СИБИРСКИЙ МЕДИЦИНСКИЙ ЖУРНАЛ № 32009 (выпуск 1)

МИЛОСЕРДИЕ, ВРАЧ И БОЛЬНОЙ

УДК 608.1:27-64

В.В. Бабич*, А.Ю. Коломийцев**

E-mail: elf@gorodsveta.net

ХРИСТИАНСКИЙ ВЗГЛЯД НА ЧЕЛОВЕКА В КОНТЕКСТЕ СОВРЕМЕННЫХ ВОПРОСОВ БИОЭТИКИ

* Новосибирский Свято-Макарьевский православный богословский институт;

** Межрегиональный Сибирский медицинский Фонд им. Д.Д. Яблокова, Томск

Жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие.

Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое.

Втор. 30,19

Тот, кто будет человеком, уже человек.

Тертуллиан

Самой ужасной из всех человеческих страстей я считаю стремление более сильного использовать другого человека как средство достижения своих эгоистических целей. Это не что иное как утонченная форма каннибализма.

И. Кант

Развитие современных научных исследований в области биологии рождает совокупность новых проблем нравственного значения. В более ранней этической традиции нравственное поведение относилось практически исключительно к человеческим существам, имеющим определенные черты (предикаты), имя и волю [1]. В современной биоэтике поднимаются вопросы отношения к человеческой жизни, лишенной лица, имени и самостоятельности, жизни, еще не рожденной (проблема ее «производства» разными путями и с разными намерениями), либо жизни уже зачатой (возможность манипулировать эмбрионами: сохранять или уничтожать их). Научно-технический прогресс, порождающий новые технические возможности, делает неясным естественные границы начала и конца жизни. Сегодня человек становится способным на основе разработок генной инженерии создавать себе подобных, человек превращается в «продукт», и это принципиально из-

меняет его отношение к самому себе. Достижения современной науки позволяют «создавать» и искусственно продлевать биологические процессы, отсюда становится неясным, до какой степени корректно говорить о феномене человеческой жизни. В связи с этим ставится вопрос о нравственно приемлемых границах технологий продления жизни и о нравственных возможностях ее прекращения.

Сегодня мир стоит на пороге рабовладельческого общества нового типа. В изуверские замыслы слуг грядущего антихриста входит не только физическое, но и духовное порабощение людей. Причем средством достижения этих целей является широкое использование последних достижений науки и техники.

В ряде стран широкое распространение получают биометрические системы идентификации личности по уникальным для каждого человека биологическим данным — отпечаткам пальцев, радужной оболочке глаза, геометрии кисти руки, генетическому коду и другим. Итак, унизительные процедуры, которым ранее подвергались только преступники, предлагается ввести для всех жителей Земли. На рассмотрение специальной сессии Генеральной ассамблеи ООН вынесен проект, согласно которому каждому жителю планеты должен быть присвоен планетарный идентификационный номер, сняты отпечатки пальцев и отсканирована радужная оболочка глаза. Автор проекта Паскаль Смет заявляет: «Все технические проблемы уже решены. Это лишь вопрос политической воли и инвестиций... Это основное правило эффективного управления. Если вы управляете чем-то, вы должны точно знать его количество». По мнению Смета, такой способ регистрации позволит странам открыть свои границы, поскольку добропорядочные граждане смогут с легкостью идентифицировать свою личность...

Уже около трех десятилетий рядом ведущих научных фирм мира ведутся разработки по созданию и внедрению вживляемых (имплантируемых) в тело человека чипов - микроэлектронных и биоэлектрон-ных устройств, содержащих в себе уникальный идентификационный номер или личный код, предназначенный для связи с внешней компьютерной системой, с которой этот чип может взаимодействовать тем или иным способом, в том числе и без инициативы самого человека. Уже есть технологии, позволяющие «выращивать» микросхемы непосредственно в биологических тканях человеческого тела. На наших глазах создается система покупок и продаж с использованием имплантируемых или «выращиваемых» микрочипов!

Технологии на основе использования достижений бионики стремятся создать организм, который содержал бы органический материал (клетки человека), способный взаимодействовать с биометрическими чипами для их имплантации в тело человека.

В настоящее время ученые работают над созданием получеловеческих-полусиликоновых чипов. В

В.В. Бабич, А.Ю. Коломийцев

ХРИСТИАНСКИЙ ВЗГЛЯД НА ЧЕЛОВЕКА

одном из сообщений из Центра Франклина по изучению законодательства (США) говорится: «Обязательная система национальной идентификации личности через вживление микрочипов может быть реализована в два этапа: на первом этапе будет предложена добровольная система имплантации микрочипов. После знакомства с процедурой и ее преимуществами можно будет перейти к обязательной имплантации...».

