УДК 8П.351.43:81’373

ББК 81.603 - 3

С 89

М.М. Султыгова

Звукоподражательные слова в ингушском языке

(Рецензирована)

Аннотация:

В статье характеризуется звукоподражательная лексика ингушского языка с точки зрения функциональной нагрузки, звукового строения и семантики. Представлены основные типы данной категории лексем по структуре, с указанием способов их образования.

Ключевые слова:

Звукоподражательные слова занимают значительное место в лексике ингушского языка и несут большую функциональную нагрузку. Но прежде чем перейти к подробному рассмотрению данной категории слов, связанной с образованием и функционированием звукоподражательных глаголов, воспроизводящих «язык» и действия животных, целесообразно, на наш взгляд, остановиться на природе данной лексической группы.

В лингвистической науке существуют разные, порой взаимоисключающие друг друга, мнения о названии данной лексической группы, об их соотнесенности к той или иной части речи, о классификации звукоподражательных слов. По ряду признаков к междометиям примыкают звукоподражания, представляющие собой условные воспроизведения звучаний, сопровождающих действия, производимые человеком, животным или предметом. Междометия относятся к эмоциональной сфере языка, где они употребляются вне связи с другими словами.

В современном языкознании некоторые ученые звукоподражания относят к междометиям. Совсем противоположной точки зрения придерживается В.И. Абаев, касаясь самого названия данных слов и их соотнесенности с междометиями: «Природа этих слов весьма своеобразна. Термины «звукоподражания», или «мимемы», нередко применяемые к ним, не точны, так как этими словами передаются не только звуки, но и движения, световые эффекты и даже эмоции и душевное состояние.

Еще меньше применимо к ним название «междометия», т.к. это слова, имеющие значение, морфологическую, синтаксическую форму и стилистическую окраску. Они занимают свое место не только в лексике языка, но и в грамматике и стилистике.

Более удачно может быть название «изобразительные слова»... . Поскольку все же элемент звукоподражания наличествует в большинстве этих слов и является, по-видимому, исходным в их генезисе, мы пользуемся термином «мимео-изобразительные слова» [1: 124].

Этим же термином обозначает данную группу слов и И.Х. Абдуллаев, выделив по классификации две основные группы: «Мимео-изобразительные слова по своему

лексическому значению делятся на две группы: звукоподражательные и

звукосимволические слова. Звукоподражательные слова передают звуки разнообразных явлений живой и неживой природы, словесно воспроизводят звуки, издаваемые

одушевленными и неодушевленными предметами и слышимые в окружающей нас среде, выражают названия слуховых впечатлений: «чиханье», «хруст», «журчанье» и т.д.

Образоподражательные слова передают различные впечатления о внешнем виде, мимике, эмоциях, душевном состоянии человека, о конкретных световых явлениях» [2: 117].

Изучение структуры и функциональных особенностей так называемых

звукоподражательных глаголов, образованных путем сочетания звукоподражательных слов животного мира с глагольной структурой, интересна для исследования в силу того,

что данная группа слов характеризуется частотой употребления в речи и полностью относится к исконной лексике ингушского языка.

Учитывая, что в настоящей работе рассматриваются только слова, воспроизводящие «язык» и действия представителей животного мира, считаем целесообразным использовать в отношении данной группы слов название «звукоподражательные слова».

До настоящего времени в отношении звукоподражательных слов отсутствует единое мнение ученых по вопросу самостоятельности данного разряда слов. Существует мнение, что звукоподражательные слова употребляются в речи исключительно в сопровождении служебного глагола, следовательно, слова данного разряда не могут являться членами предложения. Однако имеется и принципиальная позиция, что звукоподражательные слова употребляются в функции соответствующих членов предложения, в основном в качестве обстоятельства образа действия.

В ингушском языке звукоподражательные слова обладают стабильным звуковым строением, осмысленным значением, номинативной и коммуникационной функцией, характеризуются регулярным употреблением в этом значении. Например, дарг1 - дарг1 (громкий удар, стук) - наделены всеми признаками слова и характеризуют стук (удар), конкретно называя его и определяя с точки зрения признака действия, то есть «сильный удар».

При этом слуховое впечатление выражено в соответствии с установившейся в ингушском языке лингвистической традицией в осмыслении определенных типов звукового комплекса (б1ов «взрыв», шарх-шарх «шум в кустах или в траве»).

В отличие от обычных слов, звуковое строение звукоподражательных слов используется в выразительных целях, максимально приблизив состав звуков к обозначению звучания.

Как известно, любой язык располагает сложившимися образцами звукоподражательных слов. Вместе с тем, на их основе носитель языка может создать для конкретного случая свои звукоподражательные слова. Таким образом, создание новых звукоподражательных слов является в определенной степени плодотворным процессом в ингушском языке. В этой связи приобретает актуальность вопрос о целесообразности включения звукоподражательных слов в словари.

