УДК 101.1: 316

СОЦИАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ В УСЛОВИЯХ СОВРЕМЕННОГО ИНФОРМАЦИОННОГО ОБЩЕСТВА: СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКАЯ РЕФЛЕКСИЯ

Карлсон Юлия Витальевна,

ст. преподаватель кафедры философии, культурологии и этнологии ФГБОУ ВПО «Пятигорский государственный лингвистический университет», Пятигорск, Россия jukarlson@mail.ru

В данной статье с позиций социально-философского анализа рассматривается современное информационное общество, анализируется создаваемый на основе развития новых технологических средств новый тип социальной реальности. Автором раскрываются основные методологические подходы и методы для научной рефлексии заявленной темы. В статье также рассмотрены вопросы конституирования социального мира в социальнофилософской, феноменологической традиции, представленные, прежде всего, работами А. Шюца, П. Бергера и Т. Лукмана, Дж. Сёрла.

Ключевые понятия: социальная реальность, информационное общество, виртуальность.

THE SOCIAL REALITY IN MODERN INFORMATIONAL SOCIETY: SOCIO-PHILOSOPHICAL REFLECTION

Julia Vitalievna Karlson,

senior lecturer, FGBOU VPO Pyatigorsk State Linguistic University, Pyatigorsk jukarlson@mail.ru

This article addresses to modern informational society which is examined from the position of socio-philosophical analysis. The new type of social reality is also analyzed, which is created on basis of new technological means. The fundamental methodological approaches and methods for scientific reflection of this theme are mentioned. The issues of social world statement in socio-philosophical, phenomenological tradition are also examined in the article (see contribution of A. Schuetz, P. Berger, T. Luckmann, J. Searle to this Spesial Issues).

Key words: social reality; informational society; virtuality.

В XX столетии, в так называемой постиндустриальной фазе развития цивилизации, сформировался новый тип информацион-

ного общества, новый тип социальной системы, прежде всего, ввиду развития новых цифровых технологий, телекоммуникаций. Мы можем говорить о том, что на данном этапе цивилизационного развития человечества происходит формирование и нового типа социальной реальности, понимаемой в качестве продукта человеческих смыслополаганий и конструкций. Сегодня в самых различных областях и сферах человеческой жизнедеятельности активно используются понятия «социальных сетей», «виртуального пространства», «виртуального сообщества», смысл которых еще требует своего прояснения с позиций философского категоризирования.

Изменение социального пространства жизни социального субъекта, появление новых форм информационных коммуникаций, а также увеличение роли виртуальных сред в жизни человека актуализируют рассмотрение социальной реальности, а также ее характеристик и принципов формирования в условиях современного информационного общества.

Методика исследования

социальной реальности и информационного общества

В данной статье сделана попытка осуществления социальнофилософского анализа, именно данная перспектива рассмотрения позволяет установить связь и соподчинение социального и природного, рассматривать явления, феномены или процессы социальной жизни в контексте их возникновения, функционирования и репрезентации в общественной системе, а также производить анализ универсальных законов строения социума, его функционирования и саморазвития.

Для социально-философской рефлексии сущности социальной реальности в рассматриваемом контекстном поле нам представляется возможным выделение следующих подходов и методов. Среди подходов можно выделить антропологический, социокультурный, системно-структурный, деятельностный, функциональный, семиотический, синергетический, среди методов: феноменологический и экзистенциальный и т.д.

Антропологический подход рассматривает человека в качестве главного критерия создаваемых моделей коммуникации, социальности, социальных конструктов, а также в качестве главной ценности; позволяет обосновывать микроуровень исследования, изучать социальные межсубъектные связи в общественной системе.

Социокультурный подход дает взгляд на социальное общество

как выражение единства культуры и социальности.

Системно-структурный подход отличается целостностью анализа, заключающегося в том, чтобы видеть в социальной жизни систему, все аспекты которой тесно связаны между собой; позволяет рассматривать общество как систему взаимосвязанных и взаимодействующих структурных элементов, обладающих предметным и семантическим значением.

