УДК 323.329

О. В. Шиняева, Т. В. Клюева

СОЦИАЛЬНАЯ АДАПТАЦИЯ ГУМАНИТАРНОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ: ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ1

Аннотация. В статье рассматриваются теоретические подходы к исследованию адаптации гуманитарной интеллигенции. Особое внимание уделено теориям социальной адаптации и их применению к анализу адаптационного поведения служащих гуманитарного профиля в условиях развития рыночной экономики. Выделены особенности адаптации гуманитарной интеллигенции, проживающей в различных типах населенных пунктов и работающей в разных сферах. Ключевые слова: социальная адаптация гуманитарной интеллигенции, стратегии адаптации, типы и уровни адаптации.

Abstract. The article deals with theoretical approaches to researching adaptive behavior of humanitarian intelligentsia. Special attention is paid to the theories of social adaptation and their use for analyzing real adaptive behavior of humanitarian intelligentsia, who are actively involved in market relations. The authors determine social adaptation characteristics of intelligentsia coming from different places of residence and different professional backgrounds.

Key words: social adaptation of humanitarian intelligentsia, adaptive strategies, types and levels of adaptation.

Российская интеллигенция как социальная группа пережила в годы реформ конца ХХ - начала ХХ1 столетий глубокую трансформацию. Ослабление идеологической основы и материальной поддержки со стороны государства отрицательно сказалось на ее социальном статусе. В результате резко снизился уровень жизни гуманитарной интеллигенции, и было поставлено под вопрос само ее существование. Усилия значительной части интеллигенции в настоящее время направлены на адаптацию к новым условиям и поиск путей выживания. Цель нашей статьи состоит в определении результативности процесса адаптации гуманитарной интеллигенции, для чего необходимо сформулировать теоретико-методологические основы исследования стратегий адаптационного поведения.

Начало социологическому направлению в изучении социальной адаптации положили труды Э. Дюркгейма. В работе «О разделении общественного труда» он выделил в качестве сущности социальной адаптации «внутреннее соответствие индивида существующим в обществе моральным нормам» [1, с. 78]. Для характеристики состояния дезорганизации и дезадаптации, возникающего при резких общественных изменениях, Дюркгейм ввел понятие «аномия». В аномический период люди теряют привычный образ жизни и не могут адаптироваться к новым условиям; происходит снижение значимости

1 Статья подготовлена при поддержке гранта Министерства образования и науки РФ ФЦП «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России» в рамках реализации проекта «Трансформация российской интеллигенции в условиях модернизации экономики (региональный аспект)».

социальных ценностей и норм, растет приверженность к отклоняющемуся поведению как следствие дезадаптации.

М. Вебер подверг критике «теорию приспособления» и обосновал положение о том, что адаптация не сводится к простому привыканию к экономическим условиям, а является одним из механизмов социального прогресса. Новизна данного подхода состоит в том, что основой социальной адаптации является не соответствие индивида социальной среде, а целерациональность личности, ее поведения. Показателем успешности социальной адаптации Вебер считал совокупную величину затраченных усилий и временной отрезок достижения целей. Чем быстрее достигаются цели, тем успешнее адаптация. Вариативность норм, моделей поведения в соответствии с целерациональным и ценностнорациональным действиями побуждают человека к активным творческим действиям. Важное методологическое значение для изучения адаптации современной интеллигенции имеет следующее положение М. Вебера: «Не социальные нормы создают адаптацию человека, а человек в процессе собственной адаптации оценивает, видоизменяет, развивает социальные нормы» [2, с. 630].

Социальная адаптация нашла дальнейшее осмысление в исследованиях Т. Парсонса с позиции теории ролей. В работах «Социальная система», «Структура социального действия» он раскрыл суть человеческого действия в контексте самоорганизующейся системы. Успешность этой системы Парсонс определял тремя факторами: 1) наличием символических механизмов регуляции человеческого поведения (язык, ценности, интересы); 2) зависимостью индивидуального действия от общепринятых норм рынка труда; 3) определенной независимостью субъекта в своих действиях от условий среды и одновременной его зависимостью от персональных «определений ситуации» [3, с. 121-122].

