ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА: ПРИНЦИПЫ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ, УСЛОВИЯ СТАБИЛЬНОСТИ, МЕХАНИЗМ ТРАНСФОРМАЦИИ

Системный подход является сегодня одним из ведущих направлений исследования политических процессов. Главное достоинство данного подхода состоит в изучении политического пространства с точки зрения его целостности. Соответственно, понятие «целостность» (наличие у системы качеств и свойств, отсутствующих у отдельных элементов)1 неизбежно находится в центре внимания любого исследователя, изучающего системные характеристики политической жизни. На начальном этапе анализа политической системы как единого целого, как правило, возникает необходимость в прояснении ряда общетеоретических вопросов: 1) каковы системные основы, обеспечивающие целостность политического пространства и определяющие его качественные характеристики; 2) какие системные показатели свидетельствуют о целостности политического пространства и, следовательно, о стабильности политической жизни общества; 3) какие факторы могут привести к нарушению системной политической стабильности, и как происходит переход от одной качественно определенной политической системы к другой. В настоящей статье будет предпринята попытка ответить на означенные вопросы с опорой на общепризнанные и новейшие теоретические достижения в исследовании политической системы.

В связи с необходимостью сосредоточить пре-имущественное внимание на анализе общесистемных характеристик политической жизни классический институциональный и структурнофункциональный подходы к изучению политико-системных объектов останутся за рамками настоящей работы. Соответственно, теоретическую базу исследования составят системно-кибернетическая (Т. Парсонс, Д. Истон, К. Дойч и др.) и синергетическая (Д.Г. Красильников, Г.В. Пуш-карева и др.) модели анализа политической системы. Их совокупное применение позволяет не только рассмотреть системные основы политического процесса, но и выявить механизмы осуществления качественных изменений в политической жизни общества.

Прежде всего, следует акцентировать внимание на том, что политическая система возникает в рамках социума благодаря вступлению индивидов и групп в особые (политические) взаимодействия. Характер таких взаимодействий определяется функциональным назначением данной системы в общественной жизни — посредством политических отношений в обществе становит-

ся возможным достижение тех или иных коллективных целей2. В соответствии с этим под политической системой следует понимать систему взаимодействия политических субъектов (акторов) в рамках общества по поводу достижения коллективных целей. При этом в качестве политических субъектов могут рассматриваться любые индивиды или группы (вне зависимости от характера институционализации), участвующие в политической деятельности3. Понятие же «коллективные цели» в данном случае уместно использовать для обозначения тех целей политических субъектов (акторов), реализация которых требует воздействия на общество в целом, то есть использования политической власти4.

Под политической властью обычно понимается способность влиять на характер и направление деятельности и поведения людей5 путем принятия политических решений, обязательных для всех членов данного общества6. Политическая власть рассматривается многими исследователями как интегративное качество политической системы, то есть свойство, отсутствующее у отдельных элементов, но присутствующее у системы в целом7 (точнее, отсутствующее у отдельных элементов вне системы, но, так или иначе, проявляющееся при взаимодействии элементов (политических субъектов) в рамках системы). Исходя из этого, ключевые особенности той или иной политической системы можно определить через анализ характера доминирующих в ней отношений власти. Наиболее устойчивые черты системных властеотношений целесообразно рассматривать как принципы функционирования политической системы, базовые правила взаимодействия политических субъектов в процессе определения и реализации коллективных целей общества8.

Чтобы получить наиболее общее представление о принципах функционирования политической системы, необходимо ответить на два ключевых вопроса: 1) как политическая власть распределена между субъектами политического взаимодействия (кто и в какой мере имеет доступ к политической власти); 2) какие способы осуществления политической власти доминируют в политической системе9. Для ответа на эти вопросы властеотношения в рамках политической системы могут быть проанализированы на основе таких интегративных параметров, как уровень политической конкуренции (распределение власти между субъектами политического взаимодей-

ствия, степень автономии политических акторов, наличие-отсутствие возможностей для оспаривания политических решений со стороны конкурирующих акторов) и особенности обратной связи (мера влияния населения на процесс осуществления власти, степень публичности политической деятельности, наличие-отсутствие общественной дискуссии по поводу важнейших политических решений).

Естественно, с помощью набора предложенных характеристик все многообразие отношений в рамках политической системы охватить невозможно. Вместе с тем, на взгляд автора, указанные критерии анализа: а) позволяют получить представление о наиболее существенных чертах взаимодействия акторов в рамках политической системы10; б) в той или иной степени уже применялись многими исследователями современного российского политического процесса11; в) являются наиболее релевантными с точки зрения эмпирической проверки — и, следовательно, могут быть использованы как основа анализа базовых характеристик системы политических отношений.

