УДК 75

ББК 85.147

П 60

Портнова И.В.

Анималистический жанр в творчестве Н.Е.Сверчкова (концепция «портретного образа» лошади)

(Рецензирована)

Аннотация:

Цель исследования - вопрос иконографии портретного образа лошади в русской живописи второй половины XIX века на примере творчества Н.Е.Сверчкова. Анализируются особенности «конного портрета» знаменитых русских рысаков, их связь с популярностью и значением лошади в русском обществе и в искусстве того времени. Выявляется значение творчества Сверчкова в развитии русского анималистического жанра.

Ключевые слова:

Художник-анималист, образ лошади, «конный портрет», заказной портрет лошади, орловский рысак, позы стоя, конный завод Тульской области, окружающий ландшафт.

Animalisticheskiy genre in the creation of N.E.Sverchkova (concept «portrait means» of horse).

Abstract:

Purpose of a study - question of the iconography of the portrait means of horse in the Russian painting of the second-half XIX of century based on the example of the creation of N.E. Sverchkova. Are analyzed the special features «horse portrait» of famous Russian trotters, their connections with popularity and value of horse in the Russian society and in the skill of that time. Is revealed creation value Of Sverchkova in the development of Russian animalisticheskogo genre.

Keywords.

The artist-animal painter, the means of horse, «horse portrait», the custom-made portrait of horse, orel trotter, pose costing, horsebreeding the plant of Tula region, the surrounding landscape.

Во второй половине XIX века анималистический жанр обогатился живописным портретным изображением лошади, игравшим важную роль в русском обществе того времени. Одна из самых совершенных серий анималистических портретов принадлежит кисти известного художника-анималиста второй половины XIX века Н.И.Сверчкова, создавшего целую галерею изображений породистых лошадей. Эти животные органично фигурировали у него в разных жанрах (историческом, бытовом, пейзаже), изображал он их и в отдельности. Животные присутствовали у него в различных композиционнотематических вариантах (лошадь в стойле, на бегах, конный портрет) и техниках (масло, акварель, пастель). Художник любил изображать также одни головы коней, причем последние предстают в своих разновидностях. головы жеребцов и кобыл с жеребятами и без них, головы цирковых лошадей, молодые и старые кони и т.п.

В обширной галерее лошадиных образов можно выделить типичный «коннозаводской портрет» (портрет, сделанный на заказ) и портреты лошадей не являющихся таковыми, но удачно их дополняющими. Когда смотришь на ряд произведений, создается впечатление, что художник владел разными стилевыми манерами, варьируя их в каждом конкретном случае. Он не был ограничен рамками той или иной школы, того или иного влияния. Показательно, что поступив в 1840-х годах в

Академию художеств вольнослушателем, с 1852 года он уже являлся академиком, а с 1855 года - профессором. Профессиональное мастерство и творческие устремления были выработаны быстро под воздействием самой натуры. Сверчков унаследовал фамильную страсть к лошадям: его отец работал конюхом в ведомстве придворных конюшен. Он скоро становится известным портретистом лошадей, выполняя заказы ведущих коннозаводчиков. Больше всего художник питал пристрастие к орловским рысакам, находя в них наибольшее приближение к своему идеалу. Владелец конного завода в Тульской области Я.И.Бутович вспоминал: «Ни один художник не действовал на мою душу и психику своими лошадиными образами и типами так полно и так благотворно, как Сверчков. Я так сроднился и так полюбил его творчество, так проникся с ним, и это произошло конечно потому, что Сверчков был страстным поклонником орловского рысака» [1]. Во многих портретах лошади у Сверчкова рысистой породы: «Портрет супруги художника в амазонском платье на лошади» (1849),«Портрет В.П.Воейкова»(1849),«Портрет И.И.Юшкова», «Потрет Панаевой на лошади» (1854), «Конный портрет маркизы Траверсе» (1871) и другие. В 80-е годы, став общепризнанным мастером, Сверчков выполняет несколько заказных портретов членов царской семьи и придворных: «Портрет Александра II в санях», «Портрет Александра II с сыном», «Царь Александр III в открытом ландо» (1888) (Музей коневодства).

