© Л.М. Решетникова, 2004

НЕФТЯНОЙ ФАКТОР В АМЕРИКАНО-АЗЕРБАЙДЖАНСКИХ ОТНОШЕНИЯХ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ (1991-2001 гг.)

Л.М. Решетникова

Благодаря своему стратегическому расположению, Азербайджан является географической осью Каспийского региона. Наличие на территории республики больших запасов нефти и газа также имеет большое значение. Эти факторы определяют геополитический интерес Вашингтона к Азербайджану.

В начале 1990-х гг. политика США была направлена лишь на признание суверенитета новых государств Каспия и установление с ними двухсторонних отношений. Администрация Билла Клинтона начала оказывать экономическую помощь странам СНГ и укреплять с ними сотрудничество.

Соединенные Штаты признали независимость Азербайджанской республики в декабре 1991 года. В 1992 г. между ними были установлены дипломатические отношения на уровне посольств. С самого начала основой сотрудничества Баку и Вашингтона стала нефтедобыча: приоритет в экономическом аспекте принадлежал разработке месторождений нефти и газа и распределению долевого участия в них.

Первоначально государства Каспийского бассейна, в том числе и Азербайджан, не вызывали особого интереса у Вашингтона из-за нестабильной экономической ситуации и региональных конфликтов. Эти страны считались не лучшим местом для вложения капиталов, и желательно было дистанцироваться от связанных с ними рисков.

Тем не менее в контексте закавказской политики Вашингтона отношения США и Азербайджана развивались наиболее динамично и определялись соглашениями о добыче нефти между Госнефтекомпанией республики (ГНКАР) с одной стороны и американскими корпорациями — с другой. Ключевым событием, предопределившим дальнейшее сотрудничество, стало подписание в 1994 г. между консорциумом иностранных компаний

(АМОК) и правительством Азербайджана контракта о разработке трех крупнейших месторождений из 145 нефтеносных структур, имеюшихся в республике.

Через два года был подписан еше один документ о разделе продукции газоконденсатного месторождения Шах — Дениз, инвестиции в которое составили 2,5 млрд долл. Основными участниками выступили «BP — Amoco» (25,5 % долевого участия); «Statoil» (25,5 %); «LukAgip» (10 %); ГНКАР (10 %)1. Из 19 контрактов, заключенных Азербайджаном к 2000 г. с иностранными нефтяными компаниями, в 14-ти приняли участие корпорации США. Экономическое сотрудничество стало приобретать более динамичный характер.

Сближению США и Азербайджана предшествовал, имевший место в 1995 г. визит в Баку известного американского политика и эксперта З. Бжезинского, выступившего в качестве консультанта «Amoco». Он провел переговоры с азербайджанским президентом Г. Алиевым. И именно после этой встречи в американской прессе появились сведения о богатейших запасах нефти в Азербайджане. Интерес деловых и политических кругов начал стремительно нарастать и постепенно превратился в эйфорию по поводу перспективы получения огромных прибылей от добычи прикаспийских сырьевых ресурсов.

В 1997 г. администрация Б. Клинтона заявила о том, что Азербайджан, Армения, Грузия, Казахстан, Киргизия, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан имеют жизненно важное политическое и экономическое значение для США2. А весь ЧерноморскоКаспийский бассейн был включен в сферу ответственности военной группировки США в зоне Персидского залива.

В марте 1997 г. помошником президента по национальной безопасности С. Бергером в

Центре стратегических и международных исследований было сделано заявление о том, что в течение второго срока пребывания Билла Клинтона на посту президента Вашингтон намерен расширить свое присутствие на Кавказе и в Центральной Азии, так как считает Каспийский бассейн зоной приоритетного интереса. С этого момента чиновники Белого дома стали активнее сотрудничать с руководством нефтяных корпораций, обещая им огромные прибыли от добычи нефти в странах Каспия.

В том же году США посетил президент Азербайджана Г. Алиев. В ходе его визита были подписаны контракты с компаниями «МоЬіІ», «Chevron», «Еххоп» на общую сумму около 8 млрд долл. Алиев провел ряд встреч с видными американскими политиками — Р. Хейгом, Р. Чейни, 3. Бжезинским. Азербайджану была обещана всемерная поддержка в деле укрепления независимости. Отношения двух стран теперь переросли, как это формулировалось, в стратегическое партнерство.

