□ □

УДК 101.1

Н.Н. Кожевников, Е.Н. Попов

ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ДИАЛОГА В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ

В статье анализируются равновесные ячейки мезоуровней как сущностная характеристика диалога и диалогических отношений. Существование таких ячеек обеспечивается взаимосвязью с системой координат из предельных относительных равновесий, устойчивым циклом между самоидентификационным и коммуникационным равновесиями для взаимодействующих личностей, социальных групп, культур.

Рассмотрение сущности диалога и диалогических отношений связано с перспективами развития современной цивилизации. Эти перспективы могут стать благоприятными только в том случае, если формы диалога в различных сферах современной жизни станут подлинными, будут опираться на культурные и научные онтологические основания. Для этого необходимо выявить среди основных определений диалога и диалогических отношений те, которые могут быть использованы в репрезентациях ориентированных на планетарно-космические ритмы и естественную систему координат. Исходя из такого анализа выявим ячейки взаимодействия между различными сферами человеческой деятельности, уровнями коммуникации, личностями, социальными группами, культурами. Рассмотрим, какие формы организации диалога и диалогических отношений будут способствовать устойчивости и оптимальности взаимодействий между ними.

Философский анализ основных определений

Рассмотрим основные определения: «монолог», «диалог-1», «диалог-2» [9, с. 20-22]. Монолог, как отмечал еще Бахтин, мыслится как речь, никому не адресованная и не предполагающая ответа; в монологе мысль либо утверждается, либо отрицается. В настоящее время такая форма речи получила невиданное распространение. В связи с повышением уровня образованных людей, возникновения потребности в самоидентификации, многие индивиды пытаются выразить себя всеми доступными ими средствами, так что формы монолога множатся, развиваются, становясь все более и более изощренными.

Диалог-1 - диалог в широком обыденном смысле слова, деятельность, не требующая мысли и воспроизводящаяся по принятым нормам. Это широко распространенный способ общения, который можно классифицировать как обмен монологами, причем отдельное высказывание, согласно М.М. Бахтину, трактуется как механическая реакция, а сам диалог - как цепь реакций (так он описыва-

ется в дескриптивной лингвистике или у бихевиористов). Однако сам М.М. Бахтин выступает против понимания сущности диалога как чисто эмпирического акта общения между субъектами. Он отмечает что «если понимать высказывание как механическую реакцию и диалог как цепь реакций ..., то такому пониманию в равной мере подлежат как верные, так и ложные высказывания, как гениальные, так и бездарные произведения» [2, с. 319]. Для М.М. Бахтина, «диалог» связан с бытием человека. Диалог-1 как обмен репликами характерен для научных совещаний и конференций, предполагает обмен готовыми продуктами интеллектуальной работы: домашними заготовками или заимствованными на стороне, пополняющими запас знаний всех участников.

Диалог-2 есть диалог в точном смысле этого слова, подлинный диалог, и представляет собой уникальную и неповторимую реализацию мыследеятельности. Он ориентирован на возбуждение мышления здесь и теперь по поводу высказываемых тезисов. Согласно классической сократической традиции (к которой апеллирует и Бахтин), мысли не привносятся в диалог извне, не находятся в головах участников, а порождаются в диалоге, являясь продуктом не отдельно взятого ума, но результатом коммуникации, способствующей развитию коллективной мыследеятельности, по сопричастности её участников [12, с. 31]. М. Рац рассматривает «диалог-2» в духе Г.П. Щед-ровицкого как деятельность с более сложной структурой, чем «диалог-1». Все начинается с того, что говорящий и слушающий находятся в разных ситуациях в связи с тем, что от реципиента требуется специальная работа понимания, т.е. соотнесения текста сообщения с этими ситуациями. Над процессом обмена информацией между собеседниками надстраивается как бы второй этаж, где на базе объединяющих этажи процессов рефлексии и понимания рождаются и умирают смыслы, а в случае особого везения рождается мысль. Именно «диалог-2», как это будет показано ниже, связан с естественной системой координат и направлен на формирование личности посредством

самоидентификации. «Диалог-2» не всегда совпадает с эмпирически наблюдаемым диалогом. Так, М.М. Бахтин критиковал упрощенное понимание диалога, которое сводит его к спору и полемике. Он полагает, что «единственно адекватной формой словесного выражения подлинной человеческой жизни является незавершимый диалог» [1, с. 351], который по своим характеристикам близок к «диалогу-2».

