Автореферат диссертации по теме "Социально-перцептивные образы подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие"

На правах рукописи

Стреленко Анна Анатольевна

Социально-перцептивные образы подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие

Специальность 19.00. 13 "Психология развития, акмеология"

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой спепени кандидата психологических наук

Санкт-Петербург 2004

Работа выполнена на кафедре практической психологии Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Ленинградский государственный университет им. А.С. Пушкина»

Научный руководитель: доктор психологических наук, профессор

Ситников Валерий Леонидович

Официальные оппоненты: доктор психологических наук, профессор

Соловьева Светлана Леонидовна

кандидат психологических наук, доцент Пета нова Елена Ивановна

Ведущая организация: Российский государственный

педагогический университет им. А.И.Герцена

Защита состоится «15» июня 2004 года в 14 часов на заседании диссертационного совета К 800.009.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени кандидата наук при Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина» (196605, Санкт-Петербург, Петербургское шоссе, 10, конференц-зал).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Ленин! радского государственного университета имени А.С. Пушкина.

Автореферат разослан «_» мая 2004 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат педагогических наук, доцент

Г.А. Гонтарева

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования.

Изучение насилия, его причин и последствий сегодня выросло в самостоятельную проблему. Традиционно этот феномен интересовал ученых в контексте общих проблем человеческого существования, а так же применительно к проблемам воспитания и развития человека.

В XX веке весьма острой проблемой стало насилие в семье, насилие над детьми и женщинами. Исследования показывают, что в современном обществе дети являются одной из самых незащищенных категорий людей на нашей планете. Именно они часто становятся жертвами злоупотреблений, пренебрежения, эксплуатации, и даже сексуального насилия.

Научные исследования доказывают, что у людей отношение к сексу зависит от условий воспитания в детстве и юности, а также от общего образовательного и культурного уровня развития того общества, в котором развивается ребенок. В тоже время культура и существующие в ней традиции передаются детям от воспитывающих их взрослых. Однако не всегда детско-родительские отношения социально одобряемы и позитивны. Например, в некоторых семьях дети подвергаются изнасилованию, совращению, как со стороны родителей, так и со стороны других близких родственников.

Дети и подростки, «выталкиваемые» семьей на улицу, во взрослую жизнь, в силу возрастных особенностей и несформированности личности, становятся легкой добычей для криминальных структур.

В период расцвета информационных технологий данная ситуация усугубляется еще и тем, что весьма простым способом растления детей и подростков становится доступный путь вхождения их на порнографические сайты Internet.

В бывших странах распавшегося Советского Союза проблема сексуального насилия долгое время замалчивалась. И только в 1980-90-х годах, стали появляться исследования, посвященные сексуальному насилию (Н.К. Асанова, С.Н. Ениколопов, И.А. Захарьева, СВ. Ильина, И.С. Кон, Л.П. Конышева, О.Ю. Михайлова, и др.).

Анализ научной литературы по проблеме исследования позволяет сделать вывод о том, что сексуальное насилие может по-разному влиять и на формирование самосознания, где ведущей функцией является саморегуляция поведения. Именно совокупность представлений о себе, своей телесности, двойная рефлексия и оценка социально-перцептивных представлений составляют психологическую основу поведения жертвы. Жертвами сексуального насилия нередко становятся люди, имеющие виктимные характеристики, в частности проблемы в области социальной коммуникации. На наш взгляд, особую роль в этом плане играют особенности их социально-перцептивной сферы. В то же время особенности и возможности адекватного восприятия жертвами сексуального :илия самих себя и отгружающих с

позиции «друг» - «враг», практически не изуч лЯОС. НАЦИОНАЛЬНА*

Цель исследования:

Изучить особенности социально-перцептивных образов подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие.

Задачи исследования:

1.Выявить специфику социально-перцептивной сферы и таких личностных особенностей как социально-психологическая адаптация, акцентуации, самоотношение и агрессивность подростков, перенесших сексуальное насилие.

2. Исследовать взаимосвязи Я-образов и образов «друга» и «недруга» в сознании подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие.

3. Сопоставить возрастные особенности Я- и Ты-образов подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие.

4. Изучить тендерную специфику функционирования Я-, Ты- образов в сознании жертв сексуального насилия.

Предметом исследования явились структура и содержание Я-образов и образов «друзей» и «недругов» в сознании подростков и взрослых - жертв сексуального насилия.

Объект исследования: социально-перцептивная сфера подростков и взрослых, подвергавшихся сексуальному насилию.

Гипотезы исследования.

1. Я-, Ты-образы подростков, подвергавшихся сексуальному насилию, существенно отличаются от аналогичных образов их обычных сверстников.

2. Социально-перцептивные образы подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие, имеют выраженную тендерную и возрастную специфику.

Теоретико-методологической основой исследования явились:

- положения о социальной природе человека (Б.Г.Лнаньев, Л.СВыготский, С.Л.Рубинштейн);

- концепции проблем агрессивности и насилия (С.Н.Ениколопов, О.ЮМихайлова, А.А.Реан, Э.Фром и др.)

- исследования проблем сексуального развития и поведения (П.Л.Блонский, В.Л.Васильев, И.С. Кон, О.Ю.Михайлова, и др.).

- концепции социальной перцепции (А.А.Бодалев, Б.А.Еремсев, А.А.Реан, В.Л.Ситников и др.).

Положения, выносимые на защиту:

1. Существуют достоверные различия между жертвами сексуальных насилий и другими людьми по таким личностным особенностям как социально-психологическая адаптация, акцентуации, самоотношение, агрессивность и специфика социально-перцептивного отражения.

2. Имеющиеся в сознании подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие, образы себя, друга и недруга, взаимосвязаны по структуре и содержанию, но в тоже время существенно различаются между собой.

3. Социально-перцептивные образы жертв сексуального насилия имеют

выраженную тендерную и возрастную специфику.

Научная новизна исследования:

Выявлена специфика субъективного отражения и объективно определяемых психологических особенностей личности подростков, подвергавшихся сексуальному насилию.

Осуществлен сравнительный анализ Я-, Ты- образов трех групп подростков: а) перенесших сексуально насилие; б) учащихся общеобразовательных средних школ; в) воспитанников школы-интерната.

Проведен сравнительный анализ и определена специфика структурных и содержательных характеристик социально-перцептивной сферы подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие.

Определена тендерная специфика социально-перцептивных образов подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие.

Теоретическая значимость:

Выявлены гендерно-возрастные структурно-содержательные связи и различия между Я-,Ты-образами лиц, перенесших сексуальное насилие.

Проведен сравнительный анализ и выявлена специфика субъективного отражения и объективно определяемых психологических особенностей личности подростков, подвергавшихся и не подвергавшихся сексуальному насилию.

Практическая значимость.

Разработанные в диссертации положения, результаты, выводы могут быть использованы при организации учебно-воспитательной и психокоррекционной деятельности с подростками, при написании и составлении учебно-методических комплексов и программ. Использованный в диссертационном исследовании комплекс методик может найти применение в работе социально-психологических служб различных учреждений для выявления потенциальных жертв сексуальных преступников. Полученные данные могут быть использованы психологами в рамках проведения судебно-психологических экспертиз, а также при проведении дальнейших психологических исследований.

Достоверность и обоснованность полученных результатов: обеспечивалась вариативным анализом литературы по представленной проблеме и опорой на признанные теоретические положения, сочетанием качественного и количественного анализа, применением компьютерной программы контент-анализа, использованием валидного

психодиагностического инструментария, применением современных методов математической статистики при обработке полученных данных.

База исследования:

- подростки, перенесшие сексуальное насилие, проходившие по

уголовным делам и обратившиеся на кафедру психологии и

коррекционной работы У О «ВГУ им. П.М Машерова» - 6 человек (1 мальчик и 5 девочек);

- подростки, находящиеся в Витебском детском городском приюте — 63 человека, из них переживших сексуальное насилие - 24 человека (14 мальчиков, 10 девочек);

- подростки общеобразовательных средних школ № 9, 25, 39 г. Витебска - 75 человек;

- воспитанники школы-интерната г. Сенно Витебской области — 34 человека;

- взрослые (студенты 2-5 курсов факультета социальной педагогики и практической психологии, факультета физической культуры и спорта УО «ВГУ им. П.М. Машерова» - 173 человека, в том числе: мужчин -51, женщин - 122, из них лиц, переживших сексуальное насилие - 67 человек, в том числе: мужчин -11, женщин - 56; возраст студентов: от 19 до 27 лет.

Методы исследования:

1. Методы теоретического исследования: анализ монографий, статей и других научных публикаций, отражающих состояние проблемы изучения личности подростков, переживших сексуальное насилие.

2. Методы эмпирического исследования: опросник акцентуации личности К. Леонгарда - X. Смишека; методика изучения самоотношений (В.В. Столин); методика диагностики показателей и форм агрессии А. Басса и А. Дарки (адаптация А.П. Осницкого); методика диагностики социально-психологической адаптации К. Роджерса и Р. Даймонда); методика изучения образа человека - структура образа человека (иерархическая)" (В.Л.Ситников).

3. Статистические методы обработки материалов исследования: частотный и корреляционный анализ, ранжирование, статистическая оценка достоверности различий. При представлении использовался табличный метод.

Апробация результатов исследования: была проведена в выступлениях на международных и межвузовских конференциях (2001-2004 года), в рамках проведения лекционных и семинарских занятий по курсам «Введение в психологическое консультирование», «Виктимология», «Психология развития». Результаты исследования были обсуждены на педагогическом совете Витебского детского городского приюта, заседаниях кафедры практической психологии ЛГУ им. А.С. Пушкина, на кафедре психологии и коррекционной работы УО «Витебский государственный университет им. П.М. Машерова».

Данные исследования могут быть использованы в рамках преподавания в высшей школе курсов по возрастной, клинической, социальной психологии, виктимологии, а также при повышении квалификации и переподготовке специалистов системы образования.

Структура диссертации Работа состоит из введения, трех глав, заключения, выводов, приложений и библиографии, включающей 153 наименования, из которых 4 на иностранном языке. Основное содержание изложено на 165 страницах, содержит 23 таблицы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность, определяется объект и предмет исследования, описывается его цель, задачи, гипотезы, раскрывается научная новизна, теоретическая и практическая значимость, формулируются положения, выносимые на защиту.

Глава 1. «Социально-психологические аспекты агрессии- в отношении детей и подростков» содержит анализ теоретических и экспериментальных работ, посвященных различным аспектам изучаемой проблемы.

Рассматриваются вопросы истории и современного состояния феномена агрессии, жестокости и насилия в отношении детей и подростков, анализируются исследования, посвященные «Я-концепции» и социально-перцептивным образам.

Обращается внимание на статистику распространенности жестокого обращения с детьми; рассматриваются вопросы, связанные с причинностью и возрастным началом вступления в сексуальные отношения. Приводятся статистические данные по росту факта венерических заболеваний среди детей и подростков в регионах Российской Федерации. Отмечается, что по Белоруссии такие данные не опубликованы.

