Автореферат диссертации по теме "Социальная адаптация и особенности личности подростков и юношей с различными типами функциональной асимметрии мозга"

На правах рукописи

КАРАВАЕВА ЕВГЕНИЯ АЛЕКСАНДРОВНА

Социальная адаптация и особенности личности подростков и юношей с различными типами функциональной асимметрии мозга

Специальность 19.00,13 - психология развития, акмеология

АВТОРЕФЕРАТ диссертации на соискание ученой степени кандидата психологических наук

гз*»1>г2гз

Москва-2009

003467573

Работа выполнена в Учреждении Российской академии образования «Психологический институт»

Научный руководитель:

Официальные оппоненты:

кандидат психологических наук, доцент КУЛАГИНА Ирина Юрьевна

доктор психологических наук, профессор ВИЗЕЛЬ Татьяна Григорьевна

кандидат психологических наук, доцент ЛИДЕРС Александр Георгиевич

Ведущая организация:

Московский Государственный Гуманитарный университет им. М.А. Шолохова

Защита диссертации состоится « 28 » апреля 2009 года в « 14 » часов на заседании Диссертационного совета Д 008.017.01 при Учреждении РАО «Психологический институт» по адресу: 103009, Москва, ул. Моховая, дом 9, стр.4.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Учреждения РАО «Психологический институт»

Автореферат разослан « 25 » марта 2009 г.

Учёный секретарь

Диссертационного совета Н.Л. Морина

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ.

Диссертационное исследование посвящено изучению особенностей личности и социальной адаптации правшей и левшей старшего подросткового и юношеского возраста.

Актуальность темы исследования.

Вопрос о роли межполушарной асимметрии в формировании определенных психологических свойств индивидов широко исследуется представителями различных областей науки. В результате исследования специфики функциональной асимметрии оказалось возможным продемонстрировать особенности психического склада личности, зависящего от преобладания одного из двух механизмов психического отражения -левополушарного или правополушарного, взаимодополняющих друг друга. Изучению данной проблемы посвятили свои работы С.Р. Агеева (1980, 1987); Б.Г. Ананьев, Е.Ф. Рыбалко (1964); В.А. Бодров (1985); H.H. Брагина, Т.А. Доброхотова (1988); Т.Г. Визель (2006); Ф.М. Гасимов (1991, 1994); Е.В. Гурова, Р.И. Турашвили (1968); Н.В. Дубовинская (1994); Э.А. Костандов (1983); А.Р. Лурия (1963, 1969, 1973); В.М. Русалов (1979); Э.Г. Симерницкая (1978, 1985); Э.Г. Симерницкая, Л.С. Московичуте, A.B. Семенович (1987); А.Г. Федорук, А.М.Полюхов (1986); Е.Д. Хомская (1972, 1982, 1997); Е.Д. Хомская, Р.И. Мачинская, Е.Б. Филиппова, В.А. Шрамм, Е.В. Харитонов (1995) и др.

Исследование проблемы левшества имеет большое практическое значение, поскольку левшество, как и правшество, является одной из существенных индивидуально-психологических характеристик личности, которую необходимо учитывать при решении задач, связанных с организацией воспитания и обучения, охраны психического здоровья и условий труда, ввиду отмечающейся у левшей тенденции к учащению невротических проявлений и возрастанию риска дизонтогенеза.

«Правшество» и «левшество» принято связывать с явным преобладанием функциональной активности того или иного полушария мозга. Наличие левшества принято привлекать для усиления аргументации в пользу более высокой, чем в норме, функциональной активности правого полушария в связи с устоявшейся аналогией феноменов левшества и функциональной гиперактивности правого полушария. Далее они будут употребляться нами как синонимы.

Имеющиеся в литературе статистические данные свидетельствуют о тенденции роста числа случаев левшества в популяции в сравнении с прошлыми годами (Чуприков А.П., 1985; Айрапетянц В.А., 1987,1989; Аннетт М., 1973, 1989). Так, Х.Д. Чемберлен в 1928 году обнаружил в популяции 3,3% леворуких женщин и 4,7% леворуких мужчин; Д.Райф в 1940 -5,7% и 8,8%; М.Аннетт в 1973 - 8,8% и 10,4% женщин и мужчин соответственно. По данным Л.А Жаворонковой за последние десятилетия в Европе отмечается увеличение количества леворуких в 3-4 раза (Жаворонкова Л.А., 2006). Данные об исходной частоте леворукости в зависимости от возраста, пола, рода деятельности колеблются от 1% до 30% (Петренко В.Ф., 1988, Карнацкая Л.А., 1997). Расхождение в цифрах, по-видимому, связано, во-первых, с методом определения леворукости, во-вторых, с соотношением леворуких среди родившихся в разных регионах земли. В России, насчитывается по одним данным 8 миллионов леворуких, по другим 15 миллионов.

При очевидной необходимости разработки проблемы левшества, психологические особенности левшей все еще продолжают оставаться мало изученными. Недостаточная теоретическая изученность этой проблемы во многом определяет отсутствие в практике обучения и воспитания леворуких детей научно обоснованных специфических методических приемов их обучения. Несоответствие методических подходов и социальных условий обучения профилю функциональной асимметрии может вызвать слишком высокую психологическую нагрузку, что может проявлять себя различными феноменами, вплоть до возникновения различных психических расстройств (Доброхотова Т.А., Брагина H.H., 1981, 1994). Наиболее уязвимыми моментами оказываются способности к обучению, адаптация к школе, личностные образования: самосознание и мотивационно-потребностная сфера

(Киреевский A.C., 2002, Прокофьева ЭЛ., 2000, Стаханова Т.А., 2002). Однако надо отметить, что в специальной литературе взгляды на взаимосвязь полушарной асимметрии с особенностями личности различны.

Отрочество - это более трудный и сложный период по сравнению с детством, время второго рождения личности (Драгунова Т.В., 1972; Личко А.Е., 1983; Фельдштейн Д.И., 2005). Вместе с тем, это и самый ответственный период, поскольку здесь окончательно складываются основы нравственности, формируются социальные установки, отношение к себе, к людям, к обществу, стабилизируются черты характера и основные паттерны поведения. В юношеском возрасте продолжается процесс формирования личности, и многое из того, что приобретается на этом жизненном этапе в значительной степени определяет дальнейшую судьбу человека (Кон И.С., 1989; Снегирева Т.В., 1989).

Однако, несмотря на большое количество работ, посвященных особенностям подросткового и юношеского возрастов, исследований, вскрывающих процессы социальной адаптации подростков и юношей во взаимосвязи с типом функциональной асимметрии мозга недостаточно. Возникшая необходимость специального изучения данной проблемы и обусловила данную работу.

Методологические и теоретические предпосылки исследования.

Методологической основой исследования являются научные положения, выработанные в рамках решения проблемы межполушарной асимметрии и межполушарного взаимодействия в трудах А.Р. Лурия, Е.Д. Хомской, Э.Г. Симерницкой, H.H. Братиной, Т.А. Доброхотовой, А.П. Чуприкова и др. В частности, положение о том, что межполушарная функциональная асимметрия как фундаментальная закономерность работы мозга определяет характеристики психических состояний, особенности деятельности, в том числе при обучении, т.е. сказывается на уровне психических состояний и деятельности, а не непосредственно на уровне личности (Э.Г. Симерницкая, H.H. Брагина, Т.А. Доброхотова, Е.Д. Хомская, Д.А. Фарбер, М.А. Котик, П.Н. Ермаков и др.).

Методологически важное положение культурно-исторической концепции Л.С. Выготского о том, что психическое развитие обеспечивается в первую очередь интериоризацией специфически человеческих способов жизнедеятельности, а «натуральная» линия развития имеет важное, но не определяющее значение, также имеет непосредственное отношение к решению проблемы межполушарной асимметрии. Не менее интересны в этом контексте взгляды В.Н. Мясищева о единстве и параллелях между физиологическими и психологическими особенностями индивида.

Цель исследования - изучить личностные особенности и уровень социальной адаптации подростков и юношей с разным типом межполушарной асимметрии, а так же определить наличие связи между личностными особенностями и социальной адаптацией, с одной стороны, и типом межполушарной асимметрии, с другой.

Объект исследования: личностные особенности и социальная адаптация в старшем подростковом и раннем юношеском возрастах.

Предмет исследования: связь типа межполушарной асимметрии головного мозга подростков и юношей и их личностных особенностей и социальной адаптации.

Гипотеза исследования: мы предположили, что личностные характеристики и уровень социально-психологической адаптированности подростков с разным типом функциональной асимметрии мозга соответствуют возрастным закономерностям развития. Отношение подростка к факту собственного левшества определяется отношением окружающих людей, прежде всего, сверстников.

В соответствии с целью исследования и его гипотезой в диссертации решались следующие задачи:

1. Провести теоретический анализ литературы, посвящённой психологическим аспектам межполушарной асимметрии мозга.

2. Провести массовое обследование старших подростков и юношей для определения профиля функциональной асимметрии мозга и составить группы для эмпирического исследования.

3. Изучить специфику личностных характеристик (эмоционально-волевые, коммуникативные свойства, локус контроля, тревожность и др.) подростков с различными типами функциональной асимметрии мозга.

4. Определить уровни социально-психологической адаптированное™ подростков-левшей.

5. Выявить отношение подростков-левшей к факту собственного левшества.

6. Выявить отношение окружающих (педагогов, родителей, сверстников) к подросткам-левшам.

Эмпирическая база исследования: старшие подростки и юноши, с различивши степенями выраженности левшества, учащиеся 8-11 классов московских школ и студенты гуманитарных факультетов колледжей и ВУЗов г. Москвы.

Исследование осуществлялось посредством следующих блоков методик:

1. методики, позволяющие определить профиль функциональной асимметрии (доминирование в моторной (рука, нога) и сенсорной (ухо, глаз) сферах);

2. методики, выявляющие ряд личностных особенностей (адаптированность/ дезадаптированностъ, а также тревожность, самооценка, локус контроля, самоотношение и др.);

3. опросные методы, направленные на выявление отношений подростков, их родителей и учителей к факту левосторонней латеральности.

Достоверность и обоснованность полученных данных обеспечивается применением комплекса методов, адекватных цели и объекту исследования, сочетанием качественного и статастического (коэффициент корреляции Пирсона и критерий Манна-Уитни) анализа полученных результатов исследования.

Научная новизна работы состоит в том, что, в отличие от большинства исследований, осуществлённых ранее в данном направлении, она выполнена на выборке лиц старшего подросткового и раннего юношеского возраста. Кроме того, работа посвящена изучению проблем социальной адаптации в связи с определёнными особенностями функциональной асимметрии, тогда как традиционно наиболее интенсивно изучаются вопросы особенностей когнитивных и инструментальных функций правшей, левшей и амбидекстров.

Теоретическая значимость диссертационной работы состоит в существенном расширении и углублении научных представлений о старших подростках и юношах с различными степенями выраженности левшества, об их личностном развитии и процессах социальной адаптации/дезадаптации, в выявлении и описании специфических психологических механизмов, им присущих.

Практическая значимость работы состоит в выявлении особенностей личноста леворуких и абмидекстров, которые могут быть использованы специалистами в области детства (педагогами, психологами) в разработке адекватного психолого-педагогического подхода к воспитанию, обучению и взаимодействию с леворукими подростками и юношеством.

Разработаны рекомендации по методике коррекционно-развивающих занятай для предупреждения случаев социальной дезадаптации левшей и амбидекстров среднего и старшего школьного возраста.

Положения, выносимые на защиту:

1. Личностные характеристики и социально-психологическая адаптированность подростков-левшей в целом соответствуют возрасту.

2. Отношение подростков-левшей к факту собственного левшества зависит от отношения окружающих, прежде всего сверстников, которые не придают значения этой индивидуальной особенности.

3. Левшество подростков является более значимым для взрослых - педагогов и родителей, - что может в отдельных случаях провоцировать эмоциональный дискомфорт у подростков-левшей.

Апробация и внедрение результатов исследования:

Основные положения диссертационного исследования обсуждались на заседаниях лаборатории «Научных основ детской практической психологии» Психологического института РАО и лаборатории «Практической психологии образования и аттестации психологических кадров» Московского городского психолого-педагогического университета (МГППУ), на методических совещаниях Центра научно-методического обеспечения службы практической психологии образования МГППУ; на научно-практических конференциях в Московском государственном институте музыки (Москва, март 2003), Государственном научно-исследовательском институте семьи и воспитания РАО (Москва, октябрь 2003), Московском городском психолого-педагогическом университете (Москва, январь 2004), на II научной сессии МГППУ (Москва, декабрь 2003) и на IV национальной научно-практической конференции (Москва, декабрь 2007). Основные положения диссертационного исследования использовались в качестве теоретического лекционного материала и на практических занятиях в Государственной академии славянской культуры, Московского государственного института музыки им. Шнитке, на факультете повышения квалификации МГППУ при работе со студентами и педагогами-психологами образовательных учреждений.

Основные положения диссертации нашли отражение в 8 публикациях.

Структура работы.

Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, выводов, списка литературы и приложений. Текст рукописи иллюстрирован таблицами и диаграммами.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ.

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, определяется цель, объект и предмет исследования, формулируются гипотеза, основные задачи и положения, выносимые на защиту, раскрываются научная новизна и практическая значимость работы. Указываются формы апробации материалов диссертации и ее структура.

В первой главе диссертации рассматриваются различные теоретические подходы к проблеме социальной адаптации личности в зарубежной и отечественной психологии, дается общая характеристика социальной адаптации и особенностей личности подростков и юношей.

В психологии разработка проблемы социальной адаптации связана с именами А.Н. Леонтьева, A.A. Налчаджяна, A.B. Петровского, В.А. Петровского, Ж.Пиаже, К. Левина. Особенностью психологической трактовки процесса социальной адаптации является рассмотрение ее в контексте индивидуальных проблем личности, ее взаимоотношений в группе. Социальной адаптацией школьников занимались М.Р. Битянова, А.Г. Прохорова, Г.И. Симонова, Г.А. Цукерман; особенностями социальной адаптации подростков - Л.В. Белкина, И.В. Бурмыкина, Ю.Г. Грачев, Т.В. Ускова; особенности социальной адаптации «трудных» детей и подростков изучали Г.А. Гусев, Д.П. Дербенев, В.В. Стрельцов, Т.П. Павленко; Т.Б. Соломатина и H.A. Савотина рассматривали особенности социальной адаптации студенческой молодежи; проблему социальной адаптации в контексте семьи исследовали A.A. Ахмадеев, A.A. Индеева, A.A. Ширяева. В последнее время стали появляться публикации по социальной адаптации зрелой личности: С.М. Бурькова, В.Ю. Верещагина, Л.В. Ковтуна, Л.И. Саввы, H.A. Савотиной, Н.И. Сафанеевой, В.Н. Стегния, В.Н. Судакова, Н.Е. Шустовой. Труды A.A. Нечипоровича, В.Б. Устьянцева, В.Н. Ярской подчеркивают важность целостного подхода к пониманию человека, раскрывают взаимосвязь социальной адаптации, культуры и особенностей личности.

У разных авторов понятие адаптации несёт различную смысловую нагрузку. Социальная адаптация согласно Г.Спенсеру - это уравновешивание между личностью и внешними условиями (силами). С точки зрения Э.Дюркгейма, социальная адаптация - это

реализация общих социальных норм. М.Вебер, связывая учение об адаптации с социальным порядком, под адаптацией понимает рациональное поведение. Т.Парсонс говорит, что адаптация - это равновесие между потребностями личности и ценностями социальной системы. В концепции A.B. Петровского адаптация рассматривается как момент становления личности индивида, микроцикл в ее развитии, в ходе которого происходит усвоение действующих в общности норм (нравственных, учебных и т.д.) и овладение приемами и средствами деятельности. Прохождение этой фазы в значительной степени определяет характер дальнейшего личностного развития индивида.

