Содержание диссертации автор научной статьи: кандидат политических наук , Земскова, Елена Геннадьевна, 2006 год

Введение 2

Глава 1. Теоретичие ования изучения взаимязи вриятия вли и этноцентризма12

§1. Проц вриятия политичой вли: политико-хологичий анализ 12

§2. Некоторые факторы и бенни вриятия политичой вли ввременной Рии30

§3. Этноцентризм какбъективный компонент вриятия политичой вли 43

Выводы 53

Глава 2. Этноцентризм как фактор вриятия вли57

Характерика эмпиричого ледования57

§1. Образы политичой вливозь призму этноцентрскихереотипов 64

§2. Этноцентрский компонет вриятия политичих лидеров 85

§3. овные механизмы влияния этноцентризма на вриятие вли 102

Выводы117

Введение диссертации по психологии, на тему "Этноцентризм как фактор восприятия политической власти в современной России"

Актуальность диссертационного исследования

В последние два десятилетия Россия переживает процесс глубокой политической, экономической и социокультурной трансформации. Ситуация переходного периода остро поставила вопрос и о национально-государственной идентичности российского общества. Понятие «советская общность» ушло в историю с крахом СССР, однако в обществе до сих пор так и не было сформировано альтернативной модели политической самоидентификации. Любые попытки, которые предпринимались в этом направлении с начала 90-х годов, последовательно терпели неудачу.

Повсеместная актуализация этнической самоидентификации, которую можно наблюдать в последнее время в нашей стране, представляется в связи с этим отнюдь не случайной тенденцией. Ситуация ценностно-нормативного вакуума и отсутствие эффективного механизма ретрансляции официальных политических ценностей от государства к личности вынуждает массовое сознание в поисках новой идентичности обращаться к иным, архаическим пластам сознания. В этих условиях самоидентификация с этнической группой выступает наиболее естественным способом ответа на вопрос о своем месте в окружающем мире, выполняя в определенной степени ресоциализирующую функцию.

Оборотной стороной этих процессов стал рост этноцентризма (а в ряде случаев настроений ксенофобии), фиксируемый в российском обществе с середины 90-х годов1. Все это создает благодатную почву для политических манипуляций, которые используют отдельные политики и партии в своих политических целях. Так, весной 2005 года группа депутатов от фракции «Родина» и КПРФ направили в Генпрокуратуру скандально известное «антисемитское письмо», в котором потребовали запретить в России

1 Понятие «этноцентризм» используется в работе в самом широком его значении. Подробный анализ данного понятия сделан в §3 «Этноцентризм как субъективный компонент восприятия политической власти» главы I. деятельность ряда еврейских культурных организаций. Правда, уже в декабре того же года партию «Родина» лишили права участвовать в избирательной гонке на выборах в Мосгордуму, поводом для чего стал не менее скандальный агитационный видеоматериал, содержащий призывы к межнациональной розни. Стоит отметить, что этноцентризм в форме националистических настроений, периодически актуализируемых политиками, находит отклик и в политическом сознании россиян, определяя как восприятие ими политической власти в целом, так и конкретный электоральный выбор.

В этой связи научный интерес представляют этнокультурные и этнопсихологические аспекты процесса восприятия политической власти в условиях отсутствия целостной социально-политической идентичности в современной России. Поэтому центральной исследовательской проблемой стала проблема воспроизводства этноцентристских стереотипов в формирующихся в лшссовом сознании образах политической власти. Рассматриваемая проблема представляется весьма актуальной для современной политической науки, требующей разработки новых подходов, способных объяснить многообразие выявляемых образов власти в условиях политической трансформации.

В связи с поставленной проблемой объектом исследования стали образы власти у респондентов, идентифицирующих себя в качестве русских, предметом исследования - процесс и основные психологические механизмы воспроизводства этноцентристских стереотипов в восприятии политической власти.

Степень научной разработанности проблемы

На сегодняшний день не существует системного подхода к анализу данной проблемы. В то же время в рамках различных научных дисциплин (политической психологии, политологии, политической этнологии, этносоциологии, этнопсихологии и т.д.) имеется множество научных концепций, рассматривающих ее отдельные аспекты.

Одна группа концепций в рамках темы исследования связана с изучением проблемы восприятия политической власти. Следует отметить, что этот вопрос намного менее проработан в политической и психологической науке, например, по сравнению с анализом власти как таковой. В политической психологии существуют три основных направления изучения восприятия гражданами политической власти и отдельных политиков.

Первое направление разработано относительно подробно и концентрирует внимание на изучении образов самой власти и политических лидеров (Б. Глэд, М. Херманн, Д. Киндер, С. Фиске, Дж. Барбер, С. Барнер-Барри, Ф. Гринстайн и другие) . Основной акцент при этом ставится на анализе личности политиков. Среди отечественных авторов пристальным анализом образов политиков занимаются Е. Егорова-Гантман, Б. Макаренко, А. Соловьев, В. Шепель и другие . При этом следует выделить работы Е. Б. Шестопал, по мнению которой, анализ восприятии власти будет неполным без учета особенностей восприятия политических лидеров, через образы которых власть во многом получает персонифицированный характер4.

Второе направление исследует механизм политического восприятия или перцепции. Основные подходы к анализу коммуникативных аспектов восприятия политической власти были предложены в рамках теорий социальной перцепции, довольно подробно разработанных как в западной (С. Аш, Д. Брунер, Г. Келли, С. Московичи, М. Хьюстон и И. Яспарс и др.)5,

2 Glad В. The psychological Roots of Gorbachev's Performance as Leader of the Soviet Union. Paper Presented at the ISPP Meeting, Helsinki, 1991; Greenslein F. Personality and Politics. Princeton, 1987; Kinder D., Peters M., Abelson R, Fiske S. Presedential prototipes //Political behavior. - №2. - 1980. PP. 69-72; Winter D., Hermann M., Weintbraun W., Walker S. The personality of Bush and Gorbachev Measured at a Distance: Procedures, Portraits and policy in Political Psychology. -№ 2- 3. - Vol. 12.- 1991. PP. 101-143.

3 Имидж лидера /Под ред. Е.В.Егоровой - Гантман. М.,1994; Макаренко Б.И. Феномен политического лидерства в восприятии общественного мнения: уроки избирательных кампаний 1995 и 1996 годов // Вестник фонда «Российский общественно-политический центр». - №2. - 1996. С. 12-31; Соловьев А.И. Психология власти: противоречия переходных процессов // Власть многоликая. М., 1992. С. 78-132; Шепель В. М. Имиджелогия: Секреты личного обаяния. M., 1997.

4 Шестопал Е.Б. Психологический профиль российской политики 1990-х. М., 2000; Образы власти в постсоветской России / Под ред. Е.Б. Шестопал и др.

5 Asch S. Forming Impression of Personality //Journal of Abnormal and Social Psychology. - №1. - 1946. PP. 79-84; Брунер Дж. Психология познания. М., 1977; Келли Г. Процесс казуальной атрибуции // Современная зарубежная социальная психология. Тексты. М., 1984; Moscovici S. The Phenomenon of Social Representations так и в отечественной психологии (К. Абульханова-Славская, Г. Андреева, А. Бодалев, М.Бобнева, А. Донцов, Е. Егорова-Гантман и др.)6.

Существующие концепции, в целом, позволяют составить адекватное представление о процессе восприятия политической власти, а также психологических механизмах, функционирующих в рамках данного процесса.

Третье направление рассматривает ситуационный контекст, в котором происходит восприятие политической власти рядовыми гражданами. В настоящее время существует довольно большое число работ, посвященных анализу социально-политического контекста восприятия власти в современной России. Отметим лишь некоторые из них, в частности, работы Г. Дилигенского7, И. Дубова8, Ю. Ирхина9, С. Климовой10, Ю. Левады11, М.

Назарова , Д. Ольшанского и многих других.

Вторая группа концепций в рамках исследуемой темы посвящена изучению феномена этноцентризма, который попадает в поле зрения различных научных дисциплин - этнополитологии, социальной психологии, этнопсихологии и т.д. В настоящее время можно выделить два наиболее разработанных социально-психологических подхода к анализу этноцентризма, позволяющих прояснить истоки и содержание данного феномена. Farr R., Moscovici S. (eds.) Social Representations. Cambridge-Paris, 1984; flewston M., Jaspars H. Social Dimensions of Attributions //The Social Dimension (Ed. By H. Tajfel). Cambridge. 1984.

6 Андреева Г.М. Психология социального познания. М., 2000; Бодалев А.А. Восприятие и понимание человека человеком. М., 1981; Бабаева М.И. Психологические проблемы развития личности // Социальная психология личности. M., 1979; Имидж лидера/ Под ред. Е.В.Егоровой - Гантман. М.,1994.

7 Дилигенский Г.Г. Индивидуализм старый и новый (личность в постсоветском социуме) // Полис. - №3. -1999. С. 23-35.

