© И.Л. Морозов, 2008

ПОЛИТОЛОГИЯ

УДК 329.15(430) ББК 66.69(4Гем)

МОДЕЛЬ ЭВОЛЮЦИИ ЛЕВОТЕРРОРИСТИЧЕСКОГО ДВИЖЕНИЯ В ИНДУСТРИАЛЬНОМ ОБЩЕСТВЕ

И.Л. Морозов

Статья представляет собой историко-политологическое исследование западногерманских ультралевых террористических группировок, включающее в себя анализ задач политических террористов, методы их достижения, роль идеологического фактора и информационной борьбы в условиях становления индустриального общества. Исследование выполнено на основании зарубежных источников научного и статистического характера, а также работ отечественных исследователей по проблемам терроризма в различных регионах мира.

Ключевые слова: индустриальное общество, террористические движения, ультралевые террористические группировки, левотеррористические движения, ХХ в., Германия, Фракция Красной Армии, КЛЕ

Построение исторической модели эволюции классического (наиболее полного в структурно-функциональном плане и в спектре идеологической базы) террористического движения актуально для прикладных аспектов современной политологии и теории национальной безопасности. Исследование выполнено на основании эмпирических данных по западногерманским ультралевым террористическим группировкам [5; 6; 8; 10]. В основу положены классификации следующие критерии: задачи политических террористов, намечаемые ими на том или ином этапе деятельности группировок; методы их достижения; степень развития идеологии; глубина информационного

воздействия на политическую систему государства индустриального типа и сознание граждан.

***

Подготовительная стадия (19681970 гг.). Точкой отсчета боевой деятельности западногерманских террористических групп, порожденных леворадикальной «студенческой революцией» середины 1960-х гг., является начало 1968 года. Вечером 2 апреля 1968 г. группа из четырех человек совершила поджоги универмагов во Франкфурте-на-Майне. Террористы постарались заранее исключить возможность даже случайных человеческих жертв со стороны населения. Затем в Западном Берлине была взорвана типография, принадлежавшая концерну Шпрингера [7, s. 25]. Последовавший арест главных участников акций способство-

вал росту их известности и популярности среди радикально настроенных слоев молодежи. Спонтанность первых террористических акций не вызывает сомнений, об этом свидетельствует крайне примитивное зажигательное устройство, наспех собранное из деталей и химикатов, закупленных в хозяйственных магазинах и аптеках, что позволяет поставить под сомнение причастность как западногерманских, так и социалистических спецслужб к инспирированию терактов. В связи с произошедшим по страницам прессы замелькало имя А. Баадера, уже известного в кругах анархических молодежных коммун, но не имевшего до своего «героического поступка» серьезного влияния в среде политических радикалов.

Кампания, развернутая прессой вокруг личностей арестованных экстремистов, привлекла внимание талантливой журналистки Ульрики Майнхоф, которая на страницах подконтрольного ей журнала «Конкрет» (муж У. Майнхоф являлся главным издателем) стала искать моральные оправдания их действиям. Постепенно из числа студенчества и поклонников вокруг У. Майнхоф сложилась устойчивая группа друзей, пришедшая к мысли

о «несправедливом» наказании А. Баадера властями ФРГ. По заказу издательства «Ваген-бах» У. Майнхоф и находившийся под следствием А. Баадер приступили к совместной работе над книгой о молодых правонарушителях. Под охраной двух полицейских А. Баа-деру разрешалось регулярно посещать библиотеку Социально-политического института для работы над рукописью. 14 мая 1970 г. группа У. Майнхоф вступила в перестрелку с охраной, освободила А. Баадера и успешно скрылась вместе с ним. Случайно был ранен один из сотрудников института. Эта вооруженная акция с кровавыми последствиями вынудила всю группу перейти на нелегальное положение. Загнанные в подполье, молодые люди пришли к закономерному решению о создании террористической организации.

В период с мая 1970 г. по апрель 1971 г. террористы сумели выработать более или менее серьезный программный манифест и заявили о создании террористической организации под названием «Фракция Красной Армии» (Rote Armee Fraction; далее - RAF). В ука-

занный отрезок времени шел поиск стратегии действий и методов построения централизованной террористической организации. Навыка нелегальной жизни у них не было. Однако за кулисами группы из молодых военизированных «шалопаев», еще никого не убивших и попрятавшихся по нелегальным квартирам, возник западноберлинский адвокат Х. Малер (не без его участия взлетело на воздух и издательство Шпрингера). Данная импульсивная личность долгое время ухитрялась оставаться вне поля зрения полиции, оказывая своими «концепциями» будоражащее воздействие на психику молодых боевиков.

