Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Гусакова, Марина Петровна, 1999 год

Введение.

Глава 1. Основные теоретические представления о суициде в зарубежной психологии.

Глава 2.Суицид: болезнь или здоровье.

2.1 Проблема «здоровья» и «болезни» в медицинском дискурсе.

2.2 Проблема «здоровья» и «болезни» в психологическом дискурсе.

2.2.1 Фактор «развития личности».

2.2.2 Фактор «жизненного пути» личности.

2.3 Суицид в отношении «болезни», «развития личности» и «жизненного пути личности.

Глава 3. Жизненный путь и кризис.

3.1 Суицид в контексте жизненного пути.

3.2 Два понимания «смысла».

3.2.1 Что понимается под смыслом?.

3.2.2 «Смысл-представление» и «смысл- переживание».

Глава 4. Два аспекта суицидального покушения.

4.1 Суицид - как мотивированное действие.

4.2 Суицид как завершение "пространства суицида".

4.2.1 Суицид-поступок.

Глава 5. Психологический анализ пост-суицида.

5.1 Выход из кризиса.

5.1.1 Игнорирование кризиса.

5.1.2 Нивелирование кризиса как невозможности продолжения жизни.

5.2 Сохранение актуальности кризиса-невозможности в пост-суициде.

5.2.1 Целеполагание как замещение смыслообразования.

5.2.2 Целенаправленная деятельность по поиску смысла.

5.2.2 а) утверждение безусловной ценности как смысл, обретаемый в пост-суициде.

5.2.26) отрицание безусловной ценности как смысл, обретаемый пост-суициде.

Введение диссертации по психологии, на тему "Аутодеструктивное поведение как форма поиска смысла жизни"

Актуальность темы исследования обусловлена несколькими обстоятельствами, характеризующими современное состояние суицидологии и общепсихологического знания. Несмотря на угрожающий рост, не только количества самоубийств, но и попыток суицида, в том числе повторяющихся, в психологической литературе феномен незавершенного суицида до сих пор не проанализирован и не включен в структуру психологического знания.

С этим Феноменом сталкивается все большее число психологических исследователей и практиков. Хотя проблема суицида поднимается в связи с изучением психологической картины неизлечимых болезней и уродств (см., например, Марилова, 1984), в связи с проблемой эвтаназии (Д.Хамфри, 1992), в исследованиях критических ситуаций и их переживания (А.Ш.Тхостов., Д.А.Степанович, 1987, Т.Розова, 1991), при разработке понятий психологического здоровья и болезни и т.д. (см., например, Л.Анцыферова, 1994, Б.Юдин, 1992, П.Тищенко, 1992, ), однако самые понятия суицида или суицидальной попытки остаются критически непродуманными, исходят из натуралистических представлений о человеке (см., к примеру, Анцыферова, 1994, В.Петровский, 1992, Л.Бурлачук и Е.Коржова, 1998).

В суицидологии наряду с критически осмысленным корреляционным подходом представлен так называемый медицинско-психологический, основателем которого по праву считается А.Амбрумова, теоретически обосновавшая суицид как «следствие социально-психологической дезадаптации личности в микросоциальных конфликтах» (А.Амбрумова, В.Тихоненко, Л.Бергельсон, 1981).

Хотя этот подход претендует на включение психологического знания (в виде понятий, используемых для объяснения причин суицида, таких как мотивация, цель, личностный смысл, деятельность), однако, по сути, он остается в русле медицинского дискурса и не выходит за рамки натуральных представлений о норме». Более того, такие краеугольные для современной психологии понятия как «личность», «жизненный путь личности», «смысловая структура личности» остаются не востребованными теорией и практикой суицидологии. Поэтому терапевтическая работа с суицидентом ведется на уровне адаптации отдельных психических структур или, по словам Б.Братуся, на уровне реализации и психофизиологии (1988), не поднимаясь до смыслового уровня личностного «здоровья».

Вместе с неудовлетворительным состоянием теории и практики суицидологии с точки зрения общей психологии, мы сталкиваемся с ограниченностью предлагаемых самой психологией способов для осмысления суицидальной попытки. Важно отметить неудовлетворительность традиционно существующих типов исследования (методологически, кстати, реализуемых в подходе Амбрумовой), по крайней мере, в отношении изучения феномена самоубийства. Так как представление о суициде оказывается связанным с определенным типом исследования, его возможностями и ограничениями, когда традиционно исследуется опыт суицида как уже происшедший, состоявшийся.

Поэтому явление суицида требует для возможности своего адекватного, полноценного изучения и осмысления определенной рефлексии складывающихся в психологии представлений о «смысле», «здоровье» и «болезни», «жизненном пути» личности.

Хотя все большее число работ в психологии посвящается исследованиям и разработке смысловой составляющей - психологии ядерной структуры личности, хотя смысл получает не только самостоятельное, независимое от предметно-практической деятельности, существование и собственную динамику развития, но и основополагающее значение в структуре самой личности, представляемой как «совокупность смысловых отношений» (Б.Братусь, 1988, Д.Леонтьев, 1999, А.Асмолов, 1990, Ф.Василкж, 1984, А.Сухоруков, 1996, К.Юнг, 1995, 1996а, В.Франкл, 1990, А.Маслоу, 1999). Самое понятие «смысла» оказывается недостаточно продуманным. Вырисовываются различные образы и представления о «смысле». Особо остро это обнаруживает себя в отношении проблемы «смысла жизни».

Прежде всего, в практике психологической и, в частности, психотерапевтической работы.

Всякое общество заинтересовано в здоровье - как психическом, так и физическом - своих граждан. Однако представления о том, что является здоровьем, а что болезнью сегодня крайне неоднозначны. Новая культура сексуальных отношений, наркотизация, деструктивные формы поведения, современное искусство требующие переосмысления самых понятий болезни и здоровья, требуют поиска таких представлений о «норме», которые смогли бы включить в себя «здоровые» и «отклоняющиеся» формы поведения на новых основаниях.

Традиционные психосоциальные исследовательские подходы к суициду подвергаются критике. Douglas формулирует это так: социологи, психологи и психиатры «нахлобучивают» свои теории и интересы на (суицидального) человека, приписывают ему смысл его действий, не спрашивая его об этом. Должно же быть наоборот - суицидального человека (суицидальный не означает здесь конституциональный тип наподобие невротика, но того, кто совершил попытку суицида ) надо настолько воспринимать всерьез в том, что оно говорит, чтобы он сам в себе нашел смысл своих действий (Дернер, Плог, 1998, с.316).