8 Дубов И.Г., Пантелеев С.Р. Восприятие личности политического лидера // Психологический журнал. -Т.13.-№6,- 1992. С. 25-32.

9 Ирхин Ю.В. Психология и политика. М., 1993.

10 Климова С.Г., Якушева T.B. Образы политиков в представлении россиян // Полис - №6. - 2000. С. 12-31.

11 Левада IO.A. Человек лукавый: двоемыслие по-российски // Экономические и социальные перемены. -№1. - 2000. С. 57-83; Он же. Феномен власти в общественном мнении: парадоксы и стереотипы восприятия // Экономические и социальные перемены. - №5. - 1998. С. 98-145.

12 Назаров М.М. Об особенностях политического сознания в постперестроечный период// Социологические исследования. - №8. - 1993. С. 21-37.

13 Ольшанский Д.В. Б.Н. Ельцин на фоне массового сознания (политико-психологический портрет) // Психологический журнал. - №4. - 1992. С.91-123.

Одни концепции этноцентризма представлены теорией социальной идентичности, что позволяет выработать взгляд на этноцентризм как механизм трансформации позитивной этнической идентичности в постсоветский период. Основатель этой теории Г.Тэшфел14 выводил этноцентризм из стремления индивидов к положительной Я-концепции. Групповое поведение, основанное на дискриминации по отношению к аутгруппе и вере в превосходство ингруппы, исследователь рассматривал как проявление защитной реакции, возникающей из ощущения угрозы собственной группе. В рамках этого подхода развиваются и отечественные социально-психологические концепции этноцентризма (Е.В. Улыбина, И.Р. Сушков, В.А. Соснин, Ю.Б.Захарова, И.Б. Андрущак и др.),5.

Круг тесно связанных с этноцентризмом вопросов (ингрупповая-аутгрупповая дифференциация, «воинствующий национализм», экстремизм, национальная нетерпимость, ксенофобия, межэтнические конфликты и т.д.) подробно затрагиваются в работах отечественных этнопсихологов, этносоциологов и социологов (JI.M. Дробижева, Г.У. Солдатова, Т.Г. Стефаненко, С.В. Рыжова, Л.И. Науменко, Н.М. Лебедева, Л.Г.ГТочебут, П.Н.Шихирев и др.)16. Из всей совокупности можно также выделить исследования этноцентристских установок среди русских (Л.Д.Гудков,

14 Tajfel Н. Social identity and intergroup behavior// Advances in group processes. L., 1985. PP. 77-121.

15 Улыбина Е.В. Психология обыденного сознания. М., 2001; Сушков И.Р. Самокатегоризация и групповые феномены // Психологический журнал. - №3. - Т.14. - 1993. С. 115-125; Соснин В.А. Культура и межгрупповые процессы: этноцентризм, конфликты и тенденции национальной идентификации // Психологический журнал. - Т. 18. - №1. - 1997. С.50-60; Захарова Ю.Б. О моделях психологической защиты на уровне межгруппового взаимодействия // Вестник МГУ. Сер.14. Психология. - №3. - 1991. С.11-17; Андрущак И.Б. Этноцентризм как социально-психологический феномен в условиях социоэтпических изменений. М., 1998 и др.

16 Солдатова Г.У. Психология межэтнической напряженности. М., 1998; Стефаненко Т.Г. Социальная психология этнической идентичности. М., 1999; Почебут Л.Г. Психология социальных общностей. СПб., 2002; Шихирев П.Н. Проблемы исследования межгрупповых отношений // Психологический журнал. - №1. - Т. 13. - 1992. С. 15-23; Дробижева Л.М. Интеллигенция и национализм: Опыт постсоветского пространства // Этичность и власть в полиэтнических государствах / Под ред. Дробижевой Л.М. М., 1994. С. 49-60; Лебедева Н.М. Теоретико-методологические основы исследования этнической идентичности и толерантности в поликультурных регионах России и СНГ // Идентичность и толерантность / Под ред. Лебедевой Н.М. М., 2002. С. 47-56; Науменко Л.И. Этническая идентичность: Проблемы трансформации в постсоветский период // Этническая психология и общество / Под ред. Лебедевой Н.М. М., 1997. С. 32-48; Рыжова С. Личностные аспекты национализма: от этнонегативизма к гиперидентичности // Идентичность и конфликты в постсоветских государствах / Под ред. Лебедевой Н.М. М., 1997. С. 87-124. и др.

Ю.А.Левада, А. Малашенко, С.В.Рыжова, З.В.Сикевич, Е.Б.Шестопал, В.Ф.Петренко и др.)17.

В рамках психоаналитического подхода к анализу этноцентризма наибольший интерес для исследования представляют концепции авторитаризма, рассматривающие этот феномен как устойчивую характерологическую черту авторитарной личности (Э.Фромм, В.Райх, Т.Адорно и др.) 18.

Цели и задачи диссертационного исследования

Целью диссертационного исследования стало изучение этноцентризма как фактора восприятия политической власти в современной России.

Данная цель определила постановку и решение следующих задач диссертационного исследования. В теоретической части:

1) На основе анализа и обобщения современных представлений о восприятии власти были выделены основные элементы структуры образа власти и уровни ее восприятия личностью, а также психологические механизмы восприятия власти, связанные с процессом межгруппового взаимодействия.

2) Рассмотрено влияние фактора отсутствия целостной социально-политической идентичности в постсоветской России на актуализацию этноцентризма как способа политической самоидентификации.

3) На основе анализа и обобщения современных теоретических представлений об этноцентризме проанализирован этноцентризм как субъективный компонент восприятия политической власти.

В эмпирической части:

17 Гудков Л.Д. Негативная идентичность. М., 2005; Левада Ю.А. Новый русский национализм: амбиции, фобии, комплексы И Экономические и социальные перемены. М., 1999. С. 124-165; Малашенко А. Ксенофобии в постсоветском обществе // Нетерпимость в России: старые и новые фобии / Под ред. Витковской Г. и Малашенко А. М., 1999. С.31-47; Рыжова С.В. Установки этнического самосознания русских // Конфликтная этничность и этнические конфликты / Под ред. Лебедевой H.M. М., 1995. С. 44-58; Сикевич 3.B. Русские: «образ народа» (социологический очерк). СПб., 1997; Шестопал Е.Б., Брицкий Г.О. Этнические стереотипы русских // Социологические исследования. - №4. - 1999. С. 23-35; Петренко В.Ф., Митина О.В. и др. Психосемантический анализ этнических стереотипов: лики толерантности и нетерпимости. М., 2000 и др.

18 Фромм Э. Бегство от свободы. М., 1991; Райх Э. Психология масс и фашизм. М., 1995; Адорно Т. Исследования авторитарной личности. М., 2003 и др.

1) Обоснованы методологические подходы к проведению исследования.

2) Разработана методика и процедура проведения эмпирического исследования, собран и обработан эмпирический материал.

3) Выявлен и проанализирован этноцентризм как фактор восприятия политической власти.

Теоретическая и методологическая основа диссертационного исследования

Первый блок теоретических основ диссертационного исследования составила концепция исследования образов политической власти, разработанная на кафедре политической психологии МГУ им. М.В. Ломоносова под руководством профессора Е.Б. Шестопал. Основное содержание концепции включает, в том числе, тезис о субъективном измерении политики, воздействующем на макроуровень политических процессов. Данные положения нашли отражение в трудах таких ученых кафедры, как С.В. Нестерова, Л.А. Преснякова, Е.А. Киктева и др19.

Второй блок составили теория социальной перцепции Д.Брунера, социальной атрибуции М. Хьюстона и И. Яспарса, а также теория стереотипа У.Липпмана, Г. Боденхаузена, Д.Гамильтона и С.Шерпа и др., позволяющие выявить особенности политической перцепции, связанные с процессом межгруппового взаимодействия.

Третий блок диссертационного исследования включил концепции авторитаризма В.Райха, Э.Фромма, Т.Адорно, рассматривающие этноцентризм как характерологическую черту авторитарной личности, и, в частности, модель влияния авторитарного синдрома на индивидуальное восприятие политической власти Л.А.Пресняковой.

19 Нестерова С.В. Политико-психологический анализ восприятия российских политических лидеров (19961999 г.). Автореф. диссер. канд. политических наук. М., 2001; Преснякова Л.А. Влияние авторитарного синдрома на индивидуальное восприятие политической власти в России (1990-е годы). Автореф. диссер. канд. политических наук. М., 2001; Киктева Е.А. Особенности формирования негативного образа регионального политического лидера. Политико-психологический анализ. Автореф. диссер. канд. политических наук. М., 2003 и др.

Четвертый блок составили теория социальной идентичности Г.Тэшфела и развиваемые в ее рамках отечественные концепции трансформации этнической идентичности на постсоветском пространстве (Г.У.Солдатова, Н.М.Лебедева, Т.Г.Стефаненко и др.), позволяющие выработать взгляд на этноцентризм как способ политической самоидентификации в условиях трансформационных изменений.

