УДК 130.2:2 ББК 60.563.05-456

Л 97

С.А. Ляушева А.А. Нагой

Религиозная идентичность в современной культуре

(Рецензирована)

Аннотация:

В статье рассматривается религиозная идентичность, ее возникновение, развитие и трансформации в условиях современной культуры. Определяются возможности религиозной идентичности как одного из типов идентичности вообще в аспекте ценностного освоения культурной действительности.

Ключевые слова:

Идентичность, религиозная идентичность, культурная идентичность, глобализация, этническое и религиозное.

Понятие «идентичность» сегодня широко используется в этнологии, психологии, культурной и социальной антропологии. В самом общем понимании оно означает осознание человеком своей принадлежности к какой-либо группе, позволяющее ему определить свое место в социокультурном пространстве и свободно ориентироваться в окружающем мире. Необходимость в идентичности вызвана тем, что каждый человек нуждается в известной упорядоченности своей жизнедеятельности, которую он может получить только в сообществе других людей. Для этого он должен добровольно принять господствующие в данном сообществе элементы сознания, вкусы, привычки, нормы, ценности и иные средства общения, принятые у окружающих его людей. Усвоение всех этих проявлений социальной жизни группы придает жизни человека упорядоченный и предсказуемый характер, а также невольно делает его причастным к какой-то конкретной культуре. Поэтому суть культурной идентичности заключается в осознанном принятии человеком соответствующих культурных норм и образцов поведения, ценностных ориентации и языка, понимании своего «я» с позиций тех культурных характеристик, которые приняты в данном обществе, в самоотождествлении себя с культурными образцами именно этого общества.

Культурная идентичность оказывает определяющее влияние на процесс межкультурной коммуникации. Она предполагает совокупность определенных устойчивых качеств, благодаря которым те или иные культурные явления или люди вызывают у нас чувство симпатии или антипатии. В зависимости от этого мы выбираем соответствующий тип, манеру и форму общения с ними.

Интенсивное развитие глобализационных процессов и межкультурных контактов делает актуальной проблему не только культурной, но и религиозной идентичности. Это вызвано целым рядом причин. Во-первых, в современных условиях, как и раньше, культурные формы жизнедеятельности с необходимостью предполагают принадлежность человека не только к какой-либо социокультурной группе, но и к религиозной общности. Среди многочисленных социокультурных групп наиболее стабильными являются устойчивые во времени религиозные общины. Эти общины порой являются для человека самой надежной группой, которая может обеспечить ему необходимую и поддержку в жизни.

Во-вторых, следствием бурных и разносторонних культурных контактов становится ощущение нестабильности окружающего мира. Когда окружающий мир перестает быть понятным, начинается поиск того, что помогло бы восстановить его целостность и упорядоченность, защитило бы от трудностей. В этих обстоятельствах все больше людей начинают искать поддержку в проверенных временем ценностях своей религии, которые в данных обстоятельствах оказываются самыми надежными и

понятными. Результатом становится усиление чувства внутригруппового единства и солидарности. Через осознание своей принадлежности к той или иной религии люди стремятся найти выход из состояния социальной беспомощности, почувствовать себя частью общности, которая обеспечит им ценностную ориентацию в динамичном мире и защитит от больших невзгод.

В-третьих, закономерностью развития любой культуры всегда была преемственность в передаче и сохранении ее ценностей, так как человечеству необходимо самовоспроизводиться и саморегулироваться. Это во все времена происходило внутри конфессий путем связи между поколениями. Если бы этого не было, то человечество не развивалось бы.

Содержание религиозной идентичности составляют разного рода представления, разделяемые в той или иной степени членами данной религии. Эти представления формируются в процессе внутрикультурной социализации и во взаимодействии с другими народами, в них отражаются верования и идеи, которые получают свое выражение в мифах, легендах, исторических повествованиях, обыденных формах мышления и поведения. Совокупность этих знаний связывает верующих в рамках одной религии и служит основой их отличия от верующих в рамках других.

Вопрос о разного рода типах идентичности — национальной, культурной, религиозной — по своему существу есть вопрос о границах. Идентичным можно считать лишь такое положение, в котором границы некоторых объектов полностью совпадают, создавая, таким образом, единую определенность. Однако, говоря об идентификации, часто имеют в виду не столько сравнение, сколько рефлексию субъекта (человека, группы, класса, нации), так как идентичным может быть лишь то, что тождественно себе, что являет себя в самом себе. Однако простой знак равенства был бы здесь слишком большим упрощением. В действительности, границы идентичности обусловливаются множеством факторов, относящихся к самым различным сферам проявлений культуры. Одним из таких факторов является пространственно-временная история религий народов, населяющих нашу планету. Продуктивность исследований различных аспектов религиозных традиций во многом зависит от правильной постановки проблемы. В данном случае речь пойдет о религиозной идентичности, ее сущности и проявлении.

Религиозная идентичность выступает как чрезвычайно концентрированное выражение мироощущения человека, квинтэссенция наиболее насущных вопросов его "жизненного мира", определяемого его культурной состоятельностью и ценностной устремленностью. В то же время она становится выражением тех самых несвершившихся надежд и упований в мире реальных общественных отношений, в том числе идеалов социального обустройства мира и действительного состояния межкультурных и межцивилизационных контактов, которые выпали на долю этих народов. Позитивное, эволюционное становление этноконфессиональной идентичности в разных уголках планеты повсеместно нарушается революционным и хаотическим импульсом модернизации, олицетворяющей собой динамический лейтмотив глобализационных процессов.

