Культурология

УДК 008.001.14

ББКЧ11

РЕЦЕПЦИЯ ЗАПАХА И ЕГО ПРИРОДНО-КУЛЬТУРНЫЙ СМЫСЛ

М. А. Епанешникова

THE RECEPCHEN OF THE ECOLOGY IN THE CUTLURAL MEANINGS OF SMELL

M. A. Yepaneshnikova

В статье рассматриваются проблемы изучения запаха как феномена культуры. Искусство парфюмерии предстает как процесс борьбы естественных запахов с искусственными. Автор делает вывод о том, что полное искоренение естественных запахов из повседневной жизни человека может привести к потере им своей двойственной природно-культурной реальности.

Ключевые слова: запах, обоняние, культура, парфюмерия, гедонизм, экология человеческого тела, культурные смыслы, повседневность

The problems of the smell study as a cultural phenomenon are covered in the article. Perfumery art appears as a process of struggle of natural smells against the artificial ones. The author concludes that the full eradication of natural smells in everyday life can cause the loss of human’s dual natural-cultural reality.

Keywords: smell, sense of smell, culture, perfumery, hedonism, ecology of a human body, cultural senses, everyday life.

В работе М. С. Кагана «Философия культуры» культура предстает как система и оказывается сопоставимой по масштабу с человеком, обществом и с природой — основными формами бытия. Человек является существом природным и, вместе с тем, существом общественным. Культура — это преображение человеком природы по законам общества.

Проблема изучения запаха как культурного феномена лежит на границе взаимодействия природы и культуры. С одной стороны, запах — это свойство чего-либо, воспринимаемое обонянием2, то есть запах имеет природную сущность, поскольку обоняние физиологично. С другой стороны, дешифровка запаха регулируется культурными установками: процесс восприятия запаха происходит на физическом уровне, однако как только сигнал о том или ином запахе попадает в головной мозг, происходит его осмысление в сознании, основанное на культурных установках, после чего следует реакция уже на уровне поведения.

Очень рано у человека возникли потребность и сознание возможности изменять собственную природную данность — и в интересах преодоления его физических недостатков, избавления от болезней, совершенствования данных индивиду от рождения свойств, и в интересах религиозных, эстетических, художественных3. Все это можно отнести и к запахам. Изначально способность

запаха влиять на поведение, настроение привлекало человека, поэтому вся история человечества —это процесс «окультуривания» запаха, выразившийся в многовековой истории парфюмерии. Культивируя запах, человек пытался, с одной стороны, избавиться от неприятных ощущений, связанных с его естественными запахами, а с другой стороны, с помощью запаха влиять на состояние и поведение себя самого и окружающих людей. Таким образом, запах становится феноменом культуры в тот момент, когда человек наделяет его смыслом.

Процесс изучения обонятельных ощущений сталкивается с рядом трудностей. Во-первых, запах практически невозможно сохранить, «законсервировать», а значит, передать, воспроизвести. Во-вторых, в языке нет достаточного количества понятий, с помощью которых можно объяснить, каков тот или иной запах. Арсенал понятий, описывающих наши обонятельные ощущения, небогат. В-третьих, описывая запах, мы почти всегда пытаемся оценить его, при этом у разных людей один и тот же запах вызывает абсолютно разные чувства, поэтому оценка становится очень субъективной.

Тем не менее, уже доказано, что запахи играют огромную роль в повседневной жизни человека. Они воздействуют на нас на физическом, психологическом и социальном уровнях.

Культурология

Энтони Синнотт провел опрос двухсот семидесяти студентов и профессоров Монреальского университета Конкордия4. Респондентов попросили высказаться на тему о роли запахов в их жизни. На вопрос о любимых запахах последовали самые разнообразные ответы: «запах младенца», «свежескошенной травы», «роз», «хлеба домашней выпечки», и даже самые неожиданные — «запах Монреальского Форума и Олимпийского стадиона», «запах потного тела», «псины», «бензина». Ответы на вопрос о неприятных запахах тоже были разнообразны: «вонючие мужчины в автобусе», «свинофермы и курятники», «сигаретный дым», «больницы», «сырого мяса». Некоторые подчеркивали физический дискомфорт, вызываемый запахом духов (головная боль, тошнота и т. п.). Другие говорили, что духи перебивают естественные запахи и вообще резко снижают сенсорную восприимчивость.