Эмпирической базой диссертационного исследования стали результаты исследования, проведенного автором в 2002-2005 гг. В эмпирическом исследовании использовались качественные методы сбора и анализа данных - глубинные интервью и тесты. Для количественного анализа использовалась вторичная интерпретация данных социологических опросов, проведенных

20 21 22 ВЦИОМ , ФОМ , Центром Ю.Левады , Научно-экспертного совета при

Председателе Совета Федерации РФ за 2002 год , а также результатов исследований, выполненных кафедрой политической психологии МГУ им.

М.В. Ломоносова в 1993-2001 годах24.

Научная новизна диссертационного исследования

1. Впервые на эмпирическом материале проведено изучение этноцентризма как механизма политической самоидентификации в условиях трансформационных изменений.

2. Получены эмпирические данные, позволяющие проследить соотношение этноцентристских стереотипов и образов власти у респондентов, идентифицирующих себя в качестве русских.

20 См. Перемены в жизни россиян: 2000-2002 гг. // www.wciom.ru/wc iom/new/public own/030121 -life.html; Россияне и нородцы. ВЦИОМ. Пресс-выпуск.- №132. - 23-24 октября - 2004 г. // uuw.wciom.ru/?pt~48&article983; Общественное мнение-2002. По материалам исследований 1989-2002 гг. М., 2002.

21 См. Ксенофобия в российском обществе. 2002 г. // www. bd.fom.ru/report/cat/societas/nation/xenophobia/oro21606

22 См. Межнациональные и межгосударственные отношения: август 2004 // www.Ievada.ru/press/2004090601 .html; Отношение жителей России к различным национальностям. Данные опроса общественного мнения аналитического Центра Юрия Левады за ноябрь 2004 года // Вестник общественного мнения. Данные. Анализ. Дискуссии. - январь-фераль 2005 г. - №1 (75). С.95-102.

23 См. Аналитический доклад «10 лет российских реформ глазами россиян» // Научно-экспертный совет при Председателе Совета Федераций РФ - 2002 г.// http://se-council.mironov.ru/section9.phtml

24 См. Шестопал Е.Б. Политическая психология. M., 2002; Шестопал Е.Б. Психологический профиль российской политики 90-х. M., 2000; Шестопал Е.Б. Образы власти в постсоветской России. М., 2004 и др.

3. Проанализирована специфика складывающихся образов власти и политических лидеров на содержательном уровне у респондентов, идентифицирующих себя в качестве русских.

4. Выявлены и описаны основные механизмы, функционирующие в рамках данного процесса у указанных респондентов.

Теоретическая значимость диссертационного исследования В работе предложена теоретическая модель, позволяющая описать характер и механизмы влияния этноцентризма на восприятие политической власти в постсоветской России в условиях трансформационных изменений. Практическая значимость диссертационного исследования Материалы диссертации могут быть использованы при подготовке общих и специальных курсов в преподавании политической психологии и этнополитологической конфликтологии, которые помогут выработать понимание сущности политических процессов в условиях полиэтничного общества, а также будут способствовать выработке практических представлений по разрешению конфликтных ситуаций в этих сообществах. Результаты исследования могут быть также использованы для изучения состояния и динамики политико-психологических состояний групп И слоев населения, изучения восприятия политической власти гражданами, а также при прогнозировании изменения образа власти.

Апробация основных выводов диссертационного исследования Основное содержание и выводы диссертационного исследования излагались на заседаниях и научных семинарах кафедры политической психологии философского факультета МГУ им М.В. Ломоносова, Центра цивилизационных и региональных исследований РАН, на III Всероссийском конгрессе политологов «Выборы в России и российский выбор» в 2003 году, на международной научной конференции «Иерархия и власть» в 2004 году, на международном научно-образовательном форуме «20 лет перестройке» в 2005 году, представлены в статьях и тезисах конференций.

Структура диссертационного исследования

Диссертационное исследование состоит из введения, двух глав, 6 параграфов, заключения, библиографии и приложений.

Заключение диссертации научная статья по теме "Политическая психология"

Таким образом, эмпирическое исследование позволило выявить ряд существенных отличий в образах власти у этноцентристской и контрольной группах респондентов. Выяснилось, что этноцентристские стереотипы выполняют функцию воспроизводства, опосредуя содержание образов власти с авторитарных и морально-этических позиций.

Так, анализ когнитивного компонента на основе смысловых категорий образов власти указывает на то, что восприятие власти в этноцентристской груше происходит во многом с позиций морально-этических и силовых черт. На наш взгляд, это свидетельствует о распространении авторитарно-патерналистских установок среди опрошенных, проявляющихся в интерпретации главной функции власти как «заботы», «опеки» по отношению к населению. В то время как в контрольной группе ярко выражено восприятие власти с точки зрения ее функциональности.

Анализ эмоционального компонента образа реальной власти свидетельствует о том, что она воспринимается в негативных тонах в обеих группах респондентов, что выражается в низкой степени доверия к органам власти и политическим институтам, а также восприятии власти, в целом, как «закрытой», «отчужденной» системы. Кроме того, в обеих группах распространено ощущение политической ситуации как «кризисной», «тупиковой». Однако если у респондентов этноцентристской группы доминируют такие отрицательные эмоции как тревога, страх, подавленность, то отношение к власти в группе респондентов контрольной группы характеризуется меньшей интенсивностью эмоциональных оценок, которые в ряде случаев носят нейтральный характер.

Доминирование данных качеств в восприятии власти может быть понято с учетом особенностей этнической самоидентификации респондентов. Так, аутостереотип респондентов в этноцентристской группе носит традиционный архетипический характер, указывающий на доминирование в образе «русского» морально-этических, групповых и силовых» черт. Анализ системы гетеростереотипов свидетельствует о том, что их формирование происходит на основе противопоставления «своих» и «чужих» в рамках социо- и этнокульутрных различий, также концентрирующихся в морально-этических представлениях.

Во многом с позиций приписываемых психологических и морально-этических качеств происходит и восприятие политических лидеров. Однако психологические качества политиков оцениваются респондентами в обеих группах по-разному. Если для респондентов этноцентристской группы особую значимость приобретают волевые качества политиков, то для контрольной группы респондентов более значимыми становятся их интеллектуальные характеристики, которые оказываются непосредственно связанными с их политической эффективностью.

Восприятие реальных и идеальных политиков с позиции морально-этических качеств отчетливо доминирует в группе этноцентристской группе, что указывает на распространение представлений о политике как о «любящем, заботливом отце». Можно сказать, что респонденты этого типа ждут от власти покровительства и защиты, отсюда доминирование персонифицированного восприятия власти, в рамках которого политические лидеры воспринимаются как субъекты и творцы политики. Напротив, респонденты контрольной группы во многом воспринимают власть как инструмент политической системы, а политиков - как ее функцию.

Респонденты этноцентристской группы проявляют слабый интерес к политико-идеологическим позициям политиков, интерпретируя политико-идеологические качества лидеров согласно дихотомии «за народ - против народа». В то же время доминирующей бинарной оппозицией в этом случае дихотомия «самостоятельный политический курс - реализация «чужих» интересов».

Полученные данные также показали, что доминирование этноцентристских стереотипов не означает проявления политической симпатии по отношению к политикам, выступающим с этноцентристских позиций. В частности, анализ рационального уровня образов политиков выявил высокую степень негативных представлений по всем выделенным параметрам, с наибольшей концентрацией по параметрам сила-слабость и привлекательность.

Специфика негативных представлений этноцентристской группы о политических лидерах может быть понята с учетом такой особенности этнической самоидентификации, как персонифицированный характер аутостереотипа и доминирование в нем идеальных черт. Анализ идеального образа политика во взаимосвязи с этноцентристскими стереотипами выявил высокую степень идентификации с идеальным (прототипическим) образом «русского», доминантными чертами которого оказываются морально-этические, «силовые» характеристики и ориентация на групповые ценности и нормы. В связи с этим исследование зафиксировало превалирование в образе идеального «русского» исторических фигур прошлого - правителей и полководцев, которым в восприятии опрошенных отводится функциональная роль «защитников» и «спасителей».

Результаты эмпирического исследования указывают на то, что негативное восприятие власти в обеих группах респондентов опирается на различные основания. В данном случае речь идет о различных механизмах, функционирующих в процессе восприятия власти. Анализ психологической структуры образа реальной власти у респондентов обоих типов указывает на то, что власть выпадает из категории «мы»-«свой» и приобретает антагонистический характер.

Однако если респонденты контрольной группы мотивируют свое неприятие власти аргументами рационального содержания, то в этноцентристской группе респондентов механизм причинности носит ярко выраженный персонифицированный характер, а реальная власть со всеми ее характеристиками приобретает яркие очертания образа «теневой власти».

В данном случае субъект власти отождествляется с представителями конкретных этнических групп воспринимаемых как «чужие». В основе этого процесса функционирует механизм аутгрупповой враждебности, специфика функционирования которого заключается в том, что на носителей образа «теневой» власти переносится весь комплекс негативных признаков-атрибуций, приписываемых респондентам «чужим» в целом.

