SPECIFIC CHARACTER OF MODERN SOCIAL AND POLITICAL MODERNIZATION OF RUSSIAN SOCIETY: ADMINISTRATIVE ASPECT

I). P. Kondral, Post graduate student of the Department of Social and Political Processes Management of Komi Republic Academy of Civil Service and Management

In the article the general tendencies modernization processes in modem Russia are considered. The author mentions a theme of possible creation of the effective administrative mechanism by means of social and political modernization processes.

Keywords: modernization, equilibrium, homeostatic system, management.

УДК 316.42

СОВРЕМЕННЫЙ ЧЕЛОВЕК ПЕРЕД ПРОБЛЕМАМИ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

H.H. Понарина, кандидат педагогических наук, доцент кафедры социальной работы Армавирского института социального образования филиала РГСУ

В статье анализируются процессы происходящие в обществе. Анализируется информатизация общества. Раскрывается влияние глобализации на современного человека.

Ключевые слова: глобализация, информатизация, индивидуальность, антропоморфизация, личность, социальные трансформации, самоопределение, развитие мирового общества.

Процессы, происходящие в обществе во второй половине XX в., прошли под знаком триумфа информационно-телекоммуникационных инноваций, которые изменили облик мира и человека. Поэтому глобализацию следует рассматривать как процесс, который развивается также за счет изменения информационных технологий.

Между глобализацией, информатизацией общества и представлениями человека о себе и мире существует глубинная связь. Сущность этой связи определяется тем, что без современных инфор-

мационных технологий была бы невозможна новая структура общества. Ядром этого общества выступает новый человек, который усвоил его правила, символы, язык, научился обращаться с новыми технологиями.

Информатизация общества неоднозначна как для общества, так и для личности. Она порождает новые проблемы. Во-первых, информатизация способствует усилению разрыва между индустриально развитыми странами и теми странами, которые отстают в технологическом отношении. Во-вторых, под влияни-

ем новой технологии растут темпы социальных трансформаций, и тот, кто не успевает за ведущими странами, оказывается в трудном положении. В-третьих, излишне зомбирующее влияние на общество средств массовой информации (особенно рекламы). В-четвертых, происходит нежелательное вмешательство в частную жизнь людей и организаций на базе информационных технологий. В-пятых, имеет место сложность адаптации к среде информационного общества. В результате формирующаяся новая глобальная информационная среда порождает новые сложные проблемы, для решения которых требуются новые стратегические цели, учитывающие императивы XXI в. Информационные технологии определяют уровень развития не только производительных сил общества, но и личности [1].

В новой ситуации у человека появляется много новых возможностей для полного раскрытия своей индивидуальности, но и существует опасность нивелирования человека, так как сеть задает ему правила мышления и поведения. Компьютерные, телекоммуникационные технологии делают более доступными для человека достижения цивилизации, однако нивелируют его мнимую свободу, все больше превращая его в инструмент информационной, политической, духовной экспансии.

Человек в информационном обществе становится одним из программноаппаратных средств киберпространства, воздействующих на подсознание и внутреннее пространство личности, что дает широкие возможности для целенаправленного манипулирования. В современных условиях, когда пространственные и временные границы сужаются, меняется характер общения между теми людьми, которые являются частью глобальной сети. Тем самым в сети происходят два взаимоисключающих процесса: с одной стороны, сеть дает человеку выразить наиболее полно свою индивидуальность, а с другой - человек может нивелироваться в этой сети, так как сеть задает ему правила мышления и поведения, т.е. ока-

зывается в зависимости от информационных потоков сети. Разрушение производится методом манипулирующего воздействия информационной системы на человеческое сознание путем подрыва культурных устоев, на которых держится способность человеческого сознания к критическому восприятию информации. Информационная система с этой целью создает виртуальный мир, построенный информационными манипуляторами с гарантированной культурной гегемонией нужных заказчикам ценностей [2].