Если звукоподражательное слово образовано с учетом устоявшейся традиции в осмыслении данного типа звукосочетания, то новообразование претендует на конкретное место в языке. Однако в словари включаются только те единицы, которые оседают в лексике конкретного языка как стабильные и необходимые элементы для обозначения различных звуков и шумов (храп, хруст, скрип, топот, шорох, треск и др.).

Рассматриваемый тип лексики, помимо прямого, основного значения, употребляется в ингушском языке и в переносном значении, абстрагированном от основного.

С точки зрения семантики звукоподражательные слова можно условно подразделить на несколько групп:

1. Слова, воспроизводящие голос животного (чириканье, мяуканье, мычанье и т.п.).

2. Слова, передающие непроизвольные звуки, издаваемые животными (фырканье, чавканье и т.п.).

3. Слова, передающие звуки движения (звук копыт, шум от плесканья рыбы, шорох от движения змеи в кустах и т.п.).

4. Слова, воспроизводящие звуки столкновения при соприкосновении (шлепанье курдюка при беге животного, звук удара рогов при драке животных и т.п.).

Перечисленные выше и другие разряды звукоподражательных слов участвуют в образовании глаголов с конкретной семантикой. Данная группа глаголов образуется, как правило, путем сочетания звукоподражательного слова с вспомогательными глаголами «де» (делать), «аьнна» (произнося).

При спряжении глаголов данной разновидности изменению подвергается лишь вторая часть - вспомогательный глагол, что демонстрируют следующие примеры:

Говр «харр» деш я. - «Конь фыркает»;

Говр «харр» деш хиннай. - «Конь фыркал»;

«^в^ов» яхаш да жЫли. - «Собака гавкает».

Во многих случаях слова, соотносимые с теми или иными звуками, издаваемыми животным, приобрели и переносное значение. При этом семантика их изменяется, в первую очередь, из-за экспрессивной окрашенности слова. Лучше всего это проявляется, когда перенос падает на действия или явления, связанные с человеком и его деятельностью. Так, например, в ингушском языке слово «Ъв-Ъв» означает лай собаки, но в переносном значении оно может быть использовано и для выражения понятия «грубо разговаривать», «не по делу выступать» и т.п. Таким образом, употребление звукоподражательного слова «^в^ов» в применении к человеку показывает, что оно в определенной ситуации приобретает яркую экспрессивную окраску. То же самое имеет место при употреблении применительно к человеку звука, издаваемого лошадью при ржанье, выражая понятие неприятного, непристойного и в определенной степени неуместного смеха.

Многие звукоподражательные слова ингушского языка довольно точно передают характер звучания естественных звуков, издаваемых животными и неодушевленной природой. Это связано отчасти и с богатством звуковой системы ингушского языка.

По своей структуре знаменательная часть глаголов рассматриваемой группы состоит из односложных и двусложных комплексов. Причем двусложные комплексы в большинстве своем образуются путем редупликации предыдущей части: шарх-шарх, дарг^дарг^ т^х-т^х и т.п. В этих комплексах лишь в единичных случаях во второй части композита меняется гласный звук, тогда как согласные, за редким исключением, не претерпевают каких-либо изменений. Например: Пох-тЫх яхаш йоагЫр говр. - «Лошадь шла, издавая звук «т1ох-т1их».

Ряд звукоподражательных слов образуется путем повтора последнего слога (м^-Ы «мычание теленка»); путем изменения анлаутного согласного во втором композите (т^п-чЫп «шлепанье ног в воде»); путем удлинения (протяжения) ауслаутного согласного (цЫзз «стрекотанье»).

Необходимо отметить, что в отличие от ряда других языков, в которых при образовании подобных составных глаголов употребляется лишь один глагол, в ингушском языке употребляются разные вспомогательные глаголы, что, в свою очередь обусловливает разную степень экспрессивного эффекта.

В предложении звукоподражательные глаголы выполняют ту же функцию, что и обычные глаголы, то есть употребляются в роли сказуемого. Этот признак - признак предикативности - является одним из основных для данной группы слов, то есть, говоря иными словами, все звукоподражательные слова в ингушском языке имеют тенденцию образования составных глаголов путем сочетания с вспомогательными. Именно это является главным отличием звукоподражательных слов от других частей речи.

В ингушском языке имеют место случаи, когда между именной частью и вспомогательным глаголом вставляется другой член предложения. Например, в выше приведенном нами примере ^в^ов яхаш да жЫли. - «Собака лает //воет» - порядок слов обычный, характерный для ингушского языка. В предложении ^в^ов - гЫйло яхаш да жЫли. - «Доносится жалобный вой собаки» - между именной частью и вспомогательным глаголом вклинивается другой член предложения. Однако это явление не имеет большого распространения, что обусловлено некоторыми изменениями содержания предложения в целом. Чаще всего конструкция (именная часть + вспомогательный глагол) выступает как неразрывное целое.

