Лариса БОРТЭ

ОБРАЗНОЕ ВОПЛОЩЕНИЕ ИДЕИ ЕДИНЕНИЯ В «СЛОВЕ О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ»

«Слово о полку Игореве» - самый значительный памятник древнерусской литературы той эпохи, когда Киевское государство населяла единая восточнославянская народность. Следует подчеркнуть - единая. Ведь, собственно, до XIV века восточные славяне составляли один народ, не разделенный еще на три - русский, украинский, белорусский. Об этом нередко забывают современные исследователи, когда рассматривают древние памятники ХІ-ХІІІ веков, в первую очередь «Слово о полку Игореве» (XII век), как памятники только одной литературы, одного языка, одного народа. Подобный подход противоречит и исторической объективности, и основной идее «Слова о полку Игореве» - единению.

В древнерусских памятниках (в частности, летописях) общее Киевское государство восточных славян именовалось Русью, Русской землей, а народ, его населяющий, - русским, русичами. Древнерусская литература оставила богатое рукописное наследие книжно-церковного, делового, светско-литературного характера. Среди всех древних памятников «силой художественности» [1, с. 33], необыкновенным мастерством отличается «Золотое слово» литературы [2, с.3], рассказывающее о неудачном военном походе, - «Слово о полку Игоре-ве», «неизменно современное» [Л. Дмитриев - 3, с.113]. «Неизменно современным» оно остается потому, что причина его написания, основная идея оказалась актуальной на все последующие времена.

Все крупные исследователи славянских языков занимались анализом этого памятника (свыше 1000 работ посвящено «Слову»), русские писатели и поэты - Н. Карамзин, В. Жуковский, А. Радищев, К. Рылеев, А. Пушкин, Н. Гоголь, А. Майков, А. Блок, И. Бунин, В. Брюсов,

Н. Заболоцкий, А. Югов, А. Чернов, И. Шкляревский - изучали и переводили «Слово о полку Игореве». Памятник переведен не только на современные славянские языки, но на и все европейские, восточные (например, японский). Глубокий интерес к этому произведению вызван ставшей вечной его основной идеей и художественной стороной ее воплощения.

Несмотря на большую исследовательскую литературу о «Слове», целый ряд вопросов остается не раскрытым. К ним относятся проблемы: подлинность памятника, имя автора, «темные места» (разночте-

ния в написании и истолковании), жанр. Так как эти проблемы связаны с идейным и образным содержанием памятника, разъясним нашу позицию.

Памятник был обнаружен А. Мусиным-Пушкиным, историком, археографом, в 90-е годы XVIII века среди рукописей XVI века в СпасоЯрославском монастыре, а издан в 1800 году с привлечением специалистов - Н. Карамзина, А. Малиновского, Н. Бантыш-Каменского. Его опубликование вызвало сенсацию. Некоторые филологи не могли поверить, что такой силы памятник был написан в XII веке (1185 г.). Почти два века велась полемика по этому вопросу. Но несомненные доказательства - цитаты из «Слова» в памятниках последующих веков - XIII, XIV, XV и детальные исследования его языковых особенностей, стилистической специфики в работах филологов-историков последнего времени (труды А. Зализняка) - не оставляют сомнений в его принадлежности XII веку.

Что касается автора «Слова», то, так как большое число древнерусских рукописей анонимно, можно принять утверждение А. Пушкина о том, что в XVIII веке не было такого мощного таланта в литературе, и рассуждения историка Древней Руси Б. Рыбакова, историков литературы А. Орлова, Л. Дмитриева, И. Творогова: неизвестный автор «Слова» принадлежал к окружению киевского князя Святослава и, очевидно, сам был участником похода на половцев. Сверхъоригиналь-ные же мысли о том, что автором памятника был половец, а не славянин (наличие тюркизмов в языке), были доказательно опровергнуты Д. Лихачевым - «Догадки и фантазии в истолковании текста «Слова о полку Игореве» (заблуждения О. Сулейменова) [4].

Памятник написан «сплошным текстом», без разделения на слова, поэтому до сих пор по-разному идентифицируются его языковые единицы: уже в самом начале - «Боянъ... растЬкашется мы-сь-ю по древу» - мысью (белкой, мышью) или мыслию. Но, так как далее образный ряд продолжается - сЬрымъ вълкомъ по земли, шизымъ орломъ подъ облакы»* [3], склоняемся к варианту: не абстрактное существительное «мысль», а наименование зверька не нарушает эстетического предпочтения автора.

Разнообразны позиции исследователей и в отношении жанра. Это поэма, стихотворный текст (упоминание автором древнего певца Боя-на), воинская повесть (рассуждения автора: может, лучше выбрать манеру повествования «по былинамъ сего времени»), светское ораторское произведение (как «Слова» - религиозные памятники древнерусской гимнографии). Считаем обоснованной точку зрения Д. Лихачева: как и всякое талантливое произведение, «Слово» - неопределенного, не традиционного жанра (ср. роман в стихах «Евгений Онегин»,

роман-эпопея «Война и мир»), это книжное произведение, возникшее на основе устного народного творчества [2,4].

