7. Гуреева М.В. Соотношение общей и частной темы в научном тексте // Стилистические стратегии текстообразования. М., 1992. С. 30-32.

8. Грушевская Т.М. Политический текст французской буржуазной прессы // Функционирование языка как средства идеологического воздействия. Краснодар, 1988. С. 57-61.

9. Васильева A.B. Общие дефиниционно-таксономические характеристики эмоционально-оценочных прилагательных // Лексико-стилистические и грамматические исследования английского языка. Калинин, 1971. С. 15.

10. Oxford Advanced Learner’s Dictionary of Current English. - 6th edition. Oxford University Press, 2004. 1540 p.

11. Николаева M.H. Средства отрицания и формирование оценки в журнальной статье общественно-политического характера // Стилистические стратегии текстообразования. М., 1992. С. 96-102.

12. People’s Daily. - 2004. - October 7. - http:// english.peopledaily.com.cn (последнее посещение сайта 22.05.2005).

A. V Borisova, L.I. Zamorschikova

Dynamics of neutral countries media attitude towards the position of USA in the American-Iraqi conflict

The article is intended to research the dynamics and systematic manifestation of the emotional and evaluative attitude of mass media towards the position of USA in the American-Iraqi conflict. The media of non-participating countries were taken into consideration within the period of2004-2005. An attempt is made to identify the ways of creating evaluation at the subject matter level, language level and structural and compositional levels of a newspaper text, as well as to follow the development of the evaluative attitude within the given period of time.

УДК 82.0 (571.56)

П.В. Максимова, С. И. Ефремова

ВЗАИМОСВЯЗЬ ГЛАВ И ЧАСТЕЙ В РОМАНЕ Н.Е. МОРДИНОВА «ВЕСЕННЯЯ ПОРА» КАК ПОКАЗАТЕЛЬ КОМПОЗИЦИОННОЙ СТРУКТУРЫ ПРОИЗВЕДЕНИЯ

В статье рассматривается современная интересная проблема теоретического плана на материале классического романа якутской литературы. Новым словом для якутского литературоведения является исследование вопросов композиции эпического произведения на основе выявления элементов паратекста и анализа сильных позиций художественного текста как заглавия глав и частей (подглав). В этом плане особый интерес привлекает сравнительное сопоставление двух редакций романа «Весенняя пора».

Как известно, художественным первоэлементом произведения является заглавие. По современной теории художественного текста заголовок произведения выполняет, главным образом, две функции: выступает интертекстуальной основой большого текста и осуществляет живую внутритекстовую связь частей и блоков произведения как художественной целостности [1, с. 93]. Что касается романа Н.Е. Мординова «Весенняя пора» [2], в частности, его заголовка - он и сегодня представляет живой интерес. Интертекстуальная функция «Весенней поры» вместе с именем автора Амма Аччыгыйа в истории якутской литературы осуществляется в процессе изучения классических памятников словесности всего XX века.

Являясь индексальным знаком, это название указывает на конкретный текст-ориентир, от которого берут свое творческое начало почти все последующие произведения и тем самым равняют заголовок «Весенняя пора» куль-

турному символу, определяющему генетические истоки эпической прозы в якутской литературе. Внутритекстовая функция заключается в метафорическом определении авторского замысла, авторской идеи, сконцентрированной в виде кодовой информации о содержании художественного текста. Безусловно, в первую очередь, заглавия заключают в себе код для осмысления интерпретации романа. В этой связи необходимо подчеркнуть важность интересующего нас вопроса для понимания общей идеи произведения и концепции личности автора.

В данном обращении к теории «аукториального паратекста» наша локальная задача состоит в том, чтобы наметить те текстовые категории, которые актуализирует заголовок романа «Весенняя пора». В этом плане вопрос о выполняемых заголовком нескольких важных внутритекстовых художественных функциях, которые, в свою очередь, «работают» на усиление его интертекстового значе-

ния, является одной из интересных сторон изучения наследия Н.Е. Мординова.

Безусловно, как пишет З.Д. Блисковский, «заголовок - это первое слово автора к его заочной беседе с читателями. С названия начинается путь книги к уму и сердцу человеческому» [3, с. 10]. Так и здесь заголовок «Весенняя пора» вполне имеет возможность предоставить сведения о содержании романа. При этом название романа актуализирует категории связности и ретроспекции. Это объясняется тем, что данное название, с которого начинается чтение, действительно, оказывается «рамочным знаком», требующим возвращения к себе, логически связывая, таким образом, конец и начало произведения. Речь идет об особенностях художественного мышления, об эстетике писателя и о роли ассоциативности.