В рамках философского осмысления бытия человека и культуры в новом информационно-техническом мире

сформировались две противоположные точки зрения. Первая указывает на то, что в современной цивилизации наблюдается кризис человека и культуры, наступление которого они связывают с особым характером современного типа цивилизации, с тем, что для ее существования и развития определяющее значение имеют техника и информация. Другая точка зрения, наоборот, предполагает существование новых информационнотехнических условий, открывающих перед человеком уникальные возможности для культурного и духовного роста, являющихся залогом преодоления культурного кризиса [3].

В информационном обществе человек познает радость свободы. Уровень жизни, общественное положение, признание полезности и право на собственное достоинство могут исчезнуть все вместе и без какого-либо предупреждения, так как свободой пользуются не только отдельные индивиды, но и в большей мере глобальные силы, определяющие условия, нормы, стандарты жизни. Человек, всегда стремящийся, пусть и не всегда осознанно, к освобождению от давления внешнего мира, не предвидел и не мог предвидеть, что свобода, о которой он мечтал, окажется имеющей цену, причем ценой этой является неуверенность, включающая в себя неопределенность и незащищенность.

Влияние глобализационных процессов на культурный и духовный климат

эпохи огромен. Быстрое изменение во всех сферах жизнедеятельности человека приводит к социокультурным сдвигам. Формирование планетарного мышления как нового культурного феномена приводит к трансформации мировоззрения и идентичности субъектов.

Человек представляет собой многомерное существо. Но в условиях глобализации меняется понимание уровня и качества человеческой жизни в странах, активно включающихся в процесс глобализации, и странах, не нашедших себя в этом процессе или сознательно изолировавшихся. В условиях глобализации остро стоит вопрос о понимании и обеспечении свободы человека. Произвольное ограничение свободы личности, жесткая регламентация ее сознания и поведения, низведение человека до роли простого винтика в социальных и технологических системах наносит ущерб как личности, так и обществу.

Глобализация ставит каждую страну и каждого человека в новое положение. Начиная с 1980-х гг. многие страны используют возможности экономической и технологической глобализации. Благодаря тому что сегодня пространство и время сжимаются, а границы между странами исчезают, люди вступают в более глубокие, интенсивные и непосредственные связи, чем когда-либо. Но мало кто задумывается над тем, что новая связь дальних означает ослабление ближних связей, отчужденность от туземной среды. Мир, в котором люди и предметы теряют ценность, лишен привязки к истории, культуре и родству.

В XXI в. сила человеческого интеллекта овеществилась в новейшей технике и технологии, которые превратили человека в раба техносферы и ее заложника. Во всех сферах общественной жизни продолжают действовать неконтролируемые силы и их комбинации. В мани-пулятивной среде человек находится в состоянии духовного одиночества с потерей ориентации, мотивов и духовных ценностей.

Начиная с XX в., проблема духовности становится наиболее острой ввиду

обострения социально-политического и социально-экономического положения в мире. Кризис можно рассматривать под разным углом миропонимания. В период сложных преобразований общества духовные потребности смещаются на второй план и, как пишет Г. Маркузе, активно продолжает формироваться модель одномерного мышления, поведения, существования [4].

Общее направление парадигмально-го сдвига - антропоморфизация мировоззрения. И научная, и философская мысль возвращается к главному объекту метафизики, к человеку, заставляя вспомнить изречения древних и положения герме-тизма: «Человек есть мера всех вещей», «Познай самого себя, и ты познаешь богов и Вселенную». Фиксируется антропологический поворот в философии и шире - в познании: человек, будучи вершиной космогонической прогрессивной эволюции, заключает в себе Вселенную не в метафорическом, а в буквальном смысле, встроен в нее на всех уровнях своей организации [5].

Личность понимается как единство предзаданного, актуального и находящегося в проекте, происходит отказ от взгляда на человеческую самость как на функцию социальных отношений, от редукционизма личности либо к материи, либо к духу. Будучи порождена своим окружением и предшествующей историей Земли и Вселенной, личность больше своего прошлого, своей личной истории и своего окружения, оставаясь для себя тайной и загадкой. Эта тайна может быть постигнута как результирующая процесса усилий по самоформированию и последовательности ответственно совершаемых выборов, ведущих к самосогласо-ванности и согласованности с миром, но также и неожиданностей, постепенно и неполно раскрывающих ту тайну, которая и есть констелляция биосоциокуль-турно предзаданного и исторически возможного. Не все в человеке подлежит объяснению, но многое нуждается в окультуривании и только часть - в воплощении.