На сегодняшний день существуют следующие наиболее распространенные интерпретации понятия социальной адаптации: адаптация как равновесие (Ж.Пиаже, К.Левин); адаптация как усвоение и освоение ценностей (И.К. Кряжева, А.Л. Свенцинский, Е.В. Таранов); адаптация как соответствие между целями и достигаемыми в процессе деятельности результатами (В.А. Петровский); адаптация как согласование взаимных требований (И.С. Дескин, Т.Д. Дорохина, М.А. Шабанова); адаптация как удовлетворенность (Н.Ф. Наумова, И.М. Попов). Адаптация также часто рассматривается либо как процесс (И.А. Милославова, И.П. Шепеленко), либо как результат (А.Л. Налчаджян, М.А. Шабанова). И.Д. Калайков, Т.А. Москаленко, В.Ф. Сержантов видят функции адаптации, ее назначение в самосохранении системы; И.А. Милославова, Л.Л. Шпак говорят о вспомогательной роли адаптации - обеспечении основной деятельности человека; по мнению П.С. Кузнецова функция социальной адаптации заключается в развитии личности. Н.Е. Шустова считает социальную адаптацию целостным, динамическим, относительно устойчивым процессом установления соответствия между уровнем актуальных потребностей и уровнем их удовлетворения, обеспечивающим развитие личности. По ее мнению, источник социальной адаптации находится не только в социальной среде, но и в самой личности: личность так же, как и социальная среда может выступать дестабилизирующим фактором их взаимодействия.

В исследовании проблемы социальной адаптации можно выделить три условных направления. Первое связано с психоаналитическими концепциями взаимодействия личности и социальной среды. В целом в рамках этого направления социальная адаптация трактуется как результат, выражающийся в гомеостатическом равновесии личности с требованиями внешнего окружения (среды). Содержание процесса адаптации описывается обобщенной формулой: конфликт - тревога - защитные реакции. Этому направлению принадлежат труды таких известных психологов, как З.Фрейд, А.Адлер, А.Фром, Г.Гартманн, Э.Эриксон и др.

Второе направление исследований социальной адаптации представлено работами представителей гуманистической психологии (К.Роджерс, А.Маслоу и др.), в которых в качестве цели адаптации рассматривается достижение духовного здоровья и соответствия ценностей личности ценностям социума. Под адаптацией здесь понимается процесс превращения объективных общественных форм и условий жизнедеятельности личности в продуктивные, индивидуальные, качественно своеобразные способы её организации. Под «адаптированной» понимается такая личность, которая вполне сознательно воспринимает и принимает все процессы, происходящие с ней. Человек, не допускающий в сознание определенные переживания, постоянно "защищающий" себя и свое сознание от некоторых объективных реалий собственной жизни, считается дезадаптированным (Роджерс К., 1997).

Еще один подход в исследовании социальной адаптации связан с концепциями «когнитивной психологии» личности. Представители данного подхода (Л.Фестингер, Д.Карлсмит, А.Рапопорт) выделяют два уровня адаптации: адаптация и дезадаптация. Адаптированность связывается с отсутствием переживания угрозы, дезадаптация - с соответствующим выраженным эмоциональным переживанием.

Исследователи отмечают, что в качестве необходимого условия адаптации личности следует рассматривать достаточный уровень самооценки и самоприятия. Немаловажное значение имеет состояние эмоциональной комфортности, так как каждая адаптирующаяся личность испытывает нужду в познании новой среды и установлении с ней оптимальных,

комфортных отношений (Симонова Г.И., 2004). Помимо этого социально адаптированная личность должна быть способна отвечать за свое поведение и осознавать его причины, иметь чувство собственного достоинства и уметь уважать других, понимать свои проблемы и стремиться овладеть, справиться с ними, быть оптимистичной, уравновешенной (Снегирева Т.В., 1987).

Проблема изучения психологических особенностей личности всегда была одной из самых острых в психологии. Однако в последние годы она приобрела особое значение. На сегодняшний день существует множество трактовок и определений понятия личности. Как ни в какой другой области психологии исследователи спорят о том, что такое человек как личность и как его в этом качестве изучать.

Если обобщить определения понятия «личность», существующие в рамках различных психологических теорий и школ, то можно сказать, что личность традиционно понимается как некий синтез всех характеристик индивида в уникальную структуру, которая определяется и изменяется в результате адаптации к постоянно меняющейся среде и в значительной мере формируется реакциями окружающих на поведение данного индивида. Таким образом, личность - это социальное по своей природе, относительно устойчивое и прижизненно возникающее психологическое образование, представляющее собой систему мотивационно-потребностных отношений, опосредствующих взаимодействия субъекта и объекта (Орлов А.Б., 1995). А.Н. Леонтьев, характеризуя предмет психологии личности, писал, что личность - это особое качество, которое приобретается индивидом в обществе, в совокупности отношений, общественных по своей природе, в которые индивид вовлекается.

По мере становления личности человек постепенно освобождается от непосредственного подчинения влияниям окружающей среды, что позволяет ему сознательно преобразовывать и эту среду, и самого себя. Человек, являющийся личностью, обладает таким уровнем психического развития, который делает его способным управлять своим поведением и деятельностью. В процессе взаимоотношений с окружающей общественной средой человек начинает воспринимать себя как единое целое, отличное от окружающей его действительности и других людей (Божович Л.И., 1968). При этом подчеркивается, что психика человека развивается не столько в меру усвоения, сколько в меру изменения субъектом окружающей его действительности, поэтому для понимания процесса психического развития требуется анализ не только объективных условий, воздействующих на ребенка, но и анализ сложившихся особенностей его психики, через которые преломляется влияние этих условий.

Каждый возрастной период характеризуется не простой совокупностью отдельных психологических особенностей, а своеобразием некоторой целостной структуры личности ребенка. Л.И. Божович отмечает, что кризис подросткового возраста связан с возникновением в этот период нового уровня самосознания, характерной чертой которого является появление у подростка способности и потребности познать самого себя как личность, обладающую специфическими, присущими только ей качествами. Это порождает у подростка стремление к самоутверждению, самовыражению (т.е. стремление проявлять себя в тех качествах личности, которые он считает ценными) и самовоспитанию. Характеризуя подростковый возраст, Л.И. Божович писала, что в течение этого периода ломаются и перестраиваются все прежние отношения ребенка к миру и к самому себе и развиваются процессы самосознания и самоопределения, приводящие, в конечном счете, к той жизненной позиции, с которой школьник начинает свою самостоятельную жизнь.

Современные исследования показывают, что высокий уровень адаптированное™ нечасто встречается у детей, подростков и юношества. Именно поэтому в психолого-педагогической литературе значительно чаще рассматриваются проблемы дезадаптации подрастающего поколения (Беличева С.А., Молодцова Т.Д., 1995; и др.). Дезадаптация подростков, как правило, связана с нарушениями общения подростков с кем-то из значимых для них людей (Бодалев A.A., 1987). Чаще всего это нарушение в общении со взросльми, причем глубина нарушений и их острота не всегда однозначно определяют степень

дезадаптированности подростка. Выраженность его реакции обусловлена субъективным переживанием сложившейся ситуации. И если отрицательные переживания не компенсируются переживаниями успеха ребенка в других сферах общения или деятельное™, то проблемы, тревожащие подростка, начинают восприниматься им как неразрешимые; в результате снижается самооценка, закрепляются дезадаптивные формы поведения.

Характер протекания процесса социальной адаптации у детей, подростков и юношества может быть вариативным. Адаптация протекает быстро, легко и безболезненно, если социальные нормы, предъявляемые личности, не отличаются принципиально от уже усвоенных ею ранее. В том случае, если нормы и правила новой социальной среды отличаются значительно, а может быть, даже противоречат тому, что было освоено личностью, процесс адаптации может сопровождаться нервными срывами, состоянием психологического дискомфорта, дезадаптацией, девиантным поведением (Симонова Г.И., 2004).

Идея поиска оптимальных путей взаимодействия с социумом является крайне продуктивной в рамках нашего исследования, поскольку для подростков и юношества важнейшей задачей выступает усвоение норм и ценностей современного им общества, овладение адекватными для него способами деятельности и взаимоотношений.

Во второй главе рассматриваются различные психологические подходы к проблеме функциональной асимметрии мозга.

Функциональная асимметрия - это широкая совокупность функциональных проявлений человека: в её рамках рассматривается, как в совместной работе взаимодействуют правая и левая части парных органов - двигательных, сенсорных, головного мозга; как различные функции человека организуются в пространстве и времени.

Происхождение праворукости на сегодняшний день пока неизвестно, как неясны факторы, определившие леворукость некоторых людей или моторную симметрию амбидекстров. Одной из наиболее известаых теорий, объясняющих природу асимметрии, является теория висцерального распределения. Ее сторонники утверждают, что асимметричное расположение сосудов и внутренних органов, например, такого как печень, смещает центр тяжеста человеческого тела вправо от средней линии, и, вследствие этого, людям легче удерживать равновесие на левой ноге. Это дает свободу правой руке, и с течением времени мышцы на правой стороне становятся более развитыми. Однако эта теория не объясняет причин леворукости, если только не исходить из предположения, что внутренние органы левшей расположены по-иному, кроме того, остается непонятным, чем обусловлена сама асимметрия внутренних органов.

Другая теория предлагает объяснение социально-эволюционного плана: теория щита и меча. (Томас Карлейль). Большинство солдат во время сражений держали щит в левой руке для того, чтобы защитить сердце, а в правой руке держали оружие. В результате бесчисленных вооруженных столкновений на протяжении человеческой истории, правая рука приобрела большую ловкость и подвижность и стала использоваться также и для других видов деятельное™, допускающих применение одной руки. Однако и эта теория имеет недостатки, так как не объясняет предпочтение той или иной руки в первобытном обществе.

В конце XIX века возникла идея доминантности полушарий, и вместе с ней - теория шотландского анатома Д. Каннингема, согласно которой праворукость обусловливается передаваемым по наследству функциональным преобладанием левого полушария мозга. Доминирование левого мозга является не результатом, а сложившейся в ходе эволюции причиной праворукости. Однако, исходя из этого представления, трудно объяснить леворукость у лиц с локализацией центров речи в левом полушарии, которые составляют 70% всех леворуких.

Биологическая основа, определяющая наследственную передачу право- леворукоста, обсуждается достаточно давно (Kennedy F., 1916, Suchenwirth R., 1970, Geschwind N„ 1974 и др.). Вероятность обнаружить леворукого ребенка у праворуких родителей составляет 0,02. Она возрастает до 0,17, если один из родителей является леворуким, и до 0,46, если леворуки

оба родителя. (Chamberlain H.D.). По статистике D. Rife 50% детей, оба родителя которых левши, становятся левшами; 16,7% - если один из родителей левша, 6,3% - если в семье не было леворуких (Rife D., 1951).

При интерпретации этих данных трудность состоит в том, что различия могут быть связаны также с факторами внешней среды. Леворукие родители могут передать детям не только определенные гены, но и жизненный опыт, имеющий отношение к определению «рукости». Наследственность и среда смешаны в этих данных, и невозможно выделить вклад той и другой. А. А. Капустин (1924) ссылается на G. Steiner (1912), считавшего, что у 50-60% левшей леворукость передается по наследству, в одних семьях она бывает доминантной, в других - рецессивной. В 1/3 случаев леворукость передается одинаково по отцовской и материнской линии, в 34% случаев левши рождаются от родителей-левшей.

Часто отмечается сочетание роли социокультурных и наследственных факторов. О. Zangwill (1960) считает, что в определении ведущей руки и функциональной асимметрии полушарий мозга играют роль и генетические, и социальные факторы.

Многими исследователями большая роль в право- леворукости отводится культурным факторам, условиям воспитания. Н. James (1977) преобладание праворукости у людей объясняет положением ребенка на руках у матери, как правило слева; такое положение ребенка позволило в процессе эволюции лучше манипулировать с различными предметами и оказалось селективно благоприятным.

«Рукость» объяснялась и геоэкологическими факторами. В странах Северного полушария Земли преобладают правши (Огнев Б.В., 1955), а в их двигательном поведении -навыки, связанные с праворукостью, влияющие на неправоруких лиц. Число левшей больше в странах Южного полушария, где Земля имеет зеркальное вращение по отношению к Северному полушарию. Этим, видимо, и можно объяснить, полагает Б.В. Огнев, - появление и наличие леворуких людей. Однако эти данные не получили подтверждения.

Некоторые авторы обращают внимание на возможность леворукости при раннем нарушении кровообращения в левом полушарии, отмеченном в анамнезе 41% левшей и амбидекстров, и лишь у 22% правшей. P. Bakan называет такую леворукость патологической.

Сегодня левши - не редкость. Они составляют меньшую, но весьма значительную часть человечества. И тем не менее феномен левшества всегда воспринимался и воспринимается до сих пор со стороны праворуких членов человеческого сообщества как отступление от нормы, причины которого непонятны. А потому отношение к левшам - несколько настороженное, как к чему-то, из ряда вон выходящему. В результате сравнительного изучения левшей и правшей был сделан вывод, что в психическом складе, характере, поведении леворуких нет таких особенностей, которые бы заставили признать правомерность приведения отрицательных значений слов «левый, левша, леворукий». Существование представлений, приписывающих левшам различные отрицательные черты, связано с неизученностью функциональной организации их мозга. До сих пор отсутствуют глубокие научные исследования левшей, в которых были бы выявлены отличия психики левшей и особенно иные, чем у правшей, ее пределы и ограничения.

На сегодняшний день существует три основных точки зрения на развитие левшей и их особенности: отрицательная характеристика левшей по сравнению с их праворукими сверстниками; точка зрения, согласно которой левши имеют преимущество перед правшами; мнение, согласно которому, левши не отличаются от правшей по организации психической деятельности.

Сторонники первой точки зрения подчеркивают, что характерным для леворукого ребенка можно считать асинхронное развитие некоторых психических функций: опережение эмоционально-волевых и отставание в развитии психомоторных функций и пространственного восприятия (Понте Л., 1988). Заикание, невротические тики и пр. встречаются у леворуких достоверно чаще, чем у праворуких (Айрапетянц В.А., 1989, Безруких М.М., 1991).

Общепринятой в мировой литературе является точка зрения, согласно которой леворухость связана с определенными психологическими свойствами (Айрапетянц В.А., 1989, Братина H.H., Доброхотова Т.А., 1994, Koch H.L., 1966). Исследования, описанные в литературе, устанавливают связь показателя нейротизма с моторной асимметрией у близнецов (Koch, 1966, Hick R.A., Pellegrini R.S., 1978). Так, H.B. Искольский и С.Б. Малых при изучении уровня нейротизма выявили, что близнецы-левши оказались более невротгаированными (Искольский Н.В., Малых С.Б., 1985).

Чаще всего считается, что леворукость сопровождается склонностью к эмоциональным расстройствам и повышенной тревожности. Дж. Орме (1970) показал, что левши эмоционально более нестабильны, чем правши. А.П. Чуприков и С.Е. Казакова отмечают, что многие левши отличаются большим размахом и цикличностью эмоциональных колебаний. У некоторых из них наблюдается определенная эмоционально-волевая неустойчивость, колебания настроения от ощущения счастья до угнетенно-дисфорического эффекта. Эти же авторы заключают, что левшам свойственен инфантилизм: чрезмерная игра воображения, детскость и поверхностность суждений (Чуприков А.П., 1987; Чуприков А.П., Казакова С.Е., 1985). В.А. Москвин (1988) в ходе своего исследования выявил связь между моторной латеральностью и индивидуальным стилем эмоционального реагирования. Негативные эмоционально-оценочные характеристики, присущие леворуким мужчинам расценены В.А. Москвиным как снижение толерантности к эмоциональному стрессу. R.A.Hick, R.S. Pellegrini (1978) также выявили зависимость между леворукостъю и повышенной тревожностью. Э.М. Александровская в своих исследованиях прослеживает связь между эмоциональными особенностями левшей (повышенная возбудимость, чувствительность, тревожность, впечатлительность) и затруднением их адаптации при одновременном хорошем понимании ими социальных нормативов (Александровская Э.М., 1987).

Исследователи, придерживающиеся диаметрально противоположной точки зрения, утверждают, что левши имеют существенное преимущество перед правшами в ряде различных видов деятельности. По мнению В.В. Аршавского (1988) у левшей лучшие показатели адаптации к трудным климатическим условиям, В.П. Леутин и Е.И. Николаева (1988) отмечают у левшей высокую работоспособность, устойчивость к сердечнососудистым заболеваниям в период адаптации к изменившимся условиям жизни и труда. Эта точка зрения основана на наблюдениях за левшами в школах, в моменты выполнения различных видов деятельности, в жизни вообще. H.Gordon (1920) утверждал, что у леворуких детей есть лучшие, чем у правшей, способности к обучению. К такому же выводу пришел в своих исследованиях P.B.Bollard (1916). Z.M. Lansky отмечает у левшей лучшие, чем у правшей, двигательные реакции, большую точность движений, прекрасные способности в организации пространства, а также неожиданный ракурс и недоступный большинству людей способ восприятия мира и происходящих в нем событий. Именно левши наиболее удачливы в спорте и архитектуре, именно им принадлежит большинство гениальных открытий. В.В. Аршавский (1988) и J.M. Peterson (1978) отмечают способность к оригинальному художественному творчеству и особые достижения в архитектурной деятельности леворуких архитекторов. По свидетельству Л.Понте (1988) самые способные среди леворуких детей, при отсутствии переучивания обнаруживают высокие показатели психического развития, а также высокие математические способности.