Так же, как и продолжающиеся корреляционные исследования, в которых причинно-следственные отношения остаются не выявленными. В отечественной суицидологии (Амбрумова, Тихоненко, Бергельсон, 1981) вводится различие между «постановкой в качестве конечной цели воспроизведения наиболее полной и статистически достоверной картины внешних проявлений («фенотипа») суицида» и исследованием «проблемы его (суицида - М.Г.) каузально-генетических детерминант («генотипа»)».

Суицидальные попытки в практиках работы с ними и терапии кризисных состояний, а мы анализируем только незавершенный суицид, все больше теряют свою содержательную наполненность. Анализ попытки позволяет утверждаться ей одной из своих граней, которая не только является наиболее проработанной (мотивированное действие), но постепенно становится приоритетной и даже единственной возможностью для суицидальной попытки быть осмысленной, то есть быть принятой в индивидуальном и в общественном опыте их переживания.

Вместе с этим неявное, нерефлексируемое присутствие аутодеструктивных тенденций в обществе и в индивидуальной жизни катастрофически растет.

Сегодня суицид осмыслен как естественное явление, явление в ряду причинно-следственных отношений (А.Амбрумова, 19816, 1981а, 1991, Амбрумова, Бородин, Михлин, 1980, Постовалова, Семенов, Ларичев, 1981, Wilmotte, 1986). В явном плане социальные практики придают суицидальной попытке значение «продолжения жизни» (Farberow N., Shneidman Е., 1965, Menahem, 1981, Weber, Vedrinne, 1981), тогда как в скрытом плане принятие естественности означает принятие любых форм продолжения жизни (даже суицидальных, против которых эти практики направлены).

Ситуация с осмыслением самоубийства повторяет культурную ситуацию осмысления и принятия смерти. После периода полного игнорирования факта конечности жизни и социальных практик, направленных на вуалирование значения смерти и его изменение, и не только у нас в стране, но в еще большей степени за рубежом, в так называемых социально благополучных странах. После этого периода пришло оестествление, то есть утверждение смерти как естественного явления, с которым нужно разумно примириться. (Корнеев, 1996, Гроф, Галифакс, 1995, Tallmer М., 1977) А это значит, обесчеловечить (В.Розин, 1999, Тхостов, 1994) смерть. И лишь в последние годы появилась потребность осмыслить феномен смерти как "человеческий", то есть «культурный».

Смерть» рассматривается как «судья» нашей жизни, перед которым сама жизнь впервые только получает свое осмысление; и как последний предел, который позволяет субъекту осуществлять только самое важное и значительное в своей жизни; «смерть» эзотерика включается в саму жизнь, и, таким образом, становится возможным переживание смерти внутри самой жизни как форма особой работы с собой (см., например, В.Розин,1997, П.Тищенко, 1996, Е.Трубецкой, 1994, В.Рабинович, 1998, А.Шеманов, 1998, М. Мосс, 1992).

Попытки осмысления феномена смерти в сознании и бытии человека совершают, прежде всего, философы. В то время как для психологической науки тема явного и скрытого присутствия смерти остается, к сожалению, по-прежнему мало разработанной (см. также Магомед-Эминов, 1996).

Суицид как явление, наполовину принадлежащее жизни и наполовину -смерти, безусловно, концентрирует в себе все эти «фигуры умолчания».

Как практика терапии, так и теория нуждаются в переосмыслении суицидального покушения, в его «очеловечивании», в противовес оестествлению его «культурного тела».

С одной стороны, мы наблюдаем расширение области аутодеструктивного поведения, формы которого часто не нуждаются в непосредственной суицидальной попытке, чтобы проявиться, но не становятся от этого менее опасными. «Суицид» выходит за свои собственные границы, трансцендирует суицидальное покушение (см. об этом подробнее Короленко, Донских, 1990).

С другой стороны, сама суицидальная попытка становится лишь моментом движения деятельности или симптомом невротического избегания проблем. То есть суицидальный акт маскируется и встраивается в некоторую более широкую, не имеющую суицидальной специфики, структуру. Суицид становится моментом движения деятельности или смыслов. Он не просто меняет свою идентичность, но полностью теряет ее. Прекращает быть суицидом в современных практиках суицидологической помощи, для того, чтобы стать «мотивированным действием».

Объектом нашего исследования является незавершенный суицид. Тогда как предметом будет изучение возможности смыслообретения в контексте аутодеструктивных тенденций.

Поэтому данное исследование имеет несколько целей, которые, тем не менее, объединяются в едином взгляде на суицид, открывающем возможность психопрактической работы с суицидентами.

Основная цель исследования состоит в том, чтобы показать возможность становления жизненного пути личности в «завершении суицида». А вместе с тем -то, что это становление есть единственный способ «завершить» суицид, то есть сделать его артикулированным и прожить до конца, исчерпав его смысл (см. М.Мамардашвили, 1997).

Гипотеза нашего исследования состоит в том, что суицид представляет собой попытку обрести «смысл жизни» вне жизненного пути. Это акт, в котором соединяются стремление к обретению смысла жизни и нежелание личностных изменений.

Метод исследования. Основным методологическим принципом исследования является психотехнический подход, разработанный в рамках культурно-исторической теории Л.С. Выготского. В качестве методик исследования были использованы клиническая беседа, проективные методики, включенные в практику экзистенциальной терапии (В.Франкл, 1990), а также целостный психологический анализ конкретного случая.

Стратегия психологии, развиваемая нами в данном исследовании, будет скорее понимающей, чем объясняющей (Humbert Е., 1993). «Нельзя понимать понимание как вчуствование и становление себя на чужое место (потеря своего места). Нельзя понимать понимание как перевод с чужого языка на свой язык», -писал М.М.Бахтин. «Понимающая» психология означает здесь не «понимание опыта», но понимание «для опыта» (см., например, М.Мамардашвили, 1996, М.Бахтин, 1986, А.Пузырей, 1986, 19976).