После визита Г. Алиева в Вашингтон администрация Б. Клинтона предприняла серьезные усилия по укреплению отношений с президентами Грузии, Казахстана, Туркменистана, которые также посетили Белый дом. Показательно, что в течение этих визитов проблемы ущемления прав человека и демократических свобод в этих государствах почти не затрагивались, зато подчеркивались заслуги правящих режимов в деле поддержания стабильности3.

С 1997 г. в действиях Вашингтона прослеживается тенденция к уточнению приоритетов политики в отношении к прикаспийским странам. Помощник госсекретаря Строуб Тэлботт обозначил четыре главные цели для США в республиках Кавказа и Центральной Азии:

1. Продвижение демократии.

2. Создание рыночной экономики.

3. Поддержка мира и сотрудничества между государствами Каспийского региона.

4. Интеграция республик в мировое сообщество 4. В рамках данной политики Азербайджану по-прежнему отводилось особое место.

В 1998 г. в Госдепартаменте США были учреждены специальное управление по делам Каспийского энергетического бассейна и должность специального советника и президента и госсекретаря США по вопросам энергетики Каспия, которую первоначально занимал Р. Морнингстар, а затем его сменил Д. Вулф, сохранивший эту должность до конца президентского срока Б. Клинтона. Данное управление сформулировало главные приоритеты внешней

политики США в странах Каспийского региона:

1. Пути транспортировки нефти и газа на мировые рынки.

2. Инвестирование нефтяных проектов.

3. Обеспечение безопасности транспортировки ресурсов.

4. Правовой статус и режим Каспийского моря.

Впоследствии этот список расширился, охватывая все больше аспектов сотрудничества: обеспечение глобальной энергетической безопасности посредством продвижения экономических и стратегических интересов США; продвижение в сфере экономического развития, политической независимости и демократизации стран Каспийского бассейна; поддержка американских транснациональных корпораций; поощрение не проходящих по территории Ирана альтернативных путей для экспорта ресурсов из региона5. Данный перечень охватывает политические, региональные, коммерческие аспекты. Но главным по-прежнему является нефтяной фактор, на основе которого развиваются двусторонние отношения Вашингтона и Баку.

США официально выражают свою позицию относительно путей вывода каспийской нефти на мировой рынок посредством стратегии многосторонних трубопроводов. Из заявлений министра энергетики США Ф. Пенья, сделанных им в 1998 г., следует, что несколько трубопроводов, построенных при поддержке Америки, позволят обеспечить коммерческие интересы компаний, действующих в странах Каспийского региона. «Это позволит избежать чрезмерной зависимости от конкурентов в области транзита энергоресурсов. Также строительство трубопроводов способствует больше диверсификации, чем концентрации мировых источников энергии только в пределах Персидского залива»6. По-видимому, США старались лишить прежде всего Россию экспортной монополии в Каспийском регионе, для этого Вашингтон начал активно разрабатывать концепцию Основного экспортного трубопровода, и особое внимание было уделено маршруту Баку — Тбилиси — Джейхан.

В 1998 г. администрацией Белого дома в целях поддержки строительства данного трубопровода была создана специальная организация «Инициатива Каспийского моря». В рамках этого проекта была сформирована Рабочая группа, в состав которой вошли представители Агентства по торговле и развитию,

Корпорации по частным инвестициям за рубежом и Экспортно-импортного банка США. И это пока что единственный случай в истории Соединенных Штатов, когда три правительственных структуры объединили свои усилия для реализации экономического проекта за рубежом7.

В октябре 1998 г. была подписана Анкарс-кая декларация о сотрудничестве между государствами Каспийского бассейна. Под этим документом были поставлены подписи президентов Турции, Казахстана, Туркменистана, Узбекистана, Грузии, Азербайджана и министра энергетики США, который назвал трубопровод Баку — Тбилиси — Джейхан имеющим для Америки стратегическое значение.

В следующем году данный маршрут был объявлен Основным экспортным трубопроводом (ОЭТ) для транспортировки нефти из Азербайджана. Также были представлены стоимостные оценки проекта, приравненные к четырем млрд долл 8. Эта огромная сумма поразила инвесторов и отрицательно сказалась на их желании участвовать в реализации проекта. Но чиновники американского правительства устно пообещали, что США удастся построить трубопровод гораздо дешевле — за три млрд долл., или еще меньше.