Сложности в исследовании «Слова о полку Игореве» вызваны глубоким своеобразием памятника, возвышающегося, как утверждал А.С. Пушкин, над всеми произведениями словесности, памятника, с которого началась восточнославянская художественная литература. На десяти страницах «Слова» изображена вся Русская земля XII века, ее бедствия, раздоры, история, природа. Исторические события представлены с лирической пронзительностью: текутъ плъкы, отворяеши Киеву врата; влъци грозу въсрожатъ; древо с тугою къ земли преклонилось; тресну земля; на тоцЬ животъ кладутъ, вЬютъ душу от тЬла.

В памятнике из 857 полнозначных слов 380 существительных, 145 прилагательных, 298 глаголов [1, с.82]. Это означает, что практически при каждом существительном свой глагол. Необыкновенная динамичность в изображении событий отличает «Слово», в нем все движется - полки, тучи, мысли. Редчайшее чувство языка присуще автору, точен и разнообразен подбор глаголов: струны славу рокотаху, крычать тЬлЬги полунощы; стязи глаголютъ; синии млънии трепещутъ.

Книжно-поэтические языковые средства сливаются с народно-поэтическими.

Риторические фигуры (О Русская землЬ! уже за шеломянемъ еси!), метафоры - аллегории (копие приломити; испити шеломомъ Дону) перемежаются с фольклорными постоянными эпитетами (сЬрыи вълкъ, шизыи орел, зелена трава, сине море, чисто поле, быстра река, острый меч, студена роса, чьрный ворон), метафорами-олицетворениями (въстала обида; нощь стонущи; земля тугою взыдоша; тьма свЬтъ покрыла; прысну море). Природа сочувствует ратникам. Для каждой птицы, каждого зверя (их наличие - народно-поэтическая черта) автор подбирает особое наименование характерного для них действия и при этом ни разу не повторяется: лебедь кычитъ, соловеи ущекоталъ, орлы клектомъ зовуть, дотлы тектомъ путь кажуть, вороны граяхутъ, галици говоряхутъ, сороки трекотоша, лисицы брешутъ, туры рыка-ютъ. Во всех случаях сильно выраженные аллитерации - яркая примета образного повествования.

Можно утверждать: со «Слова о полку Игореве» началась восточнославянская литература. Антитезы - особая изобразительная черта художественных текстов - пронизывают памятник. Здесь поражают те факты, что мысли автора о том, как побеждать, основываются на изображении неудачного похода, как достичь победы - на рассказе о поражении, как добиться свободы - на повествовании о плене, как сохранить веру в будущее - на описании плача Ярославны.

Необыкновенную художественную силу приобретает в памятнике

отмеченная всеми исследователями как основная идея единения. Призывы автора к князьям объединиться, а не враждовать требовали немалого мужества. Более того, автор стыдит князей за междоусобицы, за то, что они изменяют общему делу, предают Русь. Самое главное, он не ограничивается общими призывами к единению, как это представлено в большинстве древнерусских памятников, посвященных описанию военных походов и жизни князей. Автор «Слова» ищет, находит и необыкновенно эмоционально изображает причины бесчисленных княжеских раздоров, междоусобиц, укоряя каждого князя, раскрывая психологические черты характера каждого из них. Игорь и Всеволод ищут «чти и славы»; Олег Гориславич «мечемъ крамому коваше»; Бориса Вячеславича «слава на судъ приведе»; Рюрик и Давыд, их воины «по крови плаваша, рыкаютъ, акы тури»; Осмомысл, князь галицкий, «отворяеши Киеву врата»; внуки Ярослава «понизили стязи свои»; Всеслав «въ ночь влъкомъ рыскаше», от него «часто бЬды страда-ше». Итак, собственные, частные, а не общие, государственные интересы владеют князьями, каждый из них желает прославиться в одиночку, поэтому «про малое» «се великое» «млъвити» не последнюю роль играет их жадность, стремление как можно больше приобрести чужих земель, дани: «рекоста бо братъ брату: «Се мое, а то мое же». Они «сами на себЬ крамолу коваши. А погании съ всЬхъ странъ при-хождаху съ победами на землю Рускую».

Меткие характеристики каждого из князей облекаются в точные, не повторяющиеся слова - изобразительные средства: метафоры, эпитеты, сравнения, иронические, изобличающие приемы, антитезы, оксюмороны.

Все эти языковые и стилистические средства спустя века составят одну из сильнейших эстетических черт творчества великих славянских художников слова.

* Вместо буквы «ять» в тексте используется «Ь»

ЛИТЕРАТУРА

1. Обнорский С.П. Слово о полку Игореве // Избранные работы по русскому языку М., 1960.

2. Лихачев Д. «Слово о полку Игореве» - героический пролог литературы. -Л., 1967.

3. «Слово о полку Игореве». Л., 1985.

4. Лихачев Д. С. «Слово о полку Игореве» и культура его времени. Л., 1975.