Деятельностный подход как объяснительный принцип дает понимание того, что смысл понятий и человеческих представлений порождается характером деятельности и представляет собой результат процессов ее опредмечивания и распредмечивания; каждое являние и вещь приобретает смысл и значение только как элемент человеческой активности.

Функционалистский подход в изучении социокультурных феноменов позволяет рассматривать функции явлений, процессов как системных единиц по отношению к обществу как целостной системе; так каждое из анализируемых явлений вносит определенный вклад в функционировании всей системы.

Семиотический подход значим тем, что дает взгляд на информационное общество, на социальную реальность в качестве символически создаваемых индивидом систем, в которых находят самое яркое выражение различные символы и знаки.

С позиций синергетического подхода важным становятся изучение закономерностей эволюции сложных динамических систем, их самооргназации, порядка организации образования случайных и нелинейных структур; данный подход наиболее адекватно отражает представление о макроскопических системах, образованных нелинейными взаимодействующими между собой подсистемами, дает объяснение феномена самоорганизации разного рода систем.

Среди методов, в первую очередь, должен быть назван феноменологический метод анализа, ввиду того, что позволяет рассматривать анализируемые объекты и их структуры в качестве «феноменов», значений, конституированных деятельностью человеческого разума. Особое значение имеет для анализа социальной реальности концептуальные положения социальной феноменологии Альфреда Шюца [1], а также теории конструирования социальной реальности Петера Бергера, Томаса Лукмана, Джона Сёрла [2, 3]. Исходя из экзистенциального метода, социальная реальность информационного общества может быть рассмотрена в качестве сменяю-

щих друг друга состояний, которые «переживаются-во-времени» социальным субъектом, и с выявлением других аспектов.

Конституирование социального мира

Для начала необходимо прояснить смысл некоторых понятий. Так, под «социальной реальностью» понимается, с одной стороны, действительность социального мира, существующие в действительности социальные объекты, явления и процессы, наличность и сущность которых конструируируется и воспроизводятся социокультурными смыслами. А с другой стороны, социальная реальность представляет собой мир конкретного социального субъекта, а также вещи, отношения и сущности, по природе своей субъективные, релевантные для того или иного социального субъекта. Кроме того, социальная реальность создается в процессе взаимодействий социальных субъектов и является результатом их жизнедеятельности в определенном ограниченном пространственно-временном пространстве. Общим показателем социальной реальности становится культура, где особое значение имеет: система социальных норм жизни, ценностей, традиции и обычаи, язык, характер коммуникаций, образцы поведения, предметы материальной культуры и др.

С позиций феноменологического рассмотрения мы можем говорить о том, что социальная реальность опосредована смыслами и значениями, создаваемыми социальными субъектами, индивидами в ходе проживания их обыденной жизни. Вместе с тем социальная реальность не может быть только субъективной, она с неизбежностью выражает объективный характер системы общественных отношений.

Социальная реальность центрирована вокруг субъекта. Ее наличность как сферы надприродной, искусственно создаваемой и воспроизводимой, возможна только благодаря субъекту. Нам необходимо рассматривать законы конституализации и воспроизводства социальной реальности не только в сопряжении с жизнью субъекта, его стремлениями, целями, переживаниями, но и с нормами, правилами, установками, существующими в той общности, в которой человек живет.

Рождаясь, человек попадает в сложно устроенную систему социального мира, со своими правилами, установками, запретами, со своими традициями и обычаями, которые в процессе социализации в большей части принимаются и ретранслируются индивидом нерефлектируемо, идеализированно. Социальный мир принимает-

ся субъектом как данность: он существовал до его рождения и был подчинен своим принципам и законам. Исходя из феноменологической теории, общий мир, в котором «я - субъект» появился, уже содержал в себе самого разного рода социальные и другого рода сообщности, в которых субъекты выполняют особые роли, статусы и функции.