Здесь необходимо отметить, что, используя высокие технологии XXI века, с помощью микрочипа можно манипулировать сознанием человека, создавая фантомы виртуальной реальности. Еще в 80-е годы прошлого века в советском академическом журнале серии «Кибернетика и медицина» появились статьи о психотропном оружии. Их автор, инженер-полковник, профессор Георгий Богданов, писал, что в мозгу имеются встроенные самой природой кристаллы полупроводниковых структур. Благодаря этому возможна передача в мозг кодированной информации, которая вызывает образ, представление, зрительные ассоциации, акустические воздействия и поведенческие реакции. Последние исследования показали, что можно избирательно воздействовать на определенные центры коры головного мозга, в частности на центры удовольствия и страха. Таким образом, венец творения, свободная творческая личность превращается в биоробота, полностью управляемого автоматически действующей системой. Не представляет также труда и уничтожить это существо - в определенный момент времени можно подать сигнал, вызывающий спазм сосудов головного мозга или нарушение сердечного ритма...

Таким образом, современные биотехнологии рождают актуальные вопросы, тесно связанные как с частными проблемами этики, так и с фундаментальными религиозно-философскими вопросами. [2]. Неопределенность в этих вопросах может привести к антропологической отчужденности, субъектом которой является человек, лишенный части своих сущностных характеристик и тем самым утрачивающий свою природу.

«Генетический материал» (эмбрионы, стволовые клетки), которым оперирует современная наука, часто вызывает ощущение того, что мы находимся не перед человеческими существами, а лишь перед личностным состоянием, которое только потенциально принадлежит к человеческому роду. Но существуют ли рациональные очевидности таких ощущений?

Православная церковь говорит о том, что одни научные критерии не могут дать достоверных ответов на поставленные вопросы, так как наука «представляет собой ограниченную часть общечеловеческой и национальной культуры» и развитие этического сознания в современном секулярном обществе не является плодом только научных дебатов [3]. Наука, объективно описывая эти вопросы, не может освещать их с этической точки зрения. То, что на са-

мом деле случается, не может нам говорить о том, что должно случаться. Необходимо разграничение описательного уровня фактов с уровнем долженствования. Следовательно, необходимы нравственные критерии и определение нравственных максим.

Биоэтика как новая область междисциплинарного знания, несмотря на чрезвычайную широту изучаемых проблем, обращена прежде всего к человеку. Именно человек является тем моральным субъектом, отношение которого к миру в целом и к себе самому является предметом биоэтики. Таким образом, главным критерием решения вышеизложенных проблем является определение человеческой природы, из которой выводятся достоинство человека, его права и обязанности. Христианская традиция выделяет человека из всей совокупности тварных существ, определяя его как существо богоподобное, которое призвано возвысить все творения до Божественного уровня и стать обиталищем Святой Троицы, направляя свою волю на исполнение Божественной воли. [4]. Из сказанного следует, что человек, как существо свободное и наделенное огромным потенциалом, несет ответственность не только за устроение своей собственной природы, но и за реализацию конечной и главной цели своего бытия, реализуемого в границах земного существования.

В том, что человек действительно могуществен как по отношению к миру, в котором он рождается и который его окружает, так и по отношению к самому себе, - это очевидный для всей антропологии факт (как религиозной, так и светской). На вере в человеческое могущество, то есть на уверенности в том, что человек способен к большему и совершенному, основывается все развитие человеческой истории и, в частности, научного прогресса. Разногласия возникают при попытке объяснения этого развития, его причин, целей, возможности и пределов. История культуры представлена рядом разнообразных теорий относительно природы моральных обязательств и нравственных ценностей. Такое разнообразие связано с возможностью выбора разных исходных оснований при объяснении сущности, природы, функций морали и нравственных отношений [5]. Христианская антропология отвергает теории, в которых человек понимается как результат собственного труда и общественных отношений, является субъектом, самореализующимся в границах истории. Именно под влиянием такого типа теорий, несущих в себе натуралистическо-прагматическое основание, во второй половине XX века формируется первый блок «новых этических стандартов». При этом сами природные потребности, возведенные в ранг высших ценностей, становятся основанием выхода из режима природной естественности. Именно это и происходит в либеральной биоэтике, отстаивающей право рожать детей, даже когда это право не дает природа, продолжать жить, даже когда это право забирают естественные законы, умереть «легко» вопреки при-

МИЛОСЕРДИЕ, ВРАЧ И БОЛЬНОЙ

родным процессам, изменить свой пол, вопреки природе, уничтожить жизнь, когда она даруется Богом.

