ИЗВЕСТИЯ

ПЕНЗЕНСКОГО ГОСУДАРСТВЕННОГО ПЕДАГОГИЧЕСКОГО УНИВЕРСИТЕТА имени В. Г. БЕЛИНСКОГО ГУМАНИТАРНЫЕ НАУКИ № 11 (15) 2009

IZVESTIA

PENZENSKOGO GOSUDARSTVENNOGO PEDAGOGICHESKOGO UNIVERSITETA imeni V. G. BELINSKOGO HUMANITIES № 11 (15) 2009

УДК 002.703

ПУБЛИЦИСТИЧНОСТЬ ЖУРНАЛЬНЫХ СТАТЕЙ В. Г. БЕЛИНСКОГО

40-х ГОДОВ XIX ВЕКА

© н. А. ШИБЛЕВА

Пензенский государственный педагогический университет им. В. Г. Белинского

кафедра журналистики e-mail: nasсh5@ramЫer.ш

Шиблева Н. А. Публицистичность журнальных статей В. Г. Белинского 40-х годов XIX века // Известия ПГПУ им. В. Г. Белинского. 2009. № 11 (15). С. 76-79. - В данной статье рассматриваются основные особенности работ В. Г. Белинского, относящихся к 40-м годам XIX в. Автор проводит детальный анализ двух статей Белинского, опубликованных в журнале «Отечественные записки» в 1844, 1845 годах, и отмечает, что главные черты статей -многоплановость, ориентированность на широкую читательскую аудиторию. Автор приходит к выводу, что в статьях данного периода В. Г. Белинский предстаёт перед нами не только как литературный критик, но и как журналист, публицист.

Ключевые слова: Белинский, статья, журнал, Пушкин, общество

Shibleva N. A. Public burning issues in V. G. Belinskiyrs journals articles of 40-s years XIX century // Izv. Penz. gos. univ. imeni V. G. Belinskogo. 2009. № 11 (15). P. 76-79. - This article is about features of V. G. Belinskiyrs works in 40-s years XIX century. The author pursues the detail analysis of two Belinskiyrs articles, which was publishing in magazine «Otechestvenniye zapiski» in 1844, 1845 years. The author stresses that main traits of these articles are manyaspectness and adressness to mass audience. He arrives at a conclusion, that in articles Belinskiy as a critic as a journalist, publicfigure. Keywords: Belinskij, article, journal, Pushkin, society.

В 40-е годы XIX века журналистика играла ведущую роль в распространении передовых идей и В. Г. Белинский, чьи работы выходили на страницах периодики, не ограничивался литературно-критическим анализом художественных произведений. Перейдя от литературной критики к критике литературно-публицистической, он с всё большим воодушевлением затрагивал в журнальных статьях, причём, казалось бы, посвящённых только анализу литературных призведений, волнующие современников общественные темы.

Сосредоточим наше внимание на двух главах из цикла статей «Сочинения Александра Пушкина», вышедших в журнале «Отечественные записки» в 1844 и 1845 годах и посвящённых роману, или, как называл его В. Г. Белинский, поэме «Евгений Онегин».

С первых строк статьи В. Г. Белинский предстаёт перед нами не только как критик, но и как публицист, взволнованно и бережно приступающий к рассмотрению «такой» поэмы, как «Евгений Онегин», готовый горячо отстаивать это «в высшей степени художественное», «историческое» произведение перед лицом «отвлечённой и односторонней критики», не понимавшей новаторства поэта, оригинальности произведения, готовый объяснять «публике» истинный смысл и значение романа [1: 495-496].

Понимание «огромного исторического и общественного значения» романа определило цель Белинского в этих статьях - «раскрыть по возможности отношение поэмы к обществу, которое она изображает» [1: 559].

Статьи о романе явились своего рода ответом на критику «Евгения Онегина», развёрнутую, прежде всего, в журналах «Москвитянин» и «Маяк». Современники видели в произведении лишь ряд разрозненных картин, не связанных какой-либо мыслью, обвиняли А. С. Пушкина в подражательности, в том, что он взялся не за своё дело. В. Г. Белинский, напротив, дал высокую оценку роману, охарактеризовав его как «первое... национально-художественное произведение» [1: 504], как «русский роман, в высшей степени оригинальное и национально-русское произведение» [1: 505].

Причину непонимания самобытности романа современниками В. Г. Белинский видит в поверхностном его прочтении, в неразличении формы и сущности.

Форма и сущность - одно из главных противопоставлений в анализируемых статьях, лежащее в основе развёрнутой антитезы и служащее выражению их главной мысли.