У Н.Е. Мординова в обеих редакциях книги при выборе названия романа ставка делается на опорные точки композиции. В этом плане первостепенная важность названия «Весенней поры» в том, что оно читателя, впервые взявшего в руки данную книгу, уже способно «вести» по страницам романа, дав ему возможность создать для себя некую модель программы декодирования. Данная теория фокализации по поводу названия романа, в первую очередь, тесно связана с индивидуальным стилем Н.Е. Мординова, который и способен дать ответ на возникший закономерный вопрос: в чем же все-таки кроется композиционная связь между названием и проблематикой, идейным миром произведения?

Читатель, обративший свое внимание на название книги «Весенняя пора», уже в первых страницах романа инстинктивно ищет ключ к пониманию содержания. Но в данном случае, вопреки его ожиданиям, два глобальных события романа (появление на свет братишки Никитки Алексея и отел коровы Чернушки), которых читатель застает в самом начале произведения, происходят в зимнее время, о чем свидетельствует языковое оформление текста, обогащенное художественными средствами композиции. Например, в двух фрагментах содержания произведения, где речь идет о вышеупомянутых событиях и о необъяснимом поступке старика Молоха-Легляра, отчаявшегося от услышанной печальной вести о смерти Егор-дана, колебания читателя по поводу времени года, в котором происходят указанные действия, основываются на извлеченных из текста конкретных деталях. Например, рубленое дедом Молохом-Легляром мясо оказалось всем зимним запасом Легляриных. А события, с которых начинается осмысление текста, в понимании читателя происходят незадолго до вышеприведенного случая, значит -тоже зимой. Центральная идея романа - весенняя пора якутского народа - в сознании читателя впервые раскрывается в эпизоде возвращения Егордана. И это происходит именно весной:

«Î iôîi nààhûàSû aèèS êèÿhÿ oëàôài |J3S|J|J aoîëëa. Np3aÿS Âÿhèÿëÿéÿï aôûi ôàiià^ûôà 3ëapô, ËÿàëÿÿQ oîëa ôûûiiààô php» [4, n. 8], («iî çai âSç, îêàçûâàâô-

пу \а АаТбааГ, а аббаТе ааа\уё ед ТаТд'а. 1 а\'аёТ аиуп-ГеёТпи уоТ ёе0и ба\\ае аапме») [5, п. 7].

Логика приведенного нами отрывка из текста в том, что заголовок «Весенняя пора» - это время года, в котором происходят главные начальные события романа. В целом, конкретное воплощение реального названия «Весенней поры» читатель обнаруживает в конце процесса расшифровки всего текста произведения - Никита Легля-рин уезжает учиться в Москву, в его лице начинается весна якутского народа. Следовательно, можно предположить, что указанный выше индивидуальный стиль Мординова и система доминанты этого стиля при выборе названия доказывают свою функциональную необходимость. И в этом контексте заголовок романа - это, безусловно, элемент художественной идеи произведения, отражающий эстетический подтекст, заложенный в основу авторской интерпретации.

Данная проблема рассматривается литературоведами Н.Е. Васильевой, В.Б. Окороковой в их исследовании роли заглавия художественного текста [6]. Ссылаясь на труд 3. Д. Блисковского, они поднимают проблему о необходимости изучения названий художественных произведений якутских писателей. Как известно, в якутском литературоведении нет специально разработанных исследований значения заглавия, кроме статьи Е.В. Федорова [7, с. 73100]. Указывая на определенные сложности, связанные с подбором названия к произведению, Н.Е. Васильева, В.Б. Окорокова пишут, что Н.Е. Мординов-Амма Аччы-гыйа «признавался, что самый тяжелый труц - это найти произведению заглавие. Удачно выбранное заглавие произведения остается в истории литературы как момент, который говорит о многом. «Весенней порой» Амма Аччы-гыйа показал преобразование жизни человека.

