А. Г. Минченков ПРИЛОЖЕНИЕ КОГНИТИВНО-ЭВРИСТИЧЕСКОЙ МОДЕЛИ К ПЕРЕВОДУ ЧАСТИЦЫ ACTUALLY

В статье предлагается методика перевода английской иллокутивной частицы «actually» на русский язык в рамках разработанной автором когнитивно-эвристической модели перевода. Приводится краткое описание самой модели и ее основных понятий, а также понятия «иллокутивная частица»; обосновывается целесообразность решения проблемы перевода частицы «actually» именно в рамках указанной модели. Используя метод интроспекции и привлекая данные одноязычного толкового словаря английского языка, автор описывает процесс перевода «actually» в составе различных текстов, взятых из произведений британской художественной литературы, обосновывая тем самым предлагаемый им в каждом конкретном случае русский вариант перевода указанной частицы.

A. Minchenkov APPLICATION OF THE COGNITIVE-HEURISTIC MODEL TO TRANSLATING OF THE PARTICLE ACTUALLY

The article presents a technique for the translation of the English illocutionary particle “actually” into Russian using the cognitive-heuristic model of translation developed by the author. A short description of the model and its main terms is given, the notion “illocutionary particle” is discussed and the reasons are presented for translating the particle “actually” within the cognitive-heuristic framework. Using introspection and relying on the information provided by a monolingual English dictionary the author describes the process of translating “actually” in various texts taken from works of British fiction, thus validating the Russian translations suggested on each particular occasion.

Цель данной статьи состоит в том, чтобы на примере перевода иллокутивной частицы actually исследовать возможности решения конкретных переводческих проблем

в рамках разработанной нами когнитивноэвристической модели перевода1; показать, как «работают» в реальном переводческом процессе ее основные понятия, в частности

когнитивный поиск, наглядно продемонстрировать эвристический характер всей модели, а также продуктивность использования при когнитивном поиске одноязычного толкового словаря исходного языка.

Когнитивно-эвристическая модель предполагает, что в процессе перевода не происходит трансформации исходного текста в текст перевода в соответствии с так называемыми нормами межъязыковых соответствий. Исходный текст в первую очередь воспринимается переводчиком-чита-телем и служит источником актуализации в его сознании определенных концептов, прежде всего и изначально тех концептов, которые объективируются как прототипические значения входящих в исходный текст слов или сочетаний слов. Эти значения, взаимодействуя друг с другом, а также с присутствующими в сознании переводчика фоновыми знаниями и знаниями всего контекста, переходят в концепты-смыслы, образующие в сознании определенную смысловую структуру. Концепт-смысл, сформированный в сознании переводчика от прототипического значения той или иной единицы, нередко не совпадает с этим значением. Довольно часто для формирования смысла переводчику приходится проводить когнитивный поиск, длительность и сложность которого может варьироваться. При отсутствии у переводчика релевантных фоновых знаний или в результате его неспособности извлечь из контекста нужную информацию, необходимый смысл может быть не сформирован вообще, а вся смысловая структура — оказаться некогерентной. Достаточно очевидно, таким образом, что для того чтобы когнитивный поиск оказался успешным, переводчику необходимо иметь знания прототипических значений входящих в текст слов и словосочетаний, фоновые знания и умение анализировать контекст, вычленяя в нем релевантные блоки информации.

Текст перевода порождается путем воплощения на языке перевода структуры смыслов, сформированных в результате когнитивного поиска. Одна из основных

проблем при создании текста на другом языке заключается в совмещении смыслов со значениями слов и словосочетаний языка перевода, причем выбираемая в качестве переводческого варианта единица языка перевода должна быть способна объективировать нужный смысл в данном конкретном контексте, не создавая при этом дополнительных нерелевантных смыслов.

Понятие «иллокутивная частица» используется нами в русле когнитивной парадигмы в противопоставление частеречной парадигме, в рамках которой многие из слов, которые мы называем частицами, традиционно относят к наречиям и иногда междометиям2.