Стабильное состояние политической системы предполагает способность данной системы поддерживать собственную качественную идентичность, воссоздавать свои основные компоненты, обеспечивать связанность и упорядоченность политического взаимодействия12. При анализе системных условий поддержания политической стабильности, в первую очередь, следует учитывать, что политическая система находится в постоянном взаимодействии со средой, состоящей из ин-трасоциетального (экономика, культура, социальная структура, межличностные отношения) и экстрасоциетального (все системы, являющиеся внешними по отношению к данному обществу) компонентов. Наиболее общие принципы взаимодействия политической системы со средой вполне адекватно описаны в теории Д. Истона (требования и поддержка на «входе» системы, решения и действия властей — на «выходе», а также механизм обратной связи)13. Анализ особенностей взаимосвязи «политическая система» — «среда» позволяет выделить главный критерий нормального функционирования данной системы — некоторое минимальное соответствие «выходных» сигналов системы требованиям, предъявляемым к ней со стороны среды (и, прежде всего, со стороны входящих в общество групп и индивидов). В соответствии с этим, имеет смысл говорить, что если политическая система является функционально адекватной (т. е. обеспечивает достижение коллективных целей общества), то результатом этого будет являться высокий уровень поддержки на «входе» данной системы.

Главным показателем стабильности политической системы, исходя из изложенного выше

подхода к ее анализу, следует считать преобладание системных политических взаимодействий, т. е. взаимодействий, основанных на доминирующих принципах осуществления власти. При этом, очевидно, что в условиях «штатного» функционирования несистемные взаимодействия либо устраняются политической системой с помощью принятия и реализации соответствующих властных решений, либо оттесняются на периферию политической жизни14.

В свою очередь, механизмом поддержания стабильности политической системы, сохранения ее целостности является совокупность политических практик, обеспечивающих воспроизводство в политической системе определенного типа вла-стеотношений. К числу таких практик следует, вслед за исследователем Г.В. Пушкаревой, отнести политическую социализацию, политическую институционализацию и политическую легитимацию15 . При этом политическую социализацию целесообразно рассматривать как процесс, обеспечивающий устойчивость «элементарного» уровня политической системы (уровня непосредственных взаимодействий политических субъектов) и заключающийся в усвоении участниками политических отношений образцов поведения, основанных на доминирующих в системе принципах осуществления власти16 . Показателем нормального протекания данного процесса можно считать ориентацию всех (или подавляющего большинства) акторов на модели взаимодействия, когерентные принципам функционирования политической системы. Политическая институционализация понимается в настоящей работе как процесс создания в рамках политической системы различных политических институтов, способных обеспечить выполнение системой необходимых функций и функционирующих на основе доминирующих в системе принципов политического взаимодействия. Основной характеристикой эффективности процесса политической институционализации следует считать целостность институционального политического пространства, т. е. соответствие практик политических отношений в рамках отдельных институтов общим принципам функционирования политической системы. Наконец, понятие политической легитимации целесообразно использовать для обозначения процесса, в ходе которого общие принципы функционирования политической системы получают признание и поддержку населения (т. е. обеспечивается диффузная (фундаментальная) легитимность политической системы)17. Соответственно, минимальным показателем эффективности процесса политической легитимации можно считать отсутствие активного или пассивного протеста населения против принципов осуществления власти, доминирующих в по-

Политология

литической системе. Все названные выше политические практики могут одновременно рассматриваться и как системные функции политической системы, реализация которых обеспечивает системный гомеостазис (аутопойезис)18, а, следовательно, стабильность политической жизни общества.

Трансформация качественных характеристик функционирования политической системы в самом общем виде связана с нарушением описанных выше условий и механизмов обеспечения политической стабильности. Следовательно, ключевой причиной выхода политической системы из стабильного (равновесного) состояния следует признать функциональную неадекватность данной системы, ее неспособность обеспечивать достижение коллективных целей общества. Основными показателями превращения равновесной политической системы в неравновесную являются нарушение механизмов политической социализации (отказ большей части политических субъектов от ориентации на сложившиеся ранее правила политического взаимодействия), институционализации (распад институционального уровня на сегменты, в каждом из которых устанавливаются свои нормы и правила взаимодействий) и легитимации (размывание представлений населения о правильности существующего политического порядка, рост недоверия граждан к институтам и акторам, ассоциирующимся с «отжившей» политической системой)19. При этом, очевидно, что в такой ситуации системные качества политической системы, ее возможности по производству «системного продукта» (властных решений, ориентированных на достижение коллективных целей общества)20 оказываются максимально ослабленными. Доминирующие некогда принципы осуществления власти вынуждены конкурировать с иными моделями политических отношений. Подобную ситуацию можно рассматривать как «борьбу на равных» системных и несистемных форм взаимодействия политических субъектов в обществе21.