Далее В.Б. Окорокова подчеркивает, что роман Амма Аччыгыйа «Весенняя пора» - произведение, которое близко к сердцу каждого якута, это - наша гордость, наша един -ственная эпопея, энциклопедия. И название ее весьма символично. Ведь прекрасна весна Якутии. После долгих девяти месяцев зимы, когда от сильного мороза ломаются даже сучья, все вокруг расцветает, приходит в движение. Все видоизменяется. Матушка земля, которая находилась под покровом плотного снега, постепенно оживает. Перемена происходит и в человеческой жизни - наступает новая радость, новое счастье [6, с. 4-7].

Таким образом, в романе «Весенняя пора» весна действительно, выступает основным фрагментом метатекста и является одним из важных связующих элементов в композиционной структуре романа. Метатекст, по определению Н.К. Рябцевой, - это своего рода коммуникативный «дейксис», указывающий на тему сообщения, организацию текста, его структурность и связность» [8, с. 90]. С этой точки зрения в романе «Весенняя пора» весна как время года определяет особые моменты жизни главного героя, подчеркивая тем самым этапы его духовного роста. Например, показательны следующие картины сюже-

та: именно весной во время пахоты, когда работает погонщиком вола у Луки Губастого, Никита совершает свое первое серьезное открытое противостояние. Выросший в среде, где ценятся чувство собственного достоинства и свобода, Никита не терпит притеснений и издевательств. Поэтому он убегает от байской кабалы Веселовых, что подтверждает его нарастающую внутреннюю независимость (первая редакция, глава II, часть V; то же самое -вторая редакция, глава II, часть III). В первой редакции романа именно весной обнаруживается у молодого учителя Леглярина тяга к сочинительству стихов. В обеих редакциях романа счастливую, полноценную жизнь студента педтехникума Никиты Леглярина отражают одинаковые по содержанию описания весенних субботников по строительству плотины. «Эстетика Н.Е. Мординова-Амма Аччыгыйа народоцентрична» [9]. Именно этот ракурс отражения действительности, основанный на «принципах родового сознания», способствует хронологической упорядоченности частей романа, которые в целом представляют авторскую картину мира, отражающую закономерности и объективной жизни. Исследователь творчества писателя В.М. Переверзин делает убедительное заключение о «поливалентности эстетической системы Н.Е. Мординова». Он подчеркивает, что роман «Весенняя пора» пронизан «особым пониманием жизни, которая видится художнику как неразложимость исходных начал - святости самого бытия, уважения к общечеловеческим ценностям, свободе, близости человека и природы, осознания всех явлений социума через исторические действия народа» [10, с. 87].

Своеобразие композиции романа Н.Е. Мординова в рамках указанной темы можно представить в виде анализа степени взаимной соотнесенности глав и частей произведения как активных компонентов художественного целого. При этом обращаемся к обеим редакциям классического романа якутской литературы.

Вторая редакция романа «Весенняя пора», как и первая, состоит из пяти глав, включающих в свой состав от шести до девяти частей. Но части, как подразделы главы, за счет существенного расширения содержания во второй редакции в трех главах значительно увеличены. Например, в первую главу добавлено пять частей (итого 9), во вторую - одна часть (итого 8), в четвертую - три части (итого 8). Третья глава обеих редакций состоит из семи частей. В четвертую главу добавляется три части. Разница наблюдается и в заключительной пятой главе обеих редакций. В интересах целостности содержания романа вторую часть «Тобохтор» («Охвостье») данной главы первой редакции во второй редакции автор переносит в четвертую главу. Таким образом, композиция романа во второй редакции претерпевает коррекцию. Здесь можно привести заключение Г.К. Боескорова о том, что особую трудность Н.Е. Мординов испытал при композиционном оформлении структуры своего романа: «Трудность этой задачи обусловлена особой широтой тематического диапазо-

на произведения, охватывающего значительный исторический отрезок времени, исключительным обилием описываемых фактов и событий народной жизни, огромной численностью выведенных персонажей и крайней сложностью их взаимоотношений. Умелое расчленение произведения крупной жанровой формы на главы и подгла-вы (части) - один из основных критериев выдержанности его композиции» [11, с. 172].