Сам термин «иллокутивная частица» акцентирует два важнейших свойства слов, включаемых в этот класс. Во-первых, они обращены непосредственно к языковой личности, дают представление не о фактах или событиях окружающей действительности, а о самом говорящем и его коммуникативных целях. С точки зрения когнитивноэвристической модели перевода, в рамках которой единицей перевода признается концепт-смысл, можно говорить о том, что эти слова актуализируют в сознании воспринимающего некий текст переводчика интерактивные концепты как представления об интенции, мыслях или чувствах автора текста в отношении репрезентируемого текстом пропозиционального содержания.

Во-вторых, в отличие от других обладающих иллокутивностью (как референцией к интенции автора текста) слов, иллокутивные частицы обнаруживают большую зависимость от контекста и контекстуальную вариативность в отношении того, какой интерактивный концепт они способны актуализировать в сознании переводчика.

Выбор в качестве материала для исследования слова actually, относимого нами к иллокутивным частицам, продиктован тем соображением, что, как нам представляется, преимущества когнитивно-эвристической модели перевода перед традиционными лингвистическими моделями особенно нагляд-

но видны на примере перевода языковых единиц, чья семантика обнаруживает сильную зависимость от контекста, и перевод которых с помощью источников, опирающихся на межъязыковые «эквиваленты» или «соответствия» прежде всего двуязычных словарей, оказывается проблематичным в силу объективной неспособности последних свести все многообразие контекстуальных смыслов единицы к набору соответствий или вообще отсутствия в языке перевода отдельного слова или слов, способных выступать в качестве более или менее регулярных «соответствий» этой единицы.

Поскольку одна из задач нашего исследования в этой статье состоит в том, чтобы продемонстрировать ограниченность двуязычного словаря и возможности применения одноязычного толкового словаря в процессе перевода иллокутивной частицы actually, начать, вероятно, следует с того, какую информацию предоставляет

об этой частице тот и другой тип словаря.

В трехтомном БАРСе даются следующие ее «соответствия»: 1. фактически, на самом деле; в действительности; по-настоящему; и 2. как ни странно, как ни удивительно; даже. Кроме того, приводится несколько примеров употребления указанной частицы в предложении и переводы этих предложений на русский язык, из чего следует, в частности, что в отдельных контекстах она может переводиться русскими вариантами по правде говоря или подумать только3. Не подвергая сомнению возможность перевода actually, в том или ином контексте, одним из указанных вариантов, некоторые из которых, как будет показано ниже, употребляли в своих переводах и мы, отметим при этом, во-первых, что данный перечень не учитывает, и едва ли может учесть, все возможные варианты ее перевода на русский язык. Однако основной недостаток этого словаря как источника информации о данной частице заключается, на наш взгляд, не в этом, а в том, что многие приводимые словарем «соответствия», особенно те, которые идут под цифрой «1», в срав-

нении с теми, которые обозначены цифрой «2», довольно сильно различаются в отношении своего значения. Из данного перечня, так же как и из приведенных примеров, трудно понять, как связаны между собой семантически, такие, например, варианты, как в действительности и как ни удивительно, или даже и как ни странно. Создается неверное впечатление, что actually имеет несколько мало связанных друг с другом значений. Неверное, потому что на самом деле все возможные контекстуальные смыслы, формируемые в сознании при осмыслении этой частицы, являются результатом процесса интерпретации, идущего от ее достаточно четкого прототипического значения, которое можно вывести на основе информации, предоставляемой одноязычным английским словарем ELD: Actually is used when referring to the reality of a situation, to indicate that a situation or event happens or exists in real life and not in theory or in someone’s imagination (выделение наше. — А. М.).4 Прототипическим значением частицы actually на основании этого определения можно признать концепт соответствия реальности. Посредством этой частицы говорящий указывает на то, что событие или факт, описываемый словами, к которым относится данная частица, происходит или существует в действительности, что противопоставляется гипотетическому или ошибочному представлению о положении дел или такому, которое лишь частично соответствует действительности. А поскольку частица actually нередко употребляется в таких контекстах, где соответствующий реальности факт вводится как нечто неожиданное, новое, не известное ранее и при этом может противопоставляться каким-то фактам, которые не соответствуют или не полностью соответствуют реальности, но считались истинными, смысл, образуемый на основе указанного прототипического значения этой частицы, достаточно часто может включать в себя концепты различных эмоций или оценки.