Представители третьей точки зрения (Hardyck С., Petrinovich L.F., 1977) уверены - с психологической точки зрения правши и левши идентичны, однако не приводят никаких фактов для доказательства этой теории.

Говоря о леворукости, необходимо выделять два относительно независимых показателя мануальной латерализации: направление и степень. Направление латерализации, т.е. установление ведущей руки, можно рассматривать как нормативную или видоспецифическую характеристику, имеющую два измерения (левое, правое). Степень

латерализации - количественная индивидуально-специфическая характеристика, обладающая непрерывной изменчивостью в широком диапазоне.

M.Critchley (1972) считает, что в природе не существует «абсолютно правшей» и «абсолютно левшей». В.М. Мосидзе, P.C. Гижинашвили, З.В. Самадашвили, Р.И. Турашвили (1977) напротив, выделяют «чистых правшей» - лиц с полной доминантностью левого полушария (28,6% общей популяции), и «чистых левшей» - лиц с полной доминантностью правого полушария (4,8% общей популяции). Хотя предположение о «полной доминантности правого полушария» основано лишь на учете неравенства рук и глаз, различаются еще лица с приобретенным в онтогенезе правшеством или левшеством, а также лица со стертыми признаками правшества и левшества. Большинство обследуемых оказываются в промежутке между «чистыми правшами» и «чистыми левшами». Есть и другие обозначения: «слаболеворукие», «явнолеворукие», лица с «уменьшенной латерализацией», лица с «выраженной леворукостью».

Помимо двигательной асимметрии существует еще сенсорная - совокупность признаков неравенства парных органов чувств и разных видов чувствительности на правой и левой половинах тела (зрение, осязание, обоняние) и психическая асимметрия -совокупность признаков, свидетельствующих о том, что обеспечиваемые разными половинами мозга психические процессы организуются в пространстве и времени не сходно, а противоположно.

Теоретическое осмысление функциональной асимметрии человека резко отстает от практического использования знаний о ней, хотя оно могло бы быть значительно более широким, если бы полнее была раскрыта природа функциональной асимметрии. Пока малоизученными остаются индивидуальный профиль функциональной асимметрии каждого человека, определяющийся сочетанием моторной и сенсорной асимметрий, а также распределение различных индивидуальных профилей асимметрии в человеческой популяции. Знание психофизических основ индивидуальности является тем инструментом в руках воспитателя, педагога, психолога, который позволяет найти основные подходы к решению педагогических задач не на основе принуждения, следования общепринятым нормам, а на основе понимания.

По нашему мнению неправомерно квалифицировать левшество как одну из психологических характеристик личности: это характеристика индивидуальности. Однако физиологическая природа левшества свидетельствует об определённых особенностях высшей нервной деятельности индивидов-левшей, что может проявляться в особенностях психики и личностных особенностях человека.

В третьей главе «Процедура, задачи и методы исследования» дается описание методов изучения особенностей социальной адаптации и развития личности подростков и юношей, примененных в исследовании.

В первом блоке методологической основой выбора методик явились:

1. описанные в литературе основные положения теории межполушарной асимметрии о том, что она носит не глобальный, а парциальный характер (моторная, сенсорная, психическая), а также о степени межполушарной асимметрии как характерной ее черте (наличие коэффициента асимметрии) - Хомская Е.Д.,1986, 1987;

2. представление о латеральном фенотипе как индивидуальном показателе степени межполушарной асимметрии - Доброхотова Т.А., Брагина H.H., 1986;

3. признанное в современной нейропсихологии положение о психических функциях и состояниях человека как проявлении межполушарной асимметрии мозга -Мосидзе В.М., 1982, Костандов Э.А., 1983, Батуев A.C., 1981, Ильюченок А.Л., 1989, Максимова М.Ю., 1990, Шеповальников А.Н, 1991,1997.

В нашем исследовании проводилась оценка межполушарной асимметрии в моторной и сенсорной сферах с целью определения индивидуального профиля организации мозга (Хомская и др., 1997). Выявлялось доминирование той или иной руки, ноги, уха, глаза.

Учитывалась «рукость» испытуемых по самооценке на текущий момент и в детстве, проводились пробы на выявление скрытых признаков левшества («замок», «поза Наполеона», «аплодирование»), применялся тест символических действий («изобразите, как Вы пишите, режете ножом, работаете ножницами, чистите зубы, забиваете гвоздь»). С целью определения ведущего уха использовались пробы на прислушивание, испытуемые отвечали, к какому уху они прикладывают телефонную трубку. Для определения ведущего глаза использовалась проба Розенбаха (совмещение карандаша и точки) и тест «карта с дырочкой» (Хомская Е.Д., 1997).

Второй блок методик включал в себя методики, выявляющие ряд личностных особенностей (тревожность, самооценка, локус контроля и др.) и адаптированность/дезадаптированность. Для этих целей были подобраны следующие методики: методика многофакгорного исследования личности Р.Кэттелла, методика диагностики уровня субъективного контроля Дж.Роггера и методика диагностики социально-психологической адаптации К.Роджерса и Р.Даймонд.

Для изучения личностных особенностей испытуемых нами был использован Опросник Р.Кэттелла. В связи с тем, что в нашем исследовании принимали участие как подростки, так и юноши - следовательно, уровень их образовательной подготовки был различен - мы использовали форму «С», позволяющую работать с испытуемыми вне зависимости от уровня их образования.

Использовавшийся нами метод исследования уровня субъективного контроля (УСК) предназначен для диагностики интернальности - экстернальности и позволяет сравнительно быстро и эффективно оценил, сформированный у испытуемого уровень субъективного контроля над собой в разнообразных жизненных ситуациях.

В качестве основного метода для изучения социальной адаптации испытуемых использовалась методика диагностики социально-психологической адаптации (СПА) К.Роджерса и Р.Даймонд. Данный Опросник СПА является личностным и предназначен для изучения особенностей социально-психологической адаптации и связанных с этим черт личности.

В третьем блоке методик мы использовали опросные методы, которые были представлены анкетами, в основе которых лежали вопросы, направленные на выявление отношений леворуких детей, их родителей, сверстников и учителей к факту левосторонней латеральности. Помимо этого использовались беседы как с теми, кто причислял себя к левшам (независимо от истинного профиля функциональной асимметрии мозга), так и с теми, кто никогда не задумывался над своей моторной латерализацией или был убежден, что является «абсолютным» правшой.

Помимо этого нами использовался Опросник самоотношения В.В, Столина (1985), представляющий собой многомерный психодиагностический инструмент, основанный на принципе стандартизированного самоотчета.

В четвертой главе представлены результаты, полученные в ходе эмпирического исследования.

В исследовании приняли участие 617 подростков и юношей - учащиеся 8-11 классов и студенты гуманитарных факультетов колледжей и ВУЗов г. Москвы. Перед проведением экспериментального исследования никакого специального подбора респондентов не осуществлялось.

На первом этапе проводилось определение индивидуального профиля латеральной организации мозга по самооценке испытуемых. Использовалась схема «рука-нога-ухо-глаз», результаты которой дают представление о мануальной, слухоречевой и зрительной асимметрии испытуемых. Нами был проведен опрос о предпочтениях респондента в использовании руки (ноги, уха, глаза) при одноручных действиях. При этом для чистоты эксперимента испытуемым первоначально не сообщалось, на изучение чего именно направлен данный опрос, указывалось лишь общее направление исследования: «изучение особенностей построения людьми движений». Предлагалось ответить (не прибегая к

символическим действиям для проверки) на вопросы, касающиеся предпочтений в использовании руки, ноги, уха и глаза, на каждый из вопросов предлагалось четыре варианта ответа: «левой» (рукой/ногой/ухом/глазом), «правой», «когда как», «не знаю». Кроме того, в конце задавался вопрос о наличии или отсутствии родственников-левшей и, что немаловажно, вопрос о том, к кому сам испытуемый себя относит - к левшам, правшам или амбидекстрам.

При выявлении степени выраженности левшества (коэффициента левшества - Кл) выяснилось, что в 97% случаев респонденты отвечали не задумываясь, приписывая себе тот или другой тип моторной латерализации, руководствуясь единственным признаком - «какой рукой они привыкли писать».

Затем испытуемым сообщалась истинная цель проводимого исследования, и предлагалось проверить собственный реально существующий профиль функциональной асимметрии. Для этого предлагалось выполнить 39 заданий, направленных на выявление ведущих руки, ноги, уха и глаза.

В результате проведенного обследования выяснилось, что данные, полученные методом самоотчета, в 76% случаев не совпадают с действительностью; оказалось, что представления респондентов о собственном левшестве и правшестве основаны лишь на учете фактора графической право- леворукости. В тех случаях, когда респондент писал правой рукой, он относил себя к «правшам», и все остальные действия, по его мнению, тоже выполнял исключительно правой рукой и наоборот, если респондент являлся графическим левшой, он был склонен приписывать себе «чистое» левшество, характеризующееся не только преобладанием в профиле функциональной асимметрии мозга левых проявлений, но и его, левшества, высокую степень выраженности.

Результаты изучения реально существующего профиля функциональной асимметрии позволили выделить группы моторных правшей (ведущие правая рука и правая нога), моторных левшей (ведущие левая рука и левая нога), и испытуемых со смешанным типом моторной асимметрии (правая рука и левая нога, правая нога и левая рука); сенсорных правшей (правый глаз и правое ухо), сенсорных левшей (левый глаз и левое ухо), и лиц со смешанным типом сенсорной асимметрии (правый глаз и левое ухо, правое ухо и левый глаз). Испытуемые распределились следующим образом: моторные правши - 80,7% от общей выборки обследованных, моторные левши - 4,1% и испытуемые, имеющие смешанный моторный профиль - 6,1% от общего количества обследованных. Сенсорными правшами оказалось 19% испытуемых, сенсорными левшами - 4,4%; смешанный сенсорный профиль асимметрии имели 9,7% опрошенных. Остальные испытуемые обладали моторной и/или сенсорной амбидекстрией по одному или более показателям.

Чтобы сделать более детальный анализ полученных результатов, мы, опираясь на исследования О.В. Крапивниковой (1998), построили профили латеральной организации (четырехбуквенная формула). Нам удалось обнаружить 41 различный профиль, при этом самым распространенным оказался профиль, включающий в себя моторное правшество, правоглазость и амбидекстрию по слуху (ППАП - 35,4%), на втором месте по степени распространенности оказался профиль «чистого правши» - ПППП (17,5%), а на третьем -сочетание моторного правшества с сенсорной амбидекстрией (ППАА - 10,8%). Необходимо отметить, что 28% испытуемых имеют профиль латеральной организации, включающий в себя левое доминирование как минимум по одному из показателей (рука, нога, ухо, глаз). Таким образом, можно с уверенностью говорить о том, что более четверти опрошенных нами подростков и юношей имеет тенденцию к использованию как правой, так и левой руки (ноги, уха, глаза) в качестве ведущих, при выполнении определенных действий, однако многие респовденты не осознают данного факта, считая, что основополагающим для причисления человека к «левшам» или «правшам» является левшество/правшество графическое.

В ходе выявления профиля функциональной асимметрии испытуемых, учитывалась и степень выраженности левшества. Опираясь на труды Ф.М. Гасимова (1991) и Т.А. Доброхотовой (1980), мы осуществили выделение семи групп испытуемых:

сильновыраженные левши (т.е. лица, коэффициент левшества (Кл) которых находился в границах от -1 до -0,75), левши (Кл: -0,75 - -0,4), слабовыраженные левши (Кл в границах от -0,4 до -0,15), амбидекстры (Кл: -0,15 - 0,15), слабовыраженные правши (Кл от 0,15 до 0,4), правши (Кл: 0,4 - 0,75) и сильновыраженные правши (Кл: 0,75 - 1). Согласно учету степени выраженности левосторонней сенсомоторной ориентации испытуемые распределились следующим образом: сильновыраженные левши - 2,2% от общего количества испытуемых, левши - 1,6%, слабовыраженные левши 1,1% от общей выборки, амбидекстры составляют 3,8% испытуемых, слабовыраженные правши - 3,8%, правши - 20,7% и сильновыраженные правши - 66,8% испытуемых.

Необходимо отметить тот факт, что среднее значение коэффициента левшества (Кл) у подростков - 0,46, а у юношества - 0,49, при этом средний Кл у лиц мужского пола равен 0,46, женского - 0,49. Таким образом, можно констатировать, что принципиальной разницы в количественном соотношении левшей и правшей в зависимости от пола (мужской/женский) и возраста (подростковый/юношеский) нами не обнаружено.

Полученные результаты не противоречат данным о том, что соотношение правшей и левшей в человеческой популяции является подвижным показателем, зависящим от средовых, культурных и ряда других факторов и согласуются с данными Ly MinZjuan (1984), A.B. Семенович (1987), В.Д. Еремеевой, Т.П. Хризман (1998).

Анализ результатов, полученных на первом этапе исследования, показал, что учет направленности (ведущие рука, нога, ухо, глаз) или степени асимметрии, дает достаточно сложные в использовании данные, свидетельствующие о том, что группы «правшей», «левшей» и «амбидекстров» неоднородны и имеют некоторые внутригрупповые различия. Это многообразие и порождает трудности при интерпретации результатов о количестве индивидов в популяции, имеющих лево- или правостороннюю латерализацию.

Однако, в ходе дальнейшего пилотажного исследования оказалось, что внутригрупповые характеристики многих показателей как личностных особенностей, так и особенности социальной адаптации представителей группы левшей, группы амбидекстров и группы правшей весьма сходны (не имеют статистически значимых различий) и в ходе основного исследования мы оперировали такими условными понятиями, как «правша», «левша» и «амбидекстр».

Три группы («правши», «левши» и «амбидекстры»), выделенные нами с опорой не только на преобладание «левых» показателей в сенсорной и моторной сферах и степень их выраженности, но и с учетом того, кем - правшой или левшой - осознает себя испытуемый, имели следующие количественные показатели: левши - 6% от выборки, амбидекстры - 5%, правши - 89% испытуемых; в целом левши и амбидекстры составили 11% от общей выборки испытуемых, что еще раз подтверждает данные о среднем проценте распределения левшей и амбидекстров в популяции (диаграмма 1).

Диаграмма 1

Соотношение правшей, левшей и амбидекстров в выборке.

□ Правши - 89%

Ш Амбидекстры -

□ Левши - 6%

Следующий этап исследования предполагал изучение особенностей социальной адаптации правшей, левшей и амбидекстров старшего подросткового и юношеского возраста (таблица 1).

Таблица 1

Показатели социально-психологической адаптированности (в %).

Адапти-рованность Самоприятие Приятие других Эмоциональная комфортность Стремление к доминированию

Праворукие 66,7 74,6 67,8 63,8 52,2

Амбидекстры 72,8 77,5 59 83,3 75

Леворукие 68,7 77,2 67 62,9 43,2

Все испытуемые, независимо от профиля функциональной асимметрии, имеют достаточно высокий уровень социально-психологической адаптированности: средние значения оказались в интервале от 66,7% до 72,8%. Статистически значимые различия между группами отсутствуют.

По отдельным показателям адаптированности выделяется группа амбидекстров. У амбидекстров, по сравнению с правшами и левшами, выше эмоциональная комфортность (а=0,01) и стремление к доминированию (а=0,001). Они сочетаются с более выраженным принятием себя, чем других (а=0,01). Некоторая эгоцентричность и тенденция к доминированию в этой группе могут усложнять контакты с окружающими, но не снижают эмоциональной комфортности процесса адаптации и, в результате, его уровня.

Для изучения того, как индивид интерпретирует значимые события своей жизни, нами было проведено обследование испытуемых с помощью методики диагностики уровня субъективного контроля, результаты которого приведены в таблице 2. В соответствии с концепцией Дж.Роттера локус контроля (лат. locus - место, месторасположение и франц. controle - проверка) - качество, характеризующее склонность человека приписывать ответственность за результаты своей деятельности внешним силам (экстернальный, внешний локус контроля), либо собственным способностям и усилиям (интернальный, внутренний локус контроля).

Таблица 2

Средние значения уровня субъективного контроля для праворуких, амбидекстров и леворуких испытуемых.