Во вторую редакцию Н.Е. Мординов добавляет 9 новых подглав (частей), четыре части третьей главы во второй редакции объединяет в одну часть, перестановку в последовательности частей осуществляет в девяти случаях. В итоге получается, что все 30 частей первой редакции полностью сохраняются и естественно расширяются в 38 частях второй редакции. Таким образом, динамика изменений количества частей романа во второй редакции при сохранении количества глав первой редакции показывает, что в процессе создания второй редакции произведения данный пласт работы стоил для писателя многих усилий. Прежде всего, об этом говорят характер, система изменений названий глав и частей (схема).

«Склад событий», «расположение», «сплетение» - эти ключевые позиции из терминологии Аристотеля современный исследователь Л.Г. Кайда равняет первым страницам теории композиции. Она подчеркивает, что «средства создания экспрессивной композиции» обуславливаются спецификой конкретных жанров [12, с. 7].

Относительно художественного своеобразия композиции эпических жанров O.A. Мельничук заключает следующее: «В последнее время под композицией все чаще понимается все построение художественного произведения, определенная система средств раскрытия, организация образов, их связей и отношений, характеризующих жизненный процесс, показанный в произведении. Композиция подчиняется элементам плана содержания...» [13, с. 89]. Особое внимание при этом она обращает на художественные функции заголовка, который как сильная позиция текста устанавливает контакт с читателем.

На наш взгляд, все названия глав для восприятия читателя несложны: «Eüöä ääeä±ä22ä» («В маленькой юрте»), «Эрэйдээх ыллыгынан» («Тропа испытаний»), «Улахан уларыйыылар» («Большие перемены»), «ЁрбусюуИёё» («Борьба»), «NöTe ö3öä|Jäyö» («На широкую дорогу». В дословном переводе: «В начале дороги»). В первой главе «Ёйба ääeä±ä2 2ä» («В маленькой юрте») изображается начальный пласт жизни главного героя в кругу своих близких - обитателей маленького балагана Легляриных. Читатель уделяет особое внимание на последних двух частях главы: «Оноруу» («Судьба»), «Тым-тык уота» («Свет лучины»). На первый взгляд, название «Оноруу» («Судьба») - это абстрактное понятие. Однако если обитателями маленькой юрты являются родные и близкие главного героя Никиты, то речь непременно должна идти о судьбах этих людей, об их жизненной участи. А заключительная часть главы «Тымтыкуота» («Свет лу-

Схема

Взаимосвязь глав и частей двух редакций романа Н.Е. Мординова «Весенняя пора»

чины») - это повествование о трагической судьбе молодой якутской женщины. Теперь, возвращаясь к названию самой главы, ее смысловому аспекту, следует обратить внимание на такой факт: из расшифровки всего текста произведения явствует, что в двух начальных главах романа автор доступно, точно, с применением всех языковых и композиционных средств воспроизводит картину трудной жизни: нелегкие будни и страдания бедной семьи. В этом случае автономная в определенной степени идея девятой части может быть воспринята опосредствованным представлением автора о возможной участи если не всех, то многих бесправных по бедности людей дореволюционной Якутии. Отсюда композиция частей главы о «маленькой юрте», которая напоминает легкую «копну из полыни» по сравнению с домом Веселовых, напоминающим «громадный стог сена», представлена своеобразной начальной точкой повествования, пока почти не заметной, но яркой тем, что в ней растет Никита, воспитываемый чистой любовью родителей и мудрыми притчами бабушки Дарьи. Он не должен погаснуть, как «свет лучины», он должен преодолеть «тропу испытаний» и чем дальше, тем увереннее идти по дороге жизни. В этом ракурсе заключительная часть первой главы выполняет художественную функцию «мостика» ко второй главе, являющейся кульминационной в хронотопе родного дома, что в дальнейшем повествовании о становлении Никиты Леглярина естественно перерастает в хронотоп дороги.