Наконец, выход политической системы из неравновесного состояния (прохождение ею точки бифуркации) наиболее целесообразно интерпретировать как возникновение на основе временных, неустойчивых и локальных политических взаимодействий системообразующей (диссипативной) структуры, которая в результате победы в борьбе за власть устанавливает доминирующие принципы политического взаимодействия, устраняет или нивелирует особенности не согласующихся с этими принципами форм властно-ориентированных отношений22. При этом происходит качественное изменение основ функционирования политической системы и начинается развитие новых системных форм политичес-

кого взаимодействия. Очевидно, что «развертывание» качественных характеристик новой политической системы следует вновь рассматривать через анализ практик политической социализации, институционализации и легитимации.

Предложенная модель исследования полити-ко-системных отношений имеет довольно широкую сферу применения. Она ориентированна, прежде всего, на качественный анализ системных основ политической жизни (т. е. на анализ принципов осуществления власти, доминирующих или конкурирующих друг с другом на определенном этапе политического развития), а также предполагает изучение ключевых условий и механизмов, призванных обеспечивать стабильность функционирования политической системы. Представляется, что использование данной модели для изучения системы властно-ориентиро-ванных отношений в современной России поможет уточнить ряд важных аспектов отечественного политического процесса, а значит, получить более четкое и адекватное представление об окружающей нас политической реальности.

Примечания

1. Исследования по общей теории систем. — М. : Прогресс, 1969. — С. 11—12; Садовский, В.Н. Система / В.Н. Садовский, Э.Г. Юдин // Философская энциклопедия. В 5 т. / гл. ред. Ф.В. Константинов. — Т. 5. — М. : Сов. энциклопедия, 1970. — С. 18; Блау-берг И. Часть и целое // Философская энциклопедия. В 5 т. / гл. ред. Ф.В. Константинов. —Т. 5. — М.: Сов. энциклопедия, 1970. — С. 474—477; Разумов, О.С. Системные знания: концепция, теория, практика / О.С. Разумов. — М. : Финансы и статистика, 2006. — С. 12—14.

2. Парсонс, Т. О социальных системах / Т. Парсонс / под ред. В.Ф. Чесноковой и С.А. Беланского. — М. : Академический Проект, 2002. —С. 565—566, 569, 599.

3. Россия регионов: трансформация политических режимов / общая редакция: В. Гельман, С. Рыженков, М. Бри. — М.: Весь Мир, 2000. —С. 21—23; Голосов, Г.В. Сравнительная политология: учебник. 3-е изд., перераб. и доп / Г.В. Голосов. — СПб.: Изд-во Европ. ун-та в С.-Петербурге, 2001. — С. 26—27. При таком понимании в качестве субъектов политического взаимодействия (акторов) могут рассматриваться органы государственной власти, политические лидеры, элитные группировки, политические партии, массовые движения и т.д. Критерием отграничения одних акторов от других в этом случае должно служить наличие общих политических целей и согласованность действий при реализации этих целей: если в какой-либо группе наблюдаются согласованные действия по реализации общей (групповой) политической цели, она может быть признана субъектом политического взаимодействия.

4. Такое ограниченное применение введенного Т. Парсонсом понятия позволяет разделить собственно политические отношения (отношения по поводу политической власти) и иные общественные отношения, в которых может присутствовать момент целе-полагания и организации ресурсов для достижения

каких-либо целей (корпоративные, семейные отношения и пр.).

5. Философский словарь / под ред. И.Т. Фролова 6-е изд., переработ. и доп. — М.: Политиздат, 1991. — С. 68.; Грачев, М.Н. Указ. соч. С. 9.

6. Алмонд, Г. Сравнительная политология сегодня. Мировой обзор / Г. Алмонд и др. — М. : Аспект Пресс, 2002. — С. 19; Грачев, М.Н. Политика, политическая система, политическая коммуникация / М.Н. Грачев. — М.: НОУ МЭЛИ, 1999. — С. 10.

7. Шабров, О.Ф. Политическое управление: проблема стабильности и развития / О.Ф. Шабров. — М.: Интеллект, 1997. — С. 85—87; Грачев, М.Н. Указ. соч. С. 9—13.