Разумеется, на определении маршрута весьма значительно сказались интересы Турции, которой представилась возможность получить доступ к ресурсам и составить геополитическую конкуренцию России. Еще в октябре 1996 г. на XVI съезде профсоюза работодателей нефтяной промышленности тогдашний премьер-министр Турции Тансу Чиллер выступила с категорическим протестом против того, чтобы нефть из Азербайджана экспортировалась через Новороссийск: «Мы не позволим, чтобы каспийская нефть пошла через Россию, ибо в таком случае столь важный источник энергии перейдет исключительно под ее контроль, а это будет означать, что судьба стран региона окажется в руках России»9, — заявила она.

В 1998 г. Вашингтон не возражал против приоритетного значения строившегося трубопровода Баку — Супса, заканчивающегося не в Турции, а в Грузии. Но такая позиция вызвала возмущение Анкары, так как такой вариант означал для последней потерю многомиллиардных инвестиций и способствовал созданию экологического дисбаланса в черноморских проливах. Учитывая позицию союзника и его потенциальные возможности препятствовать транспортировке нефти через

Босфор, США изменили свою позицию, объявив, что основной трубопровод должен пройти по маршруту Баку — Джейхан. При этом часть нефтяных компаний, участвующих в проекте, выразили недовольство его дороговизной.

Немаловажно отметить, что на определение маршрута в значительной мере повлияло лоббирование израильской диаспоры, обладающей в США мощным экономическим и политическим влиянием. Израиль испытывает определенные трудности в обеспечении себя энергоресурсами: покупка нефти у арабских стран невозможна из-за конфликта с Палестиной, а приобретать ее через «третьи руки» дорого. Турецкий же порт Джей-хан находится всего в нескольких сотнях километров от Израиля, и если трубопровод Баку — Джейхан заработает на полную мощность (50 млн т нефти в год), то этого объема будет достаточно и для израильской промышленности 10.

Вашингтон постарался использовать как формальные, так и неформальные рычаги влияния для поддержки «турецкого» варианта ОЭТ. На нефтяные корпорации оказывалось мощное давление, им обещалось содействие администрации в получении прибыли. И, тем не менее, консорциум иностранных компаний в Азербайджане (АМОК) отказался от участия в реализации строительства трубопровода. Усилия США направлены и на формирование благоприятной для Азербайджана экономической конъюнктуры, для чего прилагаются усилия по урегулированию туркмено-азербайджанского спора о принадлежности некоторых месторождений в Каспийском море, поощрение деятельности американских организаций по инвестиционной и страховой поддержке проектов в Азербайджане.

Благодаря этим действиям, в ходе Стамбульского саммита 19 ноября 1999 г. в рамках ОБСЕ было подписано «Соглашение о транспортировке сырой нефти по основному экспортному трубопроводу Баку — Тбилиси — Джейхан через территорию Азербайджанской Республики, Грузии и Турецкой Республики»11. На том же саммите были подписаны еще три документа, имеющие принципиальное значение в рассматриваемом контексте:

1. Стамбульская декларация, в подписании которой участвовали президенты Грузии, Казахстана, Турции, Азербайджана и США.

2. Меморандум о взаимопонимании между Азербайджаном, Турцией и Грузией.

3. Межправительственная декларация о принципах осуществления транскаспийского трубопровода. Под этим документом подписи поставили президенты Грузии, Турции, Туркменистана, Азербайджана и США.

Следующим шагом в разработке ОЭТ стало проведение инжиниринга и организация спонсорской группы, что требовало активного участия инвесторов как с азербайджанской, так и с американской стороны. В том же году компании из нефтяных консорциумов оценили стоимость тарифов при транспортировке углеводородов. Эксимбанк выделил около 100 млн долл. на проведение технико-экономического обоснования реализации ОЭТ 13. К сентябрю 2000 г. была сформирована и спонсорская группа из 8 нефтяных компаний. Тем не менее после проведения детального технического обследования, определения окончательной стоимости проекта трубопровода, спонсорская группа может распасться, и, чтобы этого не случилось, необходимо подтвердить данные о наличии достаточных запасов нефти на принадлежащих Азербайджану участках каспийского шельфа.