Делается акцент на том, что в настоящее время практически не существует системы оказания помощи детям, пострадавшим от различных форм насилия. Для претворения в жизнь таких программ необходимы подготовленные кадры. До недавнего времени в России не велась подготовка специалистов, работающих с данным контингентом детей и подростков, их семьями, не было методической литературы и образовательных программ, статистики, опросов общественного мнения. В Белоруссии (особенно в областных городах) этого нет и сейчас.

В ходе теоретического анализа понятия «агрессия», «жестокость», «насилие» дифференцированы на основании положений ряда концептуальных подходов: отологического (КЛоренц), психоаналитического (З.Фрейд), фрустрациошюго (Д.Доллард), бихевиоралыюго (А.Басс).

В середине 70-х годов XX в. возникли три новые теоретические версии объяснения изнасилования: феминистская теория (Браунмиллер, Гордон, Риджер, Шведингер и др.), теория социального научения (Бандура, Доннерштейн, Линц и др.), эволюционная (Дейч, Бараш, Куинси, Саймоне, Шиле и др). Однако применительно к нашему исследованию ни одна из них не является полной, т.к. не затрагивает вопросы сексуального насилия над детьми и подростками.

Проблема обнаруживается и в самом определении "сексуальность". Понимаемого как: "Индивидуальная способность переживать половое

возбуждение, содержащая в качестве интенции сексуальное поведение, определяющаяся в четырех аспектах: 1) как свойство индивидуальности, хотя и зависящее от культурных и средовых влияний; 2) как переживание, связанное с сексуальным (прошлпм или антиципируемым будущим) опытом; 3) как переживание телесных процессов, тесно связанных с психофизиологическими функциями; 4) как переживание, концентрирующееся вокруг половых органов. По мнению О.Ю. Михайловой, такое рассмотрение "сексуальности" приводит к отождествлению с половым самосознанием. В свою очередь она приводит свое определение данного понятия. Сексуальность рассматривается ею как комплексная характеристика человека, отражающая определенность (выраженность) его биологических, психологических и социальных характеристик, связанных с полом, и обнаруживающаяся в его поведении.

Придерживаясь мнения О.Ю. Михайловой об уровнях детерминации сексуального агрессивного поведения (ситуативный, психофизиологический, ценностный, рефлексивный), нами дополнительно включаются возрастной и тендерный уровни.

Сексуальное насилие в своей работе мы рассматриваем как подкатегорию сексуальной агрессии. Так как сексуальное насилие, на наш взгляд, это поведенческий акт или попытка такого акта непосредственного или опосредованного воздействия и контроля конкретной ситуации лицом (лицами), совершающим изнасилование или определенные действия сексуального характера, которое может находиться с жертвой во взаимодействии. Разница данных определений обусловлена в первую очередь позицией рассмотрения двух взаимосвязанных функций волевых действий (побудительной и/или тормозной) в ситуации насилия.

На основании выделенных в литературных источниках психологических факторов риска насилия рассматриваются вопросы взаимодействия детей с родителями, со средой, в которой воспитывается и растет ребенок. Существенный интерес вызывает и роль самого ребенка в ситуации насилия.

Помимо возрастных особенностей, обозначенных в литературе (Е.И. Цымбал) выделяются и индивидуальные особенности, при наличии которых он предрасположен становиться жертвой (И.А. Захарьева). Приводится перечень последствий сексуального насилия (В.А. Гурьева и др.). Однако отмечается также и то, что сексуальное насилие не всегда может обрекать ребенка на несчастную судьбу. Оно может по-разному влиять и на формирование основных психических новообразований личности жертвы, в частности на формирование самосознания, где ведущей функцией является саморегуляция поведения. Именно совокупность представлений о себе, своей телесности и оценка этих представлений составляет психологическую основу поведения жертвы.

Уделяется внимание взглядам достаточно большого числа авторов основывающихся на той позиции, где познание других и себя является важной основой для психического развития (Б.Г. Ананьев, А.А. Бодалев, А.В.

Петровский, А.А. Реан, В.Л. Ситников и др.)- Делается акцент на позиции отечественных ученых, которые занимались изучением детской психики, в частности особенностями развития познавательных процессов у детей, представлениями детей об окружающем мире, в том числе о других людях (П.П. Блонский, Л.И. Божович, Л.С. Выготский, В.В. Давыдов, B.C. Мухина, МИ. Лисина, А.А. Люблинская, Д.Б. Элькоиин и др.).

Придерживаясь мнения В.Л. Ситникова, под социально-перцептивными образами мы понимаем отражение в сознании человека образов других людей и самого себя как члена человеческого сообщества. Под образом ребенка понимаем целостную совокупность житейских и научных представлений о нем, комплекс социальных установок на ребенка, формирующихся в сознании человека и актуализирующихся в процессе изучения ребенка и взаимодействия с ним. Образ ребенка может отражать и сам ребенок. Такой образ принято, называть Я-образом ребенка.

В процессе формирования Я-образа у подростков по мнению авторов (П.П. Блонский, Л.И. Божович, Л.С. Выготский, Т.И. Драгунова, С. Холл, Э. Эриксон и др.) явно переплетаются противоречивые тенденции всего хода развития.

Анализ структуры и сущности в Я-концепции необходим для понимания содержания представлений о себе подростков, переживших сексуальное насилие, о роли Ты-образов в осознании причинности данного факта и коррекции личностного развития. Определено, что Я-образы оказываются достаточно тесно связанными с Ты-образами. При чем актуализация конкретной системы Я-образов личности ситуативна и зависит от различных факторов: самочувствия; предшествующих поступков; ожиданий и намерений; от того, с кем конкретно взаимодействует человек; от успешности деятельности и взаимодействия; от отношений человека к себе, к окружающим, к ситуации и пр. факторов. Каждый социально-перцептивный образ является продуктом как рациональных, сознательных, осознаваемых, так и иррациональных, бессознательных, неосознаваемых усилий человека по восприятию и1 пониманию себя и другого.

Глава 2. «Методы и организация исследования» изложены программа, предмет, объект и задачи исследования, методика изучения личности подростков, переживших сексуальное насилие, описывается организация сбора эмпирического материала.

Для изучения особенностей социально-перцептивных образов подростков, перенесших сексуальное насилие, нами была разработана программа, включающая в себя следующие основные пункты: определение предмета, целей и задач исследования, выбор объекта исследования, применение адекватных методов изучения социально-перцептивных образов подростков, переживших сексуальное насилие.

При выборе методик в первую очередь учитывалось:

- положительная оценка применения и надежность методики;

- доступность методики для изучаемого контингента подростков;

- возможность математической обработки полученных результатов.

Организация сбора эмпирического материала проходила в 4 этапа.

Первый этап: выявление и обследование подростков переживших сексуальное насилие.

С 1998 по 2000 гг. в опытную группу исследования вошли девушки-подростки в количестве 5 человек, проходивших по уголовным делам по факту изнасилования. И 1 мальчик-подросток, мать которого обратилась на кафедру психологии и коррекционной работы Витебского государственного университета за психологической помощью по факту совершения с ним развратных действий. А с 2001 по 2003 гг. были обследованы подростки Витебского детского городского приюта в количестве 63 человек. Из них на основании проводившейся беседы с психологом и медицинскими работниками того же учреждения, впоследствии было выделено 14 мальчиков и 10 девочек, обнаруживающих признаки сексуального насилия.

Таким образом, общее количество составило 30 человек, в возрасте от 13 до 16 лет, из них 15 мальчиков и 15 девочек.

Второй этап: обследование учащихся общеобразовательных школ, не подвергавшихся сексуальному насилию.

В 2002-2003 году были обследованы и включены во вторую группу подростки, обучавшиеся в средних общеобразовательных школах № 9, № 25, № 39 г. Витебска. Всего 75 человек, в возрасте от 13 до 16 лет, из них 39 мальчиков и 36 девочек.

Сбор эмпирического материала для сравнения структур и содержания Я-, Ты- образов осуществлялся методом случайной выборки на классных часах, проводимых в средних школах.

Третий этап: обследование воспитанников школы-интерната, не подвергавшихся сексуальному насилию

В 2003 году были обследованы и включены в третью группу подростки- воспитанники школы-интерната. Всего 34 человека, в возрасте от 13 до 16 лет, из них 19 мальчиков и 15 девочек.

Сбор эмпирического материала для сравнения структур и содержания Я-, Ты- образов осуществлялся методом случайной выборки в двух классах школы-интерната г. Сенно Витебской облает.

Четвертый этап: выявление и обследование взрослых, переживших сексуальное насилие.

С 2001 по 2003 год велось исследование взрослых (студентов), подвергавшихся сексуальному насилию.

Организация сбора эмпирического материала с целью выявления структуры и содержания Я-, Ты- образов взрослых - жертв сексуального насилия происходила в аудиторных условиях, в ходе занятий по психологии со студентами вторых - пятых курсов факультета социальной педагогики и психологии, факультета физической культуры и спорта Витебского государственного университета им. П.М. Машерова.

Таким образом, с применением комплекса методик были обследованы:

- подростки: жертвы сексуальных насилий - 30 человек, учащиеся общеобразовательных школ - 75 человек, воспитанники школы-интерната

- 34 человека; из них: мальчики - 73 человека, девочки - 66 человек;

- взрослые: мужчины - 51 человек, женщины -12 2 человека; из них отметили, что подвергались сексуальному насилию - 67 человек: мужчины

- 11 человек, женщины - 56 человек.

Всего обследовано: 312 человек: подростков - 139 человек, взрослых (студентов) - 173 человека. Переживших сексуальное насилие: 97 человек.

Принципами отбора респондентов-подростков явились: пол, возраст, тип учреждения. Принципами отбора взрослых явились: пол, возраст.

Глава 3. «Особенности личности и социально-перцептивных образов подростков, переживших сексуальное насилие» содержит анализ полученных эмпирических данных, представленный в трех параграфах.

В ходе диссертационного исследования с применинием методики диагностики агрессии А. Баса и А. Дарки было установлено, что при сравнении с подростками из общеобразовательной средней школы мальчики, с признаками сексуального насилия обнаруживают различия по шкалам «Негативизм» («р» < 0,001), «Подозрительность» («р» < 0,01), «Обида» («р» < 0,05), «Чувство вины» («р» < 0,01).

При сравнении с подростками из школы интерната у мальчиков, переживших сексуальное насилие, обнаруживаются достоверные различия по шкалам «Обида» («р» < 0,05), «Чувство вины» («р» < 0,05).

Девочки, пережившие сексуальное насилие по сравнению со своими сверстницами из общеобразовательных средних школ обнаруживают достоверные различия по шкалам «Негативизм» («р» < 0,01), «Чувство вины» («р» < 0,05). При сравнении с ровесницами из школы интерната достоверные различия выявлены по шкалам «Вербальная агрессия» («р» < 0,05% «Негативизм» («р» < 0,05), «Подозрительность» («р» < 0,05).

