© А.Ф. Долматов, 2008

КУЛЬТУРА КАК ФАКТОР ДИНАМИКИ КОНФЛИКТОВ В ТРАНЗИТИВНЫХ ОБЩЕСТВАХ

А. Ф. Долматов

В современной отечественной социальной философии зачастую наблюдается отрыв анализа культуры от анализа общества 1. Применительно к анализу конфликтов, это выражается в господстве жестких рациональных схем, либо описании конфликтов как сугубо иррациональных, стихийных процессов, движимых слепыми силами. Традиционно считается, что определяющее влияние на динамику конфликта в первую очередь оказывают экономические, политические идеологические или демографические факторы [2; 5, с. 170-175; 11, с. 5]. Между тем возникает вопрос: может ли культура, наряду с экономикой (и политикой), рассматриваться как определяющий фактор динамики конфликта?

Известно, что многие признанные исследователи конфликтов отдают предпочтение в своих объяснительных моделях экономическим и политическим факторам [12, с. 44; 9, с. 55-57]. Вместе с тем редуцировать всю сложность такого многогранного и сложного явления, как конфликт, исключительно к экономическим и шире того рациональным аспектам, на наш взгляд, не правомерно. Во-первых, культура является одним из важнейших компонентов социальной картины мира и «одновременно одним из ведущих компонентов среды конфликта» [1, с. 227]. Во-вторых, очевидно, что «взаимосвязь между экономикой, политикой, демографией, с одной стороны, и культурой, с другой, носит взаимодополняющий характер» [6, с. 267].

Представляется возможным утверждать, что теоретическая концепция (или модель), учитывающая культурные факторы, обладает гораздо большей актуальностью, ценностью и эффективностью при анализе конфликта, чем концепции (модели), явно или неявно игнорирующие культуру.

В основе представленного подхода должна лежать апелляция к культуре, как исто-

рически развивающейся системе, отличающейся «наивысшей степенью сложности и полифункциональности, саморазвивающейся и самоорганизующейся, органически связанной со своим творцом и творением - человеком и находящейся в постоянном взаимодействии со своей природной и социальной средой» [3; 4;

7, с. 21; 8; 10]. Методологическое обстоятельство, на которое обращает наше внимание М.С. Каган, - это системно-философское рассмотрение культуры, в котором она предстает как системно-целостное единство; именно в этом своем качестве она может и должна быть понятна, объяснена и описана. Такой подход позволяет наиболее адекватно осмыслить роль конфликтогенных факторов культуры в конфликтном процессе.

Культура, понятая как система человеческой жизнедеятельности, детерминированная наряду с традициями также ценностями и символами, формирует принципы социальной организации и организации индивидуальной жизнедеятельности, а также образцы поведения людей в типичных социальных ситуациях и отношениях. Среди них - отношения друг к другу, к себе подобным, к «своим», организация совместной деятельности, самоорганизация; отношения к другим, «не своим» как в ситуациях конфликта, так и в ситуациях обычного ролевого взаимодействия, отношения к социальному порядку как к среде «вне себя»; отношения к приоритетам деятельности, к исполнению общецивилизационных ролей: гендерных, поселенческих, хозяйственных, социально-технологических.

Вместе с тем существует точка зрения, согласно которой культура по своей природе не диалогична и не плюралистична, она имеет монологическую и монистическую природу, символически отраженную в этнических стереотипах и негативном (говоря о валент-

ности этнической идентичности) восприятии «другого». Более того, согласно данному подходу, культура предполагает амбивалентные монистические процессы включенности «своих» культурных групп на основе автостереотипов и самокатегоризации «мы», исключен-ности «чужих» или «иных» групп на основе гетеростереотипов и категоризации «они». Таким образом, в культуре выделяются факторы исключительно конфликтогенного характера, способствующие лишь эскалации и эволюции конфликта.

Однако возникает вопрос, почему конфликты, имеющие многие сходные признаки, обладают разной динамикой в различных обществах; почему в одних из них конфликты имеют тенденцию принимать характер острых противостояний, а в других нет? Многие проблемы, которые могли бы развиться в конфликт, тем не менее, не принимают конфликтного характера. Более того, непонятно, как при таком подходе можно объяснить феномен бесконфликтного существования.

На наш взгляд, в культуре можно выделить, наряду с конфликтогенными факторами, факторы стабилизирующего (консенсусного) характера, которые могут способствовать как конструктивному исходу конфликта, так и возможности бесконфликтного сосуществования. Таким образом, можно говорить о бинарности культуры, которая выражается в элементах конфликтогенного и стабилизирующего характера.

Доминирование конфликтогенных факторов в культуре способствует формированию конфликта с «высокой интенсивностью» [13, с. 249-250], характерными чертами которого являются: «ярко выраженный группоцен-тризм, крайне негативное восприятие “другого”, жесткое противостояние “мы - они, свои -чужие” при одновременной позитивной оценке “своих” и негативной оценке “чужих”, жесткие тактики поведения, нацеленность на победу, а также неадекватная коммуникация и взаимодействие с противником» [там же]. В то же время преобладание факторов стабилизации и консенсуса в культуре ведет к снижению интенсивности конфликтов, возможности бесконфликтного разрешения противоречий, в том числе и между этническими группами.