В 2000 г. состоялась встреча Г. Алиева и Б. Клинтона. Оба президента подчеркнули, что их страны заинтересованы в реализации проекта ОЭТ. Советник по Каспийскому энергетическому бассейну Джон Вулф, выступая перед Сенатом, представил следующие цели энергетической политики США в Каспийском регионе:

- поддержка независимости и процветания государств Кавказа и Центральной Азии;

- повышение энергетической безопасности США посредством распространения новых источников энергии на мировой рынок;

- свободная конкуренция;

- восстановление экономических связей между республиками, что позволит уменьшить риск появления новых региональных конфликтов 14.

Таким образом, в очередной раз фактически было продемонстрировано, что приоритетные цели Соединенных Штатов в регионе заключаются в контроле над ресурсами Азербайджана и всего Каспия в целом и уменьшении возможностей такого контроля со стороны геополитических конкурентов, а именно России и Ирана.

В 2001 г. на смену демократу Б. Клинтону к власти пришел республиканец Дж. Буш. Руководство Азербайджана было обеспокое-

но возможным «похолоданием» в отношениях с Соединенными Штатами. В Баку полагали, что в связи с президентскими выборами в США решение об Основном экспортном трубопроводе может быть отложено, и проект о транспортировке будет заморожен. Имело место и опасение, что в тот момент иранская политика Белого дома могла бы измениться, так как через Иран идет кратчайший, экономически рентабельный и технологически несложный путь, который теперь бы смогли использовать нефтяные компании для экспорта ресурсов на мировой рынок. Но после событий 11 сентября 2001 г. США внесли Иран в список стран «оси зла» наряду с Ираком и Северной Кореей. Это означало, что в ближайшие несколько лет вряд ли стоит ожидать смягчения позиции Вашингтона по отношению к Тегерану.

Администрация Буша не внесла никаких существенных изменений в реализацию проектов транспортировки углеводородного сырья. Строительство экспортного трубопровода Баку — Тбилиси — Джейхан также получило поддержку, и все условия по его выполнению остались прежними. Главный советник по Каспийскому энергетическому бассейну Стивен Манн в своих заявлениях, делавшихся в 2001 г., неоднократно упоминал

об этом проекте: «трубопровод Баку — Тбилиси — Джейхан, — говорил он в частности, — будет построен, так же как и трубопроводы для транспортировки газа с месторождений Шах-Дениз и Азери из Азербайджана. И поставлять ресурсы на мировой рынок из региона по данным системам предполагается в течение 20—30 лет»15. Самое важное, как полагают в Вашингтоне, — показать, что строительство данных экспортных систем является экономически самым выгодным, рентабельным и осуществимым.

В 2001 г. новая администрация США разработала документ, в котором конкретизируются основные направления политики относительно Азербайджана, Казахстана и других транзитных стран. 16 мая 2001 г. Дж. Буш представил новую доктрину — Энергетический план президента США. Этот документ посвящен обеспечению безопасности, развитию международного сотрудничества в области энергетики. В нем, в числе прочего, анализируется и ресурсный потенциал стран Каспийского бассейна.

Утверждается, что политика США должна способствовать объединению газовых трубопроводных систем Турции и Греции, что

позволит европейским потребителям использовать газ Каспийского региона. Согласно Энергетическому плану, будет оказана поддержка проекту строительства нефтепровода Баку — Тбилиси — Джейхан; подчеркивается необходимость развивать сотрудничество, в первую очередь с Азербайджаном и Казахстаном, что будет способствовать созданию более привлекательного и стабильного инвестиционного климата для реализации энергетических проектов 16.

Один из важных выводов, содержащихся в плане, заключался в том, что США должны больше опираться на собственные силы и менять курс в направлении от консервации месторождений к добыче ресурсов, в том числе и в заповедных местах Аляски 17.