Адаптация, согласно концепции Парсонса, зависит от комплекса объективных и субъективных причин, а также может выполнять разные функции: поддержания равновесия, приспособления к окружающей среде и контроля над нею. Структуру фундамента социальной адаптации составляют ценности, нормы, роли и коллективы. Роли являются выразителем характера адаптации в целях образования устойчивых моделей взаимодействия между социальными субъектами отношений в коллективах. Адаптация при этом рассматривается в качестве результирующего состояния и достижения согласия в стратифицированном обществе [4, с. 38]. Повышение адаптивной способности означает расширение выбора ресурсов социальными структурами, освобождение от ограничений, которые существовали у предшественников, но с учетом эффективных социальных норм.

В работе «Социокультурная динамика и эволюционизм» П. Сорокин выдвинул идею взаимосвязи процесса адаптации и культуры: «Все основные факторы изменений самого разного круга явлений, происходящих в обществе, находятся в самих социокультурных явлениях и тех условиях, в которых они происходят и функционируют» [5, с. 145]. Сорокин обогатил понимание социальной адаптации, предложив идею о том, что все элементы интегрированной социокультурной системы являются взаимозависимыми. Отказавшись от линейного восприятия общества, П. Сорокин развил положения о «социальном пространстве» и «социальной мобильности» как описание механизма

перемещения индивида относительно других людей в системе социальных координат. Горизонтальные и вертикальные параметры социального пространства раскрывают суть социального положения индивидуумов и групп. Социальная адаптация в работах П. Сорокина выступает источником мобильности индивидов и групп в изменяющемся социальном пространстве.

Особое значение для нашего исследования имеет уточнение концепции социальной адаптации применительно к нестабильному обществу. Р. Мертон, развивая теорию аномии, вывел несколько видов социальной адаптации индивидов в бифуркационной среде. В основу классификации адаптационного поведения он положил степень совпадения целей общества и индивидов, а также способов их достижения. На этой основе Мертон вывел пять типов адаптационных стратегий: конформизм - цели общества и способы их достижения принимаются полностью; инновационность - принимаются социальные цели, а способы их достижения предлагаются новые; ритуализм - социальные цели не осмысливаются, но способы их достижения непоколебимы; ретритизм - отрицается и то, и другое; мятеж - выражается яркое стремление заменить и цели, и способы [6, с. 34-37]. Под социальной адаптацией социолог понимал все виды социального поведения, что значительно расширило рамки данного явления. Обобщая взгляды Р. Мертона, мы выделили следующие методологические положения для изучения социальной адаптации гуманитарной интеллигенции: социальная адаптация является не однолинейным движением, а комплексом действий и состояний; в сложившемся наборе поведенческих стратегий социальной группы не все траектории успешны, часть из них дисфункциональна.

Рассматриваемое П. Бурдье явление социального воспроизводства в современных условиях дополняет концепции социальной адаптации. В качестве основы существования и воспроизведения социального порядка французский социолог выделил соотношение объективных условий - реального положения индивидов в обществе (позиции), а также субъективных - представлений индивидов о своем положении (диспозиции) [7, с. 98]. Социальное пространство, по П. Бурдье, состоит из множества полей, в каждом из которых индивид адаптируется и занимает определенную позицию. Для идентификации места индивида или группы в социальном пространстве, определения уровня адаптации необходимо, считает социолог, осуществить анализ позиций в основных полях: социально-экономическом, социально-политическом и социокультурном.