Доминирование факторов культурного консенсуса способствует развитию «конфлик-

тов низкой интенсивности», отличительными признаками которых выступают: «умеренный группоцентризм, гибкие тактики поведения, нацеленность на преодоление конфликта, ориентация на сотрудничество и адекватную коммуникацию». Трудность обнаружения консенсусных факторов в культуре обусловлена ее сложностью и многомерностью, несовпадением видимого, явленного сознанию и скрытого, сущностного. Так, например, на высших, «официальных» уровнях культуры могут доминировать конфликтогенные установки, зачастую имеющие «искусственное» политикоидеологическое происхождение. В то же время на низшем (бытовом) уровне могут доминировать установки терпимости, взаимного уважения и достижения мирового соглашения.

На наш взгляд, трактовка культуры как монологической и монистической системы, которая по своей природе обладает исключительно конфликтностью, требует концептуальной корректировки. В связи с этим представляется необоснованным сведение роли культуры исключительно к конфликтогенной, разжигающей противоречия силе [14].

Комплексом культурных факторов детерминированы и механизмы поведения актора в конфликтных ситуациях. Превалирование конфликтогенного потенциала культуры неизбежно ведет к эскалации конфликта, которая, в свою очередь, формирует нормативный вакуум, вне пространства общения «своих», в котором все дозволено. В таком нормативном вакууме, являющемся неизбежным спутником «конфликта высокой интенсивности», дозволено практически все. В таких условиях легко легитимируется самосуд как основной способ разрешения конфликтов. Если обстоятельства вынуждают к примирению и компромиссу, то локальный характер нормативного регулирования может благословлять невыполнение решений или их саботаж, провоцировать эскалацию конфликта. Консенсусное начало в культуре продуцирует иной стиль поведения: признание авторитета третейского судьи, соблюдение правил и процедур, сдержанность и отказ от провоцирующих заявлений и действий.

В обычных условиях гетерогенность культуры обусловлена сосуществованием этнических и других меньшинств, сохраняющих и поддерживающих свою культурную иден-

170

А.Ф. Долматов. Культура как фактор динамики конфликтов в транзитивных обществах

тичность в обществе. Транзитивные процессы в обществе развиваются асинхронно, что усиливает культурную мозаичность. Поскольку реакция различных слоев и групп на перемены и инновации часто бывает настороженной и даже враждебной, это усиливает позиции культурной архаики и создает конфликтогенную почву. С другой стороны, неизбежность адаптации к новым социальным условиям и институтам, особенно в ситуации ограниченности ресурсов, может актуализировать консенсусные ориентации, в том числе и в мультикультурном, полиэтничном социуме.

Для успеха социальных трансформаций, то есть для завершения состояния транзитивности, особую важность приобретает организация управления социальными процессами. Экономическая и административная составляющая проблемы управления в транзитивных обществах достаточно хорошо разработана в обществознании. Однако часто забывают, что успех этих мер возможен лишь в случае их соответствия сложившимся в обществе социокультурным стереотипам, установкам и ожиданиям. Не менее важно, чтобы эти меры стимулировали не деструктивные, конфликтогенные стороны культуры, а те стороны повседневности и интенции здравого смысла, которые имеют конструктивную направленность. Культурный ренессанс в эпохе социальных перемен, как, впрочем, ренессанс политический, этнический и духовный, не должен вести к культу собственной исключительности, ксенофобии, изоляционизму. Таким образом, проблема состоит в том, чтобы система управления, политико-административный ресурс в своей практике урегулирования конфликтов опирались не просто на культурную реальность, а на лучшее, жизнеспособное в ней.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Аксиологические, герменевтические, ант-ропоцентристские подходы не просто противопос-

тавляются рационализированным системным, сциентистским по духу подходам, но и изолируются друг от друга.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Авксентьев, В. А. Этническая конфликтология: в поисках научной парадигмы / В. А. Авксентьев. - Ставрополь, 2001.

2. Аствацатурова, М. А. Современные тенденции межэтнических отношений в Ставропольском крае / М. А. Аствацатурова // Этнические проблемы современности. - Ставрополь, 2004. - Вып. 10.

3. Библер, В. С. От наукоучения - к логике культуры / В. С. Библер. - М., 1990.

4. Давидович, В. Е. Сущность культуры / В. Е. Давидович, Ю. А. Жданов. - Ростов н/Д, 1979.

5. Дмитриев, А. В. Конфликтология / А. В. Дмитриев. - М., 2000.

6. Инглегарт, Р. Модернизация и постмодернизация / Р. Инглегарт // Новая постиндустриальная волна на Западе: Антология / под ред. В. Л. Иноземцева. - М., 1999.

7. Каган, М. С. Философия культуры / М. С. Каган. - СПб., 1996.

8. Кнабе, Г. С. Материалы к лекциям по общей теории культуры и культуры античного Рима / Г С. Кнабе. - М., 1993.

9. Конфликты в современной России: проблемы анализа и регулирования. - М., 2000.

10. Маркарян, Э. С. Теория культуры и современная наука. Логико-методологический анализ / Э. С. Маркарян. - М., 1983.

11. Рубин, Дж. Социальный конфликт: эскалация, тупик, разрешение / Дж. Рубин, Д. Пруит, С. Х. Ким. - СПб., 2002.

12. Социальные конфликты: экспертиза, прогнозирование, технологии разрешения. Методологические, общетеоретические технологические подходы. - М., 1991.

13. Степанов, Е. И. Концептуальный анализ конфликтов / Е. И. Степанов // Конфликты в современной России проблемы анализа и регулирования. - М., 2000.

14. Lehmannova, Z. The Role of Culture Factors in Global Processes and Conflicts. A Theoretical and Methodological Introduction / Z. Lehmannova ; Jan Masaryk Centre of International Studies University of Economics. - Prague, 2002.