По-видимому, данная стратегия и, особенно, вышеупомянутый вывод вызвали большие разногласия среди политического истеблишмента. Со стороны бывших чинов-ников-демократов последовал ответ на заявление президента Дж. Буша. В американской прессе появилась публикация статьи Я. Калицки «Ресурсы Каспия на перепутье». В администрации Б. Клинтона Калицки занимал пост координатора по сотрудничеству со странами СНГ в области энергетики и торговли. Безусловно, он знаком со всеми событиями, происходящими в Каспийском регионе. В течение всей своей публикации автор подчеркивает необходимость присутствия ТНК в государствах Каспийского бассейна. По его мнению, коммерческий успех требует стабильного политического окружения. Поэтому Конгресс должен отменить поправку № 907 и, тем самым, снять ограничения по предоставлению Азербайджану технической помощи для создания и развития налоговых, юридических институтов, необходимых для привлечения иностранных инвестиций. По мнению Калицки, президенту Бушу не следует менять политический курс в данном регионе или принимать такие решения, которые сводят к нулю усилия предыдущей администрации. В противном случае, считает Калицки, имеется опасность того, что американский бизнес будет вытеснен с лидирующих позиций в странах Каспийского бассейна, и интересы США окажутся под угрозой 18.

Есть мнение, что трубопровод Баку — Джейхан позволит Вашингтону решить несколько глобальных задач. Благодаря данному ОЭТ будет открыт транспортный коридор из Центральной Азии в Европу, по ко-

торому могли бы транспортироваться различные товары, а не только энергоресурсы. Контроль над данными ресурсами способствует усилению американского политического влияния на республики бывшего СССР. У стран Каспийского бассейна и США расширится сфера совместных интересов, что станет основой для формирования проамериканских блоков на постсоветском пространстве. Трубопровод Баку — Джейхан позволит Турции укрепить связи с Европой, повысится ее роль в энергоснабжении стран Запада, а значит, усилится политический вес. Также посредством ОЭТ США постараются перекрыть доступ Пекину к ресурсам Каспия, как одного из возможных источников энергообеспечения Китая; упрочить изоляцию Ирана и, наконец, ослабить влияние России в Каспийском бассейне и на постсоветском пространстве в целом 19.

Для осуществления вышеупомянутых стратегических целей Соединенным Штатам необходимо обезопасить транспортный путь из Азербайджана, а значит, урегулировать конфликты на территории Закавказья и не допускать появления новых. В качестве стратегического плацдарма планировалось использовать блок, основу которого составили бы Грузия, Украина, Узбекистан, Азербайджан, Молдова с последующим подключением к ним Турции и Румынии. Этот блок может служить, по-видимому, «санитарным» кордоном, сдерживающим экспансию России с севера, а Иран с фундаменталистами — с юга 20.

В апреле 1999 г. объединение из пяти вышеназванных стран СНГ под названием ГУУАМ было окончательно оформлено в Вашингтоне. В ходе вышеупомянутой вашингтонской встречи в апреле 1999 г. было принято решение о создании руководящих и координирующих органов ГУУАМ, был образован Совет глав государств, который возглавил Г. Алиев, что подчеркивает ведущую роль Азербайджана в данном объединении.

Главным стимулом для создания данной организации стало желание координировать усилия участников по транспортировке каспийской нефти. В то время, как Грузия, Украина и Молдавия целиком зависят от импорта российских энергоносителей, нефть Азербайджана для них может стать альтернативным источником энергоснабжения. Первые же три страны, помимо прочего, рассчитывают на доходы от транзита углеводородов по их территории. В целом главной за-

дачей ГУУАМ фактически стало обеспечение безопасности сухопутного и морского транспортного коридора для экспорта нефти из Азербайджана, для чего, в числе прочего, предполагалось активизировать усилия по урегулированию региональных конфликтов.

В этой связи США пытаются играть активную посредническую роль в урегулировании конфликта в Нагорном Карабахе. Они участвуют в деятельности Минской группы, которая была сформирована Организацией по безопасности и сотрудничеству в Европе. Но миссии Сайреса Вэнса, Джона Марески и Строуба Тэлботта потерпели неудачи 21, и после этого американская дипломатия потеряла надежду на примирение конфликтующих сторон. На Лиссабонской встрече ОБСЕ в 1996 г., Стамбульском саммите 1999 г. Вашингтону не удалось убедить президентов Армении и Азербайджана подписать соглашение об урегулировании конфликта. И постепенно этот процесс стал принимать вялотекущий характер. США сейчас выступают в роли посредника, но уже не с таким энтузиазмом, как ранее. В Белом доме считают, что необходимы усилия России и Турции, которые должны развивать взаимодействие в разрешении вопроса по примирению Армении и Азербайджана. Но пока Вашингтону не удалось добиться очевидных успехов в урегулировании конфликта.