Выделенные М. Рацем «диалог-1» и «диалог-2» соответствуют (коррелируют с ними) разделениям: «Я-Оно» и «Я-Ты» у М. Бубера, «Иметь» и «Быть» у Э. Фромма, «Проблема» и «Тайна» у Г. Марселя, эмпирически наблюдаемый диалог и диалогика B.C. Библера. В частности, B.C. Библер отмечает, что «диалог опять же, с одной стороны, может пониматься феноменологически как некий наличный спор людей между собой» [3, с. 935]. Поэтому он отмечает понимание диалога как некоторого наличного состояния характерного для спора разговора вокруг проблемы, возникающей и исчезающей. «Но диалог в качестве момента диалогики - это уже нечто другое. Задача диалогики в связи с понятием «диалог» заключается в том, чтобы актуализировать диалогическую сущность, диалогическое определение всего мышления» [там же]. Такое противопоставление отчасти рассматривается в свете разделения между эмпирически наблюдаемым диалогом и её сущностью.

«Диалог-2» или подлинный диалог основываются на диалогических отношениях - явлении гораздо более широком, чем отношения между репликами композиционно выраженного диалога, это почти универсальное явление, пронизывающее всю человеческую речь и все отношения и проявления человеческой жизни, все, что имеет смысл и значение. Диалогические отношения являются основой самого речевого акта диалога. Поэтому диалогические отношения содержательно шире, чем диалог. Г.Я. Буш определяет их как «... отношения, возникающие тогда и только тогда, когда один партнер воспринимает целостный образ другого в качестве желательного партнера взаимодействия на основе признания его принадлежащим к некоторой общности, к которой он причисляет самого себя» [4, с. 30]. Данное определение выявляет основы диалогических отношений в его социальном аспекте. Основой диалогических отношений является коллективный субъект. Таким образом, необходимость в выделении этих типов диалога заключается в несовпадении эмпирически наблюдаемого диалога и тех задач, которые он должен решать.

Онтологические основания диалога

Исходя из вышеприведенных определений выявим, что мешает подлинному диалогу в современных условиях.

1. Отсутствие диалога, «глухота», вытеснение диалога монологом. Перечисленные проблемы в полной мере проявляли себя прежде и в современном мире. Типичными примерами являются и классический пример «разго-

вора двух глухих» либо в современной России отсутствие реакции после множества разоблачительных статей, сообщений в электронных СМИ. Появились эффективные механизмы замалчивания событий, их корректировки властные структуры и сами критикуемые делают вид, что они ничего не слышат и ни в какие формы диалога вступать не желают.

2. Замена подлинного диалога диалогом поверхностным, второстепенным. Здесь в полной мере проявляет себя монолог и различные формы псевдодиалога. Появляются отвлекающие маневры, направленные на замену серьезного разговора шутками. Характерными примерами такого диалога является диалог софистов и диалоги Сократа. Наблюдаемый нами каждый раз диалог с позиций силы, спор вокруг несущественных, второстепенных вопросов.

3. Однако гораздо большее распространение имеют симулякры, превратившись в проблему современной культурной интеллектуальной жизни. В различных сферах окружающей нас реальности возникла специальная индустрия по их производству.

Препятствия для диалога возникают как на внутреннем, межличностном уровне, так и на уровне отношений между духовными социальными системами. Причина этого отчуждения носит как экономический, так и экзистенциальный характер. В частности, В. Франкл отмечает, что «причина, почему такого рода общение широко практикуется сегодня, в основном, состоит в том, что люди стремятся к тому, чтобы кто-то о них заботился, вызывается дефицитом внимания. В безличной атмосфере индустриального общества все большее число людей страдает от чувства одиночества - одиночества одинокой толпы» [10, с. 328].

