Шевченко О. В.

СУЩЕСТВЕННЫЕ ПРИЗНАКИ ДУХОВНЫХ ТРАДИЦИЙ КАК ДЕТЕРМИНАНТЫ ЖИЗНЕДЕЯТЕЛЬНОСТИ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

Духовные традиции являются одним из важнейших факторов стабильности, преемственности и упорядоченности жизни социума. Как любое общественное явление, они обладают большим количеством свойств и признаков: главных, второстепенных, общих, единичных, специфических и т.д. Анализ духовных традиций позволяет выделить их наиболее существенные признаки.

Одним из важных признаков является преемственность - способность духовных традиций передаваться от поколения к поколению, которая выражает собой механизм трансляции социального опыта. В этой способности традиций отражается диалектический процесс их развития, выраженный в законе отрицания отрицания, который предполагает сохранение накопленного опыта, передачу его новому поколению и воспроизведение этого опыта на новом витке развития общества с учетом реалий обновленной действительности. Например, духовная традиция православия, которая была заложена в 988 г. князем Владимиром, существенно определила культуру, уклад общественной жизни и мироощущение русского человека.

Преемственность является способом, механизмом передачи ценного и значимого для жизнедеятельности российского общества и армии опыта предыдущих поколений своим потомкам.

Другим существенным признаком духовных традиций выступает повторяемость, которая сопровождает любое развитие. В данном случае повторяемость понимается не как бессмысленное и обязательное повторение прошлого, а как необходимое для социального развития обращение к прошлому опыту в современных условиях деятельности Российского государства. Это особенно актуально в наше время, когда мы пытаемся найти в прошлом пути и способы разрешения сегодняшних проблемных ситуаций в целях успешной модернизации российской государственности.

Следует отметить, что изменение социокультурных форм бытия человеческого общества ведет к переосмыслению традиций, но оно не может уничтожить традиции вообще, а только придает им новое содержание методом аксиологической интерпретации.

Так, представитель феноменологического направления философии П. Рикер определяет традицию как некую живую бытийственность, развивающуюся благодаря непрекращающемуся процессу интерпретации. Непрерывность традиции допустима только как возможность ее интерпретации, как непрекра-щающаяся работа с традицией. Он считает, что если передается лишь формальная сторона традиции, без осмысления ее содержания, с учетом современных реалий или настоящего времени, то это приводит к гибели традиции. «Традиция, понятая даже как перемещение депозитного вклада, остается мертвой традицией, если не является непрерывной интерпретацией этого вклада: «наследие» есть не запечатанный пакет, который, не вскрывая, передают из рук в руки, но сокровищница, из которой можно черпать пригоршнями и которая лишь пополняется в процессе этого исчерпания. Всякая традиция живет благодаря интерпретации -такой ценой она продлевается, то есть остается живой традицией» [5, с. 59].

Другими словами, новшества входят в традицию посредством переосмысления прошлого опыта и придания первичным традициям нового смысла, который органически вплетается в бытие традиций современного российского социума.

Например, укоренена духовная традиция сострадательного отношения к ближнему, который нуждается в помощи. Причем помощь человеку, попавшему в беду, могут оказывать совершенно посторонние для него люди. Устоявшаяся духовная традиция совместно переживать чье-то горе, проявлять сочувствие к чужой физической или душевной боли, сострадать, готовность «отдать последнюю рубаху» имеет глубокие исторические корни и берет свое начало в общинном быте народа.

В современный период развития общества действие данной духовной традиции проявляется с особенной силой, чаще всего в дни социальных потрясений. Так, террористические акты 29 марта 2010 г. в Московском метро объединили людей общим горем. Лесные пожары летом этого же года и их последствия для населения многих областей России в значительной мере способствовали проявлению таких духовных традиций, как жертвенность, милосердие, сострадание, взаимопомощь и др.

Повторяемость духовных традиций отражает потребность общества в преемственности необходимых ему норм поведения, духовных качеств, ценностей, которые позволят ему выжить в периоды катастрофических потрясений и сохранить духовную целостность.

