УДК 801.1, 801.7

С. О. Гуляйкина

СОЦИО- И ПСИХОЛИНГВИСТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИЗУЧЕНИЯ МАНИПУЛЯЦИЙ

Рассматриваются социо- и психолингвистические аспекты изучения такого вида психологического воздействия, как манипуляция. Особое внимание уделяется его социальной природе, отличительным чертам и речевой репрезентации. Приводится социопсихолингвистический анализ манипулятивного акта на примере коммуникативной ситуации, взятой из русской народной сказки.

Данной статьей обращается внимание на необходимость сочетания социального, психологического и лингвистического аспектов в изучении феномена манипуляции. В самом общем смысле под манипуляцией понимается особый вид психологического воздействия, который на протяжении уже нескольких десятилетий детально изучается как российскими, так и зарубежными учеными. Психологов в первую очередь интересуют механизмы запуска и проведения манипуляций; социологов привлекают манипулятивные приемы и тактики, оказывающие воздействие на общество и отдельных его индивидов; лингвисты изучают языковые способы и средства выражения ма-нипулятивных актов, осуществляемых в процессе коммуникации (общения). Подобное многоаспектное изучение манипуляции связано, на наш взгляд, с осознанием и признанием того, что данный феномен стал неотъемлемой частью современного общества и требует тщательного исследования со стороны ряда гуманитарных наук.

Напомним, что психология - это «наука о психике как функции мозга, заключающейся в отражении действительности, о закономерностях психических процессов и закономерностях формирования психических свойств личности» [1, с. 268]. Социология чаще всего трактуется как «учение об обществе», определяющее своей задачей исследование структуры общества, законов его развития, различных процессов, происходящих в обществе и т.п. [1, с. 426]. Лингвистика (или языкознание) - «наука о естественном человеческом языке вообще и о всех языках мира как индивидуальных его представителях» [2, с. 618].

Ни одна наука не развивается изолированно от других наук, поэтому появление смежных наук, возникающих на стыке двух или более научных направлений, вполне закономерно. Остановимся подробнее на таких направлениях, как психолингвистика и социолингвистика. Психолингвистика - «наука, изучающая процессы речеобразования, а также восприятия и формирования речи в их соотнесенности с системой языка» [2, с. 404]. Социолингвистика (социальная лингвистика) - «научная дисциплина, развивающаяся на стыке языкознания, социологии, социальной психологии и этнографии и изучающая широкий комплекс проблем, связанных с социальной природой языка, его общественными функциями, механизмом воздействия социальных факторов на язык и той ролью, которую играет язык в жизни общества» [2, с. 481].

Феномен манипуляции в статье рассматривается в первую очередь с позиций лингвистики (интерес представляют в первую очередь языковые способы и средства выражения речевых манипуляций), однако, принимая во

внимание многоаспектность данного явления, его изучение без учета социального и психологического оснований представляется невозможным.

В общенаучном плане манипуляцию следует рассматривать как одну из универсальных характеристик любого человеческого социума (общества). Как известно, основным средством общения людей, живущих в неком социуме, является язык. Именно в языке обнаруживается наиболее полное проявление феномена манипуляции. Если мы исходим из того положения, что общество не может существовать без языка, то мы должны признать тот факт, что оно также не существует без манипуляций.

Следует подчеркнуть, что общество располагает не только основным средством осуществления манипуляции - языком, но и бесконечным множеством субъектов и объектов манипуляции. Человек, будучи существом глубоко социальным, «возникает и существует только во взаимодействии с другими людьми и под их влиянием» [3, с. 11]. Полностью соглашаясь с мыслью С. Г. Кара-Мурзы, заметим, что жить в обществе и быть свободным от общества невозможно, а потому обществу невозможно обойтись без манипулирования в процессе общения (взаимодействия) существующих в нем личностей.

