© О.В. Вольтер, 2008

УДК 323(47)

ББК 66.3(2Рос) .15+63.3(2)41

РУССКАЯ НАЦИОНАЛЬНАЯ ИДЕОЛОГИЯ КАК ОПРЕДЕЛЯЮЩИЙ ФАКТОР СТАНОВЛЕНИЯ РУССКОГО ГОСУДАРСТВА В Х-ХУ ВЕКАХ

О.В. Вольтер

На современном этапе развития государства особую актуальность приобретает поиск национальной идеологии. Автор ставит своей задачей отразить особенности формирования идеологической составляющей в процессе становления русской государственности в Х-XV веках. Основываясь на изучении памятников культурной и политической жизни того времени, автор прослеживает генезис национальной идеологии, обусловленный принятием христианства (и, в частности, выбором византийского православия), преодолением феодальной раздробленности и объединением земель вокруг Московского княжества.

Ключевые слова: русское государство, национальная идеология, ХХ-ХУвв., православие, политическая мысль, духовно-политические произведения, национальное самосознание.

Поиск национальной идеологии на современном этапе развития государства приобретает особую актуальность в связи с глубокими изменениями социальной и экономической структуры общества. В настоящее время рассматриваются различные аспекты этой проблемы, в связи с чем ретроспективное рассмотрение процесса формирования национальной идеологии представляет несомненный интерес, что составляет содержание данной статьи.

Процесс формирования национальной идеологии в рамках отечественной духовнополитической мысли прошел долгий путь развития. Началом его можно считать дошедшие до нас русские литературные памятники Х1-ХШ вв., в которых, наряду с описанием различных сторон политической жизни, в полном объеме поставлены важнейшие для того времени вопросы о единстве, национальной независимости и величии русского государства. Генезис русской национальной идеологии в духовно-политической мысли принято связывать с возникновением и развити-

ем Древнерусского государства. В XI-

XII вв. Древнерусское государство переживало свой политический и культурный расцвет. Принятие христианства, распространение письменности и активная политико-правовая жизнь способствовали развитию русского духовно-политического мышления и национальной идеологии.

Принятие Русью христианства обусловило ситуацию выбора цивилизационной альтернативы, стоявшего перед государством. Выбор восточного христианства, византийского православия Древней Русью в качестве государственной религии определил особенности развития государственности и идеологии. Постепенно в государстве складывались политические, экономические и культурные институты, подобные византийским: авторитарная государственная власть, господствующая над церковью и обществом; использование религии для поучения человека, а не для объяснения мира; стремление воплотить в мирской жизни божественный идеал. Заслуга православия заключалась в том, что оно обусловило духовное единство русского народа -ядра российской государственности.

В древний период зародились духовнополитические концепции, которые, эволюционируя, сохранили свою значимость вплоть до

XX столетия. Именно тогда сформировалась и функционировала самобытная версия древнерусского христианского государства, генезис которой был связан с происхождением династии Рюриковичей от римского императора Августа. В русской культуре уже в XI в. появляется осознание богоизбранности русских, уравнивавшее их с византийцами, претендовавшими на политическое господство в Восточной Европе. Древняя Русь приобрела то единство языка, власти и веры, которое позволило ей восстановить свою целостность после распада государства, а также сохранить его в ходе расселения, колонизации земель. В этот период, несмотря на феодальную раздробленность и предпочтение местных политических интересов общим, было сформировано национальное самосознание.

В политической мысли Древней Руси особое место заняли темы церковно-государственной независимости, суверенности Российского государства, концепция государя-са-модержца, то есть Государя, властвующего самостоятельно, единодержавно над всей подвластной ему землей. Фундаментальной политической идеей в отечественной мысли явилась идея великодержавности, которая прошла через всю последующую российскую историософию и отголоски которой слышны до сих пор.

Так, в «Слове о Законе и Благодати» (1051 г.) киевского митрополита Илариона дается первое в истории русской мысли утверждение исторической миссии России, определение ее места во всемирной истории. Иларион отвергает идею богоизбранности лишь одного народа - древних евреев (Ветхий Завет). Он, как пишет академик Д. С. Лихачев, «излагает учение о равноправии всех народов, свою теорию всемирной истории как постепенного приобщения всех народов к культуре христианства» [6, с. 123]. Используя уже известный в патристике сюжет о соотношениях Ветхого Завета (Моисеев закон) и Нового Завета (Христова благодать), автор противопоставляет их и выводит два различных принципа общественного устройства. На первом - «законе» - основывается подчинение народов друг другу, на втором - «благодати» - их полное равноправие. Характеризуя Киевскую Русь как общество, основанное на

