности этих структур.

В нашем исследовании нормативная регуляция рассматривается как обеспечивающая взаимосвязи личностных качеств человека, его индивидуального поведения с ожиданиями и требованиями социокультурной среды (М.И. Бобнева, О.И. Зотова, Е.В. Шорохова, В.В. Гулякина и др.). С развитием общественных отношений проблематика норм усложняется: сегодня на первый план выходят нормы, не регламентирующие в деталях поведение человека, а задающие лишь ориентиры, предполагая в субъекте наличие достаточно развитой способности "нормировать" и регулировать свое поведение самостоятельно. Норма все более становится принципом организации деятельности, а не просто образцом действия; акцент же переносится с механизмов внешней регуляции деятельности на механизмы саморегуляции.

Нормы рассматриваются как интраиндивидуальные значения, элементы коллективного сознания, выработанные людьми в процессе совместной деятельности (Д. А. Леонтьев). Интериоризованные нормы, принятые на уровне личностного смысла, выступают субъективным эквивалентом общественных норм; составляя индивидуальную систему, эти нормы являются неотъемлемым элементом психической организации структуры личности.

В разделе 13. "Проблема готовности личности к деятельности и поведению"

представлен анализ подходов к исследованию проблемы готовности (табл. 1). Понятие "готовность" используется в психологии в основном в двух аспектах - как объясняющее, характеризующее какой-либо круг явлений (в этом случае оно не анализируется как отдельное явление) и как самостоятельное психологическое понятие, не сводимое к уже существующим.

Таблица 1

Подходы к исследованию готовности к деятельности и поведению в психологической науке

Критерий Готовность Готовность

декомпо- как объясняющее понятие как самостоятельное понятие

зиции (описательный признак, (многофункциональное, многокомпонентное

показатель, проявление свойство или состояние личности)

исследуемого феномена)

Подход Личностный Личностно- Функциональный

к иссле- деятельностный

дованию

готовности

Сущность Исследование личностных Исследование Исследование

подхода предпосылок к деятельности. взаимодействия психических функций,

к иссле- Предполагает психических необходимых

дованию совершенствование компонентов готовности для достижения

готовности психических процессов, в контексте конкретной высоких результатов

состояний и свойств деятельности для деятельности

личности, необходимых для достижения

эффективной деятельности конкретного результата

Класс ^ установка % направ- 4 свойство £ психо- % психофизи-

фено- ^диспо- ленность личности логическое ческое

менов, зиция \ мотив % качество состояние состояние

характе- 4 аттитюд £ личностный личности актив-

ризуемых смысл 4 комплекс ности,

посред- свойств, обуслов-

ством обеспечиваю- ленное

понятия щих продук- наличием

«готов- тивность опреде-

ность» деятельности ленных

спосо-

ностей

Исследо- Ф.Знанецкий, К. Роджерс, A.A. Деркач, Л.С. А.Б.Леонова

ватели Р. Лапьер, А. Маслоу, М.И. Дьяченко, Рубинштейн, А.В.Вартанян

У. Томас, В.Н.Мясищев, Л.А. Б.Г. Ананьев,

Г. Олпорг, Л.И. Божович, Кандыбович, A.B.

Д.Н. Узнадзе, Ф.В. Бассин, В.Т. Мышкина, Запорожец,

ВА. Ядов, П.Я.Гальперин А.Ц. Пуни, Н.Д. Левитов

OAJKpacHO- А.Г. Асмолов, В.ДЛЦадриков

рядцева Е.П. Ильин

Готовность является сложным психологическим образованием, обладающим разными формами интрапсихической репрезентации, т.е. она может выступать и как психическое и психофизическое состояние, и как свойство личности. Таким образом, понятием "готовность" может обозначаться и временная активизации физических и психических ресурсов индивида для реализации деятельности, и в той или иной степе-

ни устойчивые характеристики личности. В обоих случаях предполагается сформиро-ванность психических образований, определяющих индивидуальный способ поведения человека. Уточнена специфика готовности в ряду других феноменов, имеющих отношение к регуляции поведения человека.

В разделе 1 Л. "Психологическая характеристика готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности" разработаны основные положения исследования, нуждающиеся в эмпирическом доказательстве. В частности, определено понятие готовности субъекта к инструментальному использованию нормы, разработан теоретический конструкт готовности, выделены основные компоненты и связи между ними, конституирующие готовность к инструментальному использованию нормы как свойство личности. Основываясь на личностно-деятельносгном подходе к психологическому анализу готовности, разрабатываемом в работах А.А. Деркача, М.И. Дьяченко, Л.А. Кандыбович, мы рассматриваем готовность к инструментальному использованию нормы как свойство личности, отражающее отношения между содержанием личностного смысла нормы и видом поведения по реализации этой нормы. Готовность имеет двойную детерминацию - со стороны личности и со стороны деятельности. Готовность есть одновременно и отражение результата согласования индивидуальных И общественных целей и ценностей, и регулятор, обеспечивающий непротиворечивость этого согласования для самого субъекта.

Выделены два компонента готовности - содержательный, или мотивационно-смысловой, и динамический, или операционально-инструментальный (табл. 2).

Таблица 2

Структура готовности к инструментальному использованию нормы

Формы представленности готовности Содержание компонентов готовности субъекта к инструментальному использованию нормы

мотивационно-смысловой компонент готовности операционально-инструментальный компонент готовности

Внутренний план отражения готовности Личностный смысл нормы для субъекта Ориентация на определенную поведенческую стратегию

Внешний план выражения готовности Оценка нормы субъектом Выбор возможного действия по реализации нормы

Содержательный компонент готовности представлен в сознании субъекта личностным смыслом нормы; динамический - субъективным образом цели возможного действия и способа его осуществления. Мотивационно-смысловой Компонент отражает степень усвоения и присвоения норм культуры как системы коллективных смыслов, или значений. Он включает положительное отношение к норме и нормативно-

му поведению, приятие их как ценности, стремление к организации взаимодействия с другими людьми на основе норм и правил. Операционально-инструментальный компонент предполагает наличие у субъекта сформированного представления о целях и способах нормативного действия. Сочетание компонентов определяют достигнутый субъектом уровень психологической готовности к использованию нормы как инструмента регуляции поведения.

Рассматривая готовность к инструментальному использованию норм как субъектное свойство личности, мы предполагаем возможности личности в определенных рамках блокировать или усиливать организменные или средовые проявления, особую "пластичность" свойства, обеспечивающую оперативное реагирование субъекта на изменившуюся ситуацию. Это требует постоянного самоопределения и само-сошасования личности, в процессе которых формируется готовность, что, в свою очередь, во многом зависит от степени развитости у субъекта рефлексивности как способности к осознаванию и внутреннего локуса контроля (интернальности), характеризующего личность как социально зрелую и ответственную за свои деяния.

Объективно готовность к использованию нормы как инструмента регуляции поведения задается деятельностью. За основу выделения видов нормативного поведения был взят анализ уровней управленческой деятельности (O.A. Анисимов, A.A. Деркач). Выделены три вида поведения, именуемые в нашем исследовании по основному способу использования нормы как "Исполнение", "Воздействие", "Изменение". Каждый из видов поведения описан с точки зрения общественно заданных целей, условий и средств (табл. 3).

Таблица 3

Характеристика видов нормативного поведения

Вид поведения Цель Условие Средства

Исполнение Саморегуляция Отсутствие внешнего контроля Личностная норма

Воздействие Регуляция поведения другого человека Фиксация нарушения нормы со стороны другого человека Норма сообщества

Изменение Регуляция поведения социального сообщества Контакт с иной ценностно-нормативной системой Социокультурная норма (норма как ценность)

Поведение может разворачиваться в актуальности как отдельная единица, а может выстраиваться в систему, где каждый вид поведения занимает определенный уровень.

Особое внимание уделено мотивационно-смысловому аспекту готовности. Основополагающим фактором формирования готовности является ценность для субъекта культурной нормы, которая предопределяет появление мотива нормосо-образного поведения и находит выражение в содержании личностного смысла нормы для субъекта. Личностный смысл нормы свидетельствует о том, что культурные

нормы выступают в роли внутренних императивов, т.е. являются личностно-смыс-ловыми регуляторами поведения. Содержание личностного смысла актуализирует потенциальный семантический признак значения, релевантный текущему моменту.

На основе представления об интериоризации как механизме присвоения зафиксированных в культуре норм и программ, как переходе от интерпсихического социального к интрапсихическому индивидуальному способу жизни человека (Л.С. Выготский), а также иерархии смыслов Б.С. Братуся были выделены три структурных уровня содержаний личностного смысла нормы для субъекта: первый уровень составляет содержание личностного смысла, отражающее значимость нормы как инструмента регуляции собственного поведения (ориентация на себя -"Субъективный смысл"); второй уровень - содержание личностного смысла, отражающее значимость нормы как инструмента регуляции поведения людей, с которыми субъект непосредственно взаимодействует (ориентация на другого - "Групповой смысл"); третий уровень - содержание личностного смысла, отражающее значимость нормы как инструмента регуляции поведения коллективного субъекта, например организации (ориентация на социум - "Организационный смысл"). Уровень усвоения нормы субъектом, ее интериоризации находят отражение в содержании личностного смысла. Содержание отношения к норме обусловливает приемлемый для субъекта вариант ее использования в качестве инструмента регуляции поведения и саму цель этого использования.

Определяя в качестве конституирующего признака готовности как системного образования наличие связей между содержанием личностного смысла нормы и видом поведения по реализации этой нормы, мы полагаем следующие продуктивные варианты этих связей: 1) "Субъективный смысл" - "Исполнение"; 2) "Групповой смысл" - "Воздействие"; 3) "Организационный смысл" - "Изменение". Продуктивность этах связей обусловлена соответствием восприятия субъектом нормы как инструмента регуляции поведения задачам и условиям действия. Связи содержаний личностного смысла нормы с видами нормативного поведения отражают границы готовности субъекта к инструментальному использованию нормы, а однородность или вариативность поведения - уровень готовности субъекта к инструментальному использованию нормы.