Один из ведущих социальных теоретиков современности Э. Гидденс, рассматривая адаптационные процессы, выдвинул положение о неоднозначности понятия «социальная адаптация». Бесспорно, по его мнению, то, что адаптация есть «ответ на различимые изменения в естественной среде, приводящий к модификации существующих органических и социальных характеристик», и, как результат, - к стабильности общества [8, с. 327]. Важным теоретико-методологическим выводом Гидденса относительно ресурсов адаптации является его положение о том, что «способ, которым люди обеспечивают себе средства к существованию, определяет в конечном счете их убеждения и создаваемые институты» [8, с. 328]. Социальная структура устанавливает границы изменений и пределы случайного в адаптационных системах, но остается пространство для вариаций и творчества индивидов, исполь-

зование которого зависит от профессиональной и общекультурной составляющих. Адаптация в этом случае становится стилем жизненного пути активного субъекта, где творчество выступает средством достижения продуктивного и конструктивного развития.

Российские исследователи Т. И. Заславская и М. А. Шабанова в рамках структурно-деятельностного подхода предложили теорию адаптации, основанную на том, что процессы адаптации необходимо рассматривать сквозь призму индивидуальной и групповой свободы выбора. Исходная посылка этой концепции состоит в расширении возможностей развития индивидов в рамках их собственной жизнедеятельности. Во-первых, индивиды должны иметь возможность включаться в новые модели поведения совершенно добровольно, по мере осознания личных преимуществ от приобщения к новым ценностям и способам социальных действий. Во-вторых, результаты адаптации в каждый момент времени необходимо оценивать с позиций расширения свободы индивида в достижении жизненно важных целей нового этапа [9, с. 125]. Перечисленные условия необходимы для развития человеческого капитала и его важнейших компонентов - социально-демографического, социально-экономического, социокультурного, инновационно-деятельностного.

В переходные периоды адаптация становится важнейшим критерием, определяющим положение группы в обществе. Л. А. Беляева высказывает обоснованное мнение, что «возможно, наиболее сильным критерием, по которому формируется реальная стратификация российского общества в настоящее время, является уровень адаптации к проводимым преобразованиям» [10, с. 44]. В современной России реальные возможности интеллигенции как особой социальной группы могут быть обусловлены успешной адаптацией к меняющимся условиям: рыночной экономике, отсутствию единой идеологической платформы в обществе, усилению индивидуальной ответственности. В этой связи интеллигенция рассматривается как ядро российского среднего класса и его региональных составляющих [11, с. 67].

В ходе адаптации у разных социальных групп складываются различные отношения с обществом и его институтами - гармоничные, равновесные или конфронтационные. Во многом это зависит от того, какие модели поведения освоены и на какой стадии адаптации остановилась конкретная группа: социальный шок; мобилизация адаптивных ресурсов; ответ на вызов социальной среды. В последнее время в российской социологии появились исследования, посвященные адаптации конкретных социальных групп. В работах Г. Б. Ко-шарной, Л. В. Рожковой представлены стратегии адаптационного поведения населения малых городов, сельских жителей, студентов высших учебных заведений [12]. Основной вывод авторов, имеющий принципиальное значение для изучения адаптации социально-профессиональных общностей, следующий: выигрывают те группы, которые смогли преодолеть стадию «шока» и за счет «рационализации» поведения, мобилизации ресурсов произвести замену привычных обычаев новыми стратегиями поведения [13, с. 30].

Наиболее соответствует цели нашего исследования позиции современных российских социологов, связанные с пониманием адаптации через рационализацию поведения в контексте интересов группы. Л. В. Корель разделила процесс адаптации на две фазы: собственно адаптация (приспособление) и аккультурация (ассимиляция с другими культурами или поддержание собственной культурной позиции). По мнению Корель, механизм социальной

адаптации - «это симбиоз уникальных каузальных состояний, явлений и процессов», направленных на реализацию функций устранения несоответствий в социальных ожиданиях и действиях, преодоления разрывов в социокультурных образцах [14, с. 171-172].