Переходя непосредственно к описанию процесса перевода иллокутивной частицы actually в терминах когнитивно-эвристической модели, необходимо сказать о том, что при анализе этого процесса — движения от английской частицы с ее прототипическим значением к окончательному русскому варианту перевода — нами был использован метод интроспекции. Другими словами, процесс перевода анализировался в том виде, в каком он проходил в нашем собственном сознании, и, соответственно, предлагался такой русский вариант перевода, который представлялся нам в конечном итоге оптимальным, на основе тех или иных доступных нам знаний. Отметим также, что предлагаемые ниже авторские варианты перевода частицы actually на русский язык были отредактированы и опубликованы ранее в нашей работе, посвященной функционированию английских иллокутивных частиц и возможностям их перевода на русский язык5.

Когда частица actually употребляется в своем прототипическом значении, выражая представление о том, что некий факт или мнение больше соответствует реальности, чем другие, но при этом не актуализируя дополнительных концептов, ее перевод на русский язык часто не представляет больших сложностей, и в качестве русских вариантов обычно может быть использовано одно из приводимых двуязычным словарем под цифрой «1» «соответствий». Опишем процесс перевода actually в составе английского предложения, взятого из романа Д. Лоджа “Small World”: ...Rudyard Parkinson was experienced enough in such matters to know that the people who were appointed to top posts never actually applied for them before they were approached 6. В процессе анализа данного предложения слова experienced enough in such matters to know помогают понять, что анализируемая частица указывает на то, что, по мнению героя, является реальным положением дел с назначением на высшие должности в университете, в противоположность ошибочному

мнению, которое могут иметь люди, не знающие эту сферу достаточно хорошо. То есть смыслом, формируемым в результате поиска, становится прототипический для анализируемой частицы концепт (большего) соответствия реальности. В русском языке этот концепт, на наш взгляд, вполне успешно объективируется выражениями в действительности или на самом деле. В связи с этим именно последнее было выбрано в качестве русского варианта перевода actually: Радьярд Паркинсон был достаточно опытен в таких делах, чтобы знать, что люди, назначаемые на высшие должности, на самом деле, всегда подают заявления лишь после того, как им предлагают это сделать.

Указанный толковый словарь ELD дает достаточно подробную информацию о том, какие смыслы могут формироваться на основе прототипического значения анализируемой частицы в различных контекстах. Один из них связан с тем, что с помощью частицы actually говорящий или автор текста, вводя реально существующий факт или произошедшее в действительности событие, подает его как актуальный для описываемой ситуации, но при этом новый, неизвестный собеседнику: Actually is often used in conversation to draw attention to what you are saying when you are making a comment or giving a new piece of information1. Обратим внимание на то, что в качестве синонима actually в этом употреблении дается, в частности, выражение by the way. Данная информация оказывается достаточной для проведения успешного когнитивного поиска при переводе, например, следующего предложения: It’s just a technique, actually rather a marvelous one for helping you get into a part 8. Осмысляя это предложение с привлечением указанной выше информации из толкового словаря и знаний контекста, можно понять, что героиня с помощью частицы actually привлекает внимание к дополнительному (обратим внимание на запятые), но существенному, с ее точки зрения, факту, имеющему отношение к тому, о чем шла речь непосредственно перед этим. Такое пони-

мание, а также тот факт, что в качестве синонима actually, как было указано выше, может выступать выражение by the way, дает нам основания предложить в качестве варианта перевода русское слово кстати: Это просто способ, кстати, очень даже неплохой способ помочь вам вжиться в роль.