Проекция негативных черт образа «чужого» на комплекс представлений о реальной власти приводит к доминирующему восприятию респондентами себя в качестве «жертвы», что актуализирует неудовлетворенные потребности в любви и безопасности, скрывающиеся за отторжением власти. В данном случае актуализация этнической самоидентификации является своего рода компенсацией разрушенной идентификации с властью. Власть не может предоставить никакой иной модели для идентификации, например, гражданской, отсюда всплеск этнической, как наиболее архетипической модели.

На это вывод указывает, в частности, анализ мотивационно-потребностного компонента этнической самоидентификации респондентов, в рамках которого субъективно воспринимаемая принадлежность к собственной этнической группе позволяет респондентам обрести чувство личной значимости и защищенности.

Максимально близкой к категории «мы»-«свой» оказывается образ идеальной власти. При этом основным психологическим механизмом восприятия оказывается механизм ингруппового фаворитизма, посредством которого все успехи интерпретируются с точки зрения членства в собственной группе, воспринимаемой в качестве референтной. В связи с этим идентификация с идеальной властью во многом происходит на основе конструирования образа идеального политического лидера. При этом на восприятие идеального лидера проецируется комплекс морально-этических и силовых характеристик, сконцентрированных в образе «идеального русского». В восприятии респондентов только власть во главе с политическим лидером, воспринимаемым в качестве «своего», способна возродить утраченную гражданскую идентичность.

Заключение

Вопрос о восприятии политической власти в условиях трансформационных изменений является для современной России одним из важнейших. Именно на основе этого восприятия российские граждане строят свое политическое поведение, в том числе и электоральное. В работе было отмечено, что одним из главных контекстуальных факторов, определяющих гражданами нынешнее восприятие власти, явилось отсутствие целостной социально-политической идентичности в результате разрушения системы прежних культурных символов, поддерживавших идентичность личности в советский период.

В этой связи актуализация самоидентификации широких слоев населения по этническому признаку рассматривалась в данной работе как компенсация утраченной идентичности или форма поиска новой, что характерно для периодов глубинных социально-политических трансформаций, характеризующихся распадом прежних моделей идентичности.

В данном случае самоидентификация с этнической группой выступает наиболее естественным способом политической самоидентификации, поскольку в условиях отсутствия эффективного механизма ретрансляции новых политических ценностей от государства к личности может выступать «аварийной группой поддержки», концентрирующей весь каркас репрезентационной политической картины мира российского общества. Однако в постсоветский период, как было показано в работе, развитие процессов этнической самоидентификации зачастую сопровождается ростом этноцентризма.

В этой связи в работе было высказано предположение, что в условиях трансформационных изменений этноцентризм может оказываться субъективным компонентом восприятия власти. В работе был выработан взгляд на этноцентризм, с одной стороны, как механизм трансформации позитивной этнической идентичности в постсоветский период, а с другой стороны, как одну из составляющих авторитарной структуры личности.

В первом случае этноцентризму отводится защитная психологическая реакция, направленная на повышение статуса «своей» этнической группы, через психологическое слияние с которой индивид обретает чувство собственной значимости и защищенности. Тем самым создаются основания для формирования политической идентичности, выстраиваемой по принципу противопоставления «своей» и «чужой» общности. В рамках данного процесса происходит, в частности, актуализация образа «теневой власти», ассоциируемая с представителями «чужой» этнической группы.

Рассмотрение этноцентризма в контексте концепций авторитаризма акцентировало внимание на этноцентризме как одном из проявлений авторитарного синдрома в структуре личности. В работе, в частности, было показано, что авторитарный синдром продуцирует негативные особенности восприятия политической власти, что выражается в высоком уровне рассогласования образов власти, потребности в подчинении жестким и сильным лидерам, а также патерналистских ожиданий от власти.

В этой связи главным вопросом эмпирического исследования стал вопрос о характере и механизмах влияния этноцентризма на восприятие политической власти.

В ходе эмпирического исследования нашла подтверждение гипотеза о том, что этноцентритские стереотипы связаны с преобладанием в образах власти авторитарно-патерналистских характеристик. Тем самым было продемонстрировано, что этноцентристские стереотипы выполняют функцию воспроизводства, опосредуя содержание образов власти с авторитарных и морально-этических позиций. На наш взгляд, это свидетельствует о распространении авторитарно-патерналистских установок среди опрошенных, проявляющихся в интерпретации главной функции власти как «заботы», «опеки» по отношению к населению.

В работе было показано, что доминирование данных качеств в восприятии власти может быть понято с учетом особенностей этнической самоидентификации респондентов. Было показано, что этноцентристский аутостереотип носит традиционный архетипический характер, связанный с доминированием в образе «русского» морально-этических, групповых и «силовых» черт. В свою очередь, анализ системы гетеростереотипов показал, что их формирование происходит на основе противопоставления «своих» и «чужих» в рамках социо- и этнокульутрных различий, также концентрирующихся в морально-этических представлениях.

Эмпирическое подтверждение получила и вторая гипотеза о том, что этноцентристские стереотипы не связаны с политической симпатией к политикам, выступающим с этноцентристских позиций. В работе было показано, что восприятие политических лидеров происходит с позиций приписываемых им психологических и морально-этических качеств, среди которых особую значимость приобретают волевые качества политиков. Однако действующие политики оцениваются по этим параметрам негативно. В частности, анализ рационального уровня образов политиков выявил высокую степень негативных представлений по всем выделенным параметрам, с наибольшей концентрацией по параметрам сила-слабость и привлекательность.

В работе было также показано, что восприятие политиков не связано с их политико-идеологической ориентацией. Респонденты проявляют слабый интерес к политико-идеологическим позициям политиков, интерпретируя политико-идеологические качества лидеров согласно дихотомии «за народ -против народа». В то же время доминирующей бинарной оппозицией в этом случае оказывается дихотомия «самостоятельный политический курс -реализация «чужих» интересов».

Специфика этноцентристских представлений о политических лидерах может быть понята с учетом такой особенности этнической самоидентификации, как персонифицированный характер аутостереотипа и доминирование в нем идеальных черт. Анализ идеального образа политика во взаимосвязи с этноцентристскими стереотипами выявил высокую степень идентификации с идеальным (прототипическим) образом «русского», доминантными чертами которого оказываются морально-этические, «силовые» характеристики и ориентация на групповые ценности и нормы. В связи с этим исследование зафиксировало превалирование в образе идеального «русского» исторических фигур прошлого - правителей и полководцев, которым в восприятии опрошенных отводится функциональная роль «защитников» и «спасителей».

В работе нашла подтверждение третья гипотеза, согласно которой влияние этноцентризма на восприятие власти связано с механизмами межгруппового взаимодействия. В частности, было показано, что актуализация этнической самоидентификации является своего рода компенсацией разрушенной идентификации с властью. Власть не может предоставить никакой иной модели для идентификации, например, гражданской, отсюда всплеск этнической, как наиболее архетипической модели.

Анализ психологической структуры образа реальной власти указал на то, что действующая власть выпала из категории «мы»-«свой» и приобрела антагонистический характер. Результатом этого стало формирование образа «теневой власти», ассоциируемой в представлении респондентов с этническими «чужими». В рамках этого процесса функционирует механизм аутгрупповой враждебности, заключающийся в приписывании носителям «теневой власти» всего комплекса негативных признаков-атрибуций, отождествляемых с этническими «чужими» в целом.

Проекция негативных черт образа «чужого» на комплекс представлений о реальной власти приводит к доминирующему восприятию респондентами себя в качестве «жертвы», что актуализирует неудовлетворенные потребности в любви и безопасности, скрывающиеся за отторжением власти. На это вывод указывает, в частности, анализ мотивационно-потребностного компонента этнической самоидентификации респондентов, в рамках которого субъективно воспринимаемая принадлежность к собственной этнической группе позволяет респондентам обрести чувство личной значимости и защищенности.

Напротив, как было показано в исследовании, максимально близкой к категории «мы»-«свой» оказывается образ идеальной власти. При этом основным психологическим механизмом восприятия оказывается механизм ингруппового фаворитизма, посредством которого все успехи интерпретируются с точки зрения членства в собственной группе, воспринимаемой в качестве референтной. В связи с этим идентификация с идеальной властью во многом происходит на основе конструирования образа идеального политического лидера. При этом на восприятие идеального лидера проецируется комплекс морально-этических и силовых характеристик, сконцентрированных в образе «идеального русского». В восприятии респондентов только власть во главе с политическим лидером, воспринимаемым в качестве «своего», способна возродить утраченную гражданскую идентичность.

