РОЛЬ ГРАФИКИ В СОЗДАНИИ ТЕКСТОВОЙ ИНФОРМАЦИИ КАК ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ И МЕТОДИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА

Е. А. Соловьева, старший преподаватель кафедры английской филологии МГУ им. Н. 77. Огарева

Статья посвящена проблеме внедрения в практику преподавания английского языка важных теоретических положений, разрабатываемых в современной лингвистике. Автор обращает особое внимание на развитие у обучаемых навыков работы с англоязычным поэтическим текстом со специфическим блоком графической информации, глубоко диалогической по своему характеру.

В современной лингвистике пристальное внимание уделяется так называемому графическому пространству текста, которое получает равноправный статус с семантическим, референтным и т. д. Е. И. Диброва этим понятием обозначает материальное, физическое пространство текста, а именно площадь, заполненную языковыми графическими формами словесно-буквенного типа и отражающую внешнюю форму текста1. Различные исследования графического текстового пространства выявили его специфическую информативность, особенно существенную для поэтического текста2.

Следует заметить, что графическая информация текста не находит никакого отражения в работе студентов с художественным текстом, лишая их возможности идти в ногу с развитием современной лингвистической мысли. Решение этой проблемы представляется достаточно сложным в методическом плане, поскольку, как известно, привнесение в практику преподавания иностранных языков новейших лингвистических достижений сильно запаздывает во времени. Однако результатом ведущейся в данном направлении работы станет не только приобщение студентов к лингвистическому базису современности, но и развитие у них профессиональных навыков интерпретации языкового материала.

Обратим внимание на масштабность и сложность вопроса о графическом пространстве текста. При этом важно иметь в виду, что в наибольшей степени графическая информация характерна для поэтического текста и что в его границах

она реализуется в нескольких направлениях, главным из которых следует признать создание средствами графики диалогической структуры текста. Подобная трактовка диалога относится к текстовому уровню и формулируется в терминах диалогики текста. Свои истоки данное понимание диалога находит в идеях М. М. Бахтина. Мыслитель отмечал, что ни одно высказывание не может быть ни первым, ни последним, представляя собой лишь звено в диалогической цепи общения, объединяющей автора и читателя3.

Суть диалогики текста заключается, таким образом, в ориентированности любого текста на своего адресата, когда текст создается с непременным расчетом на то, что он будет услышан этим адресатом. Так, реплика традиционно понимаемого диалога рассчитывает на ее безусловное восприятие определенным субъектом.

Диалогические проявления текста были рассмотрены на самых разных уровнях и по отношению к самым различным жанрам4. Интересно заметить, однако, что диалогика обнаруживается даже на графическом уровне текста, издаваемого типографским способом. В этом случае графикой следует считать наличие в поэтическом тексте знаков препинания и заглавных букв, разнообразие шрифтов, ставших маркерами поэтической манеры письма отдельных англоязычных авторов. Студенты-англисты в ходе анализа графической информативности поэтического текста могут получить сведения не только о каналах ее

© Е. А. Соловьева, 2006

включения в текст, но и о лингвокультурных основах современного поэтического творчества в ряде англоговорящих стран. В этой связи становится очевидной безусловная значимость соединения новейших достижений лингвистики с практикой работы над художественным текстом, что имеет своим итогом глубокое проникновение студентами в те сферы языкового анализа, которые не обеспечиваются никакими другими средствами.

Иллюстрацией высказанных выше положений может служить полное отсутствие знаков препинания в стихотворениях современных американских поэтов, как бы отказывающихся от графической информативности текста, но в то же время независимо от себя вводящих в него своеобразный информативный блок, затрудняющий восприятие текста и соответственно отражающийся на его диалогичности. Наиболее красноречивым в этом отношении является стихотворение «archy hunts a job» (Don Marquis).

well boss i went up to the circus the other day and tried to hire out what do you want they asked me a job as an animal or a job as an artist an artist said i what can you do they said i can

walk the wire i said either tight or slack and i can swing. i said and i will die in a barrel of your lemonade and queer your show and with this threat the interview closed archys

Можно предположить, что графическое оформление поэтического текста без знаков препинания становится определенным содержательным элементом текста, достаточно типичным для современной американской поэзии XX и

XXI вв. Например, вышеприведенное стихотворение отличают ничем не ограниченные графические вольности, к которым следует добавить также и весьма своеобразное деление текста на строки. Оно, по всей видимости, представляет собой письмо, адресованное некоему боссу. Принимая во внимание данный факт, следует квалифицировать текст в диалогическом отношении как персонажный монолог, оформленный в письменном виде.