Эти портреты нельзя назвать официально-парадными, хотя по содержанию они претендуют на это. Торжественно-парадная сторона образа художника мало интересует. Хорошо изображая человека, он все же больше тяготел к лошадям. В собрании музея Коневодства в Москве хранится портрет «Орловский рысак Горностай 5». Сверчков повторяет традиционную схему конного портрета - изображение стоящей лошади в профиль. Такое положение позволило наиболее полно охарактеризовать модель. Художник безукоризненно передает все особенности орловской породы: рельефную голову на стройной шее, высокую холку, крепкий корпус, в целом, гармонично сложенную добронравную лошадь. Чтобы придать образу оттенок поэтической величавости, он использует рассеянный свет с нежными серебристо-голубыми и золотистыми оттенками цвета. Свет мягко окутывает фигуру почти белоснежной лошади, более ярко высвечивая ее голову и грудь. Мастер явно любуется моделью и словно боится развеять это обаяние красоты как некое сновидение. Портрет, безусловно, имел коннозаводское значение. Однако художник видит в модели гораздо больше, чем просто точная фиксация всех ее особенностей. У Сверчкова как будто отсутствует какая-либо дистанция между мастером и моделью. Он изучал свои модели, проникался ими, как бы сам перевоплощался, и чем полнее удавалось ему такое слияние, тем лучше получался портрет. Из коннозаводского портрета он превращался в портрет-сказание. Наряду с «Горностаем», Сверчков пишет несколько портретов орловских рысаков белой и серой мастей: «Летун»(1838), «Казарка», «Селитра», «Лебедь I», «Лебедь VI» (1831), «Непобедимый II» (1844), «Варвар I « (1839), «Крепыш», «Крутой» и другие [2].

Экстерьер белой лошади привлекал художника. Вероятно, он находил в нем выражение некого благородства и возвышенности - черт, присущих этой породе, и всякий раз отмечал в них изысканную утонченность. В композиционном и живописном виде портреты близки друг другу, во всем отражают характерный типаж рысака: лебединая шея, стройное туловище на высоких ногах, длинный хвост, умение держать себя с особым достоинством, свойственным высокопородным животным. Кроме того, портреты индивидуальны (у каждой лошади своя кличка). Так портрет серого жеребца «Летуна» отличается большим изяществом. Красивая внешность бело-серого коня дополняется легкостью его статичной позы, как бы остановившимся на мгновение и заключающем в себе всю быстроту движений. В портрете, изображающем орловскую рысачку «Казарку», другая индивидуальность. Кобыла изображена стоящей в несколько затемненном деннике, позволяющем почувствовать умиротворенность ее состояния и мирный нрав. Орловская кобыла «Селитра», изображенная на фоне открытого пространства поля, по

своей характеристике близка интерпретации жеребца Летуна. В портретах лошадей Сверчкова есть что-то близкое портрету Серова, изображающего орловского коня «Летучего». То же возвышенное отношение к модели и умение в особенностях поз увидеть яркий образ. Сразу видно, что это сильный конь чистой породы, обладающий всеми ей присущими особенностями. Этот единственный портрет, хранящийся в музее коневодства, который принадлежал кисти великого художника XIX века, так характерно и живо передал формы известного рысака. Главное, что характеризует здесь Серова как живописца, - передача выразительности образа в существенном, характерном, в свободной, по-серовски пленэрной манере письма. Необходимость в деталях, к которым прибегали многие мастера коннозаводского портрета, здесь отпадает. Кисть Серова, подобно резцу скульптора, легко и артистично «лепит» выразительные формы коня. Гармоничность цветовой гаммы художник сверяет с натурой, находя в ней сложные оттенки тепло-холодных цветов, варьируя их в необходимых соотношениях и интенсивности.

Лошади черной и рыжей мастей в портретах. «Визапур II», «Визапур III», «Кролик», «Красавец», «Барич» - также передают характерность их облика. Красотой форм отличается портрет «Кролика». Останавливает взгляд абрис стройного вороного коня, отливающего всеми оттенками черного, синего, серого цвета, который подобен памятнику - настолько четко и анатомически правильно смоделирована структура его тела. Низкая линия горизонта сельского ландшафта способствует передачи этого впечатления. Тихое предвечернее небо, на фоне которого в буквальном смысле слова отчеканивается фигура «Кролика», придают образу черты некой романтики и возвышенности. Это состояние выражено и в портрете «Летуна». Однако «Летун» своими округлыми формами более поэтичен, а «Кролик» - экспрессивно-эмоционален. Чувствуется, что это сильный жеребец, отвечающий всем выигрышным особенностям своей породы. Таков и «Визапур III» (1839) - рысак вороной масти, кажется еще чернее, благодаря светлому фону неба. Почти на физическом уровне зритель ощущает крепость мускулатуры коня. его длинный круторебренный стан на прочных ногах, как богатырь, непоколебимо стоящий на земле.