Внутри психологии, этики и других наук существуют уже свершившиеся в качестве предпосылок и условий возможного опытного, научного познания некие акты философствования» (М.Мамардашвили, 1996 с.266). Психология стоит перед необходимостью эксплицировать эти свои основания в понимании суицидальной попытки, то есть перед необходимостью определения того «культурного тела», в котором эта попытка воплощается и осмысляется в качестве таковой. Психология должна пересмотреть основания, на которых может быть организовано понимание «для опыта», отыскав иные принципы эмпирического исследования, которые позволили бы расширить и уточнить сложившиеся в психологии понятия «смысла», «жизненного пути личности» и «кризиса». Это принципы организации особого понимания, которое «есть не только «продолжение», «расширение», «углубление» понимаемого <.>,но <.> есть всегда только его «часть», его «орган», позволяющий ему «сказываться» - полнее, точнее, членораздельнее <.> не «вместо него», но «вместе с ним»» (А.Пузырей, 1997а, с.156). Как мы уже отметили, не понимание опыта суицида, но понимание для «опыта суицида».

Такое новое понимание суицидальной попытки делает возможным, не только в плане терапевтической работы, но и в научном плане, преобразование суицидальной попытки в акт поступка. Что позволяет впервые устанавливать смысл суицида как такового в «новом» опыте себя и одновременно упразднять этот суицид в таком опыте. «Новый» опыт означает просто другой, отличный от предыдущего, но его продолжающий, стоящий с ним в одном ряду, «новый» означает здесь принципиально новую возможность для суицидента быть и собирать себя в качестве личности на новых основаниях (М.Мамардашвили, 1994, М.Бахтин, 1995).

Задачи исследования, определяемые целью, методом и предметом состоят в том, чтобы:

1) переосмыслить теоретические и практические подходы к работе с покушавшимися на суицид. Эта задача проистекает из того, что, с одной стороны, остались невостребованы методологические и теоретические разработки в области психологии личности, смысловых образований, жизненного пути. С другой -накопились практические вопросы, на которые нельзя ответить удовлетворительно, исходя из уже существующих теорий (к примеру, теории социально-психологической дезадаптации в условиях микросоциальных конфликтов у Амбрумовой). Неадекватные методы работы по предотвращению суицидов приводят к тому, что растет число повторных попыток.

2) различить два понимания жизненного пути личности и кризиса в психологии соответственно двум представлениям о «смысле».

3) рассмотреть два направления работы с суицидентами: поиск «смысла» суицида и работа с суицидом как осмыслением жизни. Эти две возможности вытекают из разведения двух аспектов представления самого суицида: как мотивированного действия и как поступка. и

Специальный анализ должен показать, что «мотивированное действие» оказывается «культурным телом» суицидальной попытки.

4) выявить возможности деструктивного поведения как способа осмысления кризиса «невозможности продолжения жизни». А также описать типы развития постсуицида в связи с их отношением к этому осмыслению.

5) проанализировать смыслообразующую функцию «смерти» в суицидальной попытке.

6) показать на анализе клинического материала возможность становления жизненного пути личности в суицидальном кризисе.

7) в результате проделанной работы станет косвенно представленным путь решения практической проблемы профилактики и предупреждения суицида.

Научная новизна и теоретическое значение работы связаны как с предметом, так и методом проведенного исследования. Феномен аутодеструктивного поведения впервые анализируется с общепсихологических позиций, в противовес клиническому подходу. При этом раскрываются его механизмы и место в жизненном пути личности.

Отсутствие целостной психологической теории суицида обусловлено невозможностью удовлетворительного осмысления, в особенности, теоретического, огромного фактического материала. Необходимо осмысление аутодеструктивного поведения во всей его полноте с современных общеметодологических и теоретических позиций, открывающих возможность для разработки эффективных направлений работы с суицидентами (и шире, с человеком в кризисе).

Проделанная работа позволяет преодолеть стихийно-эмпирическое представление о суицидальной попытке как повторяющей, воспроизводящей сложившиеся способы действия и защиты деятельности, и раскрывает психологическое содержание суицидальной попытки как продуктивного процесса организации опыта субъекта, связанного с особым осмыслением переживания «смерти».

В данной работе задается третий аспект (в дополнение к «фенотипу» и «генотипу») представления суицида. Этот аспект дополняет описание того, как суицид выглядит и объяснение «почему» он происходит, лежащие в смысловом «настоящем» и «прошлом», вектором смыслового будущего (М.Бахтин, 1986), в котором происходит понимание «для чего» он совершается.

Вместе с этим в диссертации на материале суицида переосмыслены теоретические представления о жизненном пути личности, кризисе, смысле, а также дано новое понимание болезни и здоровья. В этом заключается теоретическая значимость работы.

Практическая ценность заключается в выработке и теоретическом обосновании методов психотерапевтической работы с суицидентами, а также с пациентами в кризисном состоянии.

Положения, выносимые на защиту:

- Аутодеструктивный акт поведения, обычно анализируемый как «мотивированное действие», встроенное в более общую деятельность, способен выступать в качестве самостоятельной и целостной работы переживания кризисной ситуации. В результате такого переживания достигается осмысление жизненной ситуации.

- Осмысление жизненной ситуации, обычно актуализирующее наличные смыслы («смыслы-представления»), при специальной организации переживания в условиях психотерапевтической работы может становиться порождением «новых» смыслов («смыслов-событий»), способных открывать возможность для «воссоздания личности на новых основаниях».

- «Пространство суицида» как особый случай жизненного пространства не сводимо к пре-суициду, суицидальному акту и пост-суициду.

- Продуктивная работа с суицидентами должна быть направлена на «завершение» пространства суицида, то есть выход за его пределы, которое оказывается возможным лишь в контексте становлении жизненного пути личности.

- Углубление и переосмысление кризиса - через включение в жизненное пространство суицидента опыта встречи со «смертью» и использование ее смыслообразующего потенциала - способны помочь человеку в завершении «пространства суицида».

Заключение диссертации научная статья по теме "Общая психология, психология личности, история психологии"

1.В работе продемонстрирована теоретическая несостоятельность и практическая неэффективность сведения суицида к представлению о нем как о мотивированном действии. Исходя из анализа смысла суицидальной попытки, показана необходимость рассматривать суицид как переживание, направленное на смыслообретение.

2. Установка на завершение «пространства суицида» требует введения альтернативного понимания жизненного пути личности и кризиса, которое предполагают альтернативным же привычному «смыслу-представлению» понимании смысла.

3. Исходя из представления о суициде как способе осмысления кризисной ситуации, описаны четыре возможные стратегии развития пост-суицида: игнорирование кризиса, нивелирование кризиса, целеполагание как замещение смыслообразования и целенаправленная активность по поиску смысла.