Чтобы понять все тонкости стихотворной графики, читатель должен знать, что у автора стихотворения есть любимый персонаж — таракан Арчи, который часто становится героем его стихов и, более того, как шутливо объясняет сам поэт, определяет их графику. Что касается последней, то ее особенности заключаются, в частности, в полном отсутствии заглавных букв и знаков препинания. По словам автора, журналиста по профессии, все его стихотворения печатаются по ночам на машинке тараканом Арчи, которому неудобно одновременно нажимать на клавишу с нужной буквой и клавишу Shift. Учитывая данные факты, можно прокомментировать диалогичность стихотворения следующим образом: в поисках работы Арчи посетил владельца какого-то цирка, предложив свои услуги как артиста. Это сообщение помещается между словами well boss в начале текста и archy в конце, причем фразу well boss можно расценить как обращение к самому поэту, владельцу печатной машинки.

В отсутствие фоновой информации, о которой речь шла выше, читатель не сможет ни правильно понять содержание текста, ни оценить его графику, являющуюся, по сути, носителем определенной части текстового содержания. Если в книге нет соответствующих комментариев, позволяющих читателю осуществить выход в гипертекст и получить нужные сведения, то текст стихотворения останется нерасшифрованным посланием, поскольку сам автор мало заботится о его доступности читателю.

В ткань поэтического текста очень часто вплетаются традиционно понимаемые диалоги как речь двух персонажей. Таким образом диалогическая структура текста усложняется, поскольку автор обращается к читателю не прямо, а через голоса своих героев, иногда полностью скрывая свое присутствие. Он реализует в текстопостроении установку на то, что услышанная читателем информация из первых уст, а именно из уст героев, гораздо важнее информации, изложенной от лица автора. Система графических средств, задействованная в данном случае, также оказывается значимой для диалогики текста. Можно отметить традиционное оформление персонажного диалога, максимально облегчающего читателю распознавание голосов автора и персонажей, и соответствующий набор знаков препинания и глаголов говорения, маркирующих речь конкретного персонажа.

«О where are you going?» said reader to rider, «That valley is fatal when furnaces burn,

Yonder’s the midden whose odors will madden, That gap is the grave where the tall return»6.

В то же время при введении персонажной речи наблюдается и вариативное использование знаков препинания, также влияющее на создание текстовой диалогичности. Отметим два вида графического разнообразия:

а) маркированность голосов персонажей кавычками. Примером может служить стихотворение Томаса Гарди (Thomas Hardy) «The Ruined Maid»:

«O’Melia, my dear, this does everything crown! Who could have supposed I should meet you in Town? And whence such fair garments, such prosperi-ty?» «О didn’t you know I’d been ruined?» said she7;,

б) отсутствие маркированности голо-

сов персонажей каким-либо способом. Читателю нередко предстоит самому идентифицировать оба голоса по отдельным моментам текста, как, например, в стихотворении Уистана Хью Одена

(Wystan Hugh Auden) «О What Is That Sound»:

О what is that sound which so thrills the ear

Down in the valley drumming, drumming?

Only the scarlet soldiers, dear,

The soldiers coming. .3

To, что автор в вышеприведенном стихотворении нивелирует персонажную речь, достаточно показательно; данный факт следует расценивать как максимальное слияние голосов автора и персонажа, что для первого, судя по всему, очень важно.

