УДК 130.2 А.А. Борисова

АРХЕТИПЫ КАК СИСТЕМООБРАЗУЮЩИЕ ПОНЯТИЯ

Показано, что понятия Айыы, Олонхо, Осуохай, «айыы кикитэ» являются системообразующими коллективными представлениями - архетипами. Они в виде «изначальных образов» выступают как активная творческая сила. Айыы связано с древней верой в светлые духи, т.е. является религиозно-философским представлением народа саха. Олонхо представляет собой единую духовно-историческую культурную систему, в которой тесно сплелись исторические события древности, народное творчество, этико-эстетические воззрения народа саха. Осуохай - круговой хороводный танец - «ункуу» - производное от глагола «унк» - молиться, поклоняться. Оно тесно связано с понятиями YЦKYY-сYKYтYY, сYгYPYйYY-кврдohyY, переводится как моление, торжественное, почтительное обращение и поклонение, испрошение у божеств всевозможных благ. «Айыы киЬитэ» - представление народа саха об идеальном, духовном человеке. Коллективные представления как носители ценностного содержания духовной жизни сохраняются в менталитете и мировоззренческих установках народа.

Ключевые слова: Айыы, Олонхо, Осуохай, «айыы киЬитэ», архетипы, коллективные представления, «изначальные образы», Айыысыт, ысыах, Учение Айыы, «культурное сознание», социальная память.

У каждого народа существуют основные мировоззренческие представления - средоточия социальнокультурных ценностей, на основе которых формируются этико-эстетические принципы духовной культуры. Такими коллективными представлениями являются системообразующие понятия: Айыы, Олонхо, Осуохай, существующие в форме архетипов, т.е. представленных в виде всеобщих «изначальных» образов, которые выступают за рамки религиозного воззрения. В чем же заключается архитипичность Айыы, Олонхо и Осуохая? Подобные изначальные образы являются древнейшими и всеобщими формами представления человечества. Образ животворящего духа, связанного с ветром, выступает как активная окрыленная, восхищающая сущность. Дух есть динамическое начало и психический феномен одновременно. Над изначальным природным духом располагается сверхдух - Бог [1]. А над изначальным природным Айыы, по древним представлениям народа саха, располагался Уруц Аар Тойон.

В своей работе «Структура психики и процесс индивидуализации» К.Г. Юнг [2] размышляет о коллективном бессознательном. Согласно его представлению, архетип это - манифестация глубинного слоя бессознательного, где дремлют общечеловеческие изначальные образы. По сути, понятие «Кут-сюр» также изначальный образ, который дремал в коллективном бессознательном народа саха на протяжении многих сотен лет. Теперь этот образ развивается в новых интерпретациях и впитывает в себя современные оттенки восприятия как и мифы о солнечном герое, которые породили массу разнообразных вариаций. Отголосок подобных мифов отобразился в олонхо как «айыы айма±а» - божественные люди с солнечными поводьями за спиной. Все эти образы восходят к древней религии народа саха, вере Айыы.

БОРИСОВА Айталина Андриановна - к. филос. н., доцент ФЯФиК ЯГУ.

E-mail: borissova _aian@mail.ru

Зарождение веры Айыы в недрах патриархального строя связано с именем богини земли Айыысыт, которая была покровительницей деторождения. И она произошла от культа древней богини «Умай». По мнению

Н.А. Алексеева, древнетюркский культ богини «Умай» является поздней трансформацией культа богинь-матерей «Аи», существовавших у саков Алтая и Средней Азии [3]. Древние южные предки саха, по его предположению, верили в матерей - создательниц жизни и называли их «аи» (мать). Совершенно очевидно, что якутское «ийэ» происходит от «аи» [4]. Впоследствии с переходом главных функций богини-матери в руки мужских божеств значение слова «аи» их потомками было утрачено. «Аи», «Айыы» стало пониматься как общее название верховных, светлых божеств. Из них только «Айыысыт» представлялась в женском образе - Нэлбэй Айыысыт (Широко рассевшаяся Айыысыт), Нэлэгэлдьин Айыысыт (нэлэгэйдээ - распахивать одежду), Налыгыр Айыысыт (Степенная Айыысыт), Ахтар Айыысыт (Вспоминающая Айыысыт) [5].