Ио* Ид Ин Ис Ип Им Из

Праворукие 4,4 ■да?'." 4,3 5,1 4,3 "6J":. &Ж1

Амбидекстры i •. 7,8 ' - 4.Л 5,3 68 4

Леворукие 4 5.7 , 3,9 3,4 4,8 ____5,6_ '.. 5,7..,

Примечание: * Ио • общая интернальность; Ид - интернальность в области достижений;

Ин - интернапьность в облает неудач;

Ис - интернальность в области семейных отношений;

Ип - интернальность в области производственных отношений;

Им - интернальность в области межличностных отношений;

Из • интернальность в отнешении здоровья и болезни. ** - более темный фон характерен для интернальных показателей; светлый фон - для экстернальных показателей.

Анализ полученных данных показал, что амбидекстры имеют более высокий уровень субъективного контроля над значимыми ситуациями (шкала общей интернальности). Амбидекстрам в большей степени (по сравнению с другими испытуемыми) присуще ощущение, что большинство важных событий в их жизни являются результатом их собственных действий, они чаще чувствуют собственную ответственность за то, как складывается их жизнь в целом. Необходимо отметить, что высокая степень самоприятия (см. табл. 1) помогает амбидекстрам в достижении высоких результатов по шкалам интернальности в области достижений и интернальности в области неудач. Характерен и тот факт, что низкий показатель по шкале «принятие других» (см. табл. 1) обнаруживает сходство с показателем шкалы интернальности в области деловых отношений. Необходимо еще раз подчеркнуть то, что меньшее приятие других и экстернальный локус контроля, т.е.

приписывание более важного значения внешним обстоятельствам - руководству, товарищам, может приводить к трудностям при вхождении в новый коллектив (школа, ВУЗ, производство и т.п.). В остальных случаях межличностного взаимодействия (шкала Им) испытуемые-амбидекстры считают себя способными контролировать свои формальные и неформальные отношения с другими людьми, вызывать к себе уважение и симпатию.

Показатели праворуких и леворуких испытуемых имеют много общего: интернальный локус контроля характерен лишь по позициям в области достижений, межличностных отношений и по шкале интернальности в области здоровья и болезни. Однако, в большинстве случаев праворукие испытуемые имеют несколько более высокие показатели по сравнению с леворукими, которые более склонны приписывать ответственность за свои неудачи другим людям (шкалы Ин, Ис). Социальная адаптация леворуких часто нарушается в результате их стремления переложить всю ответственность за происходящее на других, склонности считать свои межличностные отношения результатом активности партнеров, что соответствует известному из литературы предположению о их «ведомости», однако случаи дезадаптации по причине высокой экстернальности редки из-за высокого показателя по шкале «самоприятие» и достаточно низкого показателя по шкале «стремление к доминированию» (см. табл. 1). Статистически значимые различия по перечисленньм выше показателям отсутствуют.

Необходимо отметить, что уровень субъективного контроля повышается с возрастом -испытуемые юношеского возраста демонстрируют более высокие показатели по шкалам интернальности, нежели подростки.

Согласно научным данным (Бажин Е.Ф., Голынкина С.А., Эткинд A.M.) типы субъективного контроля коррелируют с самооценкой испытуемых. Так, люди с низким УСК характеризуют себя как зависимых, неуверенных, несамостоятельных, а люди с высоким УСК - как решительных, дружелюбных, самостоятельных. Таким образом, УСК связан с ощущением человеком своей силы, достоинства, ответственности за происходящее, с самоуважением, социальной зрелостью и самостоятельностью личности.

Исследование самооценки испытуемых дало следующие результаты (Таблица 3):

Таблица 3

Уровень самооценки в выборке праворуких, амбидекстров и леворуких __респондентов.__

Завышенная (в %) Адекватная (в %) Заниженная (в %)

Праворукие 20% 74% 6%

Амбидекстры 0% 77% 23%

Леворукие 40% 40% 20%

Преобладание адекватной самооценки в большей степени характерно для амбидекстров и праворуких испытуемых (77% и 74% соответственно), эти респонденты знают себя и свои качества, полностью принимают себя. Завышенная самооценка чаще встречается у леворуких (в 40% случаев), для которых характерно некритичное отношение к себе, и, одновременно, принятие себя и своих качеств. Эти данные согласуются с данными, полученными при анализе других методик (см. табл. 1, 2). В то же время, 20% леворуких испытуемых и 23% амбидекстров имеют заниженную самооценку, характеризующуюся излишне критичным отношением к себе, неудовлетворенностью собой, неприятием себя, у праворуких испытуемых заниженная самооценка встречается лишь в 6% случаев, что согласуется с данными JI.A. Карнацкой (1997), полученными на детях более ранних возрастов. Необходимо подчеркнуть, что нами не выявлено статистически значимых различий в уровнях самооценки правшей и левшей, в то время как группа амбидекстров существенно отличается от групп левшей и правшей (а=0,05).

Для более глубокого изучения личностных особенностей испытуемых использовалась методика многофакторного исследования личности Р.Кеттелла. На основании проведенного исследования нами были получены следующие данные (Таблицы 4-7).

Таблица 4

Коммуникативные свойства и особенности межличностного взаимодействия (в %)■

А+ А Е+ Е" Г Г Н+ № V I/ Г РГ 0:+ 9*

Правши 29,6 23,7 19,9 14,5 21 14,5 21,5 19,9 33,3 10,8 18,3 14,5 20,4 14,5

Амбидекстры 38,5 15,4 30,8 15,4 61,5 15,4 23,1 15,4 38,5 0 23,1 7,7 7,7 23,1

Левши 20 40 20 20 40 0 20 20 40 0 60 0 0 0

"А+"- доброта, сердечность; "А-" -озабоченность, замкнутость;

"Е+" - доминантность, настойчивость; "Е-" - конформность, зависимость;

"К+" - беспечность, легкомысленность; Т-" - озабоченность, серьезность;

"Н+" - смелость, уверенность; "Н-" - робость, сдержанность;

"Ь+" - подозрительность, недоверчивость; "Ь-" - доверчивость, уступчивость;

"Ж" - проницательность, прозорливость; "К-" - наивность, непосредственность;

"02+" - самодостаточность, независимость; "02-" - зависимость от группы.

Коммуникативные свойства и особенности межличностного взаимодействия (факторы А, Н, Р, Е, Q2, N. Ь) правшей, левшей и амбидекстров не имеют значимых различий. Исключение составляют факторы (экспрессивность) и К1' (проницательность, умение переводить абстрактные понятия в практическое воплощение). По фактору существует значимое различие (при а = 0,001) между правшами и амбидекстрами - высокий показатель по данной шкале характерен для 61,5% амбидекстров и только для 21% правшей, т.е. амбидекстры более импульсивны, беспечны и динамичны в общении, чем правши. Изучение полученных данных по фактору >1+ обнаружило различия между правшами и левшами -левши в три раза чаще, чем правши обнаруживают расчетливость и прозорливость. Лица, имеющие высокие оценки по данному фактору, характеризуются Р.Кеттеллом как имеющие завышенный уровень притязаний (ср. с табл. 3). Кроме того, автор подчеркивает, что полученные высокие оценки по шкале «конформность - доминантность» (Е*) характеризуют испытуемых как склонных к принятию самостоятельных интеллектуальных решений (амбидекстры демонстрируют высокие баллы по данной шкале в 30,8% случаев против 20% у левшей и правшей).

Таблица 5

Эмоционально-волевые особенности (в %)

С+ С С+ в- Г I 0+ 0 <?з+ Рз 9<+ <?4

Правши 17,2 87,1 25,8 12,9 21 14,5 21,5 19,9 33,3 10,8 18,3 14,5

Амбидекстры 46,2 84,6 38,5 23,4 61,5 15,4 23,1 15,4 38,5 0 23,1 7,7

Левши 40 80 20 20 40 0 20 20 40 0 60 0

"С+"- эмоциональная устойчивость; "С-" - эмоциональная неустойчивость;

"0+" - высокая совестливость; "О-" - недобросовестность;

"1+" - мягкосердечность, чувствительность; "1-" - суровость, жесткость;

"0+" - склонность к чувству вины; "О-" - самоуверенность;

"03+" - организованность; "03-" - неуправляемость, низкий контроль.

"04+" - напряженность; "04-" - расслабленность.

Эмоционально-волевые особенности испытуемых (факторы С, О, I, О, СЬ, (})) правшей, левшей и амбидекстров не имеют межгрупповых различий. Фактор С+ (эмоциональная устойчивость, сила «Я») более характерен для амбидекстров, чем для правшей (различия на 5% уровне значимости), т.е. амбидекстры несколько чаще склонны демонстрировать выдержанность и эмоциональную зрелость. Р.Кеттелл характеризует людей с высокими показателями по этой шкале (С+) как людей быстро и хорошо адаптирующихся даже при психических расстройствах. Согласно полученным нами данным, амбидекстры демонстрируют высокие значения фактора «С» в 46,2% случаев, а правши лишь в 17,2% (ср. с табл.1).

Таблица 6

Интеллектуальные особенности (в %)

В+ В М+ М" <?.+

Правши 29,6 23,7 16,1 14,5 11,8 39,3

Амбидекстры 30,8 30,8 23,1 38,5 7,7 53,9

Левши 20 20 0 20 0 80

"В+"- быстрая сообразительность; "В-" - медленная сообразительность;

"М+" - мечтательность, непрактичность; "М-" - практичность, твердость;

"(31+" - радикализм, гибкость; "<}1-" - консерватизм, ригидность.

Интеллектуальные особенности испытуемых (факторы В, М, ОО показали оперативность, подвижность мышления, высокий уровень общей культуры респондентов. При этом отмечены значимые различия (а=0,05) между правшами и амбидекстрами по фактору М" (практичность). Амбидекстрам более свойственна ориентировка на внешнюю реальность и следование общепринятым нормам, излишняя внимательность к мелочам (38,5% амбидекстров против 14,5% правшей). Левши чаще, чем правши и амбидекстры (80%, 39,3% и 53,9% соответственно) получают высокие баллы по шкале «консерватизм -радикализм» (ОЛ), что характеризует их как склонных к морализации и нравоучениям, с сомнением относящихся к новым идеям и противящихся переменам (статистически значимых различий нет).

Значения вторичных факторов не выявили значимых различий между правшами, левшами и амбидекстрами (таблица 7)

Таблица 7

и, (тревожность) Из (интраверсия/экстраверсия) Из (чувствительность) И« (конформность)

Правши 6 5,72 5,42 5,31

Амбидекстры 5,81 6,57 6,36 4,76

Левши 5,82 5,9 6,54 4,48

Необходимо отметить, что для амбидекстров характерны более высокие оценки по фактору ¥2 , свидетельствующие о том, что амбидекстры социально контактны, успешно устанавливают и поддерживают межличностные отношения (ср. с табл 2). Низкие оценки левшей по фактору Б4 , могут свидетельствовать о подчиненной, зависимой, пассивной позиции (ср. с табл. 1). Левши чаще, чем правши и амбидекстры, нуждаются в поддержке и ищут ее у людей, склонны ориентироваться на групповые нормы. Подобные результаты можно объяснить тем, что левше сложнее овладеть какими-либо новыми умениями и навыками, т.к. методические руководства предполагают опору на доминирование левого полушария, а левше необходима перекодировка этих умений и навыков, только после которой его деятельность становится успешной. При отсутствии данного условия левша вынужден приспосабливаться к существующему положению вещей.

Таким образом, анализ результатов, полученных по методике многофакторного исследования личности Р.Кеггелла, показал низкий уровень взаимосвязи характерологических черт личности испытуемых правшей, амбидекстров и левшей с их функциональным профилем асимметрии.

На заключительном этапе исследования мы исследовали самоотношение подростков и юношества с помощью теста-опросника В.В. Сталина. Опросник позволяет интерпретировать полученные ответы по семи шкалам: самоуверенность, ожидаемое отношение других (отраженное самоотношение), самоприятие, саморуководство (самопоследовательность), самообвинение, самоинтерес (самоценность) и самопонимание (внутренняя конфликтность). Опросник дает возможность, опираясь на вышеуказанные шкалы, вывести более обобщенный уровень самоотношения, описываемый четырьмя измерениями: самоуважение, аутосимпатия, самоинтерес и ожидаемое отношение других людей. Анализ полученных данных позволил выявить следующие закономерности.

Амбидекстры более, чем правши и левши (а=0,05), склонны к саморуководству и самоуважению, т.е. более уверены в своих силах, отличаются большей самостоятельностью и способностью контролировать собственную жизнь (ср. с табл. 2). Кроме того, для амбидекстров характерно более высокое, по сравнению с правшами (а=0,05) ощущение самоценности, самоинтереса, что может быть связано с некоторыми эгоцентрическими проявлениями, вызванными уверенностью в собственной уникальности, неповторимости вследствие собственной «обоерукости». По шкале аутосимпатии амбидекстры демонстрируют более высокую степень самопривязанности, чем остальные испытуемые.

Для того, чтобы выявить отношение к факту левосторонней конституциональной особенности, нами был разработан специальный опросный лист, помимо этого было предпринято анкетирование лиц, составляющих ближайшее социальное окружение левшей -родителей и педагогов, а также анализ высказываний подростков и юношей, не являющихся левшами. Нас интересовало их отношение к факту левосторонней латеральности.

Выяснилось, что и родители, и подростки в качестве главных отличий левши и правши называют ведущую руку, используемую при письме (40,2% респондентов), разницу в функционировании и организации полушарий головного мозга (25,3%). 14,9% опрошенных вообще не видит никакой разницы между правшами и левшами. Некоторые респонденты дополнительно указывают, что левши являются творческими и выдающимися личностями (11,5%), имеющими больше проблем в быту (2,3%), в чем и состоит их главное отличие от правшей, и 6,9% обследованных отметили, что левши, по их мнению, «по другому воспринимают мир». Полученные данные объясняют наличие у левшей некоторой конформности, как внутренней, так и внешней, помогающей им подстраиваться под требования большинства.

Отвечая на вопрос о возможных сложностях левшей при общении с окружающими, сами подростки отметили «навязчивое стремление» учителей и воспитателей переучить леворукого ребенка (39%), неудобство при письме (16%), непонимание со стороны педагогов (9,2%) и насмешки со стороны сверстников (8%). По мнению 44,8% опрошенных педагогов, у ребенка-левши трудностей при общении со сверстниками и взрослыми не возникает, однако 67,8% взрослых считают, что левшу может раздражать тотальное устройство окружающего мира исключительно под правую руку.

Если рассмотреть всю совокупную выборку опрошенных, то, по мнению большинства, левши ничем не обделены от природы (89, 7%), а скорее даже наоборот (8%). Однако на вопрос о том, как бы отнесся респондент к факту своего возможного левшества, 44,8% ответили, что ни за что не хотели бы быть левшой, 38% затруднились ответить, и лишь только 9,2% и 8% опрошенных хотели бы быть левшами или амбидекстрами соответственно. На вопрос о том, какие чувства респондент испытывал бы, если бы был левшой, 14,9% испытуемых ответили, что чувствовали бы себя некомфортно (диаграмма 2).

Опрос родителей показал, что несмотря на тот факт, что для себя они предпочли бы судьбы правши, к своим детям-левшам они готовы относиться лояльно: 81,6% родителей заявили о своем невмешательстве в жизнь леворукого ребенка, 10,3% высказали желание обучить его действованию двумя руками, и 2,3% родителей признались, что не знают как поступать.

Диаграмма 2

Как бы вы себя чувствовали, если бы были левшой?

□ Чувствовал бы себя нормально а Сильно бы страдал

□ Не знаю

При опросе педагогов выяснилось, что большинство из них не учитывают особенности таких детей и не считают необходимым осуществлять какую-либо работу, направленную на компенсирование имеющихся сложностей. Так, только 27% преподавателей ВУЗов и 43,7% педагогов, работающих в средней школе, считают целесообразным проводить с левшами индивидуальную работу, но при этом они считают, что эта работа должна быть направлена лишь на "развитие мелкой моторики рук", вследствие этого не учитываются элементарные вещи: в школе леворукий ребенок может сидеть на «втором варианте», т.е. с правой стороны парты, что существенно осложняет жизнь как самому левше, так и его праворукому соседу; от такого ребенка даже в старших классах неукоснительно требуют правонаклонного и безотрывного письма, что является весьма затруднительным при использовании левой руки; кроме того, такие дети и подростки вынуждены самостоятельно разрабатывать алгоритм пользования сложными орудиями труда (ножницы и т.п.) и многое другое, что осложняет жизнь левши.

