ББК Ю6

АНАЛИЗ СОЦИАЛЬНО-ФИЛОСОФСКИХ КОНЦЕПЦИЙ НОВОГО ВРЕМЕНИ В ТРУДАХ Б.Н. ЧИЧЕРИНА Е.В. Миронов

ANALYSIS OF SOCIAL-PHILOSOPHICAL CONCEPTS OF NEW TIME IN WORKS OF B.N. TCHITCHERIN

E.V. Mironov

В статье представлен анализ социально-философских концепций Нового времени известного российского философа и политолога Б.Н. Чичерина, который явился прочным основанием его собственных оригинальных концепций общества и государства.

Ключевые термины: концепция, естественное право, государство, нравственность, монархия, аристократия, демократия, справедливость, равенство, свобода.

In article the analysis of socially-philosophical concepts of New time of the known Russian philosopher and political scientist B.N. Tchitcherin which was the strong basis of its own original concepts of a society and the state is presented.

Keywords: the concept, the naturaljustice, the state, morals, a monarchy, aristocracy, democracy, justice, equality, freedom.

В построении своей социально-философской и политической концепции Чичерин опирался на весь корпус европейской философии от Платона до Ге-

геля. При этом он полагал, что в Новое время в философских взгляда на общество и государство происходит радикальный переворот, который требует пристального внимания философов, занимающихся данными проблемами. Он начинает с Гоббса, объявляя его учение о государстве первым полным и систематическим. Чичерин показывает, что Гоббс выводит всю свою теорию из чистых начал естественного права. Очень хорошо это видно в его работе «De Cive» («О государстве»). Цель учения Гоббса Чичерин видел в утверждении примата королевской власти над своими подданными.

Философское обоснование своей концепции Гоббс берет у Декарта, который утверждал, что протяжение сущего есть свойство материи, но в отличие от Декарта английский философ сводил к протяженности и мысль. В таком ракурсе мысль представала в виде невещественной субстанции и внутреннего движения; все понятия сводились к чувственным представлениям, а опыт объявлялся низшей ступенью, лишь воспоминанием о последовательностях движения. Таким образом, указывает Чичерин, Гоббс строит свою теорию государства на идеях чистого сенсуализма.

«Все действия человека выводятся Гоббсом из личных физических наклонностей, однако в силу закона необходимости»1. Исходя из данной посылки, Гоббс заявляет, что «человек в обществе ищет собственного блага, а не чужого»2. Свободы воли как таковой нет, человек движется по линии наибольшего мотива, тезис опять же протестантского толка. В сообществе люди сдерживают друг друга, точнее своими желаниями, которые часто диаметрально противоположны. «Между людьми, не сдержанными высшей властью, господствует взаимный

страх, проистекающии из опасения зла», — пишет Гоббс3. Опасение зла рождает здравый смысл. Отсюда следует, что «настоящее право (Jus) есть свобода употреблять естественные силы сообразно здравому разуму4. Естественное право человека порождает принцип bellum omnium contra omnes, а это входит в противоречие с мотивом самосохранения. Поэтому основным законом человеческого общества должен закон — Quaerendam esse pacem (нужно искать мира), этот постулат вызывает к жизни вереницу законов, являющимися краеугольными столпами мира в человеческом сообществе:

1. «Contractus: человек отказывается от своего права на все, таким образом он переносит часть своего права на другого, это и есть контракт.

2. Pactum: подобный перенос права имеет продолжение в неопределенном будущем, то есть человек берет на себе обязательство соблюдать первый закон постоянно.

3. Pactis standum est: третий закон суммирует два предыдущих — обязательства необходимо соблюдать»5.

Нарушение третьего постулата есть Injuria (несправедливость), которой нет в рамках естественного права, где имеет значение только нанесение физического вреда (и нет моральных ограничений). Несправедливость, как следует из всего вышесказанного, представляется несправедливостью только в отношении других лиц. Так возникают и моральные обязательства людей, английский философ приводит около двадцати моральных законов.

В общем виде, полагает Чичерин, теория государства у Гоббса предстает стройной логической цепочкой, проистекающей из естественного права человека, которое со временем трансформируется в моральные принципы. Так, «весь естественный закон сводится к сохранению мирного общежития»6. «Для

Философия

соблюдения естественного закона нужна безопасность (Securitas), последнее можно получить только объединением людей на добровольных началах (Unitio) и подчинению воли одного; единая воля и конституирует государство как таковое (Civitas)»7.

Гоббс различает, опираясь на свои рассуждения, несколько типов государственного объединения на основе единоначалия. Устройств государства по Гоббсу может быть три, согласно началу власти. Гоббс здесь не оригинален:

1. Монархия;

2. Аристократия;

3. Демократия8.

