ББК 71.4

И. В. Кучерук

Астраханский филиал Южно-Российского гуманитарного института

К ВОПРОСУ ОБ УСЛОВИЯХ ЭФФЕКТИВНОСТИ ДИАЛОГА КУЛЬТУР В СОВРЕМЕННОМ МИРЕ

Диалог имманентен существованию человека и человеческого сообщества и в историческом пространстве осуществляется между этносами с момента их возникновения. Особые причины и смысловые связи соединяют диалог и культуру: культура функционирует как внутренний диалог личности, направленный на интерпретацию культурных достижений и заложенных в них смыслов.

Сегодня мировым сообществом диалог возведен в ранг политического средства сохранения мира и показателя его открытости. Свидетельством тому является пристальный интерес мирового сообщества в лице таких международных организаций, как ООН и ЮНЕСКО к направлениям и содержанию диалога на рубеже ХХ-ХХ1 вв.: в ноябре 1998 г. ООН объявила о провозглашении 2001 года Годом диалога, затем под эгидой ООН был создан Международный центр по исследованию диалога между цивилизациями. Эта проблема международного взаимодействия рассматривалась на заседаниях ООН с последующим принятием соответствующих резолюций (1999, 2000). По мнению представителей ООН и ЮНЕСКО, диалог между цивилизациями должен быть равноправным и конструктивным. Основой диалога между цивилизациями, по утверждению Генерального секретаря ООН Кофи Аннана, должно стать понимание того, что мировое сообщество представляет собой «множественность культур», а также понимание того, что в современных условиях крайне важен не столько «диалог слов», сколько «диалог действий». Подобную позицию закрепила и принятая в 2001 г. Генеральной конференцией ЮНЕСКО Всемирная декларация о культурном разнообразии, в содержании которой международный диалог, включающий в себя диалог культур, рассматривался в качестве «наилучшей гарантии мира», а его конкретным воплощением определялось развитие межкультурных обменов в самых разнообразных формах.

В настоящее время, особенно на протяжении последних десятилетий, происходит диалогизация культур на межэтническом, межконфессиональ-ном и межправительственном уровнях. В диалог культур оказываются вовлеченными представители культурных сообществ и национальных образовательных систем, иных гражданских институтов общественных систем. Принципиальной чертой осуществляемого на рубеже ХХ-ХХ1 вв. в глобальном масштабе диалога культур является то, что он осуществляется в созданном нормативно-правовом поле, включающем в себя не только межправительственные отношения, но и декларации, заявления и резолюции таких значимых международных организаций, как ООН и ЮНЕСКО [1].

В этих условиях, когда открытые общества взаимодействуют в культурном поле диалога, важной задачей коммуницирующих сторон становится сохранение идентичности собственной культуры при понимании неизбежности диффузии (распространения) отдельных инокультурных образцов. Охвативший мир кризис идентичности рассматривается исследователями как «особое состояние духовной культуры общества, когда активно идет процесс внутренней трансформации, модификации традиционных духовно-этических норм и образа жизни под влиянием усиливающейся вестернизации»[2, с. 5].

Для того чтобы определить условия эффективности диалога культур, необходимо рассмотреть системообразующее для данного контекста понятие «диалог» и его интерпретации представителями различными отраслей знания с тем, чтобы выявить его наиболее значимые характеристики.

Большинство исследователей отмечают, что основой диалога является разговор, т. е. словесный обмен мнениями, беседа либо обсуждение, и, соответственно, особый акцент делают на характер взаимодействия коммуникантов. К этим общепризнанным сущностным характеристикам диалога авторы отдельных справочных и энциклопедических изданий добавляют также понимание диалога как переговоров, контактов, свободного обмена мнениями, обмена репликами [3, 4]. Однако следует учитывать, что не каждый обмен мнениями или репликами может быть диалогом. «Люди могут обмениваться угрозами и оскорблениями... Межеперсо-нальный дискурс не является диалогом, если только нет стремления с обеих сторон достичь взаимопонимания посредством обмена идеями.. Если стороны в интеллектуальном столкновении не признают возможности учиться друг у друга, или если они не могут предвосхитить возможность давать-и-брать, что могло бы привести к общему пониманию, то едва ли есть перспектива рациональной дискуссии» [5, с. 18-19].

В отдельных случаях подчеркивается субъектная составляющая диалога - конкретизируется тот факт, что диалогом может быть назван разговор двух и более лиц, а также тот факт, что участниками диалога могут быть не только отдельные лица, но и страны, находящиеся в контакте, т. е. в деловой связи, согласованности или тесном общении [3, с. 196; 4, с. 165].