Г.В. Ксенофонтов считал, что «Айыы» в области народных верований является общим наименованием всех добрых духов, живущих на небе. В более узком смысле «Айыы» служило нарицательным обозначением семейнородовых святых, покровителей и заступников людей своего рода и племени. Эти «Айыы» различались по рангам, по объёму промысла: «Айыы» фамильные, оберегающие членов одного семейно-родового круга; «Айыы» более широких территориально-родовых объединений; наконец, «Айыы» - покровители целого племени [6].

При исследовании содержаний этих понятий можно найти множество архаических и исторических взаимосвязей, т.е. образы архитипической природы [7]. Подобные своеобразные факты живут внутри психической структуры, в глубинных слоях бессознательного, которые К. Юнг назвал коллективным бессознательным [2]. Другими словами, это - мифология, т.е. коллективная психика, «глобальное человеческое качество», таящееся

в глубинах бессознательного, и оно начинает оказывать мощнейшее влияние своим архаическим содержанием.

Благодаря мифам, фольклору, олонхо, где сконцентрировано духовное богатство всего народа, распространяются ценностные знания. Это из века век передаваемое наследие предков - «преданья старины глубокой», этико-эстетические представления, красочный, богатый и напевный язык, древние обычаи и традиции, пространственные и географические представления о Мире, Небе и Земле, о легендарных предках и многое другое.

Олонхо является самым древним памятником истории и культуры народа саха. Оно представляет собой единую духовно-историческую культурную систему, в которой тесно сплелись исторические события древности, народное творчество, этико-эстетические воззрения народа саха.

Эти образы «объективного духа», по Дильтею, - творческое проявление разума и единства мира культуры, предполагающей рефлексивные формы понимания, интуитивного проникновения, «вчувствования», «вживания».

Очень важные средства интерпретации культуры прошлого [7] - олонхо и осуохай - можно представить в виде «застывшей прошлой жизни», которую предстоит изучить в интеграции таких наук, как история и культура.

Олонхо и осуохай сосуществуют как нерасторжимые понятия культурной памяти, духовности и социальности в жизни народа.

Исследуя понятия олонхо и осухай, нельзя не упомянуть о национальном празднике ысыах (окропление, благословление). В олонхо после грандиозных битв, одержав победу над силами Зла, люди айыы устраивают торжествующий праздник ысыах - красочное действо, которое сейчас приобрело новое значение. Если в древности оно носило религиозно-обрядовый смысл, то теперь является традиционным театрализованным праздником встречи лета. Когда-то ысыах являлся частью самой реальности, событием, продолжающим жизненный процесс. А действительность, по представлениям древних, состояла из взаимодействия видимых и невидимых миров [8], их влияния на человеческое существование. В древности ысыах имел религиозное содержание - угощение и умилостивление богов во имя их расположения к людям. Его цель была не только практической - снять отчуждение человека от природы, гармонизировать их взаимодействие, но и оказывало эстетическое воздействие на участников праздника. Особенно торжественны были ысыахи, связанные с культом айыы. Они делились на три группы [9]:

- айыы-ысыах или алгыстаах-ысыах (ысыах с алгы-сами). Эти ысыахи носили родовой характер и проводились под открытым небом. Объектом поклонения был Уруц Айыы Тойон;

- ысыахи, проходившие в урасе (в конусообразном берестяном орнаментированном летнем жилище) в честь главных божеств и святых духов предков; основным об-

рядом было окропление кумысом; в церемонии в участвовали только мужчины;