принципе «благодати», митрополит Иларион стремится теоретически обосновать государственную самостоятельность и международную значимость Русской земли. Причем, вопреки христианскому нигилистическому отношению к языческому периоду истории и культуры, Иларион не подчеркивает различия русской жизни до и после 988 года. Скорее, он следует идее преемственности, поскольку воздает хвалу князьям, стоявшим у истоков национальной государственности и много сделавшим для объединения славяно-русских племен. Он вспоминает «старого Игоря» и «славного Святослава», которые «мужеством и храбростью прослыли во многих странах и победами и силою поминаются ныне и славя-ти» [2, с. 703]. Исторический экскурс Илариона следует понимать шире: на факты политической истории он смотрит через призму национального самосохранения перед лицом византийского старшинства, которое начиналось с попыток денационализации русской культуры. Сочинение Илариона пронизано предчувствием великого будущего Русской земли. Это своеобразный исторический оптимизм, он противостоит фатализму (то есть идее заданности, предопределенности судьбы народов), который пронизывает Ветхий Завет. Там все как бы заранее предугадано. Спасение ожидает лишь один народ. «Слово» открывает такую возможность для всех христианских народов, в том числе и русского.

В «Слове о Законе и Благодати» Илари-он стремится показать международное положение Русского государства как равноправного среди других западных и восточных стран. Говоря о князях Киевской Руси Игоре, Святославе, особенно о Владимире, Иларион отмечает: «...ибо не в худой и неведомой земле владычествовали, но в Русской, что ведома и слышна всеми четырьмя концами земли» [2, с. 707]. Иларион характеризует Владимира как «единодержца всей земли», сумевшего «покорить под ее окружные страны» (в данном случае - части русской земли). Власть великого князя крепка и основана на «правде». В Ярославе Иларион видит преемника великих дел Святослава и Владимира.

Трактат Илариона был высоко оценен современниками и потомками. Комплекс философских, духовно-политических и юридичес-

ких проблем, затронутых в нем (представление о статусе духовной власти и ее носителе, законности происхождения и реализации властных полномочий, моральном облике великого князя, ответственности за управление страной, мирном курсе внешней политики), разрабатывались в русской философской литературе в течение ряда столетий. А разработанная Иларионом идеология единодержавия заняла ключевое положение в киевской политической мысли ХІ-ХІІ веков.

Дальнейшее развитие русская политическая мысль получает в трудах Владимира Мономаха (1053-1125), который явился идеологом единодержавия и объединения русских земель. В «Поучении» он рассматривает проблему организации и осуществления верховной власти в государстве как долга и служения народу. Мономах советует будущим великим князьям все дела решать совместно с Советом дружины, не допускать в стране «беззакония» и «неправды», правосудие вершить «по правде». Судебные функции Мономах предлагал осуществлять великому князю самому, не допуская нарушения законов и проявляя милосердие к наиболее беззащитным слоям населения. Отрицание кровной мести вылилось у него в полное неприятие смертной казни: «Ни права, ни крива не убивайте и не повелевайте убити его». Даже если по тяжести своих деяний кто и будет достоин смерти («аще будет повинен смерти»), все равно «не погубляйте некоторая же хрестья-ны» [2, с. 712]. Принцип не «мстить» рассматривался в «Поучении» не только как принцип законодательства, но и как основа межкня-жеских отношений.

Мономах разрабатывает поставленную еще Иларионом проблему ответственности великого князя перед подданными. О ней он говорит при разрешении вопроса об управлении страной, организации правосудия и необходимости военных действий. Во всех спорных случаях он советует отдавать предпочтение миру, так как не видит причин для братоубийственных войн, поскольку всем народам уготовано место на земле, а правителям следует направлять усилия на поиски путей достижения мира. Все споры возможно разрешать «добром» в том случае, если недовольные князья напишут «грамоту» со свои-

ми притязаниями. С теми же, кто жаждет войны («мужами крови»), достойным князьям не по пути, ибо месть не должна быть определяющим мотивом в политике.

Традиции русской национальной идеологии в духовно-политической мысли домонгольского периода нашли свое выражение в произведении «Моление Даниила Заточника» (XIII в.) [7]. Основными мотивами этого произведения явились укрепление сильной великокняжеской политической власти, способной преодолевать внутренние раздоры и подготовить страну к обороне от завоевателей, а также тревога за судьбу Родины перед лицом надвигающейся внешней опасности. Поддержка Даниилом сильной великокняжеской власти предполагала ограничение полномочий местных феодалов, что соответствовало главной задаче того времени - объединению всех русских земель под властью великого князя.