Тем не менее Гоббс пишет, что все так называемые извращения политических устройств, описанные древними, просто немыслимы. Нет и смешения политических устройств, так как это противоречит единому началу власти, что ведет к полной анархии. Лучшим правлением объявляется монархия: Царь есть народ. Чичерин отмечает стремление Гоббса везде теоретически обосновать абсолютную монархию.

Чичерин видит ошибку великого английского мыслителя в том, что тот смешивает в своем учении два разных понятия — государство и нравственность, по сути, объявляя их понятиями тождественными. Это видно и в религиозной подоплеке учения Гоббса, который высшей ведущей силой человеческого общества рассматривал царство божье. В естественном проявлении царство божье принимало вид государства, тогда как пророческое начало царства божьего представало в книгах Гоббса в виде заветов святого писания.

Еще одним мыслителем, оказавшим определенное влияние на творчество Чичерина был Спиноза, который свои рассуждения о политическом устройстве общества выводит из основного постулата: «Человек является игралищем страстей»9. Человеческие страсти необходимо каким-то образом уравновесить между собой. Здесь Спиноза близок к воззрениям Гоббса, однако выход видит не в установлении абсолютной монархии, а в учреждении общества, которое самоуравновешивается, или лучше сказать сдерживается. Основа такого общества есть общественный договор, однако договор не есть раз и навечно установленный порядок, договор — предмет, изменяющийся с течением времени. «Каждый договор существует ровно настолько, насколько он приносит пользы»10. Договор есть не только для мира в человеческом сообществе, потому что «мир не есть только отсутствие войн, это — согласие душ»11. Цель договора в создании государства, «цель государства — свобода его членов»12. Отсюда вытекало, что власть, установленная свободными лицами, выше той, которая приобретена войной. «Пацифизм» Спинозы приобретает абсолютный характер. Однако свободное волеизъявление — плод серьезной внутренней работы. В обществах, где рабская психология господствовала в течение многих лет, очень трудно добиться полного проявления доброго начала в человеческом существе. «Толпа наводит страх,

если сама не трусит». Спиноза уверен, что свобода и рабство нелегко соединяются вместе.

«Делать все тайно от граждан и хотеть, чтобы они не судили ложно о делах и не толковали их вкривь — признак величайшего невежества. Если бы толпа умела себя умерять, воздерживать свое суждение насчет того, что ей мало известно, и из немногих данных выводить верные заключения, она была бы достойнее властвовать, нежели стоять под властью. Но природа у всех одна. Все кичатся властью, все наводят страх, если сами не трусят, и везде правда нарушается страстями и своеволием, особенно там, где владычествует один или немногие, которые имеют в виду не право и не истину, а только умножение своего достояния»13. В силу всего сказанного Спиноза заявляет: «Воздерживать свои суждения — редкая добродетель»14. Так как в реальном мире подобное встречается редко, необходима совокупность суждений. Именно поэтому аристократия сильнее монархии в качестве политического устройства. Аристократию отличается от монархии тем, что:

1. Собрание людей не нуждается во внешних опорах, тогда как монархия не может ничего решить, не выслушав его мнения;

2. Собрания людей вечны, тогда как царь подвержен возможности внезапной смерти;

3. Из второго пункта вытекает, что собрания в меньшей степени подвержены случайности;

4. В довершение всего, воля многих людей значительнее воли одного;

Таким образом, идеальное государственное устройство виделось Спинозе, по мнению Чичерина, как некое политическое образование, подпадающее под определение, либо конституционной монархии, либо аристократической республики.

Голландское начало Спинозы наложило свой отпечаток на воззрения философа. Аристократия видится им не как земельная, а как коммунальная. Лучшим для образования государства Спинозой объявляется союз независимых городов, каждый город имеет свое правление, общие дела решаются сенатом, из патрициев каждого города, здесь свою роль и играет семья как ячейка общества. Количество избираемых человек соответствует городским коллегиям. Общее законодательное право принадлежит всем патрициям городов участников, тем не менее, само общее собрание устраивает свои заседания редко. Раз принятые законы неизменны, в этом известное противоречие Спинозы: договор — предмет изменяющийся, закон — нет. Обсуждение законов происходит по городам, кроме этого, существует надзирающая власть в лице синдиков, которых городские общины посылают наблюдать за обсуждением и принятием законов в сенате, правда без права голоса.

Чичерин видит в учении Спинозы начало перехода к учениям нравственным.

Главного мыслителя нравственного течения в новой философской мысли Чичерин видит в Лейбнице. Немецкий философ привлекателен для Чичерина своим рационализмом и универсализмом. База

Е.В. Миронов

Анализ социально-философских концепций Нового времени е трудах Б.Н. Чичерина

всего учения — критика Лейбницем картезианского учения. Картезианцы различали два начала материю и разум. «Лейбниц выступает с позиций чистого спиритуализма»15.