Существенные различия обнаружились и при анализе акцентуаций личности подростков, переживших сексуальное насилие. Используя опросник акцентуации личности К. Леонгарда - X. Смишека были выявлены значительные различия между мальчиками и девочками по шкале «Педантичность». Данная особенность в большей степени характерна для мальчиков, переживших сексуальное насилие, для девочек из средних общеобразовательных школ и девочек школы интерната («р» < 0,001).

При сравнении с подростками из общеобразовательной средней школы мальчики-подростки, с признаками сексуального насилия обнаруживают различия по «Лабильному типу» («р» < 0,001) и «Тревожному типу» («р» < 0,01).

При сравнении с подростками школы-интерната у мальчиков, переживших сексуальное насилие, достоверные различия отмечаются по «Ригидному типу» («р» < 0,01) и «Лабильному типу» («р» < 0,001).

У девочек, переживших сексуальное насилие, по сравнению со сверстницами общеобразовательных средних школ отмечаются достоверные различия по «Педантичному типу» («р» < 0,001) и по «Экзальтированному

типу» («р» < 0,05). В сравнении со сверстницами школы-интерната достоверные различия отмечаются по «Лабильному типу» («р» < 0,01), «Педантичному типу» («р» < 0,01), «Тревожному типу» («р» < 0,01) в сторону девочек интерната.

В целях выявления связей между субъективной спецификой отражения и объективно определяемыми психологическими особенностями личности подростков, с помощью методики К. Роджерса и Р. Даймонда, было проведено изучение социально-психологической адаптации подростков, пострадавших вследствие сексуального злоупотребления. Анализ показал, что самые значительные различия наблюдаются между девочками, пережившими сексуальное насилие и их обычными сверстницами из общеобразовательных средних школ. Между ними обнаруживаются достоверные различия по шкалам «Дезадаптивность» («р» < 0,001), «Неприятие себя» («р» < 0,01), «Неприятие других» («р» < 0,01), «Эмоциональный дискомфорт» («р» < 0,001), «Внутренний контроль» («р» < 0,05), «Внешний контроль» («р» < 0,05\ «Ведомость» («р» < 0,001), «Эскапизм» («р» < 0,05).

Анализ тендерных различий но параметрам социально-психологической адаптации, изучаемых с помощью методики К. Роджерса и Р. Даймонда показывает, что между девочками, подвергавшимися и не подвергавшимися сексуальному насилию, гораздо больше различий, чем между мальчиками аналогичных групп.

Достаточно неожиданным оказался то, что между мальчиками, пережившими сексуальное насилие и учениками общеобразовательных школ, выявлены различия всего по двум параметрам: «Приятие себя» («р» < 0,001) и «Внешний контроль» («р» < 0,05), а между пережившими сексуальное насилие и воспитанниками школы-интерната вообще отсутствуют достоверные различия.

Эти факты могут свидетельствовать либо о значительно меньшем влиянии сексуального насилия на показатели социально-психологической адаптации мальчиков-подростков, либо о задержке у них, по сравнению со сверстницами, развития этого вида адаптации.

Представляется важным отметить, что наиболее достоверные различия между различными группами мальчиков-подростков выявлены по параметру «Приятие себя» между пережившими сексуальное насилие и учащимися общеобразовательных школ. Причем, этот показатель существенно выше у мальчиков, испытавших сексуальные посягательства. Отмечается серьезное тендерное расхождение по этому параметру. Если у мальчиков, переживших сексуальное насилие, «приятие себя» существенно выше, чем у не переживших его, то у девочек наоборот - ниже. То есть, можно констатировать, что факт сексуального насилия по разному влияет на отношение к себе мальчиков и девочек-подростков.

Существенные тендерные различия между мальчиками и девочками, пережившими сексуальное насилие, отмечаются по шкалам «Приятие себя», «Внешний контроль» и «Ведомость».

В диссертационном исследовании с применением методики «МИС» (В.В.Столин) была проанализирована и специфика самоотношения подростков, переживших сексуальное насилие. Достоверных различий в самоотношении между мальчиками и девочками, пережившими сексуальное насилие, с использованием этой методики не было выявлено.

При сравнении с подростками из общеобразовательной средней школы у мальчиков-подростков с признаками сексуального насилия обнаруживаются различия по шкалам «Внутренняя конфликтность» («р»<0,05), «Самообвинение» («р»<0,05). Эти шкалы В.В.Столиным были объединены в один фактор называемый «Самоуничижение».

Между подростками школы интерната и мальчиками, пережившими сексуальное насилие, достоверных различий не было обнаружено.

У девочек, переживших сексуальное насилие, при сравнении со сверстницами из общеобразовательных средних школ достоверные различия выявлены по шкалам «Закрытость-открытость» («р»<0,05), «Самоуверенность» («р»<0,05), «Самоценность» («р» < 0,01), «Самоприятие» («р»<0,001), «Самопривязанность» («р»<0,001), «Конфликтность» («р»<0,01), «Самообвинение» («р» < 0,001). Причем у девочек, перенесших сексуальное насилие, по сравнению с обычными сверстницами из общеобразовательных средних школ, выявлены достоверно более высокие показатели по шкалам «Закрытость-открытость», «Самопривязанность», «Самообвинение».

В сравнении со сверстницами из школы-интерната выявленные достоверные различия отмечаются по шкалам «Саморуководство» («р»<0,05\ «Самоценность» («р»<0,001), «Внутренняя конфликтность» («р»<0,001), «Самообвинение» («р»<0,001). Причем в сторону девочек, переживших сексуальное насилие, достоверные различия отмечаются лишь по «Самообвинению». Следует отметить, что различия по этой шкале характерны как для девочек, так и для мальчиков жертв сексуального злоупотребления.

Следует отметить, что наибольшее количество различий отмечается по шкалам «Конфликтность» и «Самообвинение». По видимому для подростков, переживших сексуальное насилие, будет характерным выраженность фактора «Самоуничижения», который связан с защитными механизмами самоподдержки.

Таким образом, анализируя выше перечисленные особенности личности подростков, переживших сексуальное насилие можно констатировать, что у мальчиков отмечаются признаки рассогласования структурных компонентов Я-концепции, причиной чего является внутриличностностная конфликтность. По нашему мнению, несмотря на приятие себя идеального, у таких подростков обнаруживается отсутствие симпатии к себе реальному, проявляющееся через самообвинение. Наличие негативных эмоций в свой адрес, как нам кажется, порождает обиду, подозрительность и чувство вины (аутоагрессию). Возможно,

компенсаторным фактором для таких личностей является приятие себя, но не в реальных, а в идеальных представлениях.

В диссертации проводится анализ тендерных особенностей Я- образов подростков, переживших сексуальное насилие, рассматриваются особенности Ты- образов, проводятся взаимосвязи социально-перцептивных образов у подростков-жертв сексуального насилия.

В проведенном исследовании при помощи методики СОЧ(И) обнаружено, что в 51- образах мальчиков, переживших сексуальное насилие, по сравнению с девочками, достоверно преобладают характеристики интеллектуально-творческого плана («р» < 0,05), в то же время, в Я-образах девочек, переживших сексуальное насилие, значимо больше внимания уделяется телесным характеристикам («р» < 0,01).

Рассматривая Я-образ подростков, переживших сексуальное насилие важно сравнить его с Я-образами обычных подростков из общеобразовательных школ и школы-интерната. Так, в диаде «мальчики, пережившие сексуальное насилие - мальчики не пережившие сексуальное насилие, обучающиеся в общеобразовательных средних школах» достоверные различия отмечаются по деятельностным (¡<р»<0,05) и эмоциональным («р»<0,01) характеристикам. Причем такая особенность наблюдается в сторону выборки мальчиков, перенесших сексуальное насилие.

В диаде «девочки, перенесшие сексуальное насилие - девочки, не перенесшие сексуальное насилие, обучающиеся в общеобразовательных средних школах» отмечаются Достоверные различия по деятельностной («р»<0,05) и интеллектуальной («р»<0,05) характеристикам, социальному интеллекту («р» < 0,01). Причем в сторону девочек, переживших сексуальное насилие, выражена деятелыюстная характеристика.

В группе мальчиков с опытом сексуального насилия, и мальчиков школы интерната обнаружены существенные различия по социальной («р»<0,01) и телесной («р»<0,01) характеристикам. Причем показатели идентичны между собой и обратно пропорциональны, т.е. мальчики, перенесшие сексуальное насилие, по сравнению с мальчиками из школы-интерната, при актуализации Я-образа выделяют существенно больше характеристик социального и существенно меньше характеристик телесного плана.

При сравнении показателей у девочек, переживших сексуальное насилие со сверстницами из школы интерната, достоверные различия отмечаются по волевым («р»<0,05) и интеллектуальным («р»<0,01) характеристикам в сторону выражения второй группы.

Обнаружены существенные различия в Ты-образах друга в изучаемых группах подростков. Между мальчиками и девочками, пережившими сексуальное насилие, достоверных различий не выявлено. Но при сравнении их с другими группами подростков отмечается ряд существенных различий.

Так, в образах друга у мальчиков, переживших сексуальное насилие, по сравнению с мальчиками школы интерната, заметно большее внимание

уделяется социальным («р» < 0,05) и существенно меньшее телесным («р» < 0,05) характеристикам. Но при этом отсутствуют принципиальные различия в этих образах между жертвами сексуального насилия и учащимися общеобразовательных школ.

При сравнении двух 1рупп девочек, где сравнивались респонденты, пережившие сексуальное насилие, с респондентами из общеобразовательных средних школ обнаружены различия по деятельностным («р»<0,05) и амбивалентным («р»<0,05) характеристикам. Исходя из этого, можно заключить, что для девочек, переживших сексуальное насилие, образ друга является, как правило, нейтральным или амбивалентным. Данное различие позволяет предположить наличие эмоционально-оценочной нечеткости в образе друга у девушек, которые пережили сексуальное насилие. В связи с отсутствием различий по этому показателю между жертвами сексуального насилия и воспитанницами школы интерната, можно заключить, что у воспитанниц так же наблюдается аналогичная особенность образа друга.

При сравнении со второй группой у девушек, переживших сексуальное насилие, отмечается достоверное преобладание поведенческой составляющей образа друга (причем уровень значимости различий очень высокий - 0,001).

В исследовании Ты-образа недруга достоверные гендерные различия подростков, переживших сексуальное насилие, отмечаются по волевой («р»<0,05), социальной («р»<0,05)у эмоциональной («р»<0,05)1 метафорической («р»<0,05) характеристикам, а также социальному интеллекту («р»<0,05). Причем у мальчиков выражено значение только метафорической характеристики. Данное явление связано, по нашему мнению, с тендерными особенностями, обнаруживающимися при восприятии недруга. У девочек, в первую очередь, этот образ связан с превосходством интеллектуальных способностей другого, определяющих успешность оценки и прогнозирования поведения людей.

В группах мальчиков между пережившими сексуальное насилие и учащимися средних школ не пережившими сексуальное насилие, каких-либо достоверных различий не выявлено. Аналогичная картина наблюдалась и при описании достоверных различий образа друга.