Значимым признаком духовных традиций выступает их устойчивость, которая определяется закрепленностью и живучестью различных духовных образований в данной социокультурной среде. Традиции становятся устойчивыми при условии обретения формы массовых привычек и поддержки их общественным мнением. Они проявляются в общественной и индивидуальной жизни людей и регулируют взаимоотношения и быт людей. Именно в традиции человек во многом находит ответы на те вопросы, которые стояли перед предшествующими поколениями и которые ему самому предстоит решать на протяжении всей своей жизни [2, с. 21].

Одной из важных для социального единства духовных традиций является долготерпение как разумное спокойствие и способность выживать в самых сложных условиях.

Например, филолог А.В. Сергеева, проводя компаративистский анализ ментальных особенностей русских и французов, отмечает, что сервильную (чинопо-читательную) психологию русских можно осуждать, «но можно попытаться понять это как вынужденную модель поведения, как результат фаталистического отношения к жизни и конформизма русских» [6, с. 175]. Она предлагает задуматься над тем, «почему в современной России, несмотря на ужасающие условия труда и несправедливую систему жизни, несмотря на невыплаты зарплаты, несмотря на явную деформацию отношений между работником и работодателем (какая и не снилась западному человеку), крайне редки выступления с социальными протестами? Вот, например, аргентинские граждане в начале 2002 г. из страха перед девальвацией своей валюты на 50% устроили по всей стране погромы и заставили уйти в отставку одного за другим пятерых (!) президентов. А в России после кризиса 1998 г., когда рубль обесценился на 400% и миллионы людей потеряли свои сбережения, рабочие места и надежду вернуть свой прежний материальный статус, никому в голову не пришло идти на баррикады или легально использовать существующие инструменты демократии: например, отозвать своего депутата, потребовать от него хоть каких-то действий...» [6, с. 175]. Такая безынициативность снова и снова воспроизводит в либеральной прессе штамп об извечной покорности русских.

Однако подобное поведение русского народа объяснимо его стремлением к устойчивому, стабильному развитию, так как объективные условия для развития социума самые неблагоприятные: экономическая нестабильность, духовный нигилизм, значительное социальное расслоение, устаревший и изношенный материально-технический комплекс, неблагоприятные природные условия и др.

Таким образом, устойчивость духовной традиции определяется ее значимостью и необходимостью для общественной жизни, укорененностью в массовом сознании и сознании личности, в том числе и военнослужащих Российской армии.

Существенным признаком духовных традиций выступает также массовость их распространения, которая определяется количеством носителей - представителей единой социокультурной среды.

Так, возникший еще в языческий период праздник Масленицы, который символизировал для арийских и славянских племен новый год с проводами зимы и встречей весны, с чествованием бога весны - Ярилы (Яра, также он именуется и как Купала - божество жизни и плодородия). «Масленица - праздник, мистерия, действо, служба (и жертва) во имя Яра. Блины - образ Солнца, образ бога Ярилы, икона Богу, предметное, живое слово древнего русича, молитва ему. Человек вкушал ярые блины в масле - хлебное тело Бога Ярилы, с глубокой верой в причащение к мировому светилу, животворящему Солнцу, Мужу Земли, ее оп-лодотвлорению» [1, с. 209].

С принятием христианства на Руси праздник Масленицы получил новую аксиологическую интерпретацию. Празднование его проводится в последнюю седмицу перед Великим постом. Это не просто дозволение употребления блинов, масла, сыра, яиц и других продуктов. Каждый день Масленицы имеет свое назначение: понедельник - встреча; вторник - заигрыш; среда - перелом, разгул, лакомка; четверг - широкий, разгуляй-четверток; пятница - тещины вечера; суббота - проводы, золовкины посиделки; воскресенье - прощеный день [1, с. 210].

Практически в каждом крупном городе России имеется традиционное место для проведения Масленицы, которая перерастает в массовые народные гуляния. В Москве традиционно праздник проводится на Васильевском спуске, куда приезжает немало иностранцев. Все чаще звучат мысли о том, что празднование Масленицы должно стать визитной карточкой России, а блины как символ праздника - ее брендом.