Тем самым впервые на эмпирическом материале было проведено изучение этноцентризма как механизма политической самоидентификации в условиях трансформационных изменений, что позволяет выявить многообразие образов политической власти, формирующихся в политическом сознании россиян в постсоветский период. Были получены эмпирические данные, позволяющие проследить соотношение этноцентристских стереотипов и образов власти у респондентов, идентифицирующих себя в качестве русских. Проанализирована специфика складывающихся образов власти и политических лидеров на содержательном уровне у респондентов, идентифицирующих себя в качестве русских, а также выявлены и описаны основные механизмы, функционирующие в рамках данного процесса у указанных респондентов.

В результате в работе предложена теоретическая модель, позволяющая описать характер и механизмы влияния этноцентризма на восприятие политической власти в постсоветской России в условиях трансформационных изменений, что, на наш взгляд, во многом может способствовать выработке практических представлений по разрешению конфликтных ситуаций в полиэтничных изменяющихся сообществах.

Источники:

Список литературы диссертации автор научной работы: кандидат политических наук , Земскова, Елена Геннадьевна, Москва

1. Аналитический доклад «10 лет российских реформ глазами россиян». Научно-экспертный совет при Председателе Совета Федераций РФ - 2002 г. // http://se-council.mironov.ru/section 9.phtml

2. Ксенофобия в российском обществе. 2002 г. ФОМ // www. bd.forn.ru/report/cat/societas/nation/xenophobia/offl21606

3. Массовое сознание россиян в период общественной трансформации -реальность против мифов. Аналитический доклад по заказу московского представительства Фонда им. Ф. Эберта. Москва, январь 1996 г. //http://www.nns.ru/analytdoc/doclad.html

4. Межнациональные и межгосударственные отношения: август 2004 год. Аналитический Центр Ю.Левады // www.levada.ru/press/2004090601 .html

5. Общественное мнение 2002. По материалам исследований ВЦИОМ 1989-2002 гг. М., 2002.

6. Отношение жителей России к различным национальностям. Данные опроса общественного мнения аналитического Центра Юрия Левады за ноябрь 2004 года // Вестник общественного мнения. Данные. Анализ. Дискуссии. январь-фераль 2005 г. - №1 (75). С.95-102.

7. Перемены в жизни россиян. ВЦИОМ. 2000-2002 гг. // www.wciom.ru/wciom/new/publicown/030121-life.html

8. Россияне и инородцы. ВЦИОМ. Пресс-выпуск,- №132. 23-24 октября - 2004 г. // www.wciom.ru/?pt=48&article 983.1. Научные статьи:

9. Аванесова Г.А. Культурно-ориентированная модернизация России // Социально-гуманитарные знания. №4. - 2000. С. 42-53.

10. Аверинцев С. О некоторых константах традиционного русского сознания // Открытая политика. № 9-10. -1999. С.89-94.

11. Андреева Г.М. Интерпретация причин поведения другого человека // Теоретические и прикладные проблемы психологии познания людьми друг друга. М., 1979. С. 78-136.

12. Аронсон Э. Теория диссонанса: прогресс и проблемы // Современная зарубежная социальная психология. Тексты. М., 1984. С. 121-145.

13. Артановский С.Н. Этнонационализм и «возврат» к этничности // Этническое обозрение. №5. - 1992. С.91-123.

14. Ахиезер А.С. Культурные основы этнических конфликтов // Общественные науки и современность. 1996. - №2. - С. 14-26.

15. Башкирова Е.И. Трансформация ценностей российского общества // Полис. №6. - 2000. С. 71-84.

16. Болл Т. Власть // Полис. №5. - 1993. С. 21-46.

17. Бредникова О. «Вообще-то я русский, но когда у нас в Питере бросают мимо мусор, я чувствую, что я все-таки немец.» // Конструирование этничности / Под ред. Воронкова В., Освальда И. СПб., 1998. С. 254-321.

18. Бороноев А.О., Смирнов П.И. Российский менталитет и реформы // Общество и политика: Современные исследования, поиск концепций / Под ред. Бороноева А.О. СПб., 2000.С. 274 302.

19. Винокурова У.А. Стереотипы национального самосознания народа саха и русских-якутян // Суверенитет и этническое самосознание наций: идеология и практика / Под ред. Дробижевой Jl.M. М., 1995. С. 36-48.

20. Вокогонова О.Д., Татаренко И.В. Этническая идентификация русских или искушение национализмом // Мир России. №2. - 2001. С. 149-166.

21. Воропаева Т.С. Идентификация как механизм формирования этнического самосознания // Мир психологии и психология в мире. №1. — 1995. С. 7-12.

22. Гельман В.Я. Постсоветские политические трансформации // Полис. -№1.-2001. С. 21-32.

23. Гозман Л.Я. Психология в политике от объяснений к воздействию // Вопросы психологии. - №1. - 1992. С.52-64.

24. Гозман Л.Я., Эткинд A.M. Люди и власть: от тоталитаризма к демократии // В человеческом измерении / Под ред. Гозмана Л.Я. М., 1989. С. 47-59.

25. Гозман Л.Я., Эткинд A.M. «Метаморфозы» или реальность? Психологический анализ советской истории // Вопросы философии. №3. -1993. С. 19-21.

26. Горин Г. Национальные лидеры России // Власть №5. - 1999. С. 1534.

27. Гришко А.А. Некоторые особенности социальной категоризации политики в современной России. К построению профиля идеального президента // Психология восприятия власти / Под ред. Шестопал Е.Б. М., 2002.

28. Грунт З.А., Кертман Г.Л., Павлова Т.В., Патрушев С.В., Хлопин Д.А. Российская повседневность и политическая культура: проблемы обновления // Полис. №4. - 1996. С.57-68.

29. Гудков Л.Д. Русский неотрадиционализм // Экономические и социальные перемены. Мониторинг общественного мнения. №2. - 1997. С. 25-37.

30. Гудков Л.Д. Этнические фобии в структуре национальной идентификации // Мониторинг общественного мнения ВЦИОМ. №15. -1995. С.101-143.

31. Дилигенский Г.Г. Индивидуализм старый и новый (личность в постсоветском социуме) // Полис. №3. - 1999. С. 23-35.

32. Дилигенский Г.Г. О политическом рынке и рациональном выборе в российских условиях // Полис. №2. — 2000. С. 67-73.

33. Дробижева J1.M. Интеллигенция и национализм: Опыт постсоветского пространства // Этничность и власть в полиэтнических государствах / Под ред. Дробижевой Л.М. М., 1994. С. 49-60.

34. Дробижева Л.М. Этническое самосознание русских в современных условиях: идеология и практика // Советская этнография. №1. - 1991. С. 1225.

35. Дубин Б. Запад, граница, особый путь: символика «другого» в политической мифологии современной России // Мониторинг общественного мнения: экономические и социальные перемены. №6. - 2000. С. 25-34.

36. Дубов И.Г., Пантелеев С.Р. Восприятие личности политического лидера // Психологический журнал. Т. 13. - №6. - 1992. С. 25-32.

37. Евгеньева Т.В. Архаическая мифология в современной политической культуре // Политая. №1. - 1999. С. 33-47.

38. Евгеньева Т.В. Социально-психологические основы формирования политической мифологии // Современная политическая мифология: содержание и механизмы функционирования / Сб. ст. Сост.: Логунов А.П., Евгеньева Т.В. М., 1996. С. 12-25.

39. Евгеньева Т.В. Культурно-психологические основания и основные характеристики образа «теневой власти» в сознании россиян // Микрополитика. Субъективные аспекты политического процесса / Под ред. Шестопал Е.Б. М., 2004. С. 5-17.

40. Евгеньева Т.В. Культурно-психологические основания формирования образа «Другого» в современной России // «Чужие» здесь не ходят / Отв. Ред. Евгеньева Т.В. М., 2004. С. 39-58.

41. Евгеньева Т.В. Перспективы российской демократической власти и архетипы российской ментальности // Образы власти в постсоветской России / Под ред. Шестопал Е.Б. М., 2004. С.24-32.

42. Захарова Ю.Б. О моделях психологической защиты на уровне межгруппового взаимодействия // Вестник МГУ. Сер. 14. Психология. №3. -1991. С.11-17.

43. Здравомыслов А.Г. Власть и общество в России: кризис 90-х // Общественные науки и современность. №6. - 2000. С. 41-56.

44. Здравомыслов А. Г. Кто мы: «националы» или граждане // Экономические и социальные перемены. Мониторинг общественного мнения. №2. - 1998. С. 67-81.

45. Здравомыслов А.Г. Этнополитические процессы и динамика национального самосознания россиян // Социологические исследования. -№12.- 1996.-С.23-32.

46. Здравомыслова Е., Темкина А. Введение. Социальная конструкция тендера и тендерная система в России // Тендерное измерение социальной и политической активности в переходный период. Сб. ст. / Под ред. Здравомысловой Е., Темкиной А. СПб., 1996. С.64-78.

47. Знаменский А.А. Этнонационализм: основные концепции современной американской социологии // Социологические исследования. -№2.- 1992. С. 23-31.

48. Зорин В.А. Проблема восприятия образа политика в контексте изучения его личности // Политико-психологические проблемы исследования массового сознания / Под ред. Шестопал Е.Б. М., 2002. С. 149-162.