Составные глаголы, образованные путем сочетания звукоподражательных слов со вспомогательным глаголом, в ингушском языке лишены какой бы то ни было просторечной окраски. Это возможно связано с тем, что многие звукоподражательные глаголы не имеют собственного эквивалента, поэтому все такие глаголы, включая и те,

которые имеют подобный эквивалент, воспринимаются как обычные, но с большей степенью экспрессивности. Как отметил З. Ишмухаметов: «Обладая подражательной семантикой, данные слова служат для придания речи полноты изображаемой картины, делают речь живой, динамичной, способствуют характеристике звукового явления» [3: 7].

Мимео-изобразительные слова, обозначающие звуковые комплексы, издаваемые животными, отражая действительность, обладают также значением обобщения. Например, «1ов» передает лай не конкретной собаки, а собаки вообще.

Некоторые звукоподражательные слова, отвлекаясь от передачи звуков, издаваемых первоначальным источником, начинают обозначать звучание других существ и предметов, то есть налицо вторичное обобщение. Например, в нашем материале если «м1у» - только мычанье коровы, то слово «дарг1-дарг1» обозначает не только звук удара рогов при драке животных, но и звук столкновения машин.

Звуковая структура мимео-изобразительных слов ингушского языка заметно отличается от структуры других категорий лексем. Как правило, мимео-изобразительные слова в ингушском языке начинаются с согласного. Слова, обозначающие звуки, издаваемые крупным и мелким рогатым скотом, часто оканчиваются на гласный звук. Например: м1е-е «мычание теленка», б1е-е «блеяние овцы» и т.п.

Другая отличительная черта этой группы слов - наличие долготы гласных, встречающаяся только в открытых слогах.

Лексемы шш - «шипенье» и жж - «жужжанье» состоят только из геминированных согласных. Как замечает В.И. Абаев, «геминация в мимео-изобразительных словах служит, без сомнения, той же задаче, которая является основной для этой лексической группы, - экспрессивности» [1: 148].

В слоговом отношении в большинстве случаев слова этой группы состоят из односложных и двусложных комплексов. Встречаются закрытые и открытые слоги. В открытых слогах, как уже отмечено выше, гласные произносятся долго, в закрытых -кратко. В морфологической структуре звукоподражательных слов выделяются простая и повторяющаяся основы. Повторяющиеся сочетания слов образуют редупликацию звуковых комплексов. При повторе их вторая часть точно воспроизводит первую без какого-либо видоизменения согласных или гласных комплексов. Например, фрр-фрр -«фырканье коня», г1урт-г1урт - «звукоподражание кудахтанью».

От большинства мимео-изобразительных слов с помощью вспомогательной части образуются глаголы: йенна (наличие) - г1уркхйенна, ц1изз - ц1увза и т.п.

В словарях ингушского языка наличие звукоподражательных слов носит случайный характер, что свидетельствует о недостаточной изученности материала устного языка, в котором чаще всего бытует лексика данной группы.

Кроме того, необходимо разграничить одиночные и спаренные звукоподражательные слова, образованные способом редупликации или сложения. Спаренные звукоподражательные слова явно недостаточно представлены в словарях ингушского языка. В этой связи актуально выделение их в словарях как самостоятельных лексических единиц. При этом необходимо четко определить, что звательные слова не являются звукоподражательными, несмотря на их внешнее сходство, преимущественно по строению.

Как известно, лексикографами пересмотрено принципиальное положение о принадлежности к числу звукоподражательных слов производных имен и глаголов, образованных от звукоподражательных комплексов с помощью словообразовательных аффиксов или служебных глаголов. На основании того, что звательные слова, точнее, их основы, могут быть отнесены к определенной части речи, они не могут претендовать на их отнесение к звукоподражательным словам.

Указанное положение актуально и в отношении образоподражательных слов в ингушском языке, отличающихся от звукоподражаний тем, что эти слова обозначают образ или впечатление от действия или состояния, а не звучания.

Таким образом, квалифицировать в словарях как звукоподражательные можно те комплексы, которые выражают звучание не как действие, обозначаемое глаголом или именем, а только те, которые употребляются как самостоятельные лексические единицы. Как правило, эти лексические единицы представляют оригинальные сочетания, не характерные для обычных слов, и практически не поддаются точному переводу на русский язык.

Примечания:

1. Абаев В.И. Мимео-изобразительные слова в осетинском языке // Труды Института языкознания АН СССР. М., 1956. Т. VI. 409 с.

2. Абдуллаев И.Х. Мимео-изобразительные слова в лакском языке // ЕИКЯ, 1979. Т.УІ. 168 с.

3. Ишмухаметов З.К. Звукоподражательные слова башкирского языка: Автореф. дис. ... канд. филол. наук. Уфа, 1970.