Принимая во внимание более чем двухвековую историю российской интеллигенции, ее особую роль в развитии общества, нельзя в понимании процесса ее адаптации остановиться на этапе приспособления к условиям рыночной экономики. Следуя поставленной цели и опираясь на эвристические модели теоретической социологии, мы сформулировали методологические основы изучения успешности адаптационного поведения гуманитарной интеллигенции в современной России. Социальная адаптация гуманитарной интеллигенции есть процесс не только приспособления к условиям меняющегося российского общества, но и совершенствования собственной культурной идентичности и профессиональной деятельности. Внутренняя структура этого процесса представлена в логической схеме (рис. 1).

Сочетание структурно-функционального и социокультурного подходов позволяет рассмотреть стратегии профессионального поведения гуманитарной интеллигенции как процесс вхождения данной группы в новые экономические условия и как результат выражения социокультурной позиции (своей или новой, воспринятой от других социальных групп).

Для изучения успешности применяемых стратегий адаптационного поведения мы провели социологическое исследование «Изменение статуса гуманитарной интеллигенции в региональном социуме» (2010). В эмпирическую базу исследования вошли результаты анкетного опроса в областном центре, городах и поселках городского типа Ульяновской области (1150 респондентов) и материалы 100 глубоких нестандартизированных интервью с представителями интеллигенции. Выборка квотирована по сфере деятельности и типам населенных пунктов.

Более ярко результаты адаптации проявляются в профессиональной сфере. Результаты опроса показали, что для подавляющего большинства как гуманитарной, так и технической интеллигенции основным источником дохода является заработная плата по основному месту на условиях найма (табл. 1).

Отличие источников доходов гуманитарной интеллигенции состоит в том, что среди них больший удельный вес по сравнению с техническими специалистами составляют дополнительные заработки, приработки членов семьи, продажа продукции с дачного участка. Данный факт свидетельствует о том, что широко распространенными стратегиями социальной адаптации гуманитарной интеллигенции являются многократное совместительство, а также дополнительные приработки, не связанные с профессиональной деятельностью. В общей сложности более 40 % представителей гуманитарной интеллигенции вынуждены искать дополнительные доходы в работе по совместительству или приработках. Такие стратегии требуют, кроме профессионализма, больших затрат энергии и здоровья, а при отсутствии последних приводят к дезадаптации и профессиональной деградации.

Анализ уровня жизни респондентов по размеру среднедушевого дохода свидетельствует о различиях в социально-экономической адаптации: несмотря на схожий культурный капитал (высшее образование, квалификация), среди представителей гуманитарной интеллигенции больше бедных и малообес-

печенных, чем среди технической интеллигенции (табл. 2). В целом специалисты-гуманитарии в три раза реже входят в состав среднедоходных групп и в два раза реже - в состав высокодоходных.

Социальная адаптация гуманитарной интеллигенции

Установки на адаптацию (потенциальное поведение)

Ценности и цели социальной успешности

Ожидания от адаптации в различных социальных сферах

Мотивация

адаптационного

поведения

(профессионального,

социально-

экономического,

социально-

политического)

Представления о себе как субъекте собственной жизни

Структура адаптации (реальное поведение)

Е

Объекты

адаптации

I

Пополнение и распределение дохода

Инвестиции в экономический и человеческий капитал

Профессиональная мобильность и творчество

Общественная жизнь и гражданская позиция (активная, пассивная)

Социальное

положение

Характер

адаптационных

стратегий

Стратегии поведения в профессиональной сфере

Адаптационное поведение и уровень адаптации в социальноэкономической сфере

Формы социальнополитической активности

Характер социальной мобильности (нейтральный, традиционный, модернистский)

Использование творческих и управленческих ресурсов

Социально-групповая

идентификация

(идентификация

поведение)

Рис. 1. Структурная операционализация социальной адаптации гуманитарной интеллигенции

Внутри гуманитарной интеллигенции профессиональная дифференциация и особенности состояния социальных сфер усилили различия в доходах и

уровне жизни. Специалисты сферы высшего образования и науки, здравоохранения и социального обеспечения по уровню доходов приближаются к представителям технической интеллигенции; работники сфер «библиотечное дело», «культура», «искусство», «СМИ» чаще представляют бедные и малообеспеченные слои (табл. 3).