В иерархической структуре готовности субъекта к инструментальному использованию нормы (рис. 1) вертикаль определяет смысловую доминанту в сознании субъекта: более глубокий уровень интериоризации нормы предполагает усложнение объектов, поведение которых регулируется с помощью нормы. Горизонталь поведения предполагает расширение спектра видов нормативного поведения, освоенных субъектом. Уровневая динамика готовности определяется одновременным движением по вертикали и горизонтали: первый уровень готовности характеризуется устойчивостью связи "Субъективного смысла" и "Исполнения", второй уровень - устойчивостью связей "Группового смысла" с двумя видами поведения - "Исполнением" и "Воздействием", третий уровень - устойчивостью связей "Организационного смысла" с тремя видами поведения - "Исполнением", "Воздействием", "Изменением".

Виды освоенного субъектом нормативного поведения

«Исполнение» «Воздействие» «Изменение»

«Субъективный смысл»

«Групповой смысл»

«Организационный смысл» ,

Рис.1. Иерархическая структура готовности субъекта к инструментальному использованию нормы

Каждый из уровней готовности характеризуется спецификой использования нормы как инструмента регуляции поведения. Третий уровень готовности свидетельствует о социальной зрелости свойства, обеспечивающей целостность нормативных регуляционных структур и процессов.

Глава 2. "Организация и методики эмпирического исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности" включает определение цели и задач исследования, уточнение гипотезы эмпирического исследования, описание основных этапов исследования, обоснование методологии и методик исследования.

Существующие методы оценки готовности не устанавливают связи между содержанием личностного смысла предмета, явления, деятельности для субъекта и его поведенческой стратегией. В целях изучения этих связей разработана методика исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы, состоящая из двух частей. Первая часть методики направлена на выявление содержаний личностного смысла нормы для субъекта, вторая - на выявление видов поведения, которые выбирает субъект в нормативно заданной ситуации. Для получения аутентичных феноменологических проявлений личностных смыслов в рамках эмпирического исследования при построении методики исследования готовности к инструментальному использованию нормы учитывались следующие принципиальные положения:

1) принцип имитации естественной ситуации. Необходимо, чтобы испытуемый относился к предлагаемым в исследовании обстоятельствам как к невымышленной реальности собственной жизни;

2) принцип воспроизведения целостных ситуаций, поведенческих актов. Поскольку смысловые образования всегда отражают некоторые отношения между

мотивами разных деятельностей, они не могут быть исследованы вне их дея-тельностного, жизненного контекста;

3) принцип личностной значимости. В данном случае имеется в виду специальное акцентирование значимости при проектировании ситуаций;

4) принцип относительной неопределенности. В процессе снятия неопреде-лен-носги создаются условия для проявления личностных смыслов испы-туемых.

В качестве метода исследования содержаний личностного смысла нормы для субъекта был выбран проективный метод незаконченных предложений, так как в ситуации выбора цели и действий проявляются личностные особенности человека. Поскольку личностные смыслы релевантны плоскости сознания субъекта, то их изучение возможно на основе различных форм самоотчетов испытуемых (Д.А. Леонтьев). Эмпирической регистрацией личностного смысла в таком случае является оценочное суждение субъекта. Метод незаконченных предложений позволяет установить как валентность субъективной оценки нормы, так и субъективное содержательное наполнение нормы для испытуемого. Проективная методика определяет нормативно заданные условия как ситуацию личностного выбора, стимулирует в испытуемом гипотетическую активность, деятельность в проблемной ситуации. Изучение психических свойств личности, относящихся к регуляции поведения человека, требует оценки его поведения в ситуации принятия решения. Задача испытуемого - выбрать действия, наиболее приемлемые для него и наиболее адекватные, с его точки зрения, в заданной ситуации. Отсутствие жесткой инструкции дает возможность испытуемому быть свободным в выборе вида поведения по использованию норм организации в качестве инструмента. регуляции поведения. Эмпирически выбор регистрируется как высказывание субъекта о действиях, которые он совершил бы, находясь в подобной ситуации. Высказывания испытуемого идентифицируются с качественными единицами контент-анализа по соответствующим эмпирическим признакам.

Методика исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы формировалась в несколько этапов. На первом этапе были проанализированы материалы, представленные в документах, регламентирующих поведение работников предприятий, в литературе, на интернет-сайтах. В результате анализа был сформирован список из 15 норм, частота встречаемости которых в документах варьировалась от 0,70 до 0,87. Этот список норм подвергнут процедуре ранжирования экспертами; в итоге определены нормативные позиции, на основе которых разрабатывалось содержание опросника. На втором этапе разрабатывался опросник для выявления готовности субъекта к инструментальному использованию нормы. В опросник были включены 5 норм, каждая из которых была представлена 5 ситуациями, описывающими условия, в которых эти нормы могут быть использованы как инструмент регуляции поведения. На третьем этапе разработан инструментарий гон-тент-анализа, составлена кодировочная инструкция и определена процедура эмпирического исследования. Проверка надежности опросника проводилась посредством ретестового контроля в виде повторного опроса группы испытуемых в количестве 47 человек. Корреляционные связи между показателями по основным шкалам опросника вычислены при помощи >^-критерия Вилкоксона СМ1сохоп ре-тестовая надежность опросника составила от 0,22 до 0,51.

Для выявления влияния личностных характеристик на готовность к инструментальному использованию нормы использовалась методика определения уровня развития рефлексивности A.B. Карпова и модифицированная методика УСК "Локус контроля" (версия для взрослых) Е.Г. Ксенофонтовой.

В исследовании приняли участие 124 руководителя высшего, среднего и низового звеньев предприятий г. Екатеринбурга и Свердловской области. Полагая культуру атрибутом организации, мы рассматриваем функции управления организационной культурой в ряду важнейших для руководителей. Если вопросы ее формирования находятся в ведении руководителей высшего управленческого звена организаций, то поддержание культурных основ - прерогатива руководителей среднего и низового звеньев. Руководители являются трансляторами культурных норм, эталонных для данной системы, и призваны собственным деловым поведением поддерживать культурные основы организации. Репрезентативность выборки подтверждена соответствием принципам ее формирования, ее относительной однородностью, равномерностью распределения по ряду показателей (табл. 4).

Таблица 4

Характеристика выборки испытуемых

Показатели Количество руководителей (доля, %)

высшего звена среднего звена низового звена всего

Общая численность 52 (42) 54(43) 18 (15) 124(100)

Пол мужской женский 24(46) 28(54) 33(61) 21 (39) 10 (56) 8(44) 67(54) 57(46)

Возраст, годы до 30 30-40 св.40 3(6) 39 (75) 10 (19) 6(11) 40(74) 8(15) 5(28) 8(44) 5(28) 14(11) 87(70) 23 (19)

Стаж работы в организации, годы доЗ 3-10 св. 10 8(15) 42 (81) 2(4) 0(0) 41(76) 13 (24) 1(6) 15 (83) 2(11) 9(7) 98 (79) 17(14)

Сфера деятельности организации промышленность строительство торговля 16(31) 8(15) 28 (54) 16(29,5) 16(29,5) 22 (41) 12(67) 4(22) 2(11) 44(35) 28(23) 52 (42)

Размер организации, количество человек до 100 100 - 500 св.500 29(56) 23(44) 0(0) 12(22) 23 (43) 19 (35) 7(39) 7(39) 4(22) 48 (39) 53 (43) 23 (18)

Глава 3. "Обсуждение результатов эмпирического исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности" включает в себя описание и интерпретацию основных результатов эмпирического исследования. Анализ корреляционных связей показал наличие неоднозначной зависимости между содержанием личностного смысла нормы для субъекта и ведом поведения (табл. 5,6,7). На этом этапе анализа значимая корреляционная связь показателей "Субъективный смысл" и "Исполнение" не выявлена (табл. 5). Факт принятия нормы на уровне "субъективного смысла" не означает, что норма обязательно будет соблюдаться в условиях организации и в интересах достижения целей совместной деятельности, скорее всего, исполнение нормы будет носить ситуативный характер. Так же ситуативно субъект будет использовать ее для коррекции поведения другого человека или менять ее, если она становится препятствием дальнейшей деятельности. Оба показателя отрицательно коррелируют с интернально-стью как по основной шкале Ио (г= - 0,265** и т= - 0,298** соответственно), так и по субшкалам, а показатель "Субъективный смысл" - и с рефлексивностью (1= - 0,319**).

Выявлены значимая положительная корреляционная связь (табл. 6) между показателями "Групповой смысл" и "Воздействие" (г=0,432**) и отрицательные корреляционные связи обоих показателей с интернальностью (по основной шкале 1= - 0,227** и г= - 0,173**) и рефлексивностью (г= - 0,151 * и г= - 0Д05** соответственно). В случае принятия норм организационной культуры как групповых, а не как организационных (отрицательная корреляция показателей "Групповой смысл" и "Воздействие" с показателем "Организационный смысл" (г= - 0,418** и г= - 0,336**) проявляется стремление сохранять норму в неизменном виде (корреляции с показателем "Изменение" (г= -0,422** и г= - 0,340**). Поскольку выявленные связи указывают на тенденцию к "нормативной консервации", в организации следует предусматривал, возможность дополнительного обучения работников и тренировки у них необходимых умений модификации как самой нормы, так и нормативного поведения.

Положительная корреляция показателей "Организационный смысл" и "Изменение" (г=0,496**) дает основание предполагать, что субъект, принимающий норму на этом уровне содержания личностного смысла, в новых условиях склонен изменять норму и нормативное поведение в целях продолжения деятельности. Оба показателя имеют наибольшее количество положительных корреляций и являются своего рода "ядрами", вокруг которых группируются и относительно которых позиционируются все остальные показатели (табл. 7).

Для получения более точной картины содержательных связей между показателями шкал методики был применен кластерный анализ данных по всей выборке, одним из результатов которого стало установление связи "Субъективный смысл" - "Исполнение". Кроме того, особенности кластеризации показателей субшкал по шкале "Локус контроля" позволили конкретизировать перечень личностных характеристик, влияющих на развитие готовности к инструментальному использованию норм. К ним, в частности, относятся навыки организации процесса деятельности, готовность к самостоятельной деятельности, ответственность за пришлые решения, активность в установлении межличностных отношений.