Самоопределение индивида происходит в историческом контексте жизненного мира, в который ему нужно вписаться и который он должен устроить. И здесь мы сталкиваемся с препятствием. Предметами устроения являются живые процессы высокой сложности и непредсказуемости, законы развития которых сформулированы только на уровне общих постулатов, а методология их изучения и описания, равно как и конкретный инструментарий исследований, находится в стадии разработки. Данные процессы лишены целеполагания, а факторы, определяющие возможные траектории их эволюции суть имманентные им свойства, приводящие динамические системы к кризисам-бифуркациям, которые меняют «канал эволюции» и требуют перестроек уже в образе жизни человека. Перестройки означают изобретение новых инструментов культуры как совокупности актуальных нравственных императивов и технологий их обеспечения, в целостности противопоставляющих стихии биосоциальных колебаний принципы культурного взаимодействия социальных общностей ради коэволюции человека и космоса [6].

В связи с формированием нового миропонимания современному человеку приходится отказаться по меньшей мере от двух вещей: во-первых, от идола унификации жизненных миров человечества как общественного и природного переустройства на базе единой идеологии и с помощью инструментов технотронной цивилизации, во-вторых, от абсолютизации любого частного фактора в противовес гармонии целого во всех контекстах Человек-Мир.

Прогрессивная эволюция подчиняется закону восходящего разнообразия. Мир человека гетерогенен и приобрел этническое, локально-цивилизационное, культурное разнообразие закономерно. Культурное, этническое, национальногосударственное разнообразия адекватны разнообразию ландшафтно-

географических, климатических, историко-генетических факторов, определяющих разнообразие логик этно-, социо- и

культурогенеза. Признание закономерности разнообразия мира человека влечет за собой отношение к процессу под названием этносфера в объект заботы, а не разграбления и волюнтаристского вмешательства по логике утилитаризма. Органическая и процессуальная парадигмы в познании вынуждают отказаться от не работающих даже на уровне здравого смысла концепций формационного и стадиального развития обществ, фиксирующих только ставшее (а значит, мертвое) и проектирующих утопическое (коммунистическое общество или информационный рай в электронном коттедже) и не способных «схватить» и опредметить непредсказуемое становящееся в его сис-темно-временной целостности [7].

Именно в силу существующих напряжений по линиям природа - техносфера и этнос - суперэтнос ближайшими объектами заботы и мягкого управления должны стать цивилизации. Во-первых, как явления, лежащие на границе биосферы и социосферы, и, во-вторых, как процессы, ставящие естественный предел глобализации и унификации мира человека, губительному механистическому переносу цивилизационных инструментов без учета специфики исторически сложившихся локальных адаптационных механизмов, выражающихся в менталитете, темпераменте, в нормах энерго- и информационного обмена, использования пространства и времени. Таким образом, прогрессизм и утопизм в социальных науках сменяется теориями локальных циклов: культура появляется в качестве пассионарного толчка, отвечающего на вызов внутренних факторов процесса [8].

Воплощение миропорядка нового типа, разумеется, не будет осуществлено автоматически вслед за признанием новых ценностей. Для этого человечеству придется немало потрудиться душой, пройдя через горнило духовного кризиса, охватившего и традиционное, и техногенное общества, пережить эпоху духовной реформации. Следовательно, глобализация как достижение более сбалансированного и устойчивого миропорядка станет возможной не только и не столько

в результате успешных экономических и политических стратегий, сколько в результате культурных решений. В триаде «экономика - политика - культура» последняя играет особую роль, выполняя функции ценностного, смыслообразующего обеспечения, легитимирующего социальную практику. Культура как метапроцесс является управляющим процессом по отношению к материальнохозяйственной и общественной практике. Сказанное позволяет определить сущность глобализации как метапроцесса.

