Е.О. Самойлова

(Пятигорск, Россия)

ЭСТЕТИКА АНИМЕ

Тайна красоты всегда тревожила умы людей на протяжении многих веков. В современном мире, когда красота и эстетика приобретают новые коннотативные значения, нельзя не считаться и с субкультурами, которые в той или иной мере формируют восприятие этих концептов отдельными группами. Эстетика различных субкультур связана прежде всего с сущностями и формами прекрасного, и с выражениями данных форм через искусство и творчество, а понятие «красоты» субкультур существенно отличается от того же понятия в массовой культуре.

Массовая культура в настоящее время, в большинстве случаев лишена аутентичной эстетики, в то время как с появлением новых субкультур их эстетика обогащается. Термин «аниме» вошедший в обиход сравнительно недавно, уже обладает своей собственной эстетической структурой, которая разнится от выбираемого жанра.

Аниме происходит от английского слова «animation», и является видом японской анимации. Данный термин можно трактовать и с другой точки зрения. Так, опираясь на Платона, душа - анима, до рождения человека душа созерцает идеи в нематериальном мире, а после того, как вселяется в тело, «забывает» их. Подтверждению этому мы можем найти у К.Г.Юнга, который ввел два термина: Анима (женский элемент в психике каждого мужчины) и Анимус (мужского элемента в психике женщины). Оба этих элемента сокрыты в психики, человек как бы «забыл» их. Гераклит тоже отмечает диалектичную картину мира, в которой для достижения гармонии должны присутствовать два элемента: мужское и женское начало. По Гераклиту, возможна «и «сокрытая гармония, в которой сокрыты и погружены различия и противоположности»» [1].

Т.е. эстетика и философия выступают в неразделимом единстве. Единение двух начал, мы можем наблюдать и в восточной философии на основополагающем принципе инь и

янь. Можно предположить, что тот же принцип был положен в основу субкультуры аниме, где, если рассматривать культуру в целом единство женского и мужского начала проявляется максимально, а, с другой стороны, разделения на различные жанры помогает высвободить и раскрыть элементы Анимы и Анимуса.

В настоящее время аниме представляет собой особый культурный пласт, который объединяет в себе сериалы и фильмы не только для детей, но и для подростков и взрослых. Уникальность эстетики данного направления состоит в том, что японское аниме, являясь замкнутой субкультурой, живет и развивается по своим собственным законам, имеет отличительные формы (не только жанр аниме, но например и дизайн персонажей) и признаки. Примером могут послужить отличительные жанры этого искусства как меха (Eurika 7), сёнен (White Cross, Overdrive), сёдзе (Sailor Moon), яой (Fake, Pure romance, Hayakashi no Bara), юри (Girl meet girl) и т.д. Персонажи каждого аниме являются уникальными, и во всей культуре вряд ли можно найти двух абсолютно идентичных героев.

Каждый художественный образ имеет свою эмоциональную и рациональную сторону. Это проявляется в первую очередь в изображении того или иного персонажа. Так, если у персонажа аниме большие глаза, это означает, что этот герой добрый, отзывчивый и дружелюбный. И, наоборот, - с маленькими глазами чаще всего встречаются отрицательные герои. В аниме, волосы могут быть абсолютно любого цвета, начиная с традиционных оттенков и заканчивая зеленым, синим и фиолетовым цветом. Даже цвет волос имеет свою собственную символику. Например, герои с ярким цветом волос, например алым или рыжим чаще всего бывают импульсивными и открытыми, светловолосые - иностранцами, а герои с темными, черными или темно-фиолетовыми волосами могут выступать как очень замкнутые личности или же отрицательные персонажи. Во многих аниме сериалах персонажи выглядят более психологичными, чем в обычном кинематографе.

Проблемы, которые затрагивают аниме сериалы, с одной стороны, могут показаться довольно простыми и повседневными, но, с другой стороны, являются глубоко философскими вопросами.

Можно отметить такие идеи, как: идея одиночества, нежелание сдаваться даже в самых сложных жизненных ситуациях, помощи близким и дорогим людям, сплоченности коллектива, осуществление мечты, идея стойкости и мужества, достижении целей, идея подвига ради блага и счастья любимого человека, и в целом идея любви. Роль индивидуальности художника особенно наглядна в исполнительском искусстве (музыка, театр) [1]. Она так же ярко проявляется в аниме. Каждый сценарист видит современный мир по разному, поэтому и сложно найти двух похожих аниме. В одном может говориться о быте простых школьников, живущих в Токио или Осаке (Azumanga Dahio, Lucky Star, Lovely Complex), другой же опишет постапокалептический мир или бескрайние просторы вселенной (Toward the Terra, Wolfs rain, King of the beast planet).

Символьная сторона аниме не ограничивается только внешностью главных героев. Много внимания уделяется аллегорической стороне бытия. Например, лепестки падающей сакуры не только представляют собой эстетически красивую картину, но пытаются донести до зрителя мимолетность, и быстротечность времени. Символом может послужить и обычный цветок - например, клевер (“Honey and Clover”), и роза (Paradise Kiss), и даже пара узорных стаканов купленными персонажами (“Nana”). Все они, так или иначе, связаны с безвозвратно ушедшими временами счастья и радости, подготавливая тем самым зрителя к новым поворотам сюжета.