Вторая глава «Эрэйдээх ыллыгынан» («Тропа испытаний») - это действительно самая волнительная, порой даже горькая страница жизни главного героя и его близких. В этой главе читатель наблюдает, как бедная семья Легляриных едва терпит целую вереницу неудач и притеснений со стороны богатых. Читатель восхищается их природной способностью выдержать все немыслимые перипетии, с честью и достоинством выходя из трудного положения. Заключительная часть этой главы «Ае1аё±-аТ» («Тревога») приводит читателя к третьей главе «Ула-хан уларыйыылар» («Большие перемены»), где обстановка во внутреннем мире, дыхании романа изменяется в более позитивную сторону. Герой романа, вращаясь среди разного контингента людей, постепенно растет, морально и физически крепнет. Об оптимистическом прогнозе ожидания хороших перемен говорят части этой главы «Дьоллоох Дьокуускай куорат» («Счастливый город Якутск»), «1\1а2а аТ ±ТооТб» («Новые друзья»). В этом цик-ле романа часть «Аанчык барахсан» («Милая Анчик») пронизана мотивом грустного комизма, который использовал автор, чтобы выявить серьезность смысла повествования, отталкиваясь от обратного. Это обнаруживается в конце декодирования данной главы героя, выступает связующим звеном третьей и четвертой глав, являющихся «носителями» эпопейного начала романа «Весенняя пора».

В первой редакции романа, четвертая глава имеет нейтральное по смыслу название «Сир» («Земля»). Во второй редакции эта глава под названием «ЁрбуооуИёё»

(«Борьба») в смысловом понятии конкретизируется и более расширяется. Название дает прогноз быстрой динамики развития событий, уточняя идейную логику авторского замысла. Обратив внимание на заголовок главы, читатель «ожидает», что все действия, обрисованные в первых главах романа должны влиться, дорасти до настоящей борьбы именно здесь. Н.Е. Мординов при выборе названия этой главы сумел дать читателю углубленное представление о философском понятии слова «борьба». Во всех восьми частях данной главы разные персонажи по-разному взаимодействуют с какой-нибудь определенной категорией людей, вступают с ними в споры, состязания, терпят поражения, побеждают. Например, именно в этой главе в первой части приходит Егордану прозрение, во второй части состоится словесная перепалка между Эрдялиром и богачкой Маврой. В третьей части, казалось бы, вечно «человек вне списка» сын Туу старик Николай наконец приобретает землю, в четвертой части «Интернат» главный герой романа Никита Леглярин впервые по-настоящему распознает на себе сначала чувство победы, а потом поражения, затем - поражения и победы. Остальные четыре части данной главы полностью посвящаются описанию гражданской войны в Якутии.

Последняя пятая глава романа, названная «Ёёу2 по-Тёаа» («На широкую дорогу»), представляет смысловой контраст начала и концовки произведения. Сравним: «Ёиба ааёа±а22а» («В маленькой юрте») и «1\1оТё о3барауб» («На широкую дорогу»). Смысл названия пятой главы «1\1оТё озбарауб», переведенное А.Н. Дмитриевой и Л.Ф. Корниловой как «На широкую дорогу», обозначает простор, будущность, большие возможности. Таким образом, следуя по логике выбора Н.Е. Мординова, можно предположить, что начальная и заключительные главы вместе создают общую картину, сложный процесс становления главного героя романа Никиты Леглярина, изображенного по нарастающей. Поэтому система названий глав романа второй редакции полностью актуализирует свой смысл, свое функционирование.

Во второй редакции Н.Е. Мординов полностью сохраняет структуру романа. Но при внешнем сходстве струк -туры с первой редакцией романа имеются определенные различия. Главное из них, очевидно, состоит в том, что во вторую редакцию романа внесено одиннадцать новых наименований - новых частей. Например, «Нуучча биэс-сэрэ» («Русский фельдшер») - это первая новая часть второй редакции, которая основана на сюжетной линии второй части первой главы первой редакции. В первой главе «Ёиба ааёа±а22 а» («в маленькой юрте») совершенно новыми в идейно-художественном плане представлены части «Кэргэн кэпсэтии» («Сватовство») и «Оноруу» («Судьба»). Но в «Оноруу» («Судьбе») числится эпизод, который позаимствован из части « 1зппрерзт» («Пансион») первой редакции. Во вторую главу «Эрэйдээх ыллыгынан» («Тропа испытаний») добавлены две новые части: «БырааЪынньык» («Праздник») и «Ауеу ааёа±аТ а» («На