49. Ионин Л.Г. Идентификация и инсценировка // Социологические исследования. №9. - 1995. С. 12-21.

50. Кантор В. Личность и власть в России: сотворение катастрофы // Личность и власть: интеркультурный диалог / Под ред. Кантора В. М., 1998. С. 67-92.

51. Капустин Б.Г., Клямкин И.М. Либеральные ценности в сознании россиян // Полис. №1. - 1994. С. 23-35.

52. Кертман Г.Л., Павлова Т.В., Патрушев С.В., Хлопин Д.А. Российская повседневность и политическая культура: проблемы обновления // Полис. -№4.- 1996. С. 15-27.

53. Климов И.А. Психосоциальные механизмы возникновения кризиса идентичности // Трансформация идентификационных структур в современной России / Под ред. Стефаненко Т.Г. М., 1998. С. 98-120.

54. Климова С.Г., Якушева Т.В. Образы политиков в представлении россиян // Полис №6. - 2000. С. 12-31.

55. Крамник В.В. Власть и мы: ментальность российской власти -традиции и новации // Общество и политика: Современные исследования, поиск концепций / Под ред. Большакова Ю.В. СПб., 2000. С. 90-142.

56. Лапкин В.В., Пантин В.И. Политические ориентации и политические институты современной России: проблемы коэволюции // Полис. №6. -1999. С. 65-72.

57. Лапкин В.В., Пантин В.И. Русский порядок // Полис. №3. - 1997. С. 41-52.

58. Лебедева Н.М. Социальная идентичность на постсоветском пространстве: от поисков самоуважения к поискам смысла // Психологический журнал. №3. -Т.20. - 1999. С. 57-68.

59. Лебедева Н.М. Теоретико-методологические основы исследования этнической идентичности и толерантности в поликультурных регионах России и СНГ // Идентичность и толерантность / Под ред. Лебедевой Н.М. М., 2002. С. 47-56.

60. Левада Ю.А. Возвращаясь к феномену «человека советского» // Мониторинг общественного мнения. Экономические и социальные перемены. №4. - 1998. С. 87-132.

61. Левада Ю.А. Комплексы общественного мнения // Мониторинг общественного мнения. Экономические и социальные перемены. №1. -1997. С. 54-74.

62. Левада Ю.А. Между авторитаризмом и анархией: российская демократия в глазах общественного мнения // Мониторинг общественного мнения. Экономические и социальные перемены. №2. - 1995. С. 25-32.

63. Левада Ю.А. Новый русский национализм: амбиции, фобии, комплексы // Мониторинг общественного мнения. Экономические и социальные перемены. №6. - 1999. С. 124-165.

64. Левада Ю.А. Социальные типы переходного периода: попытки характеристики // Мониторинг общественного мнения. Экономические и социальные перемены. №2. - 1997. - С.9-15.

65. Левада Ю.А. Человек лукавый: двоемыслие по-российски // Мониторинг общественного мнения. Экономические и социальные перемены. -№1.-2000. С. 57-83.

66. Левада Ю. А. Феномен власти в общественном мнении: парадоксы и стереотипы восприятия // Мониторинг общественного мнения. Экономические и социальные перемены. №5. - 1998. С. 98-145.

67. Левкович В.П., Андрущак И.Б. Этнонационализм как социально-психологический феномен // Психологический журнал. №2. - 1995. С. 4653.

68. Леонтьев Д.А. Эталонный образ в контексте психосемантического брэндинга // Реклама и жизнь. №1. - 2000. С. 34-43.

69. Лукин А.В. Переходный период в России: демократизация и либеральные реформы // Полис. -№2. 1999. С.54-68.

70. Макаренко Б.И. Феномен политического лидерства в восприятии общественного мнения: уроки избирательных кампаний 1995 и 1996 годов // Вестник фонда «Российский общественно-политический центр». №2. -1996. С. 91-132.

71. Малашенко А. Ксенофобии в постсоветском обществе // Нетерпимость в России: старые и новые фобии / Под ред. Витковской Г., Малашенко А. М., 1999. С.31-47.

72. Мосейко А.Н. Коллективное бессознательное и мифология современных этнических отношений // Современная политическая мифология: Содержание и механизмы функционирования / Сб. ст. Сост.: Логунов А.П., Евгеньева Т.В. М., 1996. С. 44-67.

73. Мостовая И.В., Скорик А.П. Архетипы и ориентиры российской ментальности // Полис. №4. - 1995. С. 41-54.

74. Назаренко JI. Национальный характер и политическое поведение // Открытая политика. 1996 № 3-4. С.79-83.

75. Назаров М.М. Об особенностях политического сознания в постперестроечный период // Социологические исследования. №8. - 1993. С. 21-37.

76. Науменко Л.И. Этническая идентичность: Проблемы трансформации в постсоветский период // Этническая психология и общество / Под ред. Лебедевой Н.М. М„ 1997. С. 32-48.

77. Нестерова С.В., Сибирко В.Г. Восприятие политических лидеров и отношение к демократии: некоторые особенности сознания россиян // Полис. -№6.- 1997. С. 56-71.

78. Ольшанский Д.В. Б.Н. Ельцин на фоне массового сознания (политико- психологический портрет) // Психологический журнал. №4. -1992. С.91-123.

79. Павленко В.Н., Корж Н.Н. Трансформации социальной идентичности в посттоталитарном обществе // Психологический журнал. №1. - Т. 19. -1998. С. 75-88.

80. Пастухов В.Б. Власть и общество на поле выборов, или игры с нулевой суммой //Полис. №5. - 1999. С. 6-16.

81. Рощин С.К. Проблемы этноцентризма: теория и политическая действительность XX в. // Расы и народы. Вып. 23. М., 1994. С. 121-134.

82. Рыжова С. Личностные аспекты национализма: от этнонегативизма к гиперидентичности // Идентичность и конфликты в постсоветских государствах / Под ред. Дробижевой Л.М. М., 1997. С. 87-124.

83. Рыжова С.В. Некоторые аспекты национального самосознания русских в республиках Российской Федерации // Суверенитет и этническое самосознание наций: идеология и практика / Под ред. Дробижевой Л.М. М., 1995. С. 123-145.

84. Рыжова С.В. Установки этнического самосознания русских // Конфликтная этничность и этнические конфликты / Под ред. Дробижевой Л.М. М., 1995. С. 44-58.

85. Сатаров Г.А. Политическая жизнь через призму установок населения: структурные рейтинги // Российский монитор. №1. - 1992. С. 13-28.

86. Седов Л.А. Политическая «разруха» в натуре и в головах // Экономические и социальные перемены. Мониторинг общественного мнения. - №4 (36). - 1998. С. 81-95.

87. Сикевич З.В. Образ прошлого и настоящего в символическом сознании россиян // Социологические исследования. №1. - 1999. С. 87-93.

88. Следзевский И.В. Архаический культурный текст как специфический мир пространства и времени // Пространство и время в архаических и традиционных культурах / Под ред. Васильева A.M. М., 1996. С. 23-47.

89. Следзевский И.В. Мифологема границы: ее происхождение и современные политические проявления // Современная политическая мифология: содержание и механизмы функционирования. / Сб. ст. Сост.: Логунов А.П., Евгеньева Т.В. М., 1996. С. 42-65.

90. Следзевский И.В. Феномен политического сознания в ситуации социокультурного кризиса //«Новая» Россия: социальные и политические мифы: Материалы Российской межвузовской научной конференции, 26-27 ноября 1999. /Отв. ред. Евгеньева Т.В. М., 1999. С. 6-8.

91. Солдатова Г.У. Психологическое исследование этнической идентичности в условиях межэтнической напряженности // Национальное самосознание и национализм в Российской Федерации начала 90-х гг./ Отв. Ред. Дробижева Л.М. М., 1994. С. 52-61.

92. Соловьев А.И. Психология власти: противоречия переходных процессов // Власть многоликая / Под ред. Соловьева А.И. М., 1992. С. 25-31.

93. Сосин В.А. Культура и межгрупповые процессы: этнонационализм, конфликты и тенденции национальной идентификации // Психологический журнал.-Т. 18.-№ 1.С. 31-46.

94. Стефаненко Т.Г. Индивидуальные стратегии конструирования этнической идентичности // Идентичность и толерантность / под ред. Стефаненко Т.Г. М., 2002 С. 28-35.

95. Сушков И.Р. Самокатегоризация и групповые феномены // Психологический журнал. №3. - Т. 14. - 1993. С. 115-125.

96. Тернер Дж. и др. Социальная идентичность: самокатегоризация и группа // Иностранная психология. Т.2. М., 1994. С. 8-17.

97. Улыбина Е.В. Этноцентризм как элемент семантической структуры обыденного сознания // Психолого-педагогические проблемы развития, образования и воспитания личности. Ставрополь, 1997. С. 123-154.

98. Фестингер JI. Введение в теорию диссонанса // Современная зарубежная социальная психология. Тексты. М., 1984. С.56-78.