Подчеркивая неразрывную связь социального и коммуникативного в процессе общения, Л. Л. Фёдорова отмечает, что «в теории речевой коммуникации принята двухуровневая модель речевого общения, включающая социологический и коммуникативный уровни. Содержанием социологического уровня общения является социальное взаимодействие собеседников, т.е. их влияние на поведение, образ мыслей и чувства друг друга. Содержанием коммуникативного уровня является передача сообщения, точнее - обмен информацией между собеседниками. Тем самым общение не сводится просто к передаче информации, но предполагает более глубокое социальное содержание» [4].

По мнению Г. Г. Почепцова, межличностное общение, или коммуникация, имеет своей целью «принуждение другого к выполнению того или иного действия. То есть для коммуникации существенен переход от говорения Одного к действиям Другого» [5, с. 14]. Считаем данное суждение правомочным как для определения процесса коммуникации в целом, так и для определения основного механизма манипуляции (как одного из явлений межличностной коммуникации) в частности.

Вслед за Е. Л. Доценко полагаем, что основанием манипуляции является «манипулятивная природа социума» [6, с. 68]. Среди предпосылок, способствующих проведению манипулятивного воздействия, Е. Л. Доценко выделяет: конфликт человека с самим собой, ощущение абсолютной беспомощности, недоверие по отношению к другим людям и пр. [6, с. 63-64]. Следовательно, манипуляция возникает из различных психологических установок людей, существующих и взаимодействующих в неком социуме. В связи с этим манипуляция рассматривается как один из видов психологического воздействия [6-8].

Под воздействием в самом общем смысле понимается процесс, «который реализуется в ходе взаимодействия двух и более равноупорядоченных систем и результатом которого является изменение в структуре (пространственно-временных характеристиках), состоянии хотя бы одной из этих систем» [5, 7].

В центре внимания нашего научного исследования находится психологическое воздействие, которое представляется как «изменение психологических характеристик личности, групповых норм, общественного мнения или настроения за счет использования психологических, социально-психологических закономерностей» [8, с. 491]. Однако не всякое психологическое воздействие становится манипуляцией. Понятие «психологическое воздействие» является родовым по отношению к понятию «манипуляция»; оно может быть различных видов, в том числе и манипулятивным.

Отечественные психологи предлагают несколько типологий стратегий воздействия на человека, основным критерием которых является отношение к партнеру по общению как к субъекту или как к объекту. Представляется интересным остановиться на типологии основных стратегий психологического воздействия, предложенной Г. А. Ковалёвым. По его мнению, в реальной человеческой жизнедеятельности имеют место три основные стратегии: «императивная», «манипулятивная» и «развивающая» [7].

Основными функциями императивной стратегии являются функции контроля поведения и установок человека, а также функция принуждения по отношению к объекту воздействия. Реализация императивной стратегии происходит чаще всего там, где человек в силу тех или иных обстоятельств обладает ограниченными возможностями для осуществления самостоятельного выбора поступков или решений.

Манипулятивная стратегия психологического воздействия соответствует «объектной» парадигме и тем самым максимально приближается к императивной стратегии, обезличивающей уникальную сущность человека путем целенаправленной психологической манипуляции и давления.

Развивающая стратегия воздействия представляет собой психологическое единство субъектов, в котором разворачивается творческий процесс взаимораскрытия и взаиморазвития личностей.

Пользуясь терминологией Г. А. Ковалёва, считаем возможным заключить, что в основе манипулятивного психологического воздействия находится противопоставление акциональной (интенциональной) модели психологического воздействия реактивной (пассивной) модели. Приведем некоторые суждения, определяющие понятие манипуляции в соответствии с указанной парадигмой (стратегией):

1) манипуляция - это «создание таких условий, при которых ответная реакция другого человека однозначно определятся действиями обманывающего» [9, с. 103];

2) манипуляция - это «проделка, ставящая своей целью достижение данным субъектом того или иного блага, той или иной житейской выгоды за счет кого-то Другого» [10];

3) манипуляция - это «способ господства путем духовного воздействия на людей через программирование их поведения. Это воздействие направлено на психические структуры человека, осуществляется скрытно и ставит своей задачей изменение мнений, побуждений и целей людей в нужном власти направлении» [3, с. 19];

4) манипуляция - это «прибирание к рукам» другого человека или искусное побуждение другого к достижению (преследованию) косвенно вложенной манипулятором цели [6, с. 60];

5) манипуляция - это «псевдофилософия жизни, направленная на то, чтобы эксплуатировать и контролировать как себя, так и других» [11, с. 32].