Митрополит Иларион был первым русским идеологом, обратившимся к проблемам осмысления истории и развития элементов исконно русской культуры. Его линия нашла последователей в лице Даниила Заточника («Моление»), Владимира Мономаха («Поучение»), епископа Кирилла Туровского (XII в.).

XIII в. стал одним из самых сложных в истории России. Сначала Русь раздирали многочисленные княжеские усобицы, затем последовало монголо-татарское нашествие, поработавшее Русь на долгие 250 лет, агрессия со стороны западноевропейских государств, поддерживаемых Римско-католической церковью, которая надеялась подчинить русские княжества своему духовно-политическому влиянию. В этих сложнейших условиях перед русским народом встали новые исторические и политические задачи. Они нашли отражение в русской национальной идеологии, явившейся основой становления, формирования и развития Русского государства X-XV веков.

Если в домонгольский период в отечественной политической мысли звучал призыв к объединению русских земель, разорванных междоусобицей, ввиду грозившей внешней опасности, то теперь в качестве основной выдвигается задача освобождения Руси от иноземных захватчиков, которая определяет русскую мысль и общественную жизнь на протяжении XIV в. и значительной части

XV века. Тема места Руси во всемирном историческом процессе по-прежнему оставалась важнейшей, но появилась ее новая трактовка. Возникла и получила широкое распространение идея гибели Руси. Ранее, когда Русь была могущественной державой, этой идеи просто не могло существовать. Начиная с XIII в. идея гибели Руси становится одной из главных в отечественном национальном сознании. Даже позднее, когда Русское государство вновь вернуло себе былое могущество, в политической мысли всегда подсознательно подразумевалось, что существует возможность новой гибели Русской державы. И уже исходя из этой возможности выстраивалась иерархия других общественно значимых идей.

Причину гибели Руси отечественные мыслители видели в одном - это Божья кара за нарушение Его заповедей, за то, что русские люди предали забвению христианские нормы морали и правила жизни. Подобная трактовка была достаточно жесткой, однако она давала и надежду на спасение. Согласно православному учению, Господь насылает Свою кару и страх Божий для того, чтобы очистить человека от скверны и избавить от грехов. Результатом такого очищения является обретение премудрости и познание Божьих тайн. Следовательно, убеждение в том, что испытание страхом Господним - это один из важнейших путей к спасению, возникшее в предыдущий период, укрепляет свои позиции в древнерусской духовно-политической мысли. Согласно Библии, «начало мудрости -страх Господень» [5].

Таким образом, христианская идея «гибели-спасения» не только объясняла причины постигших русские земли страшных бедствий, но и показывала возможные пути выхода из кризисной ситуации. Поэтому наряду с идеей гибели Руси сразу же возникла идея ее спасения. Путь к спасению видели, прежде всего, в единении всех сил - духовных и политических. Призывы к единству существовали и ранее, во времена феодальной раздробленности, однако теперь необходимость единения становится самой насущной жизненной потребностью, условием выживания всего народа. Главное условие спасительного единения - духовное очищение и моральное совершенствование. Более того, восстановление

христианских добродетелей в сознании всего народа русские мыслители рассматривали и как основу политического единения. Итак, в общественном сознании утверждалось совершенно определенное убеждение: Русь избавится от татарского ига, если вернется к христианскому благочестию.

Начиная с XIII-XIV вв. православие становится главной составляющей всей общенациональной идеологии, играет определяющую роль при формировании всех общезначимых общественных идеалов. Ведь сохранение истинной веры, по убеждению мыслителей этого периода, означало и сохранение независимости духовной жизни народа. А независимость духовная должна была привести и к восстановлению независимости политической. Поэтому идея защиты православия крепко и непосредственно стала связываться в сознании людей с идеей национально-государственной независимости. Именно в этот период понятия «русский» и «православный» часто воспринимались как синонимы. А основное население русских земель, смерды-земледельцы, с XIII-XIV вв. сами себя начали называть «крестьянами», то есть христианами. Крупнейший отечественный лингвист академик О.Н. Трубачев писал по этому поводу: «Случай этот довольно оригинальный, так как из всех языков народов, охваченных христианизацией, как будто только в русском обозначение “христианина” превратилось в обозначение “землепашца”, потеснив исконное славянское “селянин” (в украинском и белорусском языках крестьянин по-прежнему называется древним словом селянин)» [9, с. 28].