По мысли В. Г. Белинского, «форма» относится к «сущности» так же, как «простонародность» к «на-

родности» [1: 507], правда, истина ко лжи, заблуждению. Неслучаен ряд контекстуально антонимичных понятий: с одной стороны, «странное», «престранное», «неосновательное», «сермяжно-лапотное мнение», «простонародность» (псевдонародность), а с другой стороны, «здравый смысл», «неумолимая логика», «истинно национальное», или «народность»: «Вследствие этого странного мнения, оглашающего «не русским» всё, что есть в России лучшего и образованнейшего, -вследствие этого лапотно-сермяжного мнения какой-нибудь грубый фарс с мужиками и бабами. есть национально-русское произведение... Нет, и тысячу раз нет! Пора наконец вооружиться против этого мнения всею силою здравого смысла, всею энергиею неумолимой логики! .пора уже отдалиться нам и от этого псев-доромантического направления, которое. вообразило, что истинная национальность скрывается только под зипуном, в курной избе...что между людьми образованными нельзя искать и признаков чего-нибудь похожего на народность» [1: 502-503].

Рассуждая о форме и сущности, В. Г. Белинский продолжает полемику с «самозванными патриотами», «славянолюбами» (так публицист называет славянофилов), затрагивая тему ложного и истинного патриотизма. Истинный патриот, по мнению В. Г. Белинского, не будет бояться потери национальной самобытности от взаимодействия с культурами других народов: «.бедна та народность, которая трепещет за свою самостоятельность при соприкосновении с другою народностью» [1: 500], потому что не манера одеваться, не признаки быта - «зипун, лапти, сивуха и кислая капуста» [1: 499], а дух народа, его душа, «психея», «манера понимать вещи» есть сущность, или «особность» [1: 500; 503], а «от сущности своей отрешиться совсем не так легко, как променять охабень на фрак» [1: 501].

«Особность» народа, воплощённая в произведении, составляет такое его свойство, как народность. Оно, по мнению В. Г. Белинского, отличает лишь несколько произведений того времени, в числе которых «Евгений Онегин» А. С. Пушкина, «Горе от ума» А. С. Грибоедова, «Герой нашего времени» М. Ю. Лермонтова, «Мёртвые души» Н. В. Гоголя. Причём народность и художественность, по Белинскому, - понятия, тесно связанныемеждусобой. Народноепроизведение-значит, художественное произведение, поскольку для создания самобытного произведения «поэту нужно и иметь большой талант и быть национальным в душе» [1: 503].

«Евгений Онегин», по мысли критика, представляет собой квинтэссенцию творчества, личности

А. С. Пушкина: «Здесь вся жизнь, вся душа, вся любовь его; здесь его чувства, понятия, идеалы. Оценить такое произведение - значит оценить самого поэта во всём объёме его творческой деятельности» [1: 495].

Большую заслугу поэта критик видит в обращении к изображению жизни «образованных сословий»: Пушкин нашёл «национальные элементы в жизни, наполовину прикрывшейся прежде чуждыми ей формами» [1: 503]. А потому - приводит читателя к мысли критик -«Евгений Онегин» есть истинно национально-худо-

жественное произведение, а его автор - «истинно национальный поэт» [1: 554], которому удалось создать «энциклопедию русской жизни и в высшей степени народное произведение» [1: 566].

С неравнодушием гражданина, публициста, эмоционально и убедительно В. Г. Белинский показывает сущностные характеристики современного общества, которые раскрываются в образной системе пушкинского романа; в «необходимых отступлениях» опровергает «неосновательные мнения», аргументирует свою мысль по тому или иному насущному вопросу.

Говоря о характере Онегина, В. Г. Белинский рассуждает об истине и лжи, рассматривая их как нравственное и безнравственное соответственно, о добре и зле, о соотношении этих категорий и связи их с личностью и обществом в целом.

Зло, по мнению В. Г. Белинского, «скрывается не в человеке, но в обществе» [1: 530]. Характеризуя Онегина как «одного из лучших представителей сословия»,

В. Г. Белинский обвиняет общество в том, что в нём искажаются понятия о добре и зле, о нравственном и безнравственном, в том, что оно превращает человека, от рождения доброго, справедливого, благородного, в «страдающего эгоиста», «эгоиста поневоле» [1: 522], в том, что силы «богатой натуры» [1: 535], «доброго малого» [1: 521] остаются невостребованными, жизнь -бессмысленной: «Что-нибудь делать можно только в обществе, на основании общественных потребностей, указываемых самою действительностью» [1: 523]. Но, приведя цитату из романа, критик саркастически замечает: «.что бы стал делать Онегин в сообществе с такими прекрасными соседями, в кругу таких милых ближних» [1: 523].

