УДК 81’42:316.77

ББК 81

Т 47

Тишин Н.В

Вербальные средства внушения в политическом дискурсе

(Рецензирована)

Аннотация:

В статье рассматриваются основные вербальные средства внушения, использующиеся в политическом дискурсе, и их функции в тексте, дается определение понятию манипуляции, исследуются признаки, характерные для политического дискурса современных СМИ. Автор приходит к выводу, что для политического дискурса характерно комбинирование различных средств и методов, целью которых является склонить аудиторию на свою сторону, однако наиболее частотными являются убеждение и внушение, которые в публичных текстах неразрывно связаны и дополняют друг друга, при этом многократно усиливая производимый эффект.

Ключевые слова:

Политический дискурс, манипуляция, вербальные средства, обращение

Политический дискурс относится к особому типу общения, для которого характерна высокая степень манипулирования, и поэтому выявление механизмов политической коммуникации представляется значимым для определения характеристик языка как средства воздействия.

Среди множества методов и приемов, используемых в системе политической борьбы, суггестивным средствам воздействия на массовое сознание избирателей отводится ведущая роль, хотя это и не всегда осознается.

Суггестия является необходимым компонентом обычного человеческого общения, но может выступать и как специально организованный вид коммуникации (манипулятивной), формируемый при помощи вербальных (слово, текст, дискурс) и невербальных (мимика, жесты, действия другого человека, окружающая обстановка) средств.

Е. Т. Юданова называет следующие вербальные средства с определением их функций в тексте:

1) ярко выраженная личная модальность строго закрепляет роли всезнающего

политика и малокомпетентных слушателей, внушая ощущение незыблемой убежденности, безапелляционности обращения;

2) конформизация восприятия слушателей осуществляется путем

провозглашения очевидного, что выражается употреблением местоимения первого лица множественного числа we;

3) эмоциональная направленность текста способствует сужению зоны сознания слушателей и реализуется посредством патетизации, гиперболизации, синонимических повторов;

4) установление и закрепление аффективной взаимосвязи суггестора и

суггестанта осуществляется «кодированием» слушателей концептом «нация»;

5) высокий коэффициент связности суггестивного текста, обилие соединительных, подчинительных союзов, стоящих в начале предложения, привлекают основное внимание к информации, содержащейся в первой его части;

6) максимально жесткая проекция слушателя задается преобладанием оценочных эпитетов над описательными. В связи с этим характерной особенностью суггестивного текста является так называемая «теневая номинация». Оценки подаются в

виде «скользящих» эпитетов, чаще всего однозначных, имеющих ярко выраженный положительный смысл;

7) средства мифологизации сознания слушателей выступают в качестве ключевых лингвистических средств суггестивного текста, главным суггестивным механизмом которого является опора на существующий национальный миф [1: 547-548].

Н. Чурсова отмечает, что формирование мифа является наиболее эффективным исторически сложившимся механизмом внушения, так как у аудитории уже есть свое представление о действительности. Миф достраивает его и направляет в нужное русло, либо упрощая, либо трансформируя действительность. Миф должен быть основан на конкретной традиции, существующей в обществе. Невозможно внедрить совершенно новые отличные ценности, противопоставляя их традиционным [2].

В. В. Ферсович вводит такое понятие, как идеал мифа, что означает «сделать гиперболизированное описание частного случая примерной моделью поведения». Современные политизированные или идеологизированные мифы обладают свойствами ассоциативного воздействия, позволяющими в определенной ситуации вызвать нужную реакцию. Например, счастливое завершение классического мифа в современных условиях подменяется лишь показом возможности преодоления кризисной ситуации. По его мнению, основным качеством мифа, в отличие от чистой информации, является то, что он всегда рассчитан на конкретный результат. Миф должен производить впечатление, и это либо удается, либо нет. Так, результатом воздействия мифа может быть: действие; изменение характера действия; формирование или изменение взглядов на событие или явление; бездействие как активная позиция; отсутствие результата, когда это является целью [3].

С речевым воздействием также тесно связано понятие манипуляции. В политике манипуляция определяется следующим образом: «махинация; система психологического воздействия, ориентированная на внедрение иллюзорных представлений». В. И. Даниленко в современном политологическом словаре дает несколько иное толкование: «манипуляция - управляемое извне, систематическое и целенаправленное регулирование формирования мнений и решений или влияние на эти процессы с помощью психологических методов, в ходе которого объекты манипулирования не могут осознать ущерб, наносимый свободе формирования их мнений».

Речевые манипуляции определяются совокупностью признаков, характерных для политического дискурса современных СМИ, к которым можно отнести: скрытый характер воздействия; отношение к реципиенту как к средству достижения собственных целей; стремление получить односторонний выигрыш; наличие явного и скрытого уровней воздействия; неосознанный характер поведения адресата; игра на слабостях.

По мнению С. С. Резниковой, для манипулятивного воздействия на реципиента... используются различные языковые средства, наиболее эффективными среди которых являются следующие: безагенсный пассив, использование лексики с отрицательной или положительной коннотацией, изменение фокусировки информации, различные тропы (метафора, метонимия, сравнение, гипербола и пр.) и ложные исходные посылки.