Таблица 5

Чничимые корреляционные связи поюпятелей «С 'убъек-пгоньп! смысл» н «Исполнение»

Пока- Групп Орга- Воз- Изме- Реф- Ин- Интер. Интер. Интер. Интер. Нигер. Отри- Воз- Уро- Стаж Раз-

затели овой нта- дейст- нение лек- тер- впро- в соц. в сфе- в в сфе- цание раст вень ыер

смысл цион- вие спв- на льн. фес свгшх ре до- сфере ре актив- управ. орг.

НЫЙ ность обща! сфере ение. неудач межл. ности

смысл

Субъект - - - - - - - . - ,160* ,132* -

смысл ,153* ,454" , 134* ,319** ,265"* ,268" ,313" ,219** ,238" ,314" ,252**

Испол- - - - - - - - - - ,265" - Д63" -

нение ,195* ,247" ,430" ,298" ,259** ,134* ,188** .172** ,35»" ,178* ,233"

Чничимые корреляшнятые свяли показателей «Групповой смысл» п «Воздействие»

Таблица 6

Покоп- (М>ъе Груп- Орга- Испол Воз- Изме- Реф- Интер Интер Интер. Интер. Готов- Готов Отри- Уро- Стаж

тели ктивн повой гепа- нение дейст- нение лек- на льн. проце- в сфе- в ность ность цание вень

смысл смысл цион- вие спв- общах ссуал. ре до- сфере к пр. к сам. актив- управ.

ный ность стиж неудач труда. деят. ности

смысл

Груп. - 1 - ,432** - - - - - - - - ,277" - ,151*

смысл ,153* ,418" ,422" ,151* ,227"* ,308" ,181" ,207«* ,185** 493" ,284"

Воздей- ,432** - - 1 - - - - - - - ,200"

ствие 336" ,247" ,340" ,205*« ,173"" ,291"* ,229 ,214 ,213" ,189*"

Значимые корреляционные свяш понизителей «Организационный смысл» н «Изменение»

Таблица '

Показа- С\ бъе Груп- Орта- Испол Воз- Изме- Реф- Интер Интер Интер. Интер. Готов Готов Отри- Уро- Раз-

тели ктивн. повой ннза- некие дейст- нение лек- нальн. в про- в сфе- в сфе- ность ность цание вень мер

смысл смысл цион- вие СИВ- общах фес ре до- ре кпр к сам актив- управ. орг

ный ность сфере стиж. межл. Трудн. деят. ности

смысл

Оргашг) - - 1 - - ,496" ,407*" ,446** ,501*" ,446"* ,442** ,386" ,378" - ,162* ,237"

смысл ,454" ,418** ,195" ,336"« ,460"

Измене- - - ,496** - - 1 ,273"* ,452" ,445"» ,406" ,391" Д7** ,443" * - 307" ,292"

ние ,134* ,422" ,430** ,340** ,446*"

* Статистически шачимые коэфс

ициенты на \ровне 0,05.

** Статистически значимые коэффициенты на уровне 0.01

Для решения задач исследования проведена дифференциация испытуемых на группы по критерию однородности - вариативности выбора видов поведения. Первую группу (46 человек) составили испытуемы, в ответах которых преобладал выбор какого-либо одного из трех видов поведения (диаграмма 1).

Диаграмма 1

Распределение данных но показателю "Вид поведения" в группе 1

0 исполнение

/ ;.■„ , □ воздействие

Ш изменение 57%

Диаграмма 2

Распределение данных по показателю "Личностный смысл" в группе 1

50% ■ субъективный смысл О групповой

смысл 0 прочее

Данные не позволяют говорить о значимом преобладании какого-либо из содержаний личностного смысла в группе (диаграмма 2).

Во второй группе (41 человек) в ответах испытуемых преобладал выбор двух видов поведения из трех (диаграмма 3). 85% испытуемых этой группы выбирают два вида поведения: "Исполнение" и "Воздействие". В группе преобладает оценка нормы, содержательно описываемой через групповой личностный смысл (диаграмма 4)-

Диаграмма 3

Диаграмма 4

Распределение данных по показателю "Вид поведения" в группе 2

85% Ш исполнение +

воздействие 5% □ исполнение + изменение □ воздействие +

ю% изменеие

Распределение данных по показателю "Личностный смысл" в группе 2

■ субъективный

смысл □ групповой

смысл В прочее

Третью группу (37 человек) характеризует сбалансированность всех трех ввдов поведения в нормативно заданной ситуации. Доминантой среди содержаний личностного смысла в данном случае является "Организационный смысл" (диаграмма 5).

Диаграмма 5

Распределение данных по показателю "Личностный смысл" в группе 3

13 групповой смысл 4% ^ организационный смысл ■ прочее

В результате сравнительного анализа данных по группам выявлены два уровня готовности субъекта к инструментальному использованию нормы:

1) уровень готовности к регуляции собственного поведения и поведения другого человека. Норма в таком случае оценивается как инструмент, с помощью которого определяются границы совместной деятельности и ответственность за ее результат. Согласно ранее введенной классификации, это второй уровень готовности к инструментальному использованию нормы;

2) уровень готовности к регуляции собственного поведения, поведения других людей и социальных систем, или третий уровень готовности к инструментальному использованию нормы. Этот уровень предполагает готовность субъекта к изменению нормативной среды и нормативного поведения, к созданию новых норм взаимодействия. Поведение субъекта в условиях неопределенности, характеризующей любую ситуацию изменения, поддерживается сформированностью личностной ценностно-нормативной системы, ориентированной на социум. Это предпблагает осознание человеком своей причастности к происходящему и является условием ответственного поведения.

В рамках эмпирического исследования не был с достаточной степенью досто- <

верности выявлен первый уровень готовности к инструментальному использованию нормы. Нерепрезентативность выборки (менее 1 % испытуемых) не дала возможности статистически подтвердить ожидаемый результат. Для выявления этого уровня готовности необходимо провести дополнительные исследования.

Проведенный сравнительный анализ степени выраженности рефлексивности и интернальности по группам (диаграммы 6 и 7) позволил определить характер влияния данных личностных свойств на уровень готовности к инструментальному использованию нормы

В частности, выявлено, что второй уровень готовности обусловлен средней степенью развитости рефлексивности (3 < га < 5 при ашх= 10), третий уровень готовности

Диаграмма 6

Диаграмма 7

Степень выраженности рефлексивности в группах

Степень выраженности интернальностн в группах

_ 100 ■ низкая 90

□ нюкая ■ средняя 5 В высокая

й средняя 80

■ высокая №

70 60 50 40 30 20 10 0

70 60 50 40 30 20 10 0

группа 1 группа 2 группа 3

группа 1 группа 2 групга 3

- рефлексивностью выше средних показателей (4 < а1 < 1 при £1^=10). Также установлено, что низкие (а1 £ 3) и очень высокие (а! > 7) показатели рефлексивности непродуктивны, так как рефлексивность в данном случае не обеспечивает развитие готовности как свойства личности, а выступает, скорее, как фактор, обусловливающий ситуативную готовность к инструментальному использованию нормы.

Локус контроля отражает качество и устойчивость связей содержания личностного смысла и вида поведения, очерчивая границы готовности субъекта к инструментальному использованию нормы. Кроме того, интернальностъ как интегративное свойство личности оказывает влияние на уровень развития готовности к инструментальному использованию нормы: уровень готовности к использованию нормы как инструмента регуляции собственного поведения и поведения других людей обеспечивается средней степенью развития ингернальности (4 < ы < 7 при аш= 10). Оптимально высокая степень интернальности преобладает в группе с высоким уровнем готовности к инструментальному использованию нормы (6 < < 9 при 3^=10).

В Заключении сформулированы следующие выводы:

1. Актуальность исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности обусловлена необходимостью привлечения ресурса культуры для решения вопросов регуляции поведения людей и организаций в условиях нестабильной среды. Готовность субъекта к инструментальному использованию нормы обеспечивает возможность удерживать баланс сохранности и изменчивости системы, ее адаптивность.

2. Систематизация опыта психологических исследований готовности субъекта к деятельности и выявление особенностей готовности к использованию норм в качестве инструмента регуляции делового поведения позволила сформулировать следующее определение данного феномена. Готовность субъекта к инструментальному использованию нормы как психологический фактор куль-

турной компетентности понимается как свойство личности, отражающее отношения между содержанием личностного смысла нормы и видом нормативного поведения.

3. На основании корреляционного и кластерного анализа данных, полученных в ходе эмпирического исследования, было установлено наличие значимых связей между содержаниями личностных смыслов нормы для субъекта и видами поведения по использованию нормы как инструмента регуляции. В результате были выявлены следующие взаимосвязанные пары: а) "Субъективный смысл" - "Исполнение"; б) "Групповой смысл" - "Воздействие"; в) "Организационный смысл" - "Изменение".

4. Дифференциация испытуемых по трем группам на основе выделенного и обоснованного в ходе теоретического анализа критерия усложнения поведения, связанного с инструментальным использованием культурной нормы, позволила выявить два уровня готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности:

а) уровень готовности к использованию нормы как инструмента регуляции собственного поведения и поведения другого человека;

б) уровень готовности к использованию нормы как инструмента регуляции собственного поведения, поведения другого человека, поведения социальных систем (коллективов). Особенностью этого уровня готовности является то, что субъект проявляет стремление не только сохранять и воспроизводить норму, но и изменять ее, создавать новую норму в условиях, когда прежняя становится препятствием для продолжения деятельности.

5. В рамках эмпирического исследования не был с достаточной степенью очевидности выявлен первый уровень готовности к инструментальному использованию нормы. Для выявления этого уровня готовности необходимо провести дополнительные исследования.

6. Фиксируемая разница показателей рефлексивности и локуса контроля (ин-тернальности) в группах разного уровня готовности позволяет сделать вывод о том, что данные личностные характеристики предопределяют уровень готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

Таким образом, выдвинутая в ходе теоретического анализа гипотеза о том, что уровень готовности субъекта к инструментальному использованию нормы определяется соотношением содержания личностного смысла нормы и видов нормативного поведения, в целом нашла свое эмпирическое подтверждение.

Полученные результаты открывают перспективы изучения вопроса о смысловом механизме нормативной регуляции поведения субъекта в пространстве совместной деятельности.