И все же мысль о единстве, прежде чем она будет эксплицирована в сумме регулирующих документов международного значения и превращена в действующие институты глобального уровня, должна стать духовным переживанием, которое появляется только в результате личного проживания людьми экзистенциальных ситуаций и рефлексии тупиковых путей развития общественных отношений. Для того чтобы понять, что необходимо, приходится пройти через ненужное. Мудрости научить невозможно, принудить к высшим ценностям нельзя, их можно только самостоятельно открыть на пути воплощения жизненных целей и желаний.

В этом вечном движении к новым ценностям и состоит смысл человеческой истории и суть исторического и личного опыта. Торопливость здесь неуместна и безрезультатна. Можно выделить три модели развития мирового сообщества.

К первой можно отнести дальнейшую модернизацию на принципах демократии и либеральных ценностей, дальнейший прогресс науки, повсеместную догоняющую индустриализацию на базе новых технологий, социальных институтов и механизмов регулирования межнациональных и международных отношений. Данный проект обоснован концепцией линейного прогресса, экономическими ценностями, прагматизмом и утилитаризмом, а также финансовой мощью транснациональных корпораций и политической элиты, обслуживающих их интеллектуалов и потребительского общества. Он не предлагает решений актуаль-

ных проблем современности и потому продолжает вести к катастрофам и, значит, опасен.

Вторая модель представляет собой постмодернизацию как создание наднационального универсума, объединяющего на основе эклектической смеси ценностей культуры Востока и Запада, Севера и Юга, светские и посттрадиционные интеллектуальные течения различных регионов. Культурные ценности в проекте постмодерна поставляются, используются и заменяются, служа разменной монетой в мире моды и других коммерческих игр, которые в конечном итоге обслуживают интересы космополитически ориентированной предпринимательской элиты. Слабое звено этого проекта - недостаточная укорененность «в низах», отсутствие ориентации на трансцендентное, идеальное, абсолютное неприятие позиции, согласно которой человек есть служитель мира, а не его господин. В конце концов постмодерное отношение к ценностям приводит к культурному релятивизму и размыванию локальных идентичностей и поддерживает потребительское отношение к ареолам жизни.

Третья модель - это гуманистический глобализм, ориентированный на формирование многополюсного сообщества стран, культур и народов, объединяющихся на основе ценностей антропо-и космоцентризма и коммуникативного инструментария диалога культур. Данная модель фундируется процессом интернационализации хозяйственно-

экономической, социально-политической и социокультурной деятельности, становлением панэкономики, формированием нового этоса, утверждающего ценность человека и его творческих, ответственных и заботливых преобразующих планету усилий. Гуманистический глобализм как эффективная в долгосрочном отношении парадигма поддерживает переход от социальной роли человека к его культурноориентированной и деятельностной роли. По мере того как социальная ветвь эволюции теряет свой абсолютный приоритет, давая дорогу биологическому (природному) и культурному (деятельно-

стному) факторам, будут внедряться нормы гуманитарного измерения социокультурной практики и синергическое, нелинейное видение путей разрешения общецивилизационных проблем [9].

Новая трактовка современности измеряется потенциалом разнообразия мира. Поэтому более продвинутыми в ближайшем будущем станут считаться страны и регионы, которые смогут предлагать: решение межнациональных проблем не просто цивилизованными, но и культурными способами; модели институтов, управляющих сложными биосо-циотехническими процессами на основе разделения властей; альтернативные образы будущего мира на основе объективной и всесторонней оценки событий.

Создает человека другой человек, но не путем формирования, а путем актуализации имманентной человеку сущности, освобождая его от наслоений, навязанных обстоятельствами. Освобождать может только тот, кто свободен сам и может свободно обращаться с собой, философ не по номиналу, а по самоощущению. В этом утверждении - ответ на вопрос о личности педагога истинного, а не самозванного, переживающего и рефлексирующего не наедине с собой, а в диалоге с учеником, следовательно, владеющего культурой построения диалога как события с другим в процессе рождения его (другого) идеи.