4. Это позволило нам систематизировать феномены, традиционно описанные в клинических работах (А.Г.Амбрумовой, В.Тихоненко, 1986 ) и включить их в единые теоретические рамки: игнорирование смыслового уровня бытия, обесценивание смыслового уровня, обессмысливание смысла и сохранение или отрицание смыслов (которые поэтому могут быть только смыслами-представлениями, см. гл. 3).

5. Выполненный анализ позволяет утверждать, что пока человек остается в рамках «наличных» смыслов (Петровский, 1992, Сухорукое, 1996), суицид консервируется в качестве мотивированного действия.

6. Суицидальная попытка может становиться поступком только в контексте становлении жизненного пути личности.

7. Решающее значение в суицидальном покушении играет смыслообразующая функция смерти. В таком виде смерть входит в суицид дважды: как смыслообразующий мотив деятельности и как способ переживания.

8. Хотя мы не ставили перед собой задачи профилактики суицидов, в том числе и повторных, одним из «побочных продуктов» работы явилось продвижение в решении этой проблемы. Оно возможно в рамках терапии, направленной не на избежание суицидальных намерений и решение проблем, а на становление жизненного пути личности

9. Разработаны и обоснованы основные принципы психотерапевтической работы с суицидентами и пациентами в кризисном состоянии. Они заключаются в поддержке пациента в его попытке «стояния» в кризисе, в блокировании попыток разрешения его действием, в движении в сторону его углубления, путем отсечения привычных способов действий и стереотипов восприятия (игнорирования, нивелирования, целеполагания и манипулирования смыслами), а также в осмыслении даже деструктивных способов поведения как возможного продуктивного способа «осмысления» жизни.

Заключение.

Наше диссертационное исследование было посвящено изучению проблемы аутодеструктивного поведения и выполнено на материале незавершенных суицидов. При этом рамки теоретического рассмотрения были заданы общепсихологическим , а не клиническим подходом.

Мы рассматриваем суицидальную попытку под углом зрения представления о существовании продуктивного аспекта суицида - открываемой им возможности для внутренней работы, направленной на разрешение кризиса. В противовес традиционно клиническому взгляду мы ставим вопрос не о внешних причинах, а о внутренних задачах, которые решаются или могут быть при определенных условиях решены суицидальной попыткой.

Специфика и трудность нашего исследования заключается в том, что феномен становления «жизненного пути» личности, в которое открывается завершенное «пространство суицида», может быть зафиксирован только в рамках специальной работы с ним. В силу этого работа выполнена в традициях культурно-исторического подхода Л.С.Выготского, где исследование нацелено не столько на изучение и описание феноменов, их структуры, механизмов возникновения и развития, но, прежде всего, на выявление, раскрытие условий возможности возникновения самих этих феноменов.

В соответствии с этим в работе реализуется особая стратегия понимающей психологии, нацеленная не столько на понимание уже свершившегося опыта суицида, но сколько на «понимание для нового опыта» суицидента. Поэтому в нашей работе акцентируется внимание на том, что опыт переживания суицидальной попытки, несмотря на то, что сам суицидальный акт лежит в прошлом, всегда еще только предстоит суициденту. Только артикулировав его, прожив его до конца, суицидент получает также возможность обрести смысл суицида, который парадоксальным образом тут же упраздняет этот суицид в «новом» опыте себя.

Анализировать суицидальную попытку не как действие , встроенное в структуру более общей деятельности, но как самостоятельную внутреннюю работу можно только в том случае, если эта работа была действительно проделана и если можно зафиксировать не только ее результаты, но и сам процесс внутренней трансформации, осуществляемой субъектом. Однако работа переживания протекает, по выражению Л.С.Выготского, целиком во внутреннем плане. В связи с этим возникает задача отыскания адекватного метода исследования.

Мы решаем эту задачу, включая исследование внутрь практики психотерапевтической работы, когда переживание оказывается «разделенным» между двумя субъектами: пациентом и терапевтом. Иначе говоря, сама психотерапевтическая практика в рамках нашей работы является не только лечебной, но и исследовательской, психотехнической процедурой.

В своей работе мы попытались вскрыть стихийно формируемое «культурное тело» суицидальной попытки, за которым стоят определенные медицинские и социальные практики работы с суицидентами, в ходе которых происходит «оестествление» этого феномена.

Суицид как акт добровольной смерти оказывается табуирован в общественном сознании еще больше смерти. Поэтому этапы его вхождения в культуру до известной степени повторяют культурную ситуацию принятия «смерти» в сферу общественной и научной мысли.

Вслед за периодом игнорирования феномена самоубийства в 60-х годах начинается бурное развитие новой науки суицидологии за рубежом (J.Vedrinne, 1981, Farberow N., Shneidman E., 1965, Лестер, Данте, 1994, Brooke, Atkinson, 1975, Lifton, 1979), и в 70-х годах у нас в стране (Амбрумова, Бородин, Михлин, 1980, Войцехович, Редько, 1994). На современном этапе нам представлены сложившиеся практики работы, и даже определенные теоретические, построения в области практической суицидологии.

Однако и эти теоретические представления и схемы, практические формы работы с суицидентами оказываются внутренне противоречивыми. С одной стороны суицидологи имеют дело с «культурным телом» суицида, которое обусловлено культурно-исторической ситуацией. А с другой - рассматривают суицид, описывая его как естественный феномен, как «объект», существующий до и независимо от работы с ним. Это определяет всю стратегию практической работы с суицидентами, которая заключается в «изгнании» суицида из индивидуальной жизни и сознания.

Те же процессы «изгнания» происходят и в социальном плане: создание специальных институтов, специальной науки, специальных мест, где могут находиться суициденты (см., например, М.Фуко, 1997, 1998).

Реализация новых стратегий работы с суицидентами и исследования суицида предполагают в качестве своего условия «очеловечивание» феномена суицидального покушения.

Проведенное нами исследование является одним из первых исследований в области теории и практики суицидологии, совершенных с общепсихологических позиций. Оно позволило получить ряд новых позитивных результатов, а также наметить ряд новых проблем, постановку которых можно считать «побочным» продуктом работы.

Это, прежде всего, проблема понимания «жизненного пути» личности, альтернативного традиционному представлению пути как последовательной реализации замысла жизни. В отечественной психологии эта альтернатива была задана еще С.Л.Рубинштейном, который развел два типа понимания «завершенности»: обрывающей жизнь и придающей ей целостность. (1997)

В дальнейшей разработке нуждается также проблема «присутствия» смерти в жизни. Нами было введено лишь начальное различение «смерти» как мотива деятельности и «смерти» как способа переживания («переживание смертью»), В связи с изучением суицидального, и шире - аутодеструктивного поведения, наибольший интерес представляет «присутствие» смерти как способа переживания жизни.