Таблица 1

Источники доходов гуманитарной и технической интеллигенции (в процентах от числа опрошенных, п = 1150)

Интеллигенция

гуманитарная техническая

Заработная плата по основному месту работы 98 96

Дополнительные заработки (внутреннее и внешнее совместительство) 32 18

Приработки членов семьи 17 15

Доход от сдачи в аренду недвижимости 4 5

Социальные пособия, пенсии 9 7

Продажа продукции с дачного участка 10 3

Другие источники 1 1

Таблица 2

Распределение представителей гуманитарной и технической интеллигенции по уровню дохода (в процентах от числа опрошенных, п = 1150)

Гуманитарная интеллигенция Техническая интеллигенция

Бедные 13 8

Малообеспеченные 30 18

Базовые 46 47

Средние 6 18

Выше среднего 5 9

Таблица 3

Социально-экономическая стратификация гуманитарной интеллигенции в зависимости от сферы деятельности (в процентах от числа опрошенных, п = 1150)

Всего Начальное и общее образование Высшее образование и наука Библиотечное дело Культура, искусство, СМИ Здравоохранение, социальное обеспечение

Бедные 12 13 9 14 15 10

Малообеспеченные 30 29 13 48 38 23

Базовые (ниже среднего) 46 50 59 27 40 52

Средние 6 6 9 2 4 11

Выше среднего 5 2 10 8 3 3

Специалисты сферы высшего образования и науки составляют наиболее «квалифицированную» группу гуманитарной интеллигенции: значительна доля лиц с ученой степенью, обнаруживается высокое владение современными информационными технологиями и потенциалом для инновационной деятельности. Но по уровню дохода значительная часть этой профессиональной группы соответствует лишь базовому слою (ниже среднего).

В современном российском обществе группа «гуманитарная интеллигенция» в целом воспринимается как не очень состоятельная: «В наше время трудно отнести ученых, преподавателей, творческих деятелей и других представителей гуманитарной интеллигенции к богатым. Сейчас это все чаще малообеспеченные и бедные слои населения... и средние в сторону бедных» [15, с. 42].

Различия в положении представителей гуманитарной интеллигенции связаны не только со сферой занятости, но и с типом населенного пункта: уменьшение размера населенного пункта - от крупного города к среднему, от среднего города к поселку - увеличивает долю бедных и уменьшает среди гуманитарной интеллигенции удельный вес лиц со средним и выше среднего достатком. В областном центре среди гуманитарных специалистов треть относятся к бедным и малообеспеченным группам, в малых городах и поселках эта доля равна половине от общего состава гуманитарных служащих. Соотношение более обеспеченных слоев (средних и выше среднего) соответственно равно 16 и 6 %.

Для полной реализации профессиональных функций при переходе к обществу знаний необходимо, чтобы гуманитарная интеллигенция повысила свой социально-экономический статус и имела отношение к работе как к престижному занятию. Именно гуманитарные специалисты должны произвести поворот в сознании остального населения для успешной модернизации экономики (табл. 4).

Таблица 4

Отношение к профессиональной деятельности представителей интеллигенции (в процентах от числа опрошенных, п = 1150)

Ценностное отношение к работе Гуманитарная интеллигенция Техническая интеллигенция

Дает статус и престиж 22 13

Обеспечивает необходимый уровень дохода 49 69

Благодаря работе есть, чем заняться 15 14

Позволяет иметь интересные контакты с людьми 26 25

Работа интересна сама по себе, полезна для общества 36 19

Половина представителей гуманитарной интеллигенции отмечает, что работа обеспечивает необходимый уровень дохода (но среди технической интеллигенции таких две трети). Очевидно, что содержательная сторона профессиональной деятельности более значима для представителей гуманитарной интеллигенции, чем для технической: считают, что работа дает статус и

престиж 22 % гуманитариев и 13 % представителей технической интеллигенции; процесс труда интересен сам по себе для 36 % гуманитарных специалистов и для 19 % - среди технических.