Педагоги, принявшие участие в нашем исследовании, знали, сколько детей в их классе, группе леворуки, считали, что по своим психологическим характеристикам леворукий ребенок не отличается от праворукого, но какой подход нужен к ребенку-левше, педагоги затруднялись ответить. Формы работы с левшами не разработаны, что объясняется убеждённостью педагогов, в целесообразности самостоятельной разработки левшами подходящего для них алгоритма использования различных предметов и приборов, т.е. выработки собственной стратегии приспособления к окружающей действительности. Лишь 25% от общего количества педагогов и психологов знакомы с литературой по проблеме леворукости, остальные же никогда не слышали, что такая литература вообще существует. Ни один из педагогов не смог поделиться собственными наблюдениями, знаниями в этой области, но более 60% хотели бы их получить. Таким образом, 50,6% опрошенных нами педагогов и психологов, работающих в московских школах и ВУЗах, уверены, что левши и амбидекстры - это такие же люди, как и «все» и, следовательно, никакого специального подхода к ним не требуется, при этом лишь 10,3% опрошенных согласны, что левшу не нужно пытаться заставить писать правой рукой и 2,3% не знают, что им делать и как себя вести с учениками-левшами и амбидекстрами. На основании результатов опроса взрослых (родителей и педагогов) можно констатировать неоднозначность их отношения к подросткам-левшам и амбидекстрам. С одной стороны - взрослые признают за ними право на индивидуальность, с другой стороны - испытывают настороженность и тревогу по поводу их дальнейшей успешности в «праворуком мире», поэтому подростки-левши могут испытывать эмоциональный дискомфорт при общении со взрослыми. Однако ранее уже отмечалось, что подростки при формировании самоотношения меньше ориентируются на мнение взрослых, чем на мнение своих сверстников, которые не придают большого значения факту левшества. Данное обстоятельство способствует нормальному течению процессов адаптации подростков-левшей и амбидекстров.

В заключении подводится итог проведенной работы, дается краткая характеристика основных положений и результатов исследования.

На основании анализа материалов, полученных в ходе исследования, можно сделать следующие выводы:

- Выявленное в нашем исследовании процентное отношение левшей и амбидекстров в сплошной выборке подростков и юношей согласуется с аналогичными данными, представленными в специальной литературе, и составляет 11%.

- Личностные характеристики подростков-левшей в целом идентичны личностным характеристикам подростков-правшей, при этом личностные особенности подростков и юношей обеих этих групп характерны для данного возрастного этапа. Подростки-амбидекстры более динамичны в общении, чем их праворукие сверстники и эмоционально более устойчивы (различия статистически значимы).

- Уровень социально-психологической адаптированности подростков и юношей не зависит от профиля функциональной асимметрии мозга. В целом подростки-левши

адаптируются к своему социальному окружению так же успешно, как и правши. При этом процессы социально-психологической адаптации подростков-амбидекстров характеризуются большей эмоциональной комфортностью.

- Подростки-левши не придают большого значения факту собственного левшества прежде всего потому, что их праворукие сверстники также не считают значимой эту индивидуальную особенность левшей, Подростки-амбидекстры более, чем правши и левши, склонны к самоуважению и саморуководству, для них характерно более высокое ощущение самоценности и более высокий уровень самоинтереса, вследствие повышенного интереса сверстников к факту их «обоерукости».

- Факт левшества подростков воспринимается взрослыми членами общества более эмоционально: большинство родителей подростков-левшей с тревогой воспринимает данную индивидуальную особенность, считая, что это может помешать их детям в реализации жизненных планов. Педагоги с настороженностью относятся к левшам и амбидекстрам, чувствуя собственную некомпетентность в реализации индивидуального подхода к таким подросткам. Всё это может порождать в отдельных случаях эмоциональный дискомфорт и трудности подростков-левшей во взаимоотношениях со взрослыми.

Основные положения диссертационного исследования нашли отражение в следующих публикациях:

1. Караваева Е.А. Ориентировочная систематизация факторов социальной дезадаптированности несовершеннолетних // Тезисы научно-практической конференции «Наука и педагогика в учебном процессе». - М., 2003. С. 18-19.

2. Караваева Е.А., Морозова З.П., Морозова Е.В. Проблемы развития профессионально-педагогической направленности студентов-музыкантов // Музыкальная наука и совершенствование учебного процесса: сборник научных трудов. -М., 2003. С. 146-160.

3. Караваева Е.А. К вопросу о возможном влиянии левшества на возникновение социальной дезадаптированности в детско-подростковом возрасте // Материалы международной научно-практической конференции «Право на детство: профилактика насилия и правонарушений среди детей и подростков». -Н.Новгород, 2003. С.143-145.

4. Караваева Е.А. Роль семьи в преодолении проблем леворукого ребенка. // Психолог в детском саду, 2003 - №4. С.98-101.

5. Караваева Е.А. Проблемность переучивания леворуких детей // Материалы II городской научно-практической конференции молодых ученых и студентов учреждений высшего и среднего образования городского подчинения «Научно-практическая деятельность молодых ученых и студентов в рамках программы модернизации московского образования». - М., 2003. С.86-87.

6. Караваева Е.А. Некоторые особенности работы с леворукими детьми в учреждениях образования // Теоретические и практические аспекты преподавания музыкальных дисциплин: Тезисы межвузовской научно-практической конференции. - М., 2006. С.27-31.

7. Караваева Е.А. К вопросу о реализации индивидуального подхода к старшим подросткам и юношам с различными проявлениями ФАМ // Психология образования: подготовка кадров и психологической просвещение. Материалы IV Национальной научно-практической конференции. - М., 2007. С.96-98.

8. Караваева Е.А. Психологические особенности личностно-ориентнрованного подхода в работе с леворукими детьми и подростками в учреждениях образования // Вестник МГУ. Серия 20 Педагогическое образование, 2009 -№2. С.31-38.

Отпечатано в ООО «Компания Спутник+» ПД № 1-00007 от 25.09.2000 г. Подписано в печать 23.03.09. Тираж 100 экз. Усл. п.л. 1,5 Печать авторефератов: 730-47-74,778-45-60

Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат психологических наук , Караваева, Евгения Александровна, 2009 год

Введение.стр.

1. Проблемы личностного развития в подростничестве и юности.стр.

1.1. Общее представление о личности в психологии.стр.

1. 2. Исследование проблемы социальной адаптации в современной психологии.стр.

1.3. Особенности социальной адаптации и развития личности подростков и юношей.стр.

2. Феномен леворукости в нейрофизиологических и нейропсихологичсских исследованиях. .стр.

2.1. Особенности право- и левополушарного развития. .стр.

2.2. Проблемы сочетаемости и взаимодополняемости право- и левополушарного развития.стр.

2.3. Проблема переучивания леворуких.стр.

3. Процедура, задачи и методы исследования.стр.

4. Результаты исследования, их обсуждение и выводы.стр.

Введение диссертации по психологии, на тему "Социальная адаптация и особенности личности подростков и юношей с различными типами функциональной асимметрии мозга"

Актуальность темы исследования. Вопрос о роли межполушарной асимметрии в формировании определенных индивидуальных свойств личности в настоящее время широко исследуется специалистами различных областей науки. В результате исследования специфики функциональной асимметрии оказалось возможным объяснить особенности психического склада личности, зависящего от преобладания одного из двух механизмов психического ' отражения - левополушарного или правополушарного, взаимодополняющих друг друга. Кроме того, о некотором несходстве психики правшей и левшей говорят данные, полученные в результате изучения клиники очаговых поражений мозга. Особое внимание в отечественной психологической литературе уделяется исследованию роли функциональной асимметрии мозга (ФАМ) в формировании особенностей психического склада человека, а также в реализации сложных форм психической деятельности. Изучению данной проблемы посвятили свои работы Агеева С.Р. (1980, 1987); Ананьев Б .Г., Рыбалко Е.Ф. (1964); Бодров В.А. (1985); Братина Н.Н., Доброхотова Т.А. (1994); Гаузанига М. (1974); Герасимов Ф.М. (1991, 1994); Гурова Е.В., Турашвили Р.И. (1968); Дубровипская Н.В. (1994); Костаидов Э.А. (1983); Лурия А.Р. (1963. 1969, 1973); Русалов В.М. (1979); Симерпицкая Э.Г. (1978. 1985); Симерницая Э.Г., Московичуте JI.C., Семенович А.В. (1987); Федорук А.Г., Полюхов A.M. (1986); Хомская Е.Д. (1972, 1982. 1997); Хомская Е.Д., Мачипская Р.И., Филиппова Е.Б., Шрамм В.А., Харитонов Е.В. (1995) и другие авторы.

Проблема межполушарной организации психических процессов является одной из наиболее актуальных и интенсивно разрабатываемых в психологии. К настоящему времени накоплен обширный материал, свидетельствующий о специфике вклада в процесс осуществления целостной психической деятельности каждого из полушарий мозга. Однако, наряду с интересом к данной проблеме, имеется множество противоречащих друг другу гипотез о возникновении функциональной асимметрии, о механизмах формирования о J латерального профиля ФАМ и о последствиях реже встречающегося «правого» мозга. Кроме того, недостаточно изучены особенности психической деятельности людей с различными типами функциональной асимметрии мозга.

В настоящее время наиболее распространённой является гипотеза о функциональном взаимодействии полушарий мозга в ходе осуществления любого психического процесса [143], согласно которой'каждая из мозговых гемисфер вносит'свой вклад, играет свою специфическую роль в организации всех видов психической деятельности (Лурия А.Р., Симсрпицкая Э.Г., 1975).

Подавляющее большинство исследований по проблеме функциональной асимметрии мозга посвящено изучению основных принципов межполушарной организации психических процессов у правшей.

Исследований по той же проблеме па контингенте левшей значительно меньше. В большинстве своем эти исследования направлены на изучение полушарпой доминантности по речи у левшей и, в значительно меньшей степени, ориентированы па комплексный анализ особенностей межполушариого обеспечения психических функций в целом. Тем не менее, накопленный фактический материал позволяет говорить о том, что церебральная организация психических процессов у левшей носит специфический характер, качественно отличный от особенностей ее проявления у правшей. В последнее время исследование проблемы левшества стало приобретать все большее практическое значение, поскольку левшество, как и правшество, является одной из существенных и постоянных индивидуально-психологических характеристик личности, которую необходимо учитывать при решении задач, связанных с организацией условий труда, охраны психического здоровья, воспитания и обучения, ввиду отмечающейся у левшей тенденции к учащению невротических проявлений и возрастанию риска дизонтогепеза. По мнению многих исследователейнейропсихологов и физиологов [190], у левшей имеет место атипичная картина психопатологических расстройств; многочисленные факты 4 свидетельствуют о качественно различном проявлении нарушений психических процессов и динамики их атипичного развития у левшей, по сравнению с правшами, при одинаковых по характеру и локализации поражениях головного мозга (Семенович А.В., 1987).

Актуальность данной проблемы, кроме того, обусловлена выявленной в ряде исследований тенденцией учащения случаев левшества в популяции в сравнении с прошлыми годами [106]: Чуприков А.Г1. (1985), Айрапетянц В.А. (1987, 1989), Аннетт М. (1973, 1989). Так, Чемберлсн (1928) обнаружил в исследуемой им популяции 3,3% леворуких женщин и 4,7% леворуких мужчин; Райф (1940) - 5,7% и 8,8%; Аннетт (1973) - 8,8% и 10, 4% соответственно (цит. по Карнацкая Л.А., 1997). Современные дети все чаще становятся носителями этой особенности. По данным JI.A Жавороиковой [85 [ за последние десятилетия в Европе отмечается увеличение количества леворуких в 3-4 раза (Жаворонкова Л.А., 2006). Опубликованы данные о частоте леворукости в зависимости от возраста, пола, рода деятельности (от 1% до 30%) [164]. Это расхождение, по-видимому, связано, во-первых, с методом определения леворукости, во-вторых, с соотношением леворуких среди родившихся в разных регионах земли (Петренко В.Ф., 1988).

Общее количество левшей па Земле, по некоторым оценкам, составляет на сегодняшний день 10-15%). В России насчитывается от 8 до 15 миллионов леворуких ] 106].

Вместе с тем, психический мир левшей все еще продолжает оставаться менее изученным, чем психика, сознание праворукого большинства. Важно подчеркнуть, что специфика развития и функционирования психики левшей в условиях праворукого социума является также одним из факторов, способствующих формированию личностных деструкций.

Недостаточная теоретическая изученность проблемы особенностей психической деятельности людей с различными типами функциональной асимметрии мозга во многом определяет отсутствие в практике обучения и воспитания леворуких детей научно обоснованной стратегии [74, 77]. 5

Несоответствие особенностей «праворукого» предметного окружения профилю функциональной асимметрии детей-левшей вызывает у последних слишком высокую психологическую нагрузку (Доброхотова Т.А., Брагипа Н.Н., 1981,1994). Следствием такого положения являются многочисленные трудности личностного становления леворукого ребенка вплоть до возникновения различных психических расстройств (неврозы, депрессии и т.д.). Методы обучения в современной массовой школе ориентированы на учёт психологических особенностей праворукого большинства школьников. В таких условиях у школышков-левшей наиболее уязвимыми оказываются способности к обучению, адаптация к школе, личностные образования: самосознание и мотивационно-погребностная сфера (Киреевский А., 2002, Прокофьева Э.А, 2000, Стаханова Т.А., 2002).

В ходе взросления указанные выше проблемы усугубляются. Подростковый возраст характеризуется глубокими изменениями условий, влияющих на личностное развитие ребенка (Драгупова Т.В., 1972, Личко А.Е., 1983, Фельдштейн Д.И., 1988). Подростпичество - это самый трудный и сложный из всех детских возрастов, представляющий собой период становления личности. Вместе с тем это и самый ответственный период, поскольку здесь складываются основы нравственности, формируются социальные установки, отношения к себе, к людям, к обществу. Кроме того, в данном возрасте, как отмечает Р.С. Ыемов (1994), стабилизируются черты характера и основные формы межличностного поведения. В юношеском возрасте продолжается процесс формирования личности, многое из того, что приобретается па данном жизненном этапе, в значительной степени определяет дальнейшую судьбу человека (Коп И.С., 1989, Снегирева Т.В., 1989).

Однако, несмотря па достаточное количество работ, посвященных данному возрасту, исследования, вскрывающие особенности социальной адаптации и развития личности подростков и юношества во взаимосвязи с типом ФАМ отсутствуют. Возникшая необходимость специального изучеиия данной проблемы и обусловила нашу работу.

Методологические и теоретические предпосылки исследования.

Методологической основой проведенного исследования выступают основные положения теоретико-методологической концепции В.Н. Мясищева о единстве и параллелях между физиологическими и психологическими особенностями индивида. Кроме того - положения, на которых базируется исследование проблемы межполушарпой асимметрии и межполушарпого взаимодействия, разработанные в трудах Лурия А.Р., Хомской Е.Д., Симерницкой Э.Г., Брагипой Н.Н., Доброхотовой Т.А., Чуприкова А.П.; положения о системном подходе к анализу мозговых механизмов высших психических функций (Ананьев Б.Г., Лурия А.Р.); положения о том, что межполушарпая функциональная асимметрия как фундаментальная закономерность работы мозга определяет характеристики психических состояний, особенности деятельности, в том числе при обучении (Симерницкая Э.Г., Брагина I-1.II., Доброхотова Т.Д., Хомская Е.Д., Фарбер ДА., Котик М.А., Ермаков ГШ. и др.); представления о том, что исполнение несимметричных бимануальных действий сопровождается более высоким межполушарным взаимодействием (Лурия А.Р., Brinkman J., Goerres G.W., Jancke L.); концепция многоуровневого построения движений (Бернштейн Н.А.); представления о сенситивных периодах в развитии бимануальной координации (Wolff P.M., Стамбулов А.В., Фарбер Д.А., Дубовипская Н.В., Любомирский Л.Е. и др.); представления о динамике межполушарных взаимоотношений на разных этапах формирования двигательного навыка (Andres F.G., Swinnen S.P., Ермаков ГШ. и др); положение о высокой пластичности мозговой организации в раннем онтогенезе (Семенович А.В., Симерницкая Э.Г., Фишман М.Н., Фабер Д.А.).

Цель исследования - изучить личностные особенности и уровень социальной адаптации подростков и юношей с разным типом межполушарпой асимметрии, а так же определить наличие связи между 7 личностными особенностями и социальной адаптацией, с одной стороны, и типом межполушарной асимметрии, с другой.

Объект исследования: личностные особенности и социальная адаптация в старшем подростковом и раннем юношеском возрастах.