- ысыахи, связанные со скотоводческим культом; ысыах по поводу распития «первого жеребячьего» кумыса (тунах, Кулун-ысыах) у вилюйских якутов - «кымыс Yрдэ» - кумысный праздник. Эти ысыахи носили семейный характер. Объектом поклонения было божество Донвгой Айыы - покровитель конного скота; ысыахи «на быка»: объект поклонения - Ынахсыт-Хотун - покровительница рогатого скота. Особенно интересны описания старинного ысыаха в урасе, который был строго регламентирован в отличии от ысыаха под открытым небом. Церемония обряда призывания имен главных богов и особо чтимых предков проходила внутри урасы (берестяное жилище) [6]. Почетное место, которое занимал сам устроитель ысыаха, находилось напротив дверей, обращенных на восход солнца. В гости приглашались именитые и родовитые люди, женщины и дети к обряду не допускались. Во время обряда никто не имел права проходить мимо дверей урасы, где «белый» шаман сначала освящал кумыс, а затем произносил моление. При нем находился жрец-помощник, обязанность которого сводилась к разбрызгиванию кумыса особой священной ложкой духам предков. Жертвоприношение кумыса главным богам состояло в том, что чашу с кумысом держали на вытянутых руках и при этом призывали божества по их именам, называя их в порядке значимости [9]. Предполагалось, что боги должны были незримо прикоснуться к священному напитку. В знак того, что несколько капель пролилось на потухший огонь, возжигали ритуальный огонь. После свершения обряда гадали, обращались к предкам с мольбой оказать содействие. Лишь после этого, выйдя из урасы, можно было притронуться к кумысу [10].

Ысыах имел устоявшийся, тщательно разработанный веками драматургический сценарий. У него, как и в драме, есть экспозиция, завязка и развязка, развитие действия, кульминация, эпилог, считает исследователь А.А. Билюкина [8]. У обряда каждый компонент канонизирован. Следующие друг за другом ритуальные действия имели философски обоснованную логическую последовательность. Через кодированные детали сюжета раскрывалась система мировоззрения древних якутов. Ысыах был четко организованным социальным культовым праздником. Многочисленные участники представления являлись зрителями захватывающего действа, воздействовавшего на внутренний мир, воображение и подсознание человека. Это обрядовое действие укрепляло веру человека в жизнь, в силу сообщества людей и его единение с одухотворенной природой. В драме героями были персонажи, образно обобщающие человеческие характеры, их столкновение и борьбу идей, движущих мир. Художественное разрешение конфликта в драме рождало катарсис (очищение), испытываемый зрителем. Если в обряде человек в своей вере полагался на внешнюю помощь силы божественного порядка, то в драме через

катарсис он обращался к своему внутреннему миру, к своему творческому созидательному началу. Общей для культового обряда ысыах и драмы являлась обращенность к духовности человека, к осознанию его высокого предназначения в мире [8].

Неотъемлемой частью ысыаха были хороводные танцы («ункуу») с пением осуохай, в которых запевала выводил каждую фразу в песне, повторяющуюся танцующими людьми. Н.Е. Петров в своей книге «Айыы ункуутэ» поясняет, что слово «ункуу» производное от глагола «унк», значит, молиться, поклоняться, тесно связано с понятиями: уцкуу-сукутуу сyгyрyйyy-кврдвhyy; переводится как моление, торжественное, почтительное обращение и поклонение, испрошение [11]. Это обращение к Великому божеству Аар Тойон и другим богам, чтобы они благословили народ на благие дела, направленные на сохранение и укрепление рода. Осуохай - танец поклонения солнцу, когда исполнители, народные певцы, называя имена айыы, благословляли их и испрашивали добро и благо для собравшихся людей [12]. Как правило, по направлению движения Солнца, т.е. с востока на запад, происходили все движения торжественных процессий, танца осуохай, хороводной песни и др., а также всех ритуальных движений, совершающихся по кругу (например, при освящении огня, окроплении кумысом внутренность балагана, некоторых шаманских обрядах и т.д.). Следовать по солнцу, по божественным знакам, значило получить благословление небес, поступать по нравственным законам рода, племени.