99. Хлопин Д.А. Российская повседневность и политическая культура: проблемы обновления // Полис.- №4. 1996. С. 15-27.

100. Шестопал Е.Б., Новикова-Грунд М.В. Восприятие образов 12 ведущих политиков (психологический и лингвистический анализ) // Полис. -№5.- 1996. С.65-89.

101. Шестопал Е.Б. Образ власти в России: желаемое и реальность // Полис. №4. - 1995. С.26-32.

102. Шестопал Е.Б. Оценка гражданами личности политических лидеров // Полис. №6. - 1997. С. 34-41.

103. Шестопал Е.Б. Перспективы демократии в сознании россиян // Общественные науки и современность. №2. - 1996. С. 46.-59.

104. Шестопал Е.Б., Брицкий Г.О. Этнические стереотипы русских // Социологические исследования. №4. - 1999. С. 23-35.

105. Шихирев П.Н. Проблемы исследования межгрупповых отношений // Психологический журнал. -№1.-Т.13.- 1992. С.15-23.

106. Щербинина Н.Г. Архаика в российской политической культуре // Полис. №5.- 1997.-С. 127-139.1. Научные монографии:

107. Абашкина Е., Егорова Гантман Е., Косолапова Ю., Разворотнева С., Сиверцев М. Политиками не рождаются: как стать и остаться эффектным политическим лидером. М., 1993.

108. Абельс X. Интеракция. Идентификация. Презентация. СПб., 2000.

109. Агеев B.C. Межгрупповое взаимодействие: социально-психологические проблемы. М., 1990.

110. Адорно Т. и др. Исследование авторитарной личности. М., 2001.

111. Андреева Г.М. Психология социального познания. М., 2000.

112. Андреева Г.М., Богомолова Н.Н., Петровская Л.А. Зарубежная социальная психология XX столетия: Теоретические подходы. М., 2001.

113. Андрущак И.Б. Этноцентризм как социально-психологический феномен в условиях социоэтнических изменений. М., 1998.

114. Асмолов А.Г. Деятельность и установка. М., 1979.

115. Аронсон Э. Общественное животное. Введение в социальную психологию. М., 1999.

116. Ачкасов В.А., Бабаев С. А. «Мобилизованная этничность»: Этническое измерение политической культуры современной России. СПб., 2000.

117. Белинская Е.П., Тихомандрицкая О.А. Социальная психология личности. М., 2001.

118. Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма. М., 1991.

119. Берне Р. Развитие Я-концепции и воспитание личности. М., 1986.

120. Бодалев А.А. Восприятие и понимание человека человеком. М., 1981.

121. Бороноев А.О., Смирнов П.И. Россия и русские: характер народа и судьба страны. М., 1992.

122. Брунер Дж. Психология познания. М., 1977.

123. Войтасик Л. Психология политической пропаганды. М., 1981.

124. Гаман-Голутвинова О.Д. Политические элиты России. М., 1998.

125. Гулевич О.А., Безменова И.К. Атрибуция: общее представление, направления исследований, ошибки. М., 1998.

126. Гудков Л.Д. Негативная идентичность. М., 2004.

127. Денисенко М.В. Роль этнических стереотипов в поиске русскими этнической идентичности в условиях постсоветской трансформации. М.,1999.

128. Дилигенский Г.Г. Социально-политическая психология. М., 1994.

129. Дятлова В. Кавказцы в Иркутске: конфликтогенная диаспора. Иркутск, 1998.

130. Здравомыслов А.Г. Социология российского кризиса. М., 1999.

131. Иваненков С.П. Проблемы социализации современной молодежи. СПб., 2003.

132. Иорданский В.Б. Хаос и гармония. М., 1982.

133. Ирхин Ю.В. Психология и политика. М., 1993.

134. Ирхин Ю.В., Котеленец Е.А., Слизовский Д.Е. Проблема теории и психологии политики. М., 1996.

135. Касьянова К.В. Русский национальный характер. М., 1994.

136. Кожевникова Н.И., Рыбаковский Л.Л., Сигарева Е.П. Русские: этническая гомогенность? М., 1998.

137. Кон И.С. В поисках себя: личность и ее самосознание. М., 1984.

138. Краснов Ю.К. Русские: социальный портрет. Владивосток, 1989.

139. Левада Ю. Феномен власти: парадоксы и стереотипы восприятия. М.,2000.

140. Леви-Стросс К. Структурная антропология. М., 1985.

141. Лурье С.В. Теоретические основания этнопсихологических исследований. М., 1998.

142. Мамабеева А.С. Изучение русской этнической самоидентичности. М., 1995.

143. Мангейм К. Человек и общество в век преобразований. М., 1991.

144. Монсон П. Современная западная социология: теории, традиции, перспективы. СПб., 1992.

145. Мосейко А.Н. Мифы России. М., 2003.

146. Московичи С. Век толп. Исторический трактат по психологии масс. М., 1996.

147. Назаретян Л.П. Психология стихийного массового поведения. Лекции. М., 2001.

148. Нестерова С.В. Политико-психологический анализ восприятия российских политических лидеров (1996-1999 г.). М., 2001.

149. Оллпорт Г. Природа предубеждения. М., 2004.

150. Петренко В.Ф., Митина О.В. и др. Психосемантический анализ этнических стереотипов: лики толерантности и нетерпимости. М., 2000.

151. Поршнев Б.Ф. Противопоставление как элемент этнического самосознания. М., 1973.

152. Поршнев Б. Ф. Социальная психология и история. М., 1979.

153. Почебут Л.Г. Психология социальных общностей. СПб., 2002.

154. Преснякова Л. А. Влияние авторитарного синдрома на индивидуальное восприятие политической власти в России (19990-е годы). М., 2001.

155. Райх В. Психология масс и фашизм. М., 1996.

156. Ромашкина Р.Ф. Формирование и функционирование имиджа политического лидера. М., 1995.

157. Рукавишников В.О., Халман Л., Эстер П. Политическая культура и социальные изменения. М., 1998.

158. Самнер У. Народные обычаи. М., 1994.

159. Сикевич З.В. Русские: «образ народа» (социологический очерк). СПб., 1997.

160. Сикевич З.В. Социология и психология национальных отношений. СПб., 1999.

161. Сикевич З.В. Этническая неприязнь в массовом сознании россиян. СПб., 1999.

162. Солдатова Г.У. Психология межэтнической напряженности. М., 1998.

163. Стефаненко Т.Г. Социальная психология этнической идентичности. М., 1999.

164. Тишков В.А. Русские как меньшинства (пример Эстонии). М., 1993.

165. Тишков В.А. Русские в Средней Азии и Казахстане. М., 1993.

166. Уайджерт А. Общество и идентичность. М., 1990.

167. Узнадзе Д.Н. Экспериментальные основы психологии установки. Тбилиси, 1961.

168. Феофанов О.А. США: реклама и общество. М., 1974.

169. Франк C.JI. Духовные основы общества. М., 1992.

170. Фрейд 3. Психология масс и анализ человеческого Я // Я и Оно: Сочинения. М., 2003.

171. Фрейд 3. «Я» и «Оно». Тбилиси, 1991.

172. Фромм Э. Бегство от свободы. М., 1989.

173. Цуладзе А. Формирование имиджа политика в России. М., 1999.

174. Шабаев Ю.П., Пешкова В.М. Русские в республике Коми. М., 1997.

175. Шепель В.М. Имиджелогия: Секреты личного обаяния. М., 1997.

176. Шестопал Е.Б. Личность и политика. М., 1988.

177. Шестопал Е.Б. Политическая психология. М., 2002.

178. Шестопал Е.Б. Психологический профиль российской политики 90-х. М., 2000.

179. Шестопал Е.Б. Образы власти в постсоветской России. М., 2004.

180. Эриксон Э. Идентичность: юность и кризис. М., 1996.

181. Юнг К. Архетип и символ. М., 1991.

182. Юнг К. Психология бессознательного. М., 1994.

183. Литература на иностранных языках:1. Научные статьи:

184. Baumrid D. Current patterns of parental authority // Developmental psychology. №4. - 1971. PP. 23-31.

185. Berkovitz L. Liking for the groups behavior // Journal of abnormal social psychology. №4. - 1957. PP. 353-357.

186. Biery J. Cognitive Complexity-Simplicity and Predictive Behavior // Abnormal and Social Psychology. Vol. 51. - 1955. PP. 263-268.

187. Bodenhausen G.V. Stereotypic biases in social decision making and memory: Testing process models of stereotype use // Journal of Personality and Social Psychology. №55. - 1988. PP. 726-737.

188. Bodenhausen G.V., Wyer R.S. Effects of stereotypes on decision making and information processing strategies // Journal of Personality and Social Psychology. №48. - 1985. PP. 267-282.

189. Breton R. The ethnic group as a political resource in relation to problems of incorporation // Ethnic identity and equality / Ed. by R. Breton et. Al. Toronto, 1990. PP. 196-225.