В структуре профессиональной мотивации гуманитарной интеллигенции в качестве весомого фактора, влияющего на адаптационный процесс, выступает отношение к содержанию труда. Опрос показал, что в среднем 65 % респондентов-гуманитариев выделяют в работе важные содержательные аспекты; полезность работы для общества как особую характеристику отметила треть специалистов гуманитарного профиля (и только пятая часть среди технических служащих). Выявленное соотношение содержательных и материальных мотивов говорит о том, что в образовании, науке, медицине и культуре сегодня остались главным образом те, для кого содержание работы играет весомую роль. Данная характеристика труда гуманитарной интеллигенции конкурирует с такими несомненно важными факторами, как материальный достаток и уровень заработной платы.

Адаптационное поведение гуманитарной интеллигенции реализуется в традиционных и модернизационных стратегиях, а также в отсутствии каких-либо действий по улучшению своего статуса. Среди предложенных в опросе стратегий профессионального и социально-экономического поведения половина относятся к традиционным (смена места работы, поиск дополнительных внешних и внутренних заработков, выращивание сельхозпродукции) и столько же - к модернистским (смена сферы деятельности, дополнительное образование, повышение квалификации, открытие собственного дела).

Группировка и суммирование ответов позволили сделать следующие обобщения. Большая часть представителей гуманитарной интеллигенции в последние годы предпринимала определенные действия, направленные на адаптацию к новым социально-экономическим условиям; в среднем только 15 % опрошенных указали на то, что ничего не делали, чтобы улучшить свое положение (табл. 5). При этом традиционные стратегии, основанные на патерналистских настроениях и ожидании изменений «сверху», преобладают над модернистскими (опора на собственную инициативу, прирост культурного капитала, инновационная и предпринимательская деятельность). В среднем традиционные стратегии использует половина гуманитарных специалистов, а модернистские - лишь треть. Самое неблагоприятное соотношение таких стратегий наблюдается в сферах библиотечного дела и общего образования.

В современной ситуации гуманитарная интеллигенция оказывается перед дилеммой. С одной стороны, в профессиональном измерении важно, чтобы использовались стабильные и проверенные социальные практики, которые уже проверены временем. С другой стороны, используя только традиционные тактики, сложно эффективно пройти экономическую адаптацию и соответствовать новым требованиям. Поиск новых сфер применения знаний, попытка открытия собственного дела, получение дополнительного образования неприемлемы для большинства представителей гуманитарной интеллигенции, что ведет к снижению статуса и ухудшению выполнения профессиональных обязанностей этой социальной группой.

Более свободны в реализации адаптационных стратегий жители крупных городов. По таким модернистским стратегиям, как смена сферы деятельности, дополнительное образование и повышение квалификации, интелли-

генция крупного города опережает гуманитарных специалистов из средних и малых городов, поселков. Дополнительная работа по совместительству часто используется во всех типах населенных пунктов. Профессиональная деятельность гуманитарной интеллигенции является более престижной в малых городах и поселках городского типа. Причина связана с более высоким уровнем безработицы, а также значительным для данной местности уровнем заработной платы в бюджетном секторе.