Религиозная идентичность - это один из возможных способов духовного соотнесения себя с окружающими людьми (на индивидуальном уровне) и самоопределения целого общества в его соотношении с окружающими социумами (на макросоциальном уровне). Это всегда способ осознания мира "своей" духовной ориентации в соотнесенности с "иным" контекстом духовности. История религий мира красноречиво демонстрирует возможность и даже плодотворность взаимопроникновения высоких образцов религиозной духовности. Религиозные деятели легко находят общий язык в различных уголках мира. Но на уровне массового религиозного сознания история изобилует и фактами непримиримости и фанатизма. Религиозные доктрины зачастую используются политическими элитами в качестве мощного средства, своеобразной "политической технологией" воздействия на сознание и поведение широких масс

населения. Религия снова, как когда-то, становится действенным орудием социальной и культурной мобилизации в политике. По мнению С. Хантингтона, "аллергическое детище западной цивилизации, происшедшее после Вестфальского мира - отделение религии от международной политики - доживает свои дни" [1].

Эдвард Мортимер также отмечает растущее вмешательство религии в мировую политику[2]. С.Хантингтон даже резюмирует "межцивилизационное столкновение культур и религий вытесняет рожденное Западом внутрицивилизационное столкновение политических идей..." [3]. Можно не соглашаться с этой позицией, но отрицать значение религиозно-культурного фактора самоидентификации вряд ли сегодня стоит. Особенно в условиях, когда основные линии "разломов" и современных конфликтов проходят на уровне межэтнических и межконфессиональных различий. И, думается, эта тенденция будет нарастать одновременно со все более углубляющимся процессом глобализации.

Следует заметить, что в условиях наступающей глобализации акцент политики перемещается из внутриполитической деятельности в сферу "большой политики", поскольку она во многом детерминирует ее возможный вектор развития. При этом ожесточается линия соприкосновения как "жизненных интересов" в сфере экономики, так и в сфере культурного доминирования. Эта ситуация экономической и религиознокультурной конкуренции усугубляется все более агрессивной и политизированной ролью транснациональных корпораций, интернациональных наркокартелей и наднациональных мафиозных структур, криминализацией мировой политики.

Что касается чрезвычайно обострившейся в последнее время линии противостояния христианского Запада и мусульманского Востока, то следует вслед за российским востоковедом С.Б. Дружиловским отметить, что "в основе антиисламской риторики Запада лежат, как и прежде, экономические интересы. Западная мораль и западный менталитет легко примиряются с любыми, даже самыми экстравагантными, а порой и вредными в духовном отношении религиозными концепциями, если они не мешают развитию крупного бизнеса...". И здесь нужно отдать должное, что мусульманский мир "на протяжении всего периода цивилизаторской деятельности Запада по внедрению в этот мир капиталистических рыночных отношений, а в последующем интеграции его в мировые экономические отношения, оказался самым невосприимчивым к западным рецептам экономического и социального развития. На протяжении столетий исламский мир в целом успешно противостоял колонизаторской экспансии Запада..." [4]. При этом христианское миссионерство потерпело фиаско в попытках вытеснить исламскую веру, и на духовном направлении ему на смену пришла массовая культура, которая предложила набор достаточно примитивных, хотя и удобных ценностей.

Для традиционных исламских обществ линия противостояния: "мусульманская вера" и "христианство" сменилась отношением: "ислам" - "массовая культура". Думается, что это вполне закономерное желание здорового социального организма сохранить свою духовную идентичность, основанную на традиционных ценностях, доказавших свою жизнеспособность веками культурного развития. И если Запад в своих глобализаторских устремлениях сделает ставку на продвижение низкопробных ценностей массовой культуры, то легко прогнозируется накал противостояния и попытки изоляционизма в традиционных обществах Востока. И чем более активными и агрессивными будут эти устремления Запада, тем более ожесточенными и крайне радикальными будут формы сопротивления. Знамя религиозной идентичности как наиболее консервативной формы идентификации, станет доминирующим в числе других этнических, экономических и политических факторов. И религиозный экстремизм - одно из ярких свидетельств такого сопротивления.

Многое из сказанного выше есть освещение политического аспекта функционирования религиозной идентичности. Однако, на наш взгляд, еще более плодотворным будет обращение к социально-психологическому и соцокультурному аспекту этой формы идентичности. И наиболее актуальным вопросом в данному

контексте будет, по-видимому, соотношение разных видов идентичности, а именно -этнической и религиозной (конфессиональной).

Примечания:

1. Хантингтон С.П. Столкновение цивилизаций и изменение мирового порядка

(отрывки из книги) // Pro et contra. М., 1997. Весна. С. 121.

2. Mortimer E. Christianity and Islam // International Affairs. 1991. № 67. С. 7.

3. Хантингтон Самюел П. Столкновение цивилизаций и изменение мирового порядка

(отрывки из книги)// Pro et contra. М., 1997. Весна. С. 122.

4. Дружиловский С.Б. Проблема противостояния исламского общества западному влиянию на примере стран Среднего Востока (Иран, Афганистан, Турция) // Глобализация и поиски национальной идентичности в странах Востока. М., 1999. С. 80-81.