Чичерин выкристаллизовывает главную этическую мысль Лейбница — «наилучший порядок тот, который не нарушается»16. Эта мысль очень созвучна с общим фоном философских изысканий самого Чичерина. Порядок представляет все сущее в мире по степеням, право и человеческое общежитие подчиняются этому же закону. «Ничто человеческое мне не чуждо» — эта фраза показывает жизнь человека как первую ступень, в ней господствует отрицательное право, вытекающее из правды уравнивающей. Справедливость, вытекающая из правды распределяющей, знаменует вторую стадию человеческого общежития. Когда справедливость вытекает из правды распределяющей, с этого момента начинается разделение людей по принципу «каждому свое воздавать по заслугам». Последняя стадия возвышается над человеческой жизнью — это благочестие, вытекающее из правды всеобщей. Главный императив такого общества — жить честно. Республика, по Лейбницу, должна быть единой, но сила, на которой держится власть, трояка. Совесть, первая составляющая верховной власти, подчиняет императора и князей Богу, уважение (реверенция) подчиняет князей императору, собственно сила подчиняет поданных князьям. В самой верховной власти заключено два элемента: Поземельная верховность и Держав-ство. Именно поэтому, в отличие от Пуфендорфа, Лейбниц считал Священную Римскую Империю германского народа государством.

Индивидуализм — учение, по Чичерину, материальное, эмпирическое. Его зачинателем русский мыслитель называет Локка, который представляет миру начала теории сенсуализма. С политической точки зрения Локк — один из основателей концепции разделения властей: «Государственная власть есть право установлять законы, охраняемые наказаниями для устройства и ограждения собственности, а также употреблять общественные силы для исполнения этих законов и для защиты от внешних нападений, притом все это единственно во имя общего блага»17. Однако собственность трактуется Локком неоднозначно, она имеет свою внутреннюю структуру. Под собственностью он разумеет жизнь человека, его свободу и имущество. Все перечисленное есть неотъемлемые человеческие права. Право проявляется в равенстве: «Естественное равенство есть только равное право каждого на свою свободу без всякого подчинения другому»18. Равенство достигается посредством закона, разновидностей которого Локк различает три: божественный — известный при помощи разума или через божественное откровение, гражданский — воплощенный в идее государства, и закон общественного мнения. Государственная власть призвана ограничивать взаимные претензии индивидов — членов общества — для обеспечения равенства между ними. Для этого Локк разделяет власти государства

на три ветви: законодательную, которая есть власть высшая, исполнительную и союзную (федеративную). Законодательная власть, несмотря на свой верховный характер, не имеет, однако, права на жизнь и имущество граждан, на создание частных законов, любой закон имеет всеобщий характер. Исполнительная ветвь занимается претворением решений высшей власти в жизнь, федеративная имеет право войны и мира.

В политическом здании, возведенном Локком, Чичерин усматривает развитие идей индивидуализма с точки зрения народного правления, что не вполне приемлемо ему по духу, поэтому гораздо больше внимания он уделяет другому классику индивидуализма и разделения властей — Шарлю Монтескье: «Французский философ положил истинное основание учению о конституционной монархии... Закон есть, прежде всего, отношение идей, а потом уже отношение вещей»19. Таким образом, закон проистекает из человеческого разума, он рационален. Для Монтескье и Чичерина данный тезис принимает эмфатическую форму — закон есть человеческий разум вообще, все остальное есть частные его случаи. Локк писал о правительствах, Монтескье писал о законах: «Это было то учение, которое в древности излагал Полибий в своей Римской истории»20. Однако у Монтескье оно было развито во всей своей полноте, считал Чичерин.

Естественные законы проистекают из первых начал человеческого бытия: мир, пища, семья, стремление к общежитию. К естественным законам добавляются законы, вызванные нравственным критериями, которые обусловлены различными внешними факторами. Законы должны соответствовать характеру страны. Для описания факторов, воздействующих на формирование того или иного нрава, Монтескье разрабатывает «Теорию климатов», в этом он идет в русле Аристотеля и Бодена. К теории климатов примыкает теория почв, однако основной упор в своих исследованиях Монтескье делает на политической плоскости государства.

Не будучи оригинальным мыслителем по части классификации типов политических устройств: республиканская форма правления, монархическая, деспотическая — Монтескье своеобразен в интерпретации подобной системы. Его главная мысль — противоположение законных и беззаконных типов правления. Законными формами он видит республиканскую в ее демократическом или аристократическом виде и монархическую, тогда как беззаконной формой выступает деспотизм. Разница между ними именно в законах. «Монархия от Деспотии отличается как раз тем, что первая управляется постоянными законами, а в последней господствует произвол, поэтому существенным различием между двумя типами правления становится тот факт, что в монархической системе есть определенные сдержки, по крайней мере, в подчиненных сферах, а в другой они исчезают. Значение этих сдержек, более нравственных, нежели юридических, далеко не маловажно для Монтескье и Чичерина.