Запах может спровоцировать глубокую эмоциональную реакцию. Запах, ассоциирующийся с положительными переживаниями, может вызвать прилив радости; отвратительный запах или запах, связанный с неприятными воспоминаниями, — состояние отвращения. У некоторых людей ассоциации оказываются настолько сильными, что запахи, традиционно считающиеся неприятными, могут перейти в разряд любимых — и наоборот.

Запахи представляют собой важнейший элемент социальных отношений. Как отметил один из респондентов, «чтобы воистину почувствовать связь с любимым человеком, непременно нужно уткнуться в него носом».

Культурные смыслы запахов очень подвижны и зависят от многих факторов. Тем не менее, одним из основных является гедонистическая оценка. 3. Фрейд, опираясь на материалы специальных исследований, сделал вывод о том, что принцип наслаждения является главным естественным регулятором психических процессов и душевной деятельности человека5. В процессе социализации человек был вынужден все больше контролировать свое стремление к наслаждению, поскольку он становился все более зависимым от аналогичных стремлений других. Процесс развития культуры — это процесс постепенной замены природного стремления к наслаждению получением наслаждения культурного, то есть обусловленного законами культуры. Безусловно, этот принцип лег и в основу использования ароматов в культуре. В тот момент, когда человек понял, что запахи способны влиять и на его физическое состояние, и на эмоции и настроение, в их использовании важным стало наслаждение.

В работе «Изменчивость и универсалии в воспринимаемом пространстве запахов»6 сравнивались обонятельные компетенции, воплощенные

в знаниях, традициях и представлениях самых разнообразных культур, при этом авторы исходили из гипотезы, что для всех культур характерна аффективная поляризация запахов.

В ходе исследований выяснилось, что запахи человеческого тела, как правило, отвергаются, но запахи близких людей или соплеменников оцениваются не столь негативно, а иногда даже позитивно (детские запахи). Также можно наблюдать сходство в гедонистической оценке неприятных запахов (фекалий, пота, мускуса, аммония, едкого запаха, запаха гниения).

Интересным исследованием является попытка сравнить реакции мужчин и женщин трех стран (Германии, Италии, Японии) на запахи реального мира, а именно на телесные запахи супруга (в частности, запах пота). Целью исследования было изучить способность супругов узнавать друг друга по запаху и оценить эмоциональное значение телесных запахов знакомых и незнакомых людей. В каждой культурной выборке каждому респонденту предлагалось десять футболок, которые до этого носили на голое тело разные люди, включая его самого и супруга.

Ожидалось, что представители «контактных культур» (Италия), в отличие от представителей культур «неконтактных» (Япония, Германия), дадут ответы, свидетельствующие о лучшей способности к распознанию запаха и большей толерантности по отношению к неприятным запахам других людей. Однако результаты не подтвердили этой гипотезы: представители всех трех культур вели себя сходным образом, демонстрируя одинаковую способность распознавать в предложенном ряду привычные запахи (свой и супруга). Гедонистические оценки мужчин и женщин во всех группах оказались сходными: запах мужчины везде оценивался как менее приятный, чем запах женщины. В целом женщины отнесли запах своего супруга к числу неприятных. Самыми категоричными в суждениях оказались японки. Напротив, мужчины, независимо от культурной принадлежности, оценивали запах своей супруги как приятный.

В целом в ходе исследований было выявлено как сходство, так и различие гедонистических оценок. В качестве сходных межкультурных моментов можно назвать единодушное неприятие запахов, сопровождающих гниение, и запахов фекалий, хотя разные культуры демонстрируют разную степень толерантности по отношению к ним. Телесные запахи (запах пота, мочи) всюду получили негативную оценку. Мужские запахи неприятны всем, если на оценку не влияют интимные или дружеские отношения, тогда как запахи женские (с менее выраженным запахом мочи и пота) оцениваются как более привлекательные. Оценка запаха как неприятного

М. А. Епанешникова

Рецепция запаха и его природно-культурный смысл

часто дублируется у респондентов его оценкой как очень сильного или же незнакомого. Если слабый запах был назван приятным, то в более сильной концентрации он вызывает неприятие. Этим, в частности, объясняется использование жасминной, скатоловой и мускусной эссенций в духах, но в слабой концентрации.

Также выяснилось, что оценка наиболее «негативных» запахов чаще всего одинакова во всех культурах, независимо от пола и возраста, тогда как различия в оценке «нейтральных» или «положительных» запахов, видимо, обусловлено в значительной мере этими переменными. Итак, можно сделать вывод, что в любой культуре складывается «шкала», по которой запахи относят к приятным, неприятным или нейтральным.