8. См., в частности, определение политической системы, данное Р.В. Савенковым: Савенков, Р.В. Политическая система постсоветской России (тенденции, противоречия, пути стабилизации). Дисс. к. п. н. / Р.В. Савенков. — Воронеж, 2003. — С. 40.

9. Исследователь Р. Фишман использует сходную модель рассуждения при рассмотрении понятия «политический режим»: «Режим можно представить как формальную и неформальную организацию центра политической власти и его отношений с обществом. Режим определяет, КТО имеет доступ к политической власти и КАК находящиеся у власти имеют дело с теми, кто там не находится». Цит. по: Саква, Р. Режим и система в посткоммунистической России / Р. Саква / Российский конституционализм: политический режим в региональном контексте: межрегиональный семинар, Великий Новгород, март 2000: сборник докладов. — М.: Центр конституционных исследований МОНФ, 2000. — С. 39.

10. Выделение указанных критериев было осуществлено с опорой на теоретические модели изучения политико-системных объектов, разработанные Г. Лас-свеллом и А. Капланом, Г. Алмондом и Б. Пауэллом, а также Р. Далем. В частности, Г. Лассвелл и А. Каплан для анализа отношений в рамках политической системы использовали такие основные критерии, как расположение власти (в чьих руках она находится), границы распространения власти государства в обществе, разделение властных полномочий (или отсутствие такового), закрытый или открытый характер рекрутирования элит, ответственность (безответственность) власти перед народом, возможности для оспаривания политических решений и справедливость (несправедливость) распределения ценностей. Г. Алмонд и Б. Пауэлл, в свою очередь, главным критерием типологизации политических систем считали направленность и силу политического контроля (в демократической системе преимущественное значение имеет контроль управляемых

над правящими, в авторитарных — наоборот), а также степень внутрисистемной автономии политических субъектов (меру их развития и организационной независимости друг от друга). Наконец, Р. Даль строит свои идеальные типы политических систем на основе таких критериев, как уровень допустимой оппозиции и политической конкуренции (степень открытости институтов системы для претендентов на управление обществом) и уровень участия населения в процессе публичного соперничества за власть (пропорция населения, имеющего право участвовать в системе публичного соперничества). См.: Сморгунов, Л.В. Сравнительная политология: теория и методология измерения демократии/Л.В. Сморгунов. — СПб.: Изд-во С.-Петербургского ун-та, 1999. — С. 91—116.

И. Подробнее см.: Трегубов, H.A. Перспективы системного подхода в анализе современного российского партогенеза / H.A. Трегубов // Вопросы гуманитарных наук. — 2007. — № 4. — С. 284—291.

12. Пушкарева, Г.В. Политическая система: синергетический подход / Г.В. Пушкарева // Вестник Московского университета. Сер. 12. Политические науки. — 2001, —№6, —С. 36.

13. Истон Д. Категории системного анализа политики / Д. Истон // Антология мировой политической мысли. В 5 т. — Т. И. зарубежная политическая мысль.ХХв. — М.: Мысль, 1997. — С. 634—641; Алмонд, Г. и др. Указ. соч. С. 76—77.

14. Красильников Д.Г. Формирование и развитие межсистемных политических ситуаций в России в XX в. Дисс. д. п. н. / Д.Г. Красильников — Краснодар, 2002. — С. 153—175, 199; Пушкарева, Г.В. Указ. соч. С. 37.

15. Пушкарева, Г.В. Указ. соч. С. 36—40.

16. Подробнее о специфике процесса политической социализации см., напр.: Алмонд, и др. Указ. соч. С. 105—119; Семеренко, Л.М. Политическая социализация: некоторые проблемы истории, теории и практики / Л.М. Семеренко, В.И. Демченко. — Ростов-н/Д : Изд-во СКНЦВШ, 2004. — С. 6—34.

17. Обзор теоретико-методологических подходов к исследованию легитимности и легитимации власти см., напр.: Реутов, Е.В. Легитимация региональной власти в Российской Федерации: структура и практики / Е.В. Реутов. — Белгород : Изд-во БелГУ, 2007. — С. 4—19.

18. Алмонд, Г. и др. Указ. соч. С. 80—81, 105— 119; Пушкарева, Г.В. Указ. соч. С. 36—42.

19. Пушкарева, Г.В. Указ. соч. С. 42—45.

20. Савенков, Р.В. Указ. соч. С. 39—40.

21. Красильников, Д.Г. Указ. соч. С. 63—65,175—200.

22. Пушкарева, Г.В. Указ. соч. С. 46—49.