Содержание диссертации нашло отражение в следующих публикациях автора:

1. Миролюбова Г.С. Готовность менеджмента к изменениям как критерий при оценке инвестиционной привлекательности предприятия //Конкурентоспособность предприятий и территорий в меняющемся мире: Тез. междунар. науч.-практ. конф. (Екатеринбург, 5-6 дек. 2002 г.). Екатеринбург: Изд-во Урал, гос. экон. ун-та, 2002. С. 84-85.

2 Миролюбова Г.С. Развитие организационной культуры: Учеб. пособие. Екатеринбург: Изд. ИПК УГТУ, 2003.74 с.

3. Миролюбова Г.С. О месте курса "Развитие организационной культуры" в системе подготовки менеджеров // Материалы Всерос. науч. конф. Тверь: ООО "Буковица", 2003. С. 228 - 230.

4. Миролюбова Г.С. Феномен культурной компетентности корпоративного менеджера // Новое в теории и практике управления. Материалы первой междунар. науч.-практ. конф. (Екатеринбург, 13 июня 2003 г.). Екатеринбург: Изд. ИПК УГТУ, 2003. С. 61-67.

5. Решетова Л.В., Миролюбова Г.С. Роль оценки кадрового менеджмента при определении инвестиционной привлекательности предприятия: постановка проблемы // Экономика и культура: Межвуз. сб. науч. тр. Екатеринбург, 2003. С. 128-136.

6. Миролюбова Г.С. Культурная компетенция как составляющая профессионализма менеджера // Профессиональное мастерство: становление, формирование и развитие: Межвуз. сб. науч. тр. Челябинск: Изд-во ЮУрГУ, 2003. С. 458-464.

7. Миролюбова Г.С. Развитие культурной компетентности менеджера современной организации // Личность менеджера в современных условиях: Материалы междунар. науч.-практ. конф.(19 - 20 апр. 2005 г.). М., 2005. С. 143 - 148.

8. Миролюбова Г.С. Отношение к организационным нормам как аспект культурной компетентности: некоторые результаты исследования // Новое в теории и практике управления: Материалы П междунар. науч.-практ. конф. (июнь 2005 г.). Екатеринбург: ИД 'Триф", ИПК УГТУ-УПИ, 2005. С. 112 -119.

9. Миролюбова Г.С. Исследование готовности менеджера к использованию норм организационной культуры как инструмента управления деловым поведением работников // Прикладная психология как ресурс социально-экономического развития России: Материалы межрегион, науч.-практ. конф. (Москва, факультет психологии МГУ им. М.В. Ломоносова, 17-20 ноября 2005 г.). М.: АНО УМО "Инсайт", 2005. С. 298-300.

10. Миролюбова Г.С. Развитие культурной компетентности менеджеров: Метод, указания и иллюстративный материал по дисциплине "Развитие организационной культуры". Екатеринбург: Изд. ИПК УГТУ-УПИ, 2005. 85 с.

ZOO Cft 2.097

ИД № 05224 от28.06.01. Подписано в печать 12.01.2006.Формат 60х84'/16. Гарнитура «Times New Roman». Бумага для множ.ап. Усл. печ. л. 1,3. Заказ №54. Тираж 100

МУ ИМЦ «Екатеринбургский Дом учителя» 620014, Екатеринбург, ул. Воеводина, 4. Телефакс: (343)371-41-57.

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Миролюбова, Галина Семеновна, 2006 год

ВВЕДЕНИЕ.

ГЛАВА 1. Теоретическое исследование проблемы готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

1.1. Теоретико-методологические основы психологического исследования регуляции поведения.

1.2. Подходы к исследованию нормативной регуляции поведения в психологической науке.

1.3. Проблема готовности личности к деятельности и поведению.

1.4. Психологическая характеристика готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

ГЛАВА 2. Организация и методики эмпирического исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

2.1 Цели, задачи и гипотеза эмпирического исследования.

2.2 Методика исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

2.3 Методики исследования рефлексивности и локуса контроля.

2.4 Обоснование и характеристика выборки испытуемых.

ГЛАВА 3. Обсуждение результатов эмпирического исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

3.1 Результаты исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

3.2 Рекомендации по формированию готовности к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

Введение диссертации по психологии, на тему "Готовность субъекта к инструментальному использованию нормы как психологический фактор культурной компетентности"

В динамично меняющемся мире особую значимость обретает проблема личности как интегративной характеристики развития человека. Мир как никогда становится зависимым от человека, от его отношения к окружающему, от его деяний. Новая социально-экономическая парадигма XXI века основывается на идеях интеграции и дифференциации; идеях разработки такой методологии управления, при которой возможно сохранять известную долю стабильности и изменяться; идеях баланса интересов; идеях культуры и лидерства, обеспечивающих одновременность протекания и взаимозависимость процессов социализации и индивидуализации личности.

В этом сопряжении весьма разнородных ценностей и целей, разнонаправленных тенденций и процессов, в высоком темпе изменений заключается уникальность и сложность современной социально-экономической ситуации, характеризующейся высокой степенью нестабильности и неопределенности. Анализ факторов эффективности деятельности организаций свидетельствует, что устойчивое положение компании в конкурентной среде становится все более зависимым от личностной заинтересованности работников в достижении ее целей, от степени их вовлеченности в организационную жизнь (D. Champy, К. Исикава, Т. Конти, Ф. Лютенс, И. Фишер, А.И. Кочеткова, JI.A. Малышева, В.А. Спивак, В.В. Томилов и др.). При этом принципиальным моментом является не только готовность и способность человека к воспроизводству деятельности, но и его готовность к изменению ее целевых и ценностных ориентиров, к конструктивному изменению поведения в интересах достижения социально значимых целей.

Признание важности вопросов управления организационной культурой в России сегодня актуализирует проблему культурной компетентности руководителей, суть которой состоит в обеспечении воспроизводства ценностей и норм своей культуры и развитии их во взаимодействии с иными ценностнонормативными системами. Важным психологическим фактором культурной компетентности, обусловливающим оптимальность сочетания процессов сохранения и изменения в культуре, является готовность субъекта к использованию норм в качестве инструмента регуляции поведения. Комплекс условий объективного и субъективного характера в таком случае выступает своеобразной социальной ситуацией развития, в которой протекает процесс личностного и профессионального онтогенеза взрослого человека.

Развиваясь в деятельности, приобщаясь к культуре, человек осваивает мир ценностно и инструментально. Этот процесс, именуемый в науках социализацией, аккультурацией, в психологическом плане сводится к интериориза-ции и субъективации ценностей и норм культуры сообщества, к которому приобщен человек, и определяется логикой и закономерностями развития этого сообщества. Образуется целостная открытая система внутренних и внешних отношений человека, имеющая уникальную и вместе с тем типическую и закономерно определенную структуру. Именно культура как особая сфера, где превалирует нравственный образец, нравственная норма, задает пространство личностных изменений, обусловливая способность человека соизмерять индивидуальные действия с действиями других людей, соотносить собственные цели с целями общественно значимой деятельности.

Все вышесказанное позволяет рассматривать сегодня отношения «человек - организация» как по-новому оформленный, актуальный в современных условиях вариант давней психологической проблемы соотношения в человеке личностного и общественного, проблемы отношений «личностный смысл» — «значение», «внутренняя» — «внешняя» мотивация. Особенности смысловой сферы личности определяют характер протекания процессов регуляции поведения человека, определяют уровень его социальной активности, что обусловливает особый интерес к их изучению в психологической науке (Е.Ю. Артемьева, А.Г. Асмолов, Б.С. Братусь, Д.А. Леонтьев, В.А. Петровский, В.Ф. Петренко, А.Г. Шмелев и др.).

В рамках данного исследования нормативная регуляция рассматривается как обеспечивающая взаимосвязи личностных качеств человека, его индивидуального поведения с ожиданиями и требованиями социокультурной среды (М.И. Бобнева, О.И. Зотова, Е.В. Шорохова, И.Д. Истошин, В.В. Гулякина и др.). Нормы выступают средством, инструментом регуляции, указывающим на способ осуществления действия. Сохранение субъектом поведения в заданных границах и оптимальное его изменение в интересах достижения целей деятельности во многом зависит от готовности субъекта к использованию нормы в качестве инструмента регуляции собственного поведения, поведения других людей, поведения организации как социального целого (коллектива людей).

Вместе с тем актуальность исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности определяется наличием ряда противоречий, требующих разрешения:

• актуальность функции по управлению организационной культурой не поддержана на настоящий момент достаточными разработками в области изучения личностных и профессиональных качеств, которыми должен обладать руководитель, чтобы успешно осуществлять эту функцию. Исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы являются частью изучения психологических факторов формирования культурной компетентности;

• социокультурные нормы и нормативная регуляция традиционно рассматриваются как инструменты общественного принуждения по отношению к индивиду. Усиление роли личностного фактора во всех сферах общественной жизни, особенно в связи с ростом неопределенности внешней среды, вызывает необходимость акцентировать внимание прежде всего на субъектных качествах личности, в том числе на психологической готовности человека поддерживать и развивать заданную извне нормативную систему;

• проблема исследования нормативной регуляции как смысловой недостаточно разработана в современной психологии личности как в теоретическом, так и в методическом плане;

• кроме того, исследования нормативной регуляции ограничены в основном рамками социальной психологии и не выходят на уровень отдельной личности как предмета психологии.

Актуальность работы определяется также и практическими задачами научных исследований в области управления организационной культурой. При наличии ряда работ в этом направлении (Е.Н. Schein, TJ. Peters, R.H. Waterman, V. Sathe, G. Hofstede, K.S. Cameron, R.E. Quinn, D. Matsumoto, Т.Ю. Базаров, B.A. Спивак, B.B. Томилов и др.) следует отметить, что вопрос о формировании особых, «культурных», способностей менеджеров, а тем более вопрос содержания этих способностей детально не прорабатывался. Сама природа культурной компетентности достаточно противоречива: это противоречия между уникальностью (субъектностью) и типичностью (заданностью); между динамизмом целостной структуры и устойчивостью ее компонентов. Культурная компетентность также отличается совмещенностью временных категорий: прошлого опыта, актуального реагирования, прогноза на будущее. Таким образом, очерчивается предметное поле исследований, вбирающее в себя круг проблем психологии личности.

Объектом исследования является субъект, действующий в нормативно заданной ситуации.