Парфюмерия была призвана подчеркнуть привлекательность носителя парфюма: аромат духов должен привлечь внимание, желание подойти ближе. Искусственные запахи являются одним из самых действенных средств управления впечатлением, способов презентации социальной и гендерной идентичности личности. Искусственные запахи, в частности, духи, являются как бы усилителем, «оформителем», «декоратором» естественного запаха тела, вне которого запах духов «мертв». К духам прибегают, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность, придать значимость своей личности, своему характеру, своим успехам. Искусство парфюмерии — это огромные усилия, направленные на конденсирование приятных запахов, их сравнительную доступность и удобство использования, предпринятые человеком ради получения удовольствия. С другой стороны, все человеческие сообщества в той или иной степени на протяжении многих веков пытались выработать способы ограничения распространения естественного запаха (например, недопустимость публичного сближения тел, поскольку влияние феромонов осуществляется на достаточно недалеком расстоянии, закрытие тела одеждой и обычай прятать волосы подголовным убором в некоторых культурах)7. Ограничение естественного запаха, по всей видимости, связана с тем, что запахи могут в определенной степени нарушать установленный порядок: действуя на подсознание, обонятельные впечатления могут спровоцировать непредвиденную реакцию человека на другого, вызвать неожиданное поведение. Это может не соответствовать культурным установкам, принятым в обществе, поэтому культура старается нейтрализовать естественные запахи, сделать их более приятными с помощью искусственно созданных средств.

Но на парфюмерию можно посмотреть иначе: ее история имеет направление от попытки сделать естественный запах более привлекательным, при этом не уничтожая его, а скорее подчеркивая, к

стремлению полностью заменить естественный запах искусственным. Так, в современной культуре отношение к естественным запахам человека в большинстве случаев негативна, парфюмерная промышленность выпускает самые разные средства борьбы с неприятными естественными запахами. Во многом это обусловлено развитием в XIX—XX веке гигиены.

Здесь кроется важная проблема современной культуры — проблема экологии человеческого тела. Естественные запахи действуют на человека на уровне подсознания (в основном это, конечно, феромоны — наследие животного мира), однако если эти запахи полностью заменить искусственными, человек потеряет свой индивидуальный «запаховый код», данный ему природой, то есть потеряет свою двойственную природнокультурную реальность.

Способность запаха обнажить внутреннюю сущность человека, его возможность вызывать эмоции, его «безграничность» ведут к тому, что естественный запах воспринимается как угроза господствующей культуре, нормам и правилам, ею выработанным. В современной культуре важно соблюдение личной границы, с одной стороны, и умение объективно и абстрактно оценивать реальность, с другой, поэтому здесь естественным запахам места нет.

В культуре можно выделить два полюса отношения к запахам. Представители одного из них считают, что роль обоняния традиционно несправедливо недооценивалась, и в скором будущем парфюмерия заметно расширит свои границы. Вокруг нас искусственно создается обонятельная среда (с помощью благовонных палочек, саше, освежителей воздуха и пропагандирующей это все рекламы), запаховое пространство становится структурируемым и конструируемым с определенной целью. Эти ароматы, призванные поднять настроение, расслабить или придать тонус и бодрость, используются в кинотеатрах, аэропортах, магазинах, офисах, в производственных цехах — то есть все сферы повседневной жизни человека так или иначе задействованы в работе обонятельного дизайна.

Представители другого полюса, наоборот, выступают против «запахового насилия», поэтому ими уже предложено создание мест, «свободных от парфюмерии», наподобие существующих «зон, свободных от курения». Сторонники этого направления озабочены тем, что запахи могут вызывать негативные физические реакции (удушье, повышение давления, головную боль, аллергию или астму и т. п.), не говоря уже о состоянии эмоциональном. К тому же можно закрыть глаза, чтобы не видеть, заткнуть уши, чтобы не слышать, можно отказаться от еды, не прикасаться к предметам, но остановить дыхание нельзя, а значит,

Культурология

невозможно остановить воздействие запаха. То есть запах может стать способом репрессии, насильственного влияния на человека, поэтому представители этого направления выступают против такого «обонятельного насилия».