Культурологический подход к рассмотрению диалога предусматривает его трактовку как форму взаимодействия между людьми, имеющую целью «решение задачи или проблемы», и характеризуется, что важно для развертывания концепции нашего исследования, «признанием участниками исходных взаимных расхождений в оценке проблемной ситуации и возможностей выхода из нее» [6, с. 123]. Таким образом, если следовать предлагаемой логике, то сущностью любого диалога является преодоление осознаваемого участниками диалога расхождения позиций, т. е. решение проблемы (как личностного, так и международного свойства), направленное на формирование согласованности взглядов участников диалога.

В дополнение к вышеприведенным интерпретациям отметим, что отдельные специалисты в области теории и истории культуры настаивают на том, что некое речевое взаимодействие можно отнести к диалогу в том

случае, если в нем присутствует дух Целого, как собственно в содержании диалога, так и в позициях (репликах, мнениях) его участников. Если же дух Целого отсутствует, диалог в общепринятом понимании может существовать, но это будет весьма специфический диалог, например диалог глухих, осуществляемый невербально [7, с. 171].

Позиция культурологов подтверждается и представителями психологической науки, которые подчеркивают, что диалогом может являться не только попеременный обмен речевыми репликами, но и репликами в широком смысле слова, к которым могут быть отнесены «действия, жест, молчание двух и более людей». Более того, психологами выделяются такие характеристики реплик, как их предметная отнесенность (реплика всегда о чем-то, всегда несет определенную информацию) и социальный характер, поскольку любая реплика регулируется «микросоциальными отношениями между партнерами» [8, с. 105].

В большей степени диалог исследован лингвистами, социолингвистами, специалистами в области теории коммуникации. Так, лингвисты полагают, что единицей диалога является не одна или несколько реплик, а их диалогическое единство, т. е. внутренняя смысловая связанность. Для определения связанных внутренним смыслом реплик Г. М. Кучинский вводит понятие «многофункциональные речевые акты», т. е. речевые акты, решающие одну задачу [9, с. 22]. Кроме того, лингвистами установлены формы, способы выражения диалогичности, наиболее существенными из них являются «.разговор с другим упоминаемым лицом/лицами, идейными (теоретическими) противниками и единомышленниками; сопоставление (или столкновение) двух и более различных точек зрения и, наконец, «разговор» со своим вторым «Я», не двойником, а объективированным «Я».....или диалог разных логик с целью проверки доказательства»

[10, с. 48]. Специалистами в области русистики внесен значительный вклад в формирование концепции диалога в части его видов. Например, выделены такие виды устного диалога, как «вопрос-ответ; диалог-унисон; диалог-спор; перевод темы в другую плоскость (переход к новой теме, нередко предваряемый риторическим вопросом)» [10, с. 50]. Этот видовой ряд диалога расширяют социолингвисты, обозначая информативный диалог, перспективный диалог, диалог - обмен мнениями с целью принятия решения/выяснения истины; диалог, имеющий целью установление/регулирование межличностных отношений и празноречивый (эмоциональный, артистический и интеллектуальный) диалог [11, с. 193-194].

Поскольку диалог осуществляется не только в устной, но и в письменной речи и находит отражение в различных документах, включая межправительственные и иные соглашения, представляется важным для нашего исследования привести интерпретации лингвистами сущности и средств диалогичности письменной речи. При этом под диалогичностью письменной речи понимается «выражение в тексте средствами языка взаимодействия общающихся, понимаемого как соотношение смысловых позиций, как учет реакции адресата (в том числе и второго Я), а также эксплицирование в тексте признаков собственно диалога». Соответственно, к формам диа-

лога отнесены «формы прямой речи в виде цитации и косвенной речи, разного рода императивных форм, обращение ко второму лицу, в виде прямых вопросов, в виде рассуждений . вставных конструкций». В научных текстах встречаются все вышеупомянутые разновидности устного диалога, но дополнительно используются: «согласие (одобрение), несогласие, оценка, вопрос, ответ, уточнение, дополнение, пояснение, доказательство, предположение, допущение. В отличие от устного диалога в письменных текстах «диалогичность структурируется в двухкомпонентных циклах, когда и позиция субъекта, и ее оценка эксплицированы в тексте, а также в однокомпонентных циклах, когда одна из позиций представлена имплицитно, т. е. лишь подразумевается». Естественно, двухкомпонентные циклы в большей степени передают диалогичность, степень ее выраженности значительно выше, чем в однокомпонентном цикле. Отсюда следует, что развитие текста, его внутренняя динамика заключаются в «чередовании циклов, отражающем соотношение различных смысловых позиций - утверждение одних и опровержение других» [10, с. 50].

Изложенные выше интерпретации важны для разработки концепции диалога культур, под которым мы понимаем процесс взаимодействия культур, характеризующийся наличием целей и зон коммуникаций и направленный на взаимообогащение культур при понимании самоценности каждой из них.