В связи с особой значимостью таких графических средств, как знаки препинания, следует отметить, что современная американская поэзия, игнорируя их (а значит, сужая возможности письменной формы текста), повсеместно сглаживает диалог. Если же иметь в виду обычные знаки препинания, традиционно используемые при маркировании прямой речи, — кавычки, запятую, тире, — то нужно признать, что таковые в письменном тексте с первого прочтения сообщают читателю о наличии в нем диалога, в то время как при их отсутствии читателю приходится делать некие усилия по идентификации типов речи в тексте, В этом случае мы, несомненно, имеем дело с усложнением процедуры восприятия текста читателем, о чем автор, возможно, не подозревает, стараясь реализовать наиболее последовательно собственную интенцию при текстопостроении. Подчеркнем также, что, как правило, в поэтическом тексте только в очень типических случаях можно легко идентифицировать отдельные голоса персонажей, введенных в повествование, даже при наличии знаков препинания. Именно к знакам препинания приходилось особо апеллировать в ходе настоящего анализа, чтобы распределить голоса персонажей, которые в поэтическом тексте иногда появляются совершенно спонтанно, как бы из ниоткуда, из «затекстового» пространства.

Такая ситуация достаточно типична для структуры персонажного диалога в современной американской поэзии. Студенты, изучающие английский язык в его различных территориальных вариантах, могут, таким образом, усвоить и особенности англоязычного текстопостроения, чему до сих пор не уделялось внимания в практике преподавания английского языка. Одним из моментов, которые надо иметь в виду при выявлении графической информативности поэтического текста, следует признать полную нивелировку голосов автора и персонажей, как, например, в стихотворении М. Пирси (Marge Pier су) «The Friend»:

We sat across the table, he said, cut off your hands, they are always poking at things, they might touch me.

I said yes”.

В плане особенностей текстопостроения, характерных для современной американской поэзии, отметим своеобразную графику некоторых моделей текстовой диалогичности, опирающихся на языковую коммуникацию из реальных сфер жизни. Например, в стихотворении Лэнгстона Хьюза (L. Hughes) «Letter from Spain», за исключением заголовка, текст представляет собой обычную эпистолу со всеми атрибутами, указываемыми на конверте:

Letter from Spain Addressed to Alabama

Lincoln Battalion, International Brigades, November Something, 1937.

Dear Brother at Home:

We captured a wounded Moor today.

He was just as dark as me.

I said, Boy, what you been doin’ here Flightin’ against the free?19

Стихотворение, состоящее из 9 строф, заканчивается, как и положено письму, подписью: Salud, Jonny.

В заключение необходимо отметить, что привлечение внимания обучаемых к графическим средствам создания особого информативного слоя текста оказывается эффективным для воспитания у них более грамотного подхода к анализу текстовых явлений и, кроме того, содействует развитию навыков использования в ходе такого анализа новейших достижений в области лингвистики, а также блока гуманитарных наук в целом.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См.: Диброва Е. И. Пространство текста в композитном членении / Е. И. Диброва И Структура и семантика художественного текста : докл. VII междунар. конф. М., 1999. С. 105—106.

^ См.: Кирьянова Н. Б. Англоязычный поэтический текст в аспекте письменной формы : авто-реф. дис. ... канд. филол. наук / Н. Б. Кирьянова. М., 2003.

3 См.: Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества / М. М. Бахтин. М., 1979, С. 340.

4 См., например: Свойкии К. Б. Смысловая диалогическая конвергенция текста в научной коммуникации / К. Б. Свойкин. Саранск, 2004.

5 The Book of American Humor 20-th Century. M„ 1984. P. 360—361.

* Американская поэзия в русских переводах. XIX — XX вв. / сост. С. Б. Джимбинов ; на англ. яз. с парал. рус, текстом. М., 1983, С, 378.

7 Literature, Reading, Fiction, Poetry, Drama, and the Essay. DiYanni Robert. 2nd ed. 1990. P. 670— 671.

8 Американская поэзия в русских переводах. С. 384—386.

e Contemporary American Poetry / ed. by A. Poulin, Jr. Boston. Toronto, 1996. P. 456.

10 Anthology of Modern American Poetry / ed. by Cary Nelson. N. Y„ 2000. P. 517.

Поступила 07.07.06.