Предмет исследования: связь типа межполушарной асимметрии головного мозга подростков и юношей и их личностных особенностей и социальной адаптации.

В диссертационной работе ставится проблема взаимосвязи личностных особенностей лсворуких, формирующихся благодаря их исключительности, и возможных трудностей социальной адаптации в группе сверстников.

Гипотеза исследования: мы предположили, что личностные характеристики и уровень социальпо-психологической адаптированности подростков с разным типом функциональной асимметрии мозга соответствуют возрастным закономерностям развития и не имеют значимых различий. Отношение подростка к факту собственного левшества определяется отношением окружающих людей, прежде всего, сверстников.

В соответствии с целыо исследования и его гипотезой в диссертации решались следующие задачи:

1. Провести теоретический анализ литературы, посвященной психологическим аспектам межполушарной асимметрии мозга.

2. Провести массовое обследование старших подростков и юношей для определения профиля функциональной асимметрии мозга и составить группы для эмпирического исследования.

3. Изучить специфику личностных характеристик (эмоционально-волевые, коммуникативные свойства, локус контроля, тревожность и др.) подростков с различными типами функциональной асимметрии мозга.

4. Определить уровни социально-психологической адаптированности подростков-левшей.

5. Выявить отношение подростков-лсвшей к факту собственного левшества.

6. Выявить отношение окружающих (педагогов, родителей, сверстников) к подросткам-левшам.

Достоверность и обоснованность полученных данных обеспечивается применением комплекса методов, адекватных цели и объекту исследования, сочетанием качественного и статистического (коэффициент корреляции Пирсона и критерий Маниа-Уитни) анализа полученных результатов исследования.

Научная новизна работы состоит в том, что, в отличие от большинства исследований, осуществлённых ранее в данном направлении, она выполнена на выборке лиц старшего подросткового и раннего юношеского возраста. Кроме того, работа посвящена изучению проблем социальной адаптации в связи с определёнными особенностями функциональной асимметрии, тогда как традиционно наиболее интенсивно изучаются вопросы особенностей когнитивных и инструментальных функций правшей, левшей и амбидекстров.

Теоретическая значимость диссертационной работы состоит в существенном расширении и углублении научных представлений о старших подростках и юношах с различными степенями выраженности левшества, об их личностном развитии и процессах социальной адаптации/дезадаптации, в выявлении и описании специфических психологических механизмов, им присущих.

Практическая значимость работы состоит в выявлении особенностей личности лсворуких и амбидекстров, которые могут быть использованы специалистами в области детства (педагогами, психологами) в разработке адекватного психолого-педагогического подхода к воспитанию, обучению и взаимодействию с леворукими подростками и юношеством.

Разработаны рекомендации по методике коррекционпо-развивающих занятий для предупреждения случаев социальной дезадаптации левшей и амбидекстров среднего и старшего школьного возраста.

Эмпирическая база исследования: старшие подростки и юноши, с различными степенями выраженности левшества, учащиеся 8-11 классов московских школ и студенты гуманитарных факультетов колледжей и ВУЗов г. Москвы.

Исследование осуществлялось посредством следующих блоков методик:

1. методики, позволяющие определить профиль функциональной асимметрии (доминирование в моторной (рука, нога) и сенсорной (ухо, глаз) сферах);

2. методики, выявляющие ряд личностных особенностей (адаптированность/дезадаптированность, а также тревожность, самооценка, локус контроля, самоотпошепие и др.);

3. опросные методы, направленные на выявление отношений подростков, их родителей и учителей к факту левосторонней латеральиости.

Апробация и внедрение результатов исследования:

Основные положения диссертационного исследования докладывались и обсуждались на заседаниях лаборатории «Научных основ детской практической психологии» Психологического института РАО и лаборатории «Практической психологии образования и аттестации психологических кадров» Московского городского психолого-педагогического университета (МГГТПУ), на методических совещаниях Центра научно-методического обеспечения службы практической психологии образования МГППУ; нашли отражение в докладах, сделанных па научно-практических конференциях: Московский государственный институт музыки (Москва, март 2003), Государственный научно-исследовательский институт ссмьи и воспитания РАО (Москва, октябрь 2003), Московский городской психолого-педагогический университет (Москва, январь 2004), на II научной сессии МГППУ (Москва, декабрь 2003) и па IV национальной паучпо-практической конференции (Москва, декабрь 2007); использовались в качестве теоретического лекционного материала и на практических занятиях в Государственной академии славянской культуры, Московского государственного института музыки им. Шнитке, на факультете повышения квалификации МГППУ при работе с педагогами-психологами образовательных учреждений и студентами.

Основные положения диссертации нашли отражение в 8 публикациях.

Структура работы.

Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, выводов, списка литературы и приложений. Текст рукописи иллюстрирован таблицами и диаграммами.

Заключение диссертации научная статья по теме "Психология развития, акмеология"

Заключение.

Настоящее исследование было предпринято с целыо выяснения влияния различных типов функциональной асимметрии мозга на особенности личности подростков и юношей и их социальную адаптацию. В современной специальной литературе данная проблема, по нашему мнению, освещена недостаточно. В ряде работ встречается точка зрения, что левши и леворукие индивиды тяжелее - по сравнению с правшами — адаптируются к предметному и социальному окружению, что обусловливается спецификой латеральной организации работы их мозга. С теоретических позиций нейрофизиологии такое утверждение имеет право на существование, но методологические принципы отечественной психологии развития, сформулированные в трудах JI.C. Выготского, А.Н. Леонтьева, Д.Б. Эльконина, П.Я. Гальперина и других выдающихся учёных, таковы, что психическое развитие и, затем, социальная адаптация человеческих индивидов обусловливаются тем, что и как они присвоили из культуры своего социума. Эти методологические принципы позволили нам сформулировать следующую гипотезу исследования: несмотря на имеющиеся литературные данные, нами предполагается, что профиль функциональной асимметрии правшей и левшей не является значимым фактором их личностного развития в периоды старшего подросткового и раннего юношеского возраста, если левши не переучивались на предыдущих возрастных этапах. Процессы социальной адаптации левшей и амбидекстров в эти возрастные периоды не отличаются существенно от адаптации правшей.

Проверка выдвинутой гипотезы осуществлялась в исследовании личностных особенностей и социальной адаптации подростков и юношей из числа учащихся старших классов общеобразовательных школ Москвы и студентов первых курсов гуманитарных московских ВУЗов и колледжей.

Всего в исследовании приняли участие 617 студентов и школьников, а также их педагоги и некоторые из родителей. Основными задачами исследования

121 были: а) составить истинные профили функциональной сенсорно-двигательной асимметрии каждого из наших обследуемых; б) установить специфику их личностных характеристик (тревожность, самооценка, локус-контроль), определяющих актуальное состояние социальной адаптированности; в) провести сопоставление результатов, показанных правшами и левшами, осуществить анализ и сформулировать выводы.

Мы начали исследование с того, что изучили самоотчёты испытуемых о том, кем они себя считают: «правшами» или «левшами». В 97% случаев респонденты отвечали не задумываясь. В дальнейшем выяснилось, что в 76% этих суждений не совпадают с действительностью: оказалось, что представления респондентов о собственном левшестве и правшестве основаны лишь на учете фактора графической право- леворукости.

Дальнейшее исследование профиля латерализации позволило выделить группы моторных правшей, моторных левшей и испытуемых со смешанным типом моторной асимметрии; сенсорных правшей, сенсорных левшей, лиц со смешанным типом сенсорной асимметрии. В целом подростки и юноши из нашей выборки распределились так: моторные правши — 80,7%, моторные левши — 4,1% и испытуемые, имеющие смешанный моторный профиль -6,1% от общего количества обследованных. Сенсорными правшами оказалось 19% испытуемых, сенсорными левшами — 4,4% и 9,7% опрошенных имели смешанный сенсорный профиль асимметрии. Остальные испытуемые обладали моторной и/или сенсорной амбидекстрией по одному или более показателям.

В дальнейшей работе исследовались и сравнивались показатели индивидуальных психологических особенное гей входящих в выборку подростков и юношей, распределённых нами по трём условным группам: «правши», «левши», «амбидекстры». В частности, нами использовались методики, выявляющие тревожность, самооценку, самоотношение, локус контроля обследуемых. Мы считаем, что подобранные нами методы, адекватны задаче изучения личностных особенностей и особенностей социальной адаптированности/дезадаптированности подростков и юношей. •

Результаты проведённых исследований позволили увидеть некоторые интересные тенденции. Так, у амбидекстров, по сравнению с правшами и левшами, выше эмоциональная комфортность и принятие себя, им в большей степени присуще мнение, что большинство важных событий в их жизни являются результатом их собственных усилий. Левши чаще, чем правши и амбидекстры, нуждаются в поддержке и ищут ее у людей, склонны ориентироваться на групповые нормы. Левши чаще, чем правши и амбидекстры, склонны к морализации и нравоучениям, с сомнением относятся к новым идеям и противостоят переменам. •

В контексте целей нашего исследования и выдвинутой гипотезы гораздо важнее оказался тот факт, что профиль функциональной асимметрии не является значимым фактором в формировании личностных особенностей старших подростков и юношества, в подростковом и юношеском возрастах достигается высокий уровень социально-психологической адаптации при любом профиле функциональной асимметрии.

Таким образом, можно считать, что гипотеза, выдвинутая перед началом настоящего исследования, подтвердилась. Одновременно необходимо отметить, что педагогические работники нуждаются в специальных методах, применение которых позволит снизить эмоциональную напряжённость в процессе социальной адаптации левшей к условиям фронтального обучения в массовых образовательных учреждениях и к условиям «праворукого», в целом, предметного окружения.

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат психологических наук , Караваева, Евгения Александровна, Москва

1. Абульханова-Славская К.А. Деятельность и психология личности. - М., 1980.

2. Абульханова-Славская К.А. Развитие личности в процессе жизнедеятельности // Психология формирования и развития личности. — М., 1981.

3. Агеева С.Р. Функциональная моторная асимметрия и некоторые психофизиологические особенности школьников 7-14 лет // Новые исследования по возрастной физиологии, 1987. №1.

4. Адрианов О.С. Актуальные проблемы учения об организации функций мозга / Методологические аспекты науки о мозге. М., 1983.

5. Айрапетянц В.А. Исследование «рукости» и других латеральных признаков среди практически здоровых школьников г. Москвы // Медико-социальные аспекты развития и воспитания здорового ребенка: Тезисы докладов Всесоюзной конференции, 1983.

6. Айрапетянц В.А. Научные и организационные вопросы охраны здоровья леворуких детей. // Проблемы нозологической гигиенической диагностики. Материалы научной копф., Л., 1989.

7. Айрапетянц В.А., Ковалев М.К., Суходолец В.В. Возрастные особенности биоэлектрической активности мозга у детей с различным профилем латерализации // Материалы Всесоюзного Симпозиума «Проблемы и методы исследования в возрастной физиологии» Баку, 1987.

8. Айрапетянц М.Г. Особенности функциональной асимметрии мозга здоровых детей // Асимметрия мозга и память. Пущино, 1987.

9. Айрапетянц М.Г., Белый Б.И. Открытие междисциплинарного семинара по функциональной асимметрии мозга // Вопросы психологии, 1979, №5.

10. Ю.Александровская Э.М. Взаимосвязь между латеральным фенотипом и личностными особенностями у детей младшего школьного возраста // Леворукость у детей и подростков М., 1987.

11. П.Ананьев Б.Г. Билатеральное регулирование как механизм поведения // Вопросы психологии, 1963, №5.

12. Ананьев Б.Г., Рыбалко Е.Ф. Особенности восприятия пространства у детей -М., 1964.

13. Ананьев Б.Г. Избранные психологические труды: В 2-х т. -М., 1980.

14. Н.Ананьев Б.Г. Сенсорно-перцептивная организация человека /

15. Познавательные процессы: ощущение, восприятие. -М., 1983.

16. Анзимиров В.Л. Доминантность полушарий и ее определение // Вопросы психологии, 1961, №1.

17. Анохин П.К. Систсмогспез как общая закономерность эволюционного процесса // Бюллетень экспериментальной биологии и медицины. — 1948, т.26.

18. Араканцева Т.А., Дубовская Е.М. Полоролевые представления современных подростков как действенный фактор их самооценки // Мир психологии. 1999. - № 3 (19).

19. Арсеньев А.С. Подросток глазами философа: Филос. очерк. Алматы, 1996.

20. Арчакова Э.В., Шумакова Ю.С., Ермольчик Е.Ф., Левашова Н.М., Дремач Е.Е., Рещикова Г.Г. Некоторые показатели здоровья леворуких детей // Леворукость у детей и подростков М., 1987.

21. Аршавский В.В. Межполушарпая асимметрия в системе поисковой активности. Владивосток, 1988.

22. Асадова М.С. Межполушарпые взаимоотношения при стойких изменениях эмоционального состояния // Физиология человека. 1989, т. 11, №3.

23. Асмолов А.Г. Психология индивидуальности: Методологические основы развития личности в историко-эволюциопном процессе. М., 1986.

24. Аствацатуров М.О. О происхождении праворукости и функциональной асимметрии мозга // Научная медицина, 1923, №11.

25. Баклушинский С.А. Я концепция и цеппостпо-пормативпые ориентации подростка в условиях быстрых социальных изменений: Автореф. дис. . канд. психол. наук. - М., 1996.

26. Батуев А.С. О мозговой локализации функций // Методологические аспекты изучения деятельности мозга. М., 1986.

27. Бейсон Ж. Генетика. М., 1976.

28. Безносиков В.Н. Динамика первичной производственной адаптации молодых рабочих на промышленном предприятии. Автореф. дисс. . к. психол. н.-М., 1986.

29. Безруких М.М., Князева М.Г. Если ваш ребенок левша. М., 1994.

30. Безруких М.М. Психофизиология ребенка. -М., 2006.

31. Безруких М.М. Леворукий ребенок в школе и дома. М., 2007.

32. Безруких М.М. Леворукий ребенок. Тетрадь для занятий с детьми. М., 2007.

33. Безруких М.М., Сонысип В.Д., Фарбер Д.А. Возрастная физиология. Физиология развития ребенка. М., 2009.

34. Белопольская Н.Л. Самосознание проблемных подростков. -М., 2007.

35. Белый Б.И. Особенности переработки информации в правом и левом полушарии мозга человека // Ж-л неврологии и психиатрии. 1982, т.82, вып. 7.

36. Бережковская Е.Я. Об асимметрии зрительного и моторного анализатора в процессе из взаимодействия // Экспериментальные исследования по проблемам общей и социальной психологии и дифференциальной психофизиологии— М., 1979.

37. Берне Р. Я концепция в юности // Подросток и семья / Под ред. Д.Я. Райгородского. — М., 2002.

38. Беспалько И.Г. К вопросу об асимметрии внимания // Вопросы психологии, 1969, №5.

39. Бианки B.JI. Асимметрия мозга животных. Л., 1985.

40. Бизюк А.П. Компедиум методов пейропсихологического исследования. — М., 2005.

41. Бодалев А.А. Личность и общение. М., 1983.

42. Божович Л.И. Личность и ее формирование в детском возрасте. М., 1968.

43. Бондарь А.Т., Отмахова Н.А., Федотчев А.И. Онтогенетические особенности двигательной асимметрии в школьном возрасте // Вопросы психологии, 1989, №2.

44. Брагина Н.Н., Доброхотова Т.А. Проблема «мозг сознание» в свете современных представлений о функциональной асимметрии мозга. / В сб. Мозг и разум. - М., 1994.

45. Будыка Е.В. Медико-биологический анализ здоровья студентов. Автореф. канд. дисс. М., 1992.

46. Будякина М.П., Русалинова А.А. Некоторые аспекты социально-психологической адаптации новичков на предприятии // Социальная психология и социальное планирование. Л., 1973.

47. Вайнштейн Б.К. Симметрия кристаллов. М., 1979.

48. Вейль Г. Симметрия. М., 1968.

49. Веккер Л.М. Познавательные процессы. В 3-х т., т.1. -М., 1971.

50. Величковский Б.М., Зипченко В.П., Лурия А.Р. Психология восприятия. — М, 1973.

51. Вернадский В.И. О правизие и левизне. М., 1940.

52. Взаимодействие полушарий мозга у человека: установка, обработка информации, память / Р.Ю. Илыоченок, A.J1. Финкельберг, И.Р. Илыоченок, Л.И. Афтанас. Под ред. Л.И. Девойно. Новосибирск - 1989.

53. Визель Т.Г. Основы нейропсихологии. -М., 2005.