Философия

От природы различных политических форм Монтескье отличает их начало. Под данным словом он разумеет нравственную силу, действующую в государственном строе. Демократия держится доблестью, аристократия —умеренностью, деспотизм — страхом, а монархия — честью. Кроме этого, исходя из уже упоминавшихся теорий «климатов и почв», Монтескье выводит несколько правил. Так, республиканская форма может держаться только в малых государствах, в больших странах неравномерность распределения приводит к деспотизму, удел монархии — государства средней величины. Практический вывод — государства нельзя не увеличивать и не уменьшать без риска изменить дух страны, однако есть выход в виде федерализма. Союзное государство сочетает преимущества малой державы, которая с трудом может защитить себя, и большой, где мало свободы. Свобода интерпретируется Монтескье следующим образом:

1. «Свобода есть право делать то, что дозволяется законом.

2. Свобода существует только в умеренных правлениях, где работают сдержки.

3. Свобода есть двух видов: личная и политическая»21.

«Вечный опыт человеческого рода показывает, что всякий человек, облеченный властью, стремится ею злоупотреблять, пока он не доходит до своих пределов»22. Законы полагают определенные границы допустимого, тем не менее для совершенных законов необходимо, чтобы умы были к ним приготовлены — эта мысль очень близка Чичерину. «Если нужно изменить нравы, то лучше изменить их не законами, а нравами противоположного свойства»23. Нравы важны везде. Например, «в деспотических правлениях опасно касаться установленных обычаев, последние занимают там место законов. Подданные тем более дорожать ими, что под правлениями этого рода люди всего менее склонны к переменам в жизни... Дух законодательства — дух умеренности»24. Законы, по Монтескье, должны быть точными и ясными, но не слишком уточнены или подробны без нужды. Они не есть предмет частого изменения, не следует стремиться и к их единообразию. Одним

дине, которая так устраивает Чичерина, несмотря на индивидуалистский характер учения Монтескье: «Вся сущность мысли Монтескье заключается в указании на необходимость сдержек во всяком образе правления; как скоро они исчезают, такое правление превращается в деспотию. Мысль меткая и тонкая»25, — подводит итог Чичерин.

Таковы основные оценки и характеристики русского политолога, посвященного анализу социально-философских концепций мыслителей Нового времени. Именно в этом анализе в первую очередь искал и находил основания для своей собственной политической концепции — концепции «либерального консерватизма».

Примечания

1. Чичерин, Б.Н. Политические мыслители Древнего и Нового мира / Б.Н. Чичерин. — М., 1897. — С. 245.

2. Там же. С. 247.

3. Там же.

4. Там же.

5. Там же. С. 248.

6. Там же. С. 250.

7. Там же. С. 251.

8. Там же. С. 254.

9. Чичерин, Б.Н. История политических учений / Б.Н. Чичерин. — Т. 2. — М., 1872. — С. 107.

10. Там же. С. 112.

11. Там же. С. 119.

12. Там же. С. 120.

13. Там же. С. 124.

14. Там же. С. 123.

15. Там же. С. 182.

16. Там же. С. 183.

17. Там же. С. 325.

18. Чичерин, Б.Н. Политические мыслители... — С. 322.

19. Там же. С. 357.

20. Чичерин, Б.Н. История политических учений... — С. 355.

21. Чичерин, Б.Н. Политические мыслители... — С. 384.

22. Там же. С. 385.

23. Там же. С. 400.

24. Там же. С. 401.

25. Чичерин, Б.Н. История политических учений... — 364.

С.

словом, все сводится к золотой сере- Поступила в редакцию 23 июля 2009 г.

Миронов Евгений Владимирович родился в 1944 году. В 1972 году окончил философский факультет УрГУ по специальности «Философия», обучался в философской аспирантуре МГУ. В 1984 году защитил диссертацию по теме «Гносеологические и социальные функции научной теории» по специальности «Философия». С 1991 года работает на кафедре социологии ЮУрГУ. Заведующий кафедрой. Автор 2 монографий и более 35 статей, посвященных творчеству Б.Н. Чичерина.

Mironov Evgeny Vladimirovich was born in 1944. In 1972 has ended philosophical faculty of the Ural state university in Ekaterinburg on a speciality «Philosophy», it was trained in philosophical postgraduate study of the Moscow State University. In 1984 has defended the dissertation on the theme «Gnoseological and social functions of the scientific theory» on a speciality «Philosophy». Since 1991 works on chair of sociology of the South Ural state university. Managing chair. The author of 2 monographies and more than 35 articles devoted to creativity of B.N. Tchitcherin.