Подпольное ядро группы Баадера - Май-нхоф состояло из нескольких известных активистов политического студенческого движения, имевших личные связи и контакты в среде молодежных студенческих «коммун», среди левой интеллигенции, профессуры, журналистов. Именно благодаря этим связям группа получила первоначальное укрытие и не была обнаружена полицией после побега А. Баадера. По этим же каналам шла пропаганда и «романтизация» группы среди студенчества, что обеспечивало приток новых адептов. За несколько месяцев нелегальной жизни группа Баадера - Майнхоф консолидировала в подполье значительные силы (по разным оценкам, в нее влилось несколько десятков человек), обзавелась оружием, решила вопрос с финансированием посредством серии ограблений, для добывания печатей государственных учреждений, бланков и документов также совершались нападения - на административные конторы. Вопрос о финансовом обеспечении леворадикальных террористических организаций оказывается в центре внимания зарубежных политологов едва ли не с момента рождения самих организаций. В этой связи помимо традиционного подхода, утверждающего, что деньги шли через советские спецслужбы, показательно исследование Д. Адамса, на эмпирическом материале показавшего, что финансирование Организации освобождения Палестины основано на эффективных международных инвестициях данной организации. Европейским террористам, например «Красным бригадам», приходилось труднее, основная масса денег поставлялась террористическими экспроприациями [4, р. 86-205].

Параллельно созданию RAF шел аналогичный процесс консолидации второй группы экстремистов, объединившихся позднее в «Движение 2 июня». Летом 1969 г. ее члены совершили странный вояж в Италию, а затем и в Сирию. По данным руководителя отдела по борьбе с терроризмом Г. Бодена, с 4 по 20 октября 1969 г. эта группа западногерманских радикалов провела в лагере палестинского движения сопротивления «Аль-Фатах», где обучалась методикам партизанской войны [7, s. 26]. Среди западногерманских подпольщиков распространяются пособия по партизанским и террористическим войнам, вышедшие из-под пера революционных лидеров стран «третьего мира», - политический терроризм приобретает международный характер.

Основная стадия (1971-1979 гг.). Переход к активной фазе борьбы стал возможен благодаря появлению на политической и криминальной сценах ФРГ организованных террористических группировок, способных координировать деятельность как между собой, так и со своими легальными сторонниками. Данная стадия существования группировки отличается наличием идеологической платформы, целями и намеченными методами их достижения, налаженным функционирующим подпольным аппаратом жизнеобеспечения. Террористы не только географически разграничили сферу «работы», но и старались не терять связи между своими организациями. Поэтому даже в самые тяжелые времена им удавалось производить структурную перегруппировку лишившихся руководства сил, проводить акции в поддержку попавших под удар организаций.

В апреле 1971 г. группа Баадера - Майнхоф выпустила программный документ «Концепция городской герильи» [11], в котором заявила о создании «Фракции Красной Армии», задача которой - путем вооруженной борьбы в городских условиях (партизанскими методами) подорвать существующий в ФРГ политический режим и активизировать социально-политические силы, которые его сокрушат.

Хотя 1 июня 1972 г. во Франкфурте-на-Майне полиция обнаружила штаб-квартиру RAF и разгромила ее (были арестованы А. Ба-адер, Я.-К. Распе, Х. Майнс; через три дня в Гамбурге была обнаружена и схвачена

У. Майнхоф), однако процессы развития политического терроризма зашли уже да«Движе-ния 2 июня», чья активность отражена в приведенной ниже таблице.

Статистика активности левотеррористических группировок в ФРГ в 1973-1974 гг.*

Вид акции 1973 г. 1974 г.

Поджоги 42 57

Взрывы 19 37

Убийства 6 5

* Составлено автором по: [9, 8. 144].

К 1975 г. левотеррористические организации полностью восстановили боевые структуры, последовала серия наиболее крупных и известных акций, которым суждено было войти в энциклопедии по истории мирового терроризма. Теперь они старались не концентрировать излишек сил в одном месте, не задействовать ресурсы всего террористического движения при проведении одной операции.

Относительно структурно-функциональной характеристики террористических организаций и их деятельности в этот период можно отметить следующее.

1. Основные силы нелегальных структур разделены на множество мелких групп боевиков - «коммандо». Группа имеет, конечно, связь с другими формированиями, но по узкому, строго законспирированному каналу. По своей сути «коммандо» почти полностью автономно и нацелено на проведение какой-либо конкретной акции.

2. Сформирована сеть конспиративных квартир в крупнейших городах страны, имеются регулярно пополняемый автопарк, подпольные типографии по изготовлению листовок и поддельных документов.