В современном мире они проявляют себя с особой силой. Проблема заключается в том, что, признавая конфликтность хода современной цивилизации как дефицит диалогичности, усиленно провозглашается потребность в диалоге и диалогических отношениях. Однако социальная реальность показывает трудность реализации данной идеи в личных и социальных отношениях. «Дистанция между провозглашаемой ценностью и способностью следовать ей удлиняется, утончается до безнадежности» [8, с. 52]. В ряде современных исследований отмечается, что общение теряет свою глубину. Процессы, происходящие в современном мире, имеют две тенденции: первая тенденция определяется тем, что усложняются отношения между субъектами, вторая - определяется усложнением картины мира. Одну из причин возникновения такой ситуации Э. Фромм видит в преобладании модуса обладания над модусом бытия, диктуемого ходом современной цивилизации. Таким образом, основной проблемой для возникновения диалога является отчужденность человека. Препятствия для проявления онтологического уровня диалога носят как субъективный, так и объективный характер. Современная цивилизация оказывает влияние на диалогические отношения. В частности, он отме-

чает, что при проявлении онтологических аспектов диалога собеседники «из соперников, стремящихся одержать победу друг над другом, ... превращаются в собеседников, в равной мере получая удовлетворение от происходящего общения; они расстаются, унося в душе не торжество победы и не горечь поражения - чувства, в равной степени бесплодные, - а радость» [11, с. 63-64]. Современный мир становится все более сложным многомерным, онтологическая основа диалога, актуализируясь, становится более отчужденной и менее задействованной.

Подобная постановка проблемы связана с обсуждением проблемы современного человека. Мыслители экзистенциально-феноменологического направления рассматривали его в свете проблематики «подлинного общения» и «подлинного существования». Выявленная выше иерархическая структура бытия позволяет рассмотреть проблему онтологического уровня диалога в связи с духовностью, проявляющейся в межличностных отношениях. В неспособности возникновения подлинного общения повинно не крупное машинное производство и «индустрия культуры», в которую цивилизация попадает в своем стремлении удешевить товары и победить в конкурентной борьбе. Таким образом, существование в мире есть жизнь в толпе, следование общепринятым ценностям и стандартной, массовой моде.

Таким образом, следует полагать, что проблема диалога в различных сторонах деятельности человека и проблема диалога в современном обществе может быть поставлена как проблема достижения подлинного диалога либо как формирования онтологических характеристик диалога. Такую постановку вопроса можно обнаружить в работах, которые рассматривают проблемы глобализации и диалога культур, глобальных проблем современности. Однако, понимая диалог как средство решения проблем, недостаточно осмыслены его основания. Поэтому проблемой становится поиск предельных оснований диалога.

Для преодоления обозначенных выше проблем будем исходить из того, что диалог следует вести через некоторое онтологическое основание, своего рода буфер, выравнивающий рассогласованности диалога, направляющий его на сущностные, глубинные вопросы. Этот буфер можно рассматривать как элемент естественной системы координат, основывающейся на фундаментальных предельных равновесиях.

Выделим четыре наиболее важных уровня диалога: внутренний, личностный, культурный, планетарный и попробуем обосновать существование онтологического основания, буфера, через которые следует вести диалог на всех этих уровнях.

1. Внутренний диалог принципиально отличается монолога, поскольку представляет собой выяснение отношений между различными «Я» одной и той же личности, соответствуя, например, двум временным этапам развития. Между этими этапами существует противоречие, и диалог является одним из средств его преодоления, тогда

как монолог никаких противоречий не преодолевает, соответствуя растительному состоянию индивида, который возможно, никогда не станет личностью. Основанием диалога в этом случае является самоидентификационный идеал, так что если с ним существует непрерывная взаимосвязь, то диалог остается подлинным, если связь теряется, он превращается просто в монолог. Г.М. Кучинский отмечает что, внешний диалог может выйти на более глубокие уровни благодаря тому, что во внешний диалог вступает человек со скрытым внутренним диалогом. И речевое общение партнеров превращается в сложный процесс, включающий и внутренний диалог собеседников [5, с. 72]. Поэтому внутренняя речь, внутренний диалог, является не только психологическим явлением, но и формой сознания, которая актуализирует причастность к общему смысловому полю участников коммуникации.