В сравниваемых группах девочек переживших сексуальное насилие и учениц средних школ не переживших сексуальное насилие, выявлены достоверные различия по волевой («р» < 0,05) и деятельностной («р» < 0,01) характеристикам. Причем преобладание волевых характеристик обнаруживается у группы девочек, перенесших сексуальное насилие. На наш взгляд, различия по этой характеристике у девушек данной группы обусловлены тем, что «недруг», в частности его поведение, воспринимается как опосредованное внутренним интеллектуальным планом, выполняющим функцию сознательной регуляции деятельности, и не являющимся просто импульсивным или ситуативным. Различия по деятельностной характеристике нами объясняются тем, что подростки включаются в межличЕюстные отношения другого учреждения, в частности такого как

приют, где социальная ситуация по сравнению с общеобразовательной школой будет несомненно изменена.

Между подростками, пережившими сексуальное насилие и воспитанниками школы интерната, достоверные различия в социально-перцептивном отражении недруга выявлены по эмоционально нагруженным характеристикам. Так, у мальчиков с опытом сексуального насилия в восприятии недруга преобладают отрицательные характеристики («р» < 0,05), а вот у мальчиков школы интерната — положительные («р» < 0,05).

Сравнение образов внутри каждой группы показывает, что только у девочек и в паре «Я-реальный/недруг» есть структурно-компонентные различия. Эти различия отмечаются и по модальности характеристик. Видимо девочки дают себе больше положительных или нейтральных характеристик, а вот недруга описывают только отрицательно.

У мальчиков разных групп по этому блоку исследования достоверных различий не выявлено.

В Я-образах у девочек сохраняются положительные связи между такими структурными компонентами, как интеллектуальные и социальные поведенческие и метафорические

У мальчиков отмечается большее количество корреляционных связей, чем у девочек, причем не только положительных, но и отрицательных. Так, отрицательная корреляция отмечается по волевому и метафорическому а также по социально-интеллектуальному и телесному компонентам («г»<0,05). Положительное соотношение в Я-образах у мальчиков наблюдается по интеллектуальному и метафорическому а также по социально-интеллектуальному и метафорическому компонентам образа.

В Ты-образах друга у девочек количество корреляционных связей значительно возрастает, причем их виды будут как положительными, так и отрицательными. Так, наибольшее количество корреляционных связей в Ты-образах друга у девочек обнаруживается по волевому компоненту, причем на 1% уровне отрицательная корреляционная связь выявлена в совокупности с поведенческим компонентом Ты- образа друга,

У мальчиков с опытом сексуального насилия, отмечаются наиболее прочные корреляционные связи в Ты-образах друга. На 1% уровне значимости выявлено лишь одно отрицательное соотношение между эмоциональной и интеллектуальной характеристиками образов. В остальных случаях на 1% уровне значимости определяются только положительные корреляционные связи. Это такие связи между характеристиками как, деятельностная и интеллектуальная характеристики, социальная и социальная, телесная и телесная.

В Ты-образах недруга у девочек наличие корреляционных связей намного больше, нежели в Ты-образах недруга у мальчиков. Причем у мальчиков в данном случае отсутствуют положительные связи. Так, в Ты-образе недруга у мальчиков отмечаегся связь между интеллектуальной и

социальной характеристиками, причем на 1% уровне значимости, а также между социальной и телесной, на 5% уровне значимости.

У девочек положительные корреляционные связи выявлены по социальному интеллекту и волевой характеристике, по социальному интеллекту и эмоциональной характеристике, по конвенциональной и телесной, по телесной и интеллектуальной, по метафорической и телесной характеристикам образов. Отрицательные корреляционные связи обнаружены но волевой и эмоциональной характеристикам, по телесной и эмоциональным структурным компонентам.

Таким образом, несмотря на различие корреляционных связей в Я-образах мальчиков и девочек, переживших сексуальное насилие, нами был обнаружен факт того, что в Ты-образах друга, как у мальчиков, так и у девочек определяется положительная корреляционная связь между телесными компонентами образов. Причем у мальчиков данный факт выявлен на 1% уровне различий, а у девочек на 5% уровне. Также следует отметить и то, что Я-образ девочек, переживших сексуальное насилие, тесно связан, как с образом друга, так и с образом недруга. У мальчиков же Я-образ согласуется лишь с образом друга.

В исследовании Я- образов и образов «друга» и «недруга» в сознании подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие, обнаружено, что эмоциональные, социальные и телесные компоненты структуры Я- образов, занимающие первые места, как у подростков, так и у взрослых остаются практически независимыми от пола и возраста. По остальным компонентам Я- образов возрастные различия прямо связаны с полом обследуемых. У представителей мужского иола структуры Я- образов не изменяются с возрастом, а у представителей женского пола по всем компонентам структуры образов, кроме социальных, эмоциональных и телесных, отмечаются явные ранговые расхождения.

Используя вербальную часть методики «СОЧ(И)», мы предположили, что могут быть обнаружены существенные различия между подростками и взрослыми, пережившими сексуальное насилие.

Так, в Я- образах взрослых присутствуют различия по социальной («р»<0,01Л, телесной («р»<0,001) и эмоциональной («р»<0,05) характеристикам. Причем в сторону мужчин выраженными являются телесные и эмоциональные структурные компоненты.

В сравниваемых группах респондентов мужской выборки обнаружились достоверные различия по телесной («р»<0,05) характеристике в сторону группы мужчин.

При сравнении групп респондентов женской выборки, выраженными у девочек-подростков, обнаружились различия по телесной («р»<0,001Л, эмоциональной («р»<0,05) и позитивной («р»<0,01Л характеристикам. В сторону студенток - по волевой («р»<0,05), конвенциональной («р»<0,01Л, социальной («р»<0,01) характеристикам, социальному интеллекту («р»<0,01), а также амбивалентной («р»<0,05) и отрицательной («р»<0,05) характеристикам. Весьма неожиданным фактом оказалось то, что Я-образ

девочек, переживших сексуальное насилие, оцениваехся ими со знаком «+», а вот взрослые женщины оценивают свой образ или нейтрально, или отрицательно, при этом в их Я-образах значительно большее внимание уделяется телесным компонентам.

Анализ содержания образов подростков и взрослых, обобщенных по структурно-частотному принципу, показал, что есть не только структурно-статистическая связь, но и содержательно-качественная взаимосвязь между элементами Я-образов подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие.

Следует отметить, что количество дословных совпадений наиболее часто употребляемых подростками и взрослыми характеристик в женской выборке существенно больше чем в мужской. Причем с возрастом в женской выборке частота совпадений значительно увеличивается.

При сравнении ранговых мест в Ты-образах («друга» и «недруга») у подростков и у взрослых отмечается преобладание социальных, телесных и эмоциональных компонентов. Такие структурные компоненты, как социальный интеллект и интеллектуальные характеристики чаще отмечают женщины.

Анализируя результаты по образу друга следует отметить, что у респондентов мужской выборки сохраняется та же последовательность первых ранговых мест, отмеченная в Я- образах. То есть на первом месте, как у подростков, так и у взрослых отмечаются социальные характеристики, на втором - эмоциональные, на третьем - телесные.

Результаты же у респондентов женской выборки имеют свои особенности. Так, у девочек-подростков в образе друга на первом месте выступают социальные компоненты, на втором — эмоциональные, на третьем - телесные. А вот у студенток в Ты-образах наблюдаются изменения. Здесь на первом месте обнаруживаются социальные компоненты, на втором -эмоциональные, а на третьем появляются интеллектуальные.

Анализируя полученные данные по недругу следует отметить тот факт, что у представителей мужской выборки тенденция к той же ранговой последовательности структурных компонентов Ты-образов сохраняется. То есть на первом месте — социальные компоненты, на втором — эмоциональные, на третьем - телесные.

У представителей женской выборки, в частности у девочек-подростков сохраняется та же последовательность структурных компонентов, что и у мальчиков. А вот у студенток отмечаются изменения, где на третьем месте после социальных, эмоциональных отмечается социальный интеллект.

При сопоставлении групп респондентов различной возрастной категории как мужской, так и женской выборки были получены следующие достоверные различия. У девушек и юношей, переживших сексуальное насилие, отмечаются достоверные различия по волевой («р»<0,05), деятельностной («р»<0,01) и телесной («р<0,05) характеристикам.

При сопоставлении Ты-образов друга между группами юношей и группы мальчиков-подростков, переживших сексуальное насилие, достоверных различий не было выявлено.

При сравнении Ты-образов друга у группы девочек-подростков, переживших сексуальное насилие, с Ты-образами друга у группы женщин обнаружены достоверные различия по волевой («р»<0,01), интеллектуальной («р»<0,05), социальной («р»<0,05), телесной («р»<0,001>), эмоциональной характеристикам («р» < 0,01) и социальному интеллекту («р» < 0,01). Причем в сторону девочек-подростков отмечаются различия лишь по телесной и эмоциональной характеристикам. Следует отметить, что обнаруженные достоверные различия по характеристикам Я-образа девушек, переживших сексуальное насилие, по некоторым характеристикам совпадают с Ты-образом друга. Так, например, эти совпадения отмечаются по волевой, социальной, телесной, эмоциональной характеристикам и социальному интеллекту. Это, по нашему мнению, дает основания предполагать, что Я-образ женщин, переживших сексуальное насилие, недостаточно дифференцирован с Ты- образом друга. Аналогичное явление отмечается в отношении девочек-подростков. Обнаруженные достоверные различия в Я-образе девочек-подростков по телесной и эмоциональной компонентам, характерны и для структурных компонентов Ты-образа друга.

В отношении Ты-образа недруга были обнаружены следующие достоверные различия. В отношении юношей и девушек, переживших сексуальное насилие, достоверные различия отмечаются по социальной («р» < 0,001) и телесной («р» < 0,001) характеристикам.

При сопоставлении двух групп респондентов мужского пола выявлены достоверные различия в пользу мужчин по социальному интеллекту («р»<0,001) и позитивным («р»<0,05) характеристикам. Следует отметить парадокс, который обнаружился при сопоставлении обобщенных характеристик Ты-образов недруга мальчиков и юношей, переживших сексуальное насилие. Несмотря на наличие отрицательных характеристик (например, дурак, злой, плохой и др.) даваемых недругу, как мальчики, так и юноши оценивают Ты-образ недруга, в целом, положительно. По нашему мнению это связано с тем, что образ отрицательного персонажа идеализируется и является более привлекательным в силу его доминирования, превосходства, например, в силе, в уме, в статусном положении и др.

В отношении респондентов женского пола по образу недруга отмечаются достоверные различия но деятелыюстной («р» < 0,05), интеллектуальной («р» < 0,001), социальной («р» < 0,001) и телесной («р» < 0,001) характеристикам. Причем у женщин, переживших сексуальное насилие, достоверные различия отмечаются лишь по интеллектуальным и социальным характеристикам.

Помимо различий нас интересовал вопрос и о соотношениях структурных компонентов социально-перцептивных образов подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие.