В контексте карабахского конфликта особую важность представляет вопрос о поправке № 907 Акта в поддержку свободы, вводящей существенные ограничения в сферах экономического, военного и других видов взаимодействия с участниками данного конфликта. Администрация Б. Клинтона настойчиво добивалась отмены поправки. Однако осенью 1998 г. Госдепартаменту и американскому нефтяному лобби не удалось провести через Конгресс решение о такой отмене, этому воспрепятствовало влиятельное армянское лобби. Но были приняты несколько исключений, позволяющих реализовывать в Азербайджане программы Эксим-банка и Корпорации по страхованию частных зарубежных инвестиций.

Проблемы безопасности и стабильности в Закавказье стали важным стимулом для углубления сотрудничества между США и Азербайджаном в военной сфере. Речь идет, в частности, об обеспечении безопасности границ: учебных курсах для морской пограничной службы, организации встреч с пред-

ставителями Береговой охраны США. Кроме того, в 2000 г. при поддержке Госдепартамента была проведена установка устройств слежения на северной границе Азербайджана, доставлены переносные радары 22.

Согласно информации, содержащейся в работе российского политолога С. Чернявского, в учебном центре армии США Форт Монро разработана геополитическая модель региона Каспийского моря, которая будет использована при проведении тренировочных и учебных миссий. Утверждается, что армейские стратеги скоро применят свои навыки в бывших советских республиках — Грузии, Армении и Азербайджане 23. Правда, в отношении последних двух военное сотрудничество ограничивается 907-й поправкой к Акту в поддержку свободы, которую Конгресс еще не отменил. Взаимодействие в данной сфере между США и Азербайджаном происходит в рамках ГУУАМ, однако его масштабы серьезно ограничены.

Большое значение в Азербайджане придавали обсуждению в американском Конгрессе проекта о возрождении Великого шелкового пути, призванного связать. Юго-Восточную Азию через Центральную Азию и Закавказье с Европой. В рамках проекта намечается прокладка современной оптико-волокнистой коммуникационной линии, строительство новых и модернизация существующих железнодорожных и шоссейных магистралей, их укрепление и т. д. Успешная реализация этого проекта позволила бы Азербайджану стать частью магистрального транзитного маршрута, соединяющего транспортные коммуникации Востока и Запада.

Руководство АР пропагандирует идею о том, что реализация планов создания транспортных и энергетических магистралей через Азербайджан, Грузию и Турцию является одним из важнейших компонентов развития экономики и укрепления независимости республики, «находящейся в центре исторического Шелкового пути»24. Инициатива в этом вопросе со стороны американских законодателей, ее одобрение президентом Б. Клинтоном рассматривались в Баку как выражение Вашингтоном поддержки азербайджанских усилий по развитию транскавказского транспортного коридора. Однако практическая реализация грандиозных планов оказалась под вопросом, в первую очередь ввиду огромной стоимости и не вполне очевидной рентабельности проекта.

Для решения комплекса проблем, позволивших бы приступить к полноценному осуществлению энергетических, транспортных и других проектов в регионе, важным условием является урегулирование правового статуса и режима Каспийского моря. Нынешний статус Каспия установлен советско-иранскими договорами 1921 и 1940-х гг., в которых, однако, не регламентированы вопросы, определяющие порядок использования сырьевых ресурсов и защиты окружающей среды.

В начале 1990-х гг. Россия предлагала сохранить принцип общего пользования, распространив его и на недра моря. Это предложение было поддержано Ираном, однако остальные страны выступили за секторальный принцип, предполагающий разграничение Каспия по всей вертикали дна, поверхности воды, толщи, воздушного пространства. Тогда, в соответствии с протяженностью побережья каждого государства, доля Казахстана составит 28 %, Азербайджана —

21 %, Туркменистана — 19 %, России — 18—

19 %, Ирана— 11—12 %25. Первоначально Россия отказывалась принимать этот принцип. В письме МИД РФ, направленном в ГА ООН, даже отмечалось, что «Односторонние действия в отношении Каспия являются незаконными и не будут признаваться Российской Федерацией, которая оставляет за собой право принять такие меры, которые будут необходимыми, и в то время, которое она сочтет подходящим, для восстановления нарушенного правопорядка и ликвидации последствий, возникших в результате односторонних действий»26.