Помимо указанных авторов, отметим также таких ученых, как Т. М. Николаева, В. И. Карасик, И. В. Сентенберг, Н. А. Купина, С. А. Мегентесов, К. Ф. Седов и др., чьи психолингвистические исследования манипулятивного влияния позволяют дать наиболее полное определение термина «манипуляция» и понять сущность изучаемого явления.

Выделим наиболее специфические черты, характеризующие манипуля-тивное психологическое воздействие и тем самым отличающие его от других видов воздействия:

1. Скрытость, косвенность воздействия: манипуляция имеет успех тогда, когда она остается незамеченной объектом воздействия, который не в состоянии раскрыть истинных намерений манипулятора.

2. Мастерство манипулирующего: термин «манипуляция» имеет в корне элемент латинского слова шаиш - рука, что трактуется как ловкость, сноровка в умении обращаться с предметами (объект манипуляции рассматривается манипулятором именно как вещь) [3, 6].

3. Возникновение собственного намерения или желания у объекта манипуляции: возникновение самостоятельного стремления у манипулируемого предпринять определенные акции необходимо для осуществления полного контроля его действий, от которых зависит успех/неуспех манипу-лятивного акта.

4. Получение выгоды (материальной или нематериальной) манипулятором: собственно то, ради чего манипулятор осуществляет психологическое воздействие.

5. Разрушительность результатов: негативный (деструктивный) характер манипуляции неизбежен, т.к. в своей основе манипуляция имеет разрушительное намерение - использовать человека как средство достижения поставленной цели.

Итак, под манипуляцией мы понимаем особый вид психологического воздействия, искусное исполнение которого приводит к скрытому возбуждению у объекта манипуляции желания или намерения, не являющегося его собственным и приводящего к получению определенной выгоды субъектом манипуляции за счет разрушения ее объекта.

Данное определение, по нашему мнению, отвечает большинству требований, предъявляемых психологами и социологами, однако в нем практически отсутствует лингвистический аспект. Речевая репрезентация, т.е. те языковые средства, с помощью которых манипулятивный акт оформлен в речи, является атрибутом манипуляции как способа воздействия. Именно поэтому манипуляцию следует рассматривать как явление социолингвистическое и психолингвистическое, а не просто социальное или психологическое, т.к. любое взаимодействие людей, связанное с общением (в том числе и манипулятивным [12, с. 89-113]), невозможно без языка и его средств выражения. В связи с этим считаем необходимым определить понятие речевой манипуляции.

Речевая манипуляция - это вербально выраженный вид психологического воздействия одного человека на другого, в результате чего у объекта манипуляции возникает желание или намерение, не являющееся его собственным и приводящее к получению субъектом манипуляции определенной, односторонней выгоды.

Полагаем, что язык, основное средство осуществления манипуляции, располагает особым набором языковых средств, которые содержат определенные манипулятивные возможности и, следовательно, способствуют созданию манипулятивного стиля говорящего. Манипулятивный стиль говорящего складывается, по-видимому, из тех языковых средств, которые содержат в себе определенную эмоциональную окраску, повышенную или сниженную эстетическую ценность, элементы повтора, отступление от нормы, избыточность элементов и пр. Подобные языковые приемы призваны, на наш взгляд, привести объект манипуляции в состояние психического дисбаланса, что должно снизить его сопротивляемость к психологическому воздействию, создать некий эффект давления, исключить способность адресата объективно разобраться в ситуации и, в результате, позволить манипулятору произвести манипулятивный акт.