Так, у мальчиков, переживших сексуальное насилие, отрицательные корреляционные зависимости выявлены между волевой и метафорической характеристиками («г» < 0,01), также между социальным интеллектом и телесной («г» < 0,05) характеристикой. Положительные связи обнаружены между интеллектуальной и метафорической («г»<0,05) характеристиками, между социальным интеллектом и метафорической («г»<0,01) характеристикой.

У юношей положительная связь выявлена между социальным интеллектом и социальной характеристикой («г»<0,01). Отрицательная -между интеллектуальной и телесной характеристиками, и между

конвенциональными и телесными («г»<0,05) характеристиками Я-образов студентов.

В Ты-образах друга, как у мальчиков, так и у юношей наблюдаются достаточное количество разнообразных связей.

В Ты-образах недруга у мальчиков практически отсутствуют корреляционные связи, исключение составляют две из них, а именно: отрицательная корреляционная зависимость интеллектуального и социального компонентов отрицательная связь социальной и

телесной характеристик У юношей корреляционных связей уже

намного больше. Это дает основание предполагать, что Я-образ юношей тесно взаимосвязал не только с образом друга, но также и с образами недруга.

В Я-образах девушек, по сравнению с Я-образами девочек, переживших сексуальное насилие, возникает огромное количество разнообразных корреляционных связей. В том числе сохраняется отмеченное у девочек, соотношение интеллектуальной и социальной характеристик. Однако у девушек данное соотношение будет со знаком минус.

В принципе по нашему мнению не имеет смысла рассматривать все взаимосвязи, следует отметить лишь наиболее общие и важные выводы, которые следуют из этого. Наличие огромного числа корреляционных соотношений в женской выборке как в Я-образах, так и в Ты- образах нами рассматривается как факт достаточно тесной связи этих образов, причем наиболее прочные и многообразные связи обнаруживаются в представлениях женщин.

Неожиданным и интересным для нас в исследовании стало выявление у всех респондентов, переживших сексуальное насилие, факта того, что телесная характеристика Я-образа положительно коррелирует с телесной характеристикой Ты-образа друга. Полученные данные служат подтверждением того, что Я-образ респондентов, подвергавшихся сексуальному насилию, тесным образом связан с Ты-образом друга.

У взрослых, подвергавшихся сексуальному насилию, тенденция связи Я-образа с Ты-образами сохраняется, причем имеет свои особенности. В частности у женщин происходят изменения в структурах Я-образов, появляется почти в шесть раз больше связей, однако они не совсем прочные, чем у девочек-подростков.

У мужчин также происходят изменения, в частности это касается Я-образов, и Ты-образов. В Я-образах количество корреляционных связей уменьшается, а вот в Ты- образах недруга значительно увеличиваются, причем доминируют прочные связи.

Таким образом, мы можем утверждать, что Я-, Ты-образы подростков, подвергавшихся сексуальному насилию, существенно отличаются от аналогичных образов их обычных сверстников. Социально-перцептивные образы подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие, имеют выраженную гендерную и возрастную специфику.

В заключение работы сформулированы основные выводы.

1. У подростков, перенесших сексуальное насилие, в отличие от их обычных сверстников, выявлено специфическое проявление таких личностных особенностей как социально-психологическая адаптация по шкалам: у девочек «дезадаптивность», «эмоциональный дискомфорт», «ведомость», «неприятие себя», «неприятие других»; у мальчиков - «приятие себя»); акцентуации: у девочек существенно реже («р» < 0,01) проявляется акцентуация по педантичному типу, у мальчиков значительно чаще («р» < 0,01) выявляется акцентуация по лабильному типу); самоотношенне: у девочек практически по всем трем факторам: «самоуважение», «аутосимпатия», «самоуничижение» (от «р» < 0,01 до «р» < 0,001); у мальчиков специфика проявляется лишь по фактору «самоуничижение» («р» < 0,001); агрессивность по шкалам: у девочек - «чувство вины» («р» < 0,05), «подозрительность» («р» < 0,05), «негативизм» («р» < 0,001), «вербальная агрессия» («р» < 0,05); у мальчиков - «чувство вины» («р» < 0,01) «подозрительность» («р» < 0,01), «обида» («р» < 0,05), «негативизм» («р»< 0,001).

2. Социально-перцептивные образы всех обследованных групп сходны по структуре, но по содержанию Я- и Ты-образы подростков, перенесших сексуальное насилие, существенно отличаются от социально-перцептивных образов, отражаемых аналогичными испытуемыми взрослого возраста и подростками, у которых не зафиксированы случаи сексуального насилия.

3. Выявлены однотипные связи между отдельными компонентами структур Я-, Ты- образов подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие. В частности, обнаружены положительные корреляционные связи Я-образов с образами друга по телесному компоненгу, как у подростков, так и у взрослых, переживших сексуальное насилие.

4. В ходе анализа по социально-перцептивной сфере подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие, была обнаружена положительная корреляционная связь Я-образов с образами друга по телесному компоненту и у подростков и у взрослых, перенесших сексуальное насилие.

5. В ходе исследования выявлена существенная тендерная специфика функционирования Я-, Ты- образов. Сущность ее сводится к тому, что в процессе формирования Я- образов девочки и мальчики практически не

соотносят свой образ с тем, что отмечают в самих себе сверстники. Однако у девочек в ходе формирования Ты- образов друга и недруга срабатывает один и тот же механизм ориентации на мнение сверстников и сверстниц. В то время как мальчики ориентируются на мнение сверстников лишь при отражении друзей, а при отражении недругов ориентируются только на самих себя.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях:

1. К проблеме насилия над детьми: прошлое и настоящее // Актуальные проблемы психологии: теория и практика. - Витебск. Изд-во ВГУ им. П.М. Машерова, 2001. - с. 42-45.0,2 п.л.

2. Социально-психологические аспекты насилия в отношении детей и подростков // Психолого-педагогические основы формирования личности на разных этапах онтогенеза: Сб. науч. статей / Под общей редакцией Богомаза С.Л. - Витебск. Изд-во УО «ВГУ им. П.М. Машерова», 2002. - с. 48-55.0,4 п.л.

3. Изучение личности подростков, пострадавших от жестокого обращения // Реальность этноса. Этнонациональные аспекты модернизации образования. Материалы Международной научно-практической конференции «Реальность этноса. Этнонациональные аспекты модернизации образования» (Санкт-Петербург, 18-21 марта 2003 г.) / Под науч. ред. И.Л. Набока. - СПб.: Астерион, 2003. - с. 685-688. 0,2 пл.

4. Изучение характера эмоциональных переживаний мужчин и женщин на различных этапах психосексуального развития // Диагностика: теория, практика, инструментарий: Сб. науч. статей / Под общей редакцией Богомаза С.Л. - Витебск. Изд-во УО «ВГУ им. П.М. Машерова», 2003.-е. 171-181.0,6 п.л.

5. Тендерные особенности «Я»-, «Ты»-образов подростков, переживших сексуальное насилие // Преступность несовершеннолетних: проблемы и пути решения. Материалы Международной научно-практической конференции / Под ред. проф. В.Я. Кикотя, проф. А.А. Реана - М., 2003. - с. 244-246. (В соавторстве). 0,1 пл.

6. Я-образ в сознании подростков, переживших сексуальное насилие. Учебно-методич. пособие / А.А. Стреленко. - Витебск: Изд-во УО «ВГУ им. П.М. Машерова», 2003. - 42 с. 2,6 п.л.

7. Социально-перцептивная культура и виктимность подростков, переживших сексуальное насилие // Психологическая культура и психологическая безопасность в образовании. Материалы Всероссийской конференции. СПб., 2003. - с. 144-147. (В соавторстве). 0,2 п л.

Подписано в печать и свет 4b.05.OU г. Формах 60x84 1/16

Печать офсетная. Объем^4п.л. Тираж 100 экз.

_За/г. А/т-сЬг._

Огпечатано в Санкт-Петербургском военном институте внутренних войск

МВД России

198206, Санкт-Петербург, ул. Летчика Пилютова, д.1

04- 1 35 54

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Стреленко, Анна Анатольевна, 2004 год

ВВЕДЕНИЕ.

Глава 1. Социально-психологические аспекты агрессии в отношении детей и подростков.ю

1.1. История и современное состояние проблемы агрессии и насилия.

1.2. Концепции изучения агрессии, жестокости и насилия.

1.3. Концепции сексуального насилия.

1.4. Факторы, влияющие на виктимизацию личности ребенка.

1.5. «Я-концепция» и социально-перцептивные образы.

Выводы по 1 главе.

ГЛАВА 2. МЕТОДЫ И ОРГАНИЗАЦИЯ ИССЛЕДОВАНИЯ.

2.1. Программа, предмет, объект и задачи исследования.«

2.1.1. Программа изучения личности подростков, переживших сексуальное насилие.

2.1.2. Предмет и объект исследования.

2.1.3. Основные задачи исследования.

2.2.Изучение личности подростков, переживших сексуальное насилие

2.2.1. Основные методы проведенного исследования.

2.2.2. Применение опросных методов в исследованиях личности.

2.2.3. Изучение социально-перцептивной сферы подростков и взрослых.

2.3. Организация сбора эмпирического материала.

2.3.1. Основные этапы сбора эмпирических данных и контингент испытуемых.

2.3.2. Принципы отбора испытуемых.

2.3.3. Процедура эмпирического обследования.

2.3.4. Программа обработки полученных данных.

Выводы по 2 главе.рр

Глава 3. Особенности личности и социально-перцептивных образов подростков, переживших сексуальное насилие.

3.1. Гэндерные особенности личности подростков, переживших сексуальное насилие.

3.1.1. Гендерные особенности агрессивности подростков, переживших сексуальное насилие.

3.1.2. Тендерные особенности акцентуаций личности подростков, переживших сексуальное насилие.

3.1.3. Тендерные особенности социально-психологической адаптации подростков.!.

3.1.4. Тендерные особенности эмоционально-оценочной системы (самоотношения) подростков, переживших сексуальное насилие.

3.2. Особенности социально-перцептивных образов в сознании подростков, переживших сексуальное насилие.иг

3.2.1.Тендерные особенности Я-образов подростков, переживших сексуальное насилие.

3.2.2.Гендерные особенности Ты-образов у подростков-жертв сексуального насилия.

3.2.3. Взаимосвязи социально-перцептивных образов у подростков, переживших сексуальное насилие.

3.3. Я-образы и образы «друга» и «недруга» в сознании подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие.пз

3.3.1. Сравнительный анализ особенностей Я-образов в сознании взрослых и подростков, переживших сексуальное насилие.

3.3.2. Специфика Ты-образов у взрослых и подростков, переживших сексуальное насилие.

3.3.3. Результаты корреляционного исследования социально-перцептивных образов взрослых и подростков, переживших сексуальное насилие.

Выводы по третьей главе.ыз

Введение диссертации по психологии, на тему "Социально-перцептивные образы подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие"

Как никакая другая тема агрессии, жестокости и насилия вобрала в себя вечный вопрос сосуществования добра и зла.