Одним из первых духовно-политических произведении периода татаро-монгольского нашествия стало «Слово о погибели Русскыя земли по смерти великого князя Ярослава» (середина XIII в.). Оно представляет собой сочетание похвалы и плача. В похвале воспеваются былые красота и могущество Русской земли, возглавляемой отважными князьями и сохраняющей свою православную веру. Автор «Слова...» вспоминает огромные пределы, которые еще недавно занимало Русское государство, призывая к восстановлению исторического территориального единства державы.

Он обращается к истории страны, вспоминает великих русских князей, которые создали столь великое государство, - Всеволода Большое Гнездо, Юрия Долгорукого, Владимира Мономаха, Ярослава Мудрого. Именно в периоды их правления Русь была могущественной державой, и другие народы боялись и уважали ее. Даже византийский император, чтобы задобрить русского князя, посылал ему великие дары: «И кюръ Мануилъ цесарегородскый, опасность имея, поне и ве-ликыя дары послаше к нему, абы подъ ним великый князь Володимеръ Цесарягорода не взялъ» [3, с. 155]. Главная причина, почему Руси покорились многие народы, - Божия помощь. Ведь русские князья не просто завоевывали воинскую славу в походах, но и утверждали в них христианскую веру. И в этом автор «Слова о погибели Русской земли» видит глубочайший смысл - Господь «покорял» страны не просто русским князьям, но всему христианскому народу, прославившемуся своим благочестием: «То все покорено было Бо-гомъ крестьяньскому языку поганьскаыя страны» [там же, с. 156]. Воспевая Русское государство, Даниил показывает, какая красота, какое могущество и какая вера оказались утраченными в результате татарского завоевания. И повествование плавно переходит в плач по погибшей Руси.

Таким образом, в «Слове о погибели Русской земли» впервые в древнерусской духовно-политической мысли была сформулирована и выражена идея гибели Руси. Еще одна очень важная идея прослеживается в этом памятнике русской духовно-политической мысли - путь возможного спасения Руси. С политологической точки зрения «Слово о погибели Русской земли» представляет собой не только трагическую песнь о погибшей Руси, в которой автор описывает «золотой век» Русского государства, но и, «воспевая старину», представляет образ того государства, которым вновь должна стать Русь. В «Слове...» сформулированы «вечные принципы», которые должны лежать в основе государства: территориальное единство, экономическое могущество, авторитетная и честная власть, династическая преемственность власти, авторитетная Церковь. Следовательно, сам путь спасения лежит в реализации на

практике этих принципов, в устроении самой Руси на этих «вечных основах». Таким образом, «Слово о погибели Русской земли» не просто представляет собой «плач» по утерянному или «торжественный гимн в честь родины» [8, с. 75], но и является своеобразной политической программой возрождения Руси, формулирует важнейшие задачи, которые должно поставить перед собой Русское государство в новой трагической исторической реальности. Не случайным было то, что оба рукописных списка «Слова о погибели Русской земли» представляли собой некое предисловие к «Житию Александра Невского». Ведь именно великий князь Александр Невский воспринимался в древнерусском сознании как своего рода идеальный правитель, спаситель Руси, образ которого должен был служить примером всем русским князьям. В данном случае «Слово о погибели Русской земли» как духовно-политический манифест и политическая программа действий представляло образ того Русского государства, которое должны возродить русские князья, уподобляясь князю Александру Невскому.

Значительный подъем национального самосознания был связан с Куликовской битвой (1380 г.), а затем с великим противостоянием на реке Угре (1480 г.). Эти события стали решающими факторами в обретении статуса суверенности Московским государством, в них отчетливо определилась историческая роль Руси как щита, противостоящего азиатским нашествиям, ее роль защитницы Европы. В конце XV - начале XVI в. произошло преодоление феодальной раздробленности и объединение земель вокруг Московского княжества. Брак Ивана III с византийской царевной Софьей (Зоей) Палеолог, единственной наследницей византийского престола, сделал Ивана III как бы преемником светской и духовной власти византийского императора. Взамен титула великого князя Иван III принял титул «Божия милостью государь всея Руси», а в международных отношениях стал именовать себя царем, как раньше называли только византийского императора и татарского хана. Тем самым Иван III противопоставлял себя всем остальным князьям как носитель верховной, божественной власти и наследник византийских императо-

ров. Падение Константинополя в 1453 г. под ударами Османской империи привело к тому, что Москва стала единственным оплотом православия, преемницей древнего Царьгра-да. Это была эпоха образования Руси как единого суверенного государства и формирования в нем сословно- представительной монархии как формы правления.