Портреты жеребцов рыжей масти «Красавец» и «Барич» похожи не только по композиции (стоят на фоне светлой стены), но и в отображении темперамента лошадей. Это спокойные лошади, ничто не указывает на их «крутой» нрав. По экстерьеру они отличны. «Барич» более стройный конь округлых пропорций с более коротким хвостом, «Красавец» сухопарого телосложения с присущими ему более угловатыми формами, но зато более ярко выраженной блесткостью.

В целом, портреты орловских рысаков вполне укладываются в образную иконографию «коннозаводского портрета», ставшего особо популярным и востребованным с развитием конных заводов и, в дальнейшем, ипподромных испытаний (интерьеры залов украшались портретами знаменитых бегунов).

Требования заказчика - безошибочная передача экстерьера лошади, сочетаемая с признаками ее индивидуальности (манера стоять, смотреть, определенное положение хвоста, ушей и т.д.) - в портретах Сверчкова хорошо переданы. Заказчик без труда узнает «Горностая», «Летуна» или «Селитру». Почти на всех портретах дана низкая линия горизонта с виднеющейся вдали полоской леса или отдельных кустарников. Все оставшееся место отведено изображению неба. Состояние природы меньше выражено, что в общем не являлось задачей «коннозаводского портрета». От художника требовалась законченность картины, приведение всей живописи к отчетливому наглядно-картинному образцу. Сама живописная система с ее тенями, полутонами, светом, мазками была отработана до деталей. Безукоризненные по рисунку формы лошадей, подобно эмали, кажутся лакированными, на некоторых портретах миниатюрно выписанными, что придает дополнительную наглядность их формам. Эти качества свойственны «коннозаводскому портрету», над которым работали вместе со Сверчковым и другие

мастера. В.Ворошилов, С.Виноградов, Н.Самокиш, А.Швабе и другие. Работы

Н.Сверчкова проникнуты более лирическим отношением. Особым ощущением камерности отличаются его погрудные изображения лошадей, композиция которых естественным образом настраивает на интимное восприятие. Здесь художник получает дополнительную возможность сконцентрироваться на их характерах, тонко воспроизводя каждый из них. Таковы «Голова белой лошади» в овале (1858), «Голова лошади», представленные на нейтральном сером фоне. Почти в математически точном построении мастер сконцентрировался на чертах, характеризующих орловскую породу. ясно очерченных линиях темных выразительных глаз, плотно сжатого рта и заостренных ушей животных, сообщающих образам горделивость и значительность. Можно классифицировать эти изображения как портреты-исследования, над которыми хочется раздумывать, учиться познанию животных и, конечно, восхищаться.

Сверчков любил эту тему и неоднократно к ней возвращался. Мало кто из мастеров изображал головы лошадей. В этом жанре Сверчков не знал себе равных. Только немецкий мастер К.Зурланд хорошо справлялся с подобной задачей. Его портрет «Орловские рысаки» красив по цвету. Здесь автор раскрылся как виртуоз кисти, умеющий найти тончайшие оттенки цвета и этим выразить свое отношению к изображаемому.

Еще одним примером может служить картина Сверчкова «Кобыла Волна с жеребенком» (1851). Животные изображены в пейзаже, трактованном в духе пасторалей