Прошедший XX век принес понимание того, что насилие не ограничивается только явными проявлениями (прямым физическим й материальным ущербом). Наряду с ними существует еще насилие, которое обнаруживается в психологической и интеллектуальной сфере и проявляется не заметно. Проблема изучения агрессии, насилия и жестокости, их причин и последствий, является не только социальной и криминологической, но и в большей мере психологической проблемой. Как реакция на это в различных общественно-гуманитарных науках (например, в философии, психологии, религиоведении, этике и др.) возникают различные концепции насилия (ненасилия) и даже целые направления междисциплинарного исследования: этика ненасилия, конфликтология, личностно-ориентированная педагогика, а также психология и педагогика ненасилия.

В 90-х гг. XX в. весьма острой проблемой стало насилие в семье, насилие над детьми и женщинами. Исследования показывают, что и в современном обществе дети являются одной из самых незащищенных категорий людей на нашей планете. Именно они часто становятся жертвами злоупотреблений, пренебрежения, эксплуатации.

Эксплуатация детей в проституции и порнографии — это глобальная индустрия, которой способствует нищета, алчность и спрос на дешевый секс. Причем такой секс по степени притока прибыли стрит на третьем месте после прибыли от наркотиков и оружия. При этом калечатся жизни миллионов мальчиков и девочек, как в богатых, так и бедных странах. Если в 70-е годы детская проституция была уделом стран Юго-Востока, то с начала 90-х она стремительно распространилась на страны Восточной Европы и страны СНГ. Непризнание данной проблемы властями и обществом в целом привело к тому, что проституция, сексуальная эксплуатация детей и подростков очень "помолодели". Следствием этого стало беспрецендентное распространение среди детей и подростков различных заболеваний, передающихся половым путем. Дети широко привлекаются для участия в порнофильмах, что также стало проявлением сексуального насилия и растления несовершеннолетних [122, с. 104-105]. Только проституция ежегодно губит 1 млн. детей [133]. Так, в Финляндии и Швеции распространен специальный путеводитель по Санкт-Петербургу. В этом путеводителе указано, где и за какую цену в нашей северной столице можно найти мальчиков и девочек в возрасте от 8 до 12 лет для женщин и мужчин [133].

В силу расцвета информационных технологий данная ситуация усугубляется еще и тем, что весьма простым способом растления подростков становится доступный путь вхождения их на порнографические сайты Internet.

По мнению некоторых ученых, занимающихся этой проблемой, до сих пор в России не создана сеть помощи детям, пострадавшим от жестокого обращения и насилия: не проводится профилактическая работа, недостаточно специализированных центров для оказания психологической помощи детям, пережившим сексуальное насилие, вузы страны не готовят психологов, социальных работников, специализирующихся по этой проблеме.

Аналогичные проблемы обнаруживаются и в Белоруссии. Так, по данным МВД по г. Минску на 1998 г., различным формам насилия подвергалось 9528 человек из них 3441 - женщины (36 % от общего числа). Из них: 29 % - случаи насилия со смертельным исходом, 10 % - нанесение телесных повреждений, 35 % - разбойные нападения, 26 % - изнасилования и хулиганские действия [76]. Однако, по детям и подросткам, переживших различные формы насилия, статистических данных по территории Белоруссии до сих пор нет. В 1999-2000 гг. при работе с библиотечными фондами в г. Минске нами не было обнаружено ни одной научной работы по интересующей нас области. Даже, несмотря на появляющиеся центры (например, социально-психологическая служба по предупреждению всех форм насилия над детьми при центре внешкольной работы Советского района г. Минска), общественные объединения (например, "Дети -не для насилия" г. Минск) и др. проблема остается не решенной в областных центрах. Ситуация эта усугубляется еще и тем, что психологи не владеют достаточными знаниями для работы с детьми и подростками при проведении судебно-психологических экспертиз по факту изнасилования или др. форм сексуального насилия.

В бывших странах распавшегося Советского Союза проблема сексуального насилия долгое время умалчивалась. И только в 1980 - 90-х годах, стали появляться исследования, посвященные сексуальному насилию. Так, в 1988 г. была защищена диссертация Л.П. Конышевой "Судебно-психологическая экспертиза психического состояния несовершеннолетних жертв изнасилования", также работа О.Ю. Михайловой (1985) "Жестокость как правовая и нравственно-психологическая проблема". Работа И.А. Захарьевой "Психологические факторы виктимности несовершеннолетних жертв изнасилования" была защищена в 2000 году. Также за последнее время вышел в свет ряд публикаций, посвященных этой проблеме: Н.К. Асанова, С.Н. Ениколопов, С.В. Ильина, И.С. Кон, Н.В. Курасова, В.В. Нагаев, Т.Я. Сафонова, О.Ю. Михайлова, Н.Д. Ярославцева и др.

Изучение насилия, его причин и последствий сегодня выросло в самостоятельную проблему. Традиционно этот феномен интересовал ученых в контексте общих проблем человеческого существования. Его изучением в советской и постсоветской философии занимались А.А. Гусейнов, А.П. Назаретян. В советской и постсоветской психологии проблему агрессии и насилия изучают А.А. Реан, В.А. Ситаров, В.Г. Маралов, С.Н. Ениколопов и др.

Анализ исследований по проблемам сексуального насилия позволяет сделать вывод о том, что жертвами сексуального насилия нередко становятся люди, имеющие виктимные характеристики, в частности проблемы в области социальной коммуникации. На наш взгляд, особую роль в этом плане играют особенности социально-перцептивной сферы жертв сексуального насилия.

Таким образом, актуальность проблемы исследования определяется недостаточной разработанностью проблемы психологических особенностей личности детей, переживших сексуальное насилие.

Цель исследования:

Изучить особенности социально-перцептивных образов подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие.

Задачи исследования:

1. Выявить специфику социально-перцептивной сферы и таких личностных особенностей как социально-психологическая адаптация, акцентуации, самоотношение и агрессивность подростков, перенесших сексуальное насилие.

2. Исследовать взаимосвязи Я-образов и образов «друга» и «недруга» в сознании подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие.

3. Сопоставить возрастные особенности Я- и Ты-образов подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие.

4. Изучить тендерную специфику функционирования Я-, Ты- образов в сознании жертв сексуального насилия.

Предметом исследования явились структура и содержание Я-образов и образов «друзей» и «недругов» в сознании подростков и взрослых - жертв сексуального насилия.

Объект исследования: социально-перцептивная сфера подростков и взрослых, подвергавшихся сексуальному насилию.

Гипотезы исследования.

1. Я-, Ты-образы подростков, подвергавшихся сексуальному насилию, существенно отличаются от аналогичных образов их обычных сверстников.

2. Социально-перцептивные образы подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие, имеют выраженную тендерную и возрастную специфику.

Методы исследования:

1. Методы теоретического исследования: анализ монографий, статей и других научных публикаций, отражающих состояние проблемы изучения личности подростков, переживших сексуальное насилие.

2. Методы эмпирического исследования: опросник акцентуации личности К. Леонгарда - X. Смишека; методика изучения самоотношений (В.В. Столин); методика диагностики показателей и форм агрессии А. Басса и

А. Дарки (адаптация А.П. Осницкого); методика диагностики социально-психологической адаптации К. Роджерса и Р. Даймонда); методика изучения образа человека "СОЧ(И)" — структура образа человека (иерархическая)" (B.JI. Ситников).

3. Статистические методы обработки материалов исследования: частотный, корреляционный, ранжирование, статистическая оценка достоверности различий. При представлении использовался табличный метод. Научная новизна работы.

Выявлена специфика субъективного отражения и объективно определяемых психологических особенностей личности подростков, подвергавшихся сексуальному насилию.

Осуществлен сравнительный анализ Я-, Ты- образов трех групп подростков: а) перенесших сексуальное насилие; б) учащихся общеобразовательных средних школ; в) воспитанников школы-интерната.

Проведен сравнительный анализ и определена специфика структурных и содержательных характеристик социально-перцептивной сферы подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие.

Определена тендерная специфика социально-перцептивных образов подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие. Практическая значимость.

Разработанные в диссертации положения, результаты, выводы могут быть использованы при организации учебно-воспитательной и психокоррекционной деятельности с подростками, при написании и составлении учебно-методических комплексов и программ. Использованный в диссертационном исследовании комплекс методик может найти применение в работе социально-психологических служб различных учреждений для выявления потенциальных жертв сексуальных преступников. Полученные данные могут быть использованы психологами в рамках проведения судебно-психологических экспертиз, а также при проведении дальнейших психологических исследований.

Положения, выносимые на защиту:

1. Существуют достоверные различия между жертвами сексуальных насилий и другими людьми по таким личностным' особенностям как социально-психологическая адаптация, акцентуации, самоотношение, агрессивность и специфика социально-перцептивного отражения.

2. Имеющиеся в сознании подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие, образы себя, друга и недруга, взаимосвязаны по структуре и содержанию, но в тоже время существенно различаются между собой.

3. Социально-перцептивные образы жертв сексуального насилия имеют выраженную тендерную и возрастную специфику.

Заключение диссертации научная статья по теме "Психология развития, акмеология"

ЗАКЛЮЧЕНИЕ и ВЫВОДЫ

В онтогенезе подростковый возраст является одним из критических. В этом возрастном периоде активно происходят не только физиологические изменения, но и изменения социального статуса, поведения, психики ребенка. Известно, что у подростков возрастной кризис сопровождается неприятием, несогласием с общепринятыми установками и нормами социальной среды. Причиной этого, по мнению большинства отечественных ученых, является процесс становления индивидуальности, развитие Я-концепции подростков.

Подростковый возраст наиболее важный период для формирования самосознания. Изменения, происходящие в нем, кардинальным образом влияют на развитие всей личности. Я-концепция, как результат процессов самосознания, является центральным новообразованием подросткового возраста. Она формируется под воздействием жизненного опыта человека, прежде всего детско-родительских отношений, однако достаточно рано сама приобретает активную роль, влияя на интерпретацию этого опыта, на те цели, которые личность ставит перед собой, на соответствующую систему ожиданий, прогнозов относительно будущего, оценку их достижения и тем самым на собственное становление.

В своем исследовании мы пришли к выводам, о том что: 1. У подростков, перенесших сексуальное насилие, в отличие от их обычных сверстников, выявлено специфическое проявление таких личностных особенностей как социально-психологическая адаптация по шкалам: у девочек «дезадаптивность», «эмоциональный дискомфорт», «ведомость», «неприятие себя», «неприятие других»; у мальчиков - «приятие себя»); акцентуации: у девочек существенно реже («р» < 0,01) проявляется акцентуация по педантичному типу, у мальчиков значительно чаще («р» < 0,01) выявляется акцентуация по лабильному типу); самоотношение: у девочек практически по всем трем факторам: «самоуважение», «аутосим-патия», «самоуничижение» (от «р» < 0,01 до «р» < 0,001); у мальчиков специфика проявляется лишь по фактору «самоуничижение» («р» <

0,001); агрессивность по шкалам: у девочек - «чувство вины» («р» < 0,05), «подозрительность» («р» < 0,05), «негативизм» («р» < 0,001), «вербальная агрессия» («р» < 0,05); у мальчиков - «чувство вины» («р» <0,01) «подозрительность» («р» < 0,01), «обида» («р» < 0,05), «негативизм» («р» <0,001).