3. Налаженные контакты с зарубежными источниками позволяют получать помощь оружием.

4. Доведены до совершенства технические методики проведения террористических акций.

5. Имеется группа идейной поддержки среди мирного населения, прямо не вовлекаемого в вооруженную борьбу.

Однако этот период стал роковым для лидеров террористов, в первую очередь для У. Майнхоф, ее нашли повешенной у себя в камере на оконной решетке. Официальная версия - самоубийство в припадке депрессии -вызвала сомнение практически у всех современников тех событий, слишком многое указывало на то обстоятельство, что У. Майн-хоф была ликвидирована спецслужбами ФРГ.

Судьба «повесившейся» в тюрьме У. Майнхоф спрогнозировала, чего следует ожидать другим лидерам-основателям RAF, продолжавшим находиться в заключении. Поэтому руководство сохранившихся боевых групп приняло решение срочно сосредоточить особые усилия на их освобождении. Террористы попытались задействовать стандартную схему - освобождение в обмен на жизнь высокопоставленных фигур, похищенных для данной цели, однако если рассмотреть политическую ситуацию, складывающуюся в ФРГ, станет ясно, что пойти на выполнение условий террористов руководство страны не могло.

Извлечение из тюрьмы основного ядра RAF было недопустимо уже с точки зрения морально-психологических последствий подобного шага. Имена А. Баадера, Г. Энслин, Я.-К. Распе и других стали знаменитыми и среди значительной части молодежи ассоциировались с романтикой «справедливой борьбы». Освобожденные террористы не только отпраздновали бы победу над государством и вселили бы в своих адептов уверенность в успехе борьбы, но и сами не замедлили бы вернуться к террористической деятельности. Освобождение привело бы к росту популярности как самой RAF, так и численного состава террористических организаций вообще. Беспомощность руководства страны обернулась бы серьезным подрывом эффективности и легитимности политической системы ФРГ.

В своем требовании террористы явно перешагнули барьер теоретически допустимых уступок со стороны властей, хотя сами пока не осознали данное обстоятельство. Государственные органы оказались в ситуации, когда любой либеральный подход к вооруженной оппозиции стал бы губительным и лишь подал бы пример новым адептам вооруженного сопротивления. Поэтому с санкции руко-

водства ФРГ началась война, направленная на физическое уничтожение боевиков и разгром симпатизирующих им невоенизированных социально-политических движений. 18 октября 1977 г. в своих одиночных камерах были обнаружены трупы Я.-К. Распе, А. Баадера (оба погибли от выстрела в голову) и Г. Энслин (повешена). Как сообщили официальные власти ФРГ, в камерах террористов якобы нашли целый арсенал - огнестрельное оружие, дубинки, передатчики, фотоаппарат.

В 1978-1979 гг. террористические группировки левацкого толка еще сохраняли свою активность, но их силы явно иссякали, а успешные действия антитеррористических служб навевали в их рядах пессимизм. Полоса громких политических акций национального и даже международного масштаба для RAF прошла безвозвратно, хотя и в эти годы проводились ограбления банков, взрывы у военных объектов, нападения на полицейские участки, было совершено покушение на главнокомандующего силами НАТО А. Хейга.

Однако в реальном измерении влияние террористического движения на политическую систему страны было ничтожным, несмотря на пропагандистский эффект в СМИ. Безусловно, деятельность вооруженной оппозиции явилась одним из факторов подрыва политических позиций правящей в то время СДПГ. Но это был не решающий фактор. Победа блока ХДС/ХСС в начале 80-х гг. ХХ в., более твердая внешняя и внутренняя политика ФРГ - все это лишь самым отдаленным образом можно связать с усилиями экстремистов, старавшихся если и не разрушить «капиталистическую систему», то хотя бы «сорвать маску демократичности с фашистской сущности государства».

Террористические удары по аппарату управления и вооруженным силам страны принесли лишь иллюзорно-психологический эффект, без серьезного фактического ущерба для политической системы. Ликвидация некоторых видных политиков и экономистов Германии также не привела к массовой дестабилизации обстановки в стране.

Кризис и спад террористического движения (1980-1984 гг.). В 1981-1982 гг. боевые отряды RAF и «Движения 2 июня» еще пытались продолжить активную борьбу.