Приступая к анализу характера Татьяны, В. Г. Белинский обращается к общественной теме - теме положения женщины в современном обществе; при этом затрагивает вопросы воспитания, образования, проблему соотношения таких морально-этических категорий, как любовь и долг.

Даже в русском «образованном сословии» женщина, по словам публициста, «ровно никакой роли не играет» [1: 536]: «У нас «прекрасный пол» существует только в романах, повестях, драмах и элегиях. Русская девушка - не женщина в европейском смысле этого слова, не человек: она не что другое, как невеста...» [1: 538]. При этом родители не готовят её к «состоянию замужества» [1: 539], не объясняют ей обязанности жены, матери, а учат только «искусству ловить женихов» [1: 538]. А потому для девушки выйти замуж -«значит сделаться барынею: стать хозяйкою - значит повелевать всеми в доме и быть полною госпожою своих поступков», «покупать и тратить, наряжаться и франтить» [1: 541]. Не видит девушка достойных примеров и в окружающей действительности, без которых, по мнению В. Г. Белинского, даже самые лучшие наставления бесполезны и вредны. Выйдя замуж, она становится «вторым экземпляром своей маменьки» [1: 539] и воспитывает своих детей точно так же, как была воспитана сама.

ИЗВЕСТИЯ ПГПУ им. В. Г. Белинского • Гуманитарные науки • № 11 (15) 2009 г.

По рассуждениям В. Г. Белинского, такое положение - следствие принятого в обществе отношения к женщине. «И неужели вы обвините её во всём этом? Какое имеете вы право требовать от неё, чтоб она была не тем, чем сами же вы её сделали? Можете ли вы обвинять даже её родителей? Разве не вы сами сделали из женщины только невесту и жену, и ничего более? Разве когда-нибудь подходили вы к ней бескорыстно, просто, без всяких видов...?» - обращается к современникам с риторическими вопросами публицист и продолжает: «Ваш взгляд на женщину чисто утилитарный, почти коммерческий: она для вас - капитал с процентами, деревня, дом с доходом; если не это, так кухарка, прачка, ключница, нянька...» [1: 541].

«Грустная истина», по словам В. Г. Белинского, состоит в том, что «общество состоит из общих правил, а не из исключений, которые всего чаще бывают болезненными наростами на теле общества» [1: 541]. В качестве подтверждения этого суждения публицист даёт характеристику такого «нравственно увечного явления» как «идеальные натуры», в которых «нет ничего живого, истинного, только претензии и идеаль-ничанье». Они презирают всё материальное, живут вычитанными из книг чувствами, считают брак «про-фанациейлюбви» [1: 542, 543]. Стараясь уйти от «пошлой» действительности, они, по словам Белинского, пребывают в «мечтательной пошлости», далёкой от «более или менее человечески разумного существования» [1: 543], поскольку «создаёт человека природа, но развивает и образует его общество» и «самое усилие развиться самостоятельно, вне влияния общества, сообщает человеку какую-то странность, придает ему что-то уродливое» [1: 548].

«Колоссальным исключением в мире подобных явлений» [1: 550] называет В. Г. Белинский Татьяну. Ей, в противоположность заурядным «внутренним натурам», не чуждо «всё простое, истинное, задушевное, страстное» [1: 542].

«Гениальность» её натуры - в естественности, глубине, силе чувства, в цельности характера. «Жизнь женщины, - пишет В. Г. Белинский, - по преимуществу сосредоточена в жизни сердца; любить - значит для неё жить, а жертвовать - значит любить. Для этой роли создала природа Татьяну» [1: 564]. Однако Пушкин вынужден оправдывать свою героиню перед обществом за письмо к Онегину, за то, что она «женщина, а не деревяшка, выточенная по подобию женщины», что «у ней есть сердце, а не пустая яма, прикрытая корсетом» [1: 558]. Публицист обличает «бессознательное общество», живущее далеко не по нравственным законам, но требующее внешнего соблюдения установленных им правил «благоразумной морали».

Всё, что составляет «сущность русской женщины с глубокою натурою, развитою обществом», по мнению Белинского, нашло выражение в объяснении Татьяны -светской дамы с Онегиным. С одной стороны, это «и пламенная страсть, и задушевность простого, искреннего чувства, и чистота и святость наивных движений благородной натуры», а с другой стороны, это «и тщеславие добродетелью, под которую замаскиро-

вана рабская боязнь общественного мнения, и хитрые силлогизмы ума, светскою моралью парализовавшего великодушные движения сердца» [1: 561]. Сущность Татьяны (подчёркивает Белинский в восьмой главе) не изменилась, изменилась лишь форма: «...Свет научил её только искусству владеть собой и серьёзнее смотреть на жизнь. Благодатная натура не гибнет от света, вопреки мнению мещанских философов; для гибели души и сердца и малый свет представляет точно столько же средств, сколько и большой. Вся разница в формах, а не в сущности» [1: 531]. Однако при всём уважении к героине романа, Белинский, верный своим нравственно-просветительским идеалам, не одобряет её решения, видя в нём, к сожалению, лишь страх общественного осуждения. Каковы бы ни были мотивы поступка Татьяны, в её характере, по убеждению критика-публициста, А. С. Пушкину удалось поэтически воспроизвести «тип русской женщины» [1: 564].