54. Вильдавский В.Ю., Князева М.Г. Метод определения и характеристики мануальной асимметрии в онтогенезе // Физиология человека, 1989, т. 15, №1.

55. Витязь С.Н. Формирование индивидуального профиля функциональной асимметрии подростков в условиях обучения в гимназии. Дисс. канд. биологич. н. Кемерово. 2006.

56. Властовский В.Г. Об асимметрии скелета конечностей человека // Вопросы антропологии. Выпуск 3 - 1960.

57. Вольф Н.В. Особенности функциональной асимметрии мозга у испытуемых с положительным и отрицательным коэффициентами правого уха// Физиология человека, 1988, т. 14, №2.

58. Вопросы психики познавательной деятельности / Сб. статей Краснодар, 1979.

59. Выготский Л.С. Психология и учение о локализации психических функций // Развитие высших психических функций. — М., 1960. ;

60. Выявление леворукости и психогигиеиа леворуких детей. / Под ред. Г.Н. Сердюковской. М., 1985.

61. Гасимов Ф.М. Особенности вербальных и невербальных (зрительно-пространственных) функций при различных типах межполушарной асимметрии: Автореф. дисс. к. психол. н. -М., 1991.

62. Гаузе Г.Ф. Асимметрия протоплазмы. М., 1940.

63. Гиноян A.M. Латеральная антропоизомерия населения Армении // Леворукость, антропоизомерия и латеральная адаптация М., 1985.

64. Гольдшмидт Е.С. Особенности функциональной асимметрии мозга у учащихся в зависимости от социально-педагогических условий. Автореф. дисс. канд. биологич. н. Томск, 2005.

65. Готт B.C. Симметрия и асимметрия. М., 1965.

66. Гурова Е.В. Некоторые особенности асимметрии анализаторных систем головного мозга человека / Функциональная асимметрия и адаптация человека. — М., 1976.

67. Гусева М.В., Додоиова Н.А., Зальцман А.Г., Меерсоп Я.Н. Функциональная асимметрия полушарий при классификации невербализуемых изображений // Физиология человека, 1987, т. 13, №2.

68. Гутник Б.И., Кобрин В.И. Асимметрия рук: центральное или периферическое происхождение. М., 2008.

69. Давыдов В.В. К проблеме соотношения абстрактных и конкретных знаний в обучении // Вопросы психологии, 1968, №6.

70. Демидов В. Этот правый, левый мозг // Наука и жизнь, 1981, №1

71. Джаффе Г., Морген М. Симметрия в химии. М., 1968.

72. Димитриева С.В. Особенности адаптации детей к учебной нагрузке в зависимости от типа функциональной нагрузки. Автореф. дисс. канд. биологич. н. Ульяновск, 2004.

73. Доброхотова Т.А. Функциональная асимметрия мозга. -М., 1988.

74. Доброхотова Т.А., Брагипа Н.Н. Функциональная асимметрия мозга и индивидуальное пространство и время человека // Вопросы философии. — 1978. -№3.

75. Доброхотова Т.А., Брагина Н.Н. Загадки иеправорукого меньшинства человечества // Вопросы философии. 1980. - №1.

76. Доброхотова Т.А., Брагина Н.Н. Функциональная асимметрия человека. — Москва, 1981.

77. Доброхотова Т.А., Брагипа Н.Н. Загадка левшей. //Атеистические чтения. -Выпуск 20.-М., 1990.

78. Доброхотова Т.А., Брагипа Н.Н. Левши. М., 1994.

79. Доброхотова Т.А., Федорчук А.Г., Брагипа Н.Н. Функциональные асимметрии в деятельности человека / Взаимоотношение полушарий мозга. Тбилиси, 1982.

80. Додонов Б.И. Гармоническое развитие и типологическое своеобразие личности / Методологические проблемы формирования и развития личности. М., 1981.

81. Додонова Н.А., Зальцман А.Г., Меерсон Я.А. Особенности переработки информации правым и левым полушариями мозга // Физиология человека, 1984, т. 10, №6.

82. Ермаков П.Н. Психомоторная активность и функциональная асимметрия мозга. Ростов н/Д., 1988.

83. Ефимова И.В., Хомская Е.Д. Межполушарпая асимметрия функций и вегетативная регуляция при интеллектуальной деятельности // Физиология человека, 1990, №5.

84. Жаворонкова Л. А. Правши-левши: межполушарная асимметрия электрической активности мозга человека. М., 2006.

85. Живов А.В. Формула доминантности полушарий головного мозга человека // Актуальные проблемы психофизиологии и нейропсихологии ATI СССР ИП-М., 1991.

86. Заводная Ж.Н. Педагогическая подготовка студентов к работе с леворукими детьми: Дисс. к.п.н. Армавир, 1999.

87. Зайцева К.А. Особенности латерализации при восприятии человеком эмоциональной информации // Физиология человека. — 1991, т. 17, №3.

88. Зайцева К.А., Дмитриева Е.С. Онтогенетический аспект индивидуальных особенностей ФАМ при восприятии эмоций // Журнал эволюционная биохимия и физиология. 1989, т.25, №3.

89. Иваницкая J1.H., Яковлева М.Г. Исследование индивидуального профиля ФМА у детей с заиканием // Материалы докладов конференции молодых ученых Северного Кавказа по физиологии. Ростов н/Д., 1995.

90. Иванов В.В. Чет и нечет: Асимметрия мозга и знаковых систем. М., 1978.

91. Игнатович Г.С. Образная и вербальная форма интеллектуальной деятельности и межполушарная асимметрия биоэлектрической активности мозга человека // Основные проблемы общей, возрастной и педагогической психологии. М., 1978.

92. Иллариошкина С.Н., Кобрин В.И., Фокип В.Ф. Актуальные вопросы функциональной межполушарпой асимметрии и нейропластичности. М., 2008.

93. Ильюченок Р.Ю., Фипкельберг A.JL, Илыоченок И.Р., Афтанас Л.И. Взаимодействие полушарий мозга у человека: установка, обработка информации, память. Новосибирск, 1989.

94. Искольский Н.В., Малых С.Б. Связь показателя невротизма с моторной асимметрией у близнецов // Новые исследования в психологии. М., 1985, №2.

95. Кабардов М.К., Матова М.А. Межполушарная асимметрия и вербальные и невербальные компоненты познавательных способностей // Вопросы психологии, 1988, №6.

96. Казначеев В.П., Чуприков А.П. Функциональная асимметрия и адаптация человека // Функциональная асимметрия и адаптация человека. -М., 1976.

97. Кайгородов Б.В. Психологические особенности развития самопонимания в юношеском возрасте // Мир психологии. 1999. - № 3 (19).

98. Кайл Р. Детская психология: Тайны психики ребенка. — СПб., 2002.

99. Калинина С.В. Соотношение профессионального и личностного самоопределения в подростковом и юношеском возрасте: Автореф. дис. . канд. психол. наук. М., - 1999.

100. Каменская В.Г., Брагина Н.Н., Доброхотова Т.А. К вопросу о функциональных связях правого и левого полушарий мозга с различными отделами срединных структур у правшей // Функциональная асимметрия-и адаптация человека. М., 1976.

101. Капустин А.А. Детская леворукость и проблема воспитания левой руки «Linkshultur» // Русская клиника. 1924. - №3.

102. Карнацкая JI.A. Особенности самооценки детей старшего дошкольного возраста с левосторонней конституциональной латеральностыо. Дисс. канд. наук. -М., 1997.

103. Кепалайте А.П. Знак эмоциональности и особенности интеллекта в плане межполушарных отношений. Автореф. дисс. к. психол. н. М., 1982.

104. Киренская А.В. Межполушарная асимметрия в системной деятельности мозга в норме и при психических нарушениях. Автореф. дисс. д. биологич. н. М., 2008. ':

105. Киященко Н.К., Московичуте Л.И., Симерницкая Э.Г. и др. Мозг и память. -М., 1975.

106. Кле М. Психология подростка: (Психосексуальное развитие) / Пер. с фр. -М., 1991.

107. Клейн В.Н., Москвин В.А., Чуприков А.П. Функциональная асимметрия мозга и толерантность к эмоциональному стрессу // Неврология и психиатрия Киев, 1986, вып.5.

108. Клейн B.IT., Чуприков А.П. Латеральная фенотипическая конституция и ее личностные корреляты // Асимметрия мозга и память. Пущино, 1987.

109. Клименко Л.Л. Многоуровневая организация функциональной межполушарной асимметрии. Дисс. д. биологич. н. — М., 2004.

110. Князева М.Г., Безруких М.М. Методика определения леворукости у младших школьников // Начальная школа. 1987. - №6.130

111. Князева М.Г., Фарбер Д.А. Формирование межполушарного взаимодействия в онтогенезе: электрофизиологический анализ // Физиология человека, 1991, т. 17, № 1.

112. Коган А.Б., Кураев Г.А. Зрительно-моторная реакция у детей и взрослых с односторонним и парциальным доминированием функций // Физиология человека, 1986. т. 12, №3.

113. Кон И.С. В поисках себя: Личность и ее самосознание. М., 1984.

114. Кон И.С. Психология ранней юности: Книга для учителя. М., 1989.

115. Кон И.С. Психология юношеского возраста. (Проблемы формирования личности).-М., 1979.

116. Коновалов В.Ф., Отмахова II.А. Особенности межполушарпых взаимодействий при запечатлении информации // Вопросы психологии, 1984, №4

117. Константинов В.В. Психологическая адаптация: опыт исследования и диагностика. Пенза, 2004.

118. Костандов Э.А. Роль когнитивных факторов в эмоциональной асимметрии полушарий головного мозга человека // Ж. высшей нервной деятельности, 1990, т.40, №4.

119. Крайг Г. Психология развития. СПб., 2002.

120. Крапивникова О.В. Психофизиологические аспекты межполушарной асимметрии мозга у детей 7-9 лет: Канд. дисс. Рязань, 1998.

121. Краткий психологический словарь / Под ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского. Ростов н/Д., 1998.

122. Кузнецов П.С. Адаптация как функция развития личности. Саратов, 1991.

123. Кураев Г.А. Функциональная асимметрия коры мозга и обучение -Ростов н/Д., 1982.

124. Кураев Г.А. Межполушарная асимметрия активности коры мозга в динамике процессов ВНД // Автореф. докт. дисс. Л., 1983.

125. Кураев Г.А. Значение профиля функциональной межполушарной асимметрии мозга в процессе ВНД // Ж. Известия СКНЦ ВШ. Естественные науки. 1986, №4.

126. Кургиняи С.С. Психолого-педагогическое содействие формированию у подростков адекватного отношения к себе. Ав тореф. дсс. канд. п.н. М., 2008.

127. Леворукость, аптропоизомерия и латеральная адаптация. М., 1985.

128. Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1982.

129. Леутин В.П., Николаева Е.И. Психофизиологические механизмы адаптации и функциональная асимметрия мозга. Новосибирск, 1988.131

130. Леутин В.П., Николаева Е.И. Функциональная асимметрия мозга: мифы и действительность. СПб., 2005.

131. Леушина Л.И., Невская А.А., Павловская М.Б. Функциональная асимметрия полушарий: различия в описании зрительных объектов // Физиология человека, 1985, т.7, №3.

132. Лидере А.Г. Психологический тренинг с подростками М., 2001.

133. Литипский Г.А. Причины возникновения функциональной асимметрии глаз // Русский офтальмологический журнал, 1929, т. 10, №1.

134. Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера // Психология и психоанализ характера. Самара, 2000.

135. Личко А.Е. Типы акцентуаций характера и психопатий у подростков. — М., 1999.

136. Личность: определение и описание // Вопросы психологии, 1992, №3-4.

137. Лишин О.В. Психологические условия становления личности подростка и юноши в обстановке социального кризиса // Мир психологии и психология в мире. 1994. - № 0.

138. Лурия А.Р. Ощущение и восприятия. М., 1975.

139. Лурия А.Р., Симерницкая Э.Г. О взаимодействии полушарий головного мозга в организации вербальпо-мпестических функций // Физиология человека, 1975, №3.

140. Лурия А.Р. Основы нейропсихологии. М., 2006.

141. Лусканова Н.Г. Школьные трудности у детей с леволатеральными признаками, пишущих левой рукой // Леворукость у детей и подростков. -М., 1987.

142. Маслов Р.В. Концепция функциональной асимметрии мозга: онтологический и социокультурный аспекты. Дисс. канд. философ, н. -Саратов, 1998.

143. Медико-биологические и психолого-педагогическис аспекты адаптации и социализации человека: Материалы 5-й Всероссийской научно-практической конференции / Под ред. А.Б. Мулик. Волгоград, 2008.

144. Методологические проблемы формирования и развития личности. М., 1981.

145. Молодых Е.С. Влияние профиля латеральной организации мозга на успешность адаптации к образовательному процессу лиц подросткового и юношеского возраста. Автореф. дисс. канд. биологич. н. Томск, 2005.

146. Мосидзе В.М., Рижинашвили Р.С., Самадашвили У.В., Турашвили Р.Г. Функциональная асимметрия мозга. Тбилиси, 1977.

147. Москвин В.А. Межполушарная асимметрия и индивидуальные стили эмоционального реагирования // Вопросы психологии, 1988, №6.132

148. Москвин В.А. Профили латеральности и некоторые особенности психических процессов (в норме и патологии). Автореф. канд. дисс. М., 1990.

149. Московичюте Л.И., Казин А.Л. К вопросу о латерализации психических функций на уровне подкорковых образований (по материалам стереотаксических операций) // Ж-л неврологии и психиатрии, 1975, т.75, вып.11.

150. Налчаджян А.А. Социально-психологическая адаптация личности (формы, механизмы и стратегии). Ереван, 1988.

151. Невская А.А., Леушина Л.И. Асимметрия полушарий головного мозга и опознание зрительных образов. Л., 1990.

152. Нейропсихологический анализ межполушарпой асимметрии мозга / под ред. Е.Д. Хомской М., 1986.

153. Николаева Е.И. Леворукий ребенок. СПб., 2005.

154. Николаева Е.И. Психофизиология. Психологическая физиология с основами физиологической психологии. -М., 2008.

155. Огнев Б.В. К вопросу о влиянии внешней среды на состояние и функции организма человека и животных // Вестник АМН СССР. М., 1955, №3.

156. Орлов А.Б. Личность и сущность: внешнее и внутреннее Я человека // Вопросы психологии, 1995, №2.

157. Отмахова Н.А., Коновалов В.Ф. Межполушарные различия и взаимодействие полушарий Н Успехи физиологических наук, 1988, т. 19, №1.

158. Панфилова Н., Лях В. Леворукий ребенок // Дошкольное воспитание. -1992, №1.

159. Переверзева И.А. К проблеме мозговой организации эмоциональных процессов в аспекте функциональной асимметрии полушарий головного мозга человека // Вопросы психологии, 1980, №2.

160. Петренко В.Ф. Психосемантика сознания. М., 1988.

161. Петровский А. В. Личность. Деятельность. Коллектив. — М., 1982.

162. Петунс О.В. Сущностные признаки психологической адаптации и ее классификация. М., 2006.

163. Полюхов A.M., Войтенко В.П. К вопросу о возрастных особенностях правых и левых функциональных систем головного мозга человека // Функциональная асимметрия и адаптация человека. — М., 1976.

164. Полюхов A.IT. Моторная асимметрия мозга в позднем возрасте // Физиология человека, 1982, №1.

165. Полянская Е.А. Возрастные особенности межполушарной функциональной асимметрии в динамике психомоторной активности: Канд. дисс. Ростов н/Д., 1998.

166. Понте JI. Левши плюсы и минусы // За рубежом, 1988, №51.

167. Практическая психология образования. / Под ред. И.В. Дубровиной — М., 2007.

168. Прахт Н.Ю. Межполушарпая асимметрия и межполушарное взаимодействие в когнитивных процессах в позднем возрасте (в норме и патологии). Автореф. дисс. к.психол. н. М., 2001.

169. Психическая и социально-психологическая адаптация: проблемы теории и практики / Под ред. М.А. Беребина. Челябинск, 2005.

170. Психологическое здоровье как условие самореализации личности: Материалы научно-практической конференции. Омск, 2008.

171. Психология личности в трудах зарубежных психологов / Сост. А.А. Реан СПб, 2000.

172. Психология личности в трудах отечественных психологов / Сост. Л.В. Куликов-СПб, 2001.

173. Психология подростка: (к 100-летию со дня рождения П. Д. Левитова): Межв. сб. науч. тр. / Моск. Пед. Ун-т. М., 1993.