Однако значительных акций провести не удалось. Производились взрывы, ограбления банков, организация побегов из тюрем, покушения на политических лидеров (как правило, неудачные). Снижающаяся активность боевиков в 1983 г. вообще приблизилась к нулевой отметке. Экстремистское движение в ФРГ переживало самый тяжелый кризис, причины которого, повлекшие коллапс боевых групп, были различными. Сказалась «психологическая усталость» боевиков, видевших мизерные результаты своей работы. Политический экстремизм левого толка, продемонстрировав свою бесперспективность, быстро терял популярность в рядах вчерашних адептов. Если в середине 70-х гг. ХХ в. количество симпатизирующих боевикам исчислялось несколькими тысячами человек, то в 80-х гг. они практически исчезли. Лишенные поддержки легальных сторонников, законспирированные боевики оказались в тяжелых условиях, когда приходилось решать вопрос о собственном выживании, самообеспечении и уклонении от сетей полиции. На «борьбу с системой» сил просто не оставалось.

В 1981-1982 гг. действия западногерманских спецслужб привели к столь серьезному урону в рядах нелегальных боевых организаций, что произошло структурное разрушение всего движения военизированного политического насилия в стране. Многие боевики эмигрировали за границу, деятельность уцелевших «коммандо» была свернута. Широкие слои населения Германии были возмущены длительной полосой кровавых акций со стороны экстремистов. Террористическое движение впервые испытало острейший кадровый голод и перестало пополняться боевиками.

Решающую роль сыграло создание специальных антитеррористических служб, общее укрепление силовой защиты политической системы. Если в первые годы развития политического терроризма боевикам противостоял плохо подготовленный полицейский аппарат, лишенный и технических, и информационных средств по борьбе с террористами, то уже с 1972 г. усилия руководства ФРГ по созданию профессиональных антитеррористи-ческих структур начали приносить плоды. По мнению криминальной полиции, каждый жи-

тель ФРГ должен был быть занесен в картотеку, стать «прозрачным» на предмет подконтрольности своих действий. Это была плата за общественную безопасность и стабилизацию политических процессов в стране.

Стадия последней активизации политического терроризма (19841998 гг.). С течением времени неблагоприятные для левых террористов социально-политические и силовые факторы в германской политической системе продолжали усиливаться. Лишь в 1984 г. удалось провести серию мелких террористических акций, открывших начало последней стадии в истории западногерманского левого терроризма. Однако возрождение террористического движения оказалось эфемерным. Показные декларации о переносе борьбы на международный уровень характеризовали не силу, а слабость западногерманских вооруженных группировок 1. На территории ФРГ они лишились почти всех опорных баз: нелегальные типографии, склады оружия, конспиративные убежища - все было выявлено полицией. Недостаток поддержки среди населения вел к дальнейшему сокращению ядра активных боевиков. В 1985 г. численный состав RAF оценивался примерно в 20 человек, и 50 человек насчитывали «Революционные ячейки» [3]. Исчерпав внутренние резервы, некогда самое мощное в Европе левотеррористическое движение могло существовать лишь в симбиозе с зарубежными силами, а подобная тактика могла дать лишь кратковременный эффект. Несмотря на прогнозы и заявления ряда западногерманских и советских политологов, данное движение действительно умирало.

С 1986-1987 гг. деятельность западногерманских левотеррористических группировок вновь сокращается и в начале 90-х гг. ХХ в. полностью прекращается. Отход ряда социалистических стран (Куба, Китай, Северная Корея) от практики проведения активных операций по дестабилизации политической системы в «лагере капитализма» путем спецопераций, «бархатные революции» в Восточной Европе, исчезновение с карты мира ГДР - все это нанесло сильнейший удар по психологии западногерманских леворадика-лов. Теперь городская герилья даже самими

ее вчерашними участниками воспринималась как идея-фикс.

В начале 1990 г. на территории бывшей ГДР были обнаружены и задержаны некоторые ветераны западногерманского терроризма [1, с. 271], скандал в очередной раз напомнил общественности об уходящих в историю RAF и «Революционных ячейках». Вскоре после этого германский левый терроризм окончательно исчез как субъект политического поля ФРГ, в апреле 1998 г. от имени уцелевшей нелегальной группы RAF было оглашено заявление о том, что террористы полностью утратили политический смысл своей борьбы и прекращают активность. Источником притяжения радикализированной молодежи стали быстро растущие в те годы неофашистские группировки, а на постиндустриальной стадии, уже в ХХ1 в. -антиглобализм.

***

Терроризм, политическое насилие как способ борьбы оппозиции с правящим режимом в разных своих проявлениях наблюдаю-ется со времен возникновения первых политических систем, но лишь в ХХ в. они возводятся в ранг самодостаточности, переходя на уровень своеобразной универсальной категории, ставшей предметом теоретического осмысления и глубоких методологических разработок в стане своих адептов и среди военно-политических экспертов и политологов. Данный компонент, рассматриваемый как самый эффективный «последний довод королей» в условиях ХХ в., является ключевым в политическом учении о власти в концепциях самого широкого спектра - от работ Че Гевары до Мао Цзедуна.