2. Диалог между личностями наиболее разработан, имеет давние традиции, однако в современных условиях нуждается в существенной корректировке. Суть её заключается в том, что личности одновременно приходится участвовать в самых различных формах диалога, включая разные уровни, вплоть до планетарного. На первый план в этой форме диалога выходят толерантность и ответственность. Диалог между личностями должен быть ориентирован на естественную систему координат, то есть на самоидентификацию личностей, и он хорошо дополняет диалог внутренний, который более тяготеет к быстрому затуханию. Самоидентификация личности происходит вследствие того, что в результате подлинного диалога (диалога-2) происходит выстраивание структур динамических отношений, направленных на выяснение их сущности. Этот вариант диалога также направлен на самоидентификацию личности, тем более что процесс самоидентификации здесь может идти быстрее, поскольку доброжелательный взгляд со стороны лучше способствует выявлению ошибочных динамических структур и негативных тенденций. Определенное значение в формировании этого основания играют общечеловеческие ценности. Однако диалог между субъектами общения достижим только в том случае, если существует связь между внутренним и субъект-субъекгным диалогом. Так, Г.А. Ковалев отмечает, что механизмы по обеспечению внешнего диалога запускаются при наличии состояния подлинного внутреннего диалога. «Состояние погружения в глубинные пласты собственного внутреннего мира создает благоприятные условия для непосредственного сообщения с глубинными пластами внутреннего мира других людей и обеспечивает «надежность» психического сцепления с ними. Достижение этого «архетипического» состояния обеспечивает свободное раскрепощение всех заключенных в человеке, но часто сдерживаемых, сущностных сил и потенций, делает толчок процессам саморазвития, запускает механизмы личностного творческого роста» [6, с. 42]. В этом случае внутренняя и внешняя самоидентификации взаимосвязаны.

3. Подлинный диалог между культурами возможен на основе анализа предельных оснований культур и исходя из анализа светского аскетизма. Именно исследование предельных оснований культуры формирует фундаментальные принципы постнеклассической философии. Вопрос о предельных основаниях культуры представляет собой сложную теоретическую проблему, однако здесь четким ориентиром является мировоззренческие универсалии постнеклассической философии, которые все активнее вытесняют из философского обихода категории классической философии. При этом необходимым моментом в диалоге культур является взаимодействие смыслов. Так, В.В. Миронов в частности отмечает, что «диалог культур есть, прежде всего, смысловой диалог, который осуществляется не в поле прямого их пересечения, где смыслы тождественны, а в непересекающихся частях, которые требуют своей интерпретации со стороны другой культуры» [7, с. 15]. Результатом диалога культур является формирование общечеловеческих идеалов и складывается единая общечеловеческая система ценностей, включающая в себя элементы того, что накоплено в множественности предыдущих культур.

4. Планетарный уровень связан с решением основных проблем глобализации. Здесь роль диалога сильно возрастает, приобретая фундаментальное значение. Диалог в этих условиях становится многоуровневым, включающим в себя различные уровни и типы взаимодействия. Диалогические отношения становятся сетевыми, активно способствуя формированию самих сетей: культурных, образовательных, мировоззренческих, научных. Таким образом, все эти сети формируют единую суперсеть.

Следует отметить, что на всех уровнях буферные образования являются сложными онтологическими структурами, в которых следует учитывать влияние времени и взаимосвязь структур из различных онтологических сфер. Время является важнейшим фактором, поскольку формирование истинной структуры нуждается в определенных интервалах, которые становятся исходным параметром образования временных структур.

Даже в повседневных условиях есть разница между устными и письменными диалогами, поскольку устный диалог часто основывается на первой реакции, не учитывающей всех особенностей и обстоятельств исследуемой проблемы. В то время как письменный диалог предполагает ресурс времени между получением, например, письма и написанием ответа на него, в течение этого времени происходит определенная мыслительная духовная работа, диалог становится более полным и глубоким.