Таким образом, задача создания централизованного Московского государства осознавалась в контексте священной истории, связывалась с задачей спасения всего человечества, искупительной миссией христианства. Русский царь трактовался как сила, удерживающая мир от всевластия греха накануне Страшного суда. Земная власть царя уподоблялась божественной, распространялась на весь христианский мир. Русский народ рассматривался как избранный, а Москва как центр мира, новый Царь-город, то есть священный город, светоч нравственности и истинного знания о путях спасения души. В русской духовно-политической мысли возникла и надолго утвердилась идея, глубоко укорененная в православии: «Мы в ответе за весь мир».

В этих условиях объединительная политика московских великих князей приобретала совершенно новый смысл. Это было уже не усиление одного княжества за счет других, а выполнение намеченного самим Богом высокого предназначения Москвы как хранительницы подлинного христианства. Сопротивление соседних княжеств при этом трактовалось как сопротивление Божественному промыслу, то есть как тяжкий грех.

В конце XIV - начале XV в. из Византии на Русь приходит мистико-аскетическое учение исихазма. Основным его положением было единение человека с Богом через духовное самоуглубление. Исихазм служил обоснованием для возвеличивания церкви и подчинения ей светской власти. Идеи исихазма попали на почву, подготовленную монастырскими традициями, идущими от времен создания КиевоПечерской лавры. Восприятие исихазма на Руси определилось и другими трагическими обстоятельствами - иноземным игом, бесчисленными княжескими раздорами на Руси. Неудивительно, что чувства конца мира, надежды на спасение, обращение к молитве - все это отвечало общему мироощущению.

Исихазм на Руси выдвинул немало глубоких мыслителей, которые при всем своем неприятии мирских страстей немало содействовали познанию человеческой личности, ее духовных начал, способствовали созданию национальной идеологии и укреплению основ государственности. Носителем идей исихазма явился Сергий Радонежский, основатель Троице-Сергиева монастыря, сыгравшего исключительно важную роль в русской истории. Из этого монастыря вышел Андрей Рублев, отразивший в своих иконах глубокий религиозно-философский смысл русской культуры.

Другим центром исихазма, афоно-византийской мистики было движение нестяжате-лей, центром которого явились монастыри в Заволжье. Главой нестяжателей был Нил Сор-ский (XV в.), явившийся сторонником более духовного, мистического понимания христианства, он не связывал христианство с властью. Учение Нила Сорского было продолжено его учениками и последователями: Васси-аном Патрикеевым, Максимом Греком, Феодосием Косым.

Стяжательская (или иосифлянская) позиция была представлена основателем этого направления духовно-политической мысли Иосифом Волоцким (1439-1515). Его учение о государстве оказало значительное влияние на процесс строительства русской государственности и национальной идеологии. Иосиф Волоцкий выступал за сохранение существующих форм церковной организации и ее экономического статуса. Он явился защитником экономически могущественной монастырской организации, теоретическим оправданием которой служило требование использовать ее на «благие дела» (строить церкви, монастыри, кормить монахов, подавать бедным и т. д.). Волоцкий разделял позицию противников великого князя Ивана III в отношении секуляризации церковных земель. Впоследствии победа «стяжателей» на Церковном соборе 1503 г. хотя и усилила экономические и политические притязания иосифлянской партии, но, с другой стороны, определила формы совместной деятельности церкви и государства.

В своей концепции Иосиф Волоцкий превозносит личность правителя, доказывает необходимость безоговорочного подчинения его авторитету, но при этом он говорит, что «царь

естеством подобен всем человекам» [1, с. 572]. Иосиф Волоцкий был, по существу, первым, кто пытался сблизить религиозные доктрины с земными, мирскими интересами, прежде всего с исторической задачей создания централизованной власти, без которой невозможно успешное развитие страны. Он выдвинул тезис: не все, что сотворил Христос, подобает творить и нам, и чего не сотворил Христос, не творить нам. Тем самым евангельское и мирское, земное были как бы уравнены, то есть человек получал возможность духовного выбора, а не слепого подчинения догматам. Но отсюда следовало, что государь может сам выбирать форму поведения, целесообразную в каждом случае. Московский государь, по Волоцкому, должен быть выше церкви, независим от нее, ему должны подчиняться все христиане, в том числе и духовенство. Его власть от Бога. Таким образом, Волоц-кий обосновывал концепцию абсолютной монархии, которая все активнее утверждалась по мере укрепления власти Москвы в русском централизованном государстве.

