ФИЛОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ ►►►►►

эмоционально-экспрессивную окраску, возникают на периферии, т. е. в разговорной речи, но со временем могут войти в литературный язык.

В русском языке существуют и другие словообразовательные модели данного словообразовательного подтипа, например, наименования, в которых в качестве мотивирующей основы выступают названия фирм, компаний, где человек работает: айбиэмщик - тот, кто работает в фирме IBM, террщик - тот, кто работает на теле- радиокомпании Терра.

Зачастую возникают синонимичные наименования от той же основы при помощи иного суффикса, например: кооператор - кооперторщик, рекламист -рекламщик, ньювейвовец - ньювейвщик и др. Подобные лексемы носят сниженный, разговорный характер.

Итак, понятийно-словообразовательный тип семантическая структура которого строится по формуле «тот, кто производит действие» делится в зависимости от частеречной принадлежности мотивирующего слова на 2 подтипа: 1) производители действия, у которых мотивирующей основой являются глаголы и отглагольные имена существительные на -к/а/, -ение, -0 и которые реализуются в словообразовательных моделях «основа глагола + суффикс -щик» и «основа отглагольного существительного + -щик»; 2) субъекта деятельности с именем существительным и прилагательным в качестве мотивирующей основы - «основа

существительного + -щик» и «основа прилагательного + -щик». Номинации данных подтипов отличаются друг от друга не только словообразовательными моделями, но их семантической наполняемостью. Отглагольные наименования производителя действия часто содержат не выраженный материально компонент значения, предполагающий наличие в сознании говорящих определенной экстралингвистической информации. Наименования субъекта деятельности с отыменной производящей основой способны передавать более широкий спектр значений и оказываются в современном русском языке наиболее активными в обозначении деятелей по профессии, взглядам и пристрастиям, по месту деятельности.

список литературы

1. Апресян Ю. Д. Лексическая семантика. Синонимические средства языка. М., 1974. С. 132.

2. Арутюнова Н. Д. К проблеме функциональных типов лексического значения. М., 1980. С. 203.

3. Винокур Г. О. Заметки по русскому словообразованию. М., 1959. С. 440.

4. Катлинская Л. П. Живые способы создания русских слов. М., 1995. 210 с.

5. Протченко И. Ф. Лексика и словообразование русского языка советской эпохи: Социолингвистический аспект / под ред. Г. В. Степанова. М., 1975. С. 272.

УДК 347.781:008

роман в. набокова «дар» как феномен межкультурной диффузии

е. п. ШИНЬЕВ

Пензенский государственный педагогический университет им. В. Г. Белинского кафедра мировой и отечественной культуры

В статье рассматривается проблема жанра романа В. Набокова «Дар», выявление которого невозможно без обращения к литературной генеалогии романа. Автор статьи отмечает мотивно-тематическую и жанрово-гибридную структуру романа, указывает на переклички произведения с большим корпусом литературных текстов. Такая интерпретация романа выходит за рамки литературоведческого анализа и предполагает значительное культурологическое осмысление.

Роман В. Набокова «Дар» (1937-1938 г.) - это постоянная игра-перекличка с большим корпусом мировой литературы. Литературные и культурные коннотации «Дара» выполняют тройственную функцию. Федор, главный герой романа, является во многом носителем идейно-культурных установок самого писателя. Во-первых, Федор открыто нападает на иных знаменательнейших писателей и их знаменательней-шие произведения, что составляет фон, на котором отчетливо проявляются его собственные эстетические положения. Во-вторых, возвышая отдельные стороны русского литературного наследия, Федор тем самым бросает свет и на специфические особенности собственной эстетики. И, в-третьих, читателю приходится разгадывать многочисленные литературные ссылки, спрятанные в тексте.

Структура романа «Дар» чрезвычайно сложна. Исследователи выявляют множество «внутренних» текстов, размещенных друг в друге по принципу матрешки.

Однако, несмотря на текстовую мозаику, повествование отличается органическим единством. По словам Н. Букс, «оппозиционные структурные качества романа, в частности «гомогенность» / «фрагментарность» обусловлены его жанровой природой» [2].

Пародийное отражение романтического сознания, воспринимающего смерть как обязательное условие трансформации судьбы в литературный сюжет, как условие, переводящее личность в статус романного героя, реализуется в «Даре» благодаря жанру романной биографии. Другим объектом пародийного жанра является биографический роман, где вымысел манифестируется как документальность, а литературная игра приобретает категорию исторического факта.

По словам М. Липовецкого, ««Дар» может быть прочитан как метароманное обобщение всей русской прозы Набокова» [7]. Категория «метапроза», как правило, встречается в исследованиях, посвященных послевоенному модернизму и постмодернизму. Немецкий