Символ судьбы или рока имеет завуалированный характер, и проявляется, прежде всего, во время встречи главных героев. Что бы зритель смог прочувствовать всю остроту момента, режиссер использует не только эмоции персонажей, но приостанавливает время на картинке.

Почти всегда эта встреча является судьбоносной для обоих героев, и после нее начинается основное повествование. Если сравнивать аниме и современные постмодернистские тенденции, то в сходство с ними состоит лишь в что весь

универсум признается за игровой калейдоскоп текстов, смыслов, форм и формул, символов, симулякров и симуляций [2].

Обычно сами постмодернисты часто сравнивают свой творческий метод с карнавалом, в котором происходит театрализованное смешение различных культурных блоков.[3] Но если в постмодернизме, и его эстетике нет определенной цели, а над идеальной красотой главенствует телесная, то в субкультуре аниме мы скорее обнаружим полное противопоставление этой традиции. Чувство прекрасного в зрителе пробуждает в первую очередь не только красивая и детальная прорисовка персонажей, но и разнообразие их характеров, жизненных ситуаций, в который они попадают, да и в целом весь разнообразный мир. Каким бы ни был мир аниме сериала, довольно часто происходит эффект “удвоения” мира, причем такое, что мир аниме образов оказывается несопрягаем с образами реального мира [3].

В основном это относится к таким жанрам как постапокалипсис, панк, киберпанк, фантастика и т.д. Например действия аниме “Wolf s rain” происходит в

постапокалептичсеком мире, где люди оставили в руинах забытые военных технологии, а в сериале “Tower of Druaga” был создан полностью выдуманный мир, основанный на шумерской мифологии.

Однако хотя большинство миров аниме отличается от современного, есть и такие, где персонажи максимально приближены к реальным людям, и действие происходит в современном нам мире (“Honey and Clover”, “Reaching you”, “Special A”, “Itazura na Kiss”).

Даже в таких примитивных и простых, с одной стороны, аниме, сценаристы и художники пытаюсь приблизить читателя не только к внешнему миру, или внутреннему миру героев, но и приблизить зрителя к возвышенному. По словам И.Канта, «если чувство прекрасного в самой своей форме несет идею целесообразности (и этим словно предназначено для нашей способности суждения), то чувство возвышенного моментально (его скорость должна превышать скорость рефлексии) и нецелесообразно». Или, говоря иначе, с возвышенным мы

сталкиваемся тогда, когда ощущаем пределы собственного воображения, когда находимся на границе представления, за которой нет ни одного образа, ни одной, говоря словами Канта, чувственной формы.[3] По мнению И. Канта возвышенное носит количественный характер, т.е. в большей мере этот термин апеллирует к кинематографу. В аниме, как одной из субкультур, массовая культура играет меньшее значение. Хотя аниме и распространено в Японии и США, пока оно так и остается элементом элитарной культуры.

Кантовское «возвышенное» в кинематографе и аниме существенно отличаются друг от друга. К первому мы можем отнести такие жанры, как боевики, блокбастеры, фентази, фильмы- катастрофы, в которых в той или иной степени выражены различные бедствия или катастрофы, и зрелище этого само по себе уже является возвышенным, но не специфичным. Примеры этого мы можем найти и в литературе, и в живописи, и в театре, и в цирке [4].

В аниме этих жанров почти не наблюдается. Все основывается на оригинальности сюжета, а соответственно и на оригинальности воображения создателя.

«Возвышенное» в аниме не строится на зрелищном показе сцен, хотя и без этого нельзя, а основывается на характере и поступках героев. «Возвышенное» приобретает не только материальную, но и духовно-эстетическую направленность. Как и Гегель, который главную цель искусства видел в выражении истины, которая на данном уровне актуализации духа практически отождествлялась им с прекрасным, главная цель этой «возвышенности» показать истинность переживаний, красоту чувств, максимально приблизить зрителя к происходящему. При этом Гегель подчеркивал диалектический характер природы идеала: соразмерность формы выражения выражаемой идее, обнаружение ее всеобщности при сохранении индивидуальности содержания и высшей жизненной непосредственности.

Конкретно в произведении искусства идеал выявляется в «подчиненности всех элементов произведения единой цели». Эстетическое наслаждение субъект восприятия испытывает, от естественно-исскуственной «сделанности» произведения

искусства, которое создает впечатление органического продукта природы, являясь произведением чистого духа [4]. Все это в полной мере можно отнести к искусству аниме.

Анализируя все вышесказанное, можно сделать вывод, что эстетика аниме многогранна и включает в себя не только материальную сторону (форму выражения т.е. аниме сериал или фильм), а так же и аллегорическую сторону, которая и наполняет все аниме смыслом, символичнсотью и эстетикой.

Библиографический список:

1. Борев Ю.Б. Эстетика: Учебник. - М.: Высшая школа, 2002. - 511 с.

2. Маньковская Н.Б. Эстетика на переломе культурных традиций. - М., 2002. - 345 с.

3. Дьяков А.В. Философия и эстетика эпохи постмодерна. Новая Философская энциклопедия. Т. 4. - М., 2001. С. 456 - 466.

4. Кант И. Критика способностей суждения. - М.: Знание, 1987.