Борьба нестяжателей с иосифлянством, со «стяжателями», оставила глубокий след в истории русской мысли. Идеи иосифлян-ства через сто лет после жизни основателя учения стали основой мировоззрения и жизненной практики Ивана Грозного, который и в политике, и в сочинениях придерживался идеи полного самовластия, подавляя любые попытки церкви, князей и бояр ограничить эту власть. Н.А. Бердяев писал: «Иосифа Волоц-кого вместе с Иоанном Грозным нужно считать главным обоснователем русского самодержавия» [4, с. 14].

Таким образом, генезис русской национальной идеологии в духовно-политической мысли принято связывать с возникновением и развитием Древнерусского государства. Развитию русского духовно-политического мышления и национальной идеологии способствовали принятие христианства, распространение письменности и активная политико-правовая жизнь государства в XI-XII веках. Христианство дало прочную основу государственной власти. Выбор восточного христианства, византийского православия Древней Русью в качестве государственной религии определил особенности развития государственности и

идеологии. Постепенно в государстве складывались политические, экономические и культурные институты, подобные византийским, авторитарная государственная власть. Православие обусловило духовное единство русского народа - основы российской государственности.

Начиная с XIII-XIV вв. православие становится главной составляющей всей общенациональной идеологии, играет определяющую роль при формировании всех общезначимых общественных идеалов. Ведь сохранение истинной веры, по убеждению мыслителей этого периода, означало и сохранение независимости духовной жизни народа, а независимость духовная должна была привести и к восстановлению независимости политической. Поэтому идея защиты православия крепко и непосредственно стала связываться в сознании людей с идеей национально-государственной независимости.

В конце XV в. произошло преодоление феодальной раздробленности и объединение земель вокруг Московского княжества. Это была эпоха образования Руси как единого суверенного государства и формирования в нем сословно-представительной монархии как формы правления. Основными темами политической мысли были проблемы, касающиеся происхождения русского государства, родословия его князей, формы организации верховной власти и способов ее реализации, взаимоотношения церкви и государства, национального самосознания и национальной идеологии.

Таким образом, русская национальная идеология, выраженная в отечественной духовнополитической мысли, явилась программой становления Русского государства X-XV веков.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Антология мировой политической мысли : В 5 т. Т. 4. - М. : Мысль, 1997. - 829 с.

2. Антология мировой философии : В 8 т. Т. 1, ч. 2. - М. : Наука, 1960. - 870 с.

3. Бегунов, Ю. К. Памятник русской литературы XIII века «Слово о погибели Русской земли» / Ю. К. Бегунов. - М. ; Л. : Хуцож. лит., 1965. - 320 с.

4. Бердяев, Н. А. Русская идея / Н. А. Бердяев. - М. : Мысль, 1999. - 330 с.

5. Библия. - М. : Изд-во «Дарь», 2007. - Пс. 111, 10 ; Пр. 1, 7; 9, 7; 10, 27.

6. Лихачев, Д. С. Поэтика древнерусской литературы / Д. С. Лихачев. - М. : Худож. лит., 1997. -470 с.

7. Памятники литературы Древней Руси : В 12 т. Т. 1. - М. : Наука, 1978. - 870 с.

8. Соловьев, А. В. Заметки к «Слову о погибели Рускыя земли» / А. В. Соловьев // Труды отдела древнерусской литературы. - Т. XV. - М. : Наука, 1968.- С. 75-88.

9. Трубачев, О. Н. В поисках единства. Взгляд филолога на проблему единства Руси / О. Н. Трубачев. - 3-е изд. - М. : Дрофа, 2005. - 387 с.

RUSSIAN NATIONAL IDEOLOGY AS A DETERMINATIVE FACTOR OF FORMATION OF THE RUSSIAN STATE IN THE X-XV CENTURIES

O. V. Volter

At the modern stage of the State Development the search of National Ideology becomes very urgent. The author made an attempt to describe the formation Ideological Component features in the process of creation Russian Nationality in the X-XV centuries. Based on the heritage of cultural and political style of life at that time the author identifies the National Ideology Genesis corresponding to the Adoption Christianity (in general the select of the Byzantine orthodoxy), overcoming the Feudal Atomism and Joining territories around Moscow Principality.

Key words: state of Russia, national ideology, X-XVc., orthodoxy, political idea, cultural and political heritage, national self-consciousness.