Предметом исследования выступает готовность субъекта к инструментальному использованию нормы как психологический фактор культурной компетентности.

Гипотеза исследования. В исследовании проверялось следующее предположение: уровень готовности субъекта к использованию нормы как инструмента регуляции поведения определяется соотношением содержания личностного смысла этой нормы и видов нормативного поведения.

Цель исследования - выявить и описать уровни готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

Для достижения поставленной цели необходимо решить следующие задачи:

1. На основе теоретического анализа подходов к исследованию проблемы регуляции поведения разработать теоретический конструкт готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности; раскрыть сущность понятия, описать основные стороны готовности к инструментальному использованию нормы.

2. Разработать программу и методику эмпирического исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

3. В ходе эмпирического исследования выявить связи между содержаниями личностного смысла и видами нормативного поведения как показателями достижения субъектом определенного уровня готовности к инструментальному использованию нормы.

Теоретико-методологическую основу исследования составили общенаучные методологические принципы детерминизма, развития и системности. Исследование опирается на основные положения культурно-исторической концепции JI.C. Выготского; теорию деятельности А.Н. Леонтьева; положения субъектно-деятельностного подхода С.Л. Рубинштейна и его последователей; концептуальные идеи исследований смысловых образований личности А.Г. Асмолова, Б.С. Братуся, Д.А. Леонтьева, В.А. Петровского; исследования проблем становления личности К.А. Абульхановой-Славской, А.Г. Асмолова, А.В. Петровского, В.А. Петровского, В.А. Ядова; фундаментальные положения о деятельности в отечественной психологии труда Е.А. Климова., Б.Ф. Ломова, В.Д. Шадрикова, Ю.К. Стрелкова, а также базирующиеся на них современные акмеологические теории и концепции профессионализма О.С.

Анисимова, А.А. Деркача, А.К. Марковой. Кроме того, были использованы работы в области организационной культуры, как российских (А.И. Наумов, Спивак В.А., Томилов В.В., Шихирев П.Н. и др.), так и зарубежных авторов (Е.Н. Schein, T.J. Peters, R.H. Waterman, V. Sathe, G. Hofstede, K.S. Cameron, R.E. Quinn, D. Matsumoto).

Научная новизна исследования. Поставлена и исследована проблема готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как актуального свойства личности, обеспечивающего регуляцию поведения в культурном пространстве. Готовность к инструментальному использованию нормы рассмотрена как важный психологический фактор культурной компетентности.

Выявлены, теоретически и эмпирически обоснованы связи содержаний личностного смысла нормы для субъекта и видов выбираемого им нормативного поведения как показатели готовности субъекта к использованию этой нормы в качестве инструмента регуляции поведения.

Разработана методика исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности. Эмпирически доказана уровневая природа готовности, выявлены и описаны уровни готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

Теоретическая значимость работы. Актуализирована проблема смыслового содержания нормативной регуляции поведения человека, позволяющего рассматривать готовность к инструментальному использованию нормы как субъектное свойство личности.

Разработан теоретический конструкт «готовность субъекта к инструментальному использованию нормы как психологический фактор культурной компетентности», уточнены признаки и основные характеристики явления, обоснована роль готовности в формировании культурной компетентности менеджера. Содержания личностного смысла культурной нормы описаны как показатели ее интериоризации субъектом.

Локус контроля и рефлексивность рассмотрены как интегративные свойства личности, детерминирующие особенности нормативной регуляции ее поведения и обусловливающие уровень готовности субъекта к инструментальному использованию нормы.

Практическая значимость работы состоит в изучении готовности к инструментальному использованию нормы как важного психологического фактора культурной компетентности менеджера, способствующего успешной деятельности в области управления организационной культурой. Обоснована и апробирована методика исследования готовности субъекта к инструментальному использованию норм психологического фактора культурной компетентности.

В рамках исследования разработаны, обоснованы и реализованы программы развития культурной компетентности руководителей ряда предприятий г. Екатеринбурга, Свердловской и Пермской областей. Разработана и реализуется учебная программа дисциплины «Развитие организационной культуры» по специальностям «Стратегический менеджмент» и «Управление персоналом» для слушателей Президентской программы подготовки управленческих кадров для организаций народного хозяйства Российской Федерации и слушателей программы МВА (Институт переподготовки кадров Уральского государственного технического университета, Региональный межотраслевой центр переподготовки кадров Пермского государственного технического университета).

Результаты исследования готовности субъекта к использованию нормы как инструмента регуляции поведения востребованы при оценке культурной компетентности руководителей, а также при разработке программ развития организационной культуры и обучения работников предприятий.

Практическая значимость работы подтверждена актами о внедрении.

Основными методами сбора данных были анализ документов, интервью, письменный опрос; обработки данных - контент-анализ, методы первичной и вторичной статистики, в том числе корреляционный и кластерный анализ. Исследование проводилось с 2001 по 2004 годы: 1) на предприятиях г. Екатеринбурга и Свердловской области, входящих в состав ПГ «Уралинвест-энерго» и ОАО «Исеть-фонд»; 2) в Институте переподготовки кадров Уральского государственного технического университета им. С.М. Кирова.

В исследовании приняли участие 124 человека - руководители высшего, среднего и низового управленческих звеньев предприятий г. Екатеринбурга и Свердловской области.

Надежность и достоверность результатов работы обеспечиваются репрезентативностью выборки исследования, методологической обоснованностью подходов и методов исследования, адекватным использованием методов математической статистики.

Апробация работы. Результаты исследования обсуждались на заседаниях кафедр управления человеческими ресурсами Института переподготовки кадров Уральского технического университета, общей психологии и психологии личности Уральского государственного университета; рассматривались на Международной научно-практической конференции «Конкурентоспособность предприятий и территорий в меняющемся мире» (г. Екатеринбург, 2002), Всероссийской научной конференции «Образование в XXI веке» (г. Тверь, 2003), Международной научно-практической конференции «Новое в теории и практике управления» (г. Екатеринбург, 2003), Межрегиональной научно-практической конференции «Прикладная психология как ресурс социально-экономического развития современной России» (г. Москва, 2005). По результатам исследования опубликовано 8 научных статей, разработано 2 учебно-методических пособия общим объемом 16, 3 п. л.

Структура и объем диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы, включающего 181 наименование, 6 приложений, 16 таблиц, 15 диаграмм и 9 рисунков.

Заключение диссертации научная статья по теме "Общая психология, психология личности, история психологии"

3.1. Результаты исследования готовности к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности

Анализ описательной статистики по выборке в целом. Первоначальным этапом обработки полученных результатов стал анализ результатов описательной статистики по показателям шкал, используемых в исследовании методик (Приложение 4.1). В целом по выборке испытуемых результаты выглядят следующим образом.

По методике исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности:

• по шкале «Содержание личностного смысла нормы» по степени выраженности показателя средние значения распределены следующим образом:

Групповой смысл» = 44,7 при стандартном отклонении = 15,2;

Организационный смысл» = 33,0 при стандартном отклонении = 17,5;

Субъективный смысл» = 22,3 при стандартном отклонении = 15,6;

Поскольку методика не стандартизирована и разработана для частного случая исследования готовности, то мы не можем говорить о какой-либо стандартной величине показателя по шкалам методики. Однако представление данных в относительных величинах чисел делают возможным допущение о высоком уровне показателя, если представленная величина ai > 49. Таким образом, мы имеем возможность говорить о том, что средние значения показателя «Групповой смысл» приближены к высокому уровню выраженности в целом по выборке; средние значения показателя «Субъективный смысл» отражают низкий уровень представленности показателя; значения показателя «Организационный смысл» указывают на средний уровень выраженности по сравнению с двумя предыдущими. Таким образом, мы констатируем факт, что нормы организации воспринимаются испытуемыми чаще как нормы, направленные на регламентацию межличностных отношений, и ограничены групповым пространством их употребления. Это свидетельствует о том, что потенциал организационных норм не используется испытуемыми в полной мере. «Застревание» же на групповом уровне опасно возможным сопротивлением изменению нормы в нестандартной ситуации;

• по шкале «Вид поведения» по степени выраженности показателя средние значения распределены следующим образом:

Выбор «Воздействие» = 41,0 при стандартном отклонении =10,1 Выбор «Исполнение» = 29,8 при стандартном отклонении = 10,9 Выбор «Изменение» = 29,4 при стандартном отклонении = 11,2 Порядок представленных данных аналогичен распределению по степени выраженности данных по показателю «Содержание личностного смысла». В этом случае мы также наблюдаем, что в среднем по выборке испытуемые чаще выбирают вид поведения «Воздействие». В практически равных долях представлены средние величины показателей видов поведения «Исполнение» и «Изменение». Средние значения в некоторой степени отражают закономерность, которую мы предполагали между содержаниями личностного смысла и видами поведения. Большая степень различий в средних значениях по показателю в первом случае и большая их сбалансированность во втором случае указывают на сложный характер этих отношений, заданный уровневой природой феномена готовности субъекта к инструментальному использованию нормы.

По методике определения уровня развития рефлексивности средний показатель по шкале = 127,4 при невысоком стандартном отклонении 10,7. Минимальная величина представленного значения составляет 111 баллов, а максимальная - 158 баллов. Согласно методике, результаты, равные или большие, чем 140 баллов, свидетельствуют о высоком уровне развития рефлексивности; результаты в диапазоне 140 - 114 баллов указывают на средний г уровень; а результаты меньше 114 баллов - на низкий уровень развития рефлексивности [77; с. 49].

Распределение испытуемых по показателю «Рефлексивность» представлено на диаграмме 7. Подавляющее большинство испытуемых (78%) попадает в так называемый «оптимум эффективности менеджеров» [77; с. 51], что соответствует средним значениям данных по методике. Поскольку исследователи эмпирическим путем получили доказательства наличия связи между рефлексивностью и эффективностью деятельности менеджера [77; с.51-52], мы имеем основание по степени развитости рефлексивности делать заключения о продуктивности профессиональной деятельности человека. I

Диаграмма 7

Распределение испытуемых по показателю "Рефлексивность" средний 78% высокии 13% низкии 9%

Характер этой связи не является простой, непосредственной детерминацией, а описывается инвертированной «U-образной» кривой и принадлежит к категории зависимостей «тип оптимума». Таким образом, исследователи пришли к выводу о том, что не только низкая, но и очень высокая рефлексивность является причиной снижения эффективности управленческой деятельности [77; с. 52]. Средние значения выраженности показателя «Рефлексивность» свидетельствуют о том, что выборка сформирована в соответствии с заданными параметрами, а полученные в ходе исследования ответы испытуемых можно считать достоверными.