Таблица 5

Адаптационные стратегии гуманитарной интеллигенции в зависимости от сферы деятельности (в процентах от числа опрошенных, п = 1150)

Приходилось ли Вам в течение последних пяти лет ... Всего Общее образование Высшее образование и наука Библиотечное дело Культура, искусство, СМИ ,е * ^ а ё § « ^ Й й Л 0 ^ * а а О К с оис м Я ^ 1,8 43 я

1. Менять работу без смены сферы деятельности 12 6 18 9 15 13

2. Менять сферу деятельности 11 6 17 13 21 4

3. Брать дополнительную нагрузку по основному месту работы 32 35 35 26 24 37

4. Искать дополнительные заработки помимо основной работы 25 21 24 29 30 22

5. Получать дополнительное образование 12 8 16 4 8 20

6. Повышать квалификацию 32 37 34 20 20 49

7. Открывать собственный бизнес 1 1 1 0 1 1

8. Стали больше выращивать на земле 6 11 3 7 3 4

Нейтральные стратегии 15 11 2 20 17 15

Традиционные стратегии 48 54 50 55 43 41

Модернистские стратегии 37 35 48 25 40 44

Ответственность за состояние регионального социума и вектор его развития - основа гражданского сознания гуманитарной интеллигенции, ее потенциала как общественной силы. В связи с этим выделяются три типа позиций: пассивная, активная и отсутствие сформированной позиции. Анализ результатов нестандартизированных интервью показал, что наиболее распространенной (около 60 % ответов) является группа с пассивным осознанием ответственности за судьбу региона: «Интеллигенция, конечно, осознает ответственность за судьбу страны и региона. Еще б лучше ее на себя кто-нибудь взвалил», «Наверное, некоторая часть интеллигенции осознает. Чаще мы вдвоем сидим на кухне и обсуждаем - как раньше. Только так и осознаем».

Активная гражданская позиция характерна для 15 % современных интеллигентов: «Интеллигенция осознает ответственность в любом случае. Но, не видя путей реализации, теряет веру - она чувствует, что надо что-то делать, менять. И даже когда человек отрекается, ругает власть и всех, это говорит о том, что он переживает за страну, чувствует за нее ответственность».

Несформированная позиция свойственна приблизительно четвертой части интеллигентов: «Пусть не явно, но в глубине души что-то чувствую». Для формирования гражданского общества важно, чтобы ощущение ответственности за жизнь всего общества переходило в реализацию этой ответственности через информационную, коммуникативную, социальную активность в целом. Подавляющее большинство - свыше 90 % гуманитарных специалистов региона - не использует возможности для публичного выражения своей точки зрения: «Известные мне интеллигенты выражают свою гражданскую позицию так: расстраиваются, переживают и говорят: куда мир катится?», «Публично выражать свою точку зрения мне и людям моего окружения не приходилось».

В то же время есть представители интеллигенции, которые участвуют в социально-коммуникативной активности. Прежде всего это журналисты, но это малая доля - менее 5 %. Те, кто указывает, что выражал свою точку зрения публично, подчеркивают информационную активность как проявление своей гражданской позиции.

Различия в возможностях и способностях к адаптации привели к тому, что среди гуманитарной интеллигенции региона выделились типы по уровню адаптированности к изменившимся условиям: «преуспевающие» (20 %), «адаптированные» (54 %) и «выживающие» (26 %). Успешность адаптации измеряется уверенностью в своем будущем и самооценкой материального положения. В типологической группе «преуспевающих» преобладают гуманитарии, занимающие должность руководителей высшего и среднего звена, а также специалисты вузов с ученой степенью. К типу «выживающие» чаще относятся служащие со средним специальным образованием, работники библиотечного дела и учреждений культуры, а также семьи с детьми дошкольного и школьного возраста, живущие в средних и малых городах.

Следует отметить, по результатам опроса только треть представителей гуманитарной интеллигенции в изменении своего статуса отводят решающую роль собственным усилиям. Чаще полагаются на свои личностные ресурсы и разделяют ответственность за положение своей семьи представители гуманитарной интеллигенции, отличающиеся высоким образовательным потенциалом, руководящим ресурсом, уровнем доходов не ниже среднего.