Избранный способ анализа приближен к феноменологическому методу с его углубленным вниманием к специфике изучаемых феноменов, с установкой на воздержание по отношению к предвзятым теоретическим представлениям и заранее выработанным понятийным схемам.

Заранее заданная попытка вести анализ суицида вне жестких концептуальных рамок, заставившая проводить понимание феномена суицида через ряд переосмыслений, позволила нам обнаружить такие его тенденции и характеристики, которые трудно было предвосхитить заранее поставленными целями.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Гусакова, Марина Петровна, Москва

1. Абульханова-Славская К.А. Стратегии жизни. М., 1991.

2. Абышко О.Л. Человек: смерть экзистенции как рождение самости. Опыт онтологического анализа вхождения в неизвестное.//Сб. тезисов. Тема смерти в духовном опыте человечества. СПб., 1993.

3. Аверинцев С.С. Аналитическая психология Юнга и закономерности творческой фантазии.//0 современной буржуазной эстетике. М., 1972. Вып.З.

4. АкопянК'.Самоубийство: проблема мотивации. // Психол. Журнал. 1996. № 3.

5. Амбрумова А.Г. Психалгии в суицидологической практике.//Сб. Трудов НИИ психиатрии МЗ. Актуальные проблемы суицидологии. Отв. ред. А.А.Портнов. М., 1978. Т. 82.

6. Амбрумова А.Г. Психология одиночества и суицид.// Сб. Актуальные проблемы суицидологии. Труды НИИ психиатрии. Отв. ред. В.В.Ковалев. М., 1981а. Т.92.

7. Амбрумова А.Г. Роль личности в проблеме суицида.// Сб. Актуальные проблемы суицидологии. Труды НИИ психиатрии. Отв. ред. В.В.Ковалев. М., 19816. Т.92.

8. Амбрумова А.Г. Саморазрушающее поведение у подростков. СПб., 1991.

9. Амбрумова А.Г. Социальная дезадаптация и суицид.//Актуальные проблемы суицидологии. Сб. трудов НИИ психиатрии им. Асатиани. Тбилиси. 1974, т. 19-20, с.47-49.

10. Амбрумова А.Г. Суицидальное поведение как объект комплексного изучения. // Сб. Комплексные исследования в суицидологии. Отв. ред. В.В.Ковалев. М., 1986.

11. Амбрумова А.Г., Бородин С., Михлин А. Предупреждение самоубийств. М.,1980.

12. Амбрумова А.Г., Бородин С.В., Тихоненко В.А. Превентивная суицидологическая служба (принципы и формы медико-социальной помощи населению).- Сб. трудов НИИ психиатрии МЗ РСФСР. Отв. ред. А.А.Портнов. М., 1978, т.82.

13. Амбрумова А.Г., Полеев A.M. Неотложная психотерапевтическая помощь в суицидологической практике. Методические рекомендации. М., 1986.

14. Амбрумова А.Г., Постовалова Л.И. Анализ предсмертных записок суицидентов.//Сб. Научные и организационные проблемы суицидологии. Отв. ред. В.В.Ковалев. М., 1983.

15. Амбрумова А.Г., Тихоненко В.А. Диагностика суицидального поведения. М.,1980.

16. Амбрумова А.Г., Тихоненко В.А. Суицид как феномен социально-психологической дезадаптации личности.// Сб. трудов НИИ психиатрии МЗ. Актуальные проблемы суицидологии. Отв. ред. А.А.Портнов. М., 1978. Т.82.

17. Амбрумова А.Г., Тихоненко В.А., Бергельсон Л.Л. Социально-психологическая дезадаптация личности и профилактика суицида.// Вопросы психологии. 1981. №4.

18. Анцыферова Л. Личность в трудных жизненных условиях: переосмысливание, преобразование ситуации и психологическая защита. // Психологический журнал. М. 1994. №1.

19. Артемьева Е.Ю. Психология субъективной семантики. М., 1999.

20. Асмолов А.Г. Психология личности. М., 1990.

21. Асмолов А.Г., Братусь Б.С., Зейгарник Б.В., Петровский В.А., Субботский Е.В., Хараш А.У., Цветкова Л.С. О некоторых перспективах исследований смысловых образований личности.// Вопросы психологии. 1979. №4.

22. Балл Г.А. Психологическое содержание личностной свободы: сущность и составляющие. // Психол. Журнал. 1997. №5.

23. Бахтин М.М. Автор и герой в эстетической деятельности // В кн. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М., 1986.

24. Бахтин М.М. К философии поступка // В кн. Бахтин М.М. Человек в мире слова. М„ 1995.

25. Бенвенист Э. Заметки о роли языка в учении Фрейда.// В кн. Общая лингвистика. М., 1974.

26. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Люди, которые играют в игры. М., 1988.

27. Болыиунов А .Я. Соотношение смыслообразования и целеполагания в продуктивной мыслительной деятельности. Канд. дис., 1984.

28. Бородин С.В., Михлин А.С. К вопросу об определении рода смерти.// Сб. Актуальные проблемы суицидологии. Труды НИИ психиатрии. Отв. ред. В.В.Ковалев.М., 1981. Т.92.

29. Бородин С.В., Михлин А.С. Мотивы и причины самоубийств. // Сб. Актуальные проблемы суицидологии. Труды НИИ психиатрии. Отв. ред. А.А.Портнов. М., 1978. Т.82.

30. Братусь Б.С. Аномалии личности. М., 1988а.

31. Братусь Б.С. Аномалии развития личности. Докт. дис. 19886.

32. Братусь Б.С. К изучению смысловой сферы личности. // Вестник МГУ сер.14. 1981. №2.

33. Братусь Б.С. К проблеме развития личности в зрелом возрасте.// Вестник МГУ сер.14. 1980. №2.

34. Братусь Б.С., Розовский И., Цапкин В. Психологические проблемы изучения и коррекции аномалий личности. М., 1988в.

35. Зб.Бурлачук Л., Коржова Е. Психология жизненных ситуаций .М.,1998

36. Василюк Ф.Е. Жизненный мир и кризис: типологический анализ критических ситуаций.// Психол. Журнал. 1995а. №3.

37. Василюк Ф.Е. Психологический анализ преодоления критических ситуаций. Канд. диссер. 1981.