По методике «Локализация контроля» средний показатель по шкале «Интернальность общая» = 28, 4, что соответствует 7 стенам из 10 для мужской и женской выборок [93; с. 110]. Показатель балансирует на границе средних и высокий значений, отражая особенности выборки: значительная часть испытуемых является руководителями среднего и высшего звеньев управления, а интернальность - одно из тех качеств, которые обеспечивают возможность исполнения управленческих функций [93, 131].

Распределение испытуемых по показателю «Интернальность общая» представлено на диаграмме 8.

Диаграмма 8

Распределение испытуемых по показателю "Интернальность общая" низкий 2% высокий ^рярСЩЯк. ВЦ I ——

1 сп/ Л' • \ В ' \

ЗУ/о /шшшщс&а В-.- '.-A средним

По остальным субшкалам данные распределяются адекватно среднему показателю интернальности общей, уточняя и конкретизируя общее значение. Наиболее выраженным и вполне объяснимым высоким должностным статусом испытуемых выборки оказался средний показатель по субшкале «Интернальность в сфере достижений» (= 6,72 при максимуме 8 баллов). Выраженность показателя «Интернальность в области профессиональной деятельности» невысока (= 11,7 при максимуме 16 баллов), мода указывает на среднюю тенденцию Мо =12. Среднее значение показателя косвенным образом свидетельствует о трудностях, которые могут испытывать руководители в ситуации принятия управленческого решения, в частности в тех аспектах, которые касаются способности действовать автономно и ответственно. В некоторой степени это следствие обстоятельств, поскольку в сегодняшней управленческой практике наемные менеджеры ограничены в возможностях принятия самостоятельного решения [167, 168]. Наименее выраженными являются значения по субшкалам «Интернальность в сфере неудач» (= 5,3 при максимуме 8 баллов) и «Отрицание активности» (=3, 58 при максимуме 8 баллов). Последнее имеет положительное значение, так как, чем ниже показатель по этой шкале, тем более активен человек в деятельности и отношениях, и жизнь он воспринимает как наполненную смыслом, позитивно и уверенно [93; с. 112].

Далее показатели описательной статистики предпочтительнее представлять не только через среднее, но и через Моду, указывающую на частоту встречаемости значения. Средний возраст испытуемых = 36,0, Мо = 30. Значительная часть испытуемых является слушателями Президентской программы подготовки управленческих кадров для организаций народного хозяйства РФ; это молодые руководители с перспективой дальнейшего карьерного роста, значительным личностным потенциалом.

В группе испытуемых больше мужчин, чем женщин (Мо = 2), и основу выборки составляют руководители среднего управленческого звена (Мо = 2,0). Такое распределение выборки не противоречит принципиальному положению, заявленному в исследовании, о роли менеджеров высшего звена в управлении организационной культурой. Если руководители высшего звена задают ценностно-нормативную систему организации, то функция менеджеров среднего звена - поддерживать и распространять культуру организации. При том эта категория руководителей является наиболее проблемной, ибо, являясь по роли проводниками идеологии руководителей высшего звена, они зачастую либо не разделяют ценностные установки руководителей, либо не владеют навыками управления поведением людей в организациях.

Среднее значение показателя «Стаж работы в организации» по выборке испытуемых составляет 7,1, а Мо =7. Данный результат свидетельствует о достаточном времени, необходимом человеку для самоопределения в культуре организации и формирования культурного опыта.

Мода показателя «Область деятельности организации» Мо = 3,0, т.е. в выборке чаще представлены сотрудники промышленных предприятий, что отражает специфику промышленного региона Урала. Эти данные соответствуют и показателю «Размер организации» Мо = 2; в выборке чаще представлены руководители средних по данному показателю предприятий (от 100 до 500 человек), что характеризует представленность предприятий такого типа в экономическом секторе Свердловской области [75].

Анализ корреляционных связей показателей при исследовании готовности субъекта к инструментальному использованию норм как психологическому фактору культурной компетентности. Определение взаимосвязи между показателями осуществлялось с помощью коэффициента Кендалла, т.к. исходные данные имеют непараметрический характер. В файле вывода результатов корреляционного анализа SPSS Output для каждого рассчитываемого критерия содержится таблица, где в каждой ячейке приведены: само значение коэффициента корреляции, а также статистическая значимость расчетов. В итоговых корреляционных таблицах (см. Приложения 4.2. и 4.3.) отмечены статистически значимые коэффициенты: р^ 0,05 (*) и р^ 0,01 (**).

Анализ корреляционных связей показал наличие неоднозначной зависимости между содержанием личностного смысла нормы для субъекта и видом поведения. В целом было выявлено наличие значимой положительной связи между содержаниями личностного смысла нормы для субъекта и видами поведения, которые он намерен демонстрировать в ситуациях, связанных с реализацией нормы (г=0, 399). Графически выявленные связи представлены на рис. 5, 6. положительная корреляционная связь отрицательная корреляционная связь

Рис.5. Значимые корреляционные связи показателей по шкале «Содержание личностного смысла» положительная корреляционная связь отрицательная корреляционная связь

Рис.6. Значимые корреляционные связи показателей по шкале «Вид поведения»

Далее данные представлены в парной взаимосвязи «Личностный смысл» - «Вид поведения» по тому, в каких пределах они задают границу готовности субъекта к инструментальному использованию нормы.

Личностный смысл «Субъективный смысл» - вид поведения «Исполнение» (рис. 7). Значимой корреляции в этой паре между основными показателями не выявлено. Можно предположить, что отражение нормы на уровне субъективно значимой не ориентирует человека однозначно на ее исполнение в ситуации трудовой профессиональной деятельности. Испытуемые, оценивающие норму таким образом, предпочитают исходить при принятии решений об ее использовании в качестве регулятора поведения в основном из соображений личной приемлемости нормы, ее привычности и удобства («это важно лично для меня»; «я так привык делать»; «всегда так поступаю, это никак не связано с организацией»; «просто мне так комфортней»). положительная корреляционная связь отрицательная корреляционная связь

Рис. 7. Значимые корреляционные связи показателей «Субъективный смысл» - «Исполнение»

Норма расценивается как принадлежащая частной жизни конкретного человека («я исполняю норму, потому что сам так хочу», «вообще-то организация не должна диктовать условия, это личное дело каждого нормального человека»). Нет оснований предполагать, что принятая на этом уровне норма обязательно будет исполняться в условиях организации и в интересах достижения целей совместной деятельности. Скорее всего, исполнение нормы будет носить ситуативный характер, субъект также ситуативно будет использовать ее для коррекции поведения другого человека или менять ее в ситуации, когда норма становится препятствием дальнейшей деятельности. Таким образом, чтобы прогнозировать ее сколько-нибудь определенное использование в качестве инструмента регуляции поведения, явно недостаточно того, что норма принята и осмыслена субъектом как «своя».

Это замечание кажется нам важным именно в контексте актуализации проблем развития лояльности персонала в организациях. Требуется дополнительные усилия со стороны организации, чтобы создать условия для рефлексии работником индивидуальной и общественной значимости ценностей и норм организации и согласования личных и организационных интересов. На это указывает и отрицательная корреляция показателя «Субъективный смысл» и показателя «Рефлексивность» (г = - 0,319**): субъекты, в значительной степени ориентированные на себя в восприятии нормы как инструмента регуляции поведения, чаще обладают недостаточно развитым для реализации управленческих функций свойством рефлексивности.

Как тенденцию можно рассматривать факт, что показатели «Субъективный смысл» и «Исполнение» имеют наибольшее количество отрицательных корреляций (рис. 7) по сравнению с другими показателями в парах, выделенных нами. Отрицательная корреляция обоих показателей с интернальностью как по основной шкале Ио (г = - 0,265** и г = - 0,298** соответственно), так и по субшкалам может свидетельствовать о том, что невысокая интернальность не обеспечивает выход субъекта на более сложный поведенческий уровень; ограничиваясь лишь исполнением нормы, руководитель не берет на себя ответственность по регуляции поведения объектов и систем.

Отрицательные корреляции наблюдаются также между каждым показателем из пары и показателем «Размер организации» (соответственно г = -0,252** и г = - 0,233**). Это подтверждает высказанное предположение о том, что особенности социальной ситуации развития определяются объективными условиями деятельности, а отношение субъекта к норме формируется под воздействием средовых особенностей. Чем более «крупной» является организация, тем сложнее система ее управления, тем более сложных форм нормативного поведения ожидает она от своих работников. Объективная закономерность прослеживается и в связях показателя «Исполнение» с показателем «Стаж работы в организации» (г = 0,263**) и с показателем «Уровень управления» (г = - 0,178*).

Личностный смысл «Групповой смысл» - вид поведения «Воздействие» (рис. 8). Уточняя семантику понятия «групповой смысл», отметим, что в нашем исследовании этим понятием обозначается не групповая норма, а лишь ориентация на использование нормы в качестве инструмента регуляции. Таким образом, мы указываем на специфику ее функционирования в отношении объектов и деятельности, а не на источник ее формирования. Норма при этом сохраняет свой организационный статус. Отмечена положительная корреляция (г = 0,432**) между основными показателями. Задавая границы деятельности, норма, воспринимаемая на уровне «группового смысла», помогает направлять усилия людей в единое русло, и поэтому целенаправленно поддерживается субъектом, а исполнение ее участниками совместной деятельности контролируется. В этом случае человек обращает внимание на нарушение нормы, способен скорректировать поведение нарушителя.

Однако мы предполагаем, что норма, оцениваемая как инструмент регуляции поведения других людей и групп, может рассматриваться испытуемыми в качестве аналога групповой нормы, а значит, обладает всеми ее признаками.

Оценкой нормы как групповой, с нашей точки зрения, объясняются положительные корреляционные связи основных показателей с показателем интер-нальности по субшкале «Отрицание активности» (г = 0,277** и г = 0,200** соответственно) и отрицательные связи с показателями «Интернальность общая» (г = - 0,227** и г = - 0,173* соответственно) и «Рефлексивность» (г = - 0,151* и г = - 0,205** соответственно).