Проиллюстрируем на примере, взятом из русской народной сказки «Волшебный конь», каким именно образом функционируют социальный, психологический и лингвистический аспекты в отдельно взятом акте манипуляции. В приводимом эпизоде манипулятором выступает царская знать, чья зависть к успешному продвижению по службе царского крестника Ивана заставляет пойти на следующие хитрости:

«Вот как-то созвал царь к себе знатных и близких людей на обед; как уселись все за стол, он и говорит: ««Слушайте, господа генералы и министры! Как вы думаете о моем крестнике?» — ««Да что сказать, ваше величество! Мы от него не видали ни худого, ни хорошего; одно дурно — больно хвастлив уродился. Уж не раз от него слыхивали, что в таком-то королевстве, за тридевять земель, выстроен большой мраморный дворец, а кругом превысо-кая ограда поставлена — не пробраться туда ни пешему, ни конному! В том дворце живет Настасья прекрасная королевна. Никому ее не добыть, а он, Иван, похваляется ее достать, за себя замуж взять».

Царь выслушал этот оговор, приказал позвать своего крестника и стал ему сказывать: ««Что ж ты генералам да министрам похваляешься, что можешь достать Настасью-королевну, а мне про то ничего не докладываешь?» — ««Помилуйте, ваше величество! — отвечает Иван крестьянский сын.— Мне того и во сне не снилося». — ««Теперь поздно отпираться; у меня коли похвалился, так и дело сделай; а не сделаешь — то мой меч, твоя голова с плеч!» [13, с. 24].

Социологическое основание рассматриваемой манипуляции, по-видимому, определяется социальными факторами, одним из которых является социальное расслоение общества на бедных и богатых, тех, кто имеет власть, и тех, кто ее не имеет (или имеет в меньшей степени). Конфликтующими сторонами выступают царь и его подчиненные (генералы и министры, имеющие меньшую по сравнению с царем власть и опасающиеся потерять ее из-за стремительно поднимающегося вверх по карьерной лестнице Ивана -крестника царя). Опасения потерять материальные блага и чин побуждают царскую знать оклеветать Ивана в глазах государя и предложить выполнить ему непосильное задание - добыть Настасью прекрасную королевну.

Психологическая сторона анализируемой конситуации проявляется прежде всего в наличии межличностного конфликта между вышеперечисленными персонажами. Кроме того, действия героев в приведенной ситуации проходят все стадии психологического воздействия: 1) подготовка объекта

манипуляции, т.е. создание определенного психологического настроя: генералы и министры не разделяют воодушевления царя при разговоре о его крестнике, уходят от прямого ответа на вопрос; 2) осуществление (преимущественно за счет вербальных средств) самой манипуляции: приближенные царя ярко и красочно описывают королевство Настасьи-королевны, его недоступность и завершают описание хвастливым намерением Ивана; 3) результат (успех) манипуляции: у царя возникает желание не только взять в жены Настасью прекрасную королевну, но и заставить именно Ивана добыть ее (а в случае неудачи - убить крестника).

Приведенный пример манипулятивного акта также соответствует всем пяти выделенным нами ранее характерным чертам манипуляции:

1. Скрытость, косвенность воздействия: генералы и министры не говорят о своем истинном желании избавиться от Ивана, они порождают в душе царя другое желание, исполнение которого приведет к намеченной ими цели.

2. Мастерство манипулирующих проявляется на уровне ораторского искусства: они приводят доводы, убеждают, вызывают определенные стремления.

3. Возникновение собственного намерения или желания у объекта манипуляции, т.е. царя, очевидно: он принимает решение самому жениться на Настасье прекрасной королевне.

4. Получение выгоды: знать планирует получить как материальную, так и моральную выгоду путем устранения конкурента.

5. Разрушительность результатов: в проигрыше от осуществления желания, вызванного манипуляторами, несомненно, окажется сам царь, т.к. в лице крестника он лишится верного слуги и талантливого военачальника.