Как справедливо звучат слова выдающегося мыслителя М. Шелера о том, что, возможно, мир природы (жестокости и зла) и мир свободы (культуры) морали так бы и разошлись, не встретив друг друга, если бы их не соединила, не связала великая сила Красоты (сила искусства). Ценности становятся «реальными» лишь в благах. В ценных вещах они еще таковыми не являются. Во благе же ценность объективна (как и всегда) и реальна одновременно. С каждым новым благом происходит подлинное развитие реального мира [13]. В данном случае танец поклонения солнцу есть этико-эстетическое воплощение духовных устремлений народа саха. Это соединение древних традиций и современного искусства хореографии.

Основная мысль, вложенная в древний якутский обряд, - поклонение небесным божествам Айыы, мотив пожеланий, проходит через танец. Кульминация танца состояла в «полете к айыы», когда его участники исполняли прыжки, стараясь как можно дальше оторваться от земли [14]. Поэтическая ритмика танца осуохай служит основой возникновения новых якутских песен, даёт возможность выявления новых талантливых исполнителей. Кроме того, осуохай есть свидетельство глубокого влияния Учения Айыы, которое содержится в его ритмах и песнях. Таким образом, этот уникальный архетипичный образец танца сродни хороводным танцам других наро-

дов мира, вкладывавшим свое уважение и поклонение небесным силам и являющимся своеобразным гимном солнцу. Сегодня осуохай является уникальным видом архаического хороводного танца, органично вписывающимся в современные условия.

Согласно историческим преданиям, первый «ысы-ах» на земле Туймаада организовал и провел Эллэй Боотур, во время которого он произнес слова «алгыса»-благословления в сопровождении танца-осуохай, исполнив обряд, являвшийся частью древней религии якутов.

Ритуальный танец осуохай, помимо своего прямого религиозного назначения, ритмичными танцевальными движениями и песенностью создавал полезные вибрации для организма. Оказывал оздоровительное воздействие, снимавшее усталость, психическое напряжение, доставлял эстетическое наслаждение, придававшее заряд оптимизма и энергии, укреплял чувство этнической общности и защищенности индивида.

Следует подчеркнуть, что этнический менталитет якутов сформирован героическим эпосом, Учением Айыы, шаманизмом, которые вместе с олонхо и осуохай образуют целостную религиозно-философскую систему о человеке. Религиозно-мифологическое мировоззрение, коллективные представления характеризуются следующими чертами:

1. Религиозно-мифологические представления о трехчастном строении Вселенной, соединенной по оси Мировым деревом (Аал Луук мас).

2. Сочетание политеизма во главе с верховным божеством Юрюнг Айыы Тойоном и анимизма - всеобщего одушевления окружающей среды, где каждый предмет и явление обладают душой-иччи, а человек и животное - кут.

3. Дуалистическое видение мира, основанное на принципе, что нормальное функционирование Вселенной достигается борьбой доброго и злого начал [15].

4. Возможность воздействовать на сверхъестественные силы жертвоприношениями, заклинаниями, соблюдением определенных правил и традиций, а также с помощью шаманов - посредников между человеком и окружающим миром.

Чем богаче и энергичней творческая деятельность духа, тем дальше, казалось бы, удаляет она от первоисточника его собственного Бытия. Цель философии - понять и осознать их в фундаментальном формообразующем принципе. Лишь в этой сознательности содержание жизни впервые находит свою подлинную форму. Жизнь выходит за пределы Бытия, данного природой, изменяется и находит свое завершение в форме «духа» [16]. Можно извлечь общие и типичные характеристики самого процесса формообразования, чтобы найти во множестве выражений дух и единство его сущности.