Рассуждая о ленском, В. Г. Белинский затрагивает тему современной псевдопоэзии: «Ленские не перевелись и теперь; они только переродились... в них только претензии на великость и страсть марать бумагу. Все они поэты, и стихотворный балласт в журналах доставляется одними ими» [1: 536]. Характер ленского представлялся Белинскому простым и ясным: оторванный от жизни романтик.

Тема литературы, её роли в обществе красной нитью проходит через обе статьи. Отмечая истинно народные, а значит и художественные, произведения, Белинский выступает против подражательной литературы, против далёких от действительности «модных» произведений, против заменяющей подлинную народность «площадной тривияльности» [1: 554]. И делает это потому, что осознаёт, какое значимое влияние литература оказывает на общество: «Повсюду распространяющееся чтение приносит нам величайшую пользу: в нём наше спасение и участь нашей будущности; но в нём же, с другой стороны, и много вреда..» [1: 548].

Следствием «враждебно отдельного существования» жизни и поэзии является «поддельно-поэтическая и в высшей степени болезненная, уродливая действительность» [1: 550]. Именно отсутствие между действительностью и литературой «естественной, живой связи» приводит к появлению «идеальных натур», которые подменяют реальность фантазией, истинные чувства «выписными». людей, избравших «ложное», «книжное направление» жизни, Белинский называет также Дон Кихотами, и среди них «Дон Кихоты любви, науки, литературы, убеждений, славянофильства» [1: 550].

По мысли критика-публициста, неоценимая заслуга и гениальность А. С. Пушкина в том, что он сумел «схватить действительность известного мгновения из жизни общества», воспроизвести в поэтической форме звук одной из струн - национальной - единого инструмента - духа человеческого [1: 500]: «...Гений никогда не упреждает своего времени, но всегда только угадывает его не для всех видимое содержание и смысл» [1: 516].

критик и публицист восхищается мастерством поэта, который мог в нескольких строках выразить и

данность, и в то же время проблему: «В словах няни, простых и народных, без тривияльности и пошлости заключается полная и яркая картина внутренней домашней жизни народа, его взгляд на отношение полов, на любовь, на брак. И это сделано великим поэтом одною чертою, вскользь, мимоходом брошенною!.. Как хороши эти добродушные и простодушные стихи...» [1: 554].

С огромным уважением пишет В. Г. Белинский об А. С. Пушкине, чья «прекрасная», «гуманная», «артистическая» личность отразилась в романе «полно и ярко», «светло и ясно» [1: 495, 565]. Пушкину удалось создать исторический стихотворный роман, оказавший огромное влияние на нравы общества, положивший «прочное основание новой русской поэзии, новой русской литературе» [1: 505]. В. Г. Белинский радуется, видя положительные изменения в сознании современников, и верит в здоровое будущее русского общества: «Она [поэма «Евгений Онегин»] была актом сознания для русского общества, почти первым, но зато каким великим шагом вперёд для него!.. Этот шаг был богатырским размахом, и после него стояние на одном месте сделалось уже невозможным. Пусть идёт время и приводит с собою новые потребности, новые идеи, пусть растёт русское общество и обгоняет «Онегина»:

как бы далеко оно ни ушло, но всегда будет оно любить эту поэму, всегда будет останавливать на ней исполненный любви и благодарности взор...» [1: 566].

Таким образом, статья, посвящённая, казалось бы, исключительно литературному произведению, достаточно многопланова. Эмоционально и, вместе с тем, взвешенно говоря о романе, В. Г. Белинский, помогает аудитории не только понять его суть, характеры героев, место произведения в литературном историческом процессе, но и устанавливает его «отношение к обществу». Избрав в качестве трибуны журнал, критик-публицист полемизирует с идейными противниками, просвещает читателя, показывает отрицательные стороны действительности и лучшие проявления человеческой натуры, намечает для общества пути развития. Его статьи написаны ярко, образно и проникнуты горячим чувством гражданина, публициста, радеющего, прежде всего, за нравственное совершенствование общества.

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

1. Белинский В. Г. Сочинения Александра Пушкина // Собрание сочинений в трёх томах. Т.3. М.: Государственное издательство художественной литературы, 1948. С. 172-640.