Вовлеченность в диалог, осуществляемый носителями конкретных национальных культур не только на различных уровнях, но и в разнообразных организационных формах, обусловливает необходимость изучения участвующими в диалоге субъектами всего спектра условий эффективного диалога, необходимого для придания ему динамизма и конструктивности и преодоления кризисных явлений.

Диалог культур рассматривается представителями различных отраслей знания как интегративная проблема, находящаяся на стыке философии, истории культуры, педагогики, истории, психологии, социологии и социолингвистики. Данный подход в первую очередь обусловлен комплексностью и многоаспектностью самого содержательного поля данной проблемы. Культурологи рассматривают диалог культур как «процесс взаимодействия культур, систем (явлений), в результате которого каждая культура осознает и обретает свою индивидуальную самобытность». По мнению исследователей, в этом процессе развивающееся взаимообогащение субъектов диалога осуществляется на основе трех наиболее существенных условий: «самотождественности и аутентичности взаимодействующих

культур, соответствия культурного самосознания реальностям культурного бытия, а также их различий, их «неравенства» друг другу [12, с. 128].

Взаимодействие культур осуществляется их конкретными носителями или, как пишет Н. Н. Шульгин, «культуры соприкасаются индивидами, а индивиды предстают друг перед другом в том или ином культурном модусе» [13, с. 22].

Поскольку диалог является частью и проявлением человеческой деятельности, следовательно, в структуре диалога необходимо выделить цели-мотивы, поскольку они определяют динамику диалогического процесса: достижение целей диалога приводит к изменениям в мотивационной сфере коммуникантов и, соответственно, меняет дальнейшие цели общения. Постановка целей и формирование мотивов в процессе диалогической деятельности представляет собой цикличный процесс.

Соответственно, исходным условием диалога между «персонифицированными полюсами культуры» является условная несовместимость исходных позиций коммуникантов, которая может быть связана как с мотивацией диалога, так и с дополнительной акцентировкой в нем «Своего» и «Чужого». Эта дуальная оппозиция может быть максимально поляризована, что влечет за собой несовместимость объектов и отсутствие конструктивности в результате взаимодействия. Если же общество и его представители в диалоге допускают возможность взаимозаменяемости «Своего» и «Чужого» в той или иной степени, то в этих условиях проявляется «культурологическая пластичность» данного общества и возрастает его способность к «адаптации инаковости».

Кроме понимания коммуникантами их предполагаемой условной несовместимости позиций, важно осознавать сопровождающее эту исходную несовместимость стремление к совмещению позиций. Если это стремление отсутствует, то диалог может не состояться или не стать результативным.

В этом контексте особое значение приобретает рассмотрение роли «внешнего» и «внутреннего» в процессе взаимодействия культур или, в соответствии с определением В. С. Библера, соотношение «макродиалога» и «макродиалога». Их соотношение неотделимо от глубинных изменений в культуре и от условий функционирования общества в целом. «В самой сути общества заложена тенденция к проникновению внутреннего диалога личности в систему внешних связей» [14, с. 62].

«Внутренний» диалог осуществляется под влиянием системы мотивов, которая побуждает личность находиться в непрерывном споре с самим собой и общаться с другими. Однако «внутренний» диалог не является только актом мыслительной деятельности человека. Под его влиянием представители различных культур могут не только развить свои способности к общению, но и способствовать воспроизводству самой культуры в сложившейся системе координат.

В зависимости от характера производимых в культуре изменений исследователи выделяют традиционный и инверсионный диалог. При этом, если традиционный диалог ориентирован на сохранение статичности своих форм, то для инверсионного диалога «характерны нацеленность на отказ от анализа внутреннего диалога и его организационных форм» [12, с. 61].

В процессе взаимодействия необходимо понимание коммуници-рующими сторонами и того факта, что диалог есть многотактное речевое взаимодействие, содержащее чередование монологов, соответствующих целям и ролям участников коммуникации и определенным образом иерар-

хизированных. Взаимосвязь диалога и монолога была подмечена еще М. М. Бахтиным, который в работе «Проблемы речевых жанров» особо подчеркивал, что каким бы монологичным не было высказывание, «. оно не может не быть в какой-то мере и ответом на то, что было уже сказано о самом предмете, по данному вопросу, хотя бы эта ответность и не получила отчетливого внешнего выражения» [15, с. 289].

В современном мире существует проблема развития организационных форм диалога культур, адекватных реальности и современным целям. В этих условиях особое значение принадлежит соблюдению баланса мо-нологизации и диалогизации в международных взаимоотношениях, который рассматривается как мера свободы (или несвободы). В итоге эта мера или баланс могут также определять «возможность эффективного диалога, диалогизации как ответа на ухудшение ситуации, реальной или потенциальной» [13, с. 60].

