ИНТЕГРАЦИЯ ОБРАЗОВАНИЯ

как способ сорвать зло и осуществить эмоциональную разрядку и т.п. При этом мало кого волнует отношение к нему со стороны наказуемого. Такое наказание воспринимается как несправедливое. Оно ещё больше ожесточает и озлобляет, а не исцеляет его.

Эффективность наказание зависит также от отношения наказующего к наказуемому. Только положительное отношение обеспечи-

вает ему успех. Это важное положение Ф.М.Достоевского также выглядит'довольно

парадоксальным с точки зрения обыденного сознания. Кроме того, его довольно сложно реализовать на практике поскольку очень трудно любить подобного человека: грешника, преступника, негодяя. Однако без соответствующего отношения к человеку нельзя искоренить нравственный порок.

ДОСТОЕВСКИЙ И БАХТИН О ПОСТУПКЕ

Р.И. Александрова, зав. кафедрой философии гуманитарных

факультетов, д.филос.н., профессор И.В. Гордяскина, соискатель кафедры философии

гуманитарных факультетов

Все герои Ф.М. Достоевского- люди с высокими и низменными страстями, мятущиеся, неуспокоенные за себя, за других. М.М. Бахтин в теченияяжсей жизни был предан изучению творчества выдающегося писателя, мыслителя. Он увидел в его слове поступок.

Н. Гумилев писал: «Солнце останавливали Словом, Словом разрушали города». Главная заслуга Бахтина в том, что он выявил основные особенности этического и эстетического видения Достоевского: это признание незавершенности, неисчерпаемости человека. Это, во-первых; диалогичность как особая форма взаимодействия между сознаниями - во-вторых. И в третьих, саморазвивающиеся идеи, неотделимые от личности. «Все эти три открытия. - по словам Бахтина, - в сущности едины, это три грани одного и того же явления» [1].

Думается, что эти грани ведут именно к пониманию проблемы поступка. Бахтин разъясняет, что среди сопряженных смысловых человеческих установок, связанных с выбором смысла жизни, поступлением Достоевский ««ищет высшую авторитетнейшую установку» и в образе идеального человека или в образе Христа представляется ему разрешение идеологических исканий» [2]. Здесь Бахтин выступает союзником швейцарского психолога К.Г. Юнга, у которого есть положение о том, что среди архетипов бессознательного, которые, по мысли этого ученого, в итоге определяют деятельность человека в мире, одно из важнейших мест занимает Христос и, следовательно, проповедуемые им ценности, есть по существу мораль.

Анализ поступков, преступлений героев Достоевского позволили Бахтину сделать ряд выводов. Некоторые из них выглядят так. Во-пер-вых, понятие Другого- важнейшая составляющая философии поступка Ф.М. Достоевского. По

Бахтину, ценностная насыщенность этического и эстетического предполагает анализ триединой категориальной структуры сознания, разработанная им же, - «я - для - себя, я - для - другого и другой - для меня». Весь секрет в том, что эти три категории сознания по-разному проявляются как в реальной жизни, так и в искусстве.

Следует подчеркнуть, что формула жизни: «Я и. Другой» вписывается в социально - нравственный идеал российского мироощущения, мировосприятия, выражающуюся в соборности, софийности.

Во-вторых, поступку свойственны такие черты как ответственность, аксиологичность, единственность, событийность. Отсюда его и целостность, ибо в нем уничтожается (снимается) противоположность онтологии и феноменологии. Неслучайно Достоевский осуществляет познание, ставя человека в экстремальные ситуации, к основным, в частности, относится преступление. В экстремальной ситуации смысл поведения более четкий и определенный, поскольку речь идет о жизни и смерти.

В третьих, Бахтин говорит о необходимости исследования проблемы «бытия - события», тесно связанный с понятием поступка. «Но этот мир, читаем у Бахтина, не есть мир бытия только, данности, ни один предмет, ни одно отношение здесь не дано, как просто данное, просто сплошь наличное, но всегда, дана связанная с ним заданность: должно, желательно» [3].

В четвертых. Бахтин устанавливает метод познания мира поступка. Прежде всего он связывает его не с теоретической философией, а нравственной, называя ее «первой философией». Термин был введен в античности Аристотелем. Бахтин пишет: «Первая философия, пытающаяся вскрыть бытие - событие, как его знает ответственный поступок, не мир, создавае-

№ 1, 2001 ;

мый поступком, а тот, в котором он ответственно яяея осознает и свершается, не может строить общих понятий, положений и законов об этом мире (теоретически- абстрактная чистота поступка), но может быть только описанием, феноменологией этого мира поступка. Событие может быть только участно описано» [4].