Однако слово кстати, также как и его синоним между прочим, не всегда подходят для вербализации смысла, формируемого на основе частицы actually, когда последняя используется для привлечения внимания к актуальному факту или событию реальной действительности. В достаточно большом количестве случаев изменение контекста обусловливает определенное варьирование указанного смысла. Рассмотрим следующий пример:

— I suppose we both preferred our own company.

— That’s not very complimentary of you.

— Sorry. I didn’t mean to sound offensive. Actually, I was feeling rather dreary, and thought I’d better keep it to myself9.

Осмысляя этот текст, мы понимаем, во-первых, что герой извиняется. На это указывает слово sorry и следующее за ним предложение. Во-вторых, сопоставляя это предложение с тем, которое идет за ним и которое вводит интересующая нас частица, мы приходим к выводу, что герой хочет показать, что не хотел обижать собеседницу, путем объяснения действительной причины своего не очень вежливого поведения. То есть частица actually используется для привлечения внимания к объяснению. Подбирая единицу русского языка, которая могла бы объективировать интерактивный концепт интенции объяснить, мы отказываемся от приходящего в голову первым слова вообще-то по причине того, что оно в данном контексте может дополнительно актуализировать концепт упрека, и останавливаемся на нейтральном дело в том, что:

— Мне кажется, мы оба не хотели никого видеть.

— Это не очень-то вежливо с вашей стороны.

— Извините. Яне хотел вас обидеть. Дело в том, что я был в довольно скверном настроении и подумал, что мне лучше побыть одному.

Как следует из используемого нами толкового словаря, когда частица actually вводит актуальную информацию, она может дополнительно актуализировать концепт противопоставления или несогласия. Говорящий с помощью этой частицы либо вводит поправку в собственное предыдущее высказывание, либо спорит с собеседником, хотя и в вежливой форме: Actually is often used ...to indicate that you are about to give extra information that contrasts with or corrects what you have already said; .Actually is often used in conversation as a way of expressing things more politely „when you are correcting or contradicting someone (выделение наше. — А. М.)10. Отметим попутно, что, вводя поправку, говорящий ссылается на реальное положение дел, противопоставляя его тому ложному впечатлению или мнению, которое могло сложиться у его собеседника на основе своих наблюдений или собственного высказывания говорящего. Рассмотрим процесс перевода примеров, хорошо иллюстрирующих такое употребление частицы actually. Первый пример взят из романа Дж. Фаулза “The Magus”: “But I thought he did something rather fine during the resistance ”. — “Not on your nelly. Actually he did a deal with the Germans”11. При анализе описываемой предложениями ситуации становится понятно, что анализируемая частица вводит факт, противопоставляемый тому, что думал собеседник, и что описано в первом предложении: обсуждаемый герой не был активным участником Сопротивления, он, напротив, сотрудничал с оккупантами. Обращение же к указанному толковому словарю подтверждает тот факт, что actually может актуализировать концепт противопоставления. Далее начинается эвристический процесс поиска единиц русского языка, способных объективировать в данном контексте совокупность двух концептов — большего соответствия реальности и противопоставления, в результате

которого мы находим выражение на самом деле и слово вообще. Учитывая снижено-разговорный стиль, свойственный для речи второго персонажа, именно второе из двух средств было использовано в качестве окончательного переводческого варианта: «Но мне казалось, что он неплохо проявил себя в период Сопротивления» — «Ничего подобного. Он вообще сотрудничал с немцами».