В повседневной жизни каждого человека преследуют запахи: мы знаем, как пахнет наш дом, наша подушка. Естественные, интимные запахи мы пытаемся скрыть от чужих людей. Именно избавлению от естественных запахов посвящена большая часть утра: мы принимаем душ, чтобы избавиться от домашнего, интимного запаха и используем парфюмерные средства, чтобы подготовить себя для публичных обстоятельств. Четкая граница, проведенная между естественными запахами и искусственными — это результат развития культуры. Чтобы большое количество людей могло сосуществовать в замкнутом пространстве (город, метро, офис и т. д.), необходима нивелировка обонятельных кодов, сведение их от бесчисленного количества (поскольку у каждого запах индивидуален) к некоему количеству типов. Запах человека неповторим, публичный же запах состоит из комбинации стандартных ароматов8. В этом плане показательна реклама: если раньше человек не задумывался о собственном запахе, или, по крайней мере, не пытался избавиться от него, то реклама стремится пробудить в человеке желание заменить свой запах искусственным. Причем замещение это часто имеет насильственный характер, навязанный нам рекламой.

У каждого человека есть определенный уровень терпимости к запахам, и вполне естественно, что по отношению к чужим этот уровень резко понижается. Это является еще одной причиной, по которой современная культура старается максимально оградить человека от запахов чужих ему людей, поскольку с ними он вынужден постоянно сталкиваться в пределах очень близкого расстояния. Это ограничение служит залогом относительной стабильности отношений между людьми, поскольку в них уже не вмешиваются естественные запахи. И как только в обществе встречается случай пренебрежения этой культурной установкой, человек, нарушивший общепринятые правила, подвергается резкому осуждению.

Запах как культурный феномен представляет собой идеальную форму, наполнение которой зависит от культурной принадлежности человека, его индивидуального опыта, от момента, ситуа-

ции, то есть оценка того или иного запаха никак не связана с его объективными свойствами — напротив, она полностью зависит от культуры. Каждая культура при этом вырабатывает своеобразную «ароматическую ось».

Современный человек чаще всего лишается возможности восприятия индивидуального обонятельного кода окружающих, следовательно, получения информации о природной, естественной их сущности, в результате чего очень велика вероятность составления ошибочного мнения на их счет или выбора неправильной линии поведения. Даже на уровне запахов — казалось бы, самой естественной составляющей человека, влияющей на подсознание, трудно уловимой и не имеющей приоритета перед другими органами чувств, современный человек оказывается обманутым. В отношении запахов культура оказывается жестокой и практически полностью убивает то, что дано человеку природой. Современный человек оказался в ситуации, когда он может потерять свою индивидуальность в искусственно созданном запаховом пространстве. И эта проблема — отражение конфликта природы и культуры. Поэтому историю парфюмерии можно рассматривать как попытку культуры уйти от природы, но при этом цена, которой человек заплатит за это, пока остается неизвестной.

Примечания

1. Каган М. С. Философия культуры. СПб. : Петрополис, 1996. 416 с.

2. Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М.: Азбуковник, 1999. С. 214.

3. Каган М. С. Указ. соч. С. 58.

4. Классен К., Хоувз Д., Синнотт Э. Значение и власть запаха // Ароматы и запахи в культуре. Книга 1 / сост. О. Б. Вайнштейн. М.: Новое литературное обозрение, 2003. С. 41—49.

5. Фрейд 3. По ту сторону наслаждения // 3. Фрейд Основной инстинкт/сост., предисл. П. С. Гуревича. — М„ 1997. С. 195—196.

6. Шаал Б., Руби К, Марлье Л., Суссиньян Р.и др. Изменчивость и универсалии в воспринимаемом пространстве запахов. Межкультурные подходы к исследованию обонятельного гедонизма // Ароматы и запахи в культуре. Книга 1 / сост. О. Б. Вайнштейн. —М. : Новое литературное обозрение, 2003. С. 87—119.

7. Марголина А. Сладкая власть феромонов // Наука и жизнь. М. : Ред. журнала «Наука и жизнь». — 2005. №5. С. 13.

8. Левинсон А. Повсюду чем-то пахнет // Логос. 2000. № 1 (22). С. 24—41.

Поступила в редакцию 22 января 2010 г.

ЕПАНЕШНИКОВА Мария Александровна, ассистент кафедры культурологии и зарубежной литературы Магнитогорского государственного университета. Научные интересы: теория и история культуры.

YEPANESHNEKOVA Maria Aleksandrovna is the assistant of the Cultural Studies and Foreign Literature Department of Magnitogorsk State University. Research interests: theory and history of culture.