В обществе никогда не исчезнет тенденция искать духовные ресурсы для своего самоутверждения через возрождение веры прошлого, прошлого, ешё более далекого, чем та эпоха, когда зародилась дискредитировавшая

его вера [17]. Это вера в несуществующее «светлое, коммунистическое будущее» или ныне известные мировые религии, которые уже исчерпали себя как средоточия духовности и переродились в хорошо организованные политизированные придатки государственных структур, более того, некоторые из них являются монополиями, претендующими на владение человеческими душами как живым товаром.

В человеке есть и положительное, и отрицательное. И в критические ситуации, когда, казалось бы, все пропитывается злыми чарами, ему необходимы духовнонравственная опора и надежда на спасение. И духовный сплав «помогает ему сохранить» человеческое достоинство. Процесс социализации неизбежен, но можно ли его рассматривать как лишь воспитание добру? Не меньшую роль играет способность человека противиться социализации, бороться против пороков своей среды, отвращаться от низкого, пошлого и преступного [18]. Человек живет и действует в конкретной исторической обстановке, в конкретном обществе и в конкретных жизненных ситуациях, в которых проявляются и модифицируются его природа и сущность. Понятие существования применительно к теории человека позволяет двигаться от важных, но еще абстрактных понятий природы и сущности человека к более конкретному его рассмотрению. Останавливаться на самых общих характеристиках человеческого рода нельзя. Они совершенно необходимы как отправные методологические пункты исследования человека и как объективные основы конкретного. Но от них надо проложить мосты к ответам на вопросы, каков, как и чем живет человек в различные исторические эпохи и в разных социальных условиях, каково «качество» человека и его различных социальных общностей в современной жизни, каковы тенденции и перспективы его изменения и т.д.

Якутский культурный архетип - «Айыы кикитэ», якутская добродетель - «человек творческий», светлый человек, носитель добра и гармонии духовной и физической. Причем добро активное, созидающее, недаром «айыы» значит «добро» и одновременно «творчество». На наш взгляд, концептуальной основой философии человека Айыы является идея «правильного пути» [19], толерантности, а также близок по смыслу принцип «срединного пути», проповедуемый в древневосточных этических учениях [20]. По конфуцианским канонам идея середины и гармонии подобна аристотелевской «золотой середине», и чаще всего вкладывался этот смысл в понятие «в самый раз». В самый раз носить меховую одежду зимой. Но не стоит это делать летом. Сказанное относится и к чувствам, желаниям. Социальные отношения и личное поведение должны иметь установленные границы удовлетворения желаний и выражения чувств. Гармония - это примирение различий в единстве. Различия должны находиться в правильной пропорции, чтобы достичь гармонии. Между мудростью и нравственностью Сократ не находил различия. Он считал, что sophrosуnе -

это мудрость, знание жизни, соразмерное и гармоничное как калокагатия [21].

При такой настроенности души индивидуум сознает связь с божественным всеединством вещей, чувствует себя родным всему включенному в это единство. Иными словами, все этнические процессы пронизывает так называемая пассионарная индукция гармоничных людей по Л.Н. Гумилеву. Они влекут за собой менее пассионарных людей, охваченные повышенной активностью и энтузиазмом [22].

Люди познают окружающий мир, свойства предметов и веществ, но в конечном счете для того, чтобы обеспечить себе все необходимое для жизни и деятельности, а также для того, чтобы создать общественные условия, достойные человека. Поэтому познание мира является преимущественно средством для того, чтобы использовать те свойства явлений действительности, которые человеку полезны, нужны, и отбросить то, что вредно или бесполезно. То, что люди найдут полезным, нужным (или приятным), что они оценят и называется ценностью.

В культуре народа саха приоритетные коллективные ценности рассматриваются в ракурсе этнического самосознания с этносоциологической и этнопсихологической точек зрения. Они понимаются в самом широком смысле как значимость явлений и предметов реальной действительности, главным образом, как функции социально нормативных регуляторов поведения людей, коллективные представления, имеющие личностный смысл.