Следует отметить, что степень распространения традиций зависит от их общественной признанности и личной значимости. Передаваясь из поколения в поколение и адаптируясь в больших группах в новых исторических реалиях, традиции приобретают массовый характер.

Выразительным признаком духовных традиций является высокая эмоциональность их проявления. Для превращения традиции в массовый символ, кроме ее понимания и признания, необходимо, чтобы она вызывала положительные эмоции у ее носителя - субъекта. Это достигается путем проведения соответствующих обрядов, церемоний и ритуалов. Например, свадебный ритуал, крещение ребенка, венчание. Эмоциональный компонент духовных традиций проникает глубоко в души людей, что делает духовные традиции привлекательными для них и способствует осознанному исполнению ритуальных предписаний.

Существенным признаком духовных традиций российского общества и армии является их социальная детерминированность, то есть зависимость от совокупности факторов общественного развития. Можно назвать две основные группы факторов: внешние, к которым относятся государственная политика, идеология, согласованные с ними цели воспитания подрастающего поколения и духовной направленности развития социума, и внутренние, которые фиксируют в традициях «причинно-следственную связь между утверждаемыми действиями и формируемыми этими действиями духовными качествами» [7, с. 19].

Если рассмотреть сегодняшнюю жизнедеятельность социума, то необходимо отметить, что прежняя идеологическая и основанная на ней мировоззренческая система, на которой воспитывалось не одно поколение граждан, оказалась невостребованной, а новая, которая имела бы не декларированный, а действеннопрактический характер, пока еще не создана. Это существенное обстоятельство затрудняет построение жизненной перспективы в сознании молодежи и ведет к утрате ее социальной активности.

Наконец, важным признаком духовных традиций выступает их ценностный характер, который проявляется в том, что в содержании любой традиции заложена значимая для жизни личности и общества ценность. Например, любовь к Родине на личностном уровне выражается в любви к «маленькой» Родине, а на общественном - в любви к Отечеству. Это связано прежде всего с психологическими особенностями сознания человека, в памяти которого в первую очередь удерживаются конкретно-предметные понятия и глубоко - психологические явления, процессы и события. Этим обусловливается то обстоятельство, что ценно-

стный характер духовных традиций является их ядром и во многом определяет мотивы действий и поступки людей.

В структурном плане духовные традиции, пользуясь терминологией И. Лакатоса [4], можно определить двумя взаимосвязанными элементами. Во-первых, это жесткое ядро, куда включены ментальные ценности россиян, такие как патриотизм, толерантность к представителям других национальностей и вероисповеданий, патернализм, гостеприимство, сострадательность к людям, оказавшимся в сложной жизненной ситуации и др. Во-вторых, защитный пояс - это исторически подвижная составляющая, служащая для аксиологической интерпретации духовных ценностей в те или иные исторические периоды развития общества на основе господствующей идеологии и востребованности социумом.

Необходимо заметить, что некоторые духовные образования, заложенные в жестком ядре, приобретают в современный период противоположный характер. Например, духовная традиция честности и порядочности, которая в советский период поддерживалась не только идеологией, но и обществом в целом, выражалась в том, что предприимчивость, принимавшая форму перепродажи материальных ценностей и предметов первой необходимости, считалась спекуляцией и была государственно-наказуемым явлением. В условиях рыночного общества такая форма деятельности называется предпринимательством и поощряется государством. Рыночное общество проводит идеологию социал-дарвинистического плана, основанную на приспособляемости и выживаемости, в которой названная духовная традиция не может реализоваться в должной мере.

Однако в современный период предпринимательство в некоторых сферах деятельности вызывает озабоченность у российского руководства. Так, в фармацевтической сфере наблюдается необоснованное многократное повышение цен на лекарственные средства жизненно необходимые для граждан. Зачастую отрасль контролируется антимонопольной службой государства.