Другим важным обстоятельством является то, что на всех рассмотренных выше уровнях используются оба предела фундаментальных равновесий: самоидентификаци-онный и коммуникативно-сетевой. Все формирующиеся структуры (личность, культура, цивилизационно-планетарные образования) имеют тенденцию к обоим из этих пределов. Для внутреннего диалога и для личности прежде

преобладала тенденция, ориентированная на самоиден-тификационный предел, в настоящее время она начинает дополняться тенденцией к коммуникационно-сетевому пределу. Две эти тенденции, вступая во взаимодействие, начинают образовывать сложные динамические структуры, при этом главным является обеспечение гармоничности этих структур.

У культурных и цивилизационно-планетарных структур более развитой оказалась ориентация на коммуникационно-сетевой предел, что способствует самоидентификации этих структур. Это способствует гармонизации взаимодействий, обеспечению их устойчивости и оптимальности, формированию подлинных структур в диалоге и диалогических отношениях. В целом диалог в подлинном смысле не дается нам автоматически, он формируется в результате работы души, которую можно рассматривать как обязанность индивида. Подлинный диалог, то есть диалог, возникающий на устойчивых онтологических основаниях, носит гуманистический характер. Поверхностный диалог противоречит внутренним потребностям человека.

Вышесказанное можно рассматривать как развитие апо-фатического подхода к исследованию сущности диалога. В рамках этого подхода нас интересует не то, какие онтологические основания должны быть у диалога и у ценностей, а то, что мешает им развиваться в современных условиях, быть подлинными, истинными, по-настоящему эффективными. То есть апофатический подход позволяет выявить, какой сущность диалога и диалогических отношений не должна быть в современном мире, «отметить вехами» наиболее опасные тенденции в их развитии.

Связь диалога с естественной системой координат природы

Культура существует как внутренний диалог, как работа человека над постоянной интерпретацией накопленного культурного богатства, как переосмысление всех ранее сложившихся смыслов. Без интерпретации нет освоения культуры как сопереживания личного сознания, деятельности, нет культуры как механизма воспроизводства.

Социокультурная энтропия постоянно разрушает элементы культуры, повышает уровень дезорганизации мышления, осмысления, деятельности, разрушает культурную основу любого сообщества. Общество, любые субъекты быстро бы исчезли, если бы энтропии не противостоял противоположный конструктивный созидательный процесс, постоянно воспроизводящий реально и потенциально соответствующего субъекта, сообщества-субъекта, культурное всеобщее основание каждого из них. Культура любого субъекта существует как противоречивое единство взаимопроникновения и взаимоотталкивания между своими фокусами, организованными как полюса дуальной оппозиции, что открывает возможность преобладания взаимоотталкивания над взаимопроникновением,

порождает потоки дезорганизации, т.е. разрушения всеобщего культурного основания соответствующей дуальной оппозиции.

Такая угроза может быть снята лишь единственным способом, т.е. активизацией взаимопроникновения, расходящихся, а возможно, и разрушающих друг друга полюсов дуальной оппозиции (суб)культуры. Это возможно лишь через диалог между персонифицированными полюсами культуры, полюсами мышления личности, через внутренний диалог, формирующий ограниченную целостность как культурную основу, стимулирующий взаимопроникновения. Деятельность, динамика мышления невозможны без диалога, который выступает как условие, средство, без которого любая человеческая деятельность, культура распались бы в результате разрушения общего основания [13, с. 58-59].

Традиционный диалог, исследуемый классической философией, - диалог статичный основанный на одних и тех же организационных формах, где принималось, что оба участника диалога придерживаются одних и тех же правил, их внутренние миры организованы для взаимодействий приблизительно одинаково, а что касается условий внешней среды, то они незыблемы на протяжении всего диалогического процесса. Если диалог отклонился от этих правил, то это было хорошо видно и его участникам и сторонним наблюдателям. В этих условиях возможности для спекуляций и развития разрушительной тенденции были значительно сужены.