XVIII века. Образы мягки, но не расслаблены. Эта мягкость в отношении художника к натуре, которая раскрыта полно. Овальная рама придает образам больше камерности. Очевидно возникает вопрос. Какой вид портрета более предпочтителен для отображения «коннозаводской» сущности животного? Традиционно на Западе таковым выступал камерный портрет с чертами парадности (Д.Стаббс, А.Адам и др.). Образы русских лошадей в чем-то повторяют западные образцы. Однако то, что присуще русскому искусству, неповторимо. Русские анималисты чужды всякой барочной интерпретации своих моделей. Они не любят изображать лошадей с чрезвычайно массивным мускулистым корпусом в резких неестественных позах, предпочитая естественные ракурсы. Их картины отличаются искренностью и простотой диалога художника с природой и животными, не теряя при этом способности к объективной оценке. В углубленном проникновении в природу русские мастера видели свой путь без оглядки на авторитеты. Даже в «коннозаводском портрете», предполагающем избирательность, художники стремились увидеть больше, чем открывается обыденному взгляду. Поэтому ощутимо лирическое волнение в работах Н.Сверчкова, принятая же форма камерного изображения была разнообразной, которая никак не нарушала самой сущности заказного портрета.

В портретах идущих или бегущих лошадей художник акцентирует внимание на характере бега или шага рысистой лошади. Красотой и ритмикой движений отличается бег рысистого серого жеребца в портрете «Лебедь I». Мастер подмечает широту выноса стройных ног коня, его ритмическое движение, которое было настолько правильным, что зритель словно ощущает размеренный топот его копыт. Характер движения оценивается как достоинство орловской породы - способности лошади бежать рысью долгое время, не сбавляя темпа, что являлось весьма важным в XIX веке, когда лошадь выступала единственным средством передвижения на дальние расстояния. По этой же причине рысистая лошадь использовалась в бегах и выигрывала многие традиционные призы того времени. Так орловский рысак принципиально изменил представления русских людей не только о красоте, но и резвости этих лошадей. В других картинах, где лошадь изображается вместе с человеком, запряженной в сани или легкую повозку-дрожки, Сверчков также подчеркивает пластичность и совершенство ее движений. Так в портрете «А.Г.Орлов-Чесменский в санках, запряженных Барсом», демонстрируется выразительнограциозный шаг коня, а в портретах «Орловский рысак Сокол на езде» и «Лошадь в

беговых санях с седоком» (1878) - ее бег легкой рысью. Силуэтный абрис стройных вороных коней, как обычно в живописной манере Сверчкова, отчетливо выражен. При взгляде на изображения рысаков, создается ощущение легкости и свободы передвижения, как будто лошадь бежит без упряжки. Почти спокойны их позы, и одни только ноги быстро и правильно уносят рысаков вперед. Фигуры вороных коней изображены четко, как будто отлитыми из металла. Их темные, бликующие тела смотрятся ясными силуэтами на глади светлого пейзажного фона. В их беге сочетаются мощь натренированных мускулов и отточенная временем совершенная красота. В таких работах хорошо прослеживается четкая архитектоника построения композиции фигур и пейзажа. Если в портретах спокойно стоящих животных внимание художника сконцентрировано на экстерьере коня, то в образах бегущих лошадей ощутима стихия самого движения. В картине «Рысистая кобыла Краса на бегу в дрожках» (1870) представлен бег рыжей лошади сильной, размашистой рысью, влекущей за собой легкую повозку. Клубы пыли и разбросанные камни на дороге, подобно туману, скрывают контуры лошадиных ног и колес повозки. Все передает быстрый бег. характер движений животного, его устремленность вперед, горизонтали дороги и горизонтальный формат самой картины.

Таким образом, в данных портретах охарактеризован весь спектр движений коня, начиная с изящного шага, легкой рыси и завершая сильной рысью. В выборе композиционно-живописных средств художник здесь традиционен. В картине «Серый жеребец на рыси» иная интерпретация увиденного. Молодой жеребец изображен резвящимся на фоне уже знакомого среднерусского пейзажа. Все передает ощущение простора и настоящего раздолья - и русская природа, отличающаяся своими просторами, и беззаботное поведение молодого животного. Изменился показ природы - она стала одухотворенней. Изменилась и трактовка лошади - она стала более живой. Здесь первое впечатление от увиденного - чистое и свежее, близкое импрессионистическому мироощущению. Соответственно высветлилась цветовая гамма, цвет обрел звучность, а мазок из сглаженного превратился в свободный, пластичный.