Итак, согласно основным ориентациям гуманитарной интеллигенции, можно выделить два вида адаптационных стратегий - традиционные и модернистские. При этом традиционные стратегии предполагают сохранение общественных функций гуманитарной интеллигенции; использование модернистских стратегий гуманитарной интеллигенцией более выгодно экономически, но ведет к разрушению социокультурной идентичности. Получение другого образования, смена сферы деятельности, открытие собственного дела чаще всего связаны с уходом из группы интеллигенции и сближением с ме-неджерами-«интеллектуалами». Задачам модернизации современного рос-

сийского общества соответствует соединение модернистских стратегий поведения гуманитарной интеллигенции в профессиональной, социальноэкономической сферах с традиционной позицией в социокультурной и социально-политической областях.

Список литературы

1. Дюркгейм, Э. О разделении общественного труда. Метод социологии / Э. Дюркгейм. - М. : Наука, 1991.

2. Вебер, М. Избранные произведения / М. Вебер. - М. : Наука, 1990.

3. Парсонс, Т. О социальных системах / Т. Парсонс. - М. : Академический проспект, 2002.

4. Парсонс, Т. Структурно-функциональный анализ в современной социологии / Т. Парсонс. - М. : Изд-во МГУ, 2003.

5. Сорокин, П. Социокультурная динамика и эволюционизм / П. Сорокин. - М. : Академический проспект, 2001.

6. Мертон, Р. Социальная структура и аномия / Р. Мертон. - М. : Прогресс, 1996.

7. Бурдье, П. Социология социального пространства / П. Бурдье. - М. : ИС РАН, 2007.

8. Гидденс, Э. Устроение общества: Очерк теории структурации / Э. Гидденс. -М. : Академический проспект, 2005.

9. Заславская, Т. И. Социальная адаптация населения Сибири к рынку: критерии, факторы / Т. И. Заславская, М. А. Шабанова. - Новосибирск : Изд-во НГУ, 2005.

10. Беляева, Л. А. Стратегии выживания, адаптации, преуспевания / Л. А. Беляева // Социологические исследования. - 2001. - № 6.

11. Шиняева, О. В. Средний класс в структуре регионального социума (на примере регионов Среднего Поволжья) / О. В. Шиняева, Е. М. Власова // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Общественные науки. - 2010. -№ 4.

12. Кошарная, Г. Б. Малое предпринимательство как способ социальной адаптации населения малых городов (на примере Пензенской области) / Г. Б. Кошарная, Л. В. Рожкова, Н. А. Юртаев // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Общественные науки. - 2008. - № 3.

13. Кошарная, Г . Б . Социально-экономические условия формирования жизненных стратегий сельских жителей / Г. Б. Кошарная, Л. В. Рожкова // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Общественные науки. - 2009. -№ 1.

14. Корель, Л. В. Архитектоника адаптивных механизмов социальных систем: социологический дискурс / Л. В. Корель // Регион: экономика и социология. - 2007. -№ 1.

15. Готово ли Российское общество к модернизации / под. ред. М. К. Горшкова, Н. Е. Тихоновой. - М., 2010.

Шиняева Ольга Викторовна

доктор социологических наук, заведующая кафедрой политологии, социологии и связи с общественностью, Ульяновский государственный технический университет

Shinyaeva Olga Viktorovna Doctor of sociological sciences, head of sub-department of political science, sociology and public relations, Ulyanovsk State Technical University

E-mail: olses@rambler.ru

Клюева Татьяна Валерьевна Klyueva Tatyana Valeryevna

аспирант, Ульяновский государственный Postgraduate students, Ulyanovsk технический университет State Technical University

E-mail: klyueva@list.ru

УДК 323.329 Шиняева, О. В.

Социальная адаптация гуманитарной интеллигенции: теоретикометодологические основы исследования / О. В. Шиняева, Т. В. Клюева // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Общественные науки. - 2011. - № 2 (18). - С. 76-88.