Субъективный смысл

Групповой смысл

Организационный. •.'.'. сммс.т .•.'."

Ра флоко й в ноЪтъ

Стаж работы в организации

Интернальность-.обгцая.

Уровень управления

Область деятельности ооганизации

Изменение

Исполнение

Размер организации положительная корреляционная связь отрицательная корреляционная связь

Рис.8. Значимые корреляционные связи показателей «Групповой смысл» - «Воздействие»

Выявленные связи могут свидетельствовать, в том числе, и о том, что часть испытуемых использует норму в качестве инструмента регуляции поведения других людей «по привычке». Отметим также, что отрицательные корреляции каждого из показателей пары с показателем «Изменение» (г=- 0,422** и г = - 0,340**) выше, чем связь, фиксируемая между последним и показателем «Субъективный смысл» (г = - 0,134*). В связи с этим можно предположить, что склонность сохранять норму в неизменном виде, воспроизводить ее самому и требовать ее воспроизводства от другого человека будет чаще проявляться у тех людей, для которых характерна оценка норм организационной культуры как групповых, а не как организационных (отрицательная корреляция основных показателей с показателем «Организационный смысл» г = -0,418** и г = - 0,336**). Отрицательные корреляции показателя «Групповой смысл» с показателем «Уровень управления» (г = - 0, 418**) и положительная корреляция с показателем «Стаж работы в организации» (г = 0, 151*) свидетельствуют также о том, что принятие нормы на уровне «Группового смысла» преобладает среди руководителей низовых и средних уровней управления в отличие от руководителей высшего звена и зависит от стажа работы в организации.

Сама по себе готовность использовать норму в качестве инструмента регуляции поведения других людей, безусловно, востребована в организации, поскольку обеспечивает ее успешное функционирование в заданном режиме, однако, в условиях неопределенности это может стать препятствием для дальнейшего развития организации. Для руководителя особенно важны готовность и способность, опираясь на принцип нормативности организационной деятельности, корректировать, а в иных случаях и кардинально менять норму, обеспечивая возможность развития организации и эффективной деятельности ее работников. Поскольку выявленные связи указывают на тенденцию к «нормативной консервации», в организации следует предусматривать необходимость дополнительного обучения руководителей, особенно среднего и низового управленческих звеньев, и тренировки у них необходимых навыков модификации как самой нормы, так и нормативного поведения.

Личностный смысл «Организационный смысл» — вид поведения «Изменение» (рис. 9). В данной паре наблюдается наиболее высокая положительная взаимная корреляция основных показателей (г = 0,496**). Следует отметить также, что оба показателя имеют значительное количество положительных корреляций и являются своего рода «ядрами», вокруг которых группируются и относительно которых позиционируются все остальные показатели (рис. 9).

Выявлены значимые отрицательные корреляции показателей «Организационный смысл» и «Изменение» с другими показателями, описывающими содержания личностных смыслов и видов поведения, что также подтверждает взаимозависимость показателей в паре. положительная корреляционная связь отрицательная корреляционная связь

Рис.9. Значимые корреляционные связи показателей «Организационный смысл» - «Изменение»

Отмечаются достаточно высокие для данного исследования положительные корреляции с показателями «Рефлексивность» (г = 0,407** и г = 0,273**), «Интернальность общая» (г = 0,446** и г = 0,452**) и с показателями интернальности по субшкалам, в частности, например, по субшкале «Интернальность в сфере достижений» (г = 0,446** и г =0, 406** соответственно).

Выявленные связи подтверждают гипотезу о том, что интернальность как интегративное свойство личности определяет особенности готовности субъекта к инструментальному использованию нормы. В данном случае мы рассматриваем готовность к изменению нормы, изменению нормативного поведения в целом, создание новой нормы, более продуктивной в рамках смены условий деятельности. Готовность формируется при условии включенности в деятельность, осознании ее смысла и цели, личностной и социальной ответственности. Именно интерналы проявляют большую продуктивность и последовательность в принятии решения в ситуациях, связанных с риском [84, 93, 130, 167, 168]. Ситуации ценностно-нормативных трансформаций являются именно такими ситуациями, и в целом закономерно, что субъекты, принимающие норму на уровне организационного смысла и делающие выбор в пользу изменения нормы в интересах продолжения совместной деятельности, демонстрируют высокую степень интернальности.

Положительная корреляция с показателями «Уровень управления» (г = 0,162* и г = 0,307**) и «Размер организации» (г = 0,237** и г = 0,292**) отражает факт того, что изменения норм организационной культуры наиболее востребованы в достаточно крупных структурах, где особенно остро стоит проблема адаптивности организации к изменениям внешней среды. Отрицательная корреляция с показателем интернальности по субшкале «Отрицание активности» (г = - 0,460** и г = - 0,446**) свидетельствует о необходимости занимать активную личную и профессиональную позицию в ситуации изменений. Отмечаются также отрицательные корреляции с показателем «Возраст» (г = - 0,231** и г = - 0,118**) и «Стаж работы в организации» (г = - 0,166* иг = - 0,269**). Хотя выявленные связи указывают на склонность более молодых людей и людей с меньшим стажем работы в организации к изменениям, нам представляется, что на результаты влияют неучтенные в исследовании переменные, поэтому однозначные выводы делать преждевременно. Мы также предполагаем, что не существует жесткой зависимости между продолжительностью работы человека в организации, его возрастом и согласованностью позиций субъекта и организации (показатель «Организационный смысл»).

По дополнительным показателям отметим лишь самые значимые связи. Показатели «Рефлексивность» и «Интернальность общая» связаны (г =

0,386**) в целом и по всем субшкалам интернальности. Выявленные значимые корреляции служат показателем взаимообусловленности данных интегра-тивных свойств личности, а установленные корреляции с видами поведения и содержаниями личностного смысла нормы - показателем широкого спектра влияния на регулятивные процессы.

Показатель «Возраст» имеет следующие значимые положительные корреляционные связи - с показателем «Субъективный смысл» (г =0, 132*), с показателем «Отрицание активности» (г = 0, 166*), с показателем «Стаж работы в организации» (г = 0,468**), и отрицательные корреляционные связи, кроме указанных выше, с показателями интернальности, наиболее значимой из которых является связь с показателем по субшкале «Готовность к преодолению трудностей» (г = - 0,313**).

Показатель «Пол» имеет единственную положительную корреляционную связь с показателем «Готовность к преодолению трудностей» (г = 0,177*). В нашем случае можно говорить о том, что испытуемые-мужчины, более склонны к действиям подобного рода, чем женщины.

Корреляционные связи показателя «Уровень управления» свидетельствуют о том, что общая тенденция для участников исследования - отсутствие жесткой зависимости между стажем и должностью. Положительная корреляционная зависимость выявлена между показателем «Уровень управления» и показателями по шкалам интернальности.

Показатель «Стаж работы» положительно коррелирует с показателями «Количество работников в организации» (г = 0,407**) и «Возраст» (г = 0,468**).

Показатель «Размер организации» положительно коррелирует со следующими показателями: личностный смысл «Организационный смысл» (г = 0,237**), вид поведения «Изменение» (г = 0,292**), «Рефлексивность» (г = 0,306**), «Интернальность общая» (г = 0,407**), «Интернальность в профессиональной сфере» (г = 0,330**); а также имеет следующие отрицательные корреляции: с показателем «Субъективный смысл» (г = - 0,252**), вид поведения «Исполнение» (г = - 0,233**), «Отрицание активности» (г = - 0,273**), «Уровень управления» (г = - 0,298**).

Таким образом, по результатам обработки данных с помощью метода корреляционного анализа можно сделать следующее заключение:

1) существует значимая положительная корреляционная связь между содержаниями личностного смысла нормы для субъекта и видами нормативного поведения, которое он намерен демонстрировать в ситуации, связанной с реализацией нормы. Содержание личностного смысла в той или иной степени предопределяет выбор поведения и задает границы готовности субъекта к инструментальному использованию нормы, что подтверждает выдвинутую в исследовании гипотезу;

2) на этом этапе эмпирического исследования значимая связь между показателями «Субъективный смысл» и «Исполнение» не выявлена, что обусловлено, скорее всего, влиянием переменных на связи между ними;

3) принятие субъектом нормы на уровне «Группового смысла» ограничивает ее использованием в качестве инструмента регуляции поведения другого человека. Значимые отрицательные связи между показателями «Групповой смысл» и «Изменение» свидетельствуют о наличии при высокой степени ориентации в принятии нормы на другого тенденции к консервации, сохранению нормы даже в изменившихся условиях, когда прежняя норма становится препятствием деятельности;

4) значимая положительная корреляционная связь показателей «Организационный смысл» и «Изменение» указывает на то, что субъект, воспринимающий норму как инструмент регуляции поведения организации, в новых условиях принимает решение об изменении нормы и нормативного поведения в целях продолжения деятельности;

5) степень выраженности рефлексивности и интернальности обусловливают особенности связи содержания личностного смысла и вида нормативного поведения.

Обсуждение результатов кластерного анализа данных исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы. Для получения более точной картины содержательных связей между показателями шкал методики был применен кластерный анализ данных по всей выборке. Кластерный анализ предназначен для объединения объектов, сходных по множеству признаков, в группы, или кластеры. Применение кластерного анализа позволит получить объединенные понятия, упорядочивающие отношения между исследуемыми объектами. Выводы о содержании значимых отношений между исследуемыми объектами основано на анализе дендрограммы понятий по всей выборке.