Необычной по своему композиционному и стилевому построению выступает картина Сверчкова «Лейб-гусар чистит строевую лошадь». Энергичный поворот корпуса животного, изображенного сзади, сразу вводит зрителя в динамический ритм произведения. Есть нечто сочиненное в этой картине. Здесь другая манера исполнения. Предыдущая аккуратность в письме заменяется насыщенной свето-цветовой режиссурой, внутренней динамикой цвета. Искусственный свет, льющийся широким потоком из невидимого источника, хорошо освещает коня. Скорее всего, художник писал эту сцену под впечатлением увиденной сцены. Его привлекли крупные мускулистые, почти скульптурные формы животного. Рельефные округлые объемы еще более впечатляют, когда животное находится в движении. В этой картине присутствует и реальное и сочиненное. Реальное, поскольку художник делал все под впечатлением жизни, натуры, сочиненное - легко синтезировал, менял, усиливал необходимые компоненты в картине, в частности, цветовую гамму, чтобы ярче выразить восторг от происходящего. В этой смелой по ритмическому и композиционному построению картине ощутимо стремление к цельности и законченности образа, свойственных портрету-картине. Элементы жанра присутствуют в изображении человека, чистящего лошадь, и самого интерьера, мало похожего на лошадиный денник. Рельефная арка с висячей декоративной гирькой на переднем плане больше напоминает дворцовое помещение. Эта картина разнообразит цикл лошадиных образов и характеризует живописную манеру мастера.

Такая широта взгляда художника на предмет своего изображения позволяет нам сделать вывод о том, что Сверчков действительно был профессионалом своей области, легко мог варьировать живописные средства в казалось бы традиционном «коннозаводском портрете», могущем быть четко-конструктивным, логически точным, насыщенно-контрастным или по-пастельному мягким, лирическим, и даже

импрессионистическим. Художник с одинаковой правдивостью подходит к изображению своих моделей, отображая достоверность породы. Однако в его работах все же больше личного, поэтического восприятия. Не случайно художник любил изображать сцены из народной жизни и крестьянских лошадей, в которых все чаще отмечал эти проявления. Таков овальный портрет «Безмолвные труженики». Портрет привлекает гармонией переливающихся полутонов коричневато-золотистого, серовато-охристого и голубоватобелого. Здесь очень тонкое восприятие животных. Четыре лошади изображены стоящими за изгородью. Видны только их головы, опущенные вниз. Художник безошибочно чувствовал их состояние, близость к человеку, которые во многом напоминают крестьянских лошадок Серова. Это уже не величавые орловские рысаки, в них нет горделивой стати, но ощутима прелесть простого крестьянского быта, в котором непременным участником выступает лошадь. Этот увиденный и прочувствованный персонаж близок тому впечатлению, когда человек ощущает музыку полей и шелест трав. Мягкий свет создает атмосферу покоя. Его теплым свечением, как пеленой, окутаны фигуры лошадей. Простота мотива также вызывает в памяти крестьянские картины

A.Венецианова. Сверчков показал здесь целостный гармоничный образ животных, которые мало индивидуальны, но схожи в одном - кажущемся настрое некой меланхолии и нежности, так близкой человеческой.

В целом поэтизация национальной русско-патриархальной природы и домашних животных во многом свойственна русской классической литературе и реалистической живописи второй половины XIX века. Так в русской литературе целая плеяда писателей посвящает свое творчество проникновенному описанию природы, зверей и птиц (И.Тургенев, Л.Толстой, А.Чехов и другие). Есть основание предполагать, что мировосприятию Н.Сверчкова наиболее близки произведения Тургенева. В них ясно ощутимо то поэтическое утверждение, которое характеризует творчество мастера. Ему близко и восторженное отношение к природе у пейзажистов (А.Саврасов, И.Левитан,

B.Поленов и другие). Однако он больше восторгается животными, словно преклоняясь перед их здоровой, величавой красотой. Можно предположить, что мастер видел в образе коня не просто благородную идею природы, но идею, отражающую форму самой души человека. Так линия камерного показа анималистической живописи второй половины

XIX века найдет отражение в живописи рубежа веков в творчестве целой плеяды русских анималистов.

Примечания:

1. Список художников-баталистов и скульпторов. Рукопись Я.И. Бутовича // Описание коллекций музея коневодства. Архив Гос. музея коневодства, г. Москва.

2. Рысаков светло-серой масти с черными гривами и хвостами часто называли Горностаями, прибавляя порядковый номер, чтобы не перепутать лошадей с одинаковыми именами // Предадимся бегу нетерпеливого коня / сост. Д.Я. Гуревис.