Восприятие социальной реальности базируется на априорности, заданности жизненного мира. Предданность субъективности и интерсубъективности становится жизненным миром априорных данностей, подвергающихся затем объективации и универсализиа-ции.

Согласно «естественной установке сознания» (терминология

Э. Гуссерля) - наивного, безусловного, нерефлексируемого пола-гания и принимания, приятия мира таким, каков он есть - действующий индивид воспринимает мир в его типических проявлениях и, исходя из собственного накопленного опыта и полученного знания, предполагает, что мир будет оставаться таким же, каким он знал его до сих пор. Однотипные действия субъекта, движимого своими прагматическими мотивами, создают чувство уверенности, - представление типичной идеализации, что «я-всегда-могу-это-повторить» (понятие феновенологической традиции),

Мы повторяем и принимаем на себя роли, которые играли до нас другие люди, в своем поведении опираемся на социальные формы, существующие до нас: язык, манеры, жесты, которые мы заимствуем для той или иной конкретной ситуации. Культура как феномен социальной групповой жизни имеет здесь большое значение. В культуре сохраняются и через нее в повседневной реальной жизни передаются ключевые параметры «ментальной программы» [4]. Каждый человек имеет некую «ментальную программу», в которой заложен образец мыслей, чувств, потенциальных действий. Большая часть всех смыслополаганий закладывается в детстве и корректируется в течение всей жизн.

Ключевым понятием в понимании системы воспроизводства социальной реальности становится понятие habitusе (М. Мосс, Н. Элиас, П. Бурдьё). Так, Бурдье определяет габитусы как «системы устойчивых и переносимых диспозиций, структурированные структуры, предрасположенные функционировать как особые структуры, т. е. как принципы, порождающие и организующие практики и представления» [5: 102]. Габитус является продуктом

истории и «производит практики, как индивидуальные, так и коллективные (...) он обеспечивает активное присутствие прошлого опыта, который существуя в каждом организме в форме схем восприятия, мышления и действия, более верным способом, чем все формальные правила и все явным образом сформулированные нормы, дает гарантию тождества и постоянства практик во времени» [5: 105].

Так, в конституировании ^циальной реальности особую роль будут играть принципы самоочевидности, повторяемости, объективации, хабитуализации (опривычивания), типизации, идеализации, стереотипизации и ряд других.

Что касается понятия «виртуальности», то оперируя философскими категориями, мы можем говорить, что оно возникает там, где есть необходимость осмысления соотношения потенциального и актуального. Любопытно, что латинский термин virtus имеет несколько семантических оттенков: от «потенциального, возможного», «мнимый, воображаемый» до понятий «доблесть», «энергия», «сила» [6; 171]. Виртуальная реальность с неизбежностью является реальностью социальной, в которой сохраняются осно-вые принципы конституирования. Но виртуализация всегда будет являться замещением привычной реальности, действительности ее образом, симуляцией.

Особое внимание вопросам конструирования социального мира уделено в феноменологической традиции. Здесь нам необходимо указать, прежде всего, на труды австрийского философа и социолога Альфреда Шюца, последователя Э. Гуссерля, одного из основоположников социальной феноменологии и феноменологической социологии. В книге «Смысловое строение социального мира» (нем. «Der Sinnhafte Aufbau der sozialen Welt», 1932) им достаточно подробно анализирует процессы становления человеческих представлений о социальном мире от единичных субъективных значений, формирующихся в потоке переживаний индивидуального субъекта, до высокогенерализованных, интерсубъективно обоснованных конструкций. Согласно А. Шюцу, именно сознание является источником «акцента реальности» (англ. accent of reality) [1: 227-233], и любая реальность происходит из опыта переживания событий. При этом любое событие опыта, даже переживаемое как радикально иное, оказывается сводимо к содержанию конструирующего его акта сознания, т.е. к смыслу.