174. Психология подростка: Хрестоматия / Сост. Ю. И. Фролов. М., 1997;

175. Реан А.А. Психология адаптации личности. СПб., 2006.

176. Реброва Н.П., Чернышева М.П. Функциональная межполушарная асимметрия мозга человека и психические процессы. — Спб., 2004.

177. Ремеева А.Ф. Индивидуально-типологические особенности познавательной деятельности подростков, обусловленные ФАМ, и процесс обучения: Дисс. к.психол. п. -М., 1998.

178. Ремшмидт X. Подростковый и юношеский возраст: Проблемы становления личности: Пер. с нем. -М., 1994.

179. Ротенберг B.C., Боидаренко С.М. Мозг, обучение, здоровье. М., 1989.

180. Рубинштейн С. Л. Проблемы общей психологии. М., 1973.

181. Руководство по функциональной межполушарной асимметрии / Под ред. В.Ф. Фокина. М., 2009.

182. Самосознание и защитные механизмы личности , Под ред. Д.Я. Райгородского. Самара-М., 2008.

183. Сантана Р.А. Нейропсихологический анализ школьной неуспеваемости в начальных классах. Автореф. дисс. к. психол. н. М., 1991.

184. Сафин В.Ф., Нурглыгаянов И.Н. Психология самоопределения и самооценки личности. Уфа, 2008.

185. Семенова JI.K., Васильева В.Д., Шумейко Н.С. Особенности ансамблевой организации коры большого мозга человека от рождения до 20 лет // Архив анатомии, гистологии и эмбриологии, 1989, т.97.

186. Семенович А.В. Межполушарная организация психических процессов у левшей с локальными поражениями головного мозга: Дисс. к. психол. н. -М., 1987.

187. Семенович А.В. Нейропсихологическая коррекция в детском возрасте. Метод замещающего онтогенеза. М., 2007.

188. Семенович А.В., Ковязина М.С. Межполушарное взаимодействие. М., 2009. .

189. Сербиенко М.В., Голицип Г.А., Репин В.Я. Об участии левого и правого полушарий в восприятии вербальных и невербальных сигналов // Бессознательное: природа, функции, методы исследования. Тбилиси, 1972, т.2.

190. Сердюковская Г.Н. Охрана здоровья детей и подростков и психогигиена леворуких // Леворукость у детей и подростков. М., 1987.

191. Силина Е.А., Евтух Т.В. Межполушарная асимметрия и индивидуальные различия. Пермь, 2005.

192. Симерницкая Э.Г. Доминантность полушарий. М., 1978.

193. Симонов В.Г. Диагностика личности и профессионального мастерства преподавателя М., 1995.

194. Симонова Г.И. Социальная адаптация школьников: теория и практика. Киров, 2004.

195. Симонова Г.И. Педагогическое сопровождение социальной адаптации учащихся образовательных учреждений: теория и практика. Дисс. д п.н. — Киров, 2006.

196. Сиротюк А.Л. Психологические условия деятельности учителя по развитию мышления младших школьников с учетом возрастной динамики функциональной асимметрии полушарий головного мозга. Дисс. канд. наук. Тверь, 1999.

197. Слободчиков В.И., Исаев Е.И. Психология человека. Введение в психологию субъективности. М., 1995.

198. Соколова Е.Н., Беридзе А.Д. Обучение письму леворуких детей .// Начальная школа. 1982. - №2.

199. Спрингер С., Дейч Г. Левый мозг, правый мозг. М., 1983.

200. Степанов В.Г. Профориентация. Функциональная асимметрия мозга и выбор профессии. М., 2008.

201. Степанова О.Б. Произвольная регуляция скорости движений рук у лиц с различными профилями латеральной организации мозга: Канд. дисс. — М., 2000.

202. Суворова В.В., Матова М.А., Туровская З.Г. Асимметрия зрительного восприятия. Психофизиологическое исследование. — М., 1988.

203. Тамуриди Р.И. Леворукие дети и индивидуальный подход к ним в процессе обучения письму // Начальная школа. 1953. - №10.

204. Толстых А.В. Инфантилизм подростка // Подросток и семья / Под ред. Д.Я. Райгородского. М., 2002.

205. Труш В.Д., Фришман М.Н. О взаимоотношениях между полушариями в процессе онтогенетического становления функций // Проблемы нейрокибернетики. Механизмы ФМА мозга. Элиста, 1985.

206. Урманцев Ю.А. Симметрия природы и природа симметрии. (Философские и естественнонаучные аспекты). М., 1974.

207. Фарбер Д.А., Бетелева Т.Г. Межполушарные различия механизмов зрительного восприятия в онтогенезе // Сенсорные системы. Сенсорные процессы и асимметрия полушарий. Л., 1985.

208. Федосова Н.А. Охрана здоровья леворуких детей // Начальная школа. -1987. №2.

209. Фельдштейн Д.И. Проблемы возрастной и педагогической психологии. -М., 1995.

210. Фельдштейн Д.И. Психология взросления. Структурно-содержательные характеристики процесса развития личности. Избранные труды -М., 1999.

211. Фельдштейн Д.И. Трудный подросток. М., 2008.

212. Фельдштейн Д.И. Человек в современном мире: тенденции и потенциальные возможности развития. -М., 2008.

213. Фомина И.Е. Становление индивидуального профиля асимметрии у человека // Материалы докладов конференции молодых ученых Северного Кавказа. Изд. РГУ, 1995.

214. Фурманова Н.В. Психологические характеристики адаптивной личности в период перехода к ранней взрослости. Автореф. дисс. канд. психол. н. — Ярославль, 2008.

215. Хисматуллина Ю.Р. Симметрия, асимметрия и диссимметрия в структуре и развитии живой материи. Дисс. канд. филос. н. Саратов, 2005.

216. Холл К.С., Линдсей Г. Теории личности. М., 1999.

217. Хомская Е.Д., Ефимова И.В., Сироткииа Е.Б. Межполушарная асимметрия и произвольная регуляция интеллектуальной деятельности (к проблеме психодиагностики) // Вопросы психологии, 1988, №2.

218. Хомская Е.Д., Гасимов Ф.М. Особенности пространственной ориентации испытуемых с различными профилями межполушарной асимметрии // Вестник МГУ, сер. 14 «Психология», 1991, №4.

219. Хомская Е.Д., Ефимова И.В. К проблеме типологий индивидуальных профилей межполушарной асимметрии мозга // Вестник МГУ, сер. 14 «Психология», 1991, №4.

220. Хомская Е.Д., Привалова Н.Н., Епиколопова Е.В. и др. Методы оценки межполушарной асимметрии и межполушарного взаимодействия. — М., 2007.

221. Хризман Т.П. Развитие функций детского мозга. JL, 1978.

222. Хьелл JL, Зиглер Д. Теории личности СПб, 2002.

223. Хэмбидж Д. Динамическая симметрия в архитектуре. М., 1936.

224. Чермит К.Д., Аганянц Е.К. Симметрия, гармония, адаптация. Р-на-Д., 2006.

225. Черниговская Т.В., Деглип B.1I. Метафорическое и силлогистическое мышление как проявление функциональной асимметрии мозга // Ученые записки Тартского университета, 1986, №720.

226. Чуприков А.Г1. Клинические особенности течения, асимметрия головного мозга, иммунологическая активность при эпилепсии: Автореф. канд. дисс., М., 1975.

227. Чуприков А.П. Антропоизомерия и охрана здоровья леворуких // Леворукость у детей и подростков. М., 1985. ;

228. Чуприков А.П., Гурова Е.Б., Власова Н.Ю., Ермакова И.Н. Распределение рукости и некоторых антропофизиологических признаков среди практически здорового населения Москвы // Мед. Р. Ж., разд. 14, 1980, №2.

229. Чуприков А.П., Казакова С.Е. Частота и клиническая характеристика неврозов у леворуких детей в условиях переучивания // Леворукость у детей и подростков. М., 1985.

230. Шумакова Е.Р. Межполушарная функциональная асимметрия в динамике бимануальной активности у детей 7-11 лет при обучении оригами. Дис. к.психол. п. Ростов н/Д., 2001.

231. Шмакова Л.А., Волошепко С.Е. Некоторые показатели структуры личности во взаимосвязи с тестом на аплодирование // Проблемы нейрокибернетики, Ростов н/Д., 1983.

232. Эриксон Э. Идентификация личности и путаница ролей // Психология личности / Под ред. Д.Я. Райгородского. Самара, 2000.

233. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. -М., 1996.

234. Янсон В.Н. Методологические аспекты изучения функциональной асимметрии человека // Леворукость, антропоизомерия и латеральная адаптация М., 1985.

235. Ahern G.L., Schwartz G.E. Different lateralization for psitive versus negative emotions // Neuropsychologia 1979. v. 17, №6.

236. Annett M., Manning M. The disadvantages of dextallity for intelligence // Brit. J. Psychol 1989. 80. №2.

237. Bakker D., Hoefkens M. Hemispheric specialization in children as reflected in the longitudinal development of car asymmetry // Cortex. 1979. v. 15

238. Harman D.W., Ray W.J. Hemispheric activity during affective verbal stimuli: an EEG study. Neuropsychologia - 1977. v. 15, №3

239. Hassler M. Functional cerebral assimetries and cognitive abilities in musicians, painters and control // Brain and Cogn. 1990. 13. №1.

240. Hick R.A., Pellegrini R.S. Handedness and anxiety. Cortex, 1978, v. 17.

241. Hugdahl K., Anderson B. Dichotic listening in 126 lift-handed children. // Neuropsychologia. 1989. 27, №7.

242. Fludd R. Medicina catholica. Frankfurt, 1629.

243. Frankfort F.N. Kingship and gods. London, 1948.

244. Glick S.D., Ross D.A. Lateralization of function in the rat brain. Basic mechanisms may be operative in humans // Trends. Neurosci. 1981. v.4.

245. Kimura D., Humphrys C.A. A comparison of left and rightarm movements during speaking // Neuropsychologia 1981. v. 19, №6.

246. Koch H.L. Twins and twin ralation. Chicago and London 1966.

247. Lansdell H. A sex difference in effect of temporal lobe neurosurgery on design preference // Nature. 1962. v. 194.

248. Lateralization in the nervous system. Ed. S. Harnad, R.W. Doty, e.a. New York, Academic Press, 1977.

249. Levi J., Gur R. Individual differences in psychoneurological organization // I. Neuropsychology of lefthandedness. N.Y., L. — 1980.

250. Lewis R., Kamptner N. Sex differences in spatial task performance of patients with and without unilateral cerebral lesions // Brain and Cogn. 1987. v.6, №2.

251. Longoni A. Age factors in lateral preferences // Arch, psical. neural, e. psichial.- 1988. v.49,№l. ■

252. McGlone J. Sex differences in human brain asymmetry: a critical survey // Behav. and Brain Sci 1980. vol.3, №2.

253. McManus I., Sik G., Cole D., Mellon A. The development of handedness in children // Brit. J. Dev. Psichol. 1988. v. 6, №3.

254. Origins and evolution of Language and speech. Ed. by S.R. Harnad,H.D. Steklis, and J. Lancaster (Annals of the New York Academy of Science, v. 280), New York, 1976.

255. Orme J.E. Left handedness, ability and emotional instability. Brit. J. Soc. Clin. Psychol, - 1970, v.9.

256. Peterson J.M., Lansky L.M. Left-hendedness among architests: partial repeication and some new data // Persept. Mot. Skills, v. 45, 3 Hfrt 2.

257. Porac C., Coren S., Duncan P. Lateral preference in retardates: Relationshins between hand, eye, foot, and ear preference. // J of clin. neuropsychology. 80. Vol. 2.

258. Subirana A. Handedness and cerebral dominance // Handbook of clinical neurology. Amsterdam, 1969. v. 3-4, Ch 13.

259. Tan U. Manual proficiency in Cattle's Intelligence Test in left-handed male and female subjects // Int. J. Neurosci. 1989. 44, №1-2.

260. Tan U. Nonverbal intelligence, familial sinistrality and left-handed ness // Int. J. Neurosci. 1989. 44, №1-2.

261. Tan U. Right and left hand skill in left-handers: distribution, leaning and relation to nonverbal intelligence // Int. J. Neurosci. 1989. 44, №3-4.

262. Tan U. The relationships between nonverbal intelligence and strength of left hand preference in left-handers to sex and familial sinistrality // Int. J. Neurosci. 1991. 57, №3-4.

263. Trotman S., ITummond G. Sex differences in task dependent EEG asymmetry // Psychophysiol 1979. vol.16, №5.1. Дорогой друг!

264. Психологическим Институтом Российской Академии Образования проводится исследование индивидуальных особенностей разных людей, в том числе особенностей построения ими движений.

265. Какая нога у Вас находится сверху, когда Вы сидитс. закинув ногу на ногу? левая правая когда как не знаю

266. Каким ухом Вы чаше прислушиваетесь? левым правым когда как не знаю

267. Каким глазом Вы смотрите в видоискатель фотоаппарата, кино- и видеокамеры? левым правым когда как не зпаю

268. К кому Вы сами себя относите, к левшам или правшам? к левшам к правшам к амбидексграм не знаю

269. Есть ли среди Ваших родственников левши? да нет не знаю

270. Текстовые задания включают в себя:1. Выявление асимметрии рук:

271. Рисование любого предмета по замыслу сначала одной, а затем другой рукой. Учитывается пе только, какой рукой испытуемый предпочел воспользоваться сам, но и сравнительное качество рисунков.

272. Открывание небольших коробочек. Ведущей считается та рука, которая совершает активное действие (открывает, закрывает).3. Толкание палкой шарика.4. Полив цветов.

273. Раскладывание карточек лото, игральных карт.

274. Игра в мяч. Учитывается то, какой рукой ребенок ловит и бросает мяч экспериментатору.8. Позвонить в колокольчик.

275. Нанизывание бисера на иголку с ниткой. Ведущей считается та рука, которая выполняет активное действие (нанизывает, протягивает по длине нитки), независимо от того, в какой руке ребенок держит иголку. :

276. Наматывание нитки на катушку. Учитывается именно активное действие (Можно активно наматывать нитку на катушку, а можно быстро двигать катушкой, в то время как другая рука лишь держит нитку).

277. Складывание мелких деталей в узкий цилиндр.

278. Развязывание узелков. Ведущей считается та рука, которая более активна, в то время как другая лишь держит узел.

279. Построение колодца из палочек, домика из кубиков. Как ведущая оценивается рука чаще берущая, укладывающая и поправляющая детали постройки.

280. Переливание воды из одного сосуда в другой.

281. Рисование завитков. Испытуемому предлагается «закрутить» или «раскрутить» спираль. Учитывается направление, выбранное испытуемым (по часовой стрелке выбор левшей, против часовой - правшей).

282. Зажигание спички. Учитывается, какое именно действие производит испытуемый: чиркает спичкой о коробок, либо держит спичку статично, перемещая коробок относительно ее.

283. Чистка обуви, одежды щеткой.

284. Отвинчивание гайки. Учитывается, вращает ли испытуемый саму гайку или предпочитает держать гайку рукой, вращая шляпку болта.

285. Стирает ластиком написанное.

286. Вдевание нитки в иголку. Учитывается, предпочитает ли испытуемый манипулировать ниткой при вдевании или же держит нитку, совершая активные движения иголкой.

287. Доставание бусинки (или любого другого мелкого предмета) ложечкой из высокого стакана. Данное задание требует ловкости, т.к. манипулировать со стаканом, помогая себе другой рукой, нельзя.

288. Переплетение пальцев рук в «замок». Учитывается большой палец какой руки оказывается сверху.

289. Закидывание ноги на ногу (ведущая нога оказывается сверху)

290. Измерение длины шага при ходьбе (шаг ведущей ноги оказывается больше).3. Топание ногой.

291. Вставание на стуле на одно колено.

292. Удар по мячу. Выявление асимметрии слуха:

293. Прислушивание к тиканью часов. Ведущее ухо выдвигается вперед.

294. Прикладывание к уху телефонной трубки.

295. Шепот. Учитывается то расстояние, с которого испытуемый сообщает что слышит произносимое; для ведущего уха это расстояние меньше.

296. Выявление асимметрии зрения:

297. Рассматривание чего либо в подзорную трубу (ее имитацию или детский калейдоскоп).

298. К кому Вы сами себя относите, к левшам, к правшам, к амбидекстрамобоеруким)? 2. Наличие семейной леворукости.1. Обработка.

299. Личностный профиль испытуемого

300. Проверка результатов тестирования на искренность

301. Ваше значение показателя MD (искренность)1. Полюс1. Полюс положительный1. А А