38. Василюк Ф.Е. Психология переживания. М., 1984.

39. Василюк Ф.Е. Типология переживания различных критических ситуаций. // Психол. Журнал. 19956. №5.

40. Вассерман Л.И. и др. О психологической диагностике отношения к болезни.// Сб. Психологическая диагностика отношения к болезни. СПб., 1990.

41. Войцехович Б.А., Редько А.Н. Пусть умирает тот, кто не хочет жить? Краснодар, 1994.

42. Выготский Л.С. Психология искусства. М., 1986.

43. Выготский Л.С. Собрание сочинений в 6 тт. Т.2. М., 1984.

44. Гаспаров М.Л. «Письмо о судьбе» Александра Ромма, // Сб. Понятие судьбы в контексте разных культур. Отв. ред. И.Д.Арутюнова. М., 1994.

45. Голубчик В.М., Тверская Н.М. Человек и смерть. Поиски смысла. Мм 1994.

46. Гроф С., Галифакс Дж. Человек перед лицом смерти. М., 1995.

47. Гузиков Б.М. и др. Исследование отношения к болезни у больных алкоголизмом.// Сб. Психологическая диагностика отношения к болезни. СПб., 1990.

48. Давыдов В.В. Психология. Ее сегодняшние проблемы.// Знание сила. 1978. № 10.

49. Дернер К., Плог У. Заблуждаться свойственно человеку, М.1998.

50. Достоевский Ф.М. Идиот.// С.С. в 12 тт. Т.6, 7. М., 1982.

51. Дукаревич М.З., Заярная О.Г. Опыт организации психокоррекционного клуба.// Сб. Комплексные исследования в суицидологии. Труды Московс. НИИ психиатрии. Отв. ред. В.В.Ковалев. М., 1986.

52. Дюркгейм Э. Самоубийство. М., 1995.53.3ейгарник Б.В., Братусь Б.С. Очерки по психологии аномального развития личности. М.,1980.

53. Зощенко М.М. Повесть о разуме. М., 1990.

54. Идея смерти в российском менталитете, сб. п\р Ю.Хен. СПб., 1999.

55. Калитеевская Е.Р. Психическое здоровье как способ бытия в мире: от объяснения к переживанию. // Сб. п\р Д.А. Леонтьева, В.Г. Щур. Психология с человеческим лицом. М., 1997.

56. Калитеевская Е.Р., Ильичева В.И. Адаптация или развитие: выбор психотерапевтической стратегии. // Психол. Журнал. 1995. №1.

57. Копьев А.Ф. Между свободой и необходимостью. // Вопросы психологии. 1996. №4.

58. Корнеев П.В. Подход к жизни как к испытанию в медико-биологических науках и философии.//Сб. Новые идеи в философии. Пермь, 1996.

59. Короленко Ц., Донских Т. Семь путей к катастрофе. Новосибирск, 1990.

60. Кочюнас Р. Экзистенциальная терапия: исследование способов построения жизни. // Независим. Психиатр. Журнал. 1998. №3.

61. Кощуг Н.Т. Влияние личностных особенностей и социального окружения на реабилитацию онкологических больных. Автореферат канд. дис. М., 1990.

62. Красненкова И.П. Философский анализ суицида.// Идея смерти в российском менталитете, сб. п\р Ю.Хен. СПб., 1999.

63. Кроник А.А., Кроник Е.А. В главных ролях: Вы, Мы, Он, Ты, Я: психология значимых отношений. М., 1989.

64. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1977.

65. Леонтьев А.Н. Потребности, мотивы, эмоции. М., 1971.

66. Леонтьев А.Н. Проблемы развития психики. М., 1965.

67. Леонтьев Д.А. Психология смысла. М., 1999.

68. Леонтьев Д.А. Три грани смысла. // Сб. п\р Войскунского А.Е. и др. Традиции и перспективы деятельностного подхода в психологии . М., 1999.

69. Лестер Д., Данто Б. Самоубийство за решеткой: прогнозирование и предупреждение. Рязань, 1994.

70. Лосев А.Ф. История античной эстетики. М., 1962.

71. Магомед-Эминов М.Ш. Личность и экстремальная жизненная ситуация. // Вестник МГУ сер. 14. 1996. №4.

72. Мамардашвили М.К. О психоанализе.// Мамардашвили М.К. Необходимость себя. М„ 1996а.

73. Мамардашвили М.К. Проблема человека в философии.// Мамардашвили М.К. Необходимость себя. М., 19966.

74. Мамардашвили М.К. Психологическая топология пути. СПб., 1997.

75. Мамардашвили М.К. Сознание как философская проблема.//Мамардашвили М.К. Необходимость себя. М., 1996в.

76. Мамардашвили М.К. Философия и личность // «Человек» .1994. №5

77. Мамардашвили М.К., Соловьев Э.Ю., Швырев B.C. Классическая и современная буржуазная философия.// Мамардашвили М.К. Необходимость себя. М., 1996г.

78. Марилова Т.Ю. Особенности мотивационной сферы у онкологических больных. Канд. дис. М., 1984.

79. Маслоу А. Новые рубежи человеческой природы. М., 1999.

80. Мосс М. Физическое воздействие на индивида коллективных внушений мыслей о смерти. // «Человек». 1992. №6.

81. Несмелое В. Вопрос о смысле жизни в учении новозаветного откровения.// Сб. Смысл жизни. Ред. Н.К.Гаврюшин. М., 1994. Вып.2.

82. Николаева В.В. Внутренняя картина болезни при некоторых психических заболеваниях. Автореферат канд. дис. М., 1970.

83. Нуркова В.В. Автобиографическая память: структура, функции, механизмы. Автореферат канд. дис. М., 1998.85.0лпорт Г. Психология личности. М., 1999.

84. Паперно И. Самоубийство как культурный институт. М., 1999.

85. Пезешкиан Н. Психосоматика и позитивная психотерапия. М., 1996.

86. Петраков А.А., Разин P.P. Существует ли смысл жизни? // Вестник Удмуртского университета. Ижевск, 1998. №2.

87. Петровский В.А. Психология неадаптивной активности. М., 1992.

88. Попогребский А.П. Смысл жизни и отношение к смерти. // Сб. п\р Д.А. Леонтьева, В.Г. Щур. Психология с человеческим лицом. М., 1997.

89. Постовалова Л.И., Семенов Э.В., Ларичев В.П. Межличностные конфликты в генезе завершенных суицидов.// Сб. Актуальные проблемы суицидологии. Труды НИИ психиатрии. Отв. ред. В.В.Ковалев. М., 1981. Т.92.