Помимо вышеназванных, в качестве манипулятивных приемов автор также выделяет генерализацию, оценочные суждения, непроверенные суждения о событиях, представленные как верифицированные, умолчание, ложные аналогии, ложные ссылки на авторитетные источники и т.д.

Также С.С. Резникова выделяет безагенсный пассив как распространенное средство манипулирования сознанием реципиента в сообщениях СМИ, так как он позволяет придать оттенок авторитетности и беспристрастности, а также дает возможность преподнести некое сообщение под видом общепринятой истины. Для подтверждения этой мысли автор приводит следующий пример: «Suicide bombers are supposed to be 17-year-old zealots with nothing to live for but the hope of a martyr's welcome by 72 virgins in paradise».Отсутствие указания на агенс в данном примере позволяет представить

субъективное мнение адресанта как объективное. Отрицательное отношение автора к «камикадзе» также выражается с помощью иронии. Использование глагола seem без указания экспириенцера может быть отнесено к грамматическим способам искажения. . Глагол «казаться» предполагает некое индивидуальное отражение реальности и требует указания на источник этого отражения, а при отсутствии такового приобретает кажущуюся объективность. Употребление выражений типа really, obviously, by nature, to be apparent, позволяет придать высказыванию видимость того, что оно принадлежит к числу исходных посылок, разделяемых всеми здравомыслящими людьми. Стилистические приемы, использующиеся в качестве манипуляционных, дают возможность адресанту влиять на эмоции адресата и через них непосредственно осуществлять перестройку его картины мира [4: 490-491].

В речевом общении немаловажную роль играет адресация. О. Н. Морозова отмечает, что основным типом адресации в текстах политического публичного выступления является обращение, что обусловлено такой важной характеристикой публичной речи в целом и политической публичной речи в частности, как наличие непосредственного контакта с аудиторией. Обращенность высказывания, то есть его целевая, содержательная и формальная ориентированность на адресата, является одной из существенных характеристик политической речи. Основной смысл обращения побудительный: побудить слушать, обратить внимание на речь говорящего. Прямое обращение к слушателю облегчает непосредственность речевого контакта, привлекает внимание аудитории.

Функции обращения в тексте политического публичного выступления:

1) номинативная или звательная функция - выражает сущностную природу обращения - назвать, выделить объект речевого воздействия;

2) контактная функция - способствует установлению контакта между оратором и адресатом, то есть производит своего рода включение канала связи;

3) пресуппозитная функция - указывает на характер передаваемой информации и тем самым подготавливает слушателей к ее восприятию;

4) побудительная функция - направлена на оказание конкретного воздействия на адресата, выражаемого в его вербальном и реальном действии;

5) эмоционально-оценочная функция - отражает отношение говорящего к адресату, социальное положение коммуникантов, их взаимоотношения и эмоциональный настрой;

6) этикетная функция - указывает на нормативные требования к обращению в конкретной ситуации общения;

7) национально-культурная функция - отмечает национально-культурную специфику коммуникативного поведения [5: 15-16].

Выбор того или иного вида прямого обращения во многом определяется совокупностью воздействующих факторов речевого общения, а именно, такими характеристиками коммуникативной ситуации, как:

1) коммуникативно-целевая установка говорящего;

2) социальный статус участников и их демографические характеристики;

3) наличие этикетных норм;

4) национально-культурные особенности коммуникативного поведения;

5) создание определенной психологической атмосферы общения.

Однако определенную роль выполняет расположение обращения в предложении. Часто слова, синтаксически оформленные как прямое обращение, направлены на поддержание контакта с аудиторией и на активизацию внимания слушателей. Последнее объясняется тем, что обращения внутри текста как бы членят его на более мелкие фрагменты, выделяя информативно наиболее значимые среди них, тем самым облегчая восприятие на слух и привлекая внимание слушателей.

Таким образом, для политического дискурса характерно комбинирование различных средств и методов, целью которых является склонить аудиторию на свою

сторону. Однако наиболее частотными являются убеждение и внушение, которые в публичных текстах неразрывно связаны и дополняют друг друга, при этом многократно усиливая производимый эффект.

Примечания:

1. Юданова Е.Г. Лингвистические особенности суггестивного политического дискурса // Перспективные направления современной лингвистики. СПб., 2003.

2. Чурсова Н. Механизмы воздействия политической информации в СМИ на общественное сознание. Ц^: http://sociologi.narod.rU/pr/1.htm.

3. Ферсович В.В. Использование мифов в интересах информационнопсихологического воздействия. Ц^: http://sociologi.narod.rU/pr/1.htm.

4. Резникова С.С. Средства и механизмы манипулирования в политическом дискурсе СМИ // Перспективные направления современной лингвистики. СПб., 2003.

5. Морозова О.Н. Функции обращения в тексте политического публичного выступления // Вопросы германской и романской филологии. СПб., 2003. Вып. 2.