В современном мире диалог становится исключительно гибким, часто неопределенным, многозначным, сочетающим различные типы и уровни иерархии. В современных условиях особенно наглядно проявляются две основные тенденции диалога, в его взаимосвязях с развитием личности и культуры: конструктивная, созидательная и деструктивная, разрушительная. Разрушительное начало диалога связано, прежде всего, с использованием избыточной информации, проявляющейся в виде «диалога-1». Такие процессы, если расширительно использовать терминологию классической термодинамики, можно считать способствующими увеличению энтропии систем. Аналогия с термодинамикой вполне уместна, поскольку последняя является наукой о наиболее общих свойствах превращения различных видов энергии, имея формальные обобщения (в рамках теории К. Шеннона и на процессы передачи информации). В настоящее время представления об энтропии широко используются в гуманитарных науках.

Будем исходить из двух фундаментальных равновесий, которые определяют развитие процессов внутри любого социального образования: самоидентификационного равновесия и коммуникационного равновесия [14, с. 47]. Это хорошо коррелирует с представлениями о дуальности культуры, двух её полюсах, о внутреннем и внешнем диалоге. Большинство мыслителей-диалогистов олицетворяли собой живой мост между культурами, осуществляя

диалог между традиционными и нетрадиционными типами философствования. У Хайдеггера - это экзистенциально-внутренний диалог - «вслушивание» к языку «другого», его существу, диалог «со-присутствующих в истине бытия». Ясперс ставит вопрос о необходимости «проникновенной, вдумчивой философской интерпретации, акцентирующей внутреннюю целостность философии Лао-цзы» [15, с. 93]. Развитие этих идей приводит к тому, что диалог всегда предполагает наличие некоего третьего собеседника, играющего роль некой «точки отсчета» в упорядочивании позиций. Формы выражения этого «третьего» различны в различные исторические эпохи («суд божий», «суд истории», «голос совести»). Тем самым создается транскультурное основание для сравнения и понимания философских культур и традиций [там же, с. 95].

В рамках развиваемых нами представлений разрушительные тенденции в диалоге, а также в культуре и при формировании личности, связаны, прежде всего, с потерей взаимосвязей с двумя отмеченными выше фундаментальными равновесиями. Устойчивая взаимосвязь только с одним из этих равновесий, если таковая возможна, также будет поддерживать эти разрушительные тенденции. Зато если устанавливается устойчивая взаимосвязь с обоими равновесиями, то сохраняется гармоничное взаимодействие внутреннего и внешнего диалога. Вся избыточная информация отсеивается, причем стремление к самоидентификации освобождает от внутренней информационной избыточности, стремление к коммуникационному равновесию - от внешней информационной избыточности.

Ориентированные на указанные выше предельные равновесия диалоги способны обеспечить устойчивое и гармоничное развитие личности, культуры на соответствующих уровнях диалога. В этой ситуации каждый из участников стремится к одним и тем же идеалам и предельным равновесиям, и, следовательно, появляется основа для формирования структур взаимодействия, среди которых могут быть выделены следующие: 1. Совокупность отдельных элементов диалогических построений, что соответствует полному согласию по отдельным элементам рассуждений или обеспечивает тесные корреляционные отношения между ними. 2. Выстраивание устойчивых структур, способных обеспечить устойчивость и оптимальность диалогических структур. По мере развития диалога эти структуры трансформируются в диалогические сети. 3. Возникновение когерентности позициями обоих участников диалога. Все эти виды взаимодействий позволяют сплести диалоги в единые сетевые структуры. Таким образом, диалог в современных условиях становит -ся эффективным ключевым механизмом по формированию нового вида знания и общечеловеческой куньтуры.