2. Социально-перцептивные образы всех обследованных групп сходны по структуре, но по содержанию Я- и Ты-образы подростков, перенесших сексуальное насилие, существенно отличаются от социально-перцептивных образов, отражаемых аналогичными испытуемыми взрослого возраста и подростками, у которых не зафиксированы случаи сексуального насилия.

3. Выявлены однотипные связи между отдельными компонентами структур Я-, Ты- образов подростков и взрослых, перенесших сексуальное насилие. В частности, обнаружены положительные корреляционные связи Я-образов с образами друга по телесному компоненту, как у подростков, так и у взрослых, переживших сексуальное насилие.

4. В ходе анализа по социально-перцептивной сфере подростков и взрослых, переживших сексуальное насилие, была обнаружена положительная корреляционная связь Я-образов с образами друга по телесному компоненту и у подростков и у взрослых, перенесших сексуальное насилие.

5. В ходе исследования выявлена существенная тендерная специфика функционирования Я-, Ты- образов. Сущность ее сводится к тому, что в процессе формирования Я- образов девочки и мальчики практически не соотносят свой образ с тем, что отмечают в самих себе сверстники. Однако у девочек в ходе формирования Ты- образов друга и недруга срабатывает один и тот же механизм ориентации на мнение сверстников и сверстниц. В то время как мальчики ориентируются на мнение сверстников лишь при отражении друзей, а при отражении недругов ориентируются только на самих себя.

Так, полученные результаты дают возможность использовать их при проведении профилактической, коррекционной деятельности, судебно-психологической экспертизы. Способствуют повышению профессиональной деятельности психологов, социальных работников, в рамках оказании психологической помощи и поддержки подросткам, оказавшихся в трудной жизненной ситуации.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Стреленко, Анна Анатольевна, Санкт-Петербург

1. Абраменкова В.В. Половая дифференциация и сексуализация детства: горький вкус запретного плода // Вопросы психологии. № 5, 2003. С. 103120.

2. Аверин В.А. Психология личности: Учебное пособие. СПб.: Изд - во Михайлова В.А., 1999.

3. Ананьев Б.Г. Психология педагогической оценки //Избранные психологические труды: В 2-х т. Т.2. М.: Педагогика, 1980. С. 128-267.

4. Ананьев Б.Г. Теория ощущений. JL, 1961. 456 с.

5. Ананьев Б.Г. Человек как предмет познания. J1.: Изд-во ЛГУ, 1968.

6. Антонян Ю.М., Ткаченко А.А. Сексуальные преступления: Чикатило и другие. М, 1993.

7. Асанова Н.К. Жестокое обращение с детьми: основные методологические вопросы, практические и правовые аспекты: Руководство по предупреждению насилия над детьми. М.: "ВЛАДОС", 1997.

8. Берковиц Л. Агрессия: причины, последствия и контроль. — СПб.: прайм-ЕВРОЗНАК, 2001. 512 с.

9. Блонский П.П. Очерки детской сексуальности в кн. «Психология младшего школьника» / Под ред. А.И. Липкиной и Т.Д. Марцинковской. М.: Изд-во «Институт практической психологии», Воронеж: НПО «МОДЭК», 1997.

10. Ю.Бодалев А.А. Восприятие и понимание человека человеком. — М., 1982. -200 с.

11. Бодалев А.А. Восприятие человека человеком.' —Л., 1965.

12. Бодалев А.А. Личность и общение: избранные труды. М.: Педагогика, 1983. — 272 с. с.87.

13. Бодалев А.А. Формирование понятия о человеке как личности. Л., 1970.

14. М.Бодалев А.А., Ломов Б.Ф., Матюшкин A.M. Психологическая наука реформе школы // Вопросы психологии. - 1984. - № 3 . - С. 12-25.

15. Бодалев А.А., Столин В.В. Общая психодиагностика Изд-во «Речь», СПб, 2000.

16. Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М.,1968.

17. Болотова А.К., Макарова И.В. Прикладная психология: Учебн. для вузов. М.: Аспект Пресс, 2001. - 383 с.

18. Брутман В.И. Еникопов С.Н., Родионова М.С. Нежелательная беременность у жертв сексуального насилия (психолого-психиатрические аспекты проблемы) // Вопросы психологии 1995, № 1 — с.33-41.

19. Бударцева С. Создан центр помощи жертвам сексуального насилия // Воспитание школьников 1996, №2 - с.37-38.

20. Бурлачук Л.Ф., Морозов С.М. Словарь — справочник по психодиагностике. СПб.: Питер Ком, 1999.

21. Быков А.В., Шульга Т.И. Психологическая служба в учреждениях социально-педагогической поддержки детей и подростков М., 2001. - 100 с.

22. Бэрон Р., Ричардсон Д. Агрессия. СПб.: Изд-во «Питер», 1997.

23. Бютнер К. Жить с агрессивными детьми. М.: Педагогика, 1991.

24. Васильев В.Л. Юридическая психология. — 3-е изд. С-Пб: Изд-во «Питер», 2000.

25. Гайденко Н. Жертвы озверевшего гормона // Литературная газета. — 1996, №4.

26. Гозман Л.Я., Шестопал Е.Б. Политическая психология. Ростов-на-Дону, Изд-во Феникс, 1996.

27. Гурьева В.А. и др. Предисловие к статье Холл 3. Последствия сексуальных и психологических травм детства // Вопросы психологии. Том 13 № 5-1992. с. 118-120.

28. Дольто Ф. На стороне подростка. — Пер с франц. А.К. Борисовой. СПб., изд-во «Петербург — XXI век», 1997. - 277 с. •

29. Дружинин В.Н. Экспериментальная психология: Уч. пособ. — М.: ИНФА-М, 1997.-256 с.

30. ЗО.Ениколопов С.Н. Понятие агрессии в современной психологии // Прикладная психология, № 1, 2001.31 .Ениколопов С.Н., Дворянчиков Н.В. Концепции и перспективы исследования пола в клинической психологии // Психологический журнал. -2001. -Том 22, №3.

31. Ениколопов С.Н., Кравцова О.А. Теории сексуального насилия // Прикладная психология 1999, №4 — с. 45 - 53.

32. Еремеев Б.А. Психометрика мнений о людях. Автореферат дисс. на соискание степени доктора психологических наук. СПб, 2003.

33. Еремеев Б.А. Психометрика мнений о людях. Дисс. на соискание доктора психологич. наук. — СПб, 2003.

34. Ефимова Л. О конституциональных основах правового регулирования защиты нравственности и здоровья детей в теле- и радиопередачах // Защити меня!-2000, № 3-с. 17-19.

35. Иваненко С. Насилие в семье // Семья и школа. — 1998, №2 с. 10-11.

36. Ильина С.В. Влияние пережитого в детстве насилия на возникновение личностных расстройств. // Вопросы психологии 1998, №6 - с. 65:74.

37. Иншаков С.М. Зарубежная криминология. М.: Издательская группа Инфа. М-норма, 1997.

38. Калмыкова Е.С., Падун М.А. Ранняя привязанность и ее влияние на устойчивость к психической травме: постановка проблемы (сообщение 1) // Психологический журнал. Том 23, № 5, 2002.

39. Киреев Г.Н. Сущность насилия. — М., 1990.

40. Киреева Н.Н., Карпухина O.K. Самоотношение как индикатор личностной незрелости подростка. Тез. докл. Международной научно-практической конференции «Социальная работа с детьми и подростками группы риска». СПб., 15-17 мая, 2000. с. 41-42.

41. Кирпиченко А.А., Кирпиченко Ан.А. Основы психосексуальных расстройств: Учебн. Пособие. Витебск, Изд-во МГМУ, 2001.

42. Коломинский Я.Л. Возрастная и педагогическая социальная психология в свете проблем воспитания //Прикладные проблемы социальной психологии. -М., 1983. С.255-270.51 .Коломинский Я.Л. Психология взаимоотношений в малой группе. М., 1976.

43. Коломинский Я.Л., Березовин Н.А. Некоторые педагогические проблемы социальной психологии. — М., 1977.

44. Коломинский Я.Л., Реан А.А. Социальная педагогическая психология. -СПб., 1999.

45. Комментарий к Семейному кодексу РФ. Под общ. ред. доктора юридических наук П.П. Крашенинникова и кандидата юридических наук, Заслуженного юриста РФ П.И. Седугина. М.: Издательская группа ИНФА М-НОРМА, 1997.

46. Комментарий к УК РФ, М.: 1996.

47. Кон И. Совращение детей и сексуальное насилие // Педагогика 1998, № 5-с. 58-66.

48. Кон И.С. Введение в сексологию: Учебное пособие. М.: Олимп, ИНФА-М, 1999.

49. Кон И.С. Психология ранней юности: Кн. для учителя. М.: Просвещение, 1989.-255 с.

50. Кондратьева С.В. Учитель ученик. - М., 1984.

51. Крайг К. Психология развития. СПб.: Изд-во «Питер», 2000. - 992 с.61 .Кричевский P.JL, Дубовская Е.М. Психология малой группы: теоретический и прикладной аспекты. — М., 1991.

52. Кулагина И.Ю., Колюцкий В.Н. Возрастная психология: Полный жизненный цикл развития человека. — М.: ТЦ Сфера, при участии «Юрайт», 2002.-c.132

53. Курасова Н.В. Сексуальное насилие в семье // Семейная психология и семейная терапия. 1997, №1 - с. 106-117.

54. Лисина М.И. Общение, личность и психика ребенка. М., 1997.

55. Ломова Н.Г. Социальный психотравматизм подростков: Автореф. дис. канд. психол. наук. М., 1994. - 17 с.

56. Майерс Д. Социальная психология. СПБ.: Изд-во Питер, 1997.

57. Михайлова О.Ю. Агрессия и сексуальное поведение // Прикладная психология. 2000. - № 6. - с. 16-24.

58. Михайлова О.Ю. Криминальная сексуальная агрессия: теоретико-методологический подход. / Под ред. П.Н. Ермакова. Ростов н/Д: Изд-во Рост. Ун-та, 2000.

59. Можгинский Ю.Б. Агрессия подростков: Эмоциональный и кризисный механизм. СПб, 1999. - 128 с.

60. Моисеева С. И. Психологические особенности подростков, склонных к девиантным формам поведения в современных социально-экономических условиях: Автореф. дис. канд. пс. наук. СПб, 2003.

61. Мудрик А.В. Введение в социальную педагогику. Учебное пособие для студентов.- М.: Институт практической психологии, 1997.

62. Мудрик А.В. Общение как фактор воспитания школьников. — М., 1984.

63. Мухина B.C. Проблемы генезиса личности. М., 1985.