Воздействие философской культуры проявляется в освобождающем переживание влиянии философского языка, основные слова которого - «самость» и «мир». Это влияние выражается не в пользе или в появляющейся вследствие освоения способности говорить обобщенными категориями господстве над другими, но в способности управлять со-

бой. Философская культура дает власть над собой как самоотношение, примиряющее человека с самим собой, помогающее жить с собой и с другими не по принуждению, а в гармонии, основанной на благоразумии, чувстве меры и доброй воле. Философская культура есть цель и путь, цель в средствах, цель в себе, в которой заканчивается дурная череда друг друга обусловливающих целей и средств. Разумеется, мудрости невозможно научить. Однако можно научить мужеству держать перед внутренним взором вечные вопросы о смыслах и путях самово-площения и формах общежития самово-площение облегчающих. Можно также указать на формы, в которых отлита мудрость как сочетание рациональности и переживания, а также предложить помощь в открытии сущностных целей и их интеграции в разумное целое и согласования с потребностями мира посредством объединенных рацио и переживания. Научить философствовать - значит научить путям, на которых индивид, освобождаясь из тисков страха, обусловленного незнанием своей вечной, не в эмпирической реальности находящейся сущности, сможет вернее вписать свою судьбу в судьбу рода и мира [10].

В условиях глобализации человек, вместо того чтобы реализовать свои внутренние творческие потенции, ослепленный могуществом науки и техники и возможностью производства и потребления все большего количества вещей, в погоне за призрачным счастьем подрывает собственные устои жизни и совершенно не заботится об отдаленном будущем, которое может вообще не наступить, если разовьются современные тенденции экономического роста.

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЕ ССЫЛКИ

1. Левакин И.В., Юртаева Е.А. Государство и его свойства в условиях глобализации: проблемы единства и целостности России //Гражданин и право. 2007. № 1.

2. Бутенко А.П. Глобализация сущность и современные проблемы // Социальногуманитарные знания. 2002. №3.

3. Мамут Л.С. Государство в контексте глобализации // Право и политика.

2004. №1.

4. См.: Данилов А.Н. Системная трансформация в общем процессе глобализации // Социология. 1998. №1.

5. Бирюкова М.А. Глобализация: интеграция и дифференциация культур // Философские науки. 2001. №1.

6. Карпова И.Н. Социальное государство в эпоху глобализации // Гражданин и право. 2006. №11.

7. Яковец Ю.В. Глобализация и взаимодействие цивилизаций / Международный

институт П. Сорокина-Н. Кондратьева. М.: Экономика, 2001.

8. Лукашук И.И. Глобализация и государство // Журнал российского права.

2001. №4.

9. Левашов В.К Общество и глобализация // Социологические исследования.

2005. №4.

10. Макбрайд У. Глобализация и межкультурный диалог // Вопросы философии. 2003. №1.

A MODERN PERSON FACING THE CHALLENGES OF GLOBALIZATION

N.N. Ponarina, PhD in Pedagogics, Associated Professor of the Department of Social Work of the Armavir affiliated branch of the Social Institution (affiliated centre) of Russian State Social University

The article analyses the processes taking place in a society. The informatization of the society has been analyzed. The impact of globalization on a modem person has been revealed.

Key words: globalization, informatization, individuality, anthropomorphize, personality, social transformation, self-determination, development of world society.

УДК 008.001

АТОНАЛЬНОСТЬ КАК СТРЕМЛЕНИЕ БЫТИЯ БЫТЬ

A.B. Яровой, кандидат социологических наук, доцент Азово-Черноморской государственной агро-инженерной академии

В статье раскрывается содержание понятий «атональность», «агон», «оружность». Предлагается в атональности видеть устремленность бытия к собственному самоутверждению, которое проявляется в столкновении сил, в актуализации оружности бытия, которое потенциально заключено в телесности. Выявляются четыре онтологические причины агональности.

Ключевые слова: агон, агоналъностъ, самоутверждение, бытие, оружность, складка, схватка.