Капиталистическо-рыночное общество стремится к максимальной выгоде и сверхприбыли, что было подмечено еще древними греками в афоризмах: «Для кого война, а для кого - мать родная»; «Для кого смерть - горе, а для кого - бизнес» и др. Экономический базис общества определяют общественные отношения и, если некоторые компании стремятся получить максимальную экономическую прибыль, за счет ущемления интересов народа, и это одобряется правительством, то происходит утрата духовных ценностей. Такая нездоровая ситуация заметно усложняет жизнь социума и способствует социальной напряженности, так как

значительная часть общества надеется на социальную и материальную помощь со стороны государства.

В конце 80-х - начале 90-х гг. ХХ в. жесткое ядро духовных традиций российского социума и армии подверглось существенной деформации под натиском «шоковой вестернизации» времен перестройки. Однако уже к концу 90-х гг. произошло «возрождение» традиционализма. Разочаровавшись в размытых и имеющих двойственный характер «общечеловеческих ценностях американского образца», российское общество, в особенности его интеллектуальная составляющая, находясь на социальном изломе, почувствовали насущную потребность обратиться к отечественным ментальным духовным ценностям россиян и по-иному взглянуть на механизм передачи значимых для российского общества ценностей, т.е. по существу на духовные традиции как фактор национальной самоидентификации и жизнеспособности социума. Другими словами, деструктивный духовный релятивизм подтолкнул общество к обращению к духовным традициям, которые соответствуют российской ментальности и обеспечивают духовное оздоровление нации.

Необходимо отметить, что традиции по своей сути имеют конструктивный и позитивный характер, проявляющийся в онтологическом существовании человека и социума. История развития любого общества без учета традиционного начала немыслима, иначе личность не может полноценно сформироваться в отсутствие государственно-признанных и общественно значимых и личностнонеобходимых идеалов, которые определяют ее национальную идентичность и способствуют самоконтролю человека: «Обращение к традиции, рассмотрение ее как онтологического основания бытия человека позволяет найти в его потоке стабильное, непреходящее, устойчивые, значимые ценности. Традиции в этом случае становятся тем духовно-практическим онтологическим полем, в пределах которого жизнь, бытие отдельного индивида приобретает свою стабильность, способность проявляться в качестве необходимого» [3, с. 26].

В настоящее время традиционалистская парадигма мышления находит свое воплощение в проектах духовного и социального ориентира развития общества. Так, президент России Д.Медведев и российское правительство, реализуя духовную традицию уважительного отношения к ветеранам, в частности Великой Отечественной войны, стремится выполнить те социальные проекты, которые должны подчеркнуть значимость их подвига во имя России. Например, в честь Великой Победы каждый ветеран войны, нуждающийся в жилье, должен его получить

вне зависимости от имеющихся формальных условий, например от времени постановки на учет для получения жилплощади.

Конечно, если данная духовная традиция будет продолжена и ветераны других войн (афганской и чеченской), смогут иметь такую же социальную защищенность, и это будет поддержано политической элитой страны и освещаться в средствах массовой информации, если об их подвигах будут говорить с «высоких трибун», а не извиняться за непродуманные со стороны политического и военного руководства ошибки, уважение со стороны общества к военному труду и к человеку в погонах будет только расти. В свою очередь, это будет влиять на готовность военнослужащих самоотверженно служить Отечеству.

Таким образом, существенными признаками духовных традиций, составляющими их содержание как социокультурного феномена, обеспечивающего стабильность жизни российского социума являются преемственность, повторяемость, устойчивость, массовость их распространения, высокая эмоциональность проявления, социальная детерминированность и ценностный характер.

* * *

1. Андреев В. Современный этикет и русские традиции. М., 2005.

2. Домников С.Д. Мать-земля и Царь-город. Россия как традиционное общество. М., 2002.

3. КаировВ.М. Традиции и исторический процесс. М., 1994.

4. Лакатос И. Фальсификация и методология исследовательских программ. М., 1995.

5. Рикёр П. Конфликт интерпретаций: очерки о герменевтике /пер. с фр. И. Вдовиной. М., 2002.

6. Сергеева А.В. Русские: стереотипы поведения, традиции, ментальность. М., 2005.

7. Суханов И.В. Обычаи, традиции и преемственность поколений. М., 1976.