новом месте»), у которых, кроме одного, двух событий, сюжетные линии тоже новые. Например, в «БырааЪынньык» («Празднике») значительным сюжетным действием выступает женитьба Эрдялира на Агафье. В эту часть включен эпизод, повествующий об уходе из жизни старушки-сказочницы Дарьи. В первой редакции Эрдялир о женитьбе во второй части первой главы, а о смерти Дарьи Никитка вспоминает в части « 1зппрерзт» («Пансион»). Третья глава второй редакции «Улахан ула-рыйыылар» («Большие перемены») значительна тем, что здесь четыре новые части «Дьоллоох Дьокуускай куорат», «1\1а2а аТ±ТооТб», «Озггрр», «Бэйэ дьоно уонна туора дьон» («Счастливый городЯкутск», «Новые друзья», «Возвращение», «Свои и чужие») с совершенно новыми сюжетными линиями, локальная задача которых заключается в показе широкомасштабности народных волнений накануне Февральской революции и освещении роли русского народа в преобразованиях якутского общества. В четвертой главе « ЁрбуооуИёё» («Борьба») добавлены две части «КыЬыл куоракка», «Кыайыы» («В красный Якутск», «Победа»). В пятой главе новых частей нет, три части «Дьулуурутуппутунан», «А±а оаааабип» «Ёёу2 по-Тёаа» («Мечты сбываются», «Старший товарищ», «На широкую дорогу») подверглись переименованию. Здесь следует обратить внимание на следующий факт: «В начале дороги» - название главы - в заключительной части «перерастает» на «широкую дорогу» (название последней части пятой главы). Тем самым в самих формулировках названий автор представляет динамику развития главной идеи романа.

Таким образом, все различия в названиях и количествах частей между первой и второй редакциями объясняются только одной возможной причиной: здесь изменения введены не только сугубо идейно-тематического содержания, проблематики романа. Прежде всего, указанные нами различия выражают личную концепцию автора, представившего в истории якутской литературы худо-

жественный пример жанровой субъекгивации в классической форме романа. На наш взгляд, благодаря внесенным изменениям в названиях глав, в количествах и названиях частей, уточнена авторская стратегическая интенция, которая способствует максимальному сотрудничеству с читателем. Во второй редакции подобная схема членения романа на главы и части такого плана дает возможность читателю получить полную информацию о содержании художественного произведения.

Литература

1. Лукин В.А. Художественный текст. Основы лингвистической теории. Аналитический минимум. М.: Изд-во «Ось-89». 560 с.

2. Амма Аччыгыйа. Весенняя пора: Роман. Первая редакция. Якутск: Бичик, 1994. 360 с.

3. Блисковский З.Д. Муки заголовка. М.: Изд-во «Книга», 1972. 157 с.

4. Амма Аччыгыйа. Весенняя пора: Роман. Вторая редакция. Якутск: Книжн. изд-во, 1982. 752 с.

5. Мординов Н.Е. Весенняя пора. Роман. Авториз. перев. с якут. А.Н. Дмитриевой и Л.Ф. Корниловой. М.: Сов. Россия, 1978. 544 с.

6. Окорокова В.Б., Васильева Н.Е. Айымньы аатын уус-уран суолтата. Якутск: Изд-во «Октаэдр», 2005. 88 с.

7. Федоров Е.В. ÄüT±önöaT пёу00убуТ. Якутск: Книж. изд-во, 1984. 116 с.

8. Рябцева Н.К. Коммуникативный модус и метаречь // Логический анализ языка. Вып. 7. Язык речевых действий. М.: Наука, 1994. 82-92 с.

9. Переверзин В.М. Живая память Николая Мординова // Республика Саха. 1996. 2 марта.

10. Переверзин В.М. Грани художественной правды. Страницы большой прозы XX века. Якутск: Изд-во ИПКРО, 1997. 104 с.

11. Боескоров Г.К. Мастерство Н.Е. Мординова. Якутск: Кн. изд-во, 1973. 237 с.

12. Кайда Л.Г. Композиционный анализ художественного текста. М.: Флинта, 2000. 152 с.

13. Мелъничук O.A. Повествование от первого лица. Интерпретация текста. М.: Изд-во Моск. ун-та, 2002. 208 с.

PV Maxsimova, S.I. Efremova

Correlation of the chapters and parts of novel “Summer time” writting by N.E. Mordinov as a index of composition structure work

In this article considering actual and interesting problem (in theoretic plane) on a material of the classic novel of yakut literature. This is a new word to yakut literature that investigation of the questions of composition epical word on the basis revealing elements of paratext and analysis of more strong position s of artistic chapter s and parts (minichapters). In this plane special interest attracts a comparative comparison of two wording of the novel “Summer time”.