Бахтина увлекла нравственная философия Достоевского, где мерилом поступка человека и общественных явлений были духовные абсолютны: совесть, вина, покаяние, добро, любовь, красота, выработанные мучительным и долгим путем как протест против зла, насилия в любых формах и проявлениях. Н. Бердяев подчеркивал особенность нравственной философии Достоевского, которая, по его мнению, содержит ценности, возвращающие человеку надежду на духовное возрождение [5].

Новаторство Бахтина относительно нравственной ответственности как критерия поступка можно усматривать еще и в том, что эта категория составляет ядро разработанной им концепции о гуманизме. Личная ответственность не может быть ограничена, ограждена какими бы то ни было внешними детерминантами — экономическими либо социальными. Речь идет не столько об ответственности за себя, за свою судьбу, сколько об ответственности за другого. Об этом прекрасно сказал американский ученый Б. Хандли: «Там, где это случилось, следовало быть и мне» [6]. Другой западный исследователь творчества Бахтина, итальянец Августо Понцио, пишет, что для русского философа человек несет нравственную ответственность, даже если она не вменяется ему юридическими или традиционно-этическими нормами. С точки зрения этой категории, каждый человек незаменим. В подтверждение своей мысли А. Понцио приводит слова Достоевского; «Мы все несем ответственность, но я больше, чем другой» [7] - В ответственном поступке сочетаются самостоятельность, неслиянность, не - алиби. Ответственность должна быть не только за себя, но и за другого и перед другим. Это и есть подлинный гуманизм.

Говоря о линиях пересечения творчества Достоевского и Бахтина относительно поступка, мы должны иметь в виду еще одно обстяяятель-ство. Когда говорят о новаторстве Михаила Михайловича относительно этики, то не следует забывать, что за этим стоит именно Достоевский. М.И. Туган-Барановский-один из образо-ванейших людей конца Х1Х-начала XX столетия, виднейший представитель «легального марксизма» в России писал: «...самые поразительные образы Достоевского с их поступками составляют как бы художественный комментарии к нравственной философии...»[8]. Центральной идеей этой философии является идея бесконечной

V V V

ценности человеческой личности, что, в свою очередь, приводит к проблеме Бога. Затем эта идея должна быть истолкована как основа нравственного закона - она приводит к проблеме человечества. Нарушение нравственного закона приводит к порождению зла. «Меня Бог всю жизнь мучил», - говорит в «Бесах» Кириллов.

У Бахтина интерес к нравственным ценностям проявляются в стремлении связать их с каждым, самым обыденным даже моментом в жизни человека. Поэтому и появилось в его философской терминологии такая категория как «событие бытия». Верно подчеркивается С.Г. Бочаровым, бытие - это не отвлеченное понятие, «...но живое событие взаимодействия моей единственной, изнутри переживаемой жизни с подобными же экзистенциальными мирами других людей, событие, в котором осуществляются не только наши индивидуальные события, но и «правда нашего взаимоотношения» [9]. Разве тикая жизнь, скромный поступок не может быть связан с моралью9 Только ли кризисы, революции порождают этические поступки? Бахтин стремился приблизить этику к индивидуальной жизни человека, к конкретным ситуациям. А здесь теоретизирование, мало, что может прояснить.

Бахтин развивает идеи нравственной философии в традициях русской культуры, согласно которой человеческая природа и его дух, душа не могут быть рационализированы. Он протестует против принудительного раци-онализирования сознания. В таком случае не может быть место диалогу. Вместо него будет господствовать монологизм, ограничивающий жизнь человека рассудочными рамками, распределяя ее по кодексам, нормам. Бахтин писал, что этика «не есть принцип поступка, а принцип возможного обобщения уже свершенных поступков в их теоретической транскрипции»^].

Можно сказать, что этика как теоретическое знание обращена в прошлое или принятие этического решения напоминает вынесение судебного приговора. Поэтому критика Бахтиным нормативности, абстрактности этического знания имеет своим основанием критику теоретизма вообще. Нравственная же философия, в отличие от теоретической сферы духовной культуры, включает в себя систему ценностей «нео-фициальности», «участного мышления». На основании этого некоторые исследователи приходят к выводу, что «философия Бахтина есть не онтология, но теория ценностей, весьма редкое явление на русской почве» [11].