Внутренний диалог участников диалога культур, выраженный в разнообразных внешних формах, не только является средством интерпретации культурного богатства человечества, но и может рассматриваться как условие формирования гражданского общества и средство разрешения назревших в обществе социокультурных проблем.

К обязательным условиям эффективного диалога культур может быть отнесено и наличие предварительного информационного взаимодействия, в том числе и в «воображаемом плане» - иными словами, необходим «некий абсолютный минимум информационного взаимодействия, . в предваряющей деятельности воображения о «других» или даже в наличии - пока не задействованной - способности общаться» [13, с. 24]. Если собственно диалогу предшествует любое «минимальное» взаимодействие культур, можно утверждать, что между культурами существует определенным образом оформленный внутренний диалог.

Диалогическое взаимодействие должно обязательно быть информативным, иначе теряется смысл взаимодействия, а также экзистенциальным, т. е. бытийным, что является крайне важным для понимания участниками диалога друг друга. При этом важно, что каждая из «включенных» в диалог культур должна быть подлинной культурой данного этноса, т. е. не субкультурой и не псевдокультурой. Вероятно, в данном случае речь идет о понимании субъектами друг друга, собственных мотивов и целей диалога, позиций по отношению к предмету диалогической деятельности.

Необходимость организации понимания участниками диалога друг друга является комплексной проблемой и включает в себя, по нашему мнению, не только знание истории тех стран, которые представляют участники диалога, но и понимание особенностей их менталитета в совокупности его исторической и психологической составляющих, а также существующих в данной культуре стереотипов в отношении представителей участвующего в диалоге этноса и иные характеристики. Таким образом, если следовать предлагаемой логике, то сущностью любого диалога представителей различных культур является преодоление проблемы как личностного, так и международного свойства, направленное на формирование согласованности взглядов участников диалога.

Кроме того, необходимо осознание культурной общественностью и всей мыслящей частью этноса «бытийности», ненадуманности рассматриваемой в диалоге проблемы, ее соответствие данной конкретноисторической ситуации, а также понимание участниками диалога тех основных различий, которые отличают данную культуру от культуры другого народа, иного этноса.

СПИСОК ЛИТЕРА ТУРЫ

1. http://peace. UNESCO. ru /dialog/contribution.htm.

2. Ан Су Мин. Диалог культур в истории Кореи: Дис. ... канд. культ. наук. - М., 2005. - 177 с.

3. Современный словарь иностранных слов. - М.: Рус. яз., 1999. - 742 с.

4. Большой энциклопедический словарь языкознания. - М.: Большая рос. эн-цикл., 1998. - 685 с.

5. Виреду К. Роль философии в межкультурном диалоге // Вестн. Рос. филос. об-ва. -2004. - № 1 (29). - С. 17-23.

6. Человек и общество: Культурология: Словарь-справ. - Ростов н/Д.: Феникс, 1996. - 544 с.

7. Культурология. ХХ век: Энцикл. - СПб.: Университетская книга; Алетейя, 1998. - 447 с.

8. Психология. Словарь / Под общ. ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. -М.: Политиздат, 1990. - 494 с.

9. Кучинский Г. М. Диалог и мышление. - Минск, 1983. - 268 с.

10. Стилистический энциклопедический словарь русского языка / Под ред. М. Н. Кожиной. - М.: Флинта - Наука, 2003. - 696 с.

11. Основы теории коммуникации / М. А. Василик, М. С. Вершинин, В. А. Павлов и др. - М.: Гардарика, 2003. - 615 с.

12. Ахиезер А. С., Шуровский М. Л. От диалога к диалогизации (в свете концепций В. Библера) // Философия. - 2005. - № 3.

13. Шульгин Н. Н. Альтернативная герменевтика в диалоге культур // Философия. -2002. - № 12. - С. 22-34.

14. Библер В. С. От наукоучения к логике культуры: Два философских введения в XXI век. - М.: Полит. лит., 1991. - 413 с.

15. Бахтин М. М. Автор и герой: к философским основам гуманитарных наук. -СПб.: Азбука, 2000. - 336 с.

Получено 29.06.2006

TO THE PROBLEM OF EFFECTIVENESS OF THE DIALOGUE OF CULTURES IN THE MODERN WORLD

I. V. Kucheruk

The author presents the systematical analysis of such terms as "the dialogue" and "the dialogue of cultures", and studies these terms from the point of view of different branches of science, paying special attention to their most significant characteristics. Due to the analysis of literature sources, the author marks out some conditions for effectiveness of the dialogue of cultures and civilizations in the modern world.