Между различными типами коммуникаций возникают ячейки равновесия - «ячейки мезоуровня», основой которых является устойчивый цикл взаимодействий между предельными равновесиями (самоидентификационным и коммуникационным) соответствующих уровней. Подоб-

ная ячейка является наиболее простой по сравнению со всеми другими возможными вариантами, способными существовать в природе и обществе. Природные системы выходят за пределы исследований настоящей работы, что касается общества, то его современные структуры являются чересчур сложными, запутывающими многие процессы, мешающими оптимальному развитию человечества. Подобная запутанность устраивается сознательно, поскольку нарушает прозрачность общественных отношений, создавая маскировку для разных преступных деяний, способствующих обогащению и политическому господству одних групп индивидов за счет других. Диалог в естественной системе координат направлен на разрушение этой избыточной сложности общественных отношений и в конечном счете на обеспечение устойчивого развития человечества. Подобные ячейки равновесия могут возникать и между различными культурами, выполняя функции буфера, «стыковочного узла» между ними. Это наиболее приемлемая схема взаимодействия между культурами в современных условиях. С одной стороны, культуры сохраняют свою самобытность и оригинальность, с дугой стороны, они активно взаимодействуют друг с другом, но не напрямую, а через подобные промежуточные ячейки. В таких «ячейках мезоуровня» удобно создавать образы других культур, пробуя различные варианты взаимодействия между ними. Неудачные взаимодействия будут отбраковываться в пределах этих буферных ячеек, что сведет к минимуму их разрушительное влияние на сами культуры, оберегая существующие в них оригинальные и самобытные ядра.

Упрощение организации взаимодействий между различными общественными и культурными системами будет способствовать высвобождению огромного количества энергии и ресурсов. Подобные способы взаимодействия между системами сделают дальнейшее развитие человечества более устойчивым и оптимальным. Тем самым диалог и диалогические отношения являются важнейшими инструментами дальнейшего развития и даже выживания человечества. Из чисто теоретической проблемы исследования диалога и диалогических отношений в

современном мире и их правильной (устойчивой и оптимальной) организации, формируется проблема, практическая связанная с острейшими вопросами взаимодействия личностей, культур и социальных групп в современном мире.

Литература

1. Бахтин М.М. Собрание сочинений в 5 тт. Т. 5. М.: Русские словари, 1997. 731с.

2. Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1986. 414 с.

3. Библер B.C. Замыслы: В 2 т. Т. 2. М.: РГГУ, 2002. С. 8801158.

4. Буш Г.Я. Диалогика и творчество. Рига: Авотс, 1985. 318 с.

5. Ковалев Г.А. Три парадигмы в психологии - три стратегии психологического воздействия // Вопросы психологии. 1987. № 3. С. 41-49.

6. Кучинский ГМ. Психология внутреннего диалога. Минск: Университетское, 1988. 206 с.

7. Миронов В.В. Специфика гуманитарного познания и философия как интерпретация (деконструктивизм или конструктивизм?) // Вест. Моск. ун-та. Сер 7. Философия. 1998 № 6. С. 3-29.

8. Пригожин А.И. Диалогические решения // Общественные науки и современность. 2004. № 3. С. 51-60.

9. Рац М.В. Диалог в современном мире // Вопросы философии. 2004. № 10. С 20-32.

10. ФранклВ. Человек в поисках смысла. М.: Прогресс, 1990. 368 с.

11. Фромм Э. Иметь или быть. М.: Прогресс, 1986. 240 с.

12. Щедровицкий Г.П. Избранные труды. М.: Школа культурной политики, 1995. 800 с.

13. Ахиезер А.С., Шуровский М.А. От диалога к диалогиза-ции (в свете концепции В. Библера) // Вопросы философии. 2005. № 3. С. 58-70.

14. Kozhevnikov N. Phenomenological aspects of natural coordinate system // Logos of Phenomenology and Phenomenology of Logos. Book Four: The Logos of Scientific Interrogation. Participating in Nature. - Life - Sharing in Life (ANHU 91). Oxford, 2005. C 45-55.

15. Колесников А.С. Философская компаративистика в диалоге культур // Философские науки. 2004. № 11. С. 84-102.

NN Kozhevnikov, E.N. Popov

Ontological foundation of dialogue in modern philosophy

This article analyzes mezolevel’s cells as essential characteristic of the dialogue and dialogical relations. The existence of these cells make available by interactions of limit relative equilibriums, steady cycle between self-identifiable and communicable equilibriums for interactive persons, stoical groups, cultures.

■ФФФ-