ский диалект старофранцузского языка. Далее укажем, что слово подчиняется английской системе грамматических изменений существительных, получая во множественном числе окончание -s. В нем не только заменяются все звуки английскими, но и отпадает, как это часто наблюдается именно во французских заимствованиях, первый слог (аферезис), в результате чего слово в звуковом отношении еще больше уподобляется исконным английским словам, для которых характерна односложность. В современном английском языке это слово претерпевает еще некоторые изменения в семантике и обозначает физические упражнения, преимущественно в виде игр и состязаний. С этим значением и в своей новой форме оно вновь заимствуется обратно во французский и в другие языки и становится интернациональным.

В словарном составе английского языка параллельно сохраняется глагол disport - “развлекаться”, который, однако, оказывается малоупотребительным.

Вследствие системного характера языка вообще и лексики в частности никакое новое пополнение словаря заимствованными словами не может пройти бесследно для остального словарного состава. Заимствованное слово обычно принимает на себя одно или несколько значений семантически наиболее близких к нему слов, уже раньше существовавших в языке. При этом происходит перегруппировка в их смысловой структуре, т. е. какое-нибудь второстепенное значение может стать центральным или наоборот. Может также произойти и нередко происходит вытеснение из языка слов, близко совпадающих по значению с новым словом. Происходит это потому, что продолжительное сосуществование в языке абсолютных или почти абсолютных синонимов невозможно и всегда ликвидируется либо размежеванием их значений, либо вытеснением из языка ненужных слов.

Взаимодействие заимствований и словарного состава принявшего их языка хорошо видно из истории слов, обозначающих понятие работать, трудиться, синонимичных исконному to work. После заимствования в среднеанглийский период глаголов: labouren -“трудиться”, “прилагать большие усилия” (из ст.-фр. labourer, лат. laborare) и travaillen - “тяжело трудиться” (из ст.-фр. travailler, лат. trepaliare - “мучить”), первый из этих глаголов, близко синонимичный исконному английскому swincan, вытеснил последний из общенародного языка в некоторые территориальные диалекты. Второй глагол travailler не выдержал конкуренции с исконным глаголом werken и потому претерпел значительные изменения в своей смысловой структуре. С XVI века основным его значением становится путешествовать (совр.-англ. to travel). В этом значении он вытесняет исконный глагол lithenan - “путешествовать”, который ко времени появления глагола travailler уже стал мало употребительным.

Позднее, как новое слово, совершенно независимо от первого, заимствуется в английский язык старофранцузское существительное travail, означающее тяжкий труд и муки при родах. Оно меньше изменило свой фонетический облик, сохранив типичное для французского языка ударение на втором слоге [trae’veil]. От него образовался и соответствующий глагол to travail - “мучительно трудиться” и “мучиться в родах”. В результате получается так называемая дублетная пара to travel - to travail.

Следовательно, общий закон о системности явлений языка в применении к проблеме заимствований можно сформулировать следующим образом: всякое изменение в словарном составе языка в виде проникновения иноязычных заимствований влечет за собой семантические или стилистические изменения в уже имеющихся в языке словах и сдвиги в синонимических группах.

УДК 415.413 = 20

ВЛИЯНИЕ СКАНДИНАВСКИХ ЗАИМСТВОВАНИЙ НА ФОРМИРОВАНИЕ СОВРЕМЕННОГО АНГЛИЙСКОГО ЯЗЫКА

Е. В. ШЕПЕЛЕВА

Пензенский государственный педагогический университет им. В. Г. Белинского

кафедра иностранных языков

Заимствования составляют особый пласт лексики как с точки зрения процессов номинации, так и в плане мотивированности.

Заимствование как процесс использования элементов одного языка в другом обусловлено противоречивой природой языкового знака: его произвольностью как разрешающей заимствование силой и непроизвольностью как препятствующим заимствованию фактором. Этим, по-видимому, и объясняется то обстоятельство, что процесс заимствования в современном английском языке весьма непродуктивен. В количественном отношении он значительно уступает таким процессам номинации, как словообразование и семантическая деривация (словообразование). Ска-

Современный английский язык - это продукт длительного исторического развития, в процессе которого он подвергается разносторонним изменениям, обусловленным различными причинами. Изменения затрагивают все стороны языковой структуры, но действуют в них по-разному. Историческое развитие каждого уровня зависит от конкретных причин и условий, стимулирующих сдвиги в лексическом составе языка, в его фонетической (фонологической) организации, в его грамматическом строе.

В данной статье мы остановимся на лексическом составе языка и рассмотрим один из его компонентов -заимствования.

ИЗВЕСТИЯ ПГПУ • Сектор молодых ученых • № 3 (7) 2007 г.

занное, однако, не означает, что доля заимствований в современном английском языке не столь велика. Лексические единицы , заимствованные из 50 языков мира в различные исторические эпохи и под влиянием различных условий развития и существования и включающие различные пласты лексики, составляют почти 70 % словарного состава английского языка.