Второй пример взят из уже упоминавшегося романа Д. Лоджа: “Have you publishedmuch? — “No, nota lot. Well, nothing, yet, actually. I am still working on my PhD ”12. При проведении когнитивного поиска становится понятно, что вопрос собеседника о количестве публикаций вызвал у героя замешательство — на это указывают частые паузы, маркированные запятыми, а также маркер хезитации — иллокутивная частица well. При ответе герой сначала приводит факт, не соответствующий действительности, а затем, после колебаний, реальный факт — публикаций у него нет совсем. Из этого можно сделать вывод о том, что частица actually актуализирует одновременно концепт приближения к реальности и концепт автокоррекции — герой сам поправляет себя. Такой вывод подтверждается приведенными выше данными толкового словаря. Поиск вариантов перевода позволяет найти средства русского языка, которые в данном контексте дают возможность объективировать оба интересующих нас концепта, и одновременно концепт хе-зитации: это слова вообще-то и на самом деле: «У вас много публикаций?» — «Нет, не очень, вообще-то, пока на самом деле ни одной. Я еще работаю над своей диссертацией».

Другой дополнительный концепт, который, как отмечает толковый словарь, может актуализировать частица actually в отдельных контекстах, это концепт удивления по поводу некоего факта или события, наблюдаемого в реальной действительности: Actually is used when referring to the reality of the situation „.to indicate that something is surprising or slightly shocking13. Данная информация оказывается релеван-

тной при переводе следующего мини-текста: “What did he use to do at the orgies?” — “I don’t know, darling. Mummy would never be very explicit. Though actually she seems proud of him’AA. Обсуждаемый герой, дальний предок героини, участвовал в оргиях и промотал большую часть семейного состояния. Мать героини, очевидно, стесняясь этих фактов, хотя, может быть, просто мало о них зная, не сильно распространялась об этом. Однако в то же время она, похоже, гордилась своим предком, что, как можно заключить, героиня считает необъяснимым и удивительным. На то, что, с точки зрения героини, это удивительно и контрастирует с ее ожиданиями, указывает, помимо анализируемой частицы, союз though. В свете всего вышесказанного эвристический поиск русского средства объективации смысла, создаваемого частицей actually в данном контексте, приводит нас к выражению как ни странно: «А что он обычно делал во время этих оргий?» — «Не знаю, дорогой. Мама всегда отвечала на этот вопрос уклончиво. Хотя, как ни странно, она, кажется, гордится им».

Предоставляемая указанным толковым словарем информация о том, что частица actually может дополнительно актуализировать концепт удивления, помогает успешно осмыслить также и другое предложение: Only one passenger has a hardback book on her lap, and actually seems to be making notes as she reads15. Анализ данного предложения и окружающего его широкого контекста приводит нас к заключению, что анализируемая частица выражает удивление автора по поводу того, что на общем фоне спящих или ничем не занятых людей в самолете один человек не просто читает, но, в сущности, работает с книгой. При этом для перевода оказывается важным не только актуализация частицей концепта удивления, но и тот факт, что с ее помощью автор показывает, что второе событие еще более удивительно, чем первое, т. е. актуализируется также интерактивный концепт интенсификации. В связи с последним обстоятельством достаточно очевидно, что

предложенное в качестве переводческого варианта в предыдущем случае выражение как ни странно в данном случае не подходит, хотя и здесь, и там актуализируется концепт удивления. Объективировать концепт удивления в совокупности с концептом интенсификации позволяет уже другая единица русского языка — частица даже, которая и была использована в окончательном варианте перевода: Лишь у одной пассажирки на коленях лежит серьезная книга, и, читая, она, похоже, даже делает в ней пометки.

При анализе функционирования частицы actually в современном английском языке встречаются такие случаи ее употребления, которые отличаются от всех перечисленных выше. Рассмотрим следующий пример из романа Дж. Фаулза “The Magus”: “He spoke English?”— “Perfect. Moved round Europe all his life, best society and all that. Well, actually I found one of the twins a shade off. Not my typem. С одной стороны, интересующая нас частица используется для привлечения внимания к актуальному факту, отражающему реальное положение дел, о чем уже говорилось выше. Однако в процессе когнитивного поиска, при анализе всего релевантного контекста, в частности предложений, непосредственно предшествующих тому, в котором употреблена частица, становится понятно, что говорящий переходит от одной темы разговора к другой, к той, о которой шла речь ранее. Он сначала вел речь о том, что встретил двух девушек близнецов, потом, отвечая на вопрос собеседника, переключился на разговор о другом герое, а теперь возвращается к прежней теме. О возможности использования частицы actually для перехода к новой теме разговора или возврата к предыдущей пишет словарь ELD: Actually is used. to indicate that you are about to introduce a new topic into the conversation17. Постольку поскольку частица одновременно маркирует переход к новой теме, мы не можем использовать в русском тексте те единицы, которые были предложены выше для привлечения внимания к актуальности фак-