Но данная позиция России в отношении правового статуса не помешала появлению американских нефтяных компаний и образованию международных консорциумов в Азербайджане. С учетом сложившегося положения Россия изменила свою позицию по данному вопросу. Москва предложила разграничить участки дна Каспийского моря, а толщу воды и ее поверхность за пределами десятимильной береговой зоны оставить в общем пользовании. Данное решение было поддержано Казахстаном.

Наиболее приемлемым для США является раздел Каспийского моря по секторам, когда каждая из стран может иметь право собственности на месторождения и использование своего участка шельфа. Тогда республикам бывшего СССР представилась бы возможность заключить больше контрак-

тов с различными нефтяными корпорациями. Эта позиция США доведена до руководства Азербайджана, которое, исходя из совпадения собственных национальных и американских интересов, старается следовать этой рекомендации в переговорах о правовом статусе Каспийского моря. В 2001 г. заместитель пресс-секретаря Госдепартамента Филипп Рикер заявил, что «США выражают поддержку Азербайджану в вопросе разделения Каспийского моря. При этом США выступают против конфронтационных действий в этом споре». Белый дом не отстраняется от решения данной проблемы, и вряд ли будет одобрено такое решение, которое могло бы привести к задержке реализации проектов или отрицательно повлиять на инвестиции и участие американских компаний в нефтедобыче.

Что касается внутриполитических проблем Азербайджана, то Вашингтон проявляет озабоченность «запасом прочности» существующего режима. Республика относится к зоне американских интересов, значит в ней должен существовать дружественный режим, в лояльности которого США уверены.

В настоящее время особый акцент делается на то, что политическая стабильность в Азербайджане должна обеспечиваться не только авторитетом его нынешнего президента, но и надежно функционирующей политической системой, опирающейся на конституционные институты. США стремятся обеспечить свое влияние в республике посредством функционирования неправительственных американских организаций и фондов: Корпуса мира, Американского демократического института, фонда Сороса, фонда «Евразия». Деятельность указанных структур может воздействовать на азербайджанское общественное мнение и послужить средством связи с оппозицией. В конце 1990-х гг. в Вашингтоне побывали с визитами лидеры ведущих оппозиционных партий Азербайджана. Это означает, что Соединенные Штаты готовят условия для сохранения своих позиций в случае политических изменений в азербайджанском руководстве 27. Вместе с тем, несмотря на то, что власть республики по всем оценкам очень серьезно коррумпирована, американцев устраивает азербайджанский режим, который способствует достижению главных целей США.

В гуманитарной сфере прямая финансовая поддержка Азербайджана на фоне других закавказских стран невелика. Так, в

2000 г. первый получил помощь лить на-50 млн долл., что в два с половиной — три раза меньше, чем было предоставлено Грузии и Армении (149 и 124 млн долл. соответственно). За последние девять лет XX в. (1992—2000) помощь американского правительства состояла из гуманитарных поставок и программ по образованию, но в последнее время она стала охватывать и сферу безопасности, частный сектор экономики, законодательство. Правительство США также продолжает помогать беженцам и вынужденным переселенцам, но в 2001 г. средства на их поддержку были уменьшены. Как и в других случаях, причиной стали, видимо, сомнения Вашингтона в эффективности оказываемой помощи.

выжидательную позицию, продвигая свои интересы через верного союзника — Турцию.

Тем не менее Азербайджан, как и другие государства Каспийского бассейна, по-прежнему будет находиться в зоне внимания Белого дома. Основой отношений между США и странами региона останется нефть, так как американцам необходимо обеспечить доступ к энергоресурсам и одновременно ограничить влияние России. Энергетический фактор также позволит сдерживать Иран до тех пор, пока Тегеран не начнет проводить прозападную политику; а также обеспечить независимость и территориальную целостность своих «стратегических партнеров», среди которых главное место по-прежнему отводится Азербайджану.

Таким образом, проблема добычи и транспортировки каспийской нефти остается ключевой в контексте американоазербайджанских отношений. За время президентского срока Б. Клинтона американская администрация основное внимание уделяла развитию и реализации проекта маршрута Баку — Джейхан. Этот трубопровод позволил бы США достичь геополитических и геоэкономических целей — вытеснить Россию из региона и сферы влияния над энергоресурсами, а также уменьшить сырьевую зависимость от стран ОПЕК, у которых США покупает 1/3 всего добываемого входящими в организацию странами топлива, и зависит от ценовой политики картеля. Администрация Дж. Буша продолжила внешнеполитическую линию демократов в регионе относительно строительства нефтепровода в Турцию.