90. Пруст М. Против Сент-Бева. Статьи и эссе. М., 1999.

91. Психологическая диагностика отношения к болезни. Сб. М., 1990.

92. Пузырей А.А. Cogito ergo sum: что сказал Декарт? // Вопросы методологии. 1997а. №1-2.

93. Пузырей А.А. Драма неисцеленного разума. Послесловие к кн. М.Зощенко «Повесть о разуме». М., 1990.

94. Пузырей А.А. Культурно-историческая теория Л.Выготского и современная психология. М., 1986.

95. Пузырей А.А. Манипулирование и майевтика: две парадигмы психотехники. // Вопросы методологии. 19976. №3-4.

96. Пузырей А.А. Несколько камней для сада Дерека Джармена // Вопросы методологии. 1998. № 3-4.

97. Пузырей А.А. Смысловая регуляция построения пространственного образа. Автореферат канд. дис., 1980.

98. Рабинович В. Зеркало и смерть.//Сб.п\р А.Демичева, М.Уварова. Фигуры Танатоса: искусство умирания. СПб., 1998.

99. Роджерс К. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М., 1994.

100. Розин В.М. Между жизнью и смертью (концепции и природа суицида).// Идея смерти в российском менталитете, сб. п\р Ю.Хен. СПб., 1999.

101. Розин В.М. Смерть как феномен философского осмысления (культурно-антропологические и эзотерические аспекты).// Общественные науки и современность. 1997. №2.

102. Розова Т.Н. Смысловая регуляция деятельности у больных, перенесших инфаркт миокарда. Автореферат канд. дис. М., 1991.

103. Рощак К. Психологические особенности личности в пожилом возрасте. Канд. дис. М., 1990.

104. Рубинштейн С. Человек и мир. М., 1997.

105. Силецкий В.И. Превратности Лахесис. // Сб. Понятие судьбы в контексте разных культур. Отв. ред. И.Д.Арутюнова. М., 1994.

106. Сироткина. Понятие «творческая болезнь» в работах Баженова.// Вопросы психологии. 1997. №4.

107. Столин В.В. Самосознание личности. М., 1983.

108. Субботский Е.В. Изучение у ребенка смысловых образований.// Вестник МГУ сер. 14. 1977. №1.

109. Суворов А.В. Саморазвитие личности в экстремальной ситуации слепоглухоты. Автореферат канд. дис. М., 1994.

110. Суворова О.С. Личностное знание о смерти: пути формирования, смысл и значение.// Идея смерти в российском менталитете, сб. п\р Ю.Хен. СПб., 1999.

111. Сухоруков А.С. Жизнетворчество личности в динамике ее смысловой системы. Канд. дис., М., 1996.

112. Тареев М. Цель и смысл жизни.// Сб. Смысл жизни. Ред. Н.К.Гаврюшин. М., 1994. Вып.2.

113. Ташлыков В.А. Стили невротического поведения (на основании типологии внутренней картины болезни). // Сб. Психологическая диагностика отношения к болезни. СПб., 1990.

114. Тема смерти в духовном опыте человечества. Сб. СПб., 1993.

115. Тихоненко В. Жизненный смысл выбора смерти. II «Человек» 1992. № 6.

116. Тихоненко В. Классификация суицидальных проявлений. Сб. Актуальные проблемы суицидологии. Труды НИИ психиатрии. Отв. ред. А.А.Портнов. М., 1978, т.82.

117. Тищенко П. Самость и смерть. Сб. Постижение культуры: концепции, дискуссии, диалоги. М., 1996. Вып. 5-6, с. 285-311.

118. Тищенко П.Д. Метафорика и метафизика телесности. // Сб. Постижение культуры. М., 1995. Вып.3-4.

119. Тищенко П.Д. Право на помощь и право на жизнь.// «Человек». 1992. №6.

120. Трубецкой Е. Смысл жизни.// Сб. Смысл жизни. Ред. Н.К.Гаврюшин. М., 1994. Вып.2.

121. Тхостов А.Ш. Топология субъекта (опыт феноменологического исследования). // Вестник МГУ 14. 1994. №2,3.

122. Тхостов А.Ш., Степанович Д.А. Влияние кризисной жизненной ситуации на структуру самооценки.// Вопросы психологии. 1987. №2.

123. Устюшкин Ю.М. Личная метафизика смерти.// Идея смерти в российском менталитете, сб. п\р Ю.Хен. СПб., 1999.

124. Федосеев Т.Б., Куприянов С.Ю. Бронхиальная астма как способ патологической адаптации к микросоциальной среде. Тер. Архив, 1985. Вып.5.

125. Фенько А.Б. Психология ностальгии, канд. диссер., М., 1993.

126. Филимоненко Ю.И. жизненный путь: самореализация личности с опорой на подсознание II Сб. Психологические проблемы самореализации личности, п\р Крылова А.А. СПб.,1998.

127. Флоренская Т.А. Я против «я». М., 1985.

128. Франк С. Смысл жизни.// Сб. Смысл жизни. Ред. Н.К.Гаврюшин. М., 1994. Вып.2.

129. Франкл В. Доктор и душа. СПб., 1997.

130. Франкл В. Человек в поисках смысла. М.,1990.

131. Фрейд 3. Введение в психоанализ. Лекции. М., 1989.

132. Фрейд 3. По ту сторону принципа наслаждения. Я и Оно. Неудовлетворенность культурой. СПб., 1998.

133. Фридан Б. Загадка женственности. М., 1993.

134. Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности. М., 1994.

135. Фромм Э. Иметь или быть, М. 1991.

136. Фромм Э. Ситуация человека ключ к гуманистическому анализу.//Сб. Проблемы человека в западной философии. Общ.ред. Ю.Н.Попова. М., 1988.

137. Фуко М. Воля к истине: По ту сторону знания, власти и сексуальности. М., 1996.

138. Фуко М. История безумия в классическую эпоху . СПб., 1997.

139. Фуко М. Рождение клиники. М., 1998.

140. Хамфри Д. Когда суицид рационален.// «Человек». 1992. №6.

141. Хараш А.У. Смысловая структура публичного выступления.// Вопросы психологии. 1978. №4.

142. Чудновский В.Э. Смысл жизни: проблема относительной эмансипированности от «внешнего» и «внутреннего».//Психол. Журнал. 1995. №2.