Другими не менее авторитетными авторами в данных вопросах являются Петер Бергер и Томас Лукман. Созданная ими теория «социального конструирования реальности» (1966) [2] обращена к рассмотрению взаимосвязи индивида и общества, где общество понимается как процесс непрерывного конструирования значений и символов, лежащих в основе человеческой деятельности, обыденного и научного знания. Авторы обращают внимание на ту часть повседневного опыта, которая сознается в качестве «само собой разумеющегося», в качестве «первостепенной реальности» (paramount) и поддерживается в таком качестве благодаря мыслям и действиям живущих в нем и действующих субъектов. Теория исходит из того, что внутренняя нестабильность человеческого организма требует «создания самим человеком устойчивой жизненной среды» [2: 91]. Символические значения рассматриваются в этой связи как основа социальной организации. Общество, таким образом, создается самим индивидом, внося в него свои ценности, «вне-меня-надо-мной» ценности и значения, которых он сам же и придерживается. Сама социальная структура предстает в виде «суммы типизаций и создаваемых с их помощью повторяющихся образцов взаимодействия» [2: 89-95].

Еще один исследователь, на которого необходимо указать, -американский философ Джон Серл. Его труд «Конструирование социальной реальности» (англ. ^m^ction of social reality; нем. Konstruktion der sozialen Realitat, 1995) [3] базирован на предыдущих концепциях. Однако, Сёрл исследует следующую проблему: есть части реального мира, объективные факты о мире, которые являются фактами только в соответствии с человеческим соглашением. Есть вещи, которые существуют только потому, что мы полагаем, что они существуют. Это такие вещи как деньги, собственность, правительства или браки. Однако, большинство таких категорий - «объективные» факты в том смысле, что они - не предмет личных предпочтений, оценок или моральных установок, а подвергнутые объективизации категории. Так, умственная реальность, мир сознания, намерений и других умственных явлений, обуславливают значиния мира, состоящего полностью из физических частиц.

Следует отметить, что если изначально социальная реальность являлась только результатом, продуктом осмысленного и целенаправленного действия субъекта, то сегодня о социальной

реальности информационного общества мы можем говорить не иначе как о структуре, не сводимой только к индивидуальному сознанию создаваемых ее индивидов, но и как о внешней по отношению к сознанию субъектов стуктуре, о внешней реальности, как об особом мире, задающем рамки и осуществляющем определенный контроль уже над самими индивидами.

Трансформация социальной реальности в современном информационном обществе

Говоря о современном информационном пространстве, мы имеем ввиду, прежде всего, пространство, создаваемое новейшими цифровыми телекоммуникационными технологиями. С появлением новых типов коммуникаций в современном обществе появляется и новый тип социальной реальности. Все это оказывает значительное воздействие на общественную социальную жизнь человека.

В том, что социальная реальность информационного общества является искусственно созданной, нет никакого сомнения. Отметим, она содержит огромное количество мифов, иллюзий, утопий, отражает не реальные социальные факты, а вымышленные. Может возникнуть вопрос: главной характеристикой информационного общества является его социальный или виртуальный характер? Онтологически информационное общество выражает сущее или возможное? Скорее всего, мы должны говорить на данном этапе развития о социальном виртуальном информационном обществе, когда и сущее и возможное взаимодополняют друг друга.

Опираясь на предлагаемую нами методологию исследования повседневной жизни и каждодневно вопроизводимой социальной реальности [7], мы можем констатировать, что структуры социальной реальности претерпевают в виртуальном пространстве существенные изменения. Так, Характеристиками пространства социальной реальности информационного общества является дискретность (прерывистость), фрагментарность, иллюзорность. В предыдущей статье, опубликованной в рамках данной научной конференции, нами уже говорилось, что «новое социально-культурное пространство < ... > не соотносится более с такими важнейшими пространственными характеристиками как протяженность, плотность, наличность, реальность, интерсубъективность и др. Само понятие пространства как формы существования объективной реальности претерпело изменения, произошло расширение про-

странственной структуры общества». [8: 131]

Время в условиях современного информационного общества представляет собой нелинейную систему, несмотря на то что присутствует система отсчета. Временные заданности могут быть обратимыми, время растяжимо и т.д.