США также принимают участие и в затянувшихся переговорных процессах по урегулированию карабахского конфликта. Помимо обеспечения безопасности в зоне прокладки трубопровода, важным мотивом такого участия является желание снять санкции против Азербайджана. Правда, для этого придется применить немало усилий, потому что в США часть деловых и политических кругов выражают недовольство и разочарование итогами американской политики на Каспии.

Возможно, что это повлечет уменьшение активности Соединенных Штатов в регионе: Вашингтон может «уйти в тень» и занять

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Caspian Times News Archive. Reuters. June, 2000 // http://www.caspiantimes.com/html/states / azerbaijan/newsarc5-2000.html

2 Цит. по: Чумалов М.Ю. Каспийская нефть и межнациональные отношения. М., 2000. С. 181.

3 См., напр.: Митяева Е. Развитие ситуации в Каспийском регионе и интересы США // США. Канада: экономика, политика, культура. 1999. № 11. С. 29-30.

4 MacDougall J. Op. cit.

5 Energy Secretary F. Pena Before the House International Relations Committee. April 30, 1998 // http: //www.pdg.state.gov/scripts

6 Ibidem.

7 Чумалов М.Ю. Указ. соч. С. 193.

8 Oil Companies Unwilling to Invest in Mammoth Pipeline. April 9, 1999 // http: // www.pdg.state.gov/scripts

9 Цит. по: Ковалев Ф. Нефть, Каспий и Россия // Международная жизнь. 1997. J№ 4. С. 37.

10 Велиев А. Треугольник Израиль — Турция — Азербайджан: реальность и перспективы // Центральная Азия и Кавказ. 2000. J№ 2. С. 110.

11 Press Conference of John Wolf in Ankara. American Embassy. August 25, 2000 // http: // www.pdg.state.gov/scripts

12 Remarks by Jan Kalicki, U.S. Ombudsman for Energy and Commercial Cooperation with the New Independent States Before the World Affairs Council. April 18, 2000 // http://www.pdg.state.gov / scri pts

13 Ambassador Wolf Last Speech as Special Advisor on Caspian Energy, Turkey International Oil and Gas ingress and Exhibition. November 16, 2000 // http://www.useu.be/ISSUES /wolf1116.html

14 Wolf Tells Caspian region «Oil and Gas Story» at Senate Hearing. April 12, 2000 // http: // www.pdg.state.gov/scripts

***

15 U.S. Caspian Energy Advisor Press Conference in Baku. (Ambassador Mann gives Bush Administration Position on Caspian Region). June 6, 2001 // http://www.pdg.state.gov /scripts/

16 Senior Advisor for Caspian Energy Research Associates Conference. June 19, 2001 // http://www.usinfo.state.gov

17 Багиров Т. Новый энергетический план США в мировом контексте // Международная жизнь. 2001. J№ 7. С. 22.

18 Kalicki J. Caspian Energy at the Crossroads // Foreign Affairs. 2001. Sept./Oct. P. 131—132.

19 Чумалов М.Ю. Указ. гоч. С. 194—195.

20 Расизаде А. Нефть Азербайджана — мышеловка для Запада // Центральная Азия и Кавказ. 2001. J№ 1. С. 190.

21 Там же. С. 190.

22 U.S. Government Assistance to and Cooperative Activities with the New Independent States of the Former Soviet Union. January 2001 || http://www.usinfo.state.gov

23 Чернявский С. Политика США по укреплению своего влияния в Азербайджане || Независимый Азербайджан: новые ориентиры: Сб. | Под ред. Е.М. Кожокина. М., 2000. С. 127.

24 Там же. С. 125.

25 Гаджиев К.С. Геополитика Кавказа. М., 2001. С. 406.

26 Цит. по: Бабак В. Нефть Каспия в отношениях Казахстана с Pоссией 11 Центральная Азия и Кавказ. 1999. М 2 ||http:||www.ca-c.org/journal | cac02_ 1999|st_15_babak. shtml

27 Чернявский С. Указ. соч. С. 130.