143. Шеманов А.Ю. Проблема самоидентификации как предмет исследования, // Сб. Постижение культуры. М., 1998. Вып.7.

144. Эльконин Д.Б. К проблеме периодизации психического развития в детском возрасте.//Вопросы психологии. 1971. №1.

145. Эриксон Э.Г. Идентичность: юность и кризис. М., 1996.

146. Эриксон Э.Г. Молодой Лютер. М., 1996.

147. Юдин Б.Г. Возможно ли рациональное самоубийство? // «Человек». 1992. №6.

148. Юнг К. Г. Проблемы души нашего времени. М., 1996а.

149. Юнг К.Г. Архетип и символ. М., 1991.

150. Юнг К.Г. Воспоминания, сновидения, размышления. Киев, 1994.

151. Юнг К.Г. Некоторые принципиальные соображения о практической психотерапии.//В кн. Юнг. Психология переноса. М., 1997а.

152. Юнг К.Г. Ответ Иову. М.,1995.

153. Юнг К.Г. Психология и алхимия. М., 19976.

154. Юнг К.Г. Структура психики и процесс индивидуации. М.,19966.

155. Яновский М.М. Психологический смысл принципа «обратной перспективы» в живописи, поэзии и кинематографе.//Психол. Журнал. 1995. №6.

156. Analyse d'un cas, dir. Wilmotte J.11 Le suicide: Psychotherapies et conduites suicidaires, dir. De J.Wilmotte ets. Mardaga, 1986, p.241-288.1£Э. Baechler J. Les suicides. Paris,1975.

157. Bastyns J.-M. L'hopital et la tentative de suicide.// Le suicide: Psychotherapies et conduites suicidaires, dir. De J.Wilmotte ets. Mardaga, 1986a, p.71-120.

158. Bastyns J.-M. Point de vue du therapeute hospitallier.// Le suicide: Psychotherapies et conduites suicidaires, dir. De J.Wilmotte ets. Mardaga, 19866. P.268-271.

159. Clues to suicide, ed. By E.S. Shneidman, N.L. Farberow. N Y. 1957.

160. Demaret J. La psychotherapie centree sur le client de C.Rodgers.// Le suicide: Psychotherapies et conduites suicidaires, dir. De J.Wilmotte ets. Mardaga, 1986a, p.121-166.

161. Demaret J. Perspective rogerienne.// Le suicide: Psychotherapies et conduites suicidaires, dir. De J.Wilmotte ets. Mardaga, 19866. P.272-278.

162. Douglas J. The social meanings of suicide. N.Y., 1970.

163. Drye R., Coulding R., Coulding M. No-suicide decisions: patient monitoring of suicidal risk. // Amer. Journal of Psychiatry, 1975,

164. Duvivier M. L'analise transactionelle.// Le suicide: Psychotherapies et conduites suicidaires, dir. De J.Wilmotte ets. Mardaga, 1986a, p. 167-240.

165. Duvivier M. Point de vue de I'analyste transactionel.// Le suicide: Psychotherapies et conduites suicidaires, dir. De J.Wilmotte ets. Mardaga, 19866. P.279-285.

166. English F. L'episcenario et le jeu de la pomme de terre brulante.// Actualites en analyse Transactionnelle. P., 1979.

167. Farberow N., Shneidman E. ( eds). The cry for help. N.Y., 1965.

168. Gonin D. Le risque suicidaire et la place de la mort au cours des traitements et des cures.//Suicide et conduites suicidaires, dir. De J.Vedrinne. v.1. Paris, 1981, p.181-196.1Г2. Hamphry D. Dying with dignity: understanding euthanasie. N.Y., 1992.

169. Hendin H. Psychotherapy and suicide.//Amer. Journal of Psychotherapy, 1981

170. Humbert E.G. Ecrits sur Jung, Paris, 1993.

171. Jung C.G. La guerison psychologique, Geneve, 1970.

172. Klopfer B. Suicide: the jungian point of view. // N.l.Farberow, Shneidman E.S., (eds). The Cpy for Help. N. Y„ 1965.

173. Lacan J. The individual myth of nevrotic. //Int.J. of Psychoanalysis. N.Y., 1958. V.4.

174. Le suicide et les tentatives de suicide. Ed.E.M.Brooke. //Cahiers de sante publique. Geneve, 1975. №58.

175. Le suicide et tentatives suicidals. Ed. E.Brooke, M.Atkinson.// Cahiers de sante publique. Geneve, 1975. №58.

176. Lifeline и другие. Новые методы психологии жизненного пути. Сб. Сост. А.А.Кроник. М., 1993.

177. Lifton R.J. The broken connection: the death a the continuity of life. N.Y., 1979.

178. Lipowski Z. Psychosociel reactions to phisical illness// Can.Med.Ass.J.,1993.

179. Lovental U. Suicide the other side.// Arch. Gen. Psychiatry, 1976.

180. Menahem R. Fonctions et permanence des mythes sur le suicide.//Suicide et conduites suicidaires, dir. De J.Vedrinne. v.1. Paris, 1981, p.21-34.

181. Mintz R. Basic considerations in the Psychotherapy of the depressed suicidal patient.// Amer. J. Of Psychotherapy , 1979.

182. Peretti A. Pensee et verite de Karl Rodgers. Toulouse, 1974.

183. Rogers C.R., La relation d'aide et la psychotherapy. Paris, 1970.

184. Shneidman E.S. Voices of death. N.Y. 1980.

185. Suicide et conduites suicidaires, dir. de I.Vedrinne. v.1, Paris, 1981.

186. Tabachnick N. et al. Accident or suicide? Destruction by awtomobile Springfield.// Arch. General psychiatry, №11, 1973.

187. Tabachnick N. Interpersonal relatioships in suicidal attempts: sompsychodinamics for treatment.//Arch. General psychiatry, №4 1961.

188. Tallmer M. Grife is a normal response to the death of a loved one.// Suicide inside and out, ed. O.K.Reynolds, N.L.Farberow. Los Angeles, 1977, p.170-183.

189. Thomas C., First suicide note? // Brit. Med. J., 1980.

190. Wilmotte J. Lecture du therapeute comportemental. // Le suicide: Psychotherapies et conduites suicidaires, dir. De J.Wilmotte ets. Mardaga, 1986a,p.258-267.

191. Wilmotte J. Les therapies comportementales.// Le suicide: Psychotherapies et conduites suicidaires, dir. De J.Wilmotte ets. Mardaga, 19866, p. 10-70.