64. Мэнделл Дж. Г., Дамон JI. и др. Групповая психотерапевтическая работа с детьми, пережившими насилие /Пер. с англ. М.: Генезис, 1998.

65. Нагаев В.В. Преступление против половой неприкосновенности несовершеннолетних: психологическая экспертиза и правовая защита // Вестник психосоциальной и коррекционной работы 1998, №4 — с. 59-79.

66. Никончук А. Начало социально-педагогической виктимологии // Сацы-яльна-педагапчная работа. 1997, Вып. №2 с. 10-22.

67. Обухова Л.Ф. Детская психология: теория, факты, проблемы. М.: Три-вола, 1995.

68. Общая психодиагностика / Под ред. А.А. Бодалева, В.В. Столина. М., 1987.80.0львеус Д. Жестокость среди школьников и ее жертвы // Перспективы -1997 -том XXVI, №2 с. 117-147.

69. Основы психологии. Практикум / Ред. — сост. Л.Д. Столяренко". Ростов-на-Дону: Изд-во "Феникс", 2000.82.0сухова А.Г. Психодрама: помощь детям, пережившим насилие // Педагогика, № 3,2001.

70. Пантелеев С.Р. Методика исследования самоотношения. — М.: «Смысл», 1993.-32 с.

71. Пантелеев С.Р. Самоотношение как эмоционально-оценочная система. М., 1991.

72. Пашина А.Х. Взаимосвязь различных видов насилия в отношении женщин и особенностей их эмоциональной сферы // Психологический журнал, том 23, № 6, 2002.

73. Петровский А.В. Введение в психологию. М.: Издательский центр "Академия", 1995.

74. Петровский А.В. К построению социально-психологической теории коллектива //Вопросы философии. 1973. - № 12. - С.71-81.

75. Петровский А.В. К построению социально-психологической теории коллектива //Вопросы философии. 1973. - № 12. - С.71-81.

76. Петровский А.В. Личность. Деятельность. Коллектив. М., 1982.

77. Петровский А.В. Трехфакторная модель «значимого другого» //Вопросы психологии. 1991. - № 1. - С.7-18.

78. Петровский А.В., Снегирева Т.В., Янотовская Ю.В. Некоторые психолого-педагогические аспекты стратометрической концепции //Психологическая теория коллектива. М., 1979. С. 186-197.

79. Петровский В.А. Принцип отраженной субъектности в психологическом исследовании личности //Вопросы психологии. — 1985. № 4.

80. Петровский В.А. Принцип отраженной субъектности в психологическом анализе личности //Психология развивающейся личности. М., 1987.

81. Пирс Дж. Последствия злоупотребления и пренебрежения ребенком для его развития: направления психотерапии детей жертв насилия: Руководство по предупреждению насилия над детьми. -М.: "ВЛАДОС", 1997.

82. Понтон Л. Сексуальная жизнь подростков. Открытие тайного мира взрослеющих мальчиков и девочек. Пер с англ. Э. Касимова. - М.: Изд-во Института Психотерапии, 2001. - 272 с.

83. Пословицы, поговорки, ребусы / Ред. Н.Б. Петрова; СПб: дидактика Пресс, 1997.-с. 71.

84. Прикладная социальная психология. / Под ред. А.Н. Сухова и А.А. Дер-кача — М.: Изд-во «Институт практической психологии»; Воронеж: Изд-во НПО «МОДЭК», 1998. 688 с.

85. Прихожан A.M., Толстых Н.Н. Дети без семьи (Детский дом: заботы и тревоги общества). М.: Педагогика, 1990.

86. Психологическая диагностика в психолого-педагогической практике (Учебно-методическое пособие). / Сост.: Константинов В.В., Ситников В.Л., Шилов И.Ю. СПб.: ЛГОУ, 2002.

87. Психологический словарь / Под ред. В.П. Зинченко, Б.Г. Мещерякова 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Педагогика - Пресс, 1996.

88. Психология подростка. Полное руководство. Под ред. член.-корр. РАО А.А. Реана СПб, 2003.

89. Психология развития / Т.М. Марютина, Т.Г. Стефаненко, К.Н. Поливанова и др.; Под ред. Т.Д. Марцинковской. М.: Издательский центр «Академия», 2001. - 352 с.

90. Райе Ф. Психология подросткового и юношеского возраста. СПб.: Изд-во «Питер», 2000. 624 с.

91. Реан А.А. Психология изучения личности: Учебное пособие. -СПб.: Изд-во Михайлова В.А., 1999.

92. Реан А.А. Семьи и дети группы риска // Преступность несовершеннолетних: проблемы и пути решения. Материалы международной научно-практической конференции с. 24.

93. Реан А.А., Дандарова Ж.К., Прокофьева В.А. Социальное сиротство в современной России. Аналитический доклад Москва, 2002.

94. Реан А.А., Коломинский Я.Л. Социальная педагогическая психология. СПб.: Изд-во "Питер", 2000.

95. Рубинштейн СЛ. Основы общей психологии СПб: Питер, 2000. -720 с.

96. Руденкова Г.И. Основные направления государственной политики в решении проблемы социального сиротства в республике Беларусь // Социально-педагогическая работа, № 2, 2001.

97. Сафонова Т.Я., Цымбал Е.И., Ярославцева Н.Д. Реабилитация детей, пострадавших от жестокого обращения, в условия приюта: Руководство по предупреждению насилия над детьми. — М.: "ВЛАДОС", 1997.

98. Семенюк Л.М. Психологические особенности агрессивного поведения подростков и условия его коррекции: Учебное пособие. М.: МПСИ: Флинта, 1998.-96 с.

99. Синягина Н.Ю. Психолого-педагогическая коррекция детско-родительских отношений. М.: Гуманит. изд. центр ВЛАДОС, 2001.

100. Ситаров В.А., Маралов В.Г. Педагогика и психология ненасилия в образовательном процессе / Под ред. В.А. Сластенина. М., 2000. - 216 с.

101. Ситников В.Л. Образ ребенка (в сознании детей и взрослых). -СПб.: Химиздат, 2001.

102. Смагина Л.И., Корнейчик А.С., Петрикевич А.А., Царик И.А. Сто уроков по правам ребенка. Мн.: Ушвератэцкае, 1998.

103. Собкин В., Кузнецова Н. Динамика венерических заболеваний у детей и подростков // Защити меня! 2001, № 3 - с.20-21.

104. Соколова Е.Т. Самосознание и самооценка при аномалиях личности. М.: Изд-во МГУ, 1989.

105. Социальная ситуация в современном российском обществе и проблемы профилактики правонарушений несовершеннолетних: СПб.: Изд-во С.-Петерб. Ун-та, 2002.

106. Степанова Т.М. Несовершеннолетние как объект торговли и эксплуатации // Социально-педагогическая работа. — 2002, № 1 (29).

107. Стреленко А.А. К проблеме насилия над детьми: прошлое и настоящее // Актуальные проблемы психологии: теория и практика. Витебск. Изд-во ВГУ им. П.М. Машерова, 2001. - с.42-45.

108. Стреленко А.А. Я-образ в сознании подростков, переживших сексуальное насилие. Учебно-методич. пособие / А.А. Стреленко. Витебск: Изд-во У О «ВГУ им. П.М. Машерова», 2003. - 42 с.

109. Субботский Е.В. Ребенок открывает мир: Кн. для воспитателя дет. сада. — М., 1991.

110. Тарасевич Е.В. Особенности посттравматического стрессового расстройства у детей, перенесших насилие. Тез. докл. Международной научно-практической конференции «Социальная работа с детьми и подростками группы риска». СПб., 15-17 мая, 2000. с. 287-288.

111. Улыбина Е.В. Смертельная опасность Другого на модели нарциссизма Снегурочки //Мир психологии. — 2001. № 3 (27). - С. 157-167.

112. Фельдштейн Д.И. Психология развития личности в онтогенезе. -М., 1989.

113. Филатова Е.С. Искусство понимать себя и окружающих. СПб., 1998.

114. Филатова И. Мальчики и девочки для мужчин и женщин // Аргументы и факты 1996, №36.

115. Фромм Э. Анатомия человеческой деструктивности . -. М.: ООО Изд-во ACT-ЛТД, 1998.

116. Харчев А.Г. Брак и семья в СССР. М.: Мысль, 1979.

117. Холл 3. Последствия сексуальных и психологических травм детства // Психологический журнал 1992, том 3, №5 - с. 120-129.

118. Цветков В.Л. Проблемы антиобщественного поведения малолетних // Преступность несовершеннолетних: проблемы и пути решения. Материалы Международной научно-практической конференции / Под ред. проф. В.Я. Кикотя, проф. А.А. Реана М., 2003. - с. 129-143.

119. Чернова Г.Р. Феномен жестокости (культурно-антропологический аспект): Автореф. дис. . канд. филос. наук. СПб, 2001.

120. Черносвитов Е.В. Социальная медицина: Учеб. пособие для студентов высш. уч. заведений. М.: ВЛАДОС, 2000.

121. Шевандрин Н.И. Психодиагностика, коррекция и развитие Личности. — М.: Гуманитарный издательский центр ВЛАДОС, 1998.

122. Шереги Ф., Арефьев А., Вострокнутов Н., Зайцев С., Никифоров Б. Молодежная проституция//Защити меня!-2001,№4-с.13.

123. Шибанова Н., Шуляк Ю., Кожемякин С., Лавренова В., Кабекова О., Волобуев П., Черных И. Молодое поколение в опасности // Защити меня! — 2001,№2 —с.16-18.

124. Шилов И.Ю. Фамилистика. (Психология и педагогика семьи). Практикум. Санкт-Петербург, ООО "Издательство "Петрополис", 2000.

125. Шипунова Т.В. Социальная ситуация в современном российском обществе и проблемы профилактики правонарушений несовершеннолетних: СПб.: Изд-во С-Петерб. ун-та, 2002.

126. Шмелев А.Г. и др. Основы психодиагностики. Уч. пособие для студентов пед. вузов. — Москва, Ростов-на-Дону: "Феникс", 1996. 544с.

127. Юдашина Н.И. П.П. Блонский о сексуальном развитии ребенка // Педагогика, № 8, 2001.

128. Якобсон С.Г. Психологические проблемы этического развития детей. -М., 1984.

129. Ярославцева Н.Д. Посттравматические стрессовые нарушения у детей-жертв сексуального насилия и оказания им психологической помощи // Мир психологии 1998, №2 (14) - с. 71-80.

130. Baumring D. The Social Context of Child Maltreatment // Main entry under title: Annual Editions: Deviant Behavior. 1996/97. S. 50-57.

131. Mitscherlich A. Die Idee des Friedens und die menschliche Aggressivitat. Baden-Baden, 17. Auflage, 1993.

132. Neil Gilbert Was it Rape? An Examination of Sexual Abuse Statistics // Main entry under title: Annual Editions: Deviant Behavior. 1996/97. S. 34-40.

133. Hornstein W. Gewaltbereitschaft von Kindern und Jugendlichen I I Die ganz alltagliche Gewalt. Leske + Budrich, Opladen 1996. S. 19-43.