Применение процедуры кластерного анализа позволило выделить 3 кластера понятий (Приложение 4.4.):

• Первый кластер включает в себя следующие показатели - «Изменение» (6), «Интернальность общая» (8), «Организационный смысл» (3), «Субъективный смысл» (1), «Исполнение» (4). Данный кластер отражает факторы, обеспечивающие активность субъекта в ситуации самостоятельного принятия решения. Таким фактором является интернальность. Содержание личностных смыслов («субъективный» или «организационный»), выбор поведенческой стратегии между исполнением и изменением определяются локу-сом контроля, присущим субъекту, и отражают качество и устойчивость связей между ними. Для сознательной регуляции поведения на основе культурных норм необходим оптимально высокий уровень интернальности. Выбор поведения, направленного на изменение норм и нормативного поведения требует ответственности, социальной зрелости и волевой регуляции. Кроме того, в кластере, хотя и посредством включения в отношения с другими объектами, но фиксируется корреляционная связь «Субъективный смысл» - «Исполнение», не нашедшая достаточного подтверждения при анализе данных корреляционного анализа. Она обусловлена рядом факторов: невысокой интерналь-ностью, незначимостью нормы в качестве организационной и неориентированностью на стратегию изменения. Результаты анализа подтверждают наше предположение, что отношения содержания личностного смысла и вида поведения задают границы готовности к инструментальному использованию нормы. В данном случае объединение понятий в кластер свидетельствует о том, что субъект, оценивающий норму только как инструмент регуляции собственного поведения, склонен следовать норме, но не изменять ее, даже если ситуация того требует; выбор же стратегии изменения связан с оценкой нормы как организационно значимой.

• Второй кластер соединил в себе следующие показатели: «Групповой смысл» (2), «Воздействие» (5), «Возраст» (18). Такое объединение понятий отражает тенденцию в поведении человека с возрастом и накоплением опыта выступать в качестве наставника, носителя культурных норм и отношений. Связи могут быть сопряжены и с ростом групповой идентичности субъекта, включением его в профессиональное сообщество. Принятие нормы на групповом уровне поддерживается осознанием их в качестве инструмента регуляции межличностных отношений и делового взаимодействия людей в организациях. Это определяет и выбор поведения, направленный на контроль «правильности» поведения других людей во внутригрупповом пространстве и коррекции этого поведения с помощью нормы путем воздействия на другого человека. В межгрупповом пространстве «Групповой смысл» выражается зачастую как защита нормы от чужого воздействия с целью ее изменения. Эта защита может принимать форму сопротивления и тормозить процессы организационных преобразований. «Групповой смысл» - феномен, который в контексте организационной культуры интерпретируется неоднозначно, поэтому требует постоянного и пристального внимания со стороны руководителей, управляющих организационной культурой, и особых профессиональных умений работы с группами в организации, умением управлять процессами групповой динамики и нормообразования в группе. В частности, это умение согласовывать групповые и организационные нормы и корректировать групповые нормы в сторону общеорганизационных.

• Третий кластер, самый многочисленный, объединил в себе такие показатели как «Интернальность процессуальную» (10), «Готовность к самостоятельной деятельности» (16), «Интернальность в сфере неудач» (13), «Интернальность в профессиональной деятельности» (9), «Интернальность в сфере межличностных отношений» (14) и «Стаж работы в организации» (21). Интерес представляют связи, описывающие внутренние зависимости частных понятий интернальности. В частности, объединение в один кластер ряда понятий дает нам основание предполагать, что в рамках выборки высокое значение по одному из представленных показателей интернальности свидетельствует о наличии целого ряда психологических свойств и качеств у испытуемого. Важно подчеркнуть, что профессиональная интернальность как значимая психологическая характеристика для успешности управленческой деятельности, определяет управленческий потенциал испытуемого и содержательно характеризует его. В нашем случае - это способность самостоятельно принимать решения; способность к организации деятельности как процесса, связанного с реализацией управленческих функций (планирования, оценки, контроля, координации, мотивации персонала и т.п.); способность рисковать и брать на себя ответственность за принятое решение; коммуникативная активность и умение устанавливать конструктивные отношения с партнерами по совместной деятельности. Таким образом, содержательно наполняя понятие интернальности, мы получаем набор умений, которые необходимо развивать руководителю для того, чтобы успешно осуществлять функцию управления организационной культурой.

В целом кластерный анализ позволяет сделать следующие выводы:

• количество и содержание кластеров отражает специфику данных, полученных в ходе исследования, и позволяет уточнить выявленные в ходе корреляционного анализа закономерности качественных связей между основными понятиями;

• результаты анализа подтвердили предположение, что отношения содержания личностного смысла и вида поведения задают границы готовности к инструментальному использованию нормы;

• обращают на себя внимание тесные связи, существующие между парами показателей «Личностный смысл» - «Вид поведения» и показателями интернальности. Интернальность, таким образом, является психологическим свойством, обеспечивающим сознательное и ответственное отношение субъекта к культурной норме и автономный выбор субъектом определенного вида поведения в ситуации действия и изменения нормы;

• объединение в кластер показателей, связанных с регуляцией поведения других людей, и показателя «Возраст» отражает естественную потребность человека с возрастом в реализации воспитательных функций и передаче опыта. Однако эта тенденция указывает на опасность «застывания» в рамках группы, и, следовательно, требует как постоянной рефлексии субъектов собственных ценностных представлений на предмет их групповой или организационной ориентации, так и управления нормообразованием в группах, существующих в рамках организации;

• тесные связи между понятиями внутри показателя «Локус контроля» дают нам возможность конкретизировать перечень личностных характеристик, влияющих на развитие готовности к инструментальному использованию нормы: сюда, в частности, относятся наличие навыков организации процесса деятельности, готовность к самостоятельной деятельности и ответственность за принятые решения, активность в установлении межличностных связей.

Сравнительный анализ данных описательных статистик групп испытуемых. Проведенный в Главе 1 теоретический анализ позволил выдвинуть гипотезу об уровиевой природе готовности к инструментальному использованию нормы. Критерием выделения уровня готовности является наличие устойчивой связи определенного содержания личностного смысла нормы и видов нормативного поведения, задающего ее границы. Особенности этих связей отражены в таблице 13.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ к В результате исследования можно сформулировать следующие выводы.

1. Актуальность исследования готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности обусловлена необходимостью привлечения ресурса культуры для решения вопросов регуляции поведения людей и организаций в условиях нестабильной среды. Готовность субъекта к инструментальному использованию нормы обеспечивает возможность удерживать баланс сохранности и изменчивости системы, ее адаптивность.

2. Систематизация опыта психологических исследований готовности субъекта к деятельности и выявление особенностей готовности к использованию норм в качестве инструмента регуляции делового поведения позволила сформулировать следующее определение данного феномена. Готовность субъекта к инструментальному использованию нормы как психологический фактор культурной компетентности понимается как свойство личности, отражающее отношения между содержанием личностного смысла нормы и видом нормативного поведения.

3. На основании корреляционного и кластерного анализа данных, полученных в ходе эмпирического исследования, было установлено наличие значимых связей между содержаниями личностных смыслов нормы для субъекта и видами поведения по использованию нормы как инструмента регуляции. В результате были выявлены следующие взаимосвязанные пары: а) «Субъективный смысл» - «Исполнение»; б) «Групповой смысл» - «Воздействие»; в) «Организационный смысл» - «Изменение».

4. Дифференциация испытуемых по трем группам на основе выделенного и обоснованного в ходе теоретического анализа критерия усложнения поведения, связанного с инструментальным использованием культурной нормы, позволила выявить два уровня готовности субъекта к инструменшальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности: а) уровень готовности к использованию нормы как инструмента регуляции собственного поведения и поведения другого человека; б) уровень готовности к использованию нормы как инструмента регуляции собственного поведения, поведения другого человека, поведения социальных систем (коллективов). Особенностью этого уровня готовности является то, что субъект проявляет стремление не только сохранять и воспроизводить норму, но и изменять ее, создавать новую норму в условиях, когда прежняя становится препятствием для продолжения деятельности.

5. В рамках эмпирического исследования не был с достаточной степенью очевидности выявлен первый уровень готовности к инструментальному использованию нормы. Для выявления этого уровня готовности необходимо провести дополнительные исследования.

6. Фиксируемая разница показателей рефлексивности и локуса контроля (интернальности) в группах разного уровня готовности позволяет сделать вывод о том, что данные личностные характеристики предопределяют уровень готовности субъекта к инструментальному использованию нормы как психологического фактора культурной компетентности.

Таким образом, выдвинутая в ходе теоретического анализа гипотеза о том, что уровень готовности субъекта к инструментальному использованию нормы определяется соотношением содержания личностного смысла нормы и видов нормативного поведения, в целом нашла свое эмпирическое подтверждение.

Полученные результаты открывают перспективы изучения вопроса о смысловом механизме нормативной регуляции поведения субъекта в пространстве совместной деятельности.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Миролюбова, Галина Семеновна, Екатеринбург

1. Абраменкова В.В. Генезис отношений ребенка в социальной психологии детства. Автореф. дисс. докт. психол. наук. М., 2000.

2. Абульханова-Славская К.А. Типология активности личности // Психол. журн. 1985. Т. 6. № 5. С. 3 8.

3. Альбульханова-Славская К.А. Стратегия жизни. М.: Мысль, 1991.

4. Анастази А., Урбана С. Психологическое тестирование. СПб.: Питер, 2002. 688 с.

5. Андреева Г. М. Психология социального познания. М.: 2000. 287 с.

6. Анисимов О.С. Методологическая версия категориального аппарата психологии. Новгород: Новгородская ЗКШ, 1990. 333 с.

7. Анисимов О.С. Основы методологического мышления. М., 1989. 412 с.

8. Анисимов О.С., Деркач А.А. Основы общей и управленческой акмеоло-гии. М. Новгород, 1995. 272 с.

9. Анцыферова Л. И. Психология формирования и развития личности // Человек в системе наук. М., 1989. С. 426 433.

10. Анцыферова Л. И. Личность в динамике: некоторые итоги исследования // Психол. журн. Т. 13. №5. 1992. С.12-25.

11. Артемьева Е.Ю. Основы психологии субъективной семантики. М.: Наука, 1999.316 с.

12. Аронсон Э., Уилсон Т., Эйкерт Р. Психологические законы поведения человека в социуме. СПб. М.: Изд-во ПРАЙМ Еврознак, 2002. 560 с.

13. Асмолов А.Г. Историко-эволюционный подход к пониманию личности // Вопр. психологии. № 1. 1986. С. 30 38.

14. Асмолов А.Г. Психология личности. Принципы общепсихологического анализа. М.: «Смысл», ИЦ «Академия», 2002. 416 с.

15. Асмолов А.Г. По ту сторону сознания: методологические проблемы неклассической психологии. М.: Смысл, 2002. 480 с.16