та, в частности кстати или между прочим, поскольку последние обычно связывают события или факты в рамках одной темы. Необходим поиск естественно звучащих средств русского языка, которые обычно употребляются для обозначения перехода к новой теме. Такими могут быть в зависимости от контекста слова короче, ну не важно, ну ладно, ну так вот. Последнее было использовано в качестве варианта при переводе анализируемого предложения: «Он говорил по-английски?» — «Великолепно. Ездил по Европе всю свою жизнь, лучшее общество и все такое. Да, ну так вот, одна из девиц меня слегка разочаровала. Не в моем вкусе».

Подводя итог, можно говорить о том, что перевод иллокутивной частицы actually с применением когнитивно-эвристической модели предполагает критический подход к данным, предоставляемым двуязычным словарем, и применение двух видов поиска — когнитивного поиска смысла и эвристического поиска средства выражения смысла на языке перевода.

Когнитивный поиск смысла иллокутивной частицы идет с использованием: 1) знаний о ее прототипическом значении, которые, при отсутствии их в сознании малоопытного переводчика, могут быть извлечены из толкового словаря исходного языка; 2) нередко предоставляемых тем же словарем знаний о возможных развитиях этого значения в контексте; а также, в равной степени; 3) анализа контекста. Можно говорить

о том, что этот поиск идет одновременно по горизонтальной оси (анализ линейного развертывания текста) с выделением маркеров, помогающих определить выражаемый частицей смысл, и по вертикальной оси — с осмыслением набора вариантов, предлагаемых толковым словарем. Смысл находится на пересечении этих двух осей.

Поиск средства выражения на языке перевода идет от концепта, актуализированного в сознании переводчика в результате когнитивного поиска смысла. В процессе поиска привлекаются знания переводчика о средствах объективации того или

иного интерактивного концепта на языке кретном контексте, а также информация, перевода, его представления о естественно- предоставляемая толковыми словарями

сти звучания того или иного средства в кон- языка перевода.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Минченков А. Г. Когниция и эвристика в процессе переводческой деятельности. — СПб.: Антология, 2007.

2 Минченков А. Г. Английские частицы: функции и перевод. — СПб.: Антология, 2004.

3 Новый Большой Англо-Русский Словарь / Под ред. Э. М. Медниковой и Ю. Д. Апресяна. — М.: Русский язык, 1993. — С. 53.

4 Collins Cobuild English Language Dictionary / Ed. by J. Sinclair. — Glasgow: William Collins Sons, 1990. - P. 15.

5 Минченков А. Г. Указ. соч. — С. 28-33.

6 Lodge D. Small World. — Penguin Books, 1985. — Р. 164.

7 Collins Cobuild English Language Dictionary. — Р. 15.

8 Fowles J. The Magus. — Dell Publishing, 1978. — Р. 292.

9 Priestley J. B. Time and the Conways. — Penguin Books, 1987. — Р. 126.

10 Collins Cobuild English Language Dictionary. — Р. 15.

11 Fowles J. Op. cit. — Р. 621.

12 Lodge D. Op. cit. — P. 10.

13 Collins Cobuild English Language Dictionary. — Р. 15.

14 Braine J. Room at the Top. — Penguin Books, 1986. — P. 155.

15 Lodge D. Op. cit. — P. 88.

16 Fowles J. Op. cit. — P. 623.

17 Collins Cobuild English Language Dictionary. — Р. 15.