Трудно согласиться с подобным утверждением. Известно, что для онтологии в русской философской традиции характерно понятие личности, важнейшего его качества

ИНТЕГРАЦИЯ ОБРАЗОВАНИЯ

деятельности, творчества, отказа от абсолю- на поиски новых смыслов. Неслучайно, это поня-

тизации категории сознания, понимаемого в духе классического рационализма, говоря словами Бахтина, «рокового теоретизма». Это, во-первых. Во-вторых, индивидуальный поступок, как новая категория философии, вводимая мыслителем напрямую относится к онтологической проблематике, поскольку «имеет

укорененность в оытии».

Поступок есть онтологическая и метафизическая категория. Каждый поступок есть продукт целого человека, и уже тем самым фиксируется его онтологический и метафизический статусы. Собственно, сами понятия «бытие»,

«поступок», «участное сознание» наполнены этическим содержанием и сопряжены с индивидуальной жизнью человека.

Ранняя работа «К философии поступка» была написана на исходе «серебряного века», который был обращен к поискам синтеза и единства, в основе которого лежало учение Вл. Соловьева о всеединстве, Софии. Для Бахтина, как и для абсолютного большинства русских религиозных философов, важнейшей идеей было единство добра, истины и красоты.

Истина есть добро, мыслимое человеческим умом, красота есть то же добро и та же истина, телесно воплощенная в живой конкретной форме. Именно так трактует Бахтин понимание эстетики,этики и теоретической философии. Он писал: «...в современной философии замечается некоторый уклон понимать единство сознания и единство бытия как единство некоторой целостности...» [12].

Другой аспект анализа творчества Бахтина в вышеобозначенной теме может быть рассматриваем в связи с проблематикой, ориентированной

Литература.

1. Бахтин М.М. К переработке книги о ДостоевскомЦ Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. М: «Искусство» , 1986 , с.327.

2. Бахтин М.М. Проблемы поэтики Достоевского. М.: 1963,с.130.

3. Бахтин М.М. К философии поступка. В сб.: Бахтин М.М. Работы 20-х годов. Киев, 1994,с35.

4. Там же, с.34-35.

5. О человеке, его свободе и духовности. М.: Изд-во «Флинта», 1999, с 155-156

6. Handley В. Bakhtin and Lacan: the ethics of subject creation // Proceedings of the Int. Bakhtin Conf. Manchester, 1991. P.89.

7. Цит. no: Humanism of the other man in Bakhtin and Levinas // Ibid. P. 93.

8. Туган-Барановсий М.И. Нравственное мировоззрение Достоевского // О Достоевском. М.: «Книга», 1990, с. 129.

9. Бочаров С.Г. Событие бытия //Беседы В.Д. Дувакина с М.М. Бахтиным... с.9.

10. Бахтин М.М. К философии поступка Философия и социология науки и техники: Ежегодник,

1984-1985. М., 1986, с. 102.

11. Бонецкая Н.К. Бахтин и традиции русской философии // Вопр. филос. 1993, №1. с. 93.

12. См. подр.: Примечания к «Автору и герою». Продолжение //Бахтинология. Исследования. Переводы. Публикации. СПб. «Алетеня». 1995. с. 248.

13. См. подр.: Зинченко В.П. Наука-неотъемлемая часть культуры?//Вопр. филос. 1990 №1 с.36.

тие - одно из любимых у него. И поэтому муки рождения понимания «поступающего сознания», отлично от кантовской традиции, новое осмысление науки, искусства, истории, социальной ответственности, нравственной ответственности, поступка как изобретения мысли, связаны с формированием некоей единой культурно-исторической парадигмы. Она предстает инвариантом официально признанным формам философских систем, которые игнорируют предельные основания индивидуального бытия человека. Бахтин, как и Достоевский характеризует сложные человеческие поступки как образы действия, называемые страстями. Страсть, эмотивные реакции, влечения и волнения, мотивы, переживания и представляют неотъемлемое свойство творческой природы поступка. «Есть люди-книги и люди-газеты, есть люди-подстрочники» - говорил поэт О. Мандельштам. Бахтин и Достоевский принадлежат к первым. Их тексты книги-прекрасные поступки.

Бахтин четко заявил о значимости гуманитарных наук, не противопоставляя их естественным и техническим. Ныне эта проблема приобрела широкий резонанс. Известный психолог В.П. Зинченко усматривает прямую связь между учением Вл. Соловьева и его последователями о всеединстве человеческого знания с учением Бахтина о значимости гуманитаризации, гуманизации культуры вообще [ 1 3]. Жизнь подтверждает идею мыслителя о том, что специфические методы гуманитарного знания своим основанием имеют нравственные ценности и особую методологию: индивидуализацию, интерпретацию текстов, понимание их, т.е. то, что составляет связь времен, поколений, жизнь в «большом пространстве», «большом времени».