190. Bunce V.A. Transition to Democracy? // Contention. Vol. 3. (№1). -1993. PP. 101-145.

191. Christie R. Eysenck's treatment of the personality of the communists // Psychology Bulletin. №6. - 1956. PP. 12-65.

192. Cohen C.E. Person categories and social perception: Testing some boundaries of the processing effects of prior knowledge // Journal of Personality and Social Psychology. №40. - 1981. PP. 441-452.

193. Dahl R. The concept of power // Behavioral Sience. №2. - 1957. PP. 6790.

194. Darley J.M., Gross P.H. A hypothesis-confirming bias in labeling effects // Journal of Personality and Social Psychology. №44. - 1983. PP.20-33.

195. Devine P. Monteith M. The role of discrepancy-associated affect in prejudice reduction // Affect, cognition, and stereotyping: Interactive processes ingroup perception / Ed. by D. M. Mackie D. L. Hamilton. San Diego, 1993. PP. 317-344.

196. Gabennesch H. Authoritarianism as a World View // American Journal of Sociology. №5. - 1972. PP. 41-83.

197. Gilbert D.T., Hixon J.G. The trouble of thinking: Activation and application of stereotypic beliefs // Journal of Personality and Social Psychology. -№60.- 1999. PP. 509-517.

198. Hamilton D.L., Sherman S.J., Ruvolo C.M. Stereotype-based expectancies: Effects on information processing and social behavior // Journal of Social Issues. -№46(2).- 1990. PP. 35-60.

199. Kinder D., Peters M., Abelson R, Fiske S. Presedential prototipes // Political behavior. №2. - 1980. PP. 69-72.

200. McFarland S., Ageev V., Abalkina M. The Authoritarian Personality in the USA and USSR . Comparative Studies // Strengths and Weaknesses: the Authoritarian Personality Today / Ed. by Stone W., Lederer G. N.Y., 1994. PP. 147-220.

201. O'Donnel, G. Delegative Democracy // Journal of Democracy. Vol. 5(№1).- 1994. PP.69-81.

202. Offer D., Strozier Ch. Reflections on leadership // The Leader / Ed. by Offer D., Strozier Ch. N.Y., 1985. PP. 117-124.

203. Rokeach M., Hanly Ch. Eysenck's tender-mindedness dimension: a critique // Psychological Bulletin. №2. - 1956. PP. 78-121.

204. Sidanius J. Intolerance of ambiguity, conservatism and racism: Whose fantasy, whose reality? A reply to Ray // Political Psychology. №9. - 1988. PP. 84-103.

205. Snyder M., Swann W.B., Jr. Behavioral confirmation in social interaction: From social perception to social reality // Journal of Experimental Social Psychology. №14. - 1978. PP. 148-162.

206. Stanger R. Fascist attitudes: an exploratory study // The Journal of Social Psychology. №3.- 1936. PP. 45-61.

207. Tetlock P.E. Cognitive style and political ideology // Journal of personality and Social psychology. №7. - 1983. PP. 91-131.

208. Turner J. Social Categorization and the Self-concept: A social cognitive theory of group behavior // Advances in group processes / Ed. By Turner J. L., 1985. PP.77-121.

209. Turner J. Some consideration in generalizing experimental social psychology // Progress in applied social psychology / Ed. by G.M. Stephenson, J. H. Davis. L., 1981, PP. 3-34.

210. Wedel J.R. Clique-Run Organization and U.S. Economic Aid: An Institutional Analysis // Demokratizatsiya. Vol. 4 (№4). - 1996. PP.43-51.

211. Winter D., Hermann M., Weintbraun W., Walker S. The personality of Bush and Gorbachev Measured at a Distance: Procedures, Portraits and policy in Political Psychology.-№2-3.-Vol. 12.- 1991.PP. 101-143.

212. Zavolloni M. Ego-ecology: The Study of the Interpretation Between Social and Personal Identity // Identity: Personal and Social-Cultural / Ed. by Zavolloni M. Uppsala, 1983. PP. 205-231.1. Научные монографии:

213. Altemeyer R.A. Right-Wing Authoritarianism.Winnipeg. 1981.

214. Atkinson J., Feather N. A theory of achievement motivation N.Y., 1966.

215. Bandura A., Watters R. Social Learning and Personality Development. N.Y., 1964.

216. Barber J. The presidential character: Predicting performance in the White House. N.Y., 1972.

217. Christie R., Geis F. Studies in Machiavellianism. N.Y., 1970.

218. Clark K. Clash of cultures in the classroom. Chicago, 1964.

219. Dennis J., Niemy R. Generations and Politics. Princeton, 1981.

220. Easton D., Dennis J. Children in Political System. N.Y., 1969.

221. Elias N.S., Scotson J.L. The Established and the Outsiders. L., 1965.

222. Eysenck H.J. The Psychology of Politics. N.Y., 1955.

223. Fiske S.T., Taylor S.E. Social cognition. N.Y., 1991.

224. Glad B. The psychological Roots of Gorbachev's Performance as Leader of the Soviet Union. Paper Presented at the ISPP Meeting, Helsinki, 1991.

225. Greenstein F. Personality and Politics. Princeton, 1987.

226. Himmelweit H. How Voters Decide? L., 1981.

227. Inglehart R. Modernization on and Postmodernization. Princeton, 1997.

228. Inkels A. Exploring Individual Modernity. N.Y., 1983.

229. Kavanagh D. Political Science and Political Behavior. L., 1983.

230. Lane R. The Political Ideology. N.Y., 1964.

231. Lasswell H. Psychopathology and Politics. Chicago, 1931.

232. Lippman W. Public Opinion, N.Y., 1965.

233. Lipset S. Political Man. The Social Basis of Politics. N. Y., 1960.

234. Maslow A. Motivation and Personality. N.Y., 1954.

235. McClelland D., Atkinson J., Clark R., Lowell E. The Achievement Motive. N.Y., 1953.

236. Mead D.G. Mind, Self and Society. Chicago, 1936.

237. Mennell S.J., Elias N.S. Civilization and the Human Sciences. Oxford, 1990.

238. Renshon S. Psychological Needs and Political behavior. A Theory of Personality and Political Efficiency. N.Y., 1974.

239. Rokeach M. The Open and the Closed Mind. N.Y., 1960.

240. Rokeach M. The Nature of Human Values. N.Y., 1973.

241. Schmidtchen G. Die Befragete Nation. Frankfurt. 1965.

242. Solnick S. Stealing the State. Control and Collapse in Soviet Institutions. Cambridge, 1998.

243. Tajfel H. Social identity and intergroup relations. Cambridge, 1982.

244. Theodorson G. and Theodorson A. Modern Dictionary of Sociology. N.Y., 1969.

245. Тест «Тииы этнической идентичности»

246. Процедура опроса. Укажите свое согласие/несогласие относительно приведенных суждений:

247. Я такой человек, который. Согласен Скорее согласен В чем-то согласен, в чем-то нет Скорее не согласен Не согласен

248. Предпочитает образ жизни своего народа, но с большим интересом относится к другим народам

249. Считает, что межнациональные браки разрушают народ

250. Часто ощущает превосходство людей другой национальности

251. Считает, что права наций всегда выше прав отдельного человека

252. Считает, что в повседневном общении национальность не имеет значения

253. Предпочитает образ жизни только своего народа

254. Обычно не скрывает своей национальности

255. Считает, что настоящая дружба может быть только между людьми одной национальности

256. Часто испытывает стыд за людей своей национальности

257. Считает, что любые средства хороши для защиты своего народа

258. Не отдает предпочтения какой-либо национальной культуре, включая свою собственную

259. Нередко чувствует превосходство своего народа над другими

260. Считает строго необходимым сохранять чистоту своей нации

261. Трудно уживется с людьми своей национальности

262. Считает, что взаимодействие с людьми другой национальности часто бывает источником неприятностей

263. Безразлично относится к своей национальной принадлежности

264. Испытывает напряжение, когда слышит вокруг себя чужую речь

265. Готов иметь дело с представителем любого народа, не принимая во внимание национальные различия

266. Считает, что его народ имеет право решать свои проблемы за счет других народов

267. Часто чувствует неполноценность из-за своей национальности

268. Считает свой народ более одаренным и развитым по сравнению с другими народами

269. Считает, что люди других национальностей должны быть ограничены в праве проживания на его территории

270. Раздражается при близком общении с людьми другой национальности

271. Всегда находит возможность мирно договориться в межнациональном споре25. считает необходимым «очищение» своей культуры от влияния других культур 26. Не уважает свой народ

272. Считает, что иа его земле все права пользования социальными и природными ресурсами должны принадлежать только его народу

273. Никогда серьезно не относился к межнациональным проблемам

274. Считает, что его народ не лучше и не хуже других народов1. Тест А.Маслоу «Кто Я?»

275. Процедура опроса. При ответе на вопрос «Кто Я?» укажите в таблице 5 свободных самохарактеристик по степени их личной значимости:1.Z