Социокультурная ситуация сегодняшнего дня характеризуется перекосом общественных ценностей. Тому способствуют углубление экономического кризиса, социально-политические потрясения. Материализация бытия идет за счет отчужденного отношения общества к нравственно-этическим ценностям, к духовной высоте прошлых поколений. Уравновешенный, деликатный человек Севера становится необоснованно торопливым, излишне нервным и неуверенным в себе.

Выдающийся русский философ Шлет Г.Г. считал, что «культурное сознание» - это есть культурная память и память культуры, и необходимо стремиться к научнофилософскому пониманию социально-культурной реальности [23]. Наш современник Л.Н. Столович полагает, что Г.Г. Шпет предвосхищает возникшие в нашей философии и семиотике в 1960-е годы концепции «коллективной памяти» [24], «социальной памяти» как хранилища социально-культурных ценностей.

Именно поэтому сегодня важно помнить о прошлом, что составляет культурную память поколений. В нашем недалеком прошлом, в обществе социально-классовой дифференциации, критерии Красоты, Добра и Истины вступали в противоречие с наличными условиями, конъюнктурными требованиями и ограниченными возможностями социальной организации. Иногда нравственные идеалы подменялись социально-политическими требованиями, непосредственной житейской практикой. Так, в

жизни социалистического общества появился «Моральный кодекс строителя коммунизма». В условиях тоталитаризма соблюсти идею: «Человек человеку друг, товарищ и брат», было крайне затруднительно. Она служила не столько конкретным предписанием к каждодневным действиям, сколько очищенным от жизни мышлением о прекрасном недостижимом будущем - коммунизме. Иначе говоря, идеалы морального сознания отдалялись от непосредственной житейской практики в силу того, что их исполнение удалялось от реальных возможностей и конкретно-ситуационных потребностей социальной действительности. Именно благодаря этому конфликту между должным и сущим возникают идеи «абсолютного добра», «всеобщей справедливости», представление о нравственном идеале как о чем-то далеком, отстоящем от повседневности [25], предположим, идеал «Айыы кикитэ». Все это отражается в мировоззрении и коллективной памяти.

Основной корень мировоззрения и коллективных представлений - жизнь. Опыт жизни в традициях и обычаях определяется системой отношений. Любое мировоззрение, архетип, будучи теоретическим представлением жизни людей, строится на двухопорном фундаменте - знании и ценности. Таким образом, ценностные и знаниевые компоненты мировоззрения соотносятся как цель и средство ее достижения [26]. Коллективные представления как носители ценностного содержания духовной жизни сохраняются в менталитете и мировоззренческих установках народа.

Л и т е р а т у р а

1. Юнг К.Г К феноменологии духа в сказке // Культурология. ХХ век. Антология. - М., 1995. - 703 с.

2. Юнг К.Г.Структура психики и процесс индивидуализации. - М.: Наука. 1996. - 269 с.

3. Алексеев Н.А. Этнография и фольклор народов Сибири.

- Новосибирск, 2008. - 494 с. + 1 л.

4. Антонов Н.К. Материалы по исторической лексике якутского языка. - Якутск, 1971. - 175 с.

5. Эргис Г.У. Очерки по якутскому фольклору. - М., 1974.

- 402 с.

6. Ксенофонтов Г.В. Эллэйада: материалы по мифологии и легендарной истории якутов. - М., 1977. - 247 с.

7. Дильтей В. Типы мировоззрения и обнаружение их в метафизических системах // Культурология. ХХ век. Антология.

- М., 1995. - 213-255 с.

8. Билюкина А.А. Языческие обряды якутов: (Истоки якутской драмы). - Якутск, 1992. - 80 с.

9. Романова Е.Н. Якутский праздник Ысыах: Истоки и представления. - Новосибирск, 1994. - 160 с.