В словарном составе современного английского языка различные исторические слои, неодинаковые по происхождению, характеру и объёму, могут быть более или менее чётко отделены друг от друга. При этом в основном намечается такая классификация:

1. Слова, несомненно, заимствованные:

а) из скандинавских языков;

б) из французского;

в) из латинского и греческого языков;

г) из русского языка

д) из прочих языков.

2. Старый лексический фонд английского языка, то есть совокупность слов современного английского языка за вычетом указанных выше заимствований.

3. Слова не заимствованные и не старые, но образованные в сравнительно позднее время из заимствованного или старого материала. Особенность этой категории состоит в том, что она выделяется лишь постольку, поскольку имеются в виду целые, готовые слова; но если иметь в виду непосредственно корни, то слова этой категории могут быть отнесены к различным перечисленным выше группам (не считая тех случаев, которые вообще не ясны). Так, например, современное английское слово eatable - “съедобный” образовано от глагола eat - “есть” с помощью суффикса -able-, заимствованного из французского, и, следовательно, как целое не может быть старым словом; но по своему корню -eat- оно принадлежит к старому лексическому фонду.

Говоря о заимствованиях, следует учитывать ряд обстоятельств, осложняющих эту и без того непростую проблему. Кстати, и само понятие «заимствование» является относительным, обусловленным нашим фактическим знанием.

обычно мы называем то иное слово заимствованием, если возможно указать фактический источник этого заимствования. Однако многие слова, не включённые таким образом в заимствования, могут оказаться заимствованиями из какого-либо неизвестного источника или очень древними заимствованиями.

Необходимо также отличать заимствования в результате непосредственного массового общения англичан с носителями других языков. как известно, среднеанглийский язык в течение долгого времени развивался под непрерывным влиянием, с одной стороны, скандинавских говоров, принесённых скандинавскими завоевателями в VIII—XI вв., а с другой - французского языка, «привезённого» в Англию нормандскими завоевателями в 1066 году.

Рассмотрим теперь более подробно влияние скандинавских заимствований на формирование современного английского языка.

Влияние скандинавских языков связано с завоеванием Англии скандинавами в течение VIII-XI вв.

Примерно одинаковая ступень общественно-экономического и культурного развития завоевателей обусловила проникновение в английский язык слов, обозначающих уже известные англичанам предметы и явления объективной действительности. Поэтому в период скандинавского завоевания заимствования не только многочисленны и в дальнейшем очень устойчивы, но и очень разнообразны как по семантической сфере, так и по частям речи.

Сравните anger - “гнев” (ср.-англ. anger - “несчастье”, “беда”, “расстройство”, “гнев”; из сканд. и др.-сканд. angr - “горе”, “печаль”); fellow - “парень”, “товарищ” (ср.-англ. felawe - “товарищ”, “компаньон”, “парень”; из сканд. и др.-скандк. felagi - “товарищ”, “компаньон”, “соучастник”); fit - “прилаживать”, “снабжать”, “устанавливать”, соответствовать” (ср.-англ. fitten - “устраивать”; др.-скандк. fitja - “связывать”); weak - “слабый” (ср.-англ. weik, древнеск. veikr) и др.

Из приведённого списка вполне очевидно, что заимствования из скандинавских языков представляли собой обычные повседневные, широко употребительные слова, связанные с понятиями, уже имевшими в английском языке синонимическое выражение: сравните ср.-англ. angry - “раздраженный”, “сердитый”, wrooth - “сердитый”, “злой”; skye - “облако”, “облака”, heaven - “небо”, “небеса”; taken - “брать”, “хватать”, “начинать”, niman - “брать, хватать”; they - “они”, hi, heo, he - “они”.

Чтобы до конца понять причину указанного выше характера скандинавских заимствований, необходимо учитывать, что английский язык, с одной стороны, и скандинавские языки, принесенные в Англию, -с другой, были языками близко родственными. В случае близкородственных языков мы наблюдаем особое соотношение, поскольку они могут более или менее легко применяться одновременно в одном и том же процессе общения. Подобное соотношение между языками было названо «потенциально-диалектным».

В эпоху скандинавского завоевания правильнее говорить не о разных языках, а о разных диалектах одного и того же языка.

Те или иные слова проникали из скандинавских говоров в английские большей частью не в силу того, что они были связаны с какими-либо новыми понятиями для англичан, а в силу того, что в процессе регулярного и массового общения между англичанами и скандинавами данные слова оказывались более удобными для адекватного выражения мыслей. Можно предположить, например, что слово they вытеснило соответствующее среднеанглийское слово hi (heo, he) в связи с тем, что в системе личных местоимений в этот период имела место значительная омонимия, которая до известной степени была устранена введением скандинавского диалектного варианта they.