Признаки онтологического положения человека определяются понятием личности, понятием, исторически возникшим на Вселенских Соборах из споров о природе Христа и Св. Троицы. Светская культура приняла и усвоила это понятие. Поэтому возможно определить некие универсальные этические критерии, выводящиеся из личностного понимания человека, которые позволили бы вести дискуссию не на уровне «расчета», «блага» и «пользы», а на уровне основополагающих антропологических принципов. Утверждая, что человек несет в себе заложенную богочеловечность и потенцию бесконечного совершенствования, христианская церковь учит, что каждый человек как личность несет в себе несоизмеримую ценность, не сводимую к какому-либо благу, и поэтому требует безусловного уважения. Только на этой онтологической основе возможно найти надежный фундамент для почти общепринятых прав человека. И. Кант, выражая эту христианскую максиму в своей философии, писал: «Человек и вообще всякое разумное существо существует как цель сама по себе, а не только как средство для какого-то применения со стороны той или иной воли; во всех своих поступках, направленных как на самого себя, так и на других разумных существ, он всегда должен рассматриваться также как цель» [6].

Взгляд церкви на человека как на Образ Божий не отменяет того, что человек есть также естественно-биологическая, социальная и экономическая сущность. Эта точка зрения отрицает только то, что с помощью этого конгломерата человек становится полностью понятным. Все попытки определить человека, упускающие из виду «тайну личности» и сводящие все только к природным характеристикам, порождают отрыв от традиционной нравственной традиции, принципиально новое понятие о человеке. Если рассматривать человека только как представителя вида Homo sapiens, разумного существа, то целый ряд психических заболеваний или органических повреждений может лишить человека статуса морального субъекта, то есть человечности. Современный православный богослов отец Андрей Кураев пишет: «Даже если личность еще не вступила в обладание всей полнотой своей природы или утратила это обладание — сама личность есть. Поэтому, аборты и эвтаназия - это убийство». Отказ от тайны личности, иными словами, от признания в человеке Образа Божия, равносилен отказу человеку в праве считаться человеком и таким образом легитимизирует отношение к нему как к биологическому материалу (объекту исследования). Это, в свою очередь, имеет прямое отношение на проведение эмбриональных исследований, вопросов эвтаназии и абортов. То, что церковь имеет право и даже обязанность говорить о таких вопросах, видно на таком примере, как запрет убийства людей для приобрете-

ния донорских органов. Что касается вопроса эвтаназии, церковь утверждает, что жизнь - это дар Божий и мы не имеем право прерывать ее по собственному волеизъявлению.

Учение христианской церкви можно рассматривать лишь как одно из множества мнений и утверждать, что в современном мире оно не может определять начало и конец жизни и статус (личностный или безличностный) эмбриона. Но церковное учение, распространяясь на вопросы биоэтики, опирается не только на догматическое утверждение начала и конца жизни, но и на рациональный аргумент благоразумия, в отсутствии достоверности о начале жизни мы обязаны уважать весь жизненный процесс. Нужно учитывать, что опасность, подстерегающая всех, кто соприкасается сегодня с биоэтикой, заключается и в том, что она может оказаться сферой не столько духовно-этических, сколько социально-экономических интересов. Игнорирование позиции церкви может быть связано не с главенством рациональных аргументов ее оппонентов, а с экономическими интересами химических и фармацевтических индустрий.

Христианская церковь, уже несколько веков наблюдая сильный процесс дехристианизации в европейской культуре, особенно обострившийся в последние десятилетия (в котором теряется онтологический фундамент понятия личности, а размышления о правах человека сводятся к пустой риторике), призывает к безусловному уважению абсолюта личности на всех этапах ее жизни [7]. Невозможно говорить о естественном праве человека на жизнь, являющемся очевидным условием для всех остальных прав, если оно зависит от решения других разрешить ему жить или лишить его жизни (в результате решения суда, аборта или эвтаназии). Утрата современной культурой понимания человека как Образа Божия приводит к тому, что появляются все более широкие индивидуальные права, утверждается безразличие к самому основному праву - к праву человека на жизнь.

ЛИТЕРАТУРА

1. Макинтаир А. После добродетели: Исследование теории морали / Пер. с англ. В.В. Целищева - М.: Академический проект; Екатеринбург: Деловая книга, 2000. - 384 с.

2. Введение в биоэтику: Учебное пособие. - М.: Прогресс традиция, 1998. - 384 с.

3. Словарь философских терминов / Под ред. проф. В.Г. Кузнецова. - М.: ИНФРА - М, 2007. - 731 с.

4. Митрополит Амфилохий (Радович). Человек - носитель вечной жизни / Пер. с серб. С. Луганской. - М.: Изд. Сретенского монастыря, 2005. - 304 с.

5. Мерфи Н., Эллис Дж. О нравственной природе вселенной: Богословие, космология и этика / Пер. с англ. (Серия «Богословие и наука»). - М.: Библейско-богословский институт св. апостола Андрея, 2004. - 288 с.

6. Кант И. Основоположения. Собрание сочинений в восьми томах. - М., 1994. - Т. 4. - С. 2004.

7. Бьюкенен П.Дж. Смерть Запада / Пер. с англ. А. Башкирова. - М.: АСТ, 2004. - 444 с.