По мере развития и усложнения мировых и национальных политических систем, повышения их адаптивных и эволюционных свойств военизированное насилие со стороны оппозиции существенно видоизменяется в своей тактической компоненте. Можно обратить внимание на явную закономерность -терроризм на протяжении ХХ в. становится все более децентрализованным, диффузным, его основные цели смещаются с захвата политической власти к расшатыванию, час-

тичной дестабилизации той или иной политической системы.

Действия последних адептов западногерманской RAF к концу 1980-х гг., а впрочем, уже и революционные походы Эрнесто Че Гевары в 1960-х отличаются какой-то сумбурностью, безысходностью, самообманом и нежеланием осознавать конечную тупиковость своего пути. Но если в работах лидеров легендарной кубинской герильи еще присутствует какой-то энтузиазм, выраженный в знаменитых «Трех принципах Че Гевары» [2, с. 11], то следующее «поколение» революционеров-теоретиков военизированного насилия гораздо более пессимистично и все очевиднее смещается со сферы макрополитической борьбы в сторону идеологии локальных террористических акций. Подобное вполне закономерно -совершенствовались государственные институты, отвечающие за жизнеспособность политической системы, повышалась негласная «прозрачность», «всеподнадзорность» жизни политических движений и отдельных индивидов. В сочетании с разработкой мер социального, информационного, психоманипулятивно-го характера и поле политического существования, и социальная база, и сама возможность физического выживания того сегмента оппозиции, который практиковал военизированное насилие, сокращались.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 О последнем задокументированном теракте (уже бескровном), предпринятом RAF, см.: [3, с. 44].

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Вольф, М. По собственному заданию / М. Вольф. - М. : Междунар. отношения, 1990. -285 с.

2. Гевара, Э. Партизанская война / Э. Гевара. -М. : Воениздат, 1961. - 136 с.

3. Хлобустов, О. Уроки РАФ: конец «красного» террора? / О. Хлобустов // Власть. - 2003. -№8.- С. 40-45.

4. Adams, J. The Financing of Terror: Behind the PLO, IRA, Red Brigades, and M19 Stand the Paymasters: How the groups that are terrorizing the world get the money to do it / J. Adams. - N. Y. : Simon & Schuster, 1986. - 293 р.

5. Alexander, Y. European Terrorism Today & Tomorrow / Y. Alexander, D. Pluchinsky. - N. Y. : Brassey’s Inc, 1992. - 208 p.

6. Backes, U. Politischer Extremismus in der Bundesrepublik Deutschland / U. Backes, E. Jesse. -Bonn : Bundeszentrale fur politische Bildung, 1996. -608 S.

7. Boeden, G. Entwicklung und Erscheinungsformen des Terrorismus - national und international / G. Boeden // Der Weg in die Gewalt. Geistige und gesellschaftliche Ursachen des Terrorismus und seine Folgen. - Munchen ; Wien : Gunter Olzog Verlag, 1978. - S. 23-36.

8. Fetscher, I. Analysen zum Terrorismus. Bd. 1 : Ideologien und Strategien / I. Fetscher, G. Rohmoser. -Opladen : Westdeutscher Verlag, 1981. - 346 s.

9. Politik durch Gewalt. Guerilla und Terrorismus heute. - Bonn : Wehr und Wissen Verlagsgesellschaft mbH, 1976. - 173 s.

10. Rossi, M.-E. Untergrund und Revolution. Der ungeloste Widerspruch fur Brigate Rosse und Rote Armee Fraktion / M.-E. Rossi. - Zurich : Verlag der Fachvereine, 1993. - 184 S.

11. The concept of the urban guerrilla // The Terrorism Reader. A Historical Anthology. - L. : Wildwood House, 1979. - P 176-179.

THE EVOLUTION MODEL OF THE LEFT-TERRORIST MOVEMENT

IN INDUSTRIAL SOCIETY

I.L. Morozov

This article is a history-politcal research of West Germanic ultraleftist groups which includes the analysis of politic terrorists’ tasks and methods, the role of Ideological Factor and Information Fight in the industrial society forming conditions. The research based on the science and statistic foreign sources, and the national researchers’ works on terrorism problem in the different world regions.

Key words: industrial society, terrorist movements, ultraleftist terrorist groups, leftist terrorist movements, XX c., Germany, Red Army Faction (RAF).