Лингвистический анализ цитируемого отрывка представляет, на наш взгляд, особый интерес. Подробно изучив реплики манипуляторов (т.е. генералов и министров), отметим употребление эмоционально окрашенной лексики (дурно, тридевять, пробраться); стилистического повтора (наибольшая встречаемость в отрицательных частицах не и ни); различных флексий (например, слыхивали - суффикс -ива- указывает на неоднократность действия, превысокая - приставка пре- усиливает степень качества прилагательного); сложных предложений и однородных членов в их составе, а также стилистического нарастания, или климакса («...в таком-то королевстве, за тридевять земель, выстроен большой мраморный дворец, а кругом превысокая ограда поставлена — не пробраться туда ни пешему, ни конному! В том дворце живет Настасья прекрасная королевна. Никому ее не добыть.»).

Экспрессивность указанных и других употребляемых манипуляторами вербальных средств не вызывает сомнений. Данные средства удерживают внимание жертвы, сосредотачивают его на нужных субъекту (в нашем примере - субъектам) манипуляции отрывках фразы (такую функцию могут выполнять оценочные лексические единицы, стилистически значимые флексии, лексические и синтаксические повторы и др.) или, наоборот, рассеивают внимание объекта манипуляции, лишают его способности понять истинный смысл услышанного (достижению такого эффекта способствуют избыточность количества элементов в составе предложений, частое, намеренное использование обособленных членов, уточняющих конструкций и т.п.).

Итак, при изучении манипуляции как вида речевого (вербального) психологического воздействия мы обязаны учитывать его социо-, психо- и собственно лингвистический аспекты:

1) манипуляция возникает в результате социального взаимодействия людей, живущих в обществе; данное явление порождается «манипулятивной природой социума» [6];

2) манипуляция является продуктом различных психологических установок индивидов, оказывающих воздействие друг на друга;

3) манипуляция предполагает использование ряда языковых средств для достижения положительного (для манипулятора) результата.

Список литературы

1. Энциклопедический словарь / гл. ред. Б. А. Введенский. - М. : Советская энциклопедия, 1964. - Т. 2. - 736 с.

2. Лингвистический энциклопедический словарь / гл. ред. В. Н. Ярцева. - М. : Сов. энциклопедия, 1990. - 685 с.

3. Кара-Мурза, С. Г. Манипуляция сознанием в России сегодня / С. Г. Кара-Мурза. - М. : Алгоритм, 2001. - 544 с. - (История России. Современный взгляд).

4. Фёдорова, Л. Л. Типология речевого воздействия и его место в структуре общения / Л. Л. Фёдорова // Вопросы языкознания. - 1991. - № 6. - С. 46.

5. Почепцов, Г. Г. Паблик рилейшнз / Г. Г. Почепцов. - М. : Ваклер, 2001. - 284 с.

6. Доценко, Е. Л. Психология манипуляции: феномены, механизмы и защита / Е. Л. Доценко. - М. : ЧеРо ; Изд-во МГУ, 2000. - 344 с.

7. Ковалёв, Г. А. О системе психологического воздействия (к определению понятия) / Г. А. Ковалёв // Психология воздействия (проблемы теории и практики) : сборник научных трудов АПН СССР. НИИ общей и пед. психологии / ред. А. А. Бодалев. - М. : 1989. С. 5-14.

8. Куницына, В. Н. Межличностное общение : учебник для вузов / В. Н. Куницына, Н. В. Казарина, В. Н. Погольша. - СПб. : Питер, 2001. - 544 с.

9. Щербатых, Ю. В. Искусство обмана. Популярная энциклопедия / Ю. В. Щербатых. - М. : ЭКСМО-Пресс, 2001. - 544 с.

10. Пузырёв, А. В. Мышление, язык и человеческая судьба (к постановке проблемы) / А. В. Пузырёв // Надежность и качество: доклады Международного симпозиума. - Пенза, 1999. - С. 133.

11. Шостром, Э. Анти-Карнеги : пер. с англ. / Э. Шостром - Мн. : ООО «Попурри», 1999. - 400 с.

12. Добрович, А. Б. Воспитателю о психологии и психогигиене общения: книга для учителя и родителей / А. Б. Добрович. - М. : Просвещение, 1987. - 207 с.

13. Народные русские сказки А. Н. Афанасьева : в 3 т. - М. : Наука, 1985. -Т. 2. - 464 с.