10. Архив ЯНЦ СО РАН, ф.4, оп.1, д.129, л.19-28.

11. Петров Н.Е. Айыы Ункуутэ: Учууталларга, эдэр этээч-чилэргэ, оhуокай куруhуогун, фольклорнай ансамблы салайа-аччыларга кэмэ. Тойуктар. - Дьокуускай, 2000. - 128 с.

12. Петров Н.Е. Фольклорнай искусство сайдыытыгар оhуохай суолтата // Ысыах многовековая традиция: тезисы. -Якутск, 1991. - С. 9-14.

13. Шелер М. Формализм в этике и материальная этика ценностей // Культурология ХХ век: Антология, аксиология или философское исследование природы ценностей. - М., 1996. - 144 с.

14. Лукина А.М. Танцы в обряде ысыах // Ысыах - многовековая традиция. - Вып. 3: тез. докл. - М., 1991. - С.18-23.

15. Гоголев А.И. Мифологический мир якутов: божества и духи-покровители. - Якутск, 1994. - 210 с.

16. Кассирер Э. Философия символических форм. Введение и постановка проблемы // Культурология. ХХ век. Антология. -М., 1995. - С. 206-219.

17. Тойнби А. Дж. Постижение истории: Пер. с англ. / Сост. Огурцов А.П.; вступ. ст. Уколовой В.И.; заключ. ст. Рашковско-го Е.Б.; авт. коммент. Д.Э. Харитонович, Н.И. Колышкина. - М., 1991. - 736 с.

18. Тугаринов В.П. Природа. Цивилизация. Человек. - Л., 1978. - 128 с.

19. Кулаковский А.Е. Научные труды. [Подготовили к печати: Н.В. Емельянов, П.А. Слепцов]. - Якутск, 1979. - 484 с.

20. Фэн Ю-лань. Краткая история китайской философии / Пер.с англ. - СПб., 1998. - 373 с.

21. Лосев А.Ф. История античной эстетики: Итоги тысячелетнего развития: в 2-х кн. Кн. 2. - М., 1994. - 604 с.

22. Гумилев Л.Н. Этносфера: История людей и история природы. - М., 1993. - 544 с.

23. Шлет Г.Г. Сочинения / Ред. совет: В.С. Степин (предс.) и др.; журн. «Вопросы философии» и др.: предисл. Е.В. Пастернак. - М., 1989. - 601 с.

24. Столович Л.Н. Красота, Добро. Истина: очерк истории эстет. аксиологии. - М., 1994. - 464 с.

25. Дробницкий О.Г. Философия и моральное воззрение на мир // Философия и ценностные формы сознания / Отв. ред. Б.Т. Григорьян. - М., 1978. - С. 86-156.

26. Кант И. Соч. в 6 т. - Т.3. - М.: Мысль, 1964. - 564 с.

A.A. Borissova

Archetypes as backbone concept

It is shown that the concepts of Ajyy, Olonkho, Osuohaj, “ajyy kihite” are backbone collective conceptions - archetypes. In the form of “initial characters” they act as active creative power. Ajyy is linked with ancient belief in blessed spirits, thus it is a religious and philosophical conception of the Sakha people. Olonkho is a unite spiritual and historic cultural system joining historic events of the past, national folk, ethic and esthetic views of the Sakha people. Osuokhaj - is a circular dance “unkuu”, a word derived from the verb “unk” meaning “to worship”. This verb is closely linked with the concepts of unkuu-sukutuu, suguruyu-kordohuu and is translated as praying, a solemn and respectful address, asking of all the good from gods. “Ajyy kihite” - is Sakha people’s conception of ideal, spiritual human. Collective conceptions as bearers of value meaning of spiritual life remain in mentality and world-view attitudes of the people.

Key words: Ajyy, Olonkho, Osuohaj, “ajyy kihite”, archetypes, collective conceptions, “initial characters”, Ajyysyt, Ajyy study, “cultural consciousness”, social memory.