Материальность и вещественность социального мира замещается знаком, символом, образом, цифровой заданностью.

Телесность как явленность человека в социальном мире, а также телесные обыденные практики принимают новые формы выражения. Социальный субъект в информационном пространстве, в том числе и виртуальном, зачастую анонимен. Если он сохраняет личностную идентификацию, то ее существование возможно только на основе самопрезентации. В этом случае, создаваемые образы индивидов опосредованы приближением к реальному образу, однако степень данного приближения зачастую остается неясной. Виртуальная реальность иллюзорна, основывается на чувственнообразных иллюзорных восприятиях присутствия в другой среде.

Создаваемые коммуникационные модели были изначально ориентированы на потенциальное расширение возможностей человека, прежде всего, умственных способностей человека, на создание искусственного интеллекта. Сегодня мы наблюдаем смену коммуникационной парадигмы: отход от интерсубъективности - понимаемой в качестве общности опыта взаимодействующих субъектов, обеспечивающей возможность взаимопонимания и общезначимости смыслов - к формированию индивидуально значимых и интерпретируемых смысловых систем. Яркое выражение в новых коммуникационных моделях находят системы релевантностей познающих субъектов, они становятся более очевидны.

Только язык сохраняет в виртуальном обществе свою роль, значение и функции конструкта социальной реальности. Вместе с тем, мы можем констатировать появление новых языковых моделей, специфической лексики, распространенной только в мире интернета.

Таким образом, мы можем говорить о существенных трансформациях, которые наблюдаются в современном информационном обществе: отсутствие привычной пространственно-временной категоризации, изменение материальных характеристик общества, замещение телесности другими формами выражения, отсутствие идентификационных моделей, анонимность, инперсональность

и др. Дальнейшая концептуализация принципов формирования структур социальной виртуальной реальности с позиций философского рассмотрения позволит более отчетливо представить современное информационное общество.

Библиографический список

1. Шюц, А. Избранное: Мир, светящийся смыслом [Текст] / А. Шюц; Пер. с нем. и англ. - М.: «Росс. полит. энциклопедия» (РОССПЭН), 2004. - 1056 с.

2. Бергер, П., Лукман, Т. Социальное конструирование реальности. Трактат по социологии знания [Текст] / П. Бергер, Т. Лукман; Пер. Е. Руткевич. - М.: Медиум, 1995. - 323 с.

3. Серл, Дж. Конструирование социальной реальности [Текст] / Дж. Серл. - М.: Прогресс, 1999. - 189 с.

4. Hofstede, G. Cultures and Organizations: Software of the Mind [Текст] / Geert Hofstede. - New York.: McGraw Hill, 1996. - 276 p.

5. Бурдье, П. Практический смысл [Текст] / П. Бурдье. Пер с фр., отв. ред., послесл. Н. А. Шматко. - М.: ИЭС; СПб.: Алетейя, 2001. - 562 с.

6. Новейший философский словарь [Текст] / Сост. и ред. А.А. Грица-нов. - Мн.: Книжный Дом, 2003. - 1280 с.

7. Карлсон, Ю. В. Структуры повседневности: социально-философский анализ [Монография] / Ю. В. Карлсон. - Пятигорск: ПГЛУ, 2011. -110 с.

8. Карлсон, Ю. В. Повседневность в условиях информационного сообщества: попытка социально-философского рассмотрения [Статья] / Ю. В. Карлсон // Философские проблемы информационных технологий и киберпространства. Материалы II Международной междисциплинарной научно-практической конференции. -Пятигорск: ПГЛУ, 2011. - С.131-136.