В подавляющем большинстве случаев, однако, происходило взаимодействие между английским и скандинавским диалектными вариантами в связи с их регулярным отождествлением как вариантов одного и того же слова. В результате этого взаимодействия в

языке появлялся третий вариант, совмещающий в себе черты обоих диалектных вариантов (как английского, так и скандинавского).

Сравните современное английское ken - “кругозор”, “круг знаний”, знать” (употребительно в Шотландии): в древнеанглийском соответствующий глагол cennan (датское слово) имел значение “оповестить”, “объявить”, значение же “знать” появилось под влиянием древнескандинавского Kenna - “обучать”, “знать”. Современное английское слово dwell - “жить”, “обитать”, “находиться”, “подробно останавливаться”, “задерживаться”: значение “задерживаться” восходит к датскому dwellan -“уводить прочь”, “мешать”, “обманывать”, “ошибаться”, а значение “жить” к древнеанглийскому dvelza.

Указанный характер проникновения в английский язык скандинавских корней обусловил то, что скандинавизмы в словарном составе английского языка в подавляющем большинстве случаев с самого момента их появления относились к общеупотребительной лексике. В большинстве случаев они сохранились в этой части словарного состава и в дальнейшем: anger, angry, fellow, fit, get, hit, leg, low, skill, take, want, week, till, they и т. п. В некоторых случаях они даже заменяли соответствующие английские синонимы (they и take) или вытесняли их на периферию словарного языка (sky при англ. heaven, skin при англ. hide). к этому необходимо прибавить еще и следующее: скандинавские заимствования не только представляли собой общеупотребительные слова, но и дали большое количество производных слов: hap - “случай”, “счастливая случайность”, haphazard - “случай”, “случайность”, haphazard -“случайный”, hapless -“несчастный”, “злополучный”, happen - “случаться”, happening - “случай”, “событие”, happy - “счастливый”, happily - “счастливо”, happiness -“счастье”, perhaps - “возможно”; weak - “слабый”, weaken - “ослаблять”, “слабеть”, weak-headed - “слабоумный”, “легко пьянеющий”, weak-kneed - “слабый

на ноги”, weakling - “слабовольный человек, weakness -“слабость” и др.

Влияние скандинавского языка на древнеанглийский сказалось не только в замене и вытеснении некоторых исконных слов, но и в целом ряде существенных фонетических и семантических изменений в ряде слов основного словарного фонда.

В системе современного английского языка скандинавские заимствования функционируют наравне с исконно английскими словами, ничем не отличаясь от последних. Правда, некоторые из этих слов фонетически характеризуются наличием начального [ск], которое, как известно, в исконно английских словах перешло в [ш] (sky, skin, skill, scathe и др.). Однако и эта черта не выделяет скандинавские заимствования особо, поскольку в современном английском языке наличие начального [ск], благодаря массовому проникновению иноязычных слов, не является чем-то исключительным: scobs - “опилки”, “стружки”, scoff -“насмешка”, scope - “размах”, “охват”, scorch - “опалять”, score - “зарубка”, Scotch -“шотландский”, scout -“разведчик” и др. Сочетание [ск] встречается только в заимствованных словах, но не обязательно скандинавских. Ср. заимствования из франц. squire и из греч. sceptic.

В совершенно ином плане следует рассматривать заимствования из тех же скандинавских языков в более поздний период. Эти заимствования в подавляющем большинстве случаев не являются общеупотребительными словами, не имеют или почти не имеют производных и отличаются по своему фонетико-орфогра-фическому облику: tungsten, geyser, ski и др. Подобные лексические единицы в словарном составе современного английского языка имеют характер единичных вкраплений и в целом сближаются больше не ранними заимствованиями из скандинавских языков, а с более поздними заимствованиями из немецкого, голландского и других германских языков.

концепция интертекстуальности в современном гуманитарном знании (культурологический аспект)

Е. П. ШИНЬЕВ

Пензенский государственный педагогический университет им. В. г. Белинского кафедра мировой и отечественной культуры

В статье интертекстуальность рассматривается не только как понятие постмодернистской текстологии, но и как феномен взаимодействия текста с семиотической культурной средой в качестве интериоризации внешнего. Концепция интертекстуальности выступает в качестве фундаментального условия смыслообразования, которая включает в себя диалогический характер полилогового поля культуры. Автор рассматривает эволюцию интертекстуальности от Бахтина до современных теоретиков постмодернизма. Концепция интертекстуальности является ведущим признаком современной культуры «Пост».

Интертекстуальность в современном гуманитар- отношения, носящие специфический характер. Иссле-

ном знании воспринимается многими в контексте дователь говорит, что они не могут быть сведены ни к

диалогизации культуры. М. Бахтин в статье «Про- чисто логическим, ни к чисто лингвистическим. В ра-

блема текста в лингвистике, филологии и других гу- боте отмечается двуполюсность текста, которая вклю-

